Текст книги "Условия развода (СИ)"

Автор книги: Лара Вагнер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Глава 29

Как же так? Все перевернуто с ног на голову. Да, я оказалась в неловкой ситуации… ну, мягко говоря, неловкой. Но каким образом пробралась сюда эта толпа во главе с Каросфером? И куда уволокли Норриса? Что с ним сотворят? И что будет со мной? Слишком абсурдная ситуация, чтобы поверить в нее, и все же… надо как-то принять случившееся. Это не сон.

Вошедшие уставились на меня, разглядывают будто какую-то невероятную грешницу и неисправимую преступницу. В висках начинает стучать кровь, горло пересыхает. По углам комнаты словно сгущаются тени, хотя это обман зрения, конечно. Я должна взять себя в руки, иначе придется совсем худо…

По крайней мере, теперь понятно, откуда все эти люди прорвались сюда. Красивый узор в виде дерева с золочёными листьями на причудливо изогнутых ветках распался на две половины. Останавливаясь в этом номере, я была уверена, что боковая дверь между соседними номерами забита намертво. Благодаря изысканному декоративному решению, дверь превратилась в элегантное украшение интерьера, которое жаль было бы убрать. Так много лет назад уверял управляющий гостиницей.

Даже в голову не могло прийти, что может быть иначе. А теперь…

Мне кажется, что между изящными лепными листьями появилась пара крошечных отверстий. Крошечных, но вполне достаточных для того, чтобы можно было наблюдать за происходящим в комнате. Или это только мерещится? Когда их просверлили? Раньше ничего подобного не замечала. Или так и прежде было? Но уже очевидно, что непрошенные гости притаились и имели возможность подслушивать. Вероятно, и наблюдать за мной и Норрисом.

Я же не допустила того, из чего можно раздуть огромный скандал?

Увы, допустила. Положение очень шаткое и его можно повернуть как угодно. А Каросферу угодно… мне отлично известна его цель.

Он торжествующе усмехается и тут же вновь напускает на себя скорбную мину обманутого супруга.

Незнакомый мне седовласый господин, который держится рядом с Каросфером, провозглашает:

– Итак, господа, все видели и слышали то, что происходило в номере? Надеюсь, ни у кого сомнений не возникло? Теперь попрошу вас расписаться под составленным документом.

Он раскрывает портфель, который держал под мышкой и достает оттуда тонкую папку. А из нее – лист толстой гербовой бумаги. Двое мужчин придвигают к седовласому господину столик, с которого падают на пол фарфоровые безделушки. Бумага ложится на освободившуюся столешницу. Какой-то молодой человек почтительно ставит перед стариком чернильницу, отвинчивает ее крышечку. Серебряное перо тоже оказывается на столе… Откуда взялись эти канцелярские принадлежности? Их предусмотрительно принесли с собой?

– Сейчас вы по очереди поставите свои подписи, господа. Это не займет много времени.

– Что это? – спрашиваю я.

– Свидетельство о том, что мы наблюдали несколько минут назад, госпожа Арнэлия, – невозмутимо отвечает старик.

– Интересно, когда это вы успели написать свое свидетельство? Подсуетились заранее?

Меня перебивает Каросфер:

– Да, заготовка документа уже есть. Мне стало известно, что ты назначила свидание любовнику. Я обратился к мэтру Домье, юристу, который хорошо разбирается в таких вопросах. Что тут удивительного?

Мэтр добавляет:

– Разумеется, детали происшествия будут описаны прямо сейчас. Буквально три-четыре строчки. Все ведь банально и предсказуемо. А подробности будут оглашены в суде.

– Каком ещё суде⁈

– Если точно, в Судебном замке, куда мой уважаемый клиент – Третий принц – немедленно подаст иск.

Мне нечего сказать. То есть, наоборот, слов и эмоций слишком много, чтобы можно было их озвучить.

Между тем мэтр Домье, больше не обращая на меня ни малейшего внимания, уверенно строчит что-то в документе, который наверняка может оказаться роковым.

