Текст книги "Хозяйка питомника фамильяров, или Любой каприз за ваши деньги (СИ)"

Автор книги: Ксения Никонова

Соавторы: Наталья Фирст
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 13. Где происходит нечто странное

Вечер пролетел незаметно, хоть мне и мечталось, чтобы он никогда не кончался.

Джастин на прощанье расцеловал мои руки и растаял темноте запущенного парка. Я закрыла дверь и прислонилась спиной к деревянной створке. Шумно выдохнула, прикрыла глаза.

Ну, почему в этом мире, в этой эпохе все так сложно? Были бы мы в другом месте и в другое время, я бы просто сказала этому мужчине: «Оставайся!»

Просто сказала, и он бы меня понял. Понял и не осудил. А здесь...

Здесь так было нельзя. Все внутри меня кричало от возмущения. Здесь мое желание было верхом неприличия. Исполнение его до конца дней поставило бы крест на моей репутации.

Я об этом знала. Знал об этом и Джастин. Никто из нас не был готов так рисковать.

– Вздыхаешь?

Дейс завис в сумраке холла со своей обычной чеширской улыбкой.

Я молча кивнула.

– Не вздыхай, никуда он от тебя не денется.

– Ты думаешь?

– Знаю. – Кот добавил к улыбке глаза, вибрисы и уши. – Деточка, я так давно живу, что без труда умею распознать любовь.

– Думаешь, Джастин меня любит? – Я наморщила лоб, стараясь осознать сказанное.

Дейс сделал милость, возник целиком, лениво взмахнул алыми крыльями.

– Думаю, ты ему небезразлична. И до настоящей любви осталась самая малость.

Улыбка тронула мои губы. Довольная, радостная. Говорить я ничего не стала. Счастье любит тишину. И мне было боязно его спугнуть неловким словом.

 ***

Я спала и видела чудесный сон. На моей собственной кухне Джастин плавно двигался под звуки незнакомой музыки. Покачивал бедрами, расправлял плечи, поднимал вверх свои красивые руки и ерошил ими волосы на затылке.

Мышцы бугрились, поражая совершенством и античной красотой. Я не могла от этого действа оторвать глаз. Не потому, что танец был был богат точными па, а потому, что на танцоре были надеты лишь мой фартук да залихватски сдвинутый на бок поварской колпак.

Время от времени Джастин обмакивал свои длинные изящные пальцы во взбитые сливки, подносил к губам и медленно облизывал, орудуя то всем языком сразу, то самым его кончиком. И не сводил при этом с меня глаз.

Я завороженно смотрела на это действо, почему-то полностью осознавая, что нахожусь во сне. И ощущала из-за этого знания легкую горечь.

Жадный язычок слизал со смуглой кожи последний белый островок. Джастин повернулся ко мне боком, поднял руку, сдернул с головы колпак и запустил им в стену.

Плавно прогнулся в пояснице, поймал мой взгляд, послал воздушный поцелуй. Застыл на миг и снова распрямился. Музыка чуть убыстрилась.

Вместе с ней месье капитан сделал полный круг и повернулся ко мне спиной. Завел руки назад, взялся за завязки фартука. Я замерла.

Наконец дело дошло до самого интересного. Вот сейчас...

Там, во сне, я подалась вперед и замерла в ожидании. Вместе со мной замерла и картинка. Покрылась маревом. Стала зыбкой, почти неуловимой.

Вместо музыки послышались раздражающие звуки реальности. Грезы развеялись. Вместе с ними ушло и ощущение сладкого предвкушения.

Я резко вынырнула из сна, села на кровати и вслушалась в тишину ночи. Проворчала:

– Тишина, она и в Африке тишина.. Показалось.

Плюхнулась обратно на подушки, закрыла глаза, стараясь воскресить чудесное видение, нырнуть в него обратно. Память нехотя нарисовала кухню, стол, меня саму, соблазнительную мужскую фигуру с бантиком завязок на обнаженной пояснице.

Я с облегчением выдохнула и поспешила погрузиться в видение обратно. Жаль, ненадолго. Стоило месье капитану продолжить прерванный танец, раздалось противное «скри́-и-ип».

Сон растаял окончательно.

Да что ж такое-то!  Дайте уже посмотреть на шикарного мужчину!

