Текст книги "Хозяйка питомника фамильяров, или Любой каприз за ваши деньги (СИ)"

Автор книги: Ксения Никонова

Соавторы: Наталья Фирст
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)

Глава 16. Где меня навещают землячки и я случайно раскрываю нашу общую тайну

Силы свои я слегка переоценила. Даже не заметила, как провозилась  с выпечкой до самого вечера. Только что был день и вдруг – бах! сумерки.

И самое интересное, что в этот день ни один из кавалеров так и не заглянул ко мне в гости. Я тоже решила их не тревожить. В некоторых случаях лучше выждать, не пытаясь тыкать палкой в улей. Пчел и без меня найдется кому разворошить.

Приняв решение, я наскоро перекусила и отправилась на боковую с установкой: «Утро вечера мудренее».

С тем и проспала до самого утра.

Новый день начала с «заплыва в бассейне». После процедур долетела до кухни, оглядела ватрушечную гору и поняла, что полна сил и энтузиазма, чтобы продолжить работу в мастерской.

В голове бродили шальные мысли, как исправить печальную ситуацию с домом. Элементарно же! Нужно нарисовать все, что хочется видеть в интерьере, и вуаля! Дом засверкает новыми красками. От радости, что так здорово все придумала, я подхватилась с места.

– Дейс, неси ватрушки в мастерскую! – повелела я и потерла руки в предвкушении. – И прихвати в буфете баночку варенья из ранеток.

Если кот и пытался возражать, я попросту не стала его слушать. В конце концов, кто в доме хозяин?

В гостиной приостановилась, внимательно огляделась и закрыла глаза, вспоминая, как здорово выглядела эта комната, пока пушистый гаденыш не испортил мне дизайн. Сил у него, видите ли, нет.

Как хлебать из источника, так первый в очереди, а как хозяйке навести красоту, так упорно делает вид, что не при делах. Ну ничего, я и сама могу. Уж теперь-то заживу! С гостиной и начну. А то перед гостями неудобно.

Перед глазами возник образ Джастина, и его насмешливой улыбки. А следом, как напоминание, всплыл вид клетки, в которой оказался заперт хранитель.

Тьфу ты! Что за погань лезет в голову. И вовсе я не для него собираюсь изменять дом.

Я решительно тряхнула головой и порысила по дорожке в свой личный Изумрудный город. По пути гордо оглядывала творение рук своих.

Ну до чего же славно получилось. И фонтан, и пруд. И дуб обалденный. Надо запустить на него кота. Чтобы все было по канону.

К концу пути меня озарило идеей, что надо составить список всех сказочных героев и зверушек, которых я хотела бы воплотить в жизнь.

Если уж у меня тут питомник фамильяров, нужно показывать товар лицом. А значит, навертеть всякого разного для разнообразия. Чтобы каждому нашелся фамильяр, на любой изысканный вкус и цвет.

И много котиков! Котики правят миром! У нас это неоспоримая истина, даже если в этом мире не так, я привью им любовь к котикам. Совершу революцию в умах.

Покосившись на хранителя, чуть снизила градус восторга. Отдельно взятые личности не в счет. Мои котики будут милыми и послушными. Не то что эта синяя язва.

А пока, займемся мебелью.

Изумрудные стены мастерской так и манили, и я не стала противиться непреодолимому желанию. Где тут мой мольберт и краски?

Приступим. Задумавшись, я сунула кончик кисточки в рот. Диван! Нужен солидный кожаный диван. Коричневый, да. И пара кресел. И столик на резных ножках.

Обмакнув кисть в баночку с краской, я поднесла ее к листу бумаги и чуть коснулась поверхности. Ну давай, родимая. Кисть вздрогнула, со щетины сорвалась капля и шмякнулась на лист.

Я нахмурилась и потрогала кляксу. Взмахнула рукой, ожидая чудесных звездочек и красивого мазка. Толстая полоса протянулась вслед за рукой, не думая преобразовываться в изящный штрих.

Не поняла. Настройки сбились? Сейчас. Я крепко зажмурилась, представила диван, запах кожи, тугие подлокотники, пухлую спинку и бронзовые ножки. Снова коснулась листа кистью и повела сверху вниз, затем наискосок, по горизонтали. Замкнула контур.  Отдельными мазками обозначила ножки и ткнула в разных местах, обозначая места креплений обивки.