Вскоре остальные начинают по очереди подходить к столику и ставить свои подписи. На меня уже никто не желает смотреть. Только Четвертый принц бросает в мою сторону уничижительный взгляд. Четвертый принц – пожалуй, единственный член королевской семьи, который воспринимает Каросфера всерьез. Неудивительно, что старшему брату удалось втянуть его в эту историю. Всего в комнате семеро мужчин, я только сейчас точно пересчитала, прежде казалось, что их больше. Каросфер, Четвертый принц, мэтр Домье, его молодой помощник… ещё одного человека я уже где-то видела… двое напоминают мелких чиновников.

Все уже поставили свои подписи.

– Я могу ознакомиться с этим вашим так называемым документом?

– Да, прошу вас, госпожа, – снисходительно произносит мэтр.

Его помощник подходит к дивану и держит перед моими глазами гербовый лист. В руки мне его не даёт.

Супруга Третьего принца… предосудительная связь… молодой мужчина… «Бриллиантовая корона»… свидетельство… поцелуй и объятья… очевидная измена… нарушение супружеской верности

Все эти слова мелькают передо мной, буквы расплываются… Помощник мэтра вместе с документом отходит к столу.

– Дайте же прочитать нормально. Я ведь должна поставить свою подпись?

– В этом нет необходимости, госпожа. Завтра утром встретимся в суде. Я там буду представлять интересы вашего пока ещё супруга.

– В таком случае я тоже имею право на адвоката!

– Вы его получите. А пока вас препроводят в помещение при Судебном замке. Не беспокойтесь, это лишь формальность. И там созданы все условия для дамы вашего ранга.

– Я никуда не поеду!

– Однако вам придется. Подчинитесь вполне законным требованиям. Вы ведь не желаете громкого скандала с привлечением судебных стражников?

Каросфер злорадно улыбается.

Глава 30

События развиваются так стремительно, что я не успеваю ничего сообразить. Может, и вправду надо было сопротивляться и устроить настоящий скандал? Кому бы это навредило больше – мне или противоположной стороне? Но сейчас поздно рассуждать, подходящий момент упущен.

Я уже битый час нахожусь в комнатке с серыми стенами, где-то на одном из верхних этажей Судебного замка. Меня отвезли туда в карете с плотно занавешенными окнами. А в этой комнате даже окон нет. Нависший потолок, пара стульев, низкий столик, на котором стоит стеклянный графин с водой и чашка. Вот и все, что имеется по части обстановки. Как там обещал мэтр Домье: все условия для дамы моего ранга? Я успела изучить окружающую обстановку до мельчайших подробностей, от досок пола до крошечных трещин, разбегающихся паутиной возле дверного косяка. Тишина и неопределенность просто подавляют, на оставляя ни малейшей надежды избежать крупных неприятностей.

Наверное, уже пора стряхнуть с себя оцепенение и начать колотить в дверь? Или они решили, будто я настолько испугана, что молча и покорно подчинюсь? Хотя по моему предшествующему поведению именно так и можно было решить. Я должна взять себя в руки и что-то придумать. Ситуация, конечно, тяжелая, хуже не придумаешь…

Как же глупо я попалась. Угодила в собственную ловушку. Хотела поймать мужа на измене, сохранить свое приданое, получить половину замка, в процветание которого вложила столько сил. Получить долгожданную свободу и независимость. И что мы имеем в результате? Влюбилась в того, кого назначила своим шпионом и сама была разоблачена в качестве неверной жены. Всем будет плевать, что дело ограничилось одним единственным поцелуем и романтическими взглядами. А у мужа имеется беременная любовница. Главное, что попалась я, и именно на меня обрушатся все «прелести» и последствия разоблачения. Каросферу удалось провернуть блестящую операцию. Неужели сам додумался? Нет, вряд ли, наверняка кто-то подсказал…

В коридоре вдруг слышатся приглушенные звуки шагов. Кто-то приближается… Это уже не в первый раз, но тогда неизвестные люди проходили мимо, не задерживаясь у моей двери. Однако сейчас в замке поворачивается ключ, и дверь открывается. Сперва внутрь заглядывает немолодой человек в сером, окидывает внимательным взглядом обстановку и меня, потом тихо говорит:

– Все в порядке. Заходите, ваше высочество, прошу вас.

И его высочество заходит.

Каросфер, судя по выражению его лица, все так же доволен собой и ситуацией в целом. И у него для этого есть все основания.