Еще более громкий и отчетливый скрип заставил подняться на постели и двинуться к выходу. Не иначе кот промышляет.

Откуда-то справа доносились приглушенные шаги. От злости я не сразу сообразила – на кошачьи они ничуть не похожи.

Чтобы прекратить безобразие, прикрикнула раздраженно:

– Дейс, хватит тут шататься! Между прочим, я все слышу!

Звук словно споткнулся и затих. Кажется, это в гостиной. Что этому коту понадобилось там посреди ночи? Пойти что ли проверить? Да ну его в баню! Спать хочу.

– И чтоб сидел тише мыши! – рыкнула я, возвращаясь в спальню и закрывая за собой дверь.

Блаженно потянулась, нырнула под одеяло, закрыла глаза. Вот оно счастье: тишина, темнота, покой, сон...

Жаль, тишина продлилась недолго. В доме что-то гулко бумкнуло, послышался звук битого стекла.

Я вновь вскочила с постели, окончательно психанула, притопнула ногой, не стала озадачиваться халатиком, вырвалась из спальни, как была – в одной ночнушке. Только тапки надела.

Заорала прямо с порога:

– Это уже ни в какие ворота не лезет! Дейс, ну сколько можно!

Прислушалась, ожидая хоть какой-то реакции. Вдруг у кота проснется совесть. Вдруг, что скажет? Ага! Размечталась. Тишина вновь стала мертвой.

– Даже объясниться не желает, поганец, – буркнула я возмущенно.

Надо самой пойти посмотреть, что он там разгромил. И отчихвостить его как следует. Куда это годится? Совсем страх потерял.

***

Бормоча под нос ругательства, я мерила шагами коридор. Уже отсюда было видно, что дверь в гостиную приоткрыта, и из-за нее, сквозь небольшую щель пробивается странное голубоватое свечение.

«Чем он там занимается?» – пронеслось в голове, прежде чем пальцы коснулись ручки и потянули дверь на себя.

«Что забыл среди ночи? Ой!» – мысли мои понеслись вскачь.

Что это? У самого входа на полу сияла голубым магическая клетка. А в самом ее центре неподвижной меховой тряпочкой распластался синий кот. Его алые демонические крылышки едва подрагивали. Пушистые лапки закрывали мордочку, словно пытались спрятать хранителя от нежданной напасти.

Я ошарашенно присела, протянула ладонь, просунула палец сквозь магические прутья, пытаясь коснуться несчастного зверька. Прошептала:

– Дейс, что с тобой? Ты меня слышишь, Дейс?

Фамильяр не реагировал ни на звук, ни на прикосновения. На миг мне даже показалось, что он... Умер? Хотя я не имела ни малейшего понятия, могут ли фамильяры умирать.

– Дейс! Бедный мой котик, кто с тобой это сделал?

Собственный вопрос меня отрезвил. И, правда, кто? Не сам же он посадил себя в клетку? А кто тогда?

Я отшатнулась к стене, прижалась спиной к шершавой поверхности,  испуганно оглянулась и вздрогнула: у дальней стены мелькнула мужская фигура. Скорее даже тень.

Высокая. Мощная. С широкими плечами.

Двинулась и тут же застыла. Даже сквозь тьму ощутимо сканируя меня взглядом.

Я попыталась слиться со стеной. От ужаса даже дышать перестала. В голове мелькали вопросы. Один другого хуже.

Кто здесь? Что ему от меня надо? Как он вообще сюда попал? И... что мне делать? Что делать, мать вашу!?

Очень хотелось крикнуть: «Свет!»

Но я ладонью заткнула себе рот. Нельзя! Ни в коем случае нельзя. Пока я ЕГО не видела толком, он может просто уйти. Но если я его разгляжу...

Это будет конец. Тогда меня точно убьют.

Значит, нужно сделать то, чего от меня точно не ожидают. Я набрала в грудь побольше воздуха и открыла рот.

Глава 14. Где меня терзают сомнения, но я не спешу ими делиться

– Пожар! Пожар! – завопила я, вспомнив уроки выживания в каменных джунглях.

Мой крик прозвучал в ночной тиши, как звон набата.

Тень напротив на миг замерла, а после шарахнулась назад.

Ха! Сработало. Правильно говорят – никогда не кричи «Помогите, убивают!» или «помогите, грабят». Не поможет. А вот, если орать про пожар, все реагируют куда шустрее. И неважно, что в округе у меня один лишь хранитель, да и тот в клетке. У неизвестного гостя нервы тоже не стальные. Он сам наверняка боится.

