Текст книги "Душа ифрита (СИ)"

Автор книги: Лина Рен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 27 страниц)

Поднявшись на ноги, я поняла, что потеряла свой отряд. Ри нигде не было видно. Вероятно, они не сразу заметили, что я пропала, а если и заметили, то не стали возвращаться. Внутри все похолодело от страха. Совсем рядом послышались звуки драки, это люди Елина сражались с небольшой группой врагов вместе с ифритами. Я сразу же побежала туда, оставаться сейчас одной было бы равносильно смерти.

Но стоило мне сделать всего несколько шагов, как кто-то закричал во все горло «Осторожнее!», а затем раздался лязг металла. Это было похоже на то, что я испытала тогда в метро: вспышка света, грохот в ушах и волна жара, которая отбрасывает тебя в сторону. Только теперь не было никого, кто мог бы поддержать меня за руку и спасти. Взрыв от гранаты оглушал, но не в обычном понимании этого слова. На несколько я секунд я не только перестала слышать, но и видеть.

Лежа спиной на земле, я будто провалилась в небытие. Я чувствовала холодный ветер на своих щеках, чувствовала, как стекает кровь, но все остальные ощущения словно замерли. Первый цвет, пробравшийся в мое сознание, был серый. Это цвет неба, что озарял наш мир в тот день.

Я с трудом поднялась на ноги. Озираясь по сторонам мне было сложно понять, что происходит вокруг: все цвета, предметы, люди – все смешалось в единое целое. Но потом, почти над самых ухом, пронесло что-то жужжащее. Снова раздалось два взрыва. Мне казалось, что затылок окатило кипятком, и что кожа на это месте расплавилась, но, когда я дотронулась рукой до своих волос, то обнаружила лишь несколько пятен крови на бледных тонких пальцах. На секунду, всего лишь на секунду, я подумала «а почему я тут нахожусь?». И как раз в этот момент прямо передо мной что-то упало. Мои глаза медленно переместились вниз, пытаясь изучить предмет.

Это был человек в черной униформе. Мне хотелось разглядеть лицо, хотелось понять кто это, но зрение все никак не фокусировалось. Шестеренки в мозгу медленно зашевелились. Мы тут, потому что надо сражаться. Мы тут, потому что надо помочь своим товарищам. Мы тут, потому что должны бороться. Вот и все.

Я приложила немало усилий, чтобы сделать первый шаг. Наверное, учиться ходить было не так тяжело, как сделать этот шаг на поле боя.

Я медленно шла вперед, находясь словно в тумане. Слова, звуки, цвета – я не могла воспринимать поступающую информацию. Меня толкали, хватали за руки, но я продолжала идти вперед, не обращая внимания. Все это лишь декорации. Звуки и голоса слились в единый шум, который находился где-то снаружи. Он почти что не проникал в мой мозг. Что я тут делаю? Разве не лучше ли было сейчас сидеть где-то в кабинете Вика, слушать его мерное дыхание, смотреть на наши фотографии, озорные слабом светом электрической лампы?

Меня еще раз схватили за руку. Но теперь, когда я попыталась вырваться, ее сжали еще сильнее, а затем со всей силы тряхнули за плечи. По всему телу прошла мелкая дрожь. Это был Вик. Он сжимал мои плечи обеими руками, его лицо нависло над моим, а рот постоянно открывался, выводя какие-то звуки. Только спустя несколько мгновений я поняла, что он что-то кричал. Но я не могла расслышать, только не сейчас. Мне пришлось показать пальцем на уши, чтобы он понял. Вик сразу перестал кричать, его взгляд встревоженно пробежался по моему лицу.

– Я не слышу, – попробовала сказать я.

Не знаю, получилось ли у меня придать этой мысли форму слов или нет. И пусть это звучит немного по-дурацки, но мне кажется, что ему и не нужны были мои слова. Он мог бы понять все одним своим взглядом, одним моим жестом. По крайне мере, это то, во что мне хочется верить. Вик лишь согласно кивнул и крепко взял меня за руку.

А потом мы бежали, бежали очень быстро. Периодически Вик останавливался, чтобы отстреляться. Я тоже пыталась отбиваться, когда ко мне кто-то подходил очень близко, но это был скорее инстинкт, а не осознанные действия. Я просто делала это и все. Просто потому, что так надо было.