Слышится шепот:

– Ваше высочество, когда закончите беседу, постучите, пожалуйста, я открою.

Каросфер не удостаивает ответом служащего Судебного замка и тот молча закрывает дверь. Снаружи снова поворачивается ключ.

Нежная супружеская пара остаётся одна в комнате.

Нам есть что обсудить, но кто начнет?

Конечно Каросфер, он нынче имеет все козыри на руках и торопится это продемонстрировать.

– Ну, какие впечатления? – интересуется он. – Уютно здесь? Надеюсь, ты уже освоилась на новом месте?

– Надеюсь, я тут не навсегда?

– Безусловно. Суд состоится дня через три. Всего лишь формальность, ведь факт измены подтвердило достаточно свидетелей. Заслуживающих доверия, уважаемых людей, между прочим.

– Ты прекрасно понимаешь, что настоящей измены не было. Можно подумать, твои свидетели застали меня с кем-то в постели!

Он возмущённо смотрит на меня.

– До чего же ты бессовестна, груба и цинична! Другая бы на твоем месте рыдала и каялась на коленях.

– Вот уж этого вы с мэтром Домье точно не дождетесь!

– Только теперь я понимаю, что прожить с тобой столько лет – это настоящий подвиг самопожертвования.

– Да-да, ты истинный герой. При том, что сам обзавелся молодой любовницей!

– А ты молодым кавалером, который тебе в сыновья годится! До чего же ты дошла.

– Думаешь, я буду молчать на суде? Ничего не расскажу о твоих похождениях?

– Если не окончательно потеряла рассудок – да, будешь вести себя предельно скромно и не станешь болтать лишнего. Ты же не хочешь опозориться окончательно?

– Позоришься здесь только ты!

Каросфер ненадолго замолкает, расхаживает по комнате от стены к стене. В помещении особо не разгуляешься, это ведь не одна из просторных комнат в «Гнезде черного журавля». Тесновато…

Наконец он останавливается и произносит:

– Знаешь, почему я на тебе женился?

– Потому что король решил, что тебе пора обзавестись семьёй? А на тот момент я была самой подходящей кандидаткой в невесты?

– Все так. Но было и ещё кое-что. Меня заставили жениться на тебе, потому что я собирался жениться на любимой женщине! А королевская семья этого не хотела допустить.

Ни о каких его прежних связях, и уж тем более, других невестах я никогда не слышала.

– Вот и женился бы на ней.

– Мне не позволили. Она была всего лишь прачкой. Стирала белье, жила в коморке в непарадной части дворца, куда аристократы не суются… Я совершенно случайно встретился с ней на заднем дворе и влюбился с первого раза. Да, она была простой женщиной, но для меня самой лучшей на свете! Милой, доброй, отзывчивой… Ты бы знала, какая буря поднялась, когда отец узнал, что у нас все всерьез! Ведь это только ему позволено снисходить до любых женщин, которые ему понравились. Хотя женился-то он только на аристократках. И лишь я осмелился бросить вызов… Как взбесились старшие братья и все эти гордые надутые дядюшки! Поэтому было сделано все, чтобы мой брак по любви не состоялся. Это же непозволительная роскошь для члена правящей династии. Мою возлюбленную срочно выдали замуж за какого-то торговца и услали вместе с ним в провинцию, с глаз долой. А меня навсегда связали с тобой!

– Ты мог бы побороться за свою любовь. Наверное.

– Я боролся. Но у меня не хватило сил.

Глава 31

Все это звучит так странно и непривычно. Трудно вообразить Каросфера в центре романтической истории, однако нет сомнений, что он сейчас говорит совершенно искренне. Да и зачем бы ему врать? Какой уже в этом смысл? Вроде бы, никакого. Ессли у него не настолько черствое сердце, может, мы сумеем как-то договориться? Ведь всё-таки двадцать пять лет прожили рядом.

