355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Кристофер Найт » Ключ Хирама. Фараоны, массоны и утерянные свитки Иисуса » Текст книги (страница 5)
Ключ Хирама. Фараоны, массоны и утерянные свитки Иисуса
  • Текст добавлен: 15 октября 2016, 03:58

Текст книги "Ключ Хирама. Фараоны, массоны и утерянные свитки Иисуса"


Автор книги: Кристофер Найт


Соавторы: Роберт Ломас
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 34 страниц)

ГЛАВА ПЯТАЯ. ИИСУС ХРИСТОС: ЧЕЛОВЕК, БОГ, МИФ ИЛИ МАСОН?


Еще один рожденный девой

Если бы церковная версия событий, связанных с жизнью Иисуса Христа, была исторически неточна, следовало бы ожидать, что большинство документов того времени вступило бы в конфликт с “официальной” точкой зрения. Именно это мы и обнаружили, когда ознакомились с рукописями Наг Хаммади и свитками Мертвого моря, содержащими принципиально иную трактовку событий по сравнению с Новым Заветом.

Основную трудность для церкви представляло то, что главный христианский миф был создан задолго до Иисуса Христа. В действительности он так же стар, как само человечество. Жизнь героя – от рождения девой в убогой обстановке до жертвенной смерти ради спасения своего народа – была описана давно и раз за разом повторялась в религиозных сказаниях ряда культур. Речь идет не о внешнем сходстве, а о полной повторяемости. История Митры (или Митраса), культ которого был также широко распространен в Римской империи, настолько близка к истории Христа, что отцам церкви пришлось приписать это совпадение козням дьявола, решившего создать пародию на Иисуса. То, что культ Митры существовал задолго до рождения христианского мессии, нисколько не смутило этих находчивых людей: они ничтоже сумняшеся заявили, что дьявол, этот хитрