![](/files/books/160/oblozhka-knigi-tumannaya-raduga.-tom-2-si-375551.jpg)
Текст книги "Туманная радуга. Том 2 (СИ)"
Автор книги: Ксения Бугрим
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 38 страниц)
День подарков
Каникулы подошли к концу, и утром 11 января Вероника и Витя встретились в привычном им дворе, чтобы вместе пойти в школу. Друг выглядел не выспавшимся и даже слегка помятым, но пребывал в прекраснейшем настроении. Не дожидаясь ее вопросов, он сразу начал рассказывать, как провел последние шесть дней.
Под конец он сказал:
– Извини, что ни разу тебе не позвонил. Когда я увидел Роэля, то сразу обо всем забыл. Очнулся я только когда проводил его сегодня ночью в аэропорт.
– Все в порядке! Спешу заметить, что я тоже ни разу тебе не позвонила. Я, если так можно выразиться, тоже обо всем забыла. После нашей последней встречи, я практически не выходила из дома, если не считать Колиного дня рождения. Все остальное время я готовилась к тесту по плану, который мне любезно предоставил Игорь Старков.
Витя вопросительно на нее посмотрел.
– Одноклассник Ханина, – пояснила она. – На редкость сложный человек, но без его плана я бы пропала. Так что дай ему бог здоровья, как говорит моя бабушка.
– И как успехи? Готова триумфально ворваться в список лучших физиков школы?
Вероника вздохнула.
– Ага, как же. Я по-прежнему ничего не знаю, хотя день и ночь занималась только физикой. Но, по крайней мере, теперь у меня есть надежда, что я смогу различить, где – просто неправильный вариант ответа, а где – совсем бредовый. Я слышала, это чуть ли не самое главное по мнению профессора, который придумывал эти сумасшедшие тесты.
– Чтобы у тебя было больше мотивации, скажу, что Роэль нарисовал специально для тебя офигенную картину и привез ее с собой. Но отдам я ее тебе только после того, как ты получишь допуск к факультативу.
– Ого! Мне еще никто никогда не рисовал картин! А что на ней изображено?
– Узнаешь, когда сдашь тест, – невозмутимо отозвался Витя.
– Это нечестно! – возмутилась Вероника. – Он же просто так ее нарисовал! И наверняка даже не слышал ни о каком факультативе! Отдай ее немедленно! Моя! Моя картина!
Она вцепилась обеими руками в Витино плечо и стала его трясти.
– Хочешь вытрясти из меня картину? – расхохотался тот. – Сумасшедшая, куда бы я мог ее спрятать, она же большая? Да и зачем бы я попер ее с собой в школу?
– Я вижу, что картины при тебе нет. Просто намекаю, что неплохо бы принести ее мне! Если бы ты, как обещал, познакомил меня с Роэлем, он бы вручил мне эту картину просто так! Так что ты не имеешь права держать ее в заложниках! Он бы этого не одобрил.
– Я с ним уже посоветовался, – возразил друг. – Он сказал, что будет очень горд, если его картина придаст тебе мотивации сдать тест. Но так уж и быть, я покажу тебе ее на фотографии.
Он достал мобильный и показал Веронике изображение на экране. Картина действительно выглядела довольно большой – вполовину дивана в Витиной комнате. На ней были нарисованы две фигуры, силуэты мужчины и женщины, сливающиеся в поцелуе. Никакой пошлости, сплошная красота. Женщина была будто вся сделана из воды. В ее волосах плескались волны, создавая вокруг нее изумрудные брызги. А мужчина был огнем: в его мужественных чертах горел пожар, и рядом неистово плясали искры. Они были словно Инь и Ян, две противоположности, навечно объединенные друг с другом в идеальном балансе.
– Господи, да она совершенна! – воскликнула девушка. – Роэль – настоящий талант! Девушка-океан очень похожа на меня. А еще я Водолей по знаку Зодиака. Это знак Воздуха, но он, как понятно из названия, тесно связан с водой. Его даже рисуют в виде двух параллельных друг другу волн. Я всегда любила водную стихию и, если бы мне нужно было изобразить свой силуэт, я бы тоже нарисовала его в цветах воды. А парня я всегда хотела в противоположность себе. Именно такого, как на картине. Роэль как будто угадал мои мысли!