Через минут пятнадцать мы смогли прорваться к нашему отряду. Несколько солдат в черной одежде прикрывал основной блок Елина, там же был и Денис. Увидев нас с Виком, он покинул строй и бросился на встречу. Лицо моего друга было полностью испачкано в земле и каких-то темных разводах, по виску стекала тонкая струйка крови. А глаза... сколько всего в них было: страх, сожаление, безнадежность.

– Возьми ее в строй, – прокричал ему Вик, отдавая мою руку. Это было единственное, что я услышала впервые за долгое время.

И вдруг я поняла, как соскучилась по этому голосу. Мне хотелось тянуться к нему, хотелось услышать другие слова, сказанные этим человеком. Раньше я не знала, что люди подразумевают под «родным» голосом. Мне казалось, что это больше про то, к чему ты привык. Но родной голос это немного большее, чем просто привычка. Это звук, который въедается тебе под кожу, который растекается в твоей крови, который заставляет все твое сознание выплывать наружу. Слыша его, тебе невольно становится тепло и уютно, и тогда кажется, что ты оказываешься именно там, где и нужно.

– Она серьезно ранена, – продолжал кричать Вик. – Позаботься о ней!

– А ты? – спросил у него Денис.

– Лутак там, я должен прорваться к нему.

Вик в последний раз сжал меня за плечо и, перезарядив оружие, готовился убежать вперед, туда, где в единую массу слилось столько людей.

– Я не ранена, – мне хотелось перекрыть шум боя своим голосом, хотелось, чтобы он меня услышал. – Возьми меня с собой.

– У нее все лицо в крови, – Денис меня даже не слышал. Может, я слишком тихо говорила?

– Я видел, как Эл оглушило от взрыва гранаты, она почти не слышит сейчас.

– Все хорошо, я не отпущу тебя одного, – моя вторая попытка вставить слово осталась незамеченной.

Вик, кажется, даже не хотел меня слышать. С тех пор, как он передал мою руку Денису, то ни разу не взглянул на меня. Он спешил, я понимаю. Спешил спасти жизнь еще кого-то. И раз так, то я тоже должна хоть что-то сделать.

Рядом с нами пролетел снаряд. Денис отвлекся всего на секунду, но мне этого было более чем достаточно. Пока он оглядывался назад, я одним движением сорвала кобуру у него с пояса. Мне нужно было оружие. Кажется, друг попытался меня ухватить, когда понял в чем дело, но я снова вырвалась. Вика нельзя было оставлять одного.

Вокруг меня снова все завертелось. В мир постепенно начал возвращаться звук, но он был все еще смазан. Я пыталась найти глазами Вика, однако среди других людей в черном это было сложно сделать. Остановилась всего на секунду, пытаясь проанализировать ситуацию. Наши солдаты заполнили почти все пространство, люди во вражеской форме маячили где-то вдалеке. Значит, мы их тесним? Услышала знакомый голос. Вик. Он был там, впереди. За ним следовало несколько людей в черных куртках, отстреливающихся от врагов. Судя по всему, Вик повел небольшой отряд наших людей в самое сердце врага. Недалеко от меня снова разорвался снаряд. Темная, окрашенная в бурую кровь земля, взлетела на воздух, повалил дым и закрыв мне обзор на Вика. Я потеряла их из виду. Затуманенное сознание подсказало мне, что я сейчас совершенно одна, оторванная от всех, кто мог бы мне помочь. Не самое выгодное положение. Надо было двигаться либо назад, либо вперед.

