Текст книги "Хозяйка питомника фамильяров, или Любой каприз за ваши деньги (СИ)"

Автор книги: Ксения Никонова

Соавторы: Наталья Фирст
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Глава 7. Где мне приходится принимать гостей

– Подумаешь, ерунда получилась. Первый блин всегда комом! – изрекла я философски, вернулась к мольберту и поднесла к холсту тряпицу.

Мои глаза все никак не могли оторваться от мохнатого терминатора, то есть от чебуратора. Милым чебурашкой полученное язык не поднимался назвать.

Ушастое чудо скалилось, рычало и голодно щелкало зубами. Внушительно так щелкало. С намеком.

Благо ходить оно могло исключительно по кругу, а потому особой опасности не представляло.

– Да стирай уже! – нервно рявкнул с верхней полки стеллажа кот. – Смерти моей хочешь, окаянная?

– Нежные все какие, – я насмешливо дернула плечом и принялась за уничтожение шедевра. Начала сверху.

Чебуратор и на холсте, и наяву лишился верхней половины головы, качнулся и замер на месте, вхолостую вздрагивая нижней челюстью.

Кот взвыл от неминуемой присмерти. Завыл на трагической ноте. Тут я уже вздрогнула сама и заработала тряпкой быстрее.

Вскоре от первого «блина» не осталось даже шерсти.

Дейс шумно выдохнул, исчез на стеллаже, появился на пыльных досках пола и принюхался.

Я ему не мешала.

– Исчез, – резюмировал кот с видимым облегчением. Обернулся ко мне. – Больше чудищ не рисуй. Лучше котят или зайчиков. Поняла?

Я хохотнула:

– Будет сделано, товарищ командарм. – И тут же добавила: – Но не сегодня. Хватит с меня приключений.

Потом прищурилась и выпалила вопрос, который беспокоил последние пару часов. Ровнехонько с момента знакомства с хранителем:

– А скажи-ка, дорогой котик, какого хрена вы с сорокой вытащили меня в этот мир? Что вам от меня надо?

Дейс замер. Сначала стал полупрозрачным, словно хотел сбежать от ответа, но передумал. Исчез частично, оставив морду с чеширской улыбкой и рожки.

– Кто вытащил? – вполне натурально изумился он. – Я? Не было такого.

– Как же, не было, – я сделала шаг в его сторону, – а мне вот помнится...

– Тебе показалось, Лисетт. Ей богу, показалось.

– Лисетт! Лисе-е-е-етт! Алиса-а-а-а, ты где? – раздалось из сада.

Голос был знакомый. Но не сказать, чтобы я ему была рада.

– Макса нечистая принесла, – я поморщилась. – И как он только отыскал мастерскую?

– А чего ее искать? Он же здесь был и не раз. При жизни прежней хозяйки.

Кот исчез почти полностью. В воздухе в строгом соответствии с каноном застыла одна улыбка, без рогов.

– Иди, Алиска, встречай  воздыхателя.

И хранитель избавил меня от своей компании полностью.

– Лисетт, ты здесь?

В дверь без стука заглянула белобрысая голова, сверкнула влюбленными глазами, выдала такую широченную улыбку, словно приняла эстафету у кота.

– Как я рад, что нашел тебя.

Мне волей-неволей пришлось улыбаться навстречу.

***

Макс протиснулся в дверь полностью, без спроса приложился губами к моей ручке. Мельком глянул на щечку, но поцеловать не рискнул.

– Осваиваешься? – спросил он.

Я кивнула, развела руками.

– Как видишь.

– А я там вещи твои принес. Возле дверей оставил. Не смог попасть внутрь. Заперто, – он забавно наморщил нос. – Вот, пошел искать и нашел.

– Заперто? – я даже удивилась. – Я вроде бы ничего не запирала.

– Зачем запирать? Здесь же все на магии работает. Дом признал тебя хозяйкой. Без тебя он теперь никого не пустит внутрь. Правда, – Макс задумался, почесал затылок, от чего стал еще обаятельнее, – есть артефакты, которые могут взломать любую дверь. Но мне они ни к чему, сама понимаешь.

За разговором мы выбрались наружу, я скорбно обозрела заросли, нашла по примятой траве нужное направление и двинулась к дому.

Макс озадаченно пыхтел в затылок. Словно не знал, как сформулировать следующий вопрос.

– Лисетт, – наконец разродился он, – тебе не кажется, что здесь все преобразилось.

