Текст книги "Отпуск в лапах зверя (СИ)"

Автор книги: Лана Морриган

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 36. Даша

– На ужин?.. – переспросила я, все еще пытаясь осмыслить приглашение. Это определенно новый шаг для наших отношений. И довольно серьезный. Я медленно провела ладонью по волосам, стараясь собрать разбежавшиеся мысли обратно.

– Ром, может, не сегодня?

Он прищурился, сразу уловив интонацию.

– Почему?

– Ну… – я быстро начала перебирать варианты. – У меня вообще-то дела.

– Какие?

Я замялась.

– Разные.

– Даш.

– Что?

– Какие дела?

Я вздохнула.

– Мне нужно помочь деду.

– Он сам тебя сегодня выгнал из дома после обеда, – спокойно напомнил Рома.

Я нахмурилась.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю, – ушел от прямого ответа, но все же добавил: – Я не могу оставлять тебя без присмотра. Зверь выкручивает мне жилы, хочет быть рядом. И я хочу. Плюс мы еще не решили проблему с черными риелторами.

– Я не одета для ужина.

Он рассмеялся.

– Это обычный ужин. Признай, ты просто волнуешься.

Отрицать было глупо, ведь Рома был прав. Я не представляла, как выглядит обычная жизнь оборотней. Как они ведут себя, зная, что об их секрете уведомлены. Что они делают, когда не стараются быть похожими на людей?

– Они нормальные, – сказал он тихо. – Никто тебя там не съест.

– Очень смешно.

– Я серьезно, – он взял меня за руку и нежно поглаживал пальцы. – И все равно ты сегодня остаешься у меня.

Я подняла голову.

– Это еще почему?

Рома чуть улыбнулся.

– Потому что ты уже согласилась.

– Когда?

– Когда не уехала сразу домой.

– Я еще не успела коварно воспользоваться твоим интернетом.

Он расплылся в очаровательной улыбке и притянул к себе.

– Можешь пользоваться чем хочешь в нашем доме.

Когда Рома сказал это, он даже не заметил, что оговорился. Ему так легко давались слова о нас. И этот вариант был не из тех, когда мужчина тебе красиво поет в уши, совершенно не подкрепляя слова действиями. Рома был идеален во всем. Красивый, невероятно добрый, ласковый. Мне казалось, что таких не существует на земле.

– Спасибо, – ответила я, вставая на носочки и целуя его в щеку. – Я схожу за ноутбуком в машину и вернусь.

– Я с тобой, – сказал он, зажмурившись от простой ласки.

– Боишься, что я убегу, сверкая пятками?

– Даже не хочу допускать эту возможность.

– Ты идеальный. Тебе говорили? – спросила я, проводя пальчиками по красивым мужским губам.

– Только ты.

Делая комплимент, я рассчитывала на то, что Рома отшутится. Скажет, что-то, что разрядит обстановку, а вышло наоборот. Его слова запустили по моему телу приятную дрожь.

– Даш, – прошептал он, пока я изучала его лицо, – у тебя что-то срочно по работе?

Я отрицательно покрутила головой.

– Нет. Просто не хочу накапливать де… – я не успела договорить и взлетела в воздух, испуганно вскрикнув и цепляясь за мужские плечи. – Что ты делаешь?

– Хочу показать новую спальню.

Я даже не успела возразить, Рома легко подхватил меня на руки и уверенно направился в сторону лестницы. Деревянные ступени тихо скрипнули под его ногами.

– Ром! – прошептала я, все еще цепляясь за его плечи. – Поставь меня.

– Нет, – проурчал он.

– Почему?

– Потому что ты опять начнешь убегать к своему ноутбуку.

Его руки были теплыми и сильными, и в них было невозможно чувствовать себя незащищенной. Он открыл дверь плечом и шагнул в комнату. Большая, светлая комната. Вечерний свет проникал через широкие окна, мягко ложился на деревянный пол. Посередине стояла широкая кровать с простым светлым покрывалом. На подоконнике лежали какие-то инструменты, рулетка, карандаш – похоже, Рома все еще что-то здесь доделывал.

Он поставил меня на кровать, придерживая за талию.

