Текст книги "Enigma (СИ)"

Автор книги: Лана Мейер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 22 страниц)

И она, Кэндис, тоже боится. Именно поэтому и упала в его объятия, как только «принц» замаячил на ее горизонте.

Ну а чего я, собственно, ждал от Энигмы? Что она подарит мне хоть один взгляд, который будет кричать мне о том, что она нуждается во мне, после всего, что я с ней сделал и сделаю?

Почему я вообще допускаю подобные мысли? Наверное, я бы хотел ощутить на себе любовь женщины, и любовь «вопреки».

Спасибо матери, которая не смогла мне этого дать. Но хватит сентиментальностей, довольно.

Конечно, я знал, что Энигма возненавидит меня снова, после того, как искупается в грязи из чужих слов, мнений и предрассудков. Но то, что я сделал, было необходимостью для Цели. Ведь именно в момент выступления, ее эмоции были так сильно обнажены и открыты, оголены перед миром и искренны. Невидимые человеческому глазу энергетические вибрации Эни еще никогда не были такими сильными. А чем сильнее чувства, тем сильнее эти волны. Чем сильнее волны, тем проще с ними работать: декодировать, отцифровывать, сохранять и составлять программу. Мне уже удалось продвинуться так далеко, как никогда прежде, но этого недостаточно. Ну а пока…

Не желая больше тянуть время, я хватаю Кэндис за волосы, сжимая их в кулаке, намерено жестко и приподнимаю вверх:

– Кэндис, мы улетаем. Прямо сейчас. Тебе лучше пойти по своей воле. Мне бы не хотелось колоть тебе снотворное. Нагрузка на сердце, – грубо бросаю я, заглядывая в огромные распахнутые голубые глаза. Снова напуганные. Еще бы. У меня, наверное, вместо лица сейчас кровавая маска.

– Улетаем? Ты чуть не убил человека. Растоптал мою мечту. Унизил перед этими уродами. Ты все еще думаешь, что я намерена терпеть твое общество? Мама простит меня, слышишь? Простит… ноги моей рядом с тобой больше не будет, – в сердцах шипит эта дикая кошка, пытаясь ослабить хватку на своих волосах, брыкаясь и пинаясь, но я лишь сильнее наматываю их на кулак, стараясь не думать об ассоциации, которую вызывает это движение. Не думать… я и не думаю.

Просто представляю, как затыкаю ее грязный рот своим членом. Мой любимый способ достижения физиологической разрядки, которым я пока не удостоил Энигму… если бы не ограниченное время, я бы исправил это прямо сейчас.

– Твоя мать не простит тебя, потому что тогда она тебя и не вспомнит, – давлю я, загоняя Кэн в психологический тупик. Давай мышка, попробуй выбраться из моего лабиринта. – И ты будешь жить своей прежней и жалкой жизнью, пока не загнешься от отчаянья, и не поймешь, что со мной ты жила, а не существовала, – и мне приходится снова это сделать. Вколоть успокоительное в ее нежную шейку, на которой все еще едва заметны следы от моих рук. Кэндис не успевает ответить на истину, о которой я ей напомнил, и начинает падать, но я успеваю поймать Энигму за плечи.

Убираю влажные волосы со лба, вглядываясь в хрупкие и бледные черты лица девушки. Уставшая, но по-прежнему совершенная. Свежий морской воздух пойдет ей на пользу. Но я не могу остановить процесс распада ее прежней личности – душа Кэн высыхает, потому что эмоциональные качели всегда ведут к депрессии, а депрессия… к отказу от жизни.

Я не хотел бы, чтобы мой эксперимент отнял у нее жизнь. Но на то это и эксперимент – ты никогда не знаешь, чем в итоге все закончится. У тебя есть только Цель и средства для ее достижения. И мой внутренний циник никогда не поставит что-либо выше моих истинных Целей и Предназначения.

– Роб, Эпси собрала ее вещи? – интересуюсь я, после того, как мы покидаем здание и садимся в новый скоростной аэромобиль, что доставит нас к моему дирижаблю.

– С Эпси возникли проблемы, сэр. Вещи собрала Каппа, – слегка напрягаясь, я заглядываю в Носитель, чтобы проверить удаленно повреждения в процессоре Эпсилон. – Что случилось?