Можно еще спеть.

Я набрала в легкие побольше воздуха, сделала шаг к стене и вдруг нащупала пальцами нечто шершавое, удобное и вполне подходящее для защиты.

Так обрадовалась, что едва не забыла про песню. Благо, вовремя опомнилась и заорала во все горло, даже не пытаясь попасть в ноты:

– Врагу не сдае-е-ется наш гордый Варяг. Пощады никто не... полу-у-учит!

Последнее слово вылетело из меня само собой, не спрашивая разрешения.

Тень шарахнулась куда проворнее, стараясь оказаться подальше от чокнутой девицы. Повалила что-то сначала деревянное, потом металлическое, затем вовсе непонятное. Зашипела сквозь зубы и метнулась к выходу. Хлопнула дверь. Раздались гулкие шаги.

Я старательно повторила строчку песни, добавив для верности совсем сумасшедшее:

– Пасть порву! Моргалы выколю!

И довольная собой перетекла к окну.

Площадку перед домом дергано пересек мужской силуэт и поспешно скрылся в кустах. В свете луны фигура показалась неожиданно знакомой.

– Знай наших! – добавила я уже для себя, победно рявкнула и погрозила в окно непонятной штуковиной, которую все еще держала в руке.

Кстати, а что там у меня? Надо бы посмотреть.

– Свет зажечь! – скомандовала я дому. Дождалась реакции, прищурилась, договорила: – Дверь запереть. Никого не пускать.

Подумала и добавила:

– Окна под охрану. И чтобы мышь не пролезла! А то устроили мне тут проходной двор.

И только после этого поняла, что меня отпустило. Дошло, что злодей ушел и нужно срочно освободить хранителя.

Я снова взмахнула рукой, увидела, чем собиралась обороняться и в голос расхохоталась. Кружевной зонтик от солнца! Да чтоб вас.

Хотя... В умелых руках, пожалуй, весьма недурственное оружие, вон у него и кончик острый, и ручка удобная. Жаль, хлипкий. Мне бы сейчас чего покрепче, чтобы наверняка прибить. Или хотя бы заблокировать ручку двери. А то заходи, кто хошь, бери, что хошь. Никакого уважения к частной собственности.

Я огляделась и заприметила слегка погнутую чугунную кочергу, скромно лежащую в уголке у растрескавшегося и закопченного камина. Взвесила ее в руке и довольно хмыкнула:

– Самое то! Идеальная вещь.

Вместе с новой находкой спустилась вниз, зажигая свет везде на своем пути. Дошла до двери, примерилась – кочерга чудесно пролезла в ручку и наглухо заклинила дверь. Поставила в голове крестик на память, закрепила напоминанку вслух:

– Надо будет рассказать Джастину. Пусть разбирается. Капитан он или кто?

Теперь хранитель.

Ой! Мысли мои потекли в пренеприятнейшем направлении. Клетка!

Я видела совсем недавно такую же. И заперта в ней была Матильда. А сделал эту клетку...

В душе разлилась горечь.

– Да ну, не может быть. Зачем ему ночью шарить в моем доме? Нет-нет-нет. Не верю. Хоть режьте, хоть бейте. НЕ ВЕРЮ!

Я ринулась к магической ловушке, всхлипывая на ходу, боясь услышать ужасную правду.

Плюхнулась на пол возле голубого сияния. Принялась звать:

– Дейс, Дейсик, как ты?

Кот не отозвался. И вообще ни разу не шелохнулся с тех самых пор, как я увидела клетку. Не издал ни единого звука.

Пальцы мои случайно коснулись магических прутьев. Он острого жжения я едва не заорала. Больно!

Нужно попытаться это чем-то подцепить. Только чем?

Я понеслась обратно в гостиную, подобрала с пола зонтик и вернулась к клетке. Как она сделана? Как ее разрушить? Что делать?

Хранитель лежал беспомощной тряпочкой, распластав перепончатые крылышки. Он же жив? Совершенно точно жив! Надо только как-то выпустить его.

Выпустить, оживить и допросить. Он-то должен был видеть того, кто на него напал? Да?