– Послушай, Каро… я в самом деле не знала. Как ты понимаешь, мне уж точно никто об этом не рассказывал. Ни до свадьбы, ни после. Конечно, наш брак был большой ошибкой. Но теперь ведь не повернуть время вспять. У нас уже взрослая дочь. Зачем портить друг другу остаток жизни? Давай обсудим условия развода. Мы же не какие-то кровные враги. Я готова пойти на уступки…

– Ни за что! – резко обрывает меня он. – Ты опоздала. С моей стороны – никаких уступок. Я слишком долго ждал. А ты останешься навсегда опозоренной. Просто исчезнешь из привычной жизни! И все на этом. Твоя дальнейшая судьба меня не интересует.

– За что ты так меня ненавидишь?

Он смотрит мне прямо в глаза. Вот уж никогда не представляла, что глубоко посаженные, обычно тусклые глаза Каросфера могут так сверкать. Я сегодня будто вижу его впервые, с самой неожиданной стороны.

– А ты меня не ненавидела⁈ С первого дня, как только мы встретились. Хитрая, изворотливая, меркантильная… Смазливая маленькая дрянь! Уже тогда ты была такой и ни капли не изменилась. Тебя навязали мне, а ты только и делала, что насмехалась! Эта твоя вечная улыбочка! Вечное кокетство со всеми подряд!

Вот это и впрямь неожиданно, я едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться.

– Да ты с ума сошел! Когда и с кем я кокетничала, можешь перечислить? Каро, у тебя галлюцинации.

– Со всеми! Ты была милой, кокетливой, доброжелательной со всеми, начиная с моего отца и братьев! На всех смотрела так, словно хотела очаровать. На всех, даже на слуг! И только одного человека не видела в упор – меня!

Наверное, надо сдержаться и не отвечать на этот бред, но мой язык просто не в состоянии удержаться за зубами.

– А как я должна была на тебя смотреть? Влюблёнными глазами? Особенно после того, как ты грубо изнасиловал меня в первую брачную ночь?

– Может, ты хотела, чтобы тебя изнасиловали нежно? Тебе бы это понравилось⁈

Остаётся надеяться, что служитель Судебного замка отошёл от двери, а не торчит прямо за порогом, прижав к двери ухо. Не надо давать поводов для развития скандала. Я лучше промолчу, но…

– Какой же ты идиот! Низкий, тупой, ограниченный! Тебе и впрямь следовало жениться на прачке. Вы с ней были бы идеальной парой!

Его правая рука дёргается и кажется, я понимаю почему. Вот-вот он приблизится ко мне, замахнется и отвесит звонкую пощечину. Я вскакиваю по стула и… бежать мне некуда.

Впрочем, ничего не происходит, Каросфер опускает уже занесенную руку и относительно спокойно произносит:

– Что ж, совсем скоро ты избавишься от моего присутствия. Получишь развод. Ты ведь много лет о нем мечтала, не так ли? А я женюсь на любимой женщине. Да, это вторая любовь в моей жизни. Судьба подарила мне второй шанс и…

– Действительно, роскошный шанс. На сей раз ты забрался повыше. Не прачка, а дочка разбогатевшего ремесленника. Ты растешь на глазах, дорогой Каро. Не прошло и тридцати лет.

– Ты можешь иронизировать сколько угодно. От этого ничего не изменится. Лучше побеспокойся о себе. К счастью, древние законы о защите супружеской чести как-то позабыли отменить. О них, вроде бы, никто не слышал, но на самом деле они существуют. Уже много столетий. И если очень нужно, всегда можно стряхнуть с них пыль и использовать. Чтобы наказать развратных жен.

– Развратных? Да кто бы говорил! Даже если ты в ближайшее время женишься на своей любовнице, ребенок родится раньше срока. Так что всем все станет понятно. И тогда…

– Можешь не переживать. О его рождении будет официально объявлено позже. Младенцы все примерно одинаковые, пара-тройка месяцев роли не играет. После скандала с тобой Семья закроет на остальное глаза. Никто не станет затевать новый скандал. А у тебя уже не будет возможности навредить.

– Я смотрю, у тебя грандиозные планы. Конечно, сам бы не додумался. Кто тебе помогает, интересно?

– Это не твое дело. Не надо было устраивать подлог и строить глазки Второму принцу. Думаешь, мне не передали, как ты вела себя, когда подписывала брачный договор? Вот и получай теперь, что заслужила. Подумай над этим на досуге. Советую раскаяться и не закатывать сцен во время суда. А мне некогда, я и так много времени потратил на эту отвратительную беседу. Счастливо оставаться.

