Текст книги "Безжалостный (ЛП)"
Автор книги: Лекси Блейк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)
– Тебе лучше взять вон тот стул. Кажется, он подходящего веса.
Мужчина остановился. Откуда она знала? Наверное, Брэн рассказал, объясняя, почему на диване он, а не Райли. Он сделал глубокий вдох.
– Это не обязательно.
– По проблеме за раз, Райли. Я уже засыпаю, поэтому убедись, что дверь надежно закрыта и иди в кровать или возвращайся в свою комнату.
Чисто технически, это и есть его комната. Взяв стул, Райли поместил его там, где ему было нужно. Потушив свет, он забрался в кровать к Элли и накрыл их обоих одеялом.
Он еще никогда не делал этого. Ни разу в своей жизни. Райли лежал, глядя в потолок. Он справится. Может завтра будет проще. Или может он подремлет. Точно, можно подремать после обеда.
Элли повернулась, и ее рука обняла его.
Ее аромат окутал его, и нутро пронзило теплом. Мужчина немного расслабился.
– Я тоже должна тебе, Лолесс. Невозможно вынести мысли, что ты никогда не засыпал в чьих-то объятиях. Мой отец отобрал это. Может, я смогу вернуть. Не думай, что это значит что-то большее.
По ощущениям это точно было нечто большее, чем компенсация. По ощущениям это была любовь, ласка, утешение.
– Понял тебя, Лолесс, – он собирался напоминать, что теперь она замужем за ним. – Это обнимашки из жалости.
Мужчина почувствовал кожей ее смешок.
– Да, черт возьми.
Вскоре Элли заснула. Ее голова покоилась на его груди, ноги переплелись с его, дыхание выровнялось, и вскоре Райли тоже погрузился в сон.
Сознание не сразу заработало. Райли почувствовал вспышку боли, но не мог понять, откуда. Его рот был чем-то забит, чем-то мерзким. Он попытался выплюнуть, но его держали.
«Не такой крутой, когда брата нет рядом, да?»
Райли ничего не видел. Было слишком темно, но он узнал голос Донни. Этот ублюдок и Дрю были врагами. Когда они попали в этот интернат, Донни был здесь засранцем, которого все боялись. Затем Дрю надрал ему зад и превратил в хныкающее ничтожество.
Дрю выпустился. Он уехал чуть раньше этим днем. Брат получил общежитие и полную стипендию в Техасском Университете. Он обещал, что это ненадолго. Он намеревался найти партнера отца, начать бизнес и забрать своих братьев и сестру к себе.
«Максимум четыре месяца, Рай. Продержись четыре месяца, и я заберу тебя отсюда».
Райли не мог вздохнуть, не мог закричать. Он почувствовал удар в живот, и весь воздух пропал из легких. Боль распространялась по всему телу, когда все больше и больше детей применяли свои кулаки. Его повалили на пол и начали избивать ногами. Донни держал его.
«Пусть твой брат узнает, кто здесь король».
Он вновь попытался закричать.
– Малыш, тебе снится кошмар.
Чья-то рука осторожно толкала его в грудь. Но на этот раз мягко, аккуратно, нежно.
Райли проснулся от шока.
Элли. Он был в постели с Элли. Он притянул женщину к себе.
Он сделал ей больно?
– Ты в порядке? Я ударил тебя?
Она тихонько фыркнула и зевнула. Было раннее утро, но Элли не сделала попытки встать.
– Ты этого боялся? Ты думал, что можешь ударить меня во сне?
– Это жестокий сон, – он попытался стряхнуть с себя неприятные ощущения.
Рядом с ней это оказалось гораздо проще.
Вряд ли ее можно спутать с компанией потных, задиристых мальчишек. Она никогда не собиралась причинить ему боль. Намеренно. Элли закрылась в комнате с сумасшедшим парнем, лелея шанс, что сможет помочь ему.
– Но ты не жестокий человек, Лолесс. А теперь замолчи и поспи еще немного. У меня был чудесный сон. Тюрьма оказалась пятизвездочным отелем, а все охранники выглядели как Крис Хемсворт.
Его до сих пор потряхивало, но это уже было неважно, ведь Элли была рядом с ним.
– Я точно должен спасти тебя от тюрьмы.