– Прыгнула в воду, предварительно отключив защиту, – вздыхает Роберт, сдвинув брови к переносице.

Хм. Какого черта? Скрипт слетел. Но почему?

– Скажи пилоту, чтобы готовился к вылету, – не выдавая внутреннего беспокойства, приказываю я.

– Куда держим путь, сэр?

– На Бали. Остановка в Сингапуре. Совмещу внеплановый отпуск с деловой встречей, – Роберт кивает, оглядев пристегнутую и мирно посапывающую на заднем сиденье Кэндис обеспокоенным взглядом. Сердце в груди на мгновение болезненно сжимается, когда я замечаю стертые в кровь запястья девушки. Настрадалась, моя девочка…

Встряхнув головой, я резко отворачиваюсь, и ухожу в работу, стараясь не думать об объекте и не испытывать к нему это сдавливающее грудную клетку, незнакомое прежде чувство.

Сожаление.

ALEX NEWS: ПРЕМЬЕРА МЮЗИКЛА

ЗАКОЧИЛАСЬ СКАНДАЛЬНЫМ ВЫСТУПЛЕНИЕМ

ПРЕДСТАВИТЕЛЬНИЦЫ БЕСПРАВНОЙ КАСТЫ

«30 апреля на сцене театра «Хартфорд Стэйдж» состоялась премьера мюзикла «Зарождение». Мюзикл по сюжету повторяет популярный в начале двадцать первого века фильм «Идея» выпущенный в 2011 году.

По словам режиссера мюзикла Тары Блум, два часа актерской игры, танцевальных и музыкальных номеров должны были рассказать зрителем о стыке двух параллельных миров – лимба и реальности. Критики уже отметили сильный сценарий постановки, а декорации и динамичность сюжета произвели впечатление на знатных гостей премьеры. Однако закончился мюзикл провалом: после бурных зрительских оваций, на сцену вышла девушка, ее минималистичное танцевальное боди не скрывало изъянов ее тела и принадлежности к бесправной касте. Личность выступающей пока не установлена, режиссер мюзикла Тара Блум воздержалась от комментариев по поводу финального танца. Девушка из рабской касты была связана веревками.

«Это было отвратительно и низко. Пошло и грязно, видеть ТАКОЕ в месте, которое должно возвращать нас в прошлое, полное одухотворенного искусства и морали. Совершенно неуместное завершение мюзикла от такого знаменитый театр еще не скоро отмоется. Жаль потраченного времени», – дал комментарии к выступлению авторитетный критик Артур Скотфолд.

«Эти веревки и обезображенная спина… было неприятно наблюдать этот танец, потому что я пошла в театр, чтобы отдать должное культуре прошлых лет, а увидела дешевое порно. И это они называют искусством? Если так, то хорошо, что подобные «таланты» сейчас никому не нужны», – рассказала очевидица, пожелавшая остаться анонимной.

Девушка продемонстрировала свою наготу и шрам на спине. Именно таким образом (см. изображение) клеймили представительниц древней профессии в Калифорнии. Что она делала на сцене уникального и единственного театра в стране, не обладая талантом, остается загадкой.

Мюзикл «Зарождение» не увидит будущего, и очень скоро нас ждет премьера «Лиги справедливости» или «Мстителей» в формате мюзикла. Напоминаю, что недавно вышли игры виртуальной реальности с одноименным названием, с помощью которых вы сможете стать непосредственным участником, супергероем и сразитесь со злом лицом к лицу, сидя на диване или находясь в любом другом удобном для вас месте. Данная игра уже пользуется огромным успехом у аудитории в возрасте от 3 до 99 лет».

<Для заказа уникальной игры перейдите по ссылке>

01.05.2078

ALEX NEWS: НАСЛЕДНИК ПРЕМЬЕР-МИНИСТРА ДЖЕЙМС ГРЕЙСОН ПОСТРАДАЛ ОТ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО ОРУЖИЯ

««Я увидела, как двое мужчин избивают друг друга, их одежда была пропитана кровью. Драка закончилось быстро, мистер Грейсон упал, как только третий мужчина, стоящий в стороне, применил к наследнику энергетическое оружие», – говорит очевидица происшествия, уборщица Мэйси Форд.

