Текст книги "Земля - 2 (СИ)"

Автор книги: Лия Светлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

Глава 2

На следующий день Андерсен впервые удивил ее.

– Ты получишь отпуск, дорогая.

– Разве я плохо справляюсь?

Таких бесед он никогда не заводил!

– Отлично работаешь! Но пришло письмо... Нас ждет полная ревизия. На выполнение трудового кодекса в том числе. И я вспомнил свои грешки. Ты почти три года без отпусков и отгулов, без справок о болезнях. Я больше всего беспокоюсь именно о тебе. Без тебя, Келли, будет трудно, но иначе нельзя.

– Понимаю.

Не хочет платить штраф.

"Почему он не отрывает взгляда от чашки?".

– Кто меня заменит? – не любила эту работу, но стоило только услышать, что ее место займет другой, проснулась ревность.

– В том-то и дело! Тебя никем не заменить, дорогая. Ревизия через полтора месяца. Подам заявку на временного рабочего.

– Но биржа – это слишком ненадежно! Кого они нам пришлют? Неподготовленного, наивного стажера...

– Подожди, не забывай, что это будет не последний твой отпуск. К тому же я не могу рисковать! Если информация об обязанностях секретаря просочится в общий отдел, то...

– А это непременно произойдет, если меня заменит кто-то из наших.

– Да. А стажера я могу оставить при себе навсегда, сделать верным псом. У меня найдутся и для него поручения. Так что не все так однозначно. И, знаешь ли...

Он не мог скрыть смущение. Обычно Келли нравилось наблюдать, как громила Андерсен краснел или чувствовал себя неловко. Забавное зрелище! Но сегодня все не так. Он слишком многословен и недоговаривает...

– Я, вообще-то, уже дал запрос на биржу. Еще неделю назад... И не ожидал, что так быстро ответят.

"Конечно, у них все на десятилетия спланировано", – снова мысленно ответила Келли, ломая голову, что же случилось.

– Поэтому не спешил тебя предупреждать...

"А вот это – зря!"

– Кажется, понимаю...

– Дорогая, не волнуйся, ты же будешь за главную...

– Вся ответственность по заметанию следов на мне! Ты понимаешь, в каком я положении? – очень тихо спросила она.

Босс понимал, но не успел ничего ответить. Он посмотрел мимо нее, за спину. Она обернулась: в дверях стоял мужчина в черном деловом костюме и серой рубашке, без галстука. Он кого-то напоминал...

– Прощу прощения, вы не услышали стук. Меня зовут Джон Ившем. Он прошел и положил на стол перед боссом приглашение и личное дело. Их с Келли плечи коснулись, когда Ившем наклонился к столу. Мужчина резче, чем следовало, отошел в сторону.

– Добро пожаловать, мистер Ившем. Я – Джозеф Андерсен, а это – секретарь мисс Келли Мид. Она поможет вам освоиться на новой работе.

В эту секунду ее вид не вызывал комплиментов. Она смотрела на обоих, как на врагов, и не желала скрывать настроения. Не было нужды притворяться, что все отлично: босс был в курсе, что Ившем – это проблема. И хотя в голове уже был примерный план действий, сейчас она не должна выглядеть спокойно.

– Идите к заведующему хозяйством и получите стол, стул и компьютер, – не теряя времени на любезности, резко приказала Келли.

Он ничего не ответил, но ушел.

– Буду у себя, – с этими словами Келли тоже покинула Джозефа, и только закрыв дверь, поняла, что выглядела очень забавно: в гневе, но с подносом в руках.

А Ившем скоро обзавелся столом и удобным креслом с кожаной обивкой. Двое парней принесли их, сам же стажер и пальцем не пошевелил. Вернее, пошевелил, указывая, куда все поставить. Прямо напротив ее рабочего места.

– Мисс Мид, я готов.

– Работы для вас еще нет. Я вообще не нуждаюсь в помощи! Просто сидите и не мешайте.