Еще пару шагов, и рядом снова взорвался снаряд. Пришлось лечь на землю, закрывая уши руками. Вик окончательно пропал из поля моего зрения. Сердце пропустило несколько ударов. Бежать, бежать пока не стало слишком поздно. С трудом, перешагивая через тела, я добралась до того места, где последний раз видела своего командира. Конечно же, его там уже давно не было. Мои ноги снова споткнулись об кого-то. Но на этот раз пройти мимо не получилось. Меня схватили за щиколотку и сжали ее так крепко, будто это был единственный спасательный круг. Кажется, это был кто-то из отряда Елина. Я аккуратно перевернула человека лицом вверх, стараясь не причинить много боли, но солдат все равно поморщился. Из-за грязных разводов на лице раненного было даже тяжело сказать, сколько ему лет, какого цвета у него глаза, есть ли у него родинки на лице, появились ли первые морщины в уголках глаз. Он простонал что-то нечленораздельное. Надо было помочь, но... Рядом пробегал кто-то из ифритов. Кажется, я видела этого парня пару раз в тренировочном зале. Я окликнула его и он, едва завидев меня, быстро кивнул и бросился в нашу сторону.

Парень, склонившись над нами, быстрым взглядом окинул раненного.

– Его нужно перевязать. У тебя есть что-то? – я отрицательно покачала головой. – Хорошо, прикрой нас, пока я окажу ему первую помощь.

– Сможешь доставить его в тыл? Мне надо идти вперед.

Он ничего не ответил, просто сразу же принялся перевязывать раны пострадавшего всем тем, что подворачивалось под руку. В это время я стояла рядом с ними и прицеливалась. Несколько раз к нам порывались подойти вражеские солдаты. Тут, стоя посреди поля боя, мы рисковали гораздо больше, чем в любом другом месте. Пули летели сквозь нас, от них невозможно было увернуться.

– Позади, – вдруг со всей силы закричал ифрит.

Я оглянулась. Действительно, с другой стороны к нам подбиралось еще несколько человек. Они готовы были выстрелить в любой момент. Я успела лишь вытащить небольшую гранату с пояса и бросить в ту сторону. Взрывная волна, хоть и небольшая, разбросала нас по сторонам. Снова поднявшись на ноги, я принялась отбиваться от тех врагов, что уже устояли на ногах. В это время мой партнер перехватил раненного солдата через плечо и побежал вместе с ним в тыл. Я остановилась, провожая их взглядом. Стоило лишь на секунду отвлечься, как тут же накатила слабость. В голове все поплыло.

Оглядевшись по сторонам, я не смогла увидеть хоть кого-то в черной форме ифритов. Мое внутреннее чувство пространства совсем потерлось. Пробежав несколько метров наугад, я снова обо что-то споткнулась. Но на этот раз, летя на землю лицом вниз, я не увидела там ничего, что могло бы мне помешать. Кто-то схватил меня за волосы и со всей силы потянул вверх. Стараясь хоть немного уменьшить боль в голове, я последовала этому движению. Мои локоны, замотанные в стальной кулак, крепко сжимал капитан Лутак.

– Куда ты так несешься? Даже не замечаешь старых друзей?

Я в панике началась озираться по сторонам, пытаясь найти хоть кого-то.

– Даже не пытайся, мы довольно далеко от твоей группы.

– Что тебе от меня надо? – я бросила на него взгляд полный ненависти.

Толстый и обрюзгший, он стоял прямо напротив меня все также крепко сжимая мои волосы, чтобы я никуда не вырвалась. От него исходил мерзкий запах металла, крови и пота. По обе стороны от капитана стояло несколько солдат с заряженным оружием.

– Птичка на хвосте сообщила, что ты обладаешь некоторыми ценными сведениями, которые могли бы нам очень помочь.

– Ты просто трус, который готов предать полис в обмен на свою жизнь. Даже если бы у меня и были какие-то важные сведения, я скорее умерла бы, чем отдала их в руки такого человека.

– Полис, говоришь, – он противно усмехнулся. – А что, если это полис предал тебя? Оглянись вокруг, посмотри сколько мертвых тел под твоими ногами. Думаешь, полису есть до них дело? Наоборот, именно из-за него твои друзья и приняли смерть.

– Если ты так ждал моей смерти, то просто сделай это. Но этот бред я слушать не собираюсь.

– Ну уж нет, ты нужна мне живой, милочка. Мы столько за тобой бегали, уж будь добра.

– У меня ничего нет, дурья твоя башка! – для убедительности я расстегнула куртку и показала, что во внутренних карманах пусто.

– Есть, – он улыбнулся и дотронулся пальцем свободной руки до моего виска. – Прямо вот тут.