Нешуточную драку между Джеймсом Грейсоном и его другом и партнером Макколэем Карлайлом заметили после премьеры мюзикла «Зарождения», где Элитные семьи были возмущены неприемлемым финальным танцем почти обнаженной бесправной девушки. Мистер Карлайл скрылся с места происшествия, в то время как мистер Грейсон был немедленно госпитализирован – энергетическое оружие вырубило его на несколько минут, и не причинило серьезного вреда Джеймсу. Однако уже в клинике выяснилось, что челюсть наследника сломана ударом Карлайла. К счастью, пластическая хирургия в элитной клинике «Олимп» достигла небывалых высот и сейчас мистер Грейсон прекрасно себя чувствует, и уже был замечен в одном из ресторанов Сохо в компании своей девушки Бьянки Эриксон – дочерью Премьер-Министра Канады. Покушение на мистера Грейсона карается законом, так как семья Премьер-Министра является одной из пяти господствующих на данный момент. Напоминаем, что Карлайлы не входят в «пятерку», однако также принадлежат чистокровному и Элитному роду.

Мы будем держать вас в курсе дела, мистер Грейсон отказался давать комментарии по поводу агрессии лучшего друга.

Возможно, неадекватное поведение самого молодого в стране ученого, изобретателя, генного инженера, и владельца холдинга «MacFly» связано с психической травмой – Макколэй недавно потерял своего отца, Руфуса Карлайла – человека, который наиболее известен изобретением вакцины от «Двадцать первой лихорадки», созданием поисковой системы «Алекс», и другими исследованиями и прорывами в области искусственного интеллекта.

На данный момент известно, что Карлайл младший покинул страну на своем засекреченном воздушном судне, не пересекая официальную границу».

01.05.2078

Макколэй

После того как наука начнет изучать нефизические явления, за одно десятилетие она достигнет такого прогресса, какого не удавалось достигнуть за всю историю человечества. Никола Тесла

Дневник Макколэя

02 мая. Бали, деревня Убуд

Во время полета объект «Энигма» вела себя неадекватно (дергалась и кричала с закрытыми глазами), и мне пришлось вколоть ей такую дозу усыпляющего препарата, которая позволит ей ничего не чувствовать на протяжении всей моей работы с ней. Фактически, я погрузил ее в глубокий криосон ^[11]  и моя рука не дрогнула.

Рад отметить, что ко мне в полной мере возвращается прежний цинизм, и я снова полностью контролирую происходящее. Пока.

С чем это связано – не знаю. Но могу точно сказать, что мое состояние меняется подобно неустойчивым волнам Вселенной. И решение отправиться на Бали я принял для того, чтобы заставить свою физическую оболочку в материальном мире бороться с отторжением чипа, которое ведет к распаду моего организма.

Когда я умру, все мои знания и мой разум не перестанут существовать. Как и мои воспоминания – «корневая система» процессора всегда остается первичной, и с точки зрения новой науки лишь обновляется до «последней» версии. Но мне необходимо это тело сейчас, здоровое и крепкое, потому что в данный момент времени фокус моего внимания направлен в сторону осуществления Цели именно в этом материальном теле. Почему и зачем? Это уже другой вопрос. Возможно, ответ на него вы найдете на последних страницах этого дневника, а возможно, загляните в его начало и вспомните, что это – моя программа.

Все, что необходимо знать, не вдаваясь в законы квантовой механики и связи между отдельным телом и Биомассы Вселенной, это:

Разум и Сознание, из которого я, или любой другой человек черпает свои безумные и не очень идеи, находится не в головном мозге. Это мозг находится внутри Разума.

Ты – всего лишь «линза» для Разума, которую он использует, чтобы увидеть материальный мир, и единственный недостаток этой линзы в том, что она не способна объять бесконечно многомерную Вселенную, в которой и существует Разум.

Не считая некоторых, прозревших.

Я пишу об этом не для того, чтобы рассказать вам о своем мировоззрении, а потому что уже сейчас предвижу то, что эта информация, так или иначе, будет связана с итогом моего Эксперимента и всей жизни.