Сначала она должна убрать папки, которые ему нельзя видеть. Личные дела каждого офисного рабочего. Но не те, что принято заводить в любой компании, а другие. Они представляли собой подробные анкеты с полным набором личных характеристик человека, фотографиями из личной жизни, описанием слабостей, мировоззрения и прочее. Она вела их с самого первого дня, как устроилась на работу. Андерсен не мог допустить, чтобы государство уличило сотрудников в измене: в революционном настрое, в поддержке оппозиции. Лет пять назад начались митинги и демонстрации оппозиции. Ее сторонников арестовывали. Чтобы не попасть под гнев ОП, Андерсен и принялся за слежку, наняв ей людей.

В приемную вошел Филлип Бишоп, младший адвокат, выполняющий рутинную работу с бумагами, Общий отдел палаты. Игнорируя новенького, он сразу обратился к секретарше.

– Кажется, я напутал кое-что... Вырос ли налог с продажи имущества?

– Да, поправка от семнадцатого июля. Вступила в силу две недели назад.

– Я оплошал... Теперь ждет разнос и объяснения с клиентом.

– Фи-и-иллип, как ты мог? Я же отправила факс крупным шрифтом!

– Что делать, детка? – умоляюще смотрел на нее мужчина.

– Скажи, что я не отправила уведомление. Вали все на меня.

– Он тебя сожрет!

– Меня!? Ни в коем случае. У меня найдется отговорка.

– Ты чудо! – как дитя, засветился улыбкой веснушчатый Бишоп.

– Мистер Андерсен, к вам Филлип, – сообщила она по внутренней связи. А сама отправила боссу мейл: "Он скажет, что не получал от меня факс".

Из-за двери послышались возбужденные крики и обвинения. Через пару минут оба вышли и направились мимо Мид и Ившема. Девушка примерно представляла картину за стеной: босс идет к столу Бишопа, тот ковыляет следом. Андерсен раскидывает бумаги, ища в завале сообщение. Не сразу, но находит, тычет в несчастное лицо сотрудника, и они идут обратно. Пять, четыре, три, два, один... Дверь открывается.

– Келли, он не стоит того, чтобы выгораживать! Особенно в ущерб собственной репутации!

– Все совсем не так!.. – пролепетала та.

– Даже если и не так, мистер Бишоп сейчас будет уволен. Разумеется, не из-за этой глупой выдумки. Подготовь бланки и занеси их в кабинет.

Мужчины скрылись. Документы об увольнении давно были готовы и лежали в верхнем ящике. Оставалось лишь отнести. Хотя ей и было стыдно перед добрым, безобидным Филлипом.

"Просто не думать об этом!"

– Можешь идти... – недовольно выплюнул босс, и секретарша смылась.

Через минут десять вышел Бишоп.

– Прости, Пип, – она чуть не плакала.

– Ты ни в чем не виновата, детка. Это мой третий прокол.

– Что ты теперь станешь делать?

– Биржа должна найти мне место...Не переживай, в этом мире нет безработных.

– Удачи.

Он кивнул и ушел освобождать стол.

На несколько минут воцарилась тишина.

– Отличная работа, мисс Мид, – высказался Ившем.

Его присутствие все время отвлекало от дела. А эти слова очень смутили. Но она не стала отвечать. Что он понял? Разве догадаешься, что Бишопа заметили на одной демонстрации, а Келли его подставила по заданию босса. Это было легко, как семечку сгрызть. Филлип очень не внимательный человек. Но Ившем, кажется, понял?!

– Бедняга Бишоп слишком... простофиля. Боюсь, он только начал расплачиваться за это.

– Что вы понимаете в этом деле? Кто вы такой? – потребовала она ответа, привстав.

– Келли, детка, я просто стажер, который хорошо видит и слышит.

– Вы слишком стары для стажера! Сколько вам лет? Двадцать восемь? Тридцать? Сорок?

– Я так старо выгляжу? – с наигранным разочарованием спросил оппонент.

По правде говоря, его возраст трудно определялся, как и бывает с людьми до тридцати лет. И выглядел он в офисе так же неуместно, как Келли выглядела бы на морском судне. Как он получил длинный шрам, красующийся на шее? Мужчины Нью-Тауна и синяков-то не имеют. А его манера держаться отличается, как если бы это был... иностранец. С другим менталитетом и воспитанный в других условиях.

– Уж точно не стажером! В вашем возрасте обычные люди трудоустроены.

– Я имею два образования.

Это было редкостью.