– Кайфолом, – пробормотала она, отворачиваясь.
Мужчина перевернулся за ней и обхватил ее сзади, когда она снова заснула. Ее попка прижалась к его члену, и Райли понял, какая теперь его ждет проблема со сном.
Он поцеловал жену в щеку. Элли нужно поспать. Он обнял ее крепче, уже забывая недавний кошмар.
Глава 14
Две недели спустя Элли разглядывала нечеткий снимок.
Четырнадцать дней в супружестве с Райли – и она чувствовала себя другой. Она не была уверена, хорошо ли это, но Элли стала более спокойной. Приближалось слушание, но женщина не плакала в подушку каждую ночь, как собиралась, когда все это началось.
Хотя нет, она плакала всю ночь. Кричала имя Райли. Стонала от удовольствия. Мужчина демонстрировал свой креатив, и с тех пор, как он доказал себе, что способен засыпать при другом человеке, кажется совсем забыл о прошлой проблеме.
– Это с одной из камер напротив банка на Багамах, где был открыт счет, – произнес Кейз, стоявший за ее спиной.
Вся остальная семья сидела за Столом военного совещания, как называла его Элли. Он и правда больше походил на стол в военной комнате Уинстона Черчилля или ФРГ. Женщина не удивится, если выяснится, что у Дрю страсть к антиквариату. У парня была склонность к драматизму.
– Я не могу разглядеть ее, – очевидно на фото была женщина, но она укрылась, надев шляпу с широкими полями и очки.
Кейз показал три фотографии, но ни одна не показывала лицо. Невозможно было даже определить цвет волос.
– Это действительно лучшее, что у нас есть? – покачав головой, спросил Хатч. – Это запросто могла бы быть Элли.
– Слишком тощая, чтобы это была она, – возразил Брэн.
Элли взглянула на Райли, который пристально наблюдал за ней.
Кажется, мужчина все время смотрел на нее. Она постоянно чувствовала его пронзительный взгляд. Кажется, будто Райли всегда ждал, не нужно ли ей чего-то, не хочет ли она что-то попросить. Он всегда был рядом. Недавно она чуть не споткнулась на лестнице, и Райли возник из ниоткуда, чтобы поймать ее.
– Естественно, это не она. Нам нужно проверить женщин из окружения Касталано, чтобы понять, кого он использовал, – произнес Райли с грустной улыбкой.
О да, эта грустная улыбка уже пробиралась под кожу Элли.
Две недели в браке с этим мужчиной, а уже казалось, что время почти истекло. По их договоренности через две недели Элли сможет переехать. Вернуться в свою квартиру. Полиция уже забрала все, что им было нужно. Райли будет выплачивать ее ипотеку до тех пор, пока ее счета заморожены. Она сможет вернуться и попробовать заново построить свою жизнь.
Элли привыкла быть не одна. К тому, что, входя на кухню в любой час дня, можно было наткнуться на кого-то за разговором или стратегической игрой.
Все происходило так, как наверняка хотелось Райли. Но у нее был сюрприз для него.
Она все еще собиралась уйти. Элли не собиралась становиться женщиной, которая построила свою жизнь с тем, кто предал ее. И, как бы она не заботилась об этих людях, она не могла забыть, что именно благодаря им она оказалась здесь. У них есть план, и к черту всех, кто мешает.
– Мы знаем, что это не Элли, – со вздохом сказал Дрю. – Проблема в том, что в качестве защиты в суде не примут нашу веру в доброе сердце Элли. Кто-то должен был открыть счет на ее имя.
– И это самое большое разрешение фото с женщиной, сделавшей это, – Кейз потер глаза. Элли была уверена, что он работал не только над ее вопросом. – Я отправил кое-кого на Багамы, заняться этим. Мы даже заплатили банковскому представителю за разговор, что, кстати, не дешево. Она немногое помнит, поскольку дело было несколько лет назад. У женщины были соответствующие документы. И с тех пор она больше не появлялась. Они не делают фото и не хранят видео. Как и многие подобные банки, они зарабатывают себе на жизнь конфиденциальностью.