Осмотр клетки показал, что дверей и замков у нее нет. Только стенки, дно и крышка. Просто поднять не получится. Надо как-то разрушить. Я взвесила в руке зонтик и приготовилась победить сооружение. Была не была! Мохнатый хранитель пока единственный мой союзник, каким бы врединой он ни был. Придется вызволять.

Наставив зонтик на клетку, я воскресила в памяти одного известного персонажа, который весьма недурственно колдовал с помощью этого аксессуара. Чем я хуже?

– Итак, представим, что это волшебная палочка, – пробормотала я под нос и громко скомандовала: – Сим-сим, откройся!

Этот дом волшебный! Почему бы и вещам в нем не обладать капелькой магии? Просунув острый кончик зонта между прутьями, сама не знаю зачем потянула вверх.

Из острого кончика внезапно вылетела красная молния и ужалила хранителя в упитанный зад. Кот подпрыгнул, вздыбив шерсть, выгнул спину, и сразу вырос втрое. Клетка немедленно стала ему мала, так что просто разлетелась в клочья, как только полыхающие алым крылья коснулись ее прутьев.

– Как ты посмела, смертная?! – благим матом заорал Дейс, свирепо растопырив усы и грозно сверкая глазищами.

Если он думал меня напугать, то не угадал ни разу.

Я отчего-то умилилась и выпалила:

– Котик мой, любимый!

Бесячая чеширская улыбка стала совершенно кровожадной. Что вызвало во мне новый приступ нежности.

Я сгребла рогатое чудо в охапку, прижала к груди и принялась приговаривать, попутно осыпая поцелуями:

– Ты живой! Нет, ты правда живой? Я думала, что потеряла тебя! К нам кто-то вломился, Дейсик. Он посадил тебя в магическую клетку. А я так испугалась!

– Вломился? Кто, где? – кот молнией метнулся туда-сюда.

– Не знаю, он убежал. Кажется, я его напугала.

– Ты? Напугала? Это чем ты его напугала? Вот этим зонтиком что ли? – Дэйс вырвался из объятий, облетел меня по кругу, оглядывая оценивающе.

– Не совсем, – я скромно потупила глазки, – до зонтика не дошло. Я ему спела.

– Спела? – кот окончательно растерял боевой задор. Посмотрел на меня, как на умалишенную.

– Ага, хочешь, и тебе спою?

– Н-не надо!

Отказался он подозрительно поспешно. Но меня этим было не пронять. Из всех его слов я выделила главное:

– Погоди. Только не говори, что ты не видел, кто тебя в заточил в магическую ловушку?

Кот сразу поник. Даже алые крылышки виновато обвисли.

– Не видел, – признался он. – Хуже того, я и про клетку ничего не помню. Вдруг раз и словно уснул. А потом пришла ты и разбудила.

– Хм, – я нахмурилась и принялась барабанить пальцами по стене, – то есть мы с тобой понятия не имеем, кто шарил у нас в доме и зачем? Ничего себе перспективка.

– Не совсем так...

Я приободрилась.

– Поясни.

– Ну, – кот старательно затрепетал крылышками, хотя они ему были вовсе не нужны, чтобы держаться в воздухе, – дом у нас непростой. Чужих он бы не пропустил. Войти могли только те, кого он считает своим.

– И? – подогнала я. – Там сильно большой список?

– Нет...

– Да почему мне приходится из тебя каждое слово насильно вытягивать? – рявкнула я нетерпеливо. – Сколько их и кто конкретно? Быстро!

Дейс прижал ушки и вообще весь как-то скукожился. Прошептал еле слышно:

– Двое. Максим Брюс и твой капитан.

Откровение оглушило. Нет, я, конечно, была готова к чему-то подобному. Но надежда, как известно, умирает последней.

– Дьявол!

– Не ругайся, Лисетт! – выдал кот с видом заботливого папочки. – Не подобает благовоспитанной девице!

Это что-то новенькое. Раньше его моя благовоспитанность не заботила. Мужики по дому так и шастали. А тут вдруг... Интересно, чем его так приложило? Магией неизвестного злыдня или моим зонтом?

Дейс не дал мне углубиться размышления.

– Куда он хоть побежал? Видела? Вдруг догоню, тогда голубчику не поздоровится! – кот яростно зашипел и выпустил когти на всех четырех лапах. Пообещал зло: – Поймаю и допрошу!