Интересно. Тут два основных варианта: нет вакансий или профнепригодность. Если последний... Очень хотелось бы знать, чем он так не угодил, что натворил.

– Знаю, о чем вы думаете, – улыбнулся Ившем, и это было плохо. Нельзя позволять мыслям отражаться на лице. Ее досада его рассмешила. – Все об этом спрашивают! Возможно, вам я когда-нибудь расскажу, – засмеялся он.

– Я не забиваю голову чужими биографиями, – ответила девушка и стала собирать документы. Он чуть смутился, как случается, когда твой смех не поддержали. От злорадства Келли воспрянула духом и пошла за подписями.

Ившем проводил ее строгим, очень внимательным взглядом.

Босс читал свежие газеты, попивая чай. Его безделье было частью плана: с самого начала Келли Мид должна была стать незаменимой, снять с плеч хозяина все заботы, кроме подписей.

– Вот документы для встречи со строительной компанией.

– Что от нас требуется? – лениво, растягивая слова, спросил босс.

– Как обычно: представлять интересы частной фирмы перед государственными структурами. После ланча вы сможете договориться о вознаграждении. Если желаете – возьмете деньгами, а нет – так недвижимостью.

– А что советуешь ты?

– Деньги. А домик, при необходимости, выберете сами. Ведь они предлагают не любой дом Нью-Тауна, а какой-нибудь из их новостроек. Не очень престижные районы, поблизости от молочного комбината и рыбзавода. Тот, что возле рыбзавода, вообще только в планах. Еще ОП заказало несколько высоток. Говорят, население растет.

Келли вспомнила, как соседи выводят из дома детей по утрам. Один или два ребенка. Только слепой или зомбированный поверит, что рождаемость превышает смертность. А новостройки, видимо, просто для отвода глаз и подтверждения лживой статистики. Строительство растянут на многие годы. Кем заселят? Может, выщипнут несколько семей из старых домов.

– Мы же наедине, не говори на "вы".

Она присела на край стола.

– Даже не представляю, как проведу отпуск без тебя.

Вид ног, хотя и скрытых платьем, пришелся боссу по вкусу.

– Иногда мне кажется, несмотря на соблазнительность ты наивна, как дитя. Любому мужчине тяжело смотреть на тебя спокойно, Келли. Если бы ты питала ко мне такую же страсть...

– Я люблю тебя иначе, – нежно ответила она. – Ты мне вместо отца, брата, источник надежности, силы, спокойной жизни и свободы! Свободы от контроля... От вмешательства чужих... – она закрыла глаза и сжала руки в кулаки. Потом снова взглянула на Джефа и серьезным тоном произнесла, – Это больше, чем просто страсть, и сильнее обычной любви.

Он промолчал, любуясь молодостью и красотой, принадлежавшими ему.

– Подпиши пожалуйста разрешение на отпуск, указ на выдачу отпускных и премиальных и посмотри внимательно в договор со строителями: адреса и фотографии есть в приложении. Там же проекты планируемых построек. Очень красивые, хоть и возле рыбзавода... – она брезгливо фыркнула.

– Это фирма Ленокса?!

– Кто бы подумал! Лев, интересующийся строительством! У него даже директора нет, сам сидит за столом.

Он, не глядя, поставил несколько автографов и поспешил взглянуть на фото.

– Какой-то из них может быть нашим, детка, – впал босс в мечты.

Келли не смогла скрыть улыбку, но в этом месте она и должна была появиться. Конечно, Андерсен не знал, что причина вовсе не в счастье.

– Я пойду?

– Подожди.

Он встал и резко впился ей в губы. Вкус чая, запах пожилого человека. Это надо вынести. Так прошла целая вечность длительностью в сорок секунд.

– Телефон разрывается от звонков, мисс Мид, – прервал парочку деловой голос Ившема. – Простите, вы снова не слышали стука.

Босс был даже доволен, что его застукали, она же выглядела невозмутимой и последовала к рабочему месту. Ившем пропустил ее и закрыл дверь, кивнув боссу.

Не обращая внимания на звонок, Келли сходила в уборную и ополоснула рот пять раз, пока не почувствовала, что тошнота отошла и она больше не брезгует. Отдышавшись, вернулась в приемную и поговорила с клиентом, звонившим насчет ошибки Бишопа.