– И уклонением от налогов, – видимо, Элли ждало еще одно необоснованное обвинение. Она присмотрелась к снимку, пытаясь вычислить, кто же это мог быть. – Администратору Стивена шестьдесят два. А эта женщина выглядит гораздо моложе.
– Я бы даже сказала, моложе среднего возраста, – согласилась Миа. – И вряд ли это кто-то из его подчиненных. Он хитер. Кстати, счет был открыт до смерти отца Элли. Мы можем полагать, что это сделал он? Он и Касталано были партнерами очень давно. Они вместе совершили преступление. Может и второе?
Неприятно думать, что тебя мог подставить отец, но нужно быть рассудительной.
– Вероятность есть. Оба открыто рассматривали компанию как личный ресурс денег. Он не стал бы возражать против идеи подставить меня.
Райли нахмурился и указал на фото.
– Возможно, что это твоя сестра?
Слезы заполнили глаза, но Элли подавила их. Ничто не имеет значения, кроме правды.
– Все возможно. Я вообще-то была шокирована, что отец оставил ей акции. Они все должны были перейти ко мне. Он не доверял ей с деньгами, поэтому организовал ее трастовый фонд. Может он и любил ее больше, но всегда знал, кто она.
– Думаешь, акции были оплатой за притворство тобой? – спросил Брэн с сочувствием в голосе. – Потому, что мне кажется сомнительным, что Шари хватило бы ума рассматривать это как сделку. В конце концов, речь не о дизайнерских туфлях.
– Убавь сарказм, Брэн, – приказал Хатч.
Тот пожал плечами.
– Я встречал ее. Мне же пришлось вести ее и того придурка в аэропорт. Она тупая как дерево. То есть, черт, видимо Элли досталось все: и мозги, и все эти шикарные изгибы. Пусть девчонка съест хотя бы бургер.
– Может, хватит комментировать изгибы моей жены? – проворчал Райли. – Но насчет Шари ты прав. Сомневаюсь, что кто-либо в здравом уме использовал бы ее для прикрытия.
Да, реально смотреть на вещи тоже было важно.
– Мой отец мог совершить что-то подобное, но Шари точно рассказала бы мне. Она не может удерживать яд в себе. А такое меня бы точно ранило. Она сука, но предсказуемая.
Дрю выпрямился.
– Прекрасно. Мы нисколько не продвинулись к выяснению, где исходный код. Я уже взломал «СтратКаст», но не смог найти даже хоть что-то похожее.
– Он уже видоизменился несколько раз за двадцать лет, уверена, ты знаешь это. Некоторые компании оставляют их код неизменным, но лет семь назад мы обновили его до неузнаваемости. Технологии меняются очень быстро. Я могу передать код, который мы используем сейчас.
Дрю отклонил идею.
– Я уже изучил его. Ты права. Теперь едва ли можно сказать, что мой отец приложил к нему руку. Двадцать лет в развитии технологий можно считать за сто.
Весь потенциал идентифицировать исходный код был подорван. Элли практически чувствовала, как всех охватило разочарование.
Райли накрыл ее руку своей. Если она научилась распознавать сильные переживания своих новых родственников, то Райли, кажется, стал экспертом по ней. Он читал ее так легко. Знал, когда держать за руку, а когда отвести в укромное место, чтобы она не оставалась наедине с темными мыслями. В такие моменты он давал ей утешение прикосновением своей кожи к ее.
Она убрала руку.
Каково будет жить без него?
– Я собираюсь съездить в квартиру сестры, – она давно это обдумывала. – У меня, наконец-то, будет встреча с Лили, а потом я отправлюсь к Шари. Я знаю, она забрала какие-то вещи отца. А, так как ее нет в стране, я могу спокойно обыскать ее место. Если бы она хоть на секунду узнала, что мне что-то нужно, то использовала бы это в личных целях.
– Я думал, она жила с твоим отцом вплоть до его смерти, – Кейз принялся листать записи, словно его шокировало, что он упустил что-то.
– Жила, но вскоре после его кончины она съехалась с Колином, и они использовали часть ее наследства, чтобы перебраться в квартиру на Верхнем Ист-Сайде. Она использовала все, что попало в ее руки, – сестра не спрашивала, не хотелось ли Элли забрать что-нибудь.
Она просто позволила грузчикам все это перевезти.
