Текст книги "Душа ифрита (СИ)"

Автор книги: Лина Рен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 27 страниц)

Мы разом кинулись к двери, вылетая на улицу. Все оказалось ровно так, как я того и ждал. Парень с черными волосами, который провожал нас до кабинета капитана, стоял на пороге лицом к лесу. В правой руке он сжимал пистолет, а на его лице играла улыбка. Напротив него, почти у самой кромки леса, стояла Эл, судорожно сжимая в руках пистолет. Эти двое находились на расстоянии сорока шагов друг от друга, но даже с такой дистанции было хорошо заметно, как трясет девушку. Ее лицо стало бледным, а глаза зорко высматривали противника.

Они стояли друг напротив друга, но никто не стрелял. Парень, будучи полностью сосредоточенным на Эл, даже не заметил нашего присутствия. Я мог бы кинуться на Максима со спины, и уже хотел было это сделать, но мне не хватило времени. В то же самое мгновение на лице Эл промелькнуло нечто такое, из-за чего брюнет усмехнулся. Он вдруг понял, что она не станет в него стрелять, а потому спустил курок. Эл отскочила назад и скрылась за стволами деревьев как раз вовремя, чтобы не попасть под пулю. Однако сразу после того, как она исчезла из его поля зрения, стрелок заметил нас.

– Какие люди, – дуло пистолета сразу устремилось в нашу сторону. – Так она присоединилась к вам.

– Значит, ты и есть тот самый Максим?

– Знаешь, почему она не выстрелила? Это мы с другом учили ее управляться с оружием. Против меня она бессильна. Поэтому сначала я убью вас, а потом доберусь и до нее.

Наше оружие забрали еще при входе, а расстояние между мной и Максимом было слишком большое, чтобы я успел выхватить пистолет до того, как он выстрелит. Да и спрятаться некуда. Положение, прямо сказать, не ахти какое. Оставалось только надеяться, что Максим не слишком меткий.

Тут к моим ногам упал небольшой круглый предмет. Никто из нас не заметил, откуда он прилетел и как так получилось. Мне хватило секунды, чтобы схватить Тею за шкирку пока парень тупо рассматривал упавший предмет.

– Бежим! – закричал я во все горло, чтобы Тея начала перебирать ногами. – Быстрее!

Она еще не понимала, что происходит, но благодаря быстроте реакции сразу же начала делать то, о чем я ее просил. Мы спрыгнули с лестницы и попытались скрыться за углом здания. Стрельбы больше не слышалось, парень тоже бросился спасаться со всех ног. И как только макушка Теи скрылась за углом здания, прогремел взрыв. Уж не знаю, откуда у Эл граната, ведь Ри явно ей ничего подобного не давал, но воспользовалась она ей вовремя. В здании послышался шум и крики, когда солдаты начали сбегаться на звук. И пока нас окутало дымом после взрыва, мы со всех ног рванули к лесу, оставаясь ни кем не замеченными. Я не успел посмотреть остался ли в живых тот парень, сейчас важнее было спасти Тею, найти Эл и убежать от этого места как можно дальше.

Мы забежали под крону деревьев чуть правее от того места, откуда стреляла Эл. Нам оставалось только мчаться вперед и надеяться, что Эл додумалась пуститься наутек после взрыва.

– Вик! – закричала Тея где-то позади меня. – Нам надо забрать Эл, она наверняка все еще там.

– Нет времени! Если вернемся назад, нас всех убьют.

– Но мы не можем ее бросить!

– Она не глупая, должна догадаться, что делать.

– А если нет?

Пробежав еще несколько минут, я услышал сдавленный возглас Теи. Она растянулась на земле животом вниз, а над ней стоял человек в капюшоне. И хоть он повернулся ко мне спиной, я заметил оружие у него в руках. Времени не оставалось. Я бросился в ту сторону, но человек, заслышав шаги, резко развернулся в мою сторону вместе с оружием. Черный капюшон спал с головы и среди взъерошенной копны каштановых волос я увидел два перепуганных разноцветных глаза.

– Я чуть коньки не отбросила от страха, – выдохнула Эл и опустила пистолет.

– Ты сейчас собиралась меня застрелить что ли?