Ившем читал старые папки с договорами, листал кодексы. Она открыла ключом нижние дверцы шкафа, стоявшего прямо за спиной, и вытащила папки с личными делами. Всего тридцать. Плюс еще одна с ее досье, куда она вкладывала свои документы. Собрала их в коробку, заклеила скотчем.

Четверть одиннадцатого. Скорее всего, босс уснул прямо за столом. Сейчас снотворное, которое она подсыпала в напиток, должно сморить окончательно.

Непринужденный вид Ившема настораживал. Он никак не прокомментировал личную сцену, хотя гражданин обязан выразить порицание и пожаловаться в полицию. Конечно, Чандлер в таком случае поможет ей выпутаться. Но поведение стажера было неправильным...

Через четверть часа Келли вошла в кабинет Джефа – он спал в кресле. Воспользовавшись тайной дверью, она вышла в его личный коридор и спустилась вниз по лестнице. Отсюда Джеф входил и выходил, минуя охрану.

Высокий блондин, загорелый и крепкого сложения, уже ждал ее в тупике.

– Келли! – он обрадовано схватил ее за руки, бегая глазами по лицу девушки.

– Привет, Питер.

– Ну? Есть приказания?

– Конечно! Смотри!

Она показала ему дарственную Андерсена.

– Теперь этот остров мой! Надо набрать людей для охраны и договориться с несколькими строительными фирмами на разные сроки. Пусть поставят несколько простых домиков. Ты сможешь это организовать?

– Только через биржу. Им понадобятся копии дарственной и остальных документов.

– Знаю. На первую встречу я должна пойти сама, а дальше можно уладить через тебя. А пока избавься от всех сомнительных личностей и каждого, кто мешает работе экспедиции. Составь список людей, которыми их можно заменить и принеси мне, чтобы я предъявила на бирже. С твоим опытом, Питер, только и можно решить эти вопросы.

– Все сделаю и скоро дам знать, – выпалил он, но думал о другом. Воспользовавшись ее задумчивостью, Питер крепко прижал ее к стене и поцеловал в губы.

Можно подумать, она свидание ему назначила! Для одного дня слишком много любовников и поцелуев! Как теперь избавиться от бедняги? И ведь прекрасный геолог, хотя работает всего два года. От него она и узнала, что на острове полно золота и кое-чего поценней.

– Питер, Питер! – она вырвалась из поцелуя. – Из-за тебя я могу слететь в D! Ты этого желаешь?

– Прости, – он отошел, не выпуская ее рук.

– Сейчас меня хватятся! Дай знать, когда все сделаешь, я надеюсь на тебя!

Она убежала обратно и вернулась к рабочему месту, как ни в чем не бывало.

Но в первую очередь Келли была женщиной, сколько бы ни предостерегала себя. Оставив компьютер, она подошла к окну, будто отдыхая. Питер вышел на проспект, перешел дорогу и направился куда-то вниз по Уэзерли-стрит. Действительно красивый мужчина, с которым Джеф не сравнится. Только бы не сломаться!

Рядом встал Ившем, засунув руки в карманы. Видимо, безделье ему надоело, и даже поговорить не с кем. Безразличный взгляд задержался на Питере, потому что прохожих почти не было.

– Что вы скажете о том мужчине? – спросил он.

– Каком?

– Вы на него только что смотрели.

Келли задумалась.

– У него отпуск или он без работы. Потому что больница в противоположном направлении и с другой стороны улицы, на нем нет салатовой формы класса D. В отличие от остальных, он смуглый. Это кое-что говорит о его предках. Его работа связана с тяжелым физическим трудом, судя по фигуре. Больше ничего не могу угадать. А вы?

– Он не смуглый, а загорелый, в остальном согласен. Очень силен и ловок – перепрыгнул через ограду "ножницами", сделал это красиво. Судя по радостной улыбке, которую я заметил, когда он огляделся по сторонам, случилось что-то хорошее. Биржа далеко, так что это не новая работа. Плащ у него мокрый, значит, давно вышел из дома, а не только что. Без ручной ноши, без покупок. Значит, он кого-то встретил. Такое редкое выражение лица в Нью-Тауне ни с чем не спутаешь, это влюбленность. Он только что встретился с девушкой.