Наверняка Шари уже распродала все одно за другим.
– Ну, надеюсь, мы что-нибудь придумаем, потому что мы с Кейзом в тупике, – признала Миа. – У Филлипа не было любовницы в конце его жизни. Так что допросить некого. А все наследство осталось тебе и сестре.
– И мы не можем найти ни склада на его имя, ни ячейки. Мы прошерстили все, что можно, – заключил Кейз. – Он чертовски хорошо спрятал код.
– Почему Касталано не знает, где исходный код? – поинтересовался Брэн. – Они были партнерами. Разве копия не должна быть у обоих?
– Мой отец управлял большей технической частью в «СтратКаст», тогда как Стивен и Патрисия разбирались с инвестициями и вложениями в старт-ап. Когда Патрисия ушла, они разделили роли, но, думаю, в какой-то момент отец заполучил код, чтобы шантажировать остальных.
Отец любил власть и всегда считал, что должен быть запасной план.
Элли думала, что он параноик, но теперь, зная гораздо больше, отдала ему должное – он был прав насчет Стивена.
«Он придет за тобой. Он всегда дышит нам в спину. Я не смогу остаться безнаказанным после того, что сделал. Но и он не сможет. Его грехами можно заполнить пещеру. Темную пещеру. Поняла? Ты единственная, кто сможет понять».
Элли вздрогнула, вспоминая последние слова отца. То, как он их произносил. Рак пожирал его, но он все равно продолжал говорить, даже под морфием.
«Сделал это ради нее. Ненавижу ее теперь. Эта сука привела нас всех в ад и сбежала. Убить. Нужно было убить ее».
Отец просто ненавидел Патрисию Кейн.
– Мне кажется, у отца была интрижка с Патрисией, – произнесла Элли. – Не знаю, поможет ли это чем-нибудь, но когда он умирал, то говорил, что сделал все из-за какой-то женщины, которая потом сбежала.
Хатч состроил гримасу.
– Не могу даже представить, чтобы Филл касался Пат. Знаю, она выглядит неплохо снаружи, но это самая холодная женщина, какую я встречал за всю свою жизнь.
– Она была замужем три раза, – заметил Райли, – не все считают ее холодной.
– Это были расчетливо отобранные мужья, – возразил Хатч. – Даже за первого она вышла только из-за его связей. Думаешь, Филл мог передать исходный код ей?
– Нет, – ответила Элли. – Он ненавидел ее. Я просто пытаюсь понять. Отец был более открыт и честен со мной в последние дни. Но он также был на сильных препаратах, поэтому все это не имеет никакого смысла.
– Запиши все, что вспомнишь, – попросил Дрю и поднялся. – Мы с Райли собираемся созвониться с Гаррисоном. Кажется, твой адвокат нашел лазейку, которая даст нам еще месяц или около того.
– Не то, что бы это что-то значило, – угрюмо заявил Райли, – ведь Касталано по любому найдет способ, как удержать низкую стоимость акций. Он слил сообщение, что «СтратКаст» собирается уволить двадцать процентов сотрудников.
Кажется, у Элли поднялось давление. Не было никакой причины поступать так.
– Грязный ублюдок, он делает это, чтобы насолить мне.
– Он уже избавился от Дарвича, – информировал Дрю без нотки сочувствия. – Его выгнали сегодня утром.
Элли сжала кулаки.
– Это замедлит мой проект на месяцы. Я никогда не найду достойной замены этому человеку.
– Я отправил за ним лимузин. Дарвичу предлагают работу в «4Л» с условием, что, когда ты станешь генеральным директором «СтратКаст», ему позволят вернуться на свою должность. Он ясно дал понять, что предпочитает работать на тебя, – объяснил Дрю.
– Она заклинатель ботанов, – кивнул в ее сторону Брэн.
– Похоже, это недалеко от правды, – добавил Хатч. – Кто-нибудь уже сообщил ей новость?
– О, господи, – ее мысли метнулись к самому ужасному развитию событий, – вся команда отдела исследований и разработок уволилась?
– О, нет, хотя можно ожидать, что Касталано избавится от них всех, когда узнает, что они сделали, – заговорил Райли. – Я хотел оставить эту новость на десерт. Запись, где я меняю настройки на тестовом оборудовании, мистически исчезла из архивов ФБР и «СтратКаст». В наши дни все хранится в цифровом виде. Агент поленился и не сделал резервное копирование.