Открыла глаза и скривилась, обнаружив вместо ожившего чуда грубую мазню. Нехорошие предчувствия обуяли меня.

– Дейс! – позвала я единственное сведущее существо, способное объяснить, что происходит. – Что случилось? Почему у меня ничего не получается?

Кот моргнул из пустоты, уставившись на мой шедевр.

– Это ты меня спрашиваешь? – возмутился он. – Сама нарисовала, а я отвечай? Стирай скорее, пока оно не вздумало ожить. Боюсь представить, что ты там задумывала.

– Диван.

– Что?!

– Обычный диван. В гостиную, – терпеливо пояснила я. – Только почему-то кисть не подействовала.

– Лисетт! Ты с дуба рухнула? Спустись с небес на землю! Вообразила себя всемогущей волшебницей? Очнись! У тебя питомник фамильяров! Пи-том-ник! Вот и рисуй фамильяров!

– Погоди-ка! А дуб? А фонтан? А пруд с лягушками?! – ткнула я за окно, где все вышеназванное прекрасно оживляло пейзаж.

– Так они же магические. Считай, что артефакты. А еще это среда обитания фамильяров! Для них нужно. Или ты собралась купаться в фонтане и ловить в пруду рыбу?

– Нет, но...

– Мой тебе совет – возьмись за ум, Лисетт! И не морочь мне голову! Обычные предметы тебе не по силам. Не оживут они, хоть тресни. И не воплотятся. Это против законов магии.

– Ага, – я, кажется, начала понимать, – а что-то необычное я смогу воплотить?

Дейс подозрительно оглядел холст. Кажется, мой нездоровый энтузиазм его изрядно напугал.

– Ты можешь попробовать, Лисетт. Но гарантий я тебе не дам.

– Нужны мне твои гарантии, как рыбе зонтик.

Я прищурилась, глядя на холст и прикидывая перспективы. В мозгу бурлили мысли. Одна другой круче.

Кот переполошился.

– Лисетт, мне вот совсем не нравится, когда ты так смотришь. Что задумала?

Я только хмыкнула.

– Сейчас увидишь. Обещаю, тебе понравится.

Подошла к холсту, провела по нему тряпкой, очередной раз поражаясь, что от краски не остается и следа, и, приставив к белой поверхности кончик кисти, провозгласила:

– Есть у меня одна идея! Изобрету-ка я самовар!

Через минуту я радостно поняла, это мне вполне по зубам. Кисть послушно скользила по холсту, воплощая мою мечту в жизнь. А я изо всех сил старалась представить, как вместо дров и шишек подливаю в топку воду из фонтана.

Фамильяры пьют эту волшебную жидкость, почему бы магическому самовару тоже на ней не работать?

Кисть завершила последний штрих и зависла неподвижно. Блестящий монстр выглядел совершенно реалистично, на сей раз я не сомневалась в успехе.

Наконец рисунок был готов, изображение на миг задрожало, подернулось рябью, и вот уже на волю выскользнул огромный пузатый медный самовар. Сам метнулся на стол и занял почетное место.

Вслед за медным гигантом из рамы выпрыгнули стаканы в подстаканниках. Красота!

Я осторожно коснулась блестящего бока. Горячий! Уже полный воды. Работающий! Сверху красовался заварник в мягком чехле – кукле-начайнице.

У меня от предвкушения зачесались ладони. Что может быть лучше настоящего чая с ватрушкой?

Благостную картину испортил Дейс. Перетек прямо к незнакомому артефакту. Его зеленые глазищи мгновенно покруглели, а усы встопорщились. Вздыбил на загривке шерсть и издал истошный вопль:

– Алиса, что это?! Убери немедленно, пока оно не сожрало меня и тебя заодно!

– И чего орать? Обыкновенный самовар. Куда ватрушки дел? Неси, сейчас чай пить будем.

Я с особым предвкушением повернула ключ, подставила стакан под кипяток. Заглянула в заварник, потянула ноздрями аромат смородинового листа. Как же здорово!

Ватрушки, даром, что вчерашние, не утратили свежести, не зачерствели, не засохли. Оказались даже чуть теплыми. Не иначе Дейс постарался.

– Ммм, вкусно, – блаженно зажмурилась я.