Лутак потерял бдительность всего на секунду, но за это время я успела дотянуться до ножа, прикрепленного к моему бедру. Одним выпадом руки я попыталась полоснуть капитана по шее, гад успел отклониться. Зато мои волосы снова стали свободны. Я попятилась, сжимая нож в своих дрожащих руках. Вся эта ситуация лишь позабавила Лутака. Зато я вся дрожала. Было заметно, что мои ноги вот-вот откажутся держать туловище.

Едва капитан приблизился ко мне вплотную снова, как его руки ухватились за ворот моей одежды. И я поняла, что на этот раз мне не вырваться, у меня просто не осталось сил. Рука с ножом безвольно опустилась вниз. Оружие упало на землю и затерялось где-то под сапогами моего врага. Одновременно с этим совсем рядом раздался звук выстрела. Лутак покачнулся, а на его плече стала медленно проступать кровь. Меня снова кто-то схватил за плечи и одним быстрым движением стряхнул руку капитана с ворота одежды. Солдаты, до этого охранявшие Лутака, сразу же направили свои автоматы в мою сторону.

– Если не хотите, чтобы я прямо сейчас застрелил вашего командира, то советую не дергаться лишний раз, – сказал Вик.

Он стоял прямо позади меня, направив оружие на Лутака. Своей спиной я почти что опиралась на его грудь, именно она не давала мне завалиться назад и упасть на землю.

– Ты совсем без головы на плечах? – теперь Вик кричал уже на меня. – Я же сказал тебе оставаться с Денисом.

– А-а, – нараспев протянул капитан, прижимая ладонь к свежей ране. – Вик! Давно же мы не виделись. Неужели прибежал спасать плоды своих вложений?

– Я уже передал твоему другу, что никогда не отдам вам Эл. Можете даже не пытаться.

– Да ну? А что, если она сама придет к нам? Эл, не так ли? Я ведь руковожу этим отрядом, знаешь? И, если ты согласишься пойти со мной...

Он не договорил, потому что в ту же самую секунду Вик снова выстрелил. Капитан рухнул на колени. Последнее, что я увидела в его глазах – удивление. Теперь с ним было покончено раз и навсегда.

Вик не стал дожидаться особого приглашения, он сразу же направил оружие на одного из солдат, который стоял рядом с капитаном, и выстрелил. Второй солдат поднял руки вверх в знак полной капитуляции. Глядя на него Вик помедлил, размышляя, стрелять или не стрелять. Я же в это время все никак не могла отвести свой взгляд от мертвого Лутака.

– Вик, – я аккуратно убрала руку парня с моего плеча. – Он сказал, что я ему была нужна.

Вик отвлекся всего на секунду, переведя взгляд на меня, но и этого было достаточно. Солдат, до этого находившийся под прицелом, дал деру.

– Черт, – прошипел Вик. – Он побежал звать подмогу.

Одним легким движением парень оттолкнул меня и ринулся за солдатом. Мне потребовалось две секунды, чтобы мой мозг переварил ситуацию и дал соответствующую команду: бежать за ним. Нельзя было оставлять его одного.

Мои ноги понесли меня вперед, но слабость и дрожь в коленях сделали свое дело. Я прилично отстала. Чувство страха вытесняло и боль, и все остальное. Только спустя две минуты удалось догнать его так, чтобы парень находился в поле моего зрения. Вик стоял, точно вкопанный, посреди поля. Между нами оставалось не более двадцати метров. «Почему он не двигается?» – пронеслось в моей голове за долю секунды. Его оружие было опущено. Кажется, он с кем-то говорил? Но я не могла услышать ни единого слова из-за окружающего нас грохота.

– Вик! – прокричала я изо всех сил.

И тогда он развернулся... но не только он. В нескольких шагах от него стоял хорошо известный мне человек-змея. Эстер хищно улыбнулся, стоило ему завидеть мою фигуру вдалеке. Точно также он улыбался, когда вручал мне мой «подарок» на приеме. Я все помнила. Первой мыслью было броситься на человека-змею, но затем... затем я перевела глаза на Вика. Сердце пропустило несколько болезненных глухих ударов.