– Так непривычно смотреть на тебя сверху вниз, – рассмеялась я.

– Ну? – тихо спросил он. – Как тебе?

Я медленно огляделась.

– Красиво.

– Пока еще не все готово.

– Мне и так нравится.

– Какую сторону кровати выбираешь?

Я опустила взгляд, топчась по мягкому покрывалу.

– Левую, не люблю спать около двери.

– Договорились.

– А шкаф?

– Что шкаф?

– Твоя половина будет тоже левая?

– Ты намекаешь, чтобы я переехала к тебе?

– Вообще я прошу об этом прямым текстом. И не первый раз, но ты старательно избегаешь моих вопросов.

– Я подумаю, – обещаю я, прекрасно понимая, что теперь у меня нет никаких причин отказывать, кроме собственных страхов. Как же это сложно – сделать шаг в новую жизнь. Наверное, если бы Рома был просто человеком… то ничего бы не изменилось. Мой страх бы никуда не исчез. Я могла бы найти миллион причин, чтобы не соглашаться. И сейчас делала именно это, почему-то не разрешая себе быть счастливой. – Я правда обдумаю твое предложение, – сказала я, обнимая мужчину за шею и увлекая его за собой. Рома не дал мне упасть, подхватил одной рукой под спину и опустился на кровать.

– Она такая большая, – произнесла я, задирая голову к изголовью, рассматривая светлую обивку.

– Даш, – в его голосе снова появилось знакомое низкое рычание, от которого у меня слабели колени. От падения меня спасало то, что я уже лежала. Я сглотнула.

– Что?

Он медленно провел пальцами по моей щеке, убирая прядь волос за ухо.

– Я правда соскучился. Если услышишь вой, то это точно мой. От тоски.

– Надеюсь, ты шутишь, – ответила я, впитывая ласку, как губка. Если быть честной по отношению к себе, то и мне не хватало Ромы. Я плавилась в его руках, в его объятиях, чувствуя сладкое счастье. И оно пугало тем, что в одно мгновение все могло измениться. Да, я боялась, что все исчезнет. Рома решит, что его жизнь будет продолжаться без меня, а я к этому времени пропитаюсь им насквозь.

Он тихо выдохнул мне в губы.

– Ты даже не представляешь, что со мной делаешь.

– Представляю, – прошептала я и сама удивилась собственной смелости. – Ты со мной делаешь то же самое.

Он прислонился лбом к моему лбу и улыбался.

– Сомневаюсь.

– Не сомневайся. Мне так плохо без тебя. А становится еще хуже, когда я думаю, что счастье когда-то закончится.

Рома тихо выдохнул, кажется, мои слова задели что-то глубоко внутри него. Пальцы замерли на моей щеке, а янтарные глаза стали темными.

– Дар-р-рья, – пророкотал он, скользнув ладонью к затылку и мягко удерживая. – Счастье не заканчивается просто так, – сказал он хрипловато. – Его либо берегут, либо сами разрушают. Я не привык разрушать то, что люблю, – перехватил мою ладонь и прижал к своей груди. Сердце билось сильно и ровно. – Видишь? – прошептал он. – Пока оно бьется, я рядом.

Я улыбнулась.

– Иногда ты говоришь такие вещи, что я начинаю подозревать, что ты тайно читаешь любовные романы.

Я не удержалась и поцеловала его. На этот раз поцелуй получился медленным. Теплым. Без спешки.

Рома осторожно поправил мои волосы, распуская пряди по подушке.

– Ты такая красивая, когда перестаешь думать о плохом, – сказал он тихо.

– К сожалению, я всегда думаю, – призналась я.

– Тогда буду тебя отвлекать.

Я рассмеялась, но смех быстро растворился, когда он снова поцеловал. Горячие губы двигались мягко и терпеливо, словно Рома хотел прожить этот момент до последней секунды.

Мои пальцы сами нашли его плечи, скользнули по шее, сцепляясь в замок и не желая отпускать мужчину. Как же было приятно касаться твердого натренированного тела и чувствовать под ладонями напряжение мышц.

Я плавилась, совершенно забыв обо всем. Были только мы. Тепло мужского тела и тягучие медленные движения. Желание и безграничная нежность.