– А меж тем, ты еще ничего стоящего сегодня не нарисовала, – не преминул напомнить хранитель. – Ответственно заявляю – все создаваемое на территории с помощью магии существует до тех пор, пока питомник выполняет свою функцию. А хозяйка – не отлынивает от работы.

– Подумаешь, – отряхнула я руки от крошек. – Сейчас и приступлю. Мне срочно нужен черный кот!

– Кот? Зачем тебе кот? – подозрительно сощурил глазищи Дейс.

– Скоро узнаешь, – мстительно сообщила я, берясь за кисть.

В голове так и крутилось нетленное: «И днем, и ночью кот ученый все ходит по цепи кругом».

Пока я рисовала кота, Дейс зависал рядом. Точнее, зависала его улыбка, все остальное от моего взора было скрыто.

Висел и без перерыва давал советы:

– Хвост, хвост длиннее рисуй, Лисетт! Ты чего кота позоришь? Для нас хвост – самая гордость! Его же с такой сарделькой никто уважать не будет.

– Так? – я психанула и подала сигнал кисти.

– Во-о-о-от! Хорошо! А теперь уши. Уши должны быть с кисточками.

Я не стала спорить, вспомнила рысей. Кисть послушно дорисовала нужное.

Дейс довольно мяукнул и тут же нашел до чего еще докопаться.

– Ну что это за лапа? Лапы должны быть во! – Из пустоты рядом с улыбкой возникли синие подушечки с растопыренными когтями. – Видела? А?

Вот же достал.

– Так?

– О, да.

Дейс проявился полностью, подлетел к холсту впротную, подумал и фыркнул:

– Лисетт, ты кого рисуешь? Голодранца или уважаемого кота?

Я психанула:

– Да что опять не так?

– Где объем? Где стать? Добавь бока и животик. Пусть все видят – зверь счастлив!

– Вот же достал! Сейчас. Будет тебе уважаемый кот.

Мы с кистью быстро наваяли пухлое пузико, добавили к нему необъятную мордель с хомячьими щеками.

– Теперь доволен?

– Да чем тут быть довольным? Где черный? Это разве черный? Гуще клади! Гуще! Не жалей черноты. И, о Боги, зачем коту очки!

Дейс чуть ли не влез носом в холст, я не выдержала:

– Вот что, дружок! Шел бы ты отсюда подобру-поздорову. Без помощников разберусь.

Хранитель надулся:

– Вот так всегда. Ты к ней со всей душой! А от нее никой благодарности.

Последние слова я стала даже комментировать.

Наконец, кот-ученый был готов, и я выпустила его на волю, подхватила черную мохнатую тушку на руки и понесла к дубу.

***

Тут и случилась эта встреча.

Правда, не сразу. Сначала кот упирался, наотрез отказываясь приближаться к цепи. Не хотел слушать про сказки и песни. Вел себя не как фамильяр, а как обычный дворовый кот. Только говорящий и снабженный очками.

Я так увлеклась, что не заметила, как по дорожке от входа тихо приблизились две девушки. Встали возле дуба и принялись с любопытством разглядывать кошачьи страдания.

Не выдержав произвола, фамильяр встал на задние лапы, выпрямил спину, передние лапы сложил на груди.

– Я кот! Существо образованное, гордое и вольное, – выдал он с возмущенным мявком.

Я уже не знала, как его уговорить:

– Ты не понимаешь, так положено. Так в сказке было.

И процитировала для наглядности:

– И днем и ночью кот ученый все ходит по цепи кругом.

Женский голос из-за спины подхватил:

– Идет направо – песнь заводит, налево – сказку говорит...

Я оглянулась и увидела гостий. Обе молоденькие, хорошенькие. Блондинка и рыжая.

– Вот, – согласилась я машинально, – послушай умных людей и прекращай спорить.

Кот зыркнул на нас, как на врагов.

Рыжая разглядела русалку и тут же забыла про кота.

– А чего это у тебя русалка топлес?

Стало немного неловко.

– Не успела одеть. Кота уговорю и доделаю...

– Одень обязательно, – сказала блондинка, – здесь такое не оценят.

В этот момент до меня дошел смысл разговора.

– А вы откуда Пушкина знаете?

– От верблюда, – фыркнула блондинка. – Из школы, конечно. Давай знакомиться. Я Наташа.

– Алиса, – представилась я насторожено.

– А я Арина, но здесь меня зовут Арлет. Мне не так, как вам, повезло.