– Я много рассказывал ему о тебе. Ты ведь мой друг. – Витя посмотрел на нее с теплотой во взгляде. – Его так вдохновили мои рассказы, твоя доброта и кристальная честность, что он попросил у меня фотографию и нарисовал картину. Он действительно рисовал тебя. Тогда я еще не знал, что он хочет привести картину сюда и подарить ее тебе. Он хотел вручить ее лично, но, как я уже упомянул, мы с ним немного выпали из реальности. Обещаю, в следующий раз я обязательно вас познакомлю!
– Витя, отдай мне картину, – взмолилась Вероника. – Я повешу ее у себя над кроватью.
– Отдам сразу после того, как увижу тебя в списке допущенных на факультатив, – улыбнулся тот.
Возле школы их поджидал Селоустьев. Именно поджидал – это ясно читалось на его лице, искаженном злобной гримасой. Он не говорил ни слова, просто молча стоял, провожая их полным ненависти взглядом.
– Чего это с ним? – шепнула Вероника.
– А что не так? – Витя насмешливо глядел в сторону брата. – Вполне обычное состояние Костика.
– Да, но он смотрит так, как будто хочет убить нас обоих. Это как-то совсем нездорово.
– Здоровый взгляд на жизнь и Костик – вещи несовместимые. Но на всякий случай я бы посоветовал тебе не ходить по школе одной. Кто знает, какие метаморфозы произошли с его мозгом за время каникул.
– Ты меня пугаешь.
– Даже не думал. Просто не давай ему возможности остаться с тобой наедине. Зачем тебе слушать его бредни?
– Твоя правда.
Они зашли в школу и сели на лавочку в холле, чтобы вместе переобуться. Кроме них в школе еще почти никого не было. Витя устало прислонился спиной к стене и провел рукой по волосам, чтобы убрать непослушные пряди со лба.
– Ладно, я побежала, – переобувшись, сказала Вероника. – Ирина Геннадьевна у нас любит приходить пораньше. Не хочу, чтобы она лишний раз огорчалась, видя нас вместе.
Дождавшись подруг, Вероника потащила их с собой в учительскую. Она помнила, что Селоустьев где-то рядом, и не хотела давать ему возможности застать себя врасплох.
– Факультативы для десятых и одиннадцатых классов стартуют со следующей недели, – сказала девушка, выйдя из учительской. – Все списки нужно подать до ближайшей пятницы, так что крайний день для сдачи теста – четверг, четырнадцатое января…
– И, конечно, ты записалась на самый крайний день, – перебила Зинаида.
– Само собой. А как еще.
– У меня такое чувство, что ты еще более не уверена в себе, чем до начала каникул, – заметила Ира.
– Так и есть. – Вероника вздохнула. – По моему опыту, в физике существует некая обратно пропорциональная зависимость между количеством полученной информации и уровнем знаний по итогу.
– Парадокс Каспраныча?
– Вроде того.
– Ну так рассказывай подробнее, как так случилось. Мы с Иркой ничего не поняли.
– Хорошо. Но сначала вы обе расскажете мне, как провели каникулы. Ваши истории будут явно поинтереснее парадокса Каспраныча.
Весь день подруги делились друг с другом впечатлениями о проведенных каникулах. После уроков они решили все вместе пойти в госте к Зинаиде, чтобы посмотреть фотографии, которые она привезла с горнолыжного курорта в Архызе.
– Что это с моим пакетом… – пробормотала Вероника, когда после седьмого урока все трое оказались в раздевалке.
Ее пакет со сменкой увечился, как минимум, втрое по сравнению с последним разом, когда она его видела.
– А что с ним не так? – спросила Зинаида.
– Не похоже, чтобы в нем лежали только одни сапоги. Кто-то что-то туда запихнул. Интересно, что…
Вероника испугалась, что содержимое пакета может быть опасно. Кто знает, вдруг какой-нибудь условный Селоустьев подложил ей самодельную бомбу?