Миа посмотрела на своего мужа.
– Подозреваю, Кейз участвовал в этом. В команде «МакКей-Таггарт» есть чертовски хорошие хакеры. Найдут что угодно, даже под пристальным наблюдением репортеров.
– Ничего не знаю, – лицо Кейза не дрогнуло. – Но возможно кое-что потенциально могло произойти, когда кто-то из команды Элли связался с нами и попытался помочь. И весьма очевидно, что весь отдел исследований и разработок создают трудности для Касталано. Не то, чтобы я мог подтвердить или опровергнуть данную информацию.
Элли сморгнула слезы. У нее все еще были друзья. Она еще может построить свою жизнь. Ей не нужна группа этих людей.
Но ей просто хотелось быть с ними.
Сделав глубокий вдох, женщина подавила эти мысли. Еще немного, и скоро она отправится домой и придумает, как дальше быть. Она не сможет принять решение, пока находится в этой бэт-пещере Лолессов. Необходимо оценить ситуацию со стороны.
«Сделать шаг назад. Изучить проблему со всех углов и позволить решению прийти самому».
Ее старый наставник говорил, что нет вопроса, который она не смогла бы решить. Нужно лишь время, дистанция и мысленная работа.
А рядом с Райли Элли не способна на это. Она переедет и, может, когда все уляжется, позвонит ему снова, чтобы посмотреть, сохранилось ли что-то между ними.
– Все в порядке? – спросил Райли.
Элли кивнула.
– Да, я просто рада, что у меня еще остались друзья, но я беспокоюсь, ведь Касталано может разрушить компанию. Это способ бросить мне вызов. Может, я и избегу неприятных последствий, но не смогу вернуться к работе. Он может сделать все, что захочет. Даже если я буду драться до конца и верну себе «СтратКаст», в итоге обнаружится, что от нее ничего не осталось.
С уходом Элли у Стивена действительно появился шанс ограбить компанию до нитки.
– Мы разберемся с этим, – сказал Дрю. – Райли, нам пора.
Райли взглянул на нее, на его лице явно читалось нежелание уходить.
– Кейз и Миа улетают в Техас на несколько недель. Их самолет скоро отправляется.
Когда Райли не было рядом, Кейз практически ходил за ней тенью. Она будет скучать по большому ковбою, но его ждут дома. Женщина обняла его и Мию. Девушку, которая была ее воплощением мечты о сестре.
– Мы скоро вернемся, позаботься о моих мальчиках, – прошептала Миа. – Им нужна твоя уравновешенная голова. Я так рада, что мы теперь сестры.
Элли просто кивнула. Она не могла сообщить Мие или кому-то о соглашении с Райли. Все решили, что с тех пор, как она начала спать с Райли, все наладилось.
– Брэн, можно попросить тебя? – спросил Райли. – Я не могу спокойно уйти, зная, что она собирается покинуть здание.
Брэн показал большой палец.
– Без проблем, я заступил на дежурство.
– Мне не нужно, чтобы за мной присматривали, – заспорила Элли.
Дрю остановил ее.
– Стивен Касталано убил наших родителей. Если ты выйдешь отсюда, каждый из нас будет переживать не на шутку. Пожалуйста, возьми с собой Брэна. Большую часть времени он ведет себя по-идиотски, но может быть весьма эффективен, когда хочет этого.
У них действительно были причины волноваться. С тех пор, как Стивен угрожал ей, они не выпускали ее из виду. Еще одна вещь, которая изменится через две недели.
– Ладно. У меня ключи от квартиры сестры, мы отправимся туда после того, как я встречусь с Лили. Она сообщила, что у нее есть какая-то информация для меня, но она боится сообщать по телефону. Только пусть Брэн будет сдержан, она не любит никого из вас.
Райли нахмурился.
– Она думает, мы похитили тебя.
Лили не верила, что Элли добровольно вышла за Райли. Она звонила и пыталась уговорить ее оставить его, предлагала деньги и что угодно, лишь бы избавить ее от человека, который разрушил ее жизнь.