– Родня меня тоже называет по-домашнему Лисетт. Погодите, вы хотите сказать, что тоже попаданки? Как в книгах?

Кто бы мог подумать, что здесь, в чужом мире я встречу землячек. Да еще целых двух!

Я провела их в свой собственный изумрудный замок и, заметив изумленные взгляды, пояснила:

– Это моя мастерская. Еще вчера она была обычным сарайчиком, а сегодня почему-то изменилась.

– То ли еще будет, – усмехнулась Наташа. – У меня лавка целых два этажа отрастила, подвал и кучу дверей в разные интересные места. А у Арины почта создала портальную башню. Так что у тебя все впереди.

Мы пили чай из настоящего самовара, ели ватрушки и варенье из ранеток.

– Ну, рассказывайте, что за заказ у вас? Не терпится попробовать сделать. Вы у меня первые покупатели. Надеюсь, ничего архисложного?

– У меня точно нет, – первой выпалила Арина. – Мне нужна собачка. Маленький рыжий шпиц. Хочу сделать подарок тетушке мужа. А то у нас никак отношения не складываются. Хочется ее хоть чем-то умаслить. Не поверишь, она мне уже всю душу вымотала своими претензиями.

Я понимающе усмехнулась.

– Фамильяра-собачку будет нетрудно сделать. Быстро управлюсь. Думаю, сегодня с ним и уйдешь.

Арина несказанно обрадовалась.

– Да-да, мне бы поскорее.

– А у тебя что? – я перевела взгляд на Наташу.

– У меня заказ сложнее. Мне нужен котик. Только не совсем обычный, а призрачный.

– Призрачный? Ой, я такое еще не пробовала делать. Придется поэкспериментировать, а то как бы чего не вышло. Сама понимаешь, я тут совсем недавно.

Меня тут же успокоили:

– Я подожду. Не к спеху. Это для моей бабули, точнее, для хранительницы моей лавки. Она, как бы это выразиться – и сама призрак.

– Ого! Настоящий призрак? – ахнула я. – А у меня чеширский кот. Синий и летающий. И очень вредный

– А у меня гном, – хихикнула Арина. – Рассудительный и основательный.

Мы втроем расхохотались.

– Мадемуазель Алиса? Вы здесь? – раздался снаружи знакомый голос.

– Да, месье капитан, проходите в гостиную.

Наташа тут же вскочила навстречу гостю.

– Джастин? Ты решил составить нам компанию?

От последних слов я словно закаменела. В сердце кольнула ревность. Мало мне было подозрений о ночном визите, так еще и это.

Джастин вошел внутрь расплылся в улыбке.

– Наташа, Арлет, не ожидал встретить вас здесь сегодня. И вообще, такое ощущение, что я в какое-то другое место попал. Разительные перемены, мадемуазель Алиса. Как это вам удалось?

Он вопросительно прищурился, и я отзеркалила этот взгляд. Но снова промолчала.

– Джастин!

Арина поднялась и обняла месье капитана за шею, расцеловала в обе щеки.

– Как я рада тебя видеть!

– Ну...

Он откровенно растерялся. Наташа оттеснила подругу в сторону, тоже чмокнула его в щеку.

– И я тебе рада. Кстати, мы с Алексом ждем тебя сегодня на ужин. Отказы не принимаются. Мальчики о тебе уже сто раз спрашивали. Имей совесть.

– Я постараюсь прийти, если...

Джастин стрельнул глазами в мою сторону. Наташа решила надавить:

– Вот с ней вместе и приходи.

Я сама сбегала к буфету, поставила на стол четвертую чашку.

Все суетились, болтали, смеялись, словно знали друг друга тысячу лет. А меня озарила одна мысль:

– Погодите, это получается, что капитан все знает? Ну, о вас, обо мне...

Упс! Наташа, глянула страшными глазами, приложила к губам палец, призывая закрыть рот.

Я виновато ойкнула.

– Та-а-ак! – Джастин откинулся на спинку стула, прищурился и сложил на груди руки. – Даже интересно, о чем это таком я не должен знать?

***

Неловкая пауза затянулась. Мы втроем переглядывались, Джастин нахмурился. И чем дальше, тем более суровым делался его взгляд.

– Джастин, – мягко начала Наташа, как давняя знакомая капитана. – Успокойся, пожалуйста, и выслушай меня. Это не моя тайна. Я не имею права...