– Мне показалось, что за мной кто-то гонится. Думала, это те солдаты.

– Смотри сначала, прежде чем пинать кого попало, – сказала Тея, поднимаясь с земли и отряхивая с себя грязь.

– Прости, – она виновато убрала кусочек листвы, который запутался в волосах подруги.

– Нам надо бежать, – бросил я.

Теперь, когда мы забрели в чащу леса, бежать не представлялось возможным, поэтому мы шли так быстро, насколько могли. Лишь спустя час ходьбы решили сделать небольшой привал. Эл выглядела подавленной, но, по крайней мере, целой. Тея разбила губу, когда падала на землю, поэтому сейчас ее лицо представляло смесь грязи и крови. Нам всем надо было немного отдохнуть.

– Где ваше оружие? – опомнилась Эл.

– Забрали еще в самом начале, на осмотре. А вернуть его назад, как ты понимаешь, времени не было.

– Скверно. Выходит, у нас только то оружие, что осталось у меня.

– Эл, – прервал я их разговор. – Почему ты не выстрелила первой?

– Я не смогла, это же был Максим, – хорошо хоть в ее голосе чувствовалась вина, а то я бы не выдержал. – Когда я заметила его на крыльце, то настолько удивилась, что полностью забыла про осторожность. С минуту я была в полной растерянности, но потом откуда-то появилась злость. Все-таки, именно он предал нас, погубил ребят. Я окликнула его и сделала пробный выстрел, чтобы он заметил меня. Тогда я поняла, что мне надо убить его, хотя бы за ребят. Но в итоге не смогла нажать на курок. Чтобы он не сделал, Максим оставался Максимом, который многому меня научил.

– Дура, – сказал я откровенно. – Он бы убил тебя не задумываясь.

– Знаю, я видела это в его глазах в ту минуту. Он специально медлил с выстрелом, чтобы проверить меня.

– Ты же в курсе, что твоя граната разнесла половину штаба?

– На счет этого, Вик. Думаю, они все нас предали, включая вашего капитана. Я поняла эту в ту же минуту, когда увидела Максима. Вряд ли он мог действовать один при передаче заложника, слишком сложно. Да и было бы странно для него появиться на службе при командовании после того, как его признали погибшим.

– Давай уточним, – у меня в голове не укладывался один момент. – То есть ты бросила гранату прямо к порогу начальства только потому, что тебе показалось, будто они перебежчики?

– А разве я была не права?

– Ты понимаешь, что, если бы твоя догадка была не верна, нас бы всех обвинили в государственной измене и приговорили к смертной казни?

– Я почти уверена в своей правоте.

– Почти?!

У Эл отличая интуиция, как я и подозревал, но ее способность действовать, не видя ситуацию в целом, удручает. Она просто действует, без лишних раздумий, и так всегда. Когда-нибудь это может привести к полной катастрофе. Я сделал пару глубоких вздохов. Главное сейчас – не выходить из себя.

– Вик, – вмешалась Тея. – Она же все-таки спасла нас, да и ее догадка была верной.

– То есть я угадала?

– Угадала, Эл? Ты понимаешь, что, когда дело касается жизни других людей, нельзя угадывать. Будет чудом, если ты однажды научишься думать.

– И все-таки, что там произошло?

– Они нас предали, как я и предполагал.

– То есть, весь этот поход был только ради того, чтобы ты мог точно убедиться? Мы же чуть не погибли! – теперь уже она начинала вскипать.

– Но есть и хорошие новости, Лутак намеренно солгал о твоей смерти, чем и выдал себя. Не думаю, что он подозревает о твоем текущем статусе. Правда вот есть одна загвоздка, Максим. Он видел тебя и если расскажет об этом начальству, то на тебя откроют самую настоящую охоту. Они делали ставки на то, что в той атаке погибнут все, кто причастен к инциденту с заложником.

– Максим уже никому и ничего не расскажет. Я взорвала гранату рядом с ним, он погиб.

– Ты не смогла выстрелить, но смогла бросить гранату?

– Так получилось случайно, – Эл пожала руками. – Я не хотела убивать его... специально. Просто бросила гранату наобум, а он не успел отбежать достаточно далеко.