– Потрясающе, – сказала Келли и села на место. Что-то ей не понравилось, она отличила какую-то неискренность в его пылком монологе. Уж не убеждает ли ее Ившем, что Фитс влюблен? Но для чего?!

Потом она не выдержала и заговорила о больном:

– Послушайте, вы ведь не собираетесь раздувать скандал из-за...

Ившем, словно специально, смотрел долго и внимательно.

– Не собираюсь, – коротко ответил он.

Потом Келли поняла: Ившем не пьет таблеток. Слишком подозрительное поведение. Будь он под действием максинала, по закону, выдал бы их полиции. Он такой же, как она. Вот почему сначала Ившем показался иностранцем. Опасный вопрос: что он здесь делает?!

Глава 3

Чандлер, вероятно, занимался демонстрантами, потому что после встречи ни разу не позвонил. Келли перевезла все папки с личными делами к себе домой и поставила пароль на электронные документы и почту. Теперь можно было подпустить Джона к работе и даже освободить себе руки.

Воспользовавшись передышкой, Келли отпросилась с работы, посетила Хранилище и забрала большую часть украшений. Искушение освободить ячейку полностью и снять деньги со счета было сильным, но это навлекло бы подозрения.

– Надеюсь, это не связано с недоверием к сервису, – осторожно заметил директор, который лично обслуживал богатых клиентов.

– Это женская страсть! В моей домашней шкатулке ничего не осталось, кроме нескольких колец и одной цепочки. И я пожалела, что не могу перебирать и любоваться остальными украшениями.

– Говорят, драгоценности – для стариков, а молодость хороша сама по себе.

– Приму за комплимент! Но мне больше некого любить, кроме этих камушков, – улыбнулась Келли и попрощалась.

Со списком от Питера Фитса Келли посетила биржу трудовой занятости как представитель нотариальной палаты. Здесь состояние ее счета никто не знал, а то, что она правая рука Джефа Андерсена, принесло пользу. Снова она сидела в личном кабинете директора, пожилого, но очень симпатичного джентльмена с бакенбардами и усами.

– Я поздравляю вас, мисс Мид, – восхищенно сказал Фредерик Стенхоуп после тщательного изучения всех подписей и печатей. – Таких документов мне еще не приходилось видеть. Целый остров!

– Небольшой, – скромно уточнила она, хотя площадь была указана.

– Уже придумали название?

– Нет.

Он подождал, ожидая добавки, но она молчала.

– Я лично проконтролирую, чтобы мистер Фитс продолжил работу на острове и набрал подходящую команду, – он перечитал список. – Что касается охраны, то некоторые из этих мужчин давно не работали. Доктор Дарлингтон – пенсионер, Престон сломал ногу, да так неудачно, что два года промучился на больничном. На прежнем предприятии их давно заменили другими. Крэнфорд, кажется, новичок, совсем без опыта.

– Не имею представления, кто они такие. Но я доверяю Фитсу. Он работает всего два года, сами понимаете, сразу после обучения. Зато побывал в таких условиях, какие нам и не снились. Если Фитс не знает, кто подойдет, то никто не способен помочь мне. Кстати, в дальнейшем именно он будет представлять мои интересы.

– Мне все ясно, – кивнул Стенхоуп. – Для меня честь помочь вам, мисс. Как только мы проверим их подготовленность и соберем команду, я сообщу вам.

– Благодарю вас, – душевно пропела Келли и положила деньги на стол. – Еще я очень прошу исключить этих четверых из экспедиции. Фитс говорит, что от них нет пользы.

– Так и быть, я велю своим людям найти для этих джентльменов новые места.

Келли покинула биржу довольной.

О строительстве договорился сам Питер, Келли только подписала договоры и заплатила. Корабль, который перевезет рабочих и инструменты, тоже нанял он. Строительство должно было начаться прямо на выходных. Келли надеялась, что у нее скоро появится надежное место, где она будет защищена.