– Нет, это ты меня выслушай. Из того, что я знаю, вывод может быть только один. Вы втроем вступили в преступный сговор за моей спиной. А теперь пытаетесь меня морочить.

– Да как ты можешь так обо мне думать? – Наташа аж вскочила. – Что ты такое говоришь? Ты же меня знаешь...

– Тебя знаю. И поэтому готов выслушать. Пока готов. А об Арлет и Алисе я не знаю почти ничего. И поэтому имею полное право их подозревать. А если и ты не расскажешь мне правду, то и тебя тоже, – прокурорским тоном начал Джастин.

– Что? – ахнула Наташа. – Да что случилось? В чем ты нас подозреваешь?

– На данным момент в краже и мошенничестве. Вокруг этого питомника слишком много загадок и тайн. Ваши переглядывания красноречивее всего говорят о том, что история с кражей печати не более чем хорошо срежиссированный спектакль! В котором вы все замешаны.

Он замолк, оглядел нас и продолжил, не дождавшись покаяния:

– Жду ваших объяснений здесь и сейчас. Иначе нам придется продолжить разговор в управлении. Не заставляйте меня поступать как должно капитану магического департамента.

– Печать? Какая печать? – наконец переварила обвинения Наташа.

Арина поспешила напомнить:

– Ты же сам рассказал нам о питомнике фамильяров. Сам предложил заказать леди Баттон фамильяра? Мы до этого ни об Алисе, ни о питомнике ничего не знали.

– В таком случае, что за общие тайны у вас могут быть, если вы только сейчас познакомились?

Я вжалась в кресло и затаилась, понимая, как подозрительно все выглядит со стороны.

Наташа не подвела. Распрямила спину и проговорила холодно:

– Имей в виду, тебе придется по этому поводу объясняться с Алексом. Он будет недоволен.

Джастин лишь хмыкнул:

– Переживу. Это не первое наше объяснение.

Она нервно покусала губы. Ткнула в его сторону пальцем.

– Ты сам напросился. Так вышло, что мы не те, кем ты нас считаешь.

И только сделала хуже. Джастин хищно прищурил глаза.

– Нет-нет, – замахала Арина рукой, – мы не преступницы. Мы вообще не коренные жительницы этого мира.

На лице нашего сыщика появилось странное выражение.

– Тьфу, как же сложно. Эти тела, – Арина поочередно ткнула пальцем в себя, Наташу и меня, – родились в этом мире. Но внутри них сейчас другие души. Мы родились в другом мире, Джастин. И попали сюда не по своей воле.

– Мы попаданки, поменявшиеся телами с девушками, которые по какой-либо причине захотели исчезнуть из этой жизни, и начать все с начала в новом для себя мире, – добавила от себя Наташа.

– И давно?

– Я три года назад, – первой ответила Наташа, – в тот день, когда Алекс встретил меня со сковородкой в руках.

Вопросительный взгляд остановился на Арине.

– Во время развода с Ричардом.

– Хм... – Мужские пальцы пробарабанили по столу рваную мелодию. – А вы, мадемуазель Озэрро?

– Я у вас в конторе, во время допроса. Помните обморок?

Джастин серьезно кивнул.

– Вот до него была не я.

– Попаданки? Души из чужого мира? – Наконец-то смог переварить Джастин. – Все трое?

Глава 17. Где меня обвиняют в преступлении

– Да, – подтвердили мы хором.

Джастину подсунули розетку с вареньем. Девушки о чем-то еще говорили, я слушала через слово, пытаясь понять, о каком сговоре и преступлении говорил Джастин. Не просто же так он сюда пришел? Включилась, когда услышала:

– В вашем мире таких блюд не знают. Они из нашего мира. Как и фамильяры.

Джастин поразился:

– Вы что, фамильяров из своего мира таскаете? – Он перевел взгляд на Наташу. – И артефакты тоже?

Девушки дружно рассмеялись. Я замахала рукой.

– Да нет же, ты не так понял. Видел, кто гуляет здесь по парку? Это все персонажи сказок из нашего мира. Именно их я создаю. В вашем мире их никто не знает. Понимаешь? А Наташа и Арлет с ними знакомы. С детства.

Джастин размышляя покрутил ватрушкой в воздухе, разделался с вкуснятиной в два укуса, кивнул своим мыслям.