– Значит, теперь ты в полной безопасности. Это хорошо.

– Не совсем, – как-то натянуто улыбнулась Эл.

– Что? О чем ты вообще?

Эл расстегнула свою куртку и показала черную футболку, насквозь пропитанную кровью. Шея, плечи и грудь девушки почти полностью окрасились в красный цвет. Эл тяжело дышала.

– Твою мать! – воскликнула Тея, зажимая ладонями лицо.

– Кажется, Максим все же задел меня тогда.

– И ты все это время молчала?

Мы почти ничего не могли сделать, как назло, у нас не было с собой никаких медикаментов. Все они остались в наших рюкзаках, забытых в штабе. Взяв ее нож, мне удалось отрезать неровный кусок ткани от своей толстовки, этим материалом мы и перевязали Эл рану, чтобы хоть как-то остановить кровь. Пуля застряла у нее в плече, а вытащить этот кусок металла в наших условиях не представлялось возможным.

– Ты сможешь идти? – спросил я ее.

– Я же смогла бежать так долго, а значит и это мне под силу.

– Надо как можно быстрее доставить тебя в лагерь, продержись до этого момента.

На это Эл лишь кивнула. Мы с Теей разделили между собой половину груза. Все оружие я отдал ей, а сам шел вместе с Эл. Она сказала, что мы потеряем лишнее время и силы, если я буду нести ее, поэтому пока у нее есть силы, она будет идти сама. Я перевесил ее здоровую руку через свою шею и помогал двигаться вперед. Поначалу она даже пыталась шутить, но у нее это плохо получалось. Кровь все не желала останавливаться, хотя текла уже не так быстро. Вскоре на лбу у Эл выступили крупные капли пота, начала повышаться температура. Ее рука, которую я крепко сжимал, вся горела.

Глава 3

Эл потеряла сознание, когда мы находились в двух часах ходьбы от лагеря. Просто в какой-то момент ее ноги заплелись и тело обмякло. Мы усадили ее на мою спину и перевесили руки так, чтобы не задеть рану. Когда мы вошли в лагерь, то первым делом наткнулись на удивленное лицо Ри. Он стоял с распростертыми руками, видимо, хотел поздравить с возвращением. Но как только Ри заметил Эл у меня на спине, то, не говоря ни слова, побежал звать врача. Тут же подоспели друзья Теи и Эл. Тот рыжий парень даже предложил отнести девушку в лазарет.

– Давайте я помогу, вы ведь и сами не в лучшем состоянии, – Марк указал на мою одежду и только тогда я понял, что и сам был весь испачкан в крови Эл.

– Это не моя кровь, – отмахнулся я. – Лучше помоги Тее, а с Эл я разберусь сам.

Направившись в палатку, я точно знал, что Ри уже привел туда врача. И пока доктор занимался девушкой, которую мы аккуратно уложили на мою кровать, Ри вывел меня на улицу.

– Ты в порядке? – он похлопал меня по плечу.

– Я цел, Тея расшибла себе лицо, но в целом жить будет.

– Что же там такое случилось?

– Лутак нас предал, – я нахмурился. – И кто знает какие еще командиры переметнулись на другую сторону.

– Он всегда был человеком с гнильцой, и ты это прекрасно знал. Лутак не имеет отношения к высокопоставленным людям, он никогда не смог бы достичь их уровня, поэтому то и ненавидит их. Так что его поступку можно найти объяснение. В конце концов, ты же так и полагал.

– Полагал, конечно, но до последнего надеялся, что ошибался. Как можно вести войну, зная, что в твоем лагере есть предатели? Теперь вообще никакой информации нельзя верить. И я просто надеюсь, что Лутак был единичным случаем. Но есть у меня подозрения, что корни уходят гораздо глубже.

– Вик, мы во всем разберемся, как и всегда. Зато теперь становится понятно, почему мы столько времени топтались на одном и том же месте, нас пичкали ложной информацией.

– Ты же понимаешь, что от этого не легче?

– Понимаю, поэтому сейчас тебе надо как следует отдохнуть и привести мысли в порядок. А после можно и поговорить.