– К выходу из парка, – я не оставила хранителю надежды. – Вряд ли догонишь. Да это и к лучшему. Вдруг он бы снова запер тебя? Или чего похуже. Давай лучше сообщим обо всем в полицию. Пусть они этим делом занимаются.

Дейс глянул на меня снисходительно:

– Лисетт, ты в своем уме? А если у нас был ОН? – хранитель выразительно возвел глаза к потолку. – Можно подумать ОН станет сам себя искать. Тебя же еще и обвинит.

Я прикусила губу. Верить в то, что по дому шарил Джастин, не хотелось. Ну не мог он! Не мог и все. Тогда кто? Макс? А этому-то зачем?

Если бы хотел ко мне в спальню залезть, просто пришел бы. Не стал шарить в гостиной. Дурь какая-то. Тогда кто?

Я прикрыла глаза. Сразу вспомнилась клетка, Матильда, мастерская. Перед внутренним взором всплыло красивое насмешливое лицо с теплым ласковым взглядом.

Как же хреново! А, главное, непонятно, как быть.

Дэйс приземлился на задние лапы, заложил передние за спину и принялся расхаживать по полу туда-сюда. Я расстроено наблюдала за ним, ожидая вердикта.

На душе было так пакостно, словно вынули из меня стержень. Словно отняли желание бороться. Это что же получается, кто-то из этих двоих, преданно заглядывающих мне в глаза и наперебой предлагающих всего себя без остатка, бессовестно врет? А главное – ради чего?

Взять Джастина – начальник департамента магической полиции, борец с преступностью. Что вдруг могло ему понадобиться в моем доме? Ума не приложу. А Максу? Тот же вопрос. Бредовая ситуация. Либо я чего-то не знаю?

Впрочем, это-то как раз не удивительно. Я не знаю ничего о настоящей Лисетт. Чем жила? Что творила? Неизвестно.

– Знаешь, что, – наконец остановился хранитель. – Ты не должна покидать пределы питомника. Пока я все не разузнаю, оставайся дома.

Я замахала рукой, останавливая его.

– Есть идея получше. Устроим очную ставку? А? Как думаешь? Пригласим обоих и зададим вопрос в лоб. А потом посмотрим, как они будут выкручиваться. Дейс, ты случаем не умеешь отличать правду от лжи?

– Чего не умею, того не умею.

– Жаль. Вот у Джастина на работе есть такая нужная штука...

– Нашла о чем вспомнить! – Кот громко зафыркал. – Да его контору самые лучшие мастера артефактами снабжают.

– Прям, хоть бери и воруй, – буркнула я и, предупреждая новый взрыв возмущения, добавила: – Нет, так нет. Завтра попробуем собрать тут сразу обоих голубчиков. Будет им допрос. А пока ты, – я ткнула пальцем в сторону хранителя, – следишь, чтобы никто к нам больше не залез. А я иду спать! И не смей меня будить. Иначе я сама тебя прибью, честное слово.

Глава 15. Где я создаю новых фамильяров и превращаю дом в неприступную крепость

Так не хотелось просыпаться. Хоть плачь. С недосыпу глаза не открывались. Руки сами рвались натянуть одеяло, укутать мою сонную тушку с головой и проваляться еще часика три. Как минимум! Я бы не отказалась и от четырех.

Отрезвляла одна лишь мысль – с ночными гостем надо как-то разобраться. Надо!!! Хоть пока и непонятно как.

Я с трудом собрала себя в кучку, погладила по головке, уговаривая мысленно быть умной девочкой и потащилась в ванную с твердым намерением решить все дела.

После помывки и стояния под холодным душем уже бодрая и ожившая кликнула кота:

– Дэйс! Ты где?

Тот не заставил себя ждать. В передо мной повисла чеширская улыбка и громоподобно мяукнула. На этом паршивец счел миссию выполненной и попытался исчезнуть. Мне пришлось его тормозить.

– Дэйс, для тебя есть важное партзадание. Срочно лети в имение Брюсов, зови Макса сюда. Да скажи, что дело архиважное. Практически вопрос жизни и смерти. Если будет сопротивляться, можешь укусить. Любя. Потом отправляйся в контору нашего капитана. Да подгадай так, чтобы Джастин успел примерно в одно время с Максимом. Капитана кусать не надо. Уверена, что сам прибежит.