– Не кажется, – честно ответила я.

– Да? – голос за спиной звучал растеряно. – А я вот никак не пойму. Вроде бы перед этим все было не так. И дорожка, и кусты, и вообще!

– Было, – согласилась я. – И тебе тоже не кажется. Это все кот-поганец. Он, видите ли, пыль в глаза пускал наследникам. Приукрашивал. Ты еще дом изнутри не видел.

Парень заинтересовался, догнал меня, встал сбоку, подхватил под локоток:

– А что там?

Я хмыкнула.

– Там сюрприз. И не скажу, что приятный.

Макс с любопытством уставился на приближающийся дом. Естественно, снаружи никаких изменений не заметил. Да их и не было с этой стороны.

Я не слишком весело улыбнулась. Повременила с ответом. Сейчас и сам все увидит. Надеюсь, пылу в нем поубавится. Но отпустить его просто так точно не отпущу. Лишние руки сейчас были бы совсем не лишними. Так что пусть потрудится на благо фамилии, помощничек.

Я сразу прикинула фронт работ. Надо бы повынести самую страшную мебель, содрать с полов истертые, побитые молью ковры. Еще обследовать спальню. Что там с кроватью, наверняка тоже все ветхое и пыльное, я в таком спать не смогу. Значит придется вынести матрас, подушку и одеяло или что там прилагается к кровати. Вынести на улицу и побить как следует, чтобы повыколотить пылищу.

Ну и да, понадобится о-о-о-очень много воды, чтобы отмыть хотя бы пару-тройку комнат.

Я составляла в голове план, а сама искоса поглядывала на Макса. Ну какие ему матрасы, честное слово? Он же даже не поймет, зачем мне что-то куда-то тащить и – ужас-ужас! – мыть. В этой горделивой белокурой аристократической голове наверняка одни стихи да возвышенные комплименты. Только поэзией сыт и обут не будешь. И уборку она не проведет.

А посему мои надежды на мужскую помощь скорее проходят по разряду несбыточных мечт. Сбыча которых в ближайшее время не предусмотрена.

Проще этого красавчика спровадить домой, к маменьке, под правдоподобным предлогом. А после самой взяться за дела.

– Осторожно, Лисетт, – Макс нежно подхватил меня под ручку. – Здесь дорожка совсем развалилась. Сплошные выбоины. Тебе, дорогая кузина, надо бы пригласить мастеров, чтобы они поскорее починили это безобразие да заменили негодную плитку.

Я тяжко вздохнула. Мастера это хорошо. Даже очень хорочо. Даже разумно. Но для оплаты любых услуг нужны деньги, а с ними у меня еще с прошлой жизни вечный напряг. В этой же я их вообще еще не видела.

– Заходи, – широким жестом пригласила я кавалера в дом. – Любуйся.

– Дама вперед, – галантно склонился он.

Ты ж мое солнышко. Воспитанный, просто сил нет. Я решительно шагнула к двери первой.

Макс любезно придержал для меня створку, а сам там и застыл, с ужасом обозревая открывшуюся картину.

– Л-лисетт! Что это? Как это?

– Наследство, – сказала я не без иронии. – Видал, какое богатство?

Макс, как завороженный кивнул, окинул взглядом «шикарный» интерьер.

– Это как раз то, о чем я как раз говорила. Мой дом без прикрас. Извини, здесь куча работы, мне придется начать прямо сейчас, чтобы к ночи хоть одну комнату привести в божеский вид.

– Но Лисетт, ты же не можешь делать это сама!

– У тебя есть другой вариант?

Парень ошарашенно покачал головой.

– Я так и думала. Сам понимаешь, у меня нет другого выбора. Чего я точно не смогу – так это ночевать в грязи и среди облаков пыли.

– Позволь тебе помочь! – пылко воскликнул он, решительно закатывая рукава.

Я с интересом уставилась на парня. Да ладно! Он серьезно? Всерьез решил помочь мне с уборкой? Да через час от его щегольского костюма останутся жалкие воспоминания.

– Ты... В самом деле готов помогать? – осторожно поинтересовалась я. – Тут грязно, а ты в светлой одежде и переодеться не во что.

– Причем здесь моя одежда? – недоуменно воззрился он в ответ и даже оглядел себя. – Мы поедем к родителям и попросим у отца пару горничных. Они мигом приготовят для тебя комнату.