Я опустился прямо на мерзлую траву и только тогда, наконец, понял, как же сильно устал за последние стуки. Земля была очень холодной, но в тот момент меня это абсолютно не волновало. Ри присел рядом со мной. Он больше ничего не говорил, просто пускал пар изо рта, который растворялся в ледяном воздухе. Близилась зима.

Через час из моей палатки вышел врач. Он извлек пулю и обработал рану Эл. По его словам, она все еще была слаба, потому что потеряла много крови, но скоро уже должна была очнуться.

– Может, – предположил наш лекарь. – Имеет смысл перевести ее в лазарет? Там я смогу наблюдать за пациентом, не отходя далеко. Мало ли что.

– Все в порядке, я сам посижу рядом с ней до тех пор, пока она не оклемается. Мне не привыкать.

– Что верно, то верно, – промямлил Ри на заднем плане.

Врач лишь развел руками и отправился к себе. Он был среди всех обитателей лагеря самым старшим, почти под сорок лет. А так как людей его возраста у нас больше не имелось, то он предпочитал проводить время в одиночестве или со своими учениками, ребятами, у которых были способности к медицине и которых он обучал.

***

Когда я зашел обратно в палатку, Эл лежала точно в такой же позе, в какой я ее и оставил. На улице прошло двадцать минут, но тут время словно и не сдвигалось с места. Температура ее немного спала, а значит воспаления можно не бояться. С закрытыми глазами Эл казалась совсем обычной, будто она была ровно такой же, как и все остальные. Вьющиеся каштановые пряди волос прилипали к ее лицу, на котором еще был пот, и периодически девушка морщилась от этого. Аккуратно, чтобы не разбудить Эл, я убрал волосы с лица. Только тогда она облегченно вздохнула сквозь сон. Ее плечо покраснело и вздулось. Периодически Эл резко втягивала воздух сквозь сжатые, что означало, что обезболивающее стало сходить на нет.

Наверное, я немного задремал, пока присматривал за девушкой, потому что в следующий раз открыл глаза уже от того, что чья-то тяжелая рука легла мне на плечо. За это время свет на улице окончательно погас, Эл каким-то образом сумела перевернуться на живот и теперь мирно сопела в подушку, а Ри стоял передо мной.

– Кажется, ты заснул, – он виновато отвел глаза, словно оправдываясь. – Не хотел тебя будить.

– Все нормально. Я не планировал спать сегодня.

– Если ты хочешь, то я могу тебя сменить.

– Ри, все хорошо, правда. Просто это был тяжелый день, ничего более.

– Отлично, – мой друг неожиданно повеселел. – Потому что я как раз принес с собой живительную влагу.

Откуда ни возьмись в его руках появились две большие бутылки пива. Сквозь прозрачное стекло виднелась желтая пенящаяся жидкость. Ри передал одну из них мне, а вторую тут же откупорил и сделал большой глоток.

– Думаешь, сейчас время для этого? – спросил я, разглядывая бутылку.

– Я бы сказал, что как раз сейчас самое время. Тебе необходимо немного расслабиться.

Терять, в принципе, было нечего. Я открыл бутылку, сделал глоток и только после этого понял, до чего же мне хотелось выпить. Будучи постоянно погруженными в работу нам с Ри частенько приходилось отказываться от алкоголя и других вещей, которые могли бы притупить внимание.

Ри расположился прямо на полу, возле моего стула. Он медленно отпивал напиток и, не отрываясь, смотрел на Эл.

– А ведь у вас это складывается в традицию, – сказал вдруг Ри.

– Что именно?

– Да все это, – он указал сначала на меня, а потом на Эл. – Вот уже второй раз вы приходите на базу вместе после очередного задания или боя, а Эл находится без сознания. Если вспомнить, тогда ведь ты тоже тащил ее на себе.

– Она уже второй раз спасает мне жизнь. Такой долг сложно отплатить.

– Почему подобное у тебя получается только с ней? Обычно все наоборот. Это Вик спасает жизни других.

– Не знаю, – я запрокинул голову назад, алкоголь уже начал действовать. – Она всегда подставляется под удар, когда я меньше всего этого жду. Кстати говоря, в этот раз она кинула гранату, чтобы прикрыть наше отступление. Это ты ей подарил игрушку?