Если бы не пришлось остаться с Райли, говорить с ним и наблюдать, как он работает, чувствовала бы она такую же ненависть? Было бы ей по-прежнему горько и обидно?
Элли до сих пор злилась, когда думала о произошедшем, но если бы она выросла в таких же условиях, как он, то, скорее всего, поступила бы на его месте точно так же. Долгое время для Райли не существовало ничего, кроме отмщения за родителей. Это было все, над чем мужчина трудился.
Он говорил, что оставит это все позади, но она не верила. В итоге он выберет семью. Выберет войну так же, как сделал это ранее.
– Я постараюсь убедить ее, что она ошибается, – пообещала Элли. – Я свяжусь с тобой, когда вернусь.
У нее тоже есть миссия. И, когда все закончится, их дороги разойдутся.
***
Райли сидел на собрании, уставившись в свои записи, но не видя их. Слава Богу, он записал все для Дрю и адвоката по контрактам, поскольку был неспособен к логическому мышлению.
Они вели беседу по телефону на громкой связи, и время от времени мужчина находил в себе силы вставить какую-нибудь фразу, но как ему беспокоиться об акциях и удержании своего положения, когда все, что имело значение – Элли?
Он не был дураком. Женщина до сих пор планирует покинуть его.
Мысль о том, что Элли выйдет за дверь, порождала панику. Его новый кошмар. Каким-то образом сон с избиением в интернате сменился исчезновением Элли. Она уйдет, и они будут время от времени разговаривать, но она начнет отдаляться от него. Если она выйдет за дверь, он потеряет жену.
Для нее это был брак по расчету. Для него это был совершенно новый мир. С тех пор как он женился на Элли, все стало гораздо светлее. Он был счастливее. Райли думал о будущем так, как никогда раньше. Разве обязательно его жизнь должна превратиться в бесконечный круг мести и самоутверждения? Он мог бы получить и больше.
Он полюбил женщину. Как отпустить ее?
– Ты так много помогаешь в последнее время, – сообщил Дрю, завершив звонок.
– Стараюсь, – рассеянно ответил Райли.
Может, если поторопиться, то получится перехватить Элли до того, как она уедет на встречу с Лили.
– Это был сарказм, – простонал Дрю. – В последнее время ты все делаешь дерьмово. Такое ощущение, что ты собираешься начать писать любовные песни своей девушке. Уверен, у тебя бы это здорово получилось. Вот как я вижу тебя сейчас. Сидит где-то и пишет любовные стихи.
Он проигнорировал сарказм. Это был лучший стиль общения Дрю.
– Она не просто девушка. Это моя жена.
Дрю перестал усмехаться.
– Видишь, об этом я и беспокоюсь. Думаешь, она твоя жена?
– Я сплю с ней каждую ночь. У меня есть свидетельство о браке.
Ему не нравилось, к чему клонит Дрю. Райли старался вести себя так, будто между ним и Элли все хорошо. Так и было. В постели она не сдерживалась. Она позволяла ему обнимать себя всю ночь.
Дистанция между ними увеличивалась только утром, когда он чувствовал, что женщина отстраняется от него. Она могла улыбаться сколько угодно, но это была не та открытая, ослепительная улыбка, которую она раньше дарила только ему. Это было вежливое выражение для всех.
– То, что вы трахаетесь, не означает, что она собирается остаться, – ответил Дрю. – Ты должен защитить себя. Сомневаюсь, что у Элли есть хоть какое-то намерение заставить ваш брак сработать.
– Почему ты так говоришь? – Райли не был уверен, что хочет слышать ответ.
– Я услышал, как она говорила с управляющим. Она сообщила ему, что скоро вернется. Я так понимаю, тебе она ничего не сказала.
Он знал, что Элли думает об этом, но она уже позвонила? У нее уже какие-то планы? Давала ли она их отношениям хоть малейший шанс?
Дрю долго смотрел на него.
– Полагаю, это значит «нет».
Райли словно ударили под дых.
– Нет. Я не знал, что она уже занялась этим вопросом.
Дрю изогнул бровь.