Но последний рабочий день напомнил, что все хуже, чем кажется. Пусть Чандлер, самый главный лев, занят, у нее предостаточно врагов и без него. Когда Джеф был на встрече с клиентом Веровски, а Ившем ушел на обед, в приемную ворвался Чарльз Стоун, сын Элизабет. Она знала его не столько из-за учебы в Львином городе, сколько из-за того, что Стоун сам не скрывался, как некоторые из ОП. Но потом он куда-то пропал, и вот теперь навис над ней, жутко изменившийся и постаревший.

Тогда Келли поняла, что Элизабет терроризирует сын. Трудно было определить проблему точно, но наркотическая зависимость была налицо. Это она знала из курса специальной химии, которой не обучали в обычной школе.

– Я вытрясу из тебя все, проклятая стерва! Остров принадлежит нам, Стоунам! – хрипло орал он.

Слюни мелкими каплями сели на щеки и губы Келли. Он растерялась, не находя слов, чтобы успокоить его. Но Чарльзу было мало. Он вцепился в ее хрупкие плечи стал трясти ее. Казалось, что или шея сломается, или голова оторвется. Пальцы не принадлежали живому человеку. Твердые, влажные, кривые, позже они оставили на теле синяки.

Ившем вернулся, когда Стоун уже довел Келли до истерики, схватил за шею и, наверно, придушил бы. Увидев Джона, Чарльз, неожиданно для Келли, испугался и быстро стих. Он будто захотел собраться в комок, сгорбившись и прижав ладони к кадыку.

Андерсен вообще появился, когда охранники и Ившем уже вывели сумасшедшего на улицу. Джозеф лично увез Стоуна в Львиный город. Ившем вернулся в офис и помог Келли прийти в себя. Она, конечно, притворилась, что чувствует себя хорошо и справилась с шоком. Но это было не больше, чем выражение лица и интонация голоса. А чувства кричали от ужаса. Бешеные сердечные удары торопили: "Надо что-то сделать!" Только что ее чуть не придушили.

Но этот мужчина был неглуп. Он почувствовал, как одеревенело ее тело, и фальшь слабой улыбки, для которой вообще не было повода. К ее удивлению, Джон резко, громко позвал ее по имени.

– Келли, Келли! Очнись!

Это вывело ее из ступора, и она расплакалась. Без рыданий и стонов, только много слёз и редкие всхлипы. Она так удивилась, что даже не поняла, что это с ней случилось. Когда она в последний раз искренне плакала? Когда Морли предложил работать на него? А когда видела чужие слезы?

С удивлением Келли посмотрела на мокрые ладони, которыми вытирала щеки, а потом на Ившема. Что-то его тронуло, наверно. Иначе почему он тоже растерялся и обнял ее?

Только чем он поможет!

– Спасибо, – прошептала она и отстранилась.

Это был только эпизод. Еще не взялся за дело Морли, не говоря уже о Чандлере. Они не будут действовать спонтанно. Впереди самое трудное.

***

Марк Чандлер уже проверил половину отчетов и годовых смет, когда явилась Крошка Бетти. Он заслышал топот ее ножищ за целых две минуты до того, как открылась дверь, и ее туша прошла в кабинет.

– Ну? – сказал он, потому что от нее не столило ждать ничего хорошего. Скорее всего, снова пришла проверять, как он справляется с делами и не обманывает ли их.

Марк предпочитал простор и скромный интерьер, и Бетти нарушала его понятие о комфорте, когда садилась напротив, не вмещаясь на стул, шуршала бумагами и подозрительно рычала, находя ошибки, которые, на самом деле, ошибками не были.

– Наташа сказала, что ты проводишь ревизию, ну а я пришла помочь.

Он хлопнул по столу пачкой документов.

– Слушай, Бет, не хочешь ли заняться Научным городком? Раз уж тебе нечего делать!

Она подняла глаза к потолку, раздумывая.

– Это далеко...

"Вот тупица-то, конечно, далеко. И чем дальше, тем лучше!"

– Тебе надо будет проверять работу ученых: как они справляются с планом, сколько подопытных есть в запасе, сколько успешных испытаний проведено за сезон; платить им зарплату и отправлять нам, в город, максинал. Примерно так. Очень ответственная должность, Бетти.

– А как же тот... Дэвидсон, что ли?

– Я его уволил, он превысил полномочия. Вакантная должность, Бетти.