Итак, вернемся к Бали и квантовой механике. Все в мире состоит из атомов, а он в свою очередь из мелких частиц, каждая из которых имеет электрический заряд и находится в постоянном движении. Как я уже и говорил, я вижу движение частиц, ту самую матрицу, которую они образуют, и знаю, с какой частотой они вибрируют. Эмоции являются продуктом плотного скопления частиц, которые люди называют «душой», имея в виду нечто иллюзорное и не материальное, в то время как в своих последних исследованиях, я окончательно пришел к выводу, что душа – материальна. Несмотря на то, что ее вес стремится к нулю.

Повлиять на свое физическое состояние, помимо таблеток, спорта и… кхм, других «вещей», что вызывают определенную химическую реакцию в головном мозге, я могу лишь с помощью этих самых вибраций моей «души», (то есть, увеличивая скорость движения этих частиц) которая у меня, как бы я порой в этом не сомневался, имеется. Но поднять их, и заняться само исцелением, будучи в мегаполисе, фактически невозможно, поскольку биосфера Нью-Йорка настроена на частоту 18, 75 Гц.

В отличие от особых «мест силы» на Земле, которые чаще всего являются частью более-менее первозданной и дикой природы. Выбирая между Мексикой, Бали, и Перу я остановился на Бали, потому что именно здесь я несколько лет назад купил виллу и отстроил в катакомбах острова мини-версию своей лаборатории. Как чувствовал, что рано или поздно мне это пригодится, потому что до этого, я посещал Бали исключительно на короткий срок, и все свое время посвящал медитациям на свежем воздухе.

Поскольку земля в этой точке Земли имеет частотные колебания примерно 30 Гц, а тело имеет свойство подстраиваться под них, я надеюсь, что поднимется и «матрица» Энигмы. А это значит, что датчик, считывающий ее память и эмоции, будет «записывать» каждое, даже едва уловимое колебание ее поля. Я устал расписывать плюсы этой поездки, но надеюсь, что тот, кто прочтет этот дневник, после моей смерти (если я не доберусь до «дозы»), и до конца, поймет, что каждая запись в этом потрепанном блокноте – важнейшая деталь в головоломке, которую создал мой отец. А может, и не только он…

Все чаще мне кажется, что есть кто-то еще. Возможно, чип блокирует мне некие знания, которые не дают мне понять всей сути вещей, и я довольствуюсь лишь огрызками «пазлов» и мой Эксперимент – на самом деле хрень, бесцельная задача, которую меня просто «запрограммировали» выполнять.

Если бы я не знал, что создан из плоти и крови, что рожден своей матерью естественным путем, я бы сам думал, что являюсь роботом, подобно Эпсилон и другим моим созданиям… если, я сотворил организм, сродни человеческому, где гарантия, что кто-то наиболее развитый, не создал меня, коротая скучные вечера в своей секретной лаборатории? Всех нас?

На самом деле ответ на вопрос кто мы, и чем на самом деле является наша жизнь, у меня давно есть. Уверен, что он на 99, 99 процентов является истинной. Нет никаких сомнений в том, что…

Меня отвлек Каспер, и пришлось оборвать повествование на полу слове.

В последнее время он стал очень замкнутым и тихим, поэтому я не смог проигнорировать его, когда капуцин запрыгнул на стол, и, издавая утробно рокочущие звуки, начал требовать моего внимания. Я позволил ему обхватить двумя ладонями свой указательный палец, и заглянул в глаза Касу:

– Ты будешь жить, – уверенно произношу я, глядя в широко распахнутые глаза капуцина. – Все будет хорошо, – напрягаюсь, заметив, как из его носовых пазух в очередной раз пошла кровь.

Не будет «хорошо». Не будет.

И я даже не могу достать чип из его головы, потому что это слишком большой риск для Каспера. Мне не нравится, что он мучается, но так хотя бы есть шанс, что он выживет… всего одна таблетка, которая решит все.

Очистив Каса от крови, я устремляю свой взгляд вдаль, пока непоседливый капуцин, то зарывается своими крошечными пальцами в мои волосы, то прикасается к моему лицу, скаля маленькие зубы и показывая мне язык.