Вик стоял ко мне в полоборота. Его взгляд был точно таким же, как и в нашу первую встречу в подземке: сожаление, вина, грусть. Но на этот раз там была еще одна эмоция. По спине пробежался холодок. Вик смотрел на меня будто бы в последний раз. Уголки его губ едва заметно дернулись, он набрал в грудь воздуха.

– Эл, беги! – закричал Вик.

Я сделала крохотный, почти неуверенный шаг назад, словно не верила в происходящее и действовала исключительно по инерции. А затем раздался выстрел.

В тот день было много выстрелов, я почти привыкла их не замечать. Но этот звук отдался звоном во всем моем теле и оглушил меня гораздо сильнее, чем все то, что разрывалось рядом со мной до этого момента. Время остановилось. Я не чувствовала ничего, ни пульсации своей крови, ни дуновение ветра на лице. Мой мир сузился до невероятно маленьких размеров. И все, что я могла видеть, это как Вик медленно, почти незаметно для всех, оседал на сырую землю. Образовавшуюся тишину нарушил звук второго выстрела.

Мир снова пришел в действие. Удар сердца, второй. Ноги начали приходить в движение, а с губ сорвался первый выдох за все это время. По грудной клетке пошла сильная вибрация, горло саднило. Лишь спустя несколько секунд до моего сознания дошло, что это произошло потому, что я кричала изо всех сил. Кричала, но не понимала, что именно.

Я не помнила, как добралась до Вика. Просто рухнулась рядом и медленно потянулась к нему дрожащими руками. Первым в мой мир пробрался звук его неровного дыхания.

– Вик! Вик! – я кричала и трясла парня, стараясь привести его в чувство.

Мне почему-то казалось, что еще немного, и Вик откроет свои глаза. Что он улыбнется, как это часто бывало, когда он меня разыгрывал. Но этого не происходило. Заплетающиеся пальцы начали быстро ощупывать его лицо и одежду, пытаясь понять, где именно прошли пули. Вик полностью был в крови. Его лицо и одежда были измазаны противным красным цветом. Я терялась в нем, даже не имея возможности понять, где находится рана.

Человек-змея прошел мимо нас. Он посмотрел на меня сверху вниз, издал утробный звук, отдаленно напоминающий смешок, а затем пошел обратно. Вероятно, Эстер что-то сказал, но в тот момент я не могла ни видеть, ни слышать его.

– Вик, пожалуйста, – это был уже даже не крик, вопль. – Очнись, прошу тебя.

Я обхватила руками его лицо, провела по белым волосам. Это не помогало.

– Вик!

Мое лицо промокло от слез. Их было так много, что я уже даже не могла разглядеть его черты. Все так размыто.

– Нет, слышишь?

Из последних сил я тряхнула его за плечи. Вик слегка закашлял. Ресницы на его лице едва заметно дрогнули, но мне было достаточно и этого.

– Эл, – едва слышно произнес он слабым голосом.

– Вик! Ты как? – не веря своему счастью спросила я.

– Уходи.

– Нет, я без тебя никуда не пойду! Сейчас, погоди немного, я помогу тебе, хорошо? Просто подожди, прошу тебя!

– Послушай меня хотя бы раз.

Он вдруг весь поморщился, но из всех своих последних сил он смог чуть-чуть поднять свою руку. Она коснулась моих пальцев.

– Что ты...? – всхлипнула я.

– Уходи.

– Нет! Я вытащу тебя.

– Да!

– Вик, умоляю, – я уже не могла сдерживать рыданий. – Дай мне помочь!

Он ничего мне не ответил, лишь улыбнулся, так же солнечно, как и всегда. Его рука, до этого сжимающая мою ладонь, теперь безвольно опустилась. Силы покидали его с каждой минутой, а дыхание становилось все тяжелее.

Вдруг рядом появился Денис. Он подбежал к нам так незаметно, что я даже дернулась от испуга. Вероятно, он просто шел за мной, когда я покинула тыл. Так Денис и вышел на нас.

– Что у вас тут? – спросил мой друг, но почти сразу умолк, едва заметив Вика.

– Денис, – всхлипнула я. – Пожалуйста...