Глава 37. Роман

Я плавился вместе с Дашей. Все же ожидание было вознаграждено. Она жалась ко мне доверчиво, без капли страха. Каждое ее движение, каждый тихий выдох отзывались внутри остро-остро. Я провел ладонью по ее спине, чувствуя, как она расслабляется в моих руках, как расслабляется. На секунду захотелось плюнуть на все. На ужин, на семью, на любые обязательства. Оставить ее здесь, закрыть дверь и просто быть рядом.

Но я знал, что важно, чтобы она увидела мою семью – часть стаи. Познакомилась ближе и поняла, что разницы между нами не так и много.

Я глубоко вдохнул, заставляя себя вернуться в реальность.

– Нам пора, – тихо сказал, не отпуская пару сразу.

Даша чуть напряглась. Пальцы на моей груди царапнули кожу. Я отстранился, чтобы увидеть ее лицо. В глазах снова мелькнула настороженность.

– Все будет нормально. Это обычный ужин.

***

К дому родителей мы шли пешком. Я специально не взял машину, хотел, чтобы у Даши было время привыкнуть, осмотреться, понять, что здесь нет ничего пугающего.

– Все хорошо? – спросил я.

Она кивнула и произнесла:

– Просто… непривычно. Я всегда думала, что, – тут она перешла на шепот, – это сказки. Лучше я помолчу, – тихо рассмеялась, чувствуя неловкость. – Все как у людей, – не сдержалась и добавила едва слышно, осматриваясь по сторонам.

Я чуть сжал ее ладонь.

– А что ты ожидала?

Даша задумалась.

– Не знаю. Я ожидала увидеть что-то, что сразу выдаст в вас других.

– Например?

– Да не знаю, Ром. Ну вот что-то, что выдает, – она уже улыбалась.

– Предостерегающие таблички на двери. Знаешь, как вешают, что на территории злая собака.

– Ну, нет, – протянула она, – какое-то некрасивое сравнение.

– Скоро ты поймешь, что мы такие же. Одни проблемы, одни заботы. Да и разговоры примерно те же. Редко отличаются от человеческих.

Свет в доме родителей уже горел, запах еды чувствовался еще с крыльца. Мама точно была у плиты уже с утра.

Я толкнул открыл дверь и крикнул:

– Мы пришли.

– Наконец-то! – раздался голос матери из кухни. – У меня все готово. Сейчас достану утку, и будем садиться за стол. Идите сразу в столовую. Все там.

Под всеми подразумевался отец, старший брат со своей парой и их сын. Мой беспокойный и вездесущий племянник. Точная копия своего отца. Не знаю, как Яна справляется с ними двумя.

Я провел Дашу вперед, чуть касаясь ладонью ее спины, направляя и напоминая, что я всегда рядом.

Отец, как всегда, занял свое место во главе. Спокойный и собранный. По крайней мере, таким он был при нас. Илья покачивался на стуле, откинувшись назад, его пара – Яна – сидела рядом и увлеченно о чем-то рассказывала, отщипывая от булочки кусочки и методично закидывая в рот. И Кирилл, что стоял у окна, опираясь плечом о косяк, полностью погруженный в переписку на телефоне. Уже не мальчик – высокий, крепкий, уверенный, с тем же упрямым и нахальным взглядом, что и у Ильи. Когда мы вошли, он сразу повернул голову и внимательно посмотрел на Дашу.

– Добрый вечер, моя нормальная семья, – спокойно сказал я.

Яна поднялась первой.

– Привет, – сказала, представляясь Даше и подходя ближе. – Я Яна.

– Даша, – ответила она чуть тише, но уже без той растерянности, что была у двери.

– Я знаю, – Яна улыбнулась легко и тепло. – Рома о тебе говорил.

Илья усмехнулся.

– Мы все о ней только и говорили.

– Сын, – с нажимом произнес отец.

– Все, молчу, – поднял он руки, но улыбка никуда не делась. Уверен, он заставит пару раз за вечер всех напрячься.

Мама вернулась из кухни с большим блюдом, от которого сразу пошел густой теплый аромат запеченной утки с румяной и хрустящей корочкой. Запах наполнил комнату мгновенно.