Ах вот оно что. Горничных. Только вот вряд ли чета Брюс после грандиозного провала в споре за наследство и пропажи магической печати согласится на это. Даже пробовать не хочу.

– Не надо, – покачала я головой.

– Ты не хочешь принять мою помощь? Но почему, Лисетт? Поверь, это от чистого сердца! – горячо воскликнул Макс и бережно ухватил меня за обе руки. По очереди поднес их к губам и обезоруживающе улыбнулся. – Не обижай меня отказом. Не могу же я бросить столь очаровательную девушку в беде. Право, Лисетт, позволь помочь тебе.

– Ну хорошо, – невольно улыбнулась я в ответ.

Очень уж он искренне огорчился. А мне разве плохо, если вдруг что-то выгорит, и в доме появятся две дармовых помощницы?

– Лисетт, ты чудо! – аж расцвел Макс и потянулся своими губами к моим.

Э нет, мы так не договаривались! Я резко отвернулась, так что он лишь клюнул меня сухими губами в щеку. При этом сам смутился так, что покраснел.

Я воспользовалась замешательством парня и отступила на пару шагов.

– Прости, – покаянно извинился он. – Я не хотел.

Да ну? Не хотел он. Вместо ответа я иронично выгнула бровь и сложила на груди руки.

– То есть хотел, но не так... не то, что ты подумала.

– А что я подумала?

Макс смутился еще больше, краска залила его лицо и уши.

– Я виноват. Просто ты такая... Конечно не такая, – косноязычно оправдывался он, тихо пятясь к выходу. – Я исправлюсь, вот увидишь. И к отцу сам съезжу. Через час вернусь с прислугой.

Блондин резко кивнул на прощание и вылетел за дверь.

Я расхохоталась. Ну чудо же! В нашем мире таких и не встретишь. Повымерли давным-давно.

Ну пусть идет. Если и правда приведет мне помощь, так и быть прощу. Но кажется мне, что вряд ли. Поэтому придется все самой.

– Дэйс! Не прячься, я знаю, что ты здесь. Где у нас инвентарь для уборки? – позвала я в пустоту.

– Я и не прячусь, чего мне прятаться? – на фоне дивана проявилась чеширская улыбка.

На этот раз была она особо ехидной. Или мне так показалось?

– Да-да, просто подглядываешь.

Не-е-ет, не показалось.

– Присматриваю. Ах, Лисетт, я не хотел, мур-мур-мур, – кот изобразил поцелуи в воздухе и язвительно ухмыльнулся.

Я осмотрела его задумчиво.

– Жаль, веника в руках нет. Так и наподдала бы по чьей-то наглой синей морде.

Кот проявил голову целиком, жалобно поджал ушки.

Я сдалась.

– Ладно, экзекуции оставим на потом. Показывай, где тут метлы-швабры-тряпки хранятся?

– А тебе зачем? – на морде опасливо встопорщились усы.

– Пыль гонять. И нахальных котов.

Улыбка растворилась в воздухе и в тот же миг проявилась прям около моего лица.

– Карму испортишь, хозяюшка, – с непередаваемой интонацией муркнул он мне на ушко.

Вот же засранец! Он и так умеет? Я от внезапности перемещения чуть инфаркт не хватанула.  Правда, быстро взяла себя в руки.

– Уговорил, для котов возьму что-нибудь потяжелее. Чтобы не наглели.

Улыбка Дейса стала воистину возмутительной.

– Злая ты, Алиска, – поведал он с трагизмом в голосе. – Уйду я от тебя.

– Куда ты денешься? Если я правильно поняла, ты привязан к этому дому и парку. Да? Нет? – Я выслушала целую серию возмущенных булькающих звуков. Погрозила пальцем: – И не вздумай врать. Я обязательно уточню у Джастина. Он точно обманывать не станет.

Глава 8. Где я понимаю, что утро бывает добрым

Утро началось со странного.

Дейс читал газету. Хотя нет, газета была чуть позже. Сперва я проснулась и наконец-то разглядела потолок своей спальни. До мелочей. С чувством глубочайшего неудовлетворения разобрала все то, что было скрыто в сумраке ночи.

Честное слово, лучше бы и не разглядывала. Паутина – совсем не тот декор, который хочется наблюдать у себя над головой. Зато как бодрит вид на паучьи сети! Ух! Похлеще зарядки и контрастного душа. Особенно когда хозяин паутины висит на ниточке у тебя перед лицом и смотрин с немым укором, как на оккупанта.