– Интересно... Очень интересно.

– Давай, соглашайся! Где я найду такого же серьезного человека?

– А как же Кобелек?

– Нет, нет, Лео там не место! Сама знаешь...

– Ну, хорошо! – она ударила кулаками по столу в знак решимости.

– Поздравляю! Давай прямо сейчас подпишем приказ...

Марк, стараясь скрыть облегчение, поспешил достать бланки.

***

Выходной день Келли проводила вне квартиры. Подальше от своего района. Как обычно, просыпалась рано, ела легкий завтрак: что-то морское и крепкий травяной чай. Надевала какое-нибудь из многочисленных черных платьев и шла гулять по Нью-Тауну. Миллионы человек в это время обычно спали. Верхушки небоскребов дымились облаками. Редкие окна со светом можно было принять за те же самые звезды, изредка проглядывающие сквозь клумбы туч. Багровые пятна увеличивали сходство с пожарищем. Келли не боялась космоса, у нее хватало близких врагов. Но в этот ранний час спали даже они. Именно эта мысль и полное одиночество давали ей ощущение свободы. Она нуждалась в этом глотке воздуха, чтобы потом снова нырнуть в неопределенность будней.

Девушка шла прямо по проездной части, испытывая детское счастье от того, что нарушает правила. По пути собирала букеты из веток десний – деревьев с широкими красноватыми листьями плотной структуры.

Она дошла до леса десний, который так и не вырубили. Красный и тихий, он выглядел необитаемым. Внутри казалось, что ближайшие круги – дома класса В, не существовали. Да и всего города не было! Отыскав поваленное дерево, она села и замерла. Прозрачный ручей нежно журчал по красным камням, через пятьдесят метров уходя под землю на встречу с морем. Еще несколько секунд покоя, и на ладони сели первые мошки. Они кусались больно, но отпугнуть можно было любой парфюмерией. Признавая ее "невкусной", мошки быстро улетали. Улыбаясь щекотке от их маленьких ножек и мокрых хоботков, Келли вдруг различила посторонний шорох – чужие шаги. Девушка спрятала руки в карманы и сжала нож. Капюшон мешал определить, с какой стороны идет человек. К тому же тропы путались, и он постоянно менял маршрут, петляя в зарослях ягодных кустарников, пробираясь через сваленные деревья и стараясь, как и она, не намочиться от мокрых веток. Незнакомец и не думал скрываться, раз производил столько шума. Он появился прямо перед ней, метрах в пятнадцати. В расстегнутом пальто до колен темно-серого цвета, тоже с надвинутым капюшоном. Он ловко перепрыгнул через ручей и остановился напротив сидящей Келли.

– Доброе утро, мисс Мид, – потревожил картавый баритон лесной уют.

Он понял, что не дождется ответа и сел рядом, но справа от девушки, словно подозревал об оружии в кармане, но надеялся, что она правша. А нанести удар вправо будет неудобно. Но во втором кармане тоже был нож.

На убийцу мужчина не был похож. Глядя на него снизу, Келли увидела седые волосы, морщины на лбу и в уголках рта. Когда он сел и положил руки на колени, она отметила, что ногти пожелтели, а кожа сухая.

– Нам известно, о чем вы думаете, когда выходите гулять по утрам, – глядя в пространство перед собой, начал он.

В голосе не было угрозы. Главное, не спешить с выводами. Пусть он сам проговорится или ясно объяснит, кому это "нам".

– Как и ваше положение. Все, до мельчайших подробностей. Как планируете спасать свою жизнь?

– Не думаю, что мне что-то угрожает, – спокойно ответила она.

– Разве? А Чарльз Стоун? ОП? Вас еще не шантажировали? Если Стоуны займутся шантажом, вам ничего не остается, кроме как подчиниться им. Так они высосут все, что упало из щедрой ладони Андерсена. Кому вы пожалуетесь?

– ОП защитит мои права.

– ОП не ставило целью обеспечить Келли Мид безбедное, независимое существование. Они хотели иметь послушную девочку на побегушках. Но девочка, оказывается, не пьет таблетки. Поэтому у нее есть свои амбиции, которые она неплохо осуществляет.

Вот тут она похолодела.