– Уже? Хочешь сказать, ты знал, что она займется им рано или поздно? А я думал, у нас план. Она согласилась оставаться с нами до тех пор, пока не вернет «СтратКаст». У тебя есть точная дата, когда это случится? Тебе стоило поделиться со мной новым талантом. Теперь ты у нас предсказываешь будущее.
Ему это было не нужно.
– Конечно, нет.
– Тогда почему она считает, что сможет переехать через две недели?
– Я не собираюсь удерживать ее, если она не хочет оставаться.
Он уже и так стал ее похитителем и человеком, разрушившим ее жизнь. Достаточно причин, чтобы ненавидеть. Наверняка она просыпалась каждое утро, осознавая, что у нее нет возможности заниматься любимым делом и виня во всем человека, спящего рядом.
– Мы заключили очень простое соглашение, – от каждого слова, вылетавшего изо рта Дрю, веяло холодом. – Мы не можем позволить ей уйти. Касталано доберется до нее. Нужно держать ее там, где мы можем наблюдать за ней. Это единственный способ заставить этот план сработать.
Райли была ненавистна отсылка к его браку как к «плану».
– Что, по-твоему, она собирается сделать, когда вернется к себе?
Дрю фыркнул, как будто от разочарования.
– Я думаю, что Касталано станет легче добраться до нее. Он может начать шептать ей на ухо, и угадай, что? Теперь у нее есть акции «4Л», потому что это мы их вручили. Все, что нужно Касталано, это убедить ее, что у нас серьезные проблемы, и он лучшая ставка в этой игре. Поэтому я хочу знать, с чего она взяла, что сможет съехать отсюда через две недели.
– Я заключил с ней сделку.
Дрю запрокинул голову и уставился в потолок.
– Дай угадаю. Ты получаешь секс, а она – свободу после согласованного количества оргазмов.
– Нет, все не так.
Дрю вновь посмотрел на брата, сузив глаза.
– Серьезно? Тогда как же?
– Я попросил ее дать нам месяц. Я думал, что, если мы будем близки, она поймет, что значит для меня. Я думал, она увидит, что мы должны быть вместе.
– Ну, тебе стоит действительно постараться, братец, – произнес Дрю, неприятно изогнув уголки губ. – Потому что прошло лишь две недели, а Элли уже хочется убраться подальше. Ей назначат встречу в «СтратКаст», не успеешь ты и глазом моргнуть.
– Ты, правда, думаешь, что она сойдется с Касталано? Что она пригласит его на ужин?
Райли беспокоило множество вещей, особенно то, что жена собиралась покинуть его по истечении оговоренного срока, но последнее, о чем он переживал, что Элли предаст их всех. Она не такая.
– Я думаю, что каждый может принять темную сторону при определенных обстоятельствах. Мы дали ей достаточно причин сделать это. Она еще не забыла этого. Элли может спать с тобой, сколько угодно, но она не простила тебя. Пока этого не произойдет, она должна оставаться там, где я смогу присматривать за ней.
Райли встал.
– Нет.
– Нет?
Райли знал, что Дрю редко слышал это слово.
– Брат, я люблю тебя и никогда не смогу отблагодарить в полной мере за все, что ты для меня сделал, но нет. Элли – моя жена до тех пор, пока мы не подпишем бумаги о разводе. И я сделаю все, чтобы она была счастлива. Мне кажется, я все делаю неправильно. Я волновался и заключил с ней сделку. Я установил сроки и сделал это, потому что так я рос. Все всегда сводилось к следующему шагу плана. Шагу, который мы должны предпринять. Больше нет никаких шагов, Элли – мой конечный пункт. Я действую с ней так, словно она какая-то игра, когда она гораздо большее. Мой брак – это не переговоры, Дрю. И я не просто прошу тебя не вмешиваться, я требую этого.
Дрю встал.
– Дело не только в твоем браке, Райли. Дело в том, над чем мы так долго и усердно работали.
Над этим он тоже много думал в последнее время.
– В чем? Я думал, мы ищем убийц папы и мамы, или мы пытаемся заклеить пластырем зияющую рану? Ты действительно веришь, что, посадив Стивена Касталано в тюрьму, почувствуешь себя лучше? Избавишься от боли? Потому что я нашел, что ее лечит.
– И ты собираешься все бросить только потому, что какая-то телка оказалась лучше других? У нее волшебная вагина? В этом все дело? Она излечит тебя силой своего клитора?