– Это все прекрасно, – вкрадчиво произнес он. – Только совсем не отменяет того факта, что вы, мадемуазель Алиса Озэрро, вчера совершили незаконную сделку с помощью краденой печати.

– Я? – изумилась я, во все глаза глядя на Джастина.

Я не дождалась ответа и переспросила:

– Когда?

Джастин саркастически ухмыльнулся и ответил, явно наслаждаясь произведенным эффектом:

– Потерпевшие заявили, что вчера в обед мадемуазель Озэрро собственной персоной изъявила желание продать недвижимость по адресу: город Льежен, улица Подгорная, три, Питомник фамильяров.

– Что? Да я...

– Ну не я же, – сурово прервал меня барон. – Для заключения заведомо недействительной сделки была предъявлена пропавшую печать и документы на собственность. В результате получен от покупателя аванс в размере пятидесяти тысяч солеров.

– Сколько?

Сумма была совершенно запредельной. Я даже представить не могла таких денег.

– Джастин, сдурел? – первой возмутилась Наташа. – Какой договор? Какая печать? Да она в этом мире без году неделя. Никого тут не знает. Как по-твоему она должна была все это  провернуть?

– И правда, Джастин, – поддержала Арина.

Мужчина откинулся на спинку кресла, глянул на нас с усмешкой и со смаком надкусил новую ватрушку. Весь его вид говорил: «Ну, давайте, ищите оправдания. А я послушаю».

– Это ни в какие ворота! – Наташа бахнула чашкой по блюдцу, обернулась ко мне. – Ты в городе хоть раз успела побывать?

Я расстроено кивнула. Показала два пальца.

– В тот день, когда попала сюда. Меня Джастин довез до питомника. И один раз ездила с родственником на рынок. И, кстати, печать украли до того, как я оказалась в этом теле.

– Вот! – Арина торжествуя подняла палец вверх. – Слышал? Теперь понимаешь, что она не могла все это провернуть?

Джастин спокойно доел ватрушку, не чинясь, со смаком облизал пальцы. Выдал словно между делом:

– Я то слышал. Но как я все это должен своему начальству и обманутым покупателям объяснить? А? Не подскажете?

Мы молча переглянулись. И, правда, как?

– По факту что у нас выходит? Мадемуазель Алиса Озэрро бессовестно и цинично обобрала покупателей на крупную сумму. Отставим вопрос, зачем она это сделала. Согласен, сделка была верхом глупости. Покупатели уже сегодня утром они наведались в контору к поверенному, и тот отказался засвидетельствовать сделку, поскольку Питомник фамильяров не может быть продан или каким-то иным образом передан лицу, не являющемуся наследником по завещанию прежнего владельца. В департамент правопорядка поступило заявление о мошенничестве в крупных размерах, а поскольку дело о пропавшей печати рода Брюс веду я, меня немедленно уведомили о новом прискорбном факте, связанном с Питомником. И что я должен с этим делать? М?

– Для начала опросить меня. – приподнялась я возмущенно. – Выяснить мое алиби. Спросить, что я вчера делала и где была, например?

– Не вижу в этом особого смысла, – поднялся и Джастин. – Покупатели вели дела лично с мадемуазель Озэрро. В деле есть точный портрет мошенницы. Документы на питомник были предъявлены подлинные. Печать тоже.

Он шумно выдохнул, бросил тоскливый взгляд в окно.

– Но из уважения к вам, спрошу. Итак, мадемуазель Озэрро, где вы были вчера в промежуток с одиннадцати утра до двух часов пополудни?

– Мильон благодарностей за то, что соизволили поинтересоваться, месье капитан. Так вот, вчера я не покидала пределов питомника весь день, и работала в своей мастерской.

– Замечательное алиби. Как неожиданно. Работали в мастерской! И кто же может засвидетельствовать сей факт?

– Не притворяйтесь, будто не заметили перемен, произошедших с позавчерашнего дня. По вашему, фамильяры самозарождаются из воздуха? Не вы ли принесли мне чудо-кисти, предназначенные для создания фамильяров, а? Спросите моего хранителя, процесс происходил на его глазах.

– Ой, мои кисти? – оживилась Наташа, явно желая как-то разрядить обстановку.

– Чудесные кисти, Наташа, спасибо, – криво улыбнулась я.

Джастин последние фразы вообще проигнорировал.