Парень прижал ладонь к моему рту, чтобы я не тратила слов, а затем принялся расстегивать куртку Вика. Тогда мы увидели, что пули прошли где-то совсем рядом с грудью. На черной майке виднелись маленькие дырки, открывающие плоть. Грудь Вика вздымалась все чаще, он будто пытался поймать весь тот воздух, что был рядом.

– Держись, – как всегда отрывисто произнес Денис. – Мне придется перевязать раны, чтобы остановить кровь. Будет больно.

– Нет, – слабо сказал Вик, едва выводя слова. – Нужна твоя... помощь.

– Я и пытаюсь помочь, – возразил ему Денис.

– Он сказал, что скоро будет взрыв.

– Они проигрывают, – кивнул Денис словно бы в подтверждение его слов.

– Все взлетит на воздух... Забери Эл, ты обещал.

Денис несколько секунд внимательно изучал его лицо, будто бы решая что-то для себя. Затем он медленно кивнул, все еще не сводя с Вика глаз.

– Они не должны схватить ее, – Вик перешел на шепот. – Пожалуйста.

– Не переживай, я все сделаю.

Денис резко поднялся, а затем перехватил меня за пояс и перекинул через плечо так, что Вик остался где-то далеко внизу. Длинные волосы упали мне на лицо, закрывая почти весь обзор. Едва стоило мне понять, что происходит, как я начала быстро вырываться из цепкой хватки Дениса.

– Отпусти меня! Мы должны помочь Вику!

– Прости, Эл, – тихо пробормотал Денис куда-то в другую сторону, а затем бросился бежать прочь с поля битвы.

– Отпусти! – я начала со всей силы бить его ногами и руками, но парень не поддавался.

У меня никак не получалось вырваться, а тем временем мы отдалялись от Вика все дальше и дальше.

– Денис! Он умрет, если мы ему не поможем!

Вик продолжал лежать на земле, но теперь он повернул голову в мою сторону. Я пробовала опереться руками, обхватив Дениса за пояс, я кричала, я плакала, я протягивала руки к Вику, пытаясь ухватить эту часть своей жизни, важную часть. А Вик просто смотрел на то, как мы отдаляемся. Его губ коснулась улыбка. И мне не хотелось верить в то, что он улыбается, глядя на то, как мы покидаем его. Все что угодно, только не это.

– Вик! – из моего горла вырывался только хрип, голос совсем провал.

И в тот момент, когда он думал, что мы отошли достаточно далеко от него, я заметила, как улыбка сползла с его лица. Он напряг все свои силы и поднял руку по направлению ко мне, словно пытаясь дотянуться. Губы двигались, произнося какие-то слова. Но я не могла их расслышать, Денис унес меня слишком далеко. Я вдруг поняла, Вик и правда не хотел, чтобы его бросали. Что бы он ни говорил, как бы не храбрился... он не хотел оставаться один.

– Прошу, – прошептала я сама не зная кому. – Дайте его спасти...

А всего через пару мгновений горизонт озарился желтым свечением и земля, по которой мы недавно ступали, перестала существовать. Денис, даже несмотря на подступающий жар, несмотря на страшный грохот, продолжал уносить меня прочь. Я перестала сопротивляться. Слезы застыли на моих глазах. Вик, как и все что его окружало, исчез во мгле взрыва. В тот момент я тоже умерла.

***

Денис отпустил меня только тогда, когда добежал до тыла. Он просто бросил меня на землю, словно мешок с картошкой, и опустился на корточки, пытаясь отдышаться. А я стояла и смотрела на горизонт, где некогда раскинулось красивое поле. Наверное, через пару лет следы от войны пройдут. Возможно даже в том месте снова вырастет трава, стирая все следы страшного прошлого. Но тогда я видела лишь черные кратеры, лишенные всякой краски. Для меня это место никогда не зацветет снова.

К нам кто-то подбежал, похлопал по спине, помог подняться Денису. Встревоженные голоса говорили очень быстро, задавая тысячу вопросов. Но из всего гама я смогла различить лишь один.

– А где Вик? Вы же убегали вместе.

– Он погиб, – кратко ответил Денис.