Она поставила блюдо в центр стола, и отец стал разделывать птицу.

Я краем глаза следил за Дашей. Она сидела чуть напряженно: плечи собраны, движения осторожные, взгляд скользит по лицам, словно ищет, за что зацепиться.

Мама накладывала еду с той мягкой настойчивостью, от которой невозможно отказаться, Яна время от времени наклонялась к ней, что-то тихо подсказывая, что бы она еще хотела попробовать, или просто поддерживая разговор. Потом уперлась взглядом в меня и легким кивком головы показала на дверь.

– Что? – я просил губами.

– Ром, помоги мне с хлебом, – произнесла она, вставая из-за стола.

– Каким хлебом? – удивилась мама. – Разве я забыла принести хлеб?

– Другим, что мы привезли с собой.

Мама удивленно вскинула брови и уже была готова обидеться, ведь хлеб она пекла сама.

– Но… – произнесла она. Взглянула на Яну и добавила уже нормальным тоном: – Да, принесите, пожалуйста, хлеб.

Я поднялся, все еще не понимая, к чему этот спектакль, и вышел за Яной.

– Какой хлеб? – тихо поинтересовался, прикрывая за собой дверь.

Она даже не обернулась. Просто схватила меня за локоть и потащила на кухню.

– Обыкновенный хлеб, мой нетерпеливый деверь, – бросила вполголоса, открывая шкаф.

Я нахмурился, опираясь плечом о холодильник.

– Ян?

Она резко обернулась. И взгляд у нее был уже не мягкий.

– Ты вообще думаешь, что делаешь? – тихо спросила она.

– В смысле?

Она закатила глаза и раздраженно провела ладонью по волосам.

– Ром, ну не надо сейчас делать вид, что ты не понимаешь, о чем я.

Я напрягся сильнее.

– Я действительно не понимаю.

Яна шагнула ближе и, понизив голос, начала говорить быстрее:

– Ты не дал девочке восстановиться. Совсем. Вы же… – она замялась на секунду и выразительно повела руками. – Ну ты понял.

– И что?

– И то, что она не железная, – резко ответила Яна. – Ее организм сейчас в таком состоянии, что ты должен был думать головой, а не…

Она оборвала себя, шумно выдохнув.

Я уже начал злиться.

– Яна, говори нормально.

– Ром… – ее голос стал тише. – Ты правда ничего не заметил?

У меня внутри что-то неприятно дернулось.

– Что именно?

– Я почти уверена.

– В чем? – глухо спросил я.

– В том, что Даша беременна.

– Что?.. – выдохнул я.

– Я не даю стопроцентных диагнозов на глаз, – спокойно сказала она. – Но процентов на восемьдесят – да.

– Я не чувствую изменений в ее запахе.

– А я чувствую, – огрызнулась она.

– Ты уверена? – уточнил я, бросив взгляд за спину.

– Я уверена, что нужно проверить. Но если ты хочешь мое мнение – готовься к отцовству.

Я прошел пару шагов, оперся ладонями о стол, чувствуя, как нутро наливается свинцом.

– Черт… Да нет. Проклятье.

– Вот именно. Ты для нее сейчас проклятье! Константин ясно сказал, что Даше нужно было восстановиться.

– Я помню!

– Нужно помнить всем организмом, а не только головой.

Глава 38. Даша

Я проснулась, словно выныривала из теплой, мягкой глубины. Заерзала в мужских объятиях, ища более удобную позу, и, когда нашла, вновь расслабилась, позволяя себя еще немного полежать и понежиться. Чуть глубже вдохнула ставший родным запах и приоткрыла глаза. Как же приятно просыпаться рядом с Ромой.

Я осторожно подвинулась ближе, прижимаясь к нему всем телом. Мужская рука тут же среагировала, крепче притягивая меня, словно даже во сне он не хотел меня отпускать.

Я невольно улыбнулась, ладонью провела по широкой груди, ощущая под пальцами тепло кожи и ровное биение сердца. Наклонилась и коснулась губами мужской шеи.

– М-м-м, – протянул он, не открывая глаз.

– Доброе утро, – прошептала в ответ.