– Ну и что, теперь открывать не будешь? – нетерпеливо пробормотала Зинаида. – Давай уже, или я сделаю это сама.
Вероника осторожно сняла пакет с крючка и заглянула внутрь. Там, в прозрачной упаковке, лежали три книги доселе не известных ей авторов и красный мешочек. Книги были объемные, в твердом переплете и с искусно оформленными обложками. По названиям и картинкам было ясно, что все три произведения написаны в стиле фэнтези. В красном плюшевом мешочке, похожем на мешок Деда Мороза, лежали сладости: шоколадные батончики, леденцы на палочке, жевательный мармелад, воздушный зефир, пара плиток шоколада и шоколадно-ореховая паста. И все это – ее любимых марок, и с любимыми вкусами!
«Селоустьев тут явно не при чем, – подумала она, с любопытством разглядывая подарки, которые своей выверенной точностью попадали прямо в цель, в самую душу. – Но кто же это? Никто из парней не знает меня настолько хорошо…»
Ира, которая уже успела переодеться, появилась в проходе.
– Ого, откуда все это? – спросила она.
– Кто-то подложил ей это в пакет со сменкой, – сказала Зинаида. – И этот кто-то явно хорошо ее знает.
– Это так романтично! – протянула Ира. – Наверное, это Тимур. Да, точно он. Кто же еще?
– Не думаю, что это он, – с сомнением проговорила Вероника, складывая подарки в рюкзак. – Он понятия не имеет, что я люблю фэнтезийные книги и молочный шоколад с вафельно-кокосовой начинкой. Ему никогда не было интересно, чем я увлекаюсь, и какие у меня гастрономические предпочтения.
– Но если это не Ханин, то кто? Ирка права – кроме него некому. Это мог быть Бобарыкин, но ты же сама сегодня рассказывала, что он без памяти любит свою Татьяну. Так что вряд ли он стал бы дарить тебе все это, да еще вот так, тайком.
– Ханина можно сразу исключить из списка подозреваемых. Девочки, поверьте мне, я знаю, о чем говорю. И да, это точно не Коля. И не Витя! – Она бросила взгляд на Иру. – А больше я ни с кем не общаюсь, и поэтому знаете, что? Я с удовольствием почитаю книги, ведь я такие еще не читала. А сладости мы продегустируем все вместе, в ближайшие десять минут. И мне абсолютно все равно, кто принес эти подарки. Если он посчитал нужным остаться инкогнито, пускай так и будет. Одно скажу точно: этот парень – первый, кто отнесся ко мне с такой внимательностью.
– Последнюю фразу ты прямо-таки пропела, – улыбнулась Ира. – Было бы здорово, если бы этот парень пригласил тебя на свидание!
– Я бы, не думая, согласилась. Кем бы он ни был.
– А если это какой-нибудь задохлик-девятиклассник с акне, который носит сразу две пары очков? – прищурилась Зинаида.
– Ну и что? – пожала плечами Вероника. – Зато ему не плевать на мои интересы. – Перед глазами у нее стоял Тимур, и она будто бы обращалась к нему: – Красивые парни ничем не лучше. Думают только о себе. Они, кажется, созданы исключительно для того, чтобы стать тем самым негативным опытом, который позволит избежать ошибок в будущем. В остальном же от них одни разочарования.
***
Все оставшиеся до четверга дни Вероника активно готовилась к тестированию. Как бы ей ни хотелось начать читать одну из ее новых книжек, подаренных славным незнакомцем, она твердо решила, что сделает это только после того, как сдаст тест.
Подготовка не то чтобы шла, как по маслу, но, по крайней мере, в эти дни ей в голову не лезли всякие бредовые, навязчивые мысли. Во-первых, Тимура по каким-то причинам не было в школе. Возможно, на новогодние каникулы он с родителями уехал в Австрию и задержался там. Он давно рассказывал ей об этой поездке. Не видеть его было здорово, потому что он всегда являлся для нее главным отвлекающим фактором.