– Хватит. Не делай так больше. Черт возьми, откуда это у тебя? – нахмурившись, я замечаю в его зажатой ладошке свои платиновые запонки, которые «потерял» пару дней назад. Думал, что пора увольнять весь штат прислуги, но как оказалось, воришкой был мой друг по несчастью. Он никогда ничего не крал раньше. Хотя, несомненно, капуцины идеальные обезьяны-карманники. Еще одно свидетельство того, что рефлексы и инстинкты берут над Каспером верх.

– Украдешь что-нибудь из лаборатории, я тебе задницу надеру, – ухмыляясь, обещаю я, вновь переводя взгляд на линию горизонта (за панорамными стенами виллы открывается чудесный вид) – туда, где море и небо разделены одной четкой линией, и иссиня-черные грозовые облака темнеют на розовом небе. Балийский закат, и приближение тропического дождя. Энигме понравился бы этот вид, если бы она не спала крепким сном в своей капсуле.

На Бали прилетел и мой гуру, Хуан. С группой своих учеников, которых он будет обучать йоге, нетрадиционной медицине, и искусству медитации. Думаю, Кэнис присоединится к группе, потому что ей необходимо продолжить очистку своих энергетических центров, из-за грязи в которых, мне приходится часами декодировать информацию, которую впитывает датчик.

Да и мне пойдет на пользу ежедневные рутинные занятия йогой, только на свежем воздухе. Именно все эти факторы оттянут неизбежную агонию и кульминацию моей деградации и эпичного интеллектуального падения. Конечно, я бы мог получать некую дозу необходимой мне химии от секса с Энигмой… но что-то подсказывает, что действие этой эйфории от подобной близости сравнимо с «быстрыми углеводами» – легко усваиваются, и вроде как, дают много энергии и сил, но на короткий срок. А потом вновь… упадок сил, желание вновь дорваться до дозы этих химически процессов.

Мысль о том, что я могу быть зависимым от женщины, ставит меня в тупик, заставляет «лагать» четко прописанную систему, по которой я жил годы. Но первый шаг к исцелению – это признание и осознание проблемы. Моя реакция на Джеймса в театре – это уже не я. Не тот я, которого я знаю, и не тот, которого «создал» мой отец.

Этот «другой я» совершает ошибки. Он более живой и настоящий. И не всегда держит в узде свои эмоции. Он утратил свое абсолютное хладнокровие. И «новый я», черт возьми, не способен управлять ни своим телом, ни мыслями, когда происходит момент эмоциональной вспышки. Волны, что накрывают с головой, и ударом воды срывают с тебя все маски и латы. Но я все чаще повторяю себе, что это происходит лишь потому, что я становлюсь рабом своего тела. Темницы для разума. На самом деле, я по-прежнему не способен… испытывать глубокую привязанность, к другим людям (не считая «объектов»), мои чувства связаны с программой «выжить».

И эти убеждения я повторяю про себя словно мантру.

Она мой эксперимент. Энигма не имеет для меня никакого значения. Да будет так.

И все же, почему она? Этот вопрос тоже не дает мне покоя.

Говорят, противоположности притягиваются, но это не совсем так. Мы мало чем отличаемся от животных, и всегда ищем партнера из своей «стаи». Между такими людьми из одного рода, всегда существует незримая связь, говоря моими словами, они являются звеньями одной нейросети, и способны сразу узнать друг друга, почувствовать. Мы подсознательно ищем и выбираем того, с кем являемся «одной крови».

Но человека из моей «стаи» просто не существует.

«– Кто я, Руфус? – спросил у отца, в один из первых месяцев, после операции.

– Ты оружие, Макколэй. Бомба замедленного действия».

И я не исключаю этого варианта, поскольку чип внутри моего черепа – лишь сложнейший искусственный интеллект, который подвергался такому же обучению, как и мои девочки. Искусственная нейросеть, идеально синхронизированная с моим биоматериалом. И эта сеть, если смотреть правде в глаза, это и есть – я. Я остаюсь собой лишь до тех пор, пока сам управляю ей, от этого такой «пунктик» на постоянном контроле. Правда в том, что искусственным интеллектом можно управлять, подобно тому, как я управляю своими девочками. И если «пульт» от моей системы окажется в неправильных руках, с моими деньгами, властью и социальным положением… из меня легко вылепят ядерное оружие. Не знаю, продумал ли отец эти нюансы, и как защитил планету от «восстания машины» внутри меня.