Позже наш полис скажет, что армия врага позорно бежала, неся огромные потери, что это битва была за нами. Но никто никогда по-настоящему не узнает, что мы не одержали победу. Домой смог вернуться лишь какой-то жалкий процент и, даже несмотря на нашу победу, враг понес куда меньшие потери. Мы не выиграли. А наши души... души всех ифритов остались тогда на этом поле.

Эпилог

Я пришла в себя только на утро следующего дня. Мои глаза сощурились из-за яркого рассветного солнца, просачивающегося через створки такого знакомого окна. Я сидела на полу в комнате Вика. Как долго я тут нахожусь? Быстро моргая, словно пытаясь прогнать от себя все видения прошлого, я осмотрела пространство. Вещи, лежавшие на столе и кровати, словно ждали возвращения своего хозяина. Тут все осталось точно таким же, каким оно было до ухода Вика: бумаги, фотографии, карты, книги, разбросанная на стуле одежда.

Медленно поднялась на дрожащих ногах. Мне пришлось опереться руками о стену, чтобы не свалиться в ту же минуту. Снова почувствовав приступ боли, я прислонила руку к своему плечу, оно все было покрыто запекшейся кровью. Был бы тут Вик, то уже бы накричал на меня за то, что я сразу не позаботилась о своих ранах. Если бы только...

Я посчитала, сколько времени провела тут. Примерно, не больше двенадцати часов? Что произошло за это время? Все ли в порядке с остальными? Сердце снова начало бешено биться, наращивая темп. Как я могла? Как я могла не узнать, что с остальными? На деревянных ногах, все также опираясь о стену, я неспешна побрела к выходу.

У самого порога палатки я увидела темную фигуру, скрючившуюся и понурую. Человек был укутан в куртку и цеплялся за нее оледеневшими пальцами. Судя по всему, он давно тут находился. Я аккуратно присела на корточки и стянула капюшон с фигуры, обнаружив под ним копну черных, кудрявых от влаги волос. Из груди вырвался вздох облегчения.

– Ри, – я медленно растолкала спящего человека.

Парень слегка поежился, но затем открыл глаза. Он также недоуменно озирался по сторонам, как и я несколько минут назад. Но потом Ри заметил меня. И это был первый раз, когда лицо Ри не выражало ровным счетом ничего. Его теперь было сложно узнать: один глаз слегка заплыл и теперь казался меньше второго, нос весь покраснел от долго нахождения на морозе, а на щеках виднелись свежие синяки и ссадины.

– Эл? – прохрипел Ри.

И я поняла, что очень рада видеть его. Вот он, сидит рядом: продрогший, ошеломленный, но все же живой. Мне хотелось сказать ему так много всего, однако нужные слова просто не приходили на ум. Поэтому я крепко обняла его, сжимая почти до хруста костей. И, в конце концов, слова нашлись.

– Я рада, что ты жив!

– И я рад, что с тобой все хорошо, – сказал он, медленно гладя меня по голове. – Не мог тебя найти. Неужели ты все время провела тут?

– Не знаю, – я пожала плечами. – Не помню практически ничего, даже как мы вернулись. Но что ты тут делаешь? Нежели просидел у палатки всю ночь?

Ри отстранился и медленно повернулся в сторону входа.

– Я хотел прийти сюда, – Ри замялся. – Мне правда хотелось зайти в комнату, но я не смог себя заставить сделать это. Долго решался, но в итоге остался на пороге.

– Ри, пойдем со мной, – я поднялась на ноги и протянула ему руку. – Тебе надо в тепло.

Он пристально посмотрел на меня, затем перевел взгляд на дом, где когда-то жил Вик, и взял мою руку. Мы вместе вошли в место, откуда не так давно доносился смех.

Ри озирался по сторонам, но едва его взгляд цеплялся за какой-то предмет, как он тут уже опускал глаза к полу.

– А ты... – Ри глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. – Денис сказал, что ты была рядом, когда...

Я поняла.

– Это был Эстер. Он выстрелил в Вика, а я ничего не успела сделать. Пыталась помочь, но Денис забрал меня. Надо было взять Вика, а не меня, тогда мы смогли бы спастись все вместе.

– Он не виноват, Денис лишь хотел спасти тебя. Вик понимал, что это конец, поэтому и принял такое решение. И, как бы ни было больно, ты должна уважать это решение.