– Такая Келли Мид не нужна ОП. Разве они желали отдать вам остров? Нет! А почему вы выбрали именно этот островок? Молчите? Дело ведь не только в его удаленности от остальной гряды. Вы поговорили с Питером Фитсом, не так ли?

Келли сделала все, чтобы лицо оставалось спокойным, а дыхание ровным. Она даже улыбнулась. Откуда он знает об острове? А о том, что она встречалась с Фитсом, не знает даже ОП.

– Он отличный геолог, притом – наш человек. Именно нам вы обязаны тем, что Фитс не направил доклад в ОП, а не своим красивым губам. Хотя, признаюсь, бедняга Питер не может их забыть до сих пор.

Он тихо засмеялся и впервые посмотрел ей в лицо. Приятное выражение лица, красивый разрез глаз, ясные голубые радужки. Иногда старость бывает добра к людям.

– Будь у вас чуть больше силы, мисс Мид, вы стали бы королевой Земли-2. Все в порядке? Как себя чувствуете?

– Хорошо, – голос звучал с хрипотцой, выдавая сильнейшее напряжение, от которого сдавило горло.

– Мы вам не угрожаем, не волнуйтесь.

– Переходите к делу! – приказала Келли.

Он усмехнулся, но выглядел довольным.

– Признаюсь, я не поверил, когда Джей выложил передо мной папку с вашим досье. Ваше состояние оценивается в... сами знаете сколько. Остров с месторождением – бесценное приобретение. Мне пришлось уговаривать самого себя! Джей хохотал надо мной! А ведь он обычно не улыбается. Потом я сказал: "Ее скоро убьют". Вернее, повторил слова Джея. Единственное, что вас еще спасает, так это бедняга Андерсен. Его теплые чувства! Поэтому ОП избавится от вас аккуратно, чтобы не возникло никаких подозрений и Андерсен не начал разнюхивать... А вообще, вам некуда деться! Скоро день рождения. Так?

Келли молчала.

– Но что стоит подорвать доверие человека? Особенно в вашем случае! Со дня на день ему могут раскрыть глаза и предоставить доказательства двойной игры. Причем ОП обелит себя молоком, и вся вина ляжет на лживую, продажную девку по имени Келли Мид.

Когда же он перейдет к сути? Келли занервничала, уже не скрывая. Потому что то, о чем она только думала, наяву звучало гораздо неприятней.

– Мы предлагаем сотрудничество. Круглосуточная охрана с момента вашего согласия. А после – побег на ваш же остров.

– Сколько вы просите?

– Трудно назвать точную цифру... мы просим не деньгами. Нам нужна земля и прииск. Отдайте нам остров, мисс Мид, если хотите жить.

Она устало закрыла глаза. Проклятый Фитс! Вот где ошибка. Она попалась на своем же оружии. Это он ее соблазнил, оказывается.

– Не слишком ли много?

– Жизнь бесценна. Деньги, украшения и квартира останутся вам. Правда, жилье придется продать.

Он остановился, ожидая возражений и споров, но девушка слишком хорошо понимала безнадежность положения. Потому она внимательно слушала, оценивая предложение со всех сторон. Но это еще не согласие.

– Вы будете работать на нас. Из Андерсена и ОП еще можно кое-что выжать. Мы сделаем так, что вы будете нужны ОП. Когда настанет час, вы совершите побег на остров. С нами. И будете независимы, защищены, живы.

– Кто вы?

– Я... Майкл.

Он протянул руку, ей пришлось пожать ее.

– Мы – это те, кого вы называете революционерами.

Ее руку он сжал очень крепко и не выпустил.

– Наверняка вы чего-то ждали в последнее время? Если не смерти, то хотя бы понижения до класса D? Де-факто мы уже сотрудничаем, Келли. Вы живы благодаря нам. Андеосен направит доклад о ликвидации опасного преступника, Бишопа. Может, уже сделал это. Львы оценят вашу роль.

– Так Филлип?!.

– Нет-нет, вы его вычислили, там все честно. Бедняга... Но наш человек посоветует Андерсену рассказать о вашем достижении Чандлеру. Конечно, откроют уголовное дело, жаль Филлипа. Мы жертвуем его ради вас.