– Конечно нет! Я бы ни за что не дал новичку гранату. Но знаешь, после того как вы ушли, я как раз не досчитался одной.

– Хочешь сказать, она стащила ее прямо со склада?

– Скорее всего сразу после того, как я отошел на пару минут. Предусмотрительная девица.

– И вот что теперь с ней делать? С одной стороны, так поступать строго запрещено, а с другой – благодаря этому она спасла наши жизни.

– Ты посмотри на нее, Эл и так уже досталось, – словно в подтверждение его слов девушка зашлась кашлем.

– Знаешь, я был там, когда ты выдавал ей оборудование. И я видел, как она медленно, будто бы растягивая удовольствие, отправляет пистолет в кобуру, прячет нож на поясе, пересчитывает патроны. И тогда в моей голове пронеслась лишь одна мысль: «Мне потребуется чудо, чтобы она никогда не воспользовалась этим оружием». Но чуда не произошло. Я очень не хотел ввязывать ее во всю эту историю, но в итоге все мои действия, которые должны были оградить ее от войны, наоборот направили ее в самую гущу событий.

– Она тебе нравится, Вик?

– Не более чем все остальные, – я еще раз посмотрел на нее, чтобы убедиться в своих словах.

– Но ты относишься к ней иначе, чем ко всем остальным.

– Просто в какой-то момент я почувствовал, что несу ответственность за ее жизнь. Того, через что она прошла, уже более чем достаточно, чтобы заслужить мирную и спокойную жизнь. Но по неизвестной причине она снова и снова попадает в подобные ситуации.

– А я ведь только сейчас понял, – усмехнулся Ри себе под нос. – Это она была той девушкой, которую ты спас при взрыве в полисе. Мне все казалось, что вы были как-то связаны еще до того, как она попала сюда, а теперь все встало на свои места. Просто вы никогда не говорили...

– Ри, нет никаких «мы». Есть она, – мой палец указал на спящую Эл. – Есть я, – а затем переместился на мою грудь.

– Ни ты, ни она, – на этом моменте он специально скривился, давая понять, что ему это абсолютно безразлично. – Никогда не говорили о том, как именно вы познакомились. Поэтому нам оставалось лишь догадываться. Но я понимаю, почему ты так беспокоишься за ее жизнь.

– Казалось бы, я подарил ей новую жизнь. Она могла бы дожить до старости, в отличие от всех тех, кто погиб в том взрыве. Но каждый новый вариант развития событий все равно приводит ее к новой смерти.

– Вик, ни один человек не может предусмотреть всего, ты это знаешь как никто другой.

– Ты, конечно, прав. И все же я не знаю, что мне со всем этим делать. Стоит лишь на минуту отвернуться от нее и вот результат – она лежит вся в крови и бинтах. Я ведь даже не сразу заметил, что она ранена, подгонял ее. А она молчала до тех пор, пока силы не кончились.

– Это не твоя вина. Эл – она девушка достаточно своеобразная. Кажется, я понял это еще тогда, когда смотрел на ее бой с Юстином. Но какой бы она не была, Эл все еще остается одной из самых удивительных людей. Она смогла выжить одна в лесу много дней к ряду, всего за месяц освоила почти все тренировки, которые наши солдаты проходят за полгода. Черт, а чего стоит та ее выходка с гранатой, которая, в итоге, спасла вам всем жизнь. И я думаю, даже если бы вы никогда с ней не встретились, эта девушка все равно бы постоянно попадала в ситуации, вроде этой.

– Легче от этого не стало, знаешь ли.

– А я говорил и не для того, чтобы облегчить твое состояние. Просто приводил свое мнение. Все-таки я очень рад, что встретил кого-то вроде нее.

– Чего ты тут такое мелишь? – я нахмурился, но моя реакция только позабавила Ри. Он подмигнул.

– Ты же сам сказал, что не заинтересован в ней как в девушке. Может, самое время проявить подобный интерес мне?

– Я тут всем командую, и я запрещаю! Да и потом, ты слишком стар для нее.