Лишь крепкие нервы и закалка, приобретенная на работе, не дали мне заорать. Я просто вскочила, подхватила со спинки кровати халатик, откопанный в чемодане настоящей Алисы, всунула ноги в домашние туфли и метнулась в туалетную комнату. Там уже отдышалась и кое-как привела в порядок мысли.

Все! Никаких рисунков. Никаких фамильяров. Сначала надо отмыть хотя бы часть комнат. А тот так и до инфаркта недалеко.

Руки у меня предательски подрагивали. Ноги тоже.

Я поплескала в лицо водой. Вдохнула-выдохнула успокаиваясь. Лишь после взялась за утренний туалет основательно, как и положено благовоспитанной девице из хорошей семьи.

На кухню я попала почти через полчаса. Уже умиротворенная и довольная собой. А там основательно подвисла.

Кот читал газету. С чувством, вдумчиво, изредка подчеркивая строчки отточенным когтем. На печи пыхтел чайник. На окне колыхались шторки. Шелестели страницы. Упоительно пахло свежим кофе, сыром и бужениной.

Кот изредка прихлебывал из чашки, манерно подцеплял с блюда закусь, жмурился от удовольствия и... читал.

– Что пишут? – спросила я так, словно лицезрела читающих котов регулярно и не по одному разу на дню.

– Ничего интересного, – синий паршивец глянул на меня поверх листа, как академик на двоечницу. – На неделе обещают хорошие погоды.

Господи, пошли мне терпения! Или я не выдержу и кое-кто пойдет на синий воротник.

– Чудесная новость, – покивала я своим мыслям, наливая кофе и нацеливаясь на ароматное розовое мяско.

А чего бы и нет? Кому мешают «хорошие погоды»? Мне точно нет. И вообще я всем довольна. Проснулась там же, где и засыпала, стало быть новая жизнь продолжается. И пока она куда интереснее жизни предыдущей.

План у меня есть. Хороший план. Вот сейчас только позавтракаю – и снова в бой. Для начала, паутину с потолка спальни – убрать. А после и за кухню можно приниматься. Или сначала все же отдраить гостиную? Чует мое сердце, в гостях недостатка не будет. Стыдно перед людьми светить такой запущенной обстановкой.

Хотя нет, не стыдно. Пусть стыдится хранитель. Это он довел дом до такого состояния.

Решено – первым делом гостиная. Дойдут руки – вымою и кухню хоть в первом приближении.

Я соорудила еще один бутерброд, положив поверх мяса пластик сыра. Повздыхала, что на столе нет завершающего штриха – помидорки. Ну ничего, мы из помидорки могём. Чай, не баре.

Подтверждая собственные мысли, хлебнула кофе. Нарочно погромче. Чтобы выбесить поганца с газетой.

Только сработало это как-то не так.

– О, тут и про тебя есть, – оживился синий пройдоха.

– Что? – сбилась я с мысли о мести.

– Точно-точно, гляди! – хранитель расстелил газетку на столе и ткнул лапой в крупный заголовок: «Новая хозяйка питомника фамильяров оказалась в центре скандала». Тут даже портрет.

– Чего? Откуда это? – обалдело рассматривала я свое новое, вполне симпатичное, лицо на странице бульварной газетенки.

«Алиса Озэрро – девица двадцати двух лет, о прошлом которой мало что известно», – начиналась статья. А дальше шел перечень всего движимого и недвижимого имущества, что отошло к новоявленной наследнице.

– Ты меня спрашиваешь? – взвился хранитель.

– А кого мне спрашивать? – уткнула я руки в бока.

– Вон его, – кот указал синей лапой куда-то мне за спину.

Стоило обернуться, паршивец тут же растаял в воздухе. Только улыбка повисела среди комнаты еще пару секунд, мигнула и пропала.

Мне резко стало не до него, потому что я осознала, кого нелегкая принесла в столь ранний час.

***

Месье капитан магического департамента уже вошел в дом и с усмешкой взирал на мое замешательство. Без стыда и совести изучая взглядом девичью фигуру, едва прикрытую неплотно запахнутым пеньюаром.

Я сгребла в горсть отвороты на груди, изо всех сил пожелала себе не краснеть и приняла вид гордый,независимый. Ни от кого независимый. Особенно от некоторых бесцеремонных баронов.