Во-вторых, все попытки Селоустьева до нее добраться оказывались тщетны. По совету Вити, девушка всегда была с подругами, либо находилась в местах большого скопления людей, где Костик просто не смог бы причинить ей вред. А он, судя по его выражению лица, страстно этого желал. Она не могла понять, что подвигло его на такую реакцию, но факт оставался фактом – при виде нее его глаза от злости почти что наливались кровью. Видя его беспомощность, Вероника в какой-то мере успокоилась, поняв, что стены школы сдерживают психопата от решительных действий, и бояться нечего.
В-третьих, Мальцева, которая периодически встречалась на пути, выглядела довольной и вполне счастливой. Вероника надеялась, что это связано с примирением с Тимуром. Как бы горько ей ни было видеть этих двоих вместе, она понимала, что так будет лучше. Так она быстрее сможет потерять всякую надежду и окончательно о нем забыть. А надеялась она на некое чудо, что он осознает все свои ошибки, искренне раскается и поймет, что всегда любил только ее одну. Эти мысли были похожи на сумасшествие, и этим она ничем не отличалась от такого же безумного Селоустьева, который видел то, чего нет, не было и никогда не будет.
Географ
В четверг, после занятий, Вероника пришла в учительскую и получила там свой вариант теста, состоящий из трех листов формата «А4». Ее посадили прямо в предбаннике перед кабинетом Надежды Тарасовны, где обычно сидел ее секретарь. Телефон и рюкзак девушка оставила у завуча, так что на столе перед ней лежала лишь ручка, чистая тетрадка в клетку, калькулятор и таблица с физическими постоянными, которую не возбранялось использовать.
Первый же вопрос вызвал замешательство. «Как возникает звезда?» – гласил он. Вероника что-то смутно припоминала, но, если бы здесь не было вариантов ответа, она бы ни в жизнь не смогла ответить. Она точно знала, что возникновение любой звезды – это всегда ядерная реакция. Поэтому вполне логичным ей показался вариант «B», в котором говорилось, что из-за всемирного притяжения аккумулируется материя, а очень большие скопления масс способствуют возникновению давления в центре, из-за чего и происходит ядерная реакция.
Второй вопрос «почему предсказать будущее невозможно?» окончательно сбил Веронику с толку. Поскольку на сдачу теста у нее было всего полчаса, она решила не тратить время на раздумья и отвечать только на самые легкие вопросы. Таких вопросов, увы, было немного: «что такое атомное число ядра?», «каковы три основные характеристики звуковых (и любых других) волн?», «почему Земля не идеально круглая?», «что общего у волн и частиц?». А еще ей крупно повезло: в ее варианте тестирования было четыре вопроса, которые попадались Игорю. Правильные ответы на них она, конечно, знала наизусть, хотя и не всегда понимала их смысл. Итак, чуть меньше, чем за треть всего времени ей удалось ответить на девять вопросов. Оставалось еще двадцать шесть, ответы на которые она знать не знала. Например, «верно ли, что ваша масса останется одинаковой независимо от того, в каком месте Вселенной вы находитесь?» или «сможет ли монетка убить человека, если плашмя упадет ему на макушку с высоты в четыреста метров при ускорении свободного падения в 9,8 м/с?».
Спустя отведенные тридцать минут, Веронике кое-как удалось ответить на все вопросы, но она по-прежнему была уверена в правильности только девяти из них. Ей сказали, что ответы проверят в течение двух часов, и завтра она сможет узнать свои результаты. Но она точно знала, что, оказавшись дома, не сможет найти себе места из-за волнения, и поэтому решила подождать эти два часа. Уж лучше узнать все сегодня.