Он разворачивается и идёт к двери. У самого порога на мгновение останавливается и бросает через плечо:

– Кстати, наша дочь уже в курсе произошедшего. Она тебя полностью осуждает.

– Да кто бы сомневался!

* * *

Вечером меня переводят в другую комнату. На этот раз с крошечным окном, больше напоминающим щель. Ну, и на том спасибо. В него хотя бы можно увидеть темно-синее небо, на котором уже проглядывают звёзды.

У стены – узкая кровать, рядом квадратный стол и стул. Служитель приносит ужин – миску с кашей, круглую булочку и стакан молока. Ещё он заносит кожаный, битком набитый тючок.

– Из 'Гнезда Черного журавля" прислали ваши вещи. Те, что успела собрать горничная.

Когда он уходит, разумеется, не забыв запереть дверь, я развязываю тючок. Внутри – белье, чулки, темное шерстяное платье, накидка, мягкие комнатные туфли, дорожная шкатулка, ещё какие-то мелочи… Свёрток с миндальным печеньем… В кармане платья – записка на тонкой бумаге:

«Госпожа Арнэлия, мы все в замке любим вас и ждем».

Глава 32

Мне ведь полагается адвокат. Мэтр Домье сдержал слово. Адвокат явился примерно четверть часа назад. Такое впечатление, что это его самое первое дело. Скорее всего, именно так и есть. Юный магистр Берк смущается, заикается и краснеет каждые пять минут. Хотя, по идее, должен быть спокойным, компетентным, самоуверенным, должен вселять надежду в свою клиентку, то есть меня. Однако на деле оказывается наоборот, это я его убеждаю, что наши шансы на благополучный исход не так уж и малы. Где только его откопали? Видимо, нашли самый «подходящий» вариант, чтобы формально соблюсти правила. Но выбора у меня нет и нет знакомых адвокатов, к которым я могла бы обратиться. Все произошло слишком быстро, чтобы я успела сориентироваться. По крайней мере, Берк кажется искренне сочувствующим.

– Госпожа Арнэлия, я сделаю все, что от меня зависит.

– Признайтесь честно: это ваше первое дело?

Он опять заливается краской, так что краснеет не только лицо, но и шея, это особенно заметно по контрасту с белоснежным воротником.

– Не совсем. Я уже работал помощником адвоката на двух судебных заседаниях. И на каникулах секретарем у мэтра Крауффа… После выпуска из академии мне вручили бронзовую медаль за успехи в учебе и…

– Все понятно. Ну, раз вам вручили медаль, значит, хотя бы теорией вы владеете.

– О да! И я с утра внимательно изучил все древние законы, касающиеся разводов. Мы с вами вместе разработаем удачную стратегию… – Он раскрывает толстый том, который принес с собой и лихорадочно листает страницы. – Я буду очень стараться! Это огромная честь для меня, защищать ваши интересы…

Может, и вправду, начинающий адвокат способен на большее, чем какой-то другой? Он буквально горит предстоящим делом. Тем более, у нас ещё есть пара дней… Мой случай для него – ступенька в карьере, возможность проявить себя и стать заметным уже в самом начале пути. У Берка имеется кровная заинтересованность, это мне очень даже на руку. К тому же, он и сам по себе кажется вполне серьезным и старательным. А опыт – дело наживное.

– Как думаете, стоит рассказать на суде, что муж сам мне изменил и хочет жениться на своей беременной любовнице?

Он опять краснеет.

– Госпожа Арнэлия, по моему мнению, никто не поверит. Надо быть сумасшедшим, чтобы изменять вам! А ведь Третий принц до сих пор считается вполне вменяемым и дееспособным.

Интересно, это искренний комплимент с его стороны, юношеская наивность или же хитрая уловка? Я ведь не знаю, почему выбрали именно его. Не исключено, что меня просто намереваются сбить с толку и связать с адвокатом, который будет работать на противоположную сторону.