– Доброе утро, Алиса, – с улыбкой приветствовал меня Джастин. – О чем вы так горячо спорили со своим хранителем?

Он еще и вопросы задает? Вот нахал.

– Доброе ли? – усомнилась я. – Хотелось бы знать, как вы сюда попали? Меня некоторые синие морды заверили, что без позволения хозяйки в дом никто не войдет.

Месье капитан только ухмыльнулся.

– Значит, у нас с вами два варианта, – весело ответил он. – Или моей печати ваши заслоны не указ. Или... прелестнейшая хозяйка ничуть не против моего посещения.

– На что это вы намекаете? – подбоченилась я.

– Ни на что, мадмуазель Алиса. А вы о чем подумали?

Вид у наглеца сделался совершенно невинный. Я постаралась его отзеркалить.

– Вас это не касается!

– Да? – Невинное выражение лица сменилось притворно задумчивым. Джастин улыбнулся еще шире. – Так о чем вы спорили, Лисетт?

Отвечать не хотелось. Спорить по пустякам не хотелось еще сильнее.

– Об этом, – хмуро кивнула я на газетенку, до сих пор валяющуюся на столе. – Вот, просвещайтесь, заодно и меня просветите, откуда пресса прознала обо мне, моем наследстве и краже родовой печати?

Мужчина прошел вглубь кухни, остановился у стала, бросил мельком взгляд на газетные листки.

– Я с утра без завтрака, позволите чашку кофе? – он беззастенчиво уселся за стол и потянулся к кофейнику. – Голова совершенно не работает на пустой желудок.

Ароматная жидкость полилась в мою полупустую чашку. Я смотрела на это открыв рот, растеряв от возмущения все слова.

Джастин основательно приложился к кофею, прихватил с тарелочки мой надкусанный бутерброд, не стесняясь продегустировал. Промычал, прищурившись от блаженства:

– Ммммм, вкусно! А вы чего стоите, Лисетт? Присаживайтесь, а то мне, право слово, неудобно.

– Вы... вы... нахал, месье капитан! – аж задохнулась я от возмущения.

– Работа такая, – пожал он плечами. – И потом, какой же я нахал? Скажете тоже...

После чего сцапал следующий кусок буженины, соорудил новый бутерброд и со смаком впился в него зубами.

Я выдохнула и, пока гость углубился в чтение, предпочла ретироваться в спальню, чтобы надеть что-нибудь более подходящее. С едва знакомым мужчиной в домашней одежде я бы и в прошлой жизни чувствовала себя не слишком комфортно.

«Притормози, Алиса! Он следователь, и наверняка пришел по делу о пропавшей печати», – напомнила я себе, когда отбросила третье платье, как совершенно не подходящее к случаю.

Простая коричневая юбка и кремового оттенка блуза вполне сойдут для делового разговора.

«Это если он прекратит так провокационно улыбаться! И вести себя как, как... Не как должностное лицо, вот!»

Признаться, в глубине души я даже рада была, что Джастин пришел. Хоть он и нахальный. Чувствовалось в нем что-то такое... настоящее, мужское. Он точно не обманщик, и работу свою делает как положено, почему-то я в этом не сомневалась.

По возвращении я обнаружила Джастина, подвисшего у моей лестницы, уходящей в никуда.

– Вы видите то же, что и я? – обернулся он, заслышав мои шаги. – Но как такое возможно?

Я развела руками.

– Спросите у моего хранителя. Может быть вам он скажет больше.

– Кстати, я и сам хотел поговорить с ним, задать пару вопросов. Не могли бы вы его позвать?

Судя по звукам, одна синяя морда орудовала в настоящий момент на кухне. И мне очень хотелось посмотреть, чем он таким занимается.

– Тссс! – приложила я палец к губам и на цыпочках отправилась навстречу невнятному бормотанию.

Барон моментально сориентировался и сделал сигнал не высовываться, возглавив нашу маленькую процессию. Несмотря на габариты, значительно превосходящие мою дюймовочкую фигуру, двигался он абсолютно бесшумно, с грацией настоящего хищника.

На полпути к кухне месье капитан пошарил в кармане и вынул на свет круглый прибор на цепочке, смахивающий на часы, но массивнее.

Уже у самых дверей он вдруг остановился, усмехнулся и спрятал обратно свое орудие. Раскрыл дверь пошире и не скрываясь встал в проеме.