– Доброе, – хрипло сказал он, открыв глаза и пожирая янтарным взглядом.

– Ты рано проснулась, – сказал он тихо.

– Новая привычка деревенской жизни, – улыбнулась я.

Рома усмехнулся, провел ладонью по моей щеке, а потом неожиданно перевернул меня на спину. Я тихо ахнула, больше от неожиданности. Он навис надо мной, опираясь на локти, и замер, рассматривая.

– Я так рад, что ты сегодня осталась, – пробормотал он. – Приятно просыпаться рядом с любимой женщиной.

– И я рада, – прошептала я, отведя смущенный взгляд, не понимая природу своих чувств. Мы были полностью обнажены и, кажется, уже знали друг друга до последней клеточки тела, но признание в любви сделала из меня вновь юную девочку, что верила в сказки и одну любовь на всю жизнь.

– Не знаю, как буду жить дальше. Я не могу думать ни о чем другом, кроме тебя.

– Ром, хватит, – попросила я, рассмеявшись.

Он наклонился, завис, почти касаясь губами моих, и я уже потянулась навстречу, но… резко Рома остановился.

На секунду в его лице что-то изменилось. Словно щелкнул невидимый тумблер.

– Ром?..

Он отстранился, выдохнул, оттолкнулся от кровати, провел рукой по лицу и сел рядом.

– Нам нужно позавтракать, – сказал он.

Я приподнялась на локтях, нахмурившись.

– Что?..

Он не смотрел на меня.

– Нужно поесть, Даша.

В комнате повисла странная тишина. Только секунду назад все было мягким и теплым – и вдруг сказка оборвалась.

– Рома, что случилось? – тихо спросила я.

Он повернул голову, посмотрел на меня.

– Просто… – он сделал паузу. – Нужно поесть. И я хотел спросить кое о чем.

Сердце неприятно сжалось. Я медленно села, подтянув к себе одеяло.

– Ты меня пугаешь.

Он сразу потянулся ко мне, коснулся плеча.

– Все нормально. Мне просто кое-что интересно.

– Что? – спросила я, не понимая такой резкой смены настроения.

Рома поднялся, принялся одеваться.

– Хотел спросить, как тебе ужин?

– Нормально. Хорошо, Ром. Обычный семейный ужин. А что такое? Я сказала что-то не то?

Он активно закрутил головой и заверил:

– Нет-нет. Дело не в тебе.

– А что тогда?

– Да просто, хотел узнать впечатление.

– Приятное впечатление. И я с удовольствием пойду еще раз, если меня пригласят.

– Конечно, пригласят.

– Ну, тогда что случилось? – я подскочила с кровати, завернувшись в одеяло и пытаясь посмотреть мужчине в глаза. Рома прятал от меня взгляд.

– Тебе ничего не показалось странным или, может быть, смутило? – он надел футболку и повернулся ко мне.

– Ром, ты правда меня пугаешь. Я не понимаю, что сделала не так.

– Дар-р-рья, – проурчал он, беря меня за плечи, – дело не в тебе. Не в тебе. Не нужно так думать. Дело в… нас.

Я призадумалась и осторожно произнесла:

– Ну. Было не очень приятно слушать о том, что я первый человек в вашей семье. Звучит, словно вы питомца завели, – выпалила я.

Рома нахмурился:

– Не помню, чтобы такое говорили.

– Твой старший брат… – напомнила я.

– А, – протянул он с пониманием. – Илья говорит очень много. Но, поверь, больше половины не проходит фильтрацию в его голове на уместность. И он никогда не скажет тебе дурного. Скорее, эта информация предназначалась мне. Он в очередной раз намекал, как мне будет сложно.

– А почему тебе со мной будет сложно? – спросила я, вызывая улыбку.

– Идем завтракать, – сказал он, сокрушенно покачав головой.

– Идем. И вообще не я начала этот странный разговор.

– Он не странный.

– Странный, – упрямилась я, обиженно поглядывая на мужчину.

– Прости. Простишь? – он положил ладони на плечи и смотрел с высоты своего роста с обезоруживающей улыбкой. – Простишь?

– Нет! – фыркнула я.