Чтобы не слоняться по школе, девушка решила прогуляться в небольшом сквере возле городского театра, что находился неподалеку от школы. На улице было морозно и снежно, но с утра она предусмотрительно оделась потеплее. С собой у нее была одна из новых книжек, подаренных таинственным незнакомцем. Она сдала тест и теперь имеет полное право погрузиться в увлекательное чтиво. В сквере ожидаемо никого не было. Слегка расчистив лавочку от снега, Вероника присела на краешек, сняла одну варежку и раскрыла книгу. Почти мгновенно улетев в новый, неизведанный фентэзийный мир, она не сразу услышала медленные скрипучие шаги у себя за спиной. Наконец, уловив легкий шлейф угрозы, обвивающий ее, она резко обернулась и увидела Селоустьева.
Он казался спокойным. Беспокойно вела себя лишь зубочистка у него во рту, которая ходила туда-сюда. Как будто он усиленно пытался скрыть агрессию, так и рвущуюся из него. За спиной у психопата висел школьный рюкзак. Судя по всему, она сначала дождался, пока Вероника сдаст тестирование, а затем последовал за ней до сквера. От этой мысли девушке стало жутко.
Бежать уже не было особого смысла. Кричать тоже. Приняв свое незавидное положение, Вероника смиренно ждала, что будет дальше.
Селоустьев сел рядом и, глядя куда-то вдаль, произнес:
– Женщинам нельзя сидеть на снегу. Так можно лишиться своей основной функции – способности к воспроизводству. Глупо ставить на кон весь смысл своего существования, просто сидя на скамейке, верно? – Селоустьев кивнул сам себе, а затем взял книгу у нее из рук. – Опять детские сказочки? – Он покачал головой. – Сдается мне, тебе на мозги действует не только мой двоюродный родственник, но и подобная литература. Я надеялся, ты повзрослеешь и начнешь думать самостоятельно. Но я ошибся. Тебе проще, чтобы за тебя думали дурацкие книжки и всякие безумцы вроде Виктора. Я прав?
Он вернул Веронике книгу, и она спешно спрятала ее в рюкзак.
– Честно признаться, я не совсем понимаю, о чем идет речь, – осторожно начала она, поглядывая на своего собеседника. Ей не хотелось упустить какие-либо изменения в выражении его лица, которые могли бы просигнализировать ей об опасности. Если она вовремя сорвется с места и побежит, возможно, ей удастся добраться до театра и позвать на помощь. – Книги, да, очень глупые, но ничего не поделаешь. Не всем же дано читать более серьезную литературу.
– Ничего не поделаешь?? – взревел Костя. – Ты позволяешь каждому вмешиваться в наши отношения и решать за тебя, как поступить. – Он взмахнул руками, напугав Веронику до чертиков. Но его пыл вдруг резко угас. Как будто кто-то его потушил. Более спокойным голосом Костя продолжил: – Давай я немного расскажу тебе о твоем новом парне…
– У меня нет парня, но, если хочешь, рассказывай, конечно.
Руки, которые Костя держал у себя на коленях, сжались в кулаки и побелели.
– О нет, дорогая, – пропел он. – Нет смысла отпираться. Я видел вас вместе. Я знаю, что он познакомил тебя со своей семьей. Более того, у меня есть подтверждающие это фотографии.
Смысла отпираться действительно не было. Да Вероника и не могла этого сделать, иначе придется раскрыть Витин секрет. Она бы никогда так с ним не поступила. «Но, черт возьми, какие еще фотографии??»
Увидев, что в раздумьях она закусила губу, Селоустьев удовлетворенно оскалился.