Надеюсь, что он был единственным человеком, который мог обучать и управлять мной и забрал некий «пульт» с собой в могилу.

Кстати, о восстаниях машин. Стоит проверить Эпси и ее выходку с самоубийством. Это что-то новенькое. И любопытное.

Но сейчас мне необходимо проверить другую девушку. Спускаюсь в лабораторию, и подхожу к одной из капсул, выводя Сакуру из состояния криосна. Сажусь рядом с ней, внимательно разглядывая хрупкую обнаженную фигуру девушки. Мой взор изучает четко очерченные ключицы, и красивую, упругую грудь, едва прикрытую шелком волос каштанового цвета. Линии ребер и впалый плоский живот, пока вновь не поднимается к ее лицу. Ее черты красивые и нежные, как лепестки Сакуры. Она распахивает веки, и садится на поверхности капсулы, обхватывая колени руками. Девушка мягко улыбается мне, слегка сонно хлопая ресничками.

Милая. Естественная. Неповторимая.

Пора проверить, каких результатов нам удалось добиться.

– Просыпайся, Сакура, – прикасаюсь к ее спине, наблюдая за малейшими эмоциями, отображающимися на ее лице. Девушка смотрит прямо в глаза, слегка нахмурившись, словно ее начинают терзать смутные воспоминания. – Сегодня твой день, девочка, – затаив дыхание, я жду ее ответа. Ее реакции.

– Что ты чувствуешь? – задаю ключевой вопрос я, глядя на то, как задумавшись, Сара нервно кусает губы. Она потеряна и это нормально. Так и должно быть.

– Дежа вю, знаешь. Как будто все это уже со мной было, – робко улыбается Сакура, заправляя упавшую на лицо прядь волос за ухо. Она выглядит беззащитной и трогательной. – Наверное, такое испытывают все люди, потерявшие память… – вслух рассуждает девушка. – Мне кажется, что я во сне.

– Ты хотела бы проснуться, Сара? – она вздрагивает, как только касаюсь кончиками пальцев линии ее подбородка. Слегка поворачивает голову, доверчиво утыкаясь носом в мою ладонь.

– Нет, – глаза девушки округляются, словно она вспоминает нечто ужасное. – Я боюсь, что мне снова причинят боль.

– Кто?

– Он. Человек с татуировкой на лбу… – она не в первый раз говорит об этом человеке, но мне еще не удалось выяснить, что это значит или кого она имеет в виду.

– А я не могу причинить тебе боль? Ты говорила, что я делаю тебе больно.

– Это другое, приятное чувство. Рядом с тобой я чувствую, что живу.

– Но ты живешь во сне, – наклоняюсь, выдыхая в ее влажные приоткрытые губы. Она дрожит, словно сгорает от предвкушения близости, что сейчас возникнет между нами.

– Но это прекрасный сон, – шепчет Сакура, и, скользнув между полных губ языком, я целую ее, прикасаясь к обнаженной, бархатной наощупь коже. Она содрогается от страха и неуверенности, но отвечает мне с не меньшей страстью, и я чувствую, как каждой клеточкой она жаждет продолжения и в то же время до смерти боится нашей близости.

Она невероятна. Я сам в шоке.

– Не надо, – вдруг протестует девушка, упираясь ладонями в мою резко вздымающуюся от волнения грудь. Ее щеки заливаются румянцем.

– Почему ты меня остановила?

– Я не знаю… много воспоминаний, мыслей… чувств… прости, – она качает головой, так естественно смущаясь меня.

– Что ты сейчас чувствуешь? – сжимаю в ладони ее узкую талию, рисуя круги на ее теле большим пальцем.

– Чувство такое… как на американских горках. Медленный взлет и резкое падение. Мертвая петля… – опуская взгляд, щебечет Сара.

А потом она кричит истошно, неимоверно громко, когда мои пальцы без пощады начинают врезаться в ее спину. Предварительно я прикрепил к подушечкам микропластины, способные посылать электромагнитные волны, имитирующие тот или иной метод воздействия человека на тело. В данном случае я имитирую удары плетью.