Райли не думал. Он врезал своему брату. Прямо в челюсть. Чертовски каменную челюсть. Было очень больно, и проблему не решило. Райли сделал шаг назад.
– Не говори так о ней.
Дрю не мог понять. Это все равно, что просить старшего брата перевести что-то с языка, которого он не знал. Райли мог часами рассказывать ему, что значит для него Элли, и каким-то образом мозг Дрю все равно все сведет к сексу. Он не понимал любви, потому что никогда ее не испытывал.
Может никогда и не испытает.
– Прости, что ударил тебя, – он никогда не дрался с братом.
Дрю потер подбородок.
– А ты прости, что оскорбил тебя. Я просто не понимаю. Ты не думай, мне нравится Элли, она милая женщина, но мне кажется, она не любит тебя. Я боюсь, что тебе причинят боль, а я должен просто стоять и наблюдать за этим.
Помешанный на контроле фрик. Дрю всегда присматривал за ним и просто не знал, как жить по-другому.
– Некоторые вещи стоят боли. И Элли любит меня. Знаю, что любит. Она как та принцесса из сказки, которую нам читала мама. Помнишь? Где был дракон.
– Спящая красавица? Мне всегда хотелось, чтобы победил дракон.
Для мальчишек дракон был самой крутой частью истории. Принцесса нравилась Мие.
– Элли сейчас как во сне. Она закрылась, потому что я сильно обидел ее. Очень сильно. Сейчас она защищается, но рано или поздно ей захочется убрать эти преграды, потому что какой-то принц должен прийти и поцеловать ее. А я чертов дракон, который отпугнет их всех, сам поцелую ее. Принц Очарование был трусом. Элли нужен дракон, который защитит ее.
Это заставило Дрю улыбнуться.
– Ты думаешь, что сумеешь убедить ее за две недели?
– Нет. Это было ошибкой.
Райли, наконец, понял, что натворил. Это он установил границы между ними. Он поставил и себя, и Элли в ужасное положение. Нужно немедленно прекратить это.
– Она может прикончить всех нас, Райли.
Бедный Дрю. Ему всегда придется цепляться за свой бесконечный план.
– Она не сделает этого. Элли на такая, как мы. Глядя на нее, ты думаешь, что она получила все, что у тебя отняли. Но ее прошлое очень похоже на наше. Она росла в одиночестве. Филлип больше походил на надзирателя, чем на любящего отца. И у нее не было матери. Ее детство прошло в закрытых пансионатах.
– Что совершенно не то же самое, что проклятый интернат, – Дрю возразил в ответ.
– У нее не было никого, и все же она как-то нашла в себе силы заботиться о тех, кто рядом. Даже и секунды не думай, что она нам враг. Она та, кем мы должны пытаться стать. Я благодарю бога, что Миа встретила Кейза до того, как мы втянули ее в наши страдания.
– Это не страдания, черт подери. Это правосудие.
– Нет, это месть, – теперь Райли видел это ясно. – Правосудием было бы доказать, что человек убил нашего отца, а не разрушить все и всех, кто его окружает. Как только вернем «СтратКаст» Элли, я вне игры.
– Тебя не волнует, кто был четвертым? – голос Дрю звучал праведным негодованием. – Тебе даже наплевать, как зовут того, кто их убил?
– Да, мне наплевать, и если мы сможем связать Патрисю Кейн и таинственную личность с убийством наших родителей, я всецело за то, чтобы передать это в соответствующие органы. В остальном я собираюсь делать то, что хотел для нас наш отец. Я собираюсь жить своей жизнью. Я собираюсь быть достойным с теми, кто меня окружает. Боже, Дрю, ты хоть способен вспомнить его?
– Я помню их обоих, – глаза Дрю покраснели, он сжимал и разжимал кулаки по бокам. – Я помню их крики.
Райли развернулся и вышел.
Ему было больно за брата. Кажется, что те последние моменты – единственное, что осталось в его памяти о родителях. Неужели он забыл, в какой любви они все жили? Как мать пекла им пироги и называла их маленькими монстрами? Как отец подхватывал их на руки и кружил, и говорил им, что мир – грандиозное приключение?