Конечно, никто из нас не был серьёзен в этом разговоре. Ри находил удовольствие в том, чтобы дразнить меня. Да и, по правде сказать, он был единственным, кому позволялось это делать. Только Ри мог полостью меня понять, мы слишком много времени провели вместе. И он хорошо чувствовал ту грань, когда надо шутить, а когда надо стать серьезным. Пожалуй, это его качество, оценивать атмосферу другого человека, нравилось мне больше всего.

Вскоре он ушел к себе. Ри предложил мне помочь приглядеть за Эл, но я отказался. Так что ему ничего не оставалось, кроме как пожать плечами и выйти, захватив с собой пустые бутылки из-под пива. После его ухода мне хотелось многое обдумать, например, как нам следует дальше поступить со штабом, или в какое направление теперь повернется наше следствие. Но мне жутко захотелось спать. Мысли путались, голова становилась тяжелой, а шестеренки в мозгу крутились все медленнее. Я всего лишь склонился к кровати, чтобы проверить температуру Эл, но через несколько секунд уже заснул мертвым сном.

***

Мне стало очень жарко, но причина была вовсе не в этом. Кто-то то и дело дотрагивался до моего плеча с периодичностью в несколько минут. Вот почему я проснулся. Как только сознание начало медленно перетекать в мою голову я понял, что все тело жутко болит. Хотелось пошевелить пальцами, но было неимоверно лень делать хоть что-то.

Когда я смог разлепить веки, то столкнулся с прямым взглядом двух разноцветных глаз. Лицо Эл было совсем близко к моему, нас разделяло всего несколько сантиметров. Но этот факт нисколько ее не смущал, наоборот, она смотрела на меня с некоторым интересом.

– Ты как? – хотел было я спросить, но из-за долгого сна голос сорвался, и первого слова не было слышно, вместо этого осталось пресловутое «как» и немой вопрос. Но она все равно поняла.

– Уже намного лучше, – прошептала Эл.

Не был бы я таким сонным, то уже встал бы и начал отдавать приказы. Первым делом, наверное, позвал бы врача, потом справился о Тее, а затем стал разыскивать Ри, чтобы прочитать ему лекцию о вреде алкоголя на человека, находящегося в стрессе. Но вместо этого я продолжал лежать на краю постели, не предпринимая никаких попыток встать. Было слишком тепло и уютно, чтобы я мог взять себя в руки.

– Кажется, у меня эффект дежавю, – сказала она, робко осматриваясь по сторонам.

– Да, у меня тоже.

– В прошлый раз ты был недоволен, что я тебя не разбудила...

Это было объяснение, почему она тыкала своим маленьким пальцем мое плечо. Уголки губ как-то сами приподнялись вверх, совсем немного, но она успела это заметить.

– Сильно пахнет алкоголем, – Эл сморщила свой маленький нос.

– Прости, – хотя надо было сказать, что это Ри во всем виноват.

– Вик...

– М?

– А нам устроят вечеринку?

– Что?

– Такую же, как когда Ри вернулся с задания. Марк говорил, что их устраивают всем, кто вернулся обратно в лагерь.

Тут сон как рукой сняло. Я резко выпрямился в полный рост, а Эл, не ожидавшая такого с моей стороны, быстро отскочила назад, к стенке.

– Ты только пришла в сознание после того, как получила пулевое ранение, но первое, о чем ты спрашиваешь, так это будет ли вечеринка? Серьезно?

– А что в этом такого? – сразу насупилась она. – Если в отряде есть раненые, то вечеринки не устраивают что ли?

– Нет, ты... Ты просто невозможна! Как тебе такое вообще в голову могло прийти? Ты, значит, просыпаешься, а первая мысль у тебя: «Хм, а не выпить ли по этому поводу»? Так что ли?

– Ну, тут ты уже перегибаешь палку.

– Ты точно там головой стукнулась по дороге!

– Не хочешь – не надо. Тебя-то пить никто не заставляет. Тем более, судя по запаху алкоголя, ты и сам вчера уже все отметил. Мог бы и подождать, пока я приду в сознание.

– Да, конечно, это то, о чем я думал, прежде чем выпить то треклятое пиво.

– Ладно тебе, я всего лишь пошутила.

– Нет уж, будет тебе вечеринка. Но только попробуй уйти с нее, сославшись на плохое самочувствие. Ты останешься там до самого конца, ясно?