– Хорошо, давайте обдумаем этот вопрос вместе…

За обсуждениями мы не заметили, что дверь в мое временное пристанище открыли. В комнате появляются двое. Судя по одежде, чиновники Судебного замка. Один из них произносит:

– Госпожа Арнэлия и магистр… простите, забыл ваше имя… Судебное заседание состоится через полчаса. Мы должны проводить вас в зал.

– Через полчаса⁈ Мне вчера сказали, что дня через три!

– К сожалению, сроки перенесены. Госпожа Арнэлия, вам пора собираться. Мы пока подождем за дверью. Пойдемте, магистр… как ваше имя?

– Магистр Берк! – возмущённо вскидывается юный адвокат. – Извольте запомнить! И с какой стати заседание назначили прямо сейчас? У нас даже не было времени на подготовку.

– Отлично, я запомню ваше имя, господин магистр. Увы, так сложились обстоятельства. Сейчас уже ничего не изменишь. Не задерживайте, пожалуйста. Дама должна приготовиться к выходу.

Снова покрасневший, на этот раз от возмущения Берк встаёт и удаляется вместе с толстым сводом законов под мышкой. Успевает шепнуть:

– Не расстраивайтесь, мы сделаем все возможное.

И покидает помещение вместе с чиновниками. А как я должна готовиться? Наверное, имелось в виду: привести себя в приличный вид. С утра на мне уже темно-серое платье, которое прислала Норри. Оно выглядит строго и скромно в отличие от нежно-голубого, в котором я вчера выпорхнула из дома, в предвкушении чего-то прекрасного. Да уж, прекрасные события произошли…

Как могу, поправляю прическу. К счастью, в дорожной шкатулке имеется маленькое зеркало. Выгляжу, в принципе, неплохо, особенно с учётом обстоятельств. По крайней мере, об этом свидетельствует отражение. Ещё бы привести в порядок мысли… Почему, ну почему мне так не везёт⁈ Наверняка это происки со стороны Каросфера. За ночь он передумал дать мне время на подготовку к защите. Такая вот «честная» игра с его стороны. Что ж, будь что будет. Я уже ко всему готова и ничему не удивляюсь…

* * *

Обстановка в зале судебных заседаний предельно мрачная. Такое впечатление складывается при взгляде на выкрашенные темно-зеленым цветом стены, пыльную лепнину на потолке, портреты каких-то суровых мужчин в рамках с поблекшей позолотой. Вероятно, это знаменитые составители законов или юристы. Только один из портретов, висящий прямо под креслом судьи, мне отлично знаком, да и рама у него относительно новая. Это портрет моего свёкра, нашего доброго славного короля… На портрете он широко улыбается. Надо было написать ему, попробовать оправдаться? Он ведь всегда доброжелательно ко мне относился. И Второй принц мог бы поддержать… если только теперь не проникнется ко мне презрением. В любом случае, уже поздно.

Публики в зале совсем мало, человек пятнадцать… Если точно, тринадцать. Большая часть деревянных скамеек пустует. Среди них нет никого, кто бы напоминал газетных репортеров. Значит, решили сделать суд максимально закрытым и тайным. Среди присутствующих – члены Городского совета, чьи лица мне знакомы, какой-то важный придворный чин (название его должности мне неизвестно) и все свидетели, которые вчера вломились в гостиничный номер, в том числе Четвертый принц.

Мы с Берком сидим отдельно, на боковой скамье, огороженной деревянным барьерчиком. В зале нависла неловкая тишина, иногда раздается тихое покашливание среди публики. Судья, очень пожилой, можно даже сказать дряхлый седовласый человек в бордовой мантии и бархатной шапочке, неожиданно звонко чихает.

Кого ещё ждём?

А, понятно. Наконец-то изволила пожаловать обвиняющая сторона.

Сперва появляется мэтр Домье, потом его молодой помощник, нагруженный бумагами, папками и стопкой увесистых книг.

Следом шествует Каросфер. Он в черном с головы до пят, словно скорбящий супруг, чья жена не наставила ему рога, а скоропостижно скончалась.

Вся троица располагается на другой боковой скамье, тоже с барьерчиком. Они справа, а мы – слева.

Судья, встрепенувшись, звякает колокольчиком и громко объявляет:

– Поскольку все на месте, слушанье дела о супружеской измене объявляю открытым!