– Так вот позволь мне продолжить, – сказал он и приобнял ее за плечи. С виду они наверняка напоминали влюбленную парочку, но девушка понимала, что это не что иное, как объятья удава, готового в любой момент придушить свою жертву. – Виктор – отъявленный шизофреник и завистливый мерзавец. Все что он наговорил обо мне – наглая ложь. У него нет никаких доказательств, только одни лишь его безумные теории. Он полжизни спит и видит, как бы меня прищучить. Зачем, по-твоему, он посреди года подался в нашу школу? Все ради того, чтобы подобраться ко мне поближе. Я бы мог не обращать на его потуги внимания, но он зашел слишком далеко. Пустил свои щупальца в твою сторону. Мне казалось, что ты достаточно умна, чтобы не позволять ему навязывать тебе свои идеи, но я был слишком высокого мнения о тебе и слишком низкого о нем. Признаюсь, это мое упущение. Я должен был предположить, что настоящий фанатик поистине искусен в своем деле, но я никак не ожидал, что Виктор станет настолько одержим мной. Нами. Раскрой наконец глаза и пойми, что он хочет утащить тебя вслед за собой. И ко дну вы пойдете вместе, взявшись за руки. Но даже там, на глубине, чувствуя, как жизнь покидает его тело, он будет счастлив от мысли, что рядом с ним задыхаешься ты. Потому что его целью является полное уничтожение всего, что мне дорого. И ради этого он готов принести в жертву самого себя. – С каждой новой его фразой, глаза Вероники становились все шире, а брови стремились вверх. Но она терпеливо ждала, пока Селоустьев закончит свою оду безумию. – Но есть одна ма-аленькая, – большим и указательным пальцами он изобразил крошечный отрезок, – деталь. Ты не так уникальна, как ты думаешь. Я пытаюсь протянуть тебе руку помощи только потому, что ты не заслужила такой участи. Да, он завладел твоей волей, потому как этому ничего не препятствовало. Вероятно, ты даже не поняла, в какой момент это произошло. Но глупость – не порок. Глупость – всего лишь твоя особенность, твое врожденное свойство. Было бы нечестно тебя за это винить. Так что я в последний раз предложу тебе помощь. – Он протянул девушке руку и посмотрел ей в глаза. – Если разум еще не до конца покинул тебя, ты ее примешь, ведь верить можно только мне.
– Э-э, да, похоже, что ты прав. – Она пожала ему руку и потрясла ей в воздухе. – Разум действительно чуть не покинул меня. Я почувствовала это, когда мы начали разговаривать.
– Мне кажется, или я слышу в твоих словах иронию? По-твоему, то, что я говорю – забавно?
– Нет-нет, ничего такого! – Она испуганно замотала головой. – Я всерьез задумалась над сказанным. Мне просто нужно немного времени все осмыслить.
Он поднялся на ноги, запустил руки ей под шарф и обхватил ее шею. Он не сжимал пальцы и действовал почти что нежно, но ей все равно сделалось жутко. Его руки были так холодны, что казалось, будто за горло ее держит мертвец. Вероника почувствовала, как леденеет все тело. Она не могла даже пошевелиться и лишь одними зрачками испуганно озиралась по сторонам в поиске помощи. Но в сквере по-прежнему не было ни души.
– Милая, бог – свидетель, я любил тебя. Но бога не существует, и поэтому мне плевать на его гнев. Я главный вершитель судьбы и сам решаю, как все будет. Даю тебе право выбрать, за кем ты последуешь: за мной или безумцем, одержимым своими демонами.
«Но это ведь одно и то же», – промелькнуло в голове у Вероники.
Не дождавшись ее ответа, Селоустьев разжал хват, развернулся и скрылся из вида.
Подождав немного и уняв дрожь, девушка направилась обратно в школу. По пути она корила себя, что в который раз подыграла психопату, хотя уже много раз обещала себе этого не делать.
В холле она встретила Марию Владиславовну, школьного завуча, которая сказала ей, что результаты тестирования уже готовы. Перепрыгивая через две ступеньки, Вероника добралась до учительской и буквально ворвалась туда.
– Здравствуйте еще раз, Мария Владиславовна сказала, что тест уже проверили…
– Проверили, но обрадовать тебя мне нечем, – секретарь указала на листок, лежащий с ближнего к Веронике краю стола. – Ты не набрала достаточно баллов.
Девушка взяла листок и взглянула на свои результаты. Там было сказано, что она ответила только на семнадцать вопросов из тридцати пяти, когда ей нужно было ответить минимум на тридцать.
Она покинула учительскую и присела на корточки в уголке неподалеку. Слезы уже стояли в глазах, и спускаться в таком виде в холл было никак нельзя. Вскоре дверь учительской открылась, и оттуда вышла секретарь. Она решила спуститься вниз с противоположной стороны и не заметила плачущую ученицу.