– Все это здорово, но свидетельства хранителя я не могу учитывать. Магическая сущность в любом случае встанет на сторону хозяина. Другие свидетели у вас есть?

– А вам мало?

– Мало.

– В таком случае, кто может засвидетельствовать, что это я совершала сделку?

– Потерпевшая сторона, семейная пара, уважаемые люди.

– Они уважаемые люди, а я, значит, фигня на палочке? Их слово против моего, месье капитан! Если уж мы тут взялись кидаться обвинениями, мне тоже есть, о чем заявить. Позавчера ночью ко мне вломился мужчина. И, честно говоря, до последнего я была уверена, что это были вы.

– Лисетт, – над столом проявилась чеширская улыбка, – я знаю, что искал ночной визитер.

Джастин моментально приобрел хищный вид.

– Я тоже догадываюсь, – выдал он. – А посмотрите-ка мадемуазель Алиса, не пропали ли у вас бумаги с завещанием. Вы их где хранили?

Как Наташа с Ариной не пытались пробиться вместе с нами в дом, Джастин их совершенно бесцеремонно выпроводил, пообещав лично доставить пса.

Едва две женские фигурки скрылись из глаз, я перешла в наступление, наплевав на всякую вежливость:

– И что это было? Ты почему на меня нападал? Знаешь же, что печать украла не я. И не настоящая Алиса. Ты же сам допрашивал ее под эликсиром правды. А потом и меня за компанию.

Капитана мои нападки не смутили. Не было в его глазах ни неловкости, ни чувства вины. Только чистый азарт.

– Я должен был убедиться, что ты тут не причем.

– Убедился?

Мне хотелось ему врезать. Жутко, до зуда в костяшках кулака. Так меня еще никто не обижал зазря.

– Теперь да.

Джастин вернул себе обычную улыбочку и подставил мне локоть.

– Прошу.

– Обойдешься, – я нервно заправила за ухо выбившуюся прядь и пошла к дому. Сама. Без поддержки.

Он тут же пристроился рядом. Принялся насвистывать незнакомую мелодию, вызывая во мне раздражение. Правда, вскоре это чувство сменилось любопытством.

– Думаешь, у меня таки стащили завещание?

– Уверен.

– А зачем?

– Глупый вопрос. Там же все документы на дом, на питомник. Ты что, их даже не удосужилась изучить?

Я от досады закусила губу и покачала головой. Что за отвратный талант постоянно выставлять меня дурой? Как он так умудряется?

О! Еще и добить решил своей прямолинейностью:

– Я уже молчу о том, что ты не убрала бумаги в сейф.

К закушенной губе добавился горячий румянец. Я опустила глаза, пробормотала мысленно: «Я даже не знала, что у меня этот сейф есть. Но тебе об этом не скажу».

Вслух же выпалила другое:

– Дейс уверяет, что в дом мог попасть только тот, кого магия питомника считает своим. Тот, кто уже не раз приходил ко мне.

– И кто к тебе приходил? – Джастин резко притормозил, взял меня за плечи и заглянул в глаза вопросительно.

– Ты, – я сделала паузу, но никакой реакции не дождалась. Вынужденно добавила: – И Максим. Все.

– А почему ты думала именно на меня?

– Потому что Дейса засадили в магическую клетку. В такую же, как ты сделал тогда для Матильды.

– Пффф, – этот звук сопровождался хохотком, – каждый, кто имел дело с фамильярами, умеет создавать такие клетки.

– Я не умею!

– Ладно, справедливости ради уточню, почти каждый. А тебя я научу. Чуть позже. Сегодня мне некогда.

Мы замолкли и какое-то время шли в тишине.

– Значит, это был Максим? – Как мне не хотелось в это не верить, но других вариантов не осталось.

– Совсем не факт, – не поддержал моей уверенности Джастин. – Если мошенники смогли надеть твою личину, когда продавали питомник, почему бы им так же не обмануть и дом? Это мог быть кто угодно, Лисетт.

Я окончательно растерялась.

– И что теперь делать?

Джастин словно невзначай приобнял меня за плечи, зашептал успокаивающе:

– Для начала выясним, на месте ли твои бумаги. Если нет, я вызову сюда своих ребят. Пусть они обыщут дом и снимут магические следы. А потом уже будем думать, что дальше.

Он вновь остановился, взял меня пальцами за подбородок.