Кот важно покивал, потом зевнул, проявился целиком, демонстративно поднял лапку, задумчиво оглядел бубенцы, но совсем хаметь не рискнул. Вместо этого протянул:

– Смею напомнить, дражайшая хозяюшка – я тебе – не какой-нибудь почтовый голубь. Я – хранитель! Моя задача – хранить питомник от всяких...

– И как успехи? – язвительно поинтересовалась я. – Получается?

Кот поперхнулся и принялся иступлено чесаться. Я же методично препарировала его самомнение:

– По-мне так не очень. Не справляешься ты со свое миссией, приятель. Вообще никак. Подводишь хозяйку.

Дейс тут же взвился, затараторил не хуже Матильды:

– Ты все неправильно поняла, Лисетт!

– Да ну? – я приподняла одну бровь. – Интересно девки пляшут. И как же это нужно понимать?

– И ничего интересного. Я – хранитель! Я не могу выходить за пределы питомника. Мне нельзя. Я исчезну!

– Врешь ведь? – я почувствовала себя усталой.

Дейс тут же прикинулся милым котиком, прижался к моим ногам, принялся тереться, мурча и бодая лбом под колено.

Как же с котами сложно спорить. Даже они с рожками и крыльями. Я нагнулась и почесала мохнатую тушку за ухом. Спросила в пустоту:

– И что теперь делать?

– Ждать. Или нарисовать нового фамильяра, а потом посылать его, куда хочешь! Правда, – котик горестно завздыхал, – прямо сейчас он никуда не полетит. Не сможет. Ему нужно время, чтобы обжиться в мире людей и начать служение.

Вот засада! Я закусила губу. Поймала ладонью синий хвостик и погладила по всей длине.

– Не расстраивайся, Лисетт. Твои кавалеры и сами придут. Вот увидишь. Лучше отвлекись немного и займись делами.

Отвлечься? А это мысль! Я быстренько переоделась в удобный брючный костюм и устремилась в мастерскую, подбадривая сама себя:

– Я нарисую фамильяра! Я вам сейчас такое нарисую, что ни она сволочь больше не сунется в мой дом.

***

За ночь дорожка к мастерской почти полностью расчистилась. Совершенно самостоятельно избавилась от травяных джунглей и зарослей сбрендившего кустарника. Сразу стали видны каменные «кирпичики», красиво скругленные по углам.

Идти было удобно. Ноги не спотыкались, не путались в траве. И я, машинально переставляя их, замурлыкала песенку из любимого мультика, стараясь выводить на разные голоса:

– Мы в город Изумрудный идем дорожкой трудной. Идем дорожкой трудной, дорожкой непрямой.

Тропа послушно виляла, огибая стволы деревьев. Напев лился весело, задорно:

– Заветных три желания исполнит мудрый Гудвин. И Элли возвратится с Тотошкою домою.

Хоть вместо Элли в наличии была Алиса. А вместо песика лыбился синий рогатый кот, мне казалось, что песенка буквально рассказывает мою историю. Открытым оставался один вопрос – стоит ли вообще возвращаться?

Допев последнюю ноту, я подняла глаза и замерла, забыв сделать следующий шаг.

Это была мастерская. Это точно была моя мастерская. Я ее, пусть с трудом, но узнавала по ступеням крыльца, по приметной двери, по окном и шторкам.

Только она разительно изменилась. За ночь кто-то безумный окрасил сарайчик в зеленый цвет. Надстроил над ним мансарду с красивой ломаной крышей и вырастил по краям две башенки с задорными флюгерами в виде летучих обезьян.

На этом элементе мое внимание задержалось больше всего.

– Точно! – выпалила я вслух. – Их и сделаю. Для охраны периметра самое то. Ни один гад не пролезет.

Я решительно притопнула ногой и замерла второй раз. Дорожка, еще пять минут назад бывшая обычной серенькой, окрасилась в сочный желтый цвет.

Сама! По доброй воле.

Я так увлеклась творчеством, что забыла обо всем на свете. Забыла про ночное вторжение, пропустила обед, отмахнулась от кота, который подозрительно зыркал на проснувшегося во мне трудоголика. А меня несло по кочкам.

Чудо-кисть послушно скользила по холсту, извлекая из небытия все, что приходило мне в голову. Перед глазами вспышками мелькали герои любимых с детства сказок, и наперебой кричали: «Нарисуй меня! Ну, нарисуй! Что тебе, сложно что ли?»