Теперь все кабинеты второго этажа были пусты, а младшеклассники, которые учились во вторую смену, обычно не покидали третий этаж. Поняв, что теперь ее никто не увидит, Вероника дала волю слезам.
«Провалить тест после того, как тебе подробно расписали, какие темы нужно выучить… Столько времени подготовки – и все впустую… Как такое вообще возможно??» – всхлипывая, сокрушалась она. – «И я еще надеялась, что попаду на факультатив со своими куриными мозгами…»
Скрип двери учительской застал девушку врасплох. За ту секунду, что открывалась дверь, она успела только подняться на ноги. В коридор выглянул незнакомый ей мужчина лет пятидесяти на вид. Нам нем был твидовый пиджак коричневого цвета и модные ботинки с вырезанным на носах узором. Его волосы слегка торчали в разные стороны, и он пригладил их рукой. Вероника никогда раньше его не видела. Должно быть, это их новый учитель географии, о котором в последнее время болтали одноклассницы. Росомаха сообщила, что новый учитель – мужчина, и все девчонки почему-то сразу решили, что он будет не старше двадцати пяти.
– Я думал, что мне мерещится чей-то плач, – сказал географ. – А оказалось – нет, не мерещится. Вас кто-то обидел, юная леди?
– Нет-нет, все в порядке, – заговорила Вероника, спешно вытирая слезы. – Меня никто не трогал, я просто не сдала тест и немного огорчилась из-за этого, вот и все. Извините, что потревожила вас.
– Нет, скорее это я вас потревожил, – добродушно улыбнулся учитель. – Скажите, неужели какой-то тест настолько вас расстроил? Это же такой пустяк. Кроме того, я уверен, что вам обязательно дадут возможность его пересдать.
– Разве что в следующем году, и то, я не очень уверена, что мне позволят сделать это во второй раз. Это был тест, который необходимо сдать, чтобы попасть на факультатив по физике. На него обычно дается одна попытка. И вот сегодня я ее провалила.
На последней фразе ее голос предательски сорвался. Она была уверена, что уж при учителе ни за что не разрыдается, но не тут-то было.
– О, не плачьте, говорят, этот тест очень сложный, – он покачал головой. – Сомневаюсь, что я бы смог его сдать, будь я на вашем месте.
– Да будь на моем месте кто угодно, он бы сдал этот тест. Даже вы, уж не сомневайтесь. – Поняв, что не очень удачно выразилась, Вероника виновато посмотрела на учителя. – Я имею в виду, что хоть географ, хоть историк, хоть трудовик: каждый бы справился с тестом, готовясь по тому плану, который был у меня. Только представьте: у меня был перечень всех тем и даже один готовый вариант с вопросами и правильными ответами. И я все равно не смогла его сдать! Ну не дура ли? – Она достала из кармашка рюкзака бумажный платочек и шумно высморкалась. – Извините, что вам пришлось это выслушивать. Я сейчас схожу умоюсь и пойду домой, а вы спокойно работайте.
– Я не могу отпустить вас домой в таком состоянии. Пойдемте-ка. – Он открыл дверь в учительскую. – Я напою вас чаем. И даже не думайте отказываться. У нас есть свежайший ягодный рулет и шоколадные конфеты. Сладости – это зачастую единственное, что может быстро поднять настроение и помочь сосредоточиться.
Поняв, что все равно не станет спускаться вниз раньше, чем через полчаса, Вероника решила принять приглашение.
Учитель заварил чай и, поставив на стол тарелку с рулетом и вазочку с конфетами, произнес:
– А знаете что? Давайте, я сейчас найду ваш тест, и пока вы пьете чай, мы разберем ваши ошибки?
– Было бы здорово!
Он вернулся с ее листочком и еще с какой-то папкой. Видимо, в ней хранились ключи к тесту. Сев на противоположном конце стола, он отхлебнул чаю, и произнес:
– Начнем со второго вопроса. «Почему предсказать будущее невозможно?» Вы выбрали вариант «С», в котором сказано, что современной науке еще не известен механизм, по которому возможно бы было его рассчитать.