Сару начинает бить мелкая дрожь, и ее миловидные черты лица искажаются гримасой нетерпимой боли. Она задыхается, а я смотрю, и наслаждаюсь ее реальной агонией. Настолько, насколько это возможно.

– Мне больно. Не надо. Не прикасайся ко мне. Зачем ты так со мной? – с надрывом кричит она, отталкивая меня с невероятной силой.

Отключаю волны на своем Носителе, и бережно обхватываю ее лицо ладонями.

– Прости. Прости меня. Я просто хотел… убедиться. Что тебе больно.

– Убедиться, что мне больно? Ты больной? – вспыхивает Сара, захлебываясь слезами, что непрерывным потоком льются из красивых глаз. Кажется, я где-то это уже слышал.

– Да. Так было нужно, – низким голосом убеждаю ее я.

– Не надо так со мной. Ты разобьешь мне сердце, Макколэй, – опуская голову, признается девушка. Она выглядит уставшей, подавленной и разбитой. Опустошенной. Удивительное создание. Но пока не совершенное.

– Что ты. Я не могу разбить сердце своей девочке, – обещаю я, обнимая Сару. Вдыхаю запах ее волос, ощущая, как ее руки в ответ обвивают мой торс, а потом опадают, расслабляясь. Девушка теряет сознание, что и следовало ожидать. (1bd23)

Она не закончена. Но уже так прекрасна.

Я закрываю ее, и направляюсь к капсуле «Энигмы», что провела в анабиозе почти месяц.

Пора разбудить ее.

Глава 9

– Все… Нереально?

– Что есть реальность? И как определить ее? Весь набор ощущений: зрительных, осязательных, обонятельных – это сигналы рецепторов, электрические импульсы, воспринятые мозгом. Фильм «Матрица»

Кэндис

И опять я застряла где-то между сном и реальностью, как главный герой «Зарождения». Наверное, если бы Руфус не научил меня осознавать себя во сне, я бы сошла с ума. Он говорил мне, что нужно придумать какое-то действие или найти одну вещь, которая будет напоминать тебе о том, что твой мир во сне нереален. Банально, но моей вещью стал Носитель. И когда я смотрела на него во сне, он всегда показывал мне нашу с Элисон фотографию. Ее взгляд был всегда таким самоотверженным и поддерживающим – как еще одно напоминание о том, что я жива только благодаря ей. Она спасла меня.

Засыпая, я чувствовала, как мы плавно поднимаемся над землей. Ощущение полета я узнаю из тысячи, будучи даже в самом измененном сознании. Готова поспорить, что видела не самолет Карлайла, а небольшой дирижабль. Массовый потребитель еще не знает о таких «птицах», но слухи о подобных лайнерах ходят давно: говорили, он пересекает расстояние от Нью-Йорка до Австралии за пару часов. В моих воспоминаниях, дирижабль выглядит, как обтекаемая серебром капсула, с легкостью рассекающая густые облака. Он выглядит, как космический корабль, способный летать быстро, бесшумно и не загрязнять окружающую среду.

И вот, я снова открываю глаза, лежа на восхитительно мягких, благоухающих морским бризом простынях. Судя по ощущениям, я абсолютно обнажена. Ну, просто день сурка какой-то, вечно просыпаюсь голой. Первый глубокий вдох мгновенно кружит мне голову. Такой влажный первозданный свежий воздух, какой может быть только лишь у океана, в горах или в лесу. Мне даже кажется, что я слышу шум волн, бьющихся о берег.

Или не кажется…

Гулкий удар сердца сопровождает внезапное озарение: Я не в Нью-Йорке.

Окончательно просыпаясь, я сажусь на постели, свесив ноги с высокой кровати. И просто раскрыв рот, оглядываюсь по сторонам. Масштабы моего шока не описать словами.

Черт возьми… где я?