– Не понимаю, почему ты так сильно злишься? – Эл завернулась в одеяло, словно пыталась защититься от меня.

– Я злюсь из-за того, что ты тогда сделала. Почему из раза в раз ты продолжаешь совершать одну и ту же ошибку? Мне снова приходится нести тебя в лагерь, и ты снова просыпаешься в этой комнате вся в бинтах.

– Просто так получается, я же не виновата.

– Виновата. Ты постоянно подставляешься под удар, даже не задумываясь о последствиях. Твои прошлые шрамы еще не зажили, а ты идешь получать новые. Знаешь, до сих пор тебе везло, и ты отделывалась минимальным ущербом, но когда-нибудь твое везение кончится, и из-за своего небрежного поведения ты погибнешь.

– Я же уже объясняла, что не смогла выстрелить, потому что...

– Потому что Максим когда-то был твоим другом, знаю.

Я подошел к кровати и протянул руку, чтобы снять с Эл одеяло, в котором она завернулась. Нехотя, но она все же поддалась и отдала мне его, наблюдая за мои действия с нескрываемым удивлением. Наплевав на то, что на мне все еще была обувь и уличная одежда, я взгромоздился на кровать, прямо напротив Эл. Она испуганно собиралась отскочить назад, поэтому мне пришлось перехватить ее здоровую руку, чтобы удержать девушку на месте. Как только я сделал это, она начала сверить взглядом мою ладонь, крепко сжимающую ее запястье.

– Послушай меня внимательно, Эл, – она все еще недоверчиво смотрела на наши руки. – Не отвлекайся, пожалуйста.

– Что? – разноцветные глаза переместились на мое лицо.

– Сейчас будет происходить много страшных вещей. К ним нельзя по-настоящему подготовиться. Ты и сама видела, что там случилось. Друзья становятся врагами, и никогда нельзя предугадать, кто и в какой момент тебя предаст. Каждый из нас хочет выжить, чтобы, в конце концов, вернуться домой. Но ты и сама понимаешь, что выживут далеко не все. Поэтому я хочу, чтобы отбросила все свои предрассудки и ни секунды не колебалась, как тогда.

– Ты прекрасно знаешь, что я ни за что не умру, пока не достигну ее. Поэтому все будет хорошо.

– Эл, послушай, если ты и дальше так продолжишь, то рано или поздно тебе придется поплатиться жизнью, спасая этого парня.

– И я готова это сделать, – ее голос ни на секунду не дрогнул, она была уверена.

В этот самый момент позади раздался приглушенный кашель. Я медленно оглянулся и увидел своего помощника, застрявшего в дверях. Он специально привлек наше внимание. Ис стоял, небрежно облокотившись о дверной косяк, и смотрел на нас, не проявляя, впрочем, никакого интереса.

– Значит, Эл уже очухалась, – лениво произнес он, смерив ее долгим взглядом. – Надо полагать, теперь можно отдавать команду для вечеринки?

– Вечеринка? – повторила Эл и ее глаза зажглись. В действительности, только это могло заинтересовать эту ужасную женщину.

– Ладно, – я сдался. – Пусть сегодня устроят вечеринку.

Эл тут же радостно воскликнула и оттолкнула меня в сторону. Раздался шорох простыней – это она вылезала с кровати. Затем, радостно бормоча что-то про то, что ей надо подготовиться, Эл быстро выбежала из палатки на улицу, прямо в бинтах.

– Сдается мне, – сказал Ис, когда девушка уже убежала. – Что это было не такое уж и серьезное ранение.

– Нет, просто вечеринки для нее важнее жизни, как я уже успел заметить. Так зачем ты пришел? Явно не справляться о ее здоровье.

– Верно. Мы получили донесение, что руководство Совета обставило недавний подрыв штаба как вражескую атаку. О вашем участии в данной истории никому не известно.

– Конечно, они бы не стали выдавать себя.

– В таком случае, Вик, не лучше ли как можно быстрее отправить наших солдат по всем штабам в округе, чтобы донести им полученную информацию. Пусть они схватят предателей.