– Как мило. Расскажите, друзья, что вы здесь делаете вдвоем?

Что там? Из-за некоторых широкоплечих ничего не разглядеть.

Я привстала на цыпочки и схватилась за мужское плечо, чтобы не потерять равновесие.

Моему взору предстала чудная картинка: Дэйс, по-хозяйски развалившись на стуле, уплетал мясо. Рядом с ним была вчерашняя сорока. Птица прохаживалась по столу, клевала остатки хлеба с сыром, в промежутках выдавая реплики:

– Хррранитель называется! Позоррр! Печать прррошлепал и не ищешь!

– Мне за это не платят. Пусть твой хозяин ищет. Его на это учили, – лениво огрызался Дэйс.

Матильда взмахнула крыльями и в один миг оказалась за спиной кота. Метко клюнула его в голову, тотчас отлетела на безопасное расстояние и плюхнулась на буфет. Уже оттуда заорала по-птичьи -матерно и бесцеремонно.

Хранитель зашипел разозлено, потом взвыл и ринулся на обидчицу. Оказалось, что магические коты летают ни чуть не хуже волшебных птиц.

Я восхищенно присвистнула, проследила глазами его траекторию. Выдохнула вслух:

– Во дает!

Джастин согласно хмыкнул. Мы оба застыли в ожидании продолжения. Кто кого? Кот или птица?

Сорока оказалась проворнее. Подпустила хранителя близко-близко, но в последний момент вспорхнула, легко уворачиваясь от опасных когтей.

С буфета на пол посыпалась утварь. Гулко бухнул медный тазик для варенья.

– Придушу! – кот заорал так, словно на улицу вернулся март.

– Сперва догони!, – парировала крылатая нахалка.

– Прекратить! – скомандовал Джастин. – Матильда, на место.

И хлопнул себя по плечу.

– А ты, синий, утихни! Пока я тебя своей печатью не приголубил.

В кухне воцарилась блаженная тишина. Матильда нехотя плюхнулась на капитанское плечо. Кот по-началу вовсе испарился. Правда, хватило его ненадолго.

Вскоре возле моего лица материализовалась чеширская улыбка

– Видела? Нет, ты видела! – Зашипел Дейс и пожаловался неизвестно кому: – Печать я, оказывается, должен искать! И еще магией делиться не хочет. А я ослаб. Совсем ослаб! Но это не значит, что всякая приблудная зараза смеет оскорблять меня в собственном доме! Даже если она с крыльями.

Улыбка молча пожевала губами и выдвинула последний аргумент. Ультимативный.

– Все, ухожу в отставку, так и знайте! И справляйтесь тут сами, как хотите!

Улыбка уменьшилась в объеме, дорисовала недостающее тело и приняла облик крохотного котенка. С видом несправедливо обиженного ребенка он ткнулся своими рожками мне в ладонь.

– Погладь за ушком, Лисетт! А то толку от тебя. Фамильяров рисовать не хочешь... Муррр, мяв...

– Ну ты чего, нарисую я тебе кого-нибудь. Как-нибудь постараюсь.

– Лучше всего котики идут, – подсказал он, блаженно щурясь. – Мы самые умные, полезные и красивые.

Я хихикнула, представив, как изображаю кривого-косого кота. Нет, мне для начала нужно что-то попроще освоить. Чтобы не обещать невозможного, я усерднее принялась ласкать синее чудо, с удовольствуем слушая его мурчание.

***

Джастин тем временем тоже увещевал вредную птицу:

– Ты чего тут раскомандовалась? Не мешай работать. Слетай лучше опроси местных сорок, не замечали ли они чего странного, и особо – не встречали ли остальных претендентов на наследство за последнее время. Поняла?

Барон открыл форточку и поднес к просвету Матильду.

– Ты же сама хотела пользу приносить, так приноси, я тут без тебя разберусь.

Сорока недоверчиво оглянулась на меня и малыша Дэйса.

– А обыска что, не будет? Непррременно нужен обыск.

– Лети уже.

Легким движением подпихнув сороку наружу, Джастин прихлопнул форточку и обратил взор на меня и котенка.

– Месье хранитель, а в ваши владения в последние дни не проникал никто посторонний? Может быть, кто-то из претендентов на наследство?

Дейс покосился в его сторону, но вместо ответа выпустил когти мне в палец.

– У нас гости, – сообщил он и растворился в воздухе.