Улыбка тут же погасла.

– Даш, я правда не хотел…

– Ром, я пошутила. Пошутила. Пойдем завтракать. Я жуть какая голодная.

– Это хорошо, – ответил он с какой-то странной улыбкой, словно я вновь сказала что-то не то.

Я одевалась медленно, все еще прокручивая в голове его резкую смену настроения. Надевала сарафан, поправляла волосы, а внутри неприятно тянуло. Я что-то упустила. Или не поняла.

Снизу уже доносились звон посуды, шаги и звук закипающего чайника. Я выдохнула и спустилась вниз. Рома стоял у плиты спиной ко мне. В футболке, низко сидящих штанах, босиком. Как в рекламе идеального утра.

– Садись, – сказал Рома, не оборачиваясь.

На столе тарелки, чашки, нарезанный хлеб. Он поставил передо мной огромную тарелку с омлетом и овощами и сел напротив.

– Ешь, – коротко сказал он.

Я взяла вилку, но не спешила.

– Что? – не выдержала внимательного взгляда.

– Ничего, – быстро ответил Рома. – Ешь, пока горячее.

Я откусила, прожевала.

Он чуть подался вперед.

– Как ты себя чувствуешь?

Я замерла со вторым кусочком у рта.

– Нормально.

– Точно?

– Ром… – я нахмурилась. – Ты хочешь меня отравить? – спросила и нервно рассмеялась.

– Не говори глупостей.

– Я не понимаю резкую смену твоего поведения.

– Ничего странного не замечала в последнее время?

– Например? – уже с раздражением спросила я.

Он замялся.

– Слабость. Тошнота. Может, голова кружится?

Я медленно опустила вилку.

– Нет.

Он кивнул, но продолжил:

– Запахи, – он наклонил голову. – Все нормально воспринимаешь?

Я резко подняла на него взгляд.

– В смысле?

– Ну, может, что-то стало неприятно. Или наоборот.

Я уставилась на мужчину.

– Рома. Рома, – повторила я уже жестче, – или ты сейчас говоришь, что происходит, или я сойду с ума.

И вновь тишина. Он выдохнул, откинулся на спинку стула и явно не хотел говорить.

– Ром.

– Ты, – он запнулся. Слова давались ему с трудом. – Ты беременна?

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать сказанное.

– Что?.. – вырвалось у меня. И я вдруг болезненно рассмеялась. – Нет.

Он не улыбнулся.

– Ты уверена?

– Ром, ты серьезно сейчас? – я покачала головой, все еще смеясь, но уже с надломом. – Нет. Конечно, нет.

Он сжал губы.

– Мы не предохранялись.

– Не переживай, – произнесла я, чувствуя горечь. – Вряд ли я могу забеременеть. Почти год у меня нет месячных. Гормональный сбой, стресс, да много всего. Так что я уверена, что я не беременна. Ты можешь не переживать.

Какое же паршивое утро. Оно перечеркнуло все приятные моменты последних суток.

– А ты хочешь детей? – спросил он.

– Хочу, – ответила честно. – И всегда хотела. Но понимала, что не смогу разорваться между мужем-инвалидом и малышом. Поэтому отказалась от идеи материнства.

Мне невероятно трудно давалась правда.

– А ты бы хотела детей со мной?

– А ты?

Я смотрела на него, не отводя взгляда, и мне стало по-настоящему страшно услышать ответ.

– Хочу, – тихо сказал он.

Я сглотнула.

– Со мной? – уточнила я почти шепотом.

– С тобой, – повторил он и посмотрел прямо в глаза. – Только с тобой. Я не идиот, – продолжил спокойно. – Я понимаю, как это звучит. Понимаю, что для тебя это слишком быстро. Но для меня, – он замолчал, подбирая слова. – Для меня это, словно я наконец дошел туда, куда должен был.

Я наконец положила вилку, что все это время держала на весу, на стол и произнесла серьезно:

– Давай договоримся, что в следующий раз, когда ты захочешь спросить что-то, ты не будешь доводить меня до паники. Я очень хочу детей. И хочу их с тобой, хотя не представляю, как это будет. Но я уверена в том, что ты будешь самым лучшим отцом.