– Нет, нельзя. Капитан Лутак далеко не глупый человек. Он знает, что его жизнь находится в опасности, пока мы живы. Так что я предлагаю подождать несколько дней, пока ситуация не поутихнет, а только затем будем действовать по своему усмотрению.

– Как скажешь.

Глава 4

Когда я вышел из палатки, на поляну возле палаток начал стекаться народ. Все получили уведомление о том, что я разрешил устроить праздник, а потому начали подготавливаться. Кто-то тащил ящики с продуктами для стола, кто-то бочки с пивом. Им только волю дай. Вероятно, это Эл уже всем разболтала, что сегодня будет вечеринка. Я слышал раскатистый смех, веселые вопли и нарастающий гул. Возможно, с моей стороны было и неправильно вводить такую традицию, но я ни о чем не жалею. Там, командующие обычной армии, презирают меня и мой отряд. Я вижу это в их жестах, в их выражении лица. Все они считают, что мы слишком распустились, и что наше финансирование обходится Совету в копеечку, а мы просто прожигаем эти деньги на такие вот мероприятия. Но я считаю, что такие моменты, хоть иногда и идут во вред дисциплине, все же помогают нам всем. Только сейчас эти люди на поляне, одетые во все черное, имеющие множество шрамов на своих телах, превращаются в обычных людей, какими были до войны. Они смеются, задирают друг друга, но все это отвлекает их от той суровой реальности, что происходит за стенами лагеря. Завтра они снова будут рисковать своими жизнями, терять близких, получать новые ранения. Но сегодня я хочу, чтобы они улыбались, чтобы чувствовали себя так, как это было до войны, чтобы стали немного счастливее. Возможно, это неправильно. Но я хочу дать им хоть что-то.

Ри я нашел возле оружейного склада. Он сидел прямо на холодной траве, подпирая свое тело руками. Его лицо с зажмуренными глазами было обращено к небу. Я легонько толкнул приятеля своим ботинком, а Ри, не ожидавший удара, повалился на спину.

– А-а, Вик, – он посмотрел на меня снизу вверх. – Значит, уже проснулся?

– Что ты тут делаешь?

– А ты как думаешь?

– Медитируешь? – я усмехнулся.

– Прихожу в себя после похмелья. Так плохо мне давно не было.

– Мы же вчера выпили по одной бутылке, с чего бы вдруг?

– То, что мы выпили по одной бутылке, еще не означает, что на этом дело закончилось.

– Только не говори, что всю ночь пил в одну морду?

– Отчаянные времена требуют...

– Даже не пытайся, – жестом прервал его я. – Все равно твой лимит на неделю исчерпан. Кстати, насчет алкоголя. Я же тут вспомнил, зачем искал тебя. Зачем ты мне вчера принес эту дрянь?

– В плане? Ты же сам предложил выпить.

– Я тебе говорил, что в таком состоянии мне не под каким предлогом нельзя давать алкоголь.

Я опустился на землю рядом с ним. Ри, отряхнув спину, снова принял прежнее положение. Он с любопытством заглянул ко мне в глаза, но, по-видимому, не найдя там ничего интересного, отвернулся.

– Раз ты тут, то, стоит полагать, Эл уже пришла в сознание.

– А ты сегодня необычно проницателен. Как, все-таки, на тебя действует похмелье.

– Слышал, сегодня будет традиционная вечеринка в честь вашего возвращения? Разве она в состоянии развлекаться?

– Эл сама меня на это упросила. Уж не знаю, что у нее в голове.

– Ты слишком балуешь ее. Вик, насколько я помню, был известен своим непоколебимым характером. А стоило Эл что-то попросить у тебя, так ты с радостью кидаешься это выполнять.

– Ты случаем не забыл, с кем разговариваешь? Я все-таки твой начальник, так что будь добр держать свои мысли при себе.

– Это была дружеская поддержка.

– Интересно, в каком же месте?

– Ты можешь сколько угодно затыкать мне рот. Но, Вик, просто помни о том, что эта девушка пришла сюда только ради того, чтобы спасти дорогого ей человека. Не надейся на слишком многое.

– Откуда вообще такие мысли?

– То есть хочешь сказать, тебя сей факт ничуть тебя не колышет?