– Как я могу?

На глаза снова навернулись слезы. И, как-то случайно, я заметила наши фотографии, которые висели почти у самого стола. Те самые фотографии, на которых мы были запечатлены вместе. Тогда я поняла, что Вик всегда поступал так. Он всегда ставил мою жизнь на первое место, пытался спасти всеми силами.

– Как он мог с нами так поступит? Он ведь обещал мне, что все будет хорошо!

Ри отвернулся в сторону. Только тут я заметила, что все это время в руках он сжимал клочок бумаги, исписанный мелким шрифтом. Ри бросил мимолетный взгляд на скомканную в своем кулаке бумагу.

– Мне кажется, он был готов к тому, что умрет, – сказал Ри бесцветным голосом.

– Что это у тебя в руках?

– Последнее, что осталось от Вика. Когда я пришел в свою комнату, то обнаружил конверт у себя на столе. Тебя ждет точно такой же, – он кивнул в сторону рабочего стола Вика. – Видимо он знал, что первым делом ты придешь именно сюда.

Я оглянулась. На столе, среди прочих бумаг, действительно лежал конверт: самый обычный, с помятыми краями и аккуратно выведенным именем.

– Что это?

– Прочти, – ответил мне Ри. – Тогда сама узнаешь.

– А что было в твоем письме?

– Он попросил меня довести свое дело до конца, – Ри снова замолчал, пытаясь выдавить из себя окончание фразы. – И я сделаю все возможное.

Ри вышел из палатки ни разу не взглянув на меня. А я осталась стоять посреди комнаты и сверлить своим взглядом клочок бумаги, оставленный некогда Виком. Мне не хотелось знать его содержание. Я боялась. Но это было последнее, что у меня осталось от Вика.

Дрожащими руками я взяла письмо и развернула его. Солнце уже полностью освещало комнату, и буквы, выведенные шариковой ручкой на тонкой бумаге, просвечивались с обратной стороны. Кое-где слова наезжали друг на друга, в письме было много маленьких закорючек. Видно, что он торопился, пытаясь уместить текст на странице.

Я аккуратно провела пальцами по синим буквам. Дело оставалось за малым. Надо было сложить буквы в слова, а слова в предложения. Это не должно быть слишком сложно. Я вздохнула и принялась читать под звуки нового дня, что раздавались за окном.

«Эл, мне многое надо тебе рассказать. И мне правда жаль, что ты читаешь все это на клочке бумаги, который не может передать ничего, кроме сухих фактов. Но я не буду просить за это прощения, потому что все то время, что у нас было, я потратил на более важные вещи – на нас.

За что я действительно должен извиниться, так это за то, что скрыл от тебя некоторые обстоятельства нашей первой встречи. Мне казалось, что утаивать правду будет нормально, но не сейчас, когда меня уже нет рядом. Ты уже почти поняла, что именно произошло в тот день. Я вижу это в твоих глазах каждый раз. Но я все же хочу расставить все по местам. Считай, это и есть мои извинения за все произошедшее.

Мы встретились в подземке совершенно случайно, но из-за этой случайности ты и оказалась тут. Тогда я бежал со всех ног, чтобы успеть сделать хоть что-то до взрыва. Когда я остановился у самой лестницы, чтобы осмотреться, то мы вдруг пересеклись с тобой взглядами. В один момент твое лицо исказилось от ужаса. Потом ты вдруг резко закричала и потеряла сознание. Поэтому пришлось взять тебя на руки, пробормотать несколько извинений прохожим и заверить, что сейчас же отвезу тебя в больницу. Но стоило подняться с тобой на верх, как последовал взрыв. Все люди, находившиеся тогда в вестибюле, погибли. Тебя же доставили в больницу с отвальными пострадавшими. Поскольку мое участие в миссии было строго засекречено, то никто не мог сказать тебе о моей участи, когда ты стала расспрашивать врачей. Конечно, я следил за тобой все это время. Твое странное поведение меня насторожило и, как оказалось, не зря. Во время допроса ты сказала, что видела взрыв, чувствовала его на себе. Но этого просто не могло быть, потому что ты потеряла сознание за несколько минут до этого.