Я растворяюсь в череде едва уловимых звуков и запахов живой природы, заставляющих меня все ощущать как-то иначе. Даже видеть яснее, словно кто-то просто увеличил яркость в настройках зрения. И заодно насыщенность и контрастность – словно на окружающий мир наложили яркие фильтры. Кожа покрывается крошечными мурашками, и холодок щекочет зону затылка, когда мой взгляд изучающе скользит по незнакомому интерьеру… виллы, где я оказалась. Как всегда, преобладает минимализм присущий Карлайлу: пространство небольшой комнаты занимает только кровать, картины с умиротворяющими изображениями океана, и фигурки богов индуизма, если я не ошибаюсь, расставленные по периметру комнаты. Я не сильна в религии, но прочитала несколько книг о самых разных вероисповеданиях, и хорошо запомнила, какие вещи являются символом той или иной веры.

Скорее всего, я где-то в Азии. Невероятно.

В поисках одежды я перерываю всю комнату, но на полочках в шкафу не густо, точнее вообще ничего нет.

Обмотавшись в простынь, подхожу к огромной стеклянной стене от пола до потолка, слегка пошатываясь и ощущая легкое покалывание в закаменевших мышцах. Сколько я спала, не имею понятия, но все мысли и умозаключения уходят на второй план, когда я вижу лазурную воду в огромном бассейне, расположенном на краю обрыва. Думаю, он невысокий, так как я слишком отчетливо слышу звук океанских волн. Завораживающий вид, уносящий в нирвану. Бескрайне чистое небо, без единой неоновой вывески и небоскреба на горизонте – природа настолько красива, что похожа на виртуальную симуляцию, где все утопает в дикой и первозданной зелени.

Одно дело читать о такой природе в книгах. Совсем другое – увидеть своими глазами, ощутить свежесть и чистоту этого воздуха каждой порой на коже… я не верю, что это реальность.

И не понимаю, почему я здесь. По кусочкам собираю день премьеры «Зарождения», все больше ощущая, как напрягается лоб и сдвигаются к переносице брови.

Карлайл вывез меня из страны? Зачем? Что с Джеймсом? Ах да, и мое выступление… позорное выступление.

Ответов опять нет, да и не будет. Ясно одно: бежать мне некуда.

Опустив пальцы ног в бассейн, непроизвольно расплываюсь в улыбке, ощущая приятно прохладную воду. Господи, здесь так красиво, да только, боюсь, что за личиной «Эдема» скрывают чистилище. Потому что Карлайл, будучи дьяволом, просто не может отвести меня в рай, по крайней мере – бесплатно.

Для него все имеет свою цену. И кажется, что мои страдания, эмоции и чувства, это для него самая бесценная валюта.

Я бы и дальше продолжила наслаждаться красивым видом и легким воздухом, если бы нечто не заставило меня содрогнуться от страха и едва не упасть в бассейн.

– О Боже. Ты меня напугал, – вырывается из губ, когда взглядом я нахожу источник утробных звуков и шуршания листвы. Это капуцин. Так похожий на того, что однажды отвел меня в лабораторию Карлайла. Совпадение? Наверное.

Капуцин смотрит мне прямо в глаза, и встает на задние лапки, сложив маленькие ручки вместе. Не могу сдержать улыбки, и не подойти к нему. Да уж… если бы не этот маленький негодяй, много странностей в моей жизни удалось бы избежать. Но я не могу держать зла на это чудо природы, лишь задаюсь вопросом: тот ли это капуцин Карлайла или местный житель? Ответ приходит незамедлительно…

Стоит мне сделать пару шагов, как капуцин исчезает в ближайшей листве, и через пару секунд возвращается обратно, держа в лапках… ох.

У меня ноги заковывает в лед, от одного вида этой небольшой, но очень опасной штуки в его руках. Это пистолет, и судя по виду – энергетический. Какого?.. Что мне опять хочет сказать эта обезьяна? Голова кругом. А если он в меня выстрелит?

– Полегче, хорошо? – обращаюсь к капуцину я, ощущая себя некомфортно. Особенно, когда он начинает направлять оружие на меня, и высовывать язык. Не на шутку испугавшись, я хочу спрятаться в комнате, но, как только я разворачиваюсь, капуцин подбегает ко мне, и, обхватывая мою лодыжку лапками, начинает визжать, и протягивать мне пистолет, широко распахнув свои маленькие глазки.