– Но тебя мне придется посадить под магический арест. Здесь. В питомнике. Не в тюрьме. Только ты не сможешь покинуть территорию, пока ситуация не прояснится. Не обессудь. Дело заведено, ты главная подозреваемая. А единственный аргумент в твою пользу я не имею права разглашать.

Он развел руками.

– Дурацкая ситуация, не находишь?

Я задумалась, предложила с надеждой:

– А ты допроси меня с эликсиром правды. Чего проще?

Джастин с сожалением покачал головой.

– Не выйдет, Лисетт. Тут такая сумма на кону, что мне этот допрос попросту велят засунуть в...

Он запнулся, хмыкнул:

– Пошлют меня с ним, короче, куда подальше. Нам с тобой не повезло с покупателями. Слишком склочная парочка.

– Я бы тоже была склочной, если бы с меня слупили столько деньжищ за пустышку.

– Сами виноваты. – Джастин подал мне руку, помогая подняться по ступеням. – Пожадничали. Купились на дешевизну. Им мошенник предложил твой питомник за половину цены.

В гостиной документов не было. Собственно, я и не надеялась их там найти. Рассуждения Джастина казались совершенно логичными. Но от этого не стало менее обидно. Вот же растяпа!

В гостиной Джастин раскрыл кожаную черную папку и извлек из нее лист бумаги, перо, велел Дейсу принести чернильницу.

– Пиши заявление на пропажу документов, – сказал он. – Нужно все оформить по закону, тогда я смогу дать ход делу. Хорошенько вспомни ту ночь, все вплоть до мелочей.

Я уселась за стол, с опаской глянула на писчие принадлежности, но все-таки окунула перо в чернила. Хоть убейте меня, но таким я не писала ни разу в жизни. И вовсе не уверена, что смогу.

И точно! Вместо буковок на листе бумаги первым делом появилась здоровенная клякса.

Джастин заинтересовано приподнял одну бровь.

– Лисетт, только не говори, что не умеешь писать. Я же видел, ты знаешь грамоту.

От досады я закусила губу и нехотя призналась:

– Я не умею писать перьями. В нашем мире для письма было совсем другое устройство. Там чернила внутри, а не снаружи.

– А-а-а-а, – он понимающе кивнул.

– Мне надо потренироваться...

Я склонилась над бумагой, пытаясь выводить крявые кружки и крючочки.

Джастин какое-то время наблюдал за моими трудами, потом положил руку на плечо и склонился так низко, что коснулся моего затылка.

– Открою тебе секрет, – сказал он заговорщическим шепотом, – что это перо непростое. Его тоже делала Наташа. Самописец, как и твои кисти.

Я чуть отодвинулась, уже понимая, о чем речь, и обожгла его укоризненным взглядом.

– Тебе вообще не нужно писать. – Добил меня капитан. – Достаточно приставить перо к бумаге и мысленно начать диктовать текст. С остальным оно само справится.

Джастин сделал серьезное лицо, но было видно, что он с трудом гасит смешинки. Меня это разозлило.

– А сразу сказать не мог? Я тебе что, клоун в цирке? Забавляется он...

Получила вместо покаяния нахальную широченную улыбку. Швырнула перо на испорченный лист.

– Вот кто ты после этого?

Джастина моя тирада вообще не поколебала.

– Я? – переспросил он и произнес торжественно: – спаситель невинно оболганных девиц! Кстати, мне за заслуги положена благодарность.

– А морда не треснет?

– Нет, – он уверенно покачал головой.

Я прищурилась, пытаясь прожечь в этом непробиваемом чурбане дырку.

– И на какую награду месье капитан рассчитывает?

– О-о-о-о, – протянул он мечтательно. – У месье капитана уйма желаний. Но все их пока не обязательно исполнять. Ограничимся обещанием сходить с месье капитаном в ресторан.

***

Ясное дело, обещание из меня Джастин вытряс. Да и, по правде говоря, мне совсем не хотелось ему отказывать.

Перо легко скользило по бумаге, рождая в девственной белизне слова и строки. Я неспешно диктовала текст и краем уха слушала допрос хранителя.

– Да не запомнил я, кто меня заточил в клетку.

Дейсу было неприятно признаваться в своем промахе.

– Совсем ничего не запомнил? – Джастин прицепился к коту, как пиявка. – Подумай. Быть может какие-то звуки необычные, запахи? Что-то, чего не должно было быть?