И я рисовала. Закрывала глаза, погружалась в водоворот фантазии, представляла в деталях очередного персонажа, и затаив дыхание следила за движениями кисти. Я своими руками творила чудеса. Настоящие! И это было восхитительно.

За несколько часов я не только обзавелась грозной авиацией в виде летучих обезьян, но и получила Страшилу с Дровосеком, точь-в-точь как на любимых иллюстрациях из детской книги. А кроме того  стала обладательницей самых милых Чебурашки и крокодила Гены. Когда ко мне в очередной раз ворвался вздыбленный Дэйс и заорал: «Что это за дуб? Хватит, остановись!», – я огляделась и поняла, что в самом деле немного увлеклась.

Выглянув за порог, восхищенно присвистнула: пространство питомника кардинально изменилось. Посреди двора возвышался величественный дуб, опоясанный золотыми цепями. Мимо него проходила желтая дорожка, делала затейливый изгиб и скрывалась в камышах на берегу пруда с кувшинками и квакающими лягушками.

Когда мимо меня промчалось нечто упитанное на коротких ножках и с рогом во лбу, а за ним задорно несся деревянный мальчишка с длинным носом, я поняла, что самую малость перестаралась.

На лужайке вперемешку бродили, болтали, играли герои разных сказок, и это было так же невероятно, как мое попадание в этот мир.

– Любуешьссся? – прошипело у самого уха.

Я скосила глаза и обнаружила знакомую улыбку, висящую в воздухе. Изумрудные глаза строго взирали на творящееся непотребство.

– А то! – с энтузиазмом, которого уже не чувствовала, воскликнула я. – Чего бы не полюбоваться хорошо сделанной работой.

– А кормить всю эту ораву ты чем будешь? – вкрадчиво спросил Дэйс.

И кормежка – это полбеды. А вот выносить за ними и чистить территорию от мин – работка, какую врагу не пожелаешь.

– А разве их надо кормить? – на всякий случай уточнила я.

– Конечно! Они же живые! Всякое живое существо требует кормежки.

– Жалко, – вздохнула я. – Неужто стирать их придется?

– Ладно-ладно. Не надо никого стирать! Достаточно сильного магического источника.

Я, как бык на красную тряпку, оперативно среагировала на слово «Источник», напрочь упустив прилагательное «Магический». С готовностью и кивнула и подхватила уставшую кисть.

Трудно мне что ли? Будет вам источник. Пейте, хоть уписайтесь. Буквально десятком мазков изобразила красивый античный фонтан, добавила в него искорок магии и щедрым движением руки установила всю конструкцию между мастерской и дубом.

С чувством выполненного долга известила кота:

– Готово.

– Что? – с недоумением переспросил тот.

– Источник. Ты же сам просил.

Я выглянула в окно и убедилась – вода задорно журчала, стекая из верхней чаши мраморного сооружения вниз.

– Лисетт! Магический источник нужен. МАГИЧЕСКИЙ! А ты что сделала?

Вот умеет он задавать неудобные вопросы. Не кот, а натуральный инквизитор. Хотя я конкретно так лопухнулась. Но виду показывать нельзя.

– А ты с чего взял, что он не магический? Ты же его не опробовал.

На меня настороженно покосились. Я сложила на груди руки и приняла важный вид. Подстегнула движением головы:

– Чего сидим? Кого ждем? Вода сама не придет. Быстренько сбегал на улицу и продегустировал.

***

Кот вылетел наружу, начисто игнорируя двери, просочившись внаглую сквозь стену. Я встала у окна и принялась с волнением наблюдать.

Мне и самой было интересно, что такое я умудрилась сотворить.

С моей позиции вид был, как на ладони. Дейс долетел до фонтана, завис над водой и застыл в нерешительности. Я сжала от волнения кулачки. Ну же? Ну!

Одна из сверкающих струек, нарушив все законы физики, потекла не сверху вниз, а по большой дуге из верхней мраморной чаши прямо в раскрытую кошачью пасть.

Я мысленно заметалась, не зная, что лучше – зажмуриться или наоборот раскрыть глаза пошире, чтобы ничего не пропустить. И тут кот вздрогнул, распушился и засиял, как лампочка Ильича.