– Ну да. И я не понимаю, что здесь не так.
– Но ведь есть еще, к примеру, вариант «D»: «Потому что машина времени еще не изобретена». Тоже звучит вполне правдиво.
Правильный ответ неожиданно возник у Вероники перед глазами. Хлопнув себя по лбу, она воскликнула:
– Вы правы! Я же совсем недавно смотрела лекцию Ричарда Фейнмана, – это очень известный физик, лауреат Нобелевской премии, – так вот в лекции он как раз объяснял, что поведение частиц всегда будет разным, даже при одних и тех же условиях. Я определенно знаю верный ответ! Тот, в котором говорится о принципе неопределенности. Вариант «A», если я не ошибаюсь.
– Именно так, – кивнул учитель, разворачивая конфету. – Этот ответ действительно указан в ключе, как верный.
– Там только один вариант был совершенно нелепым… Все остальные звучали убедительно, – начала вспоминать девушка. – Но только вариант «А» был верным и емким с точки зрения научного объяснения. Он же и включал в себя вариант с машиной времени и не известным науке механизмом. Эх…
– Может быть, вы ответили неверно из-за волнения?
– Я не очень-то волновалась, – призналась Вероника. – Автор теста сам подсказывал мне, как нужно ответить, а я почему-то не поверила, что все может оказаться так легко. Ожидала от него какого-то подвоха. Ой… – Внезапно к ней пришло еще одно озарение – она уже заранее знала вопрос, в котором тоже совершила похожую ошибку. – Там был еще вопрос про монетку, которая падает с огромной высоты. Я ответила, что при определенных обстоятельствах она может убить того бедолагу, которому упадет на голову. И это тоже неправильный ответ, я теперь точно знаю.
Учитель начал искать глазами вопрос:
– Вижу, нашел. И как бы вы ответили сейчас?
– Я бы ответила, что монетка, конечно же, не сможет никого убить, потому что сопротивление воздуха не даст ей разогнаться, с какой бы высоты она не падала. Высота здесь вообще не важна. Иначе дождевая капля вообще могла бы пробить крышу дома, потому что летела бы с еще большего расстояния. Не знаю, почему мне это сразу не пришло в голову… – Она вздохнула и обхватила руками чашку, чтобы унять дрожь. – Знаете, я частенько начинаю понимать, как нужно было действовать, когда уже слишком поздно.
– Некоторые не понимают этого всю жизнь, – улыбнулся учитель. – Вы же, скорее, просто не могли поверить, что способны дать правильный ответ, и поэтому предпочитали делать выбор в пользу иного варианта. Это не делает ваши знания менее точными. Вы вполне могли бы побороться за место на этом факультативе. – Он съел еще одну конфету и, прикрыв глаза от удовольствия, проговорил: – Ну что ж, поехали дальше…
Похоже, географ был прав. По итогам проверки Вероника смогла правильно ответить еще на шесть вопросов. Она действительно знала ответ на каждый из них, но почему-то при сдаче теста ответила неверно. Видимо ей действительно было сложно поверить, что информация в ее голове представляет собой точные и достоверные сведения, а не просто догадки и домыслы. А еще у нее не было ни одного стоп-ответа, что означало, что она хотя бы в общих чертах понимает суть происходящего. Это стало для нее своего рода утешением – все-таки подготовка не прошла даром, и в голове отложилась масса полезных сведений. Но, увы, даже если бы она не совершила все эти досадные ошибки, у нее было бы двадцать пять правильных ответов, чего все равно недостаточно для того, чтобы попасть на факультатив. Впрочем, она уже не съедала себя за глупость и не ставила на себе клеймо позора. Двадцать пять правильных ответов – прекрасный результат, пускай даже не официальный. Теперь Вероника точно знала, что она не так плоха, как ей всегда казалось. И все это благодаря новому учителю, который будто бы был послан ей с небес. Ей уже в который раз везло на хороших людей, и она была очень рада, что в их школе теперь на одного замечательного учителя больше.