Питомник напоминал идеальный паноптикум, в самом практичном значении этого слова – надежно защищенный объект, наполненный послушными мне существами.

По лужайкам бродили ожившие персонажи сказок. У ворот наяривал на гармошке крокодил Гена под восторженным взглядом Чебурашки. Гостей встречал радужный пони. На ветвях дуба сверкала чешуйчатым хвостом соблазнительная русалка, отвлекая злодеев аппетитным бюстом.

Где-то в засаде, я и сама не знала где, сидели железный Дровосек со Страшилой. За кустами крался храбрый Лев. С ним за компанию патрулировала периметр целая стая крылатых обезьян. Класс! Я вполне могла собой гордиться.

Так и хотелось воскликнуть: «Кто молодец? Я – молодец!»

С этим чувством я и поднялась по ступеням крыльца и остановилась под крышей портика, оглядев последний штрих в общей картине. По обе стороны парадной двери гордо восседали два беломраморных сфинкса.

Хищные львиные тела, благородные мужские лица и крылья. Мощные, огромные. В подушечках мускулистых лап сверкали черненой сталью керамбиты. Не статуи – натуральный шедевр. Бриллиант в моей коллекции фамильяров.

От одного вида прекрасных существ захватывало дух. А то, что они могли оживать и подчиняться моим командам, остальным знать совсем не обязательно. Должен же у меня оставаться козырь в рукаве для непрошенных гостей? Эдакий сюрприз.

Кто сказал, что сюрпризы всегда приятные? Нате! Получите!

Я огладила ладонью мраморную морду, поцеловала сфинкса в чуть теплый нос. Потрогала металл когтя. Люблю котиков. Практически обожаю.

– А чем это ты таким странным занимаешься, Лисетт? И зачем тут эти страшилки? – раздалось из-за спины вкрадчивое.

Ой, нет, с котиками я поспешила. Некоторых иногда жутко хочется прибить. Даже не иногда, а почти постоянно.

– Плюшками балуюсь, – буркнула я, вспомнив нетленное.

Кстати! А почему бы и не да. Я бы сейчас с удовольствием съела плюшечку-ватрушечку.

Подумала и добавила:

– А потом сделаю мантикору. И посажу у черного входа. – Специально повысила голос: – Потому что на некоторых никакой надежды! Из них охранники, как из меня балерина.

– Я хранитель, а не охранник, – взвыл означенный субъект.

– А мне без разницы. Однако, по дому шастают все, кому не лень. И я этим недовольна.

Обозрела ошарашенные кошачьи глаза и добавила не без злорадства:

– Вы у меня все будете строем ходить!

После чего гордо удалилась в дом. Плюшки сами себя не испекут.

***

Все-таки хорошо жить в магическом мире. Что ни говори, а сплошные плюсы. Тесто подходит как по мановению волшебной палочки, если его, конечно, оставить в специальной кастрюльке.

Жар в печи повинуется словесным приказам. Начинка замешивается сама, если правильно мотивировать хранителя.

Последнее особенно важно. Странно притихший кот усердно шуршал по кухне, норовя подсунуть мне то кофе, то бутербродик. Дирижировал столовыми приборами. Задвигал-вытаскивал противни. Выкладывал на подносы выпечку.  Он бы и ватрушки сделал полностью сам, если бы изначально знал, что это такое.

Я коту не мешала, изредка раздавала команды и строила планы:

– Как думаешь, Дейс, а если воду из источника разлить по пузырькам и наладить продажу, спрос будет?

Кот дрогнул всей тушкой и едва не уронил поднос.

– Что я такого сказала? – мой голос выдал крайнюю степень удивления.

– Знаешь, Лисетт, – хранитель осторожно водрузил горку ватрушек на стол, – иногда ты рассуждаешь, как мужчина. Я даже начинаю сомневаться, что ты девица.

– Ну, – буркнула я тихо-тихо, – в том, что я девица, я тоже не могу быть уверена, но то, что не мужчина, знаю точно.

– Что ты там бормочешь?

Я повысила голос:

– Точно не мужчина, говорю. Я проверяла. И глазами, и наощупь. Последний раз сегодня утром.

Кот как-то странно поперхнулся, попытался испариться. Я прищелкнула пальцами.

– Куда собрался? Я тебя не отпускала. Так что думаешь по поводу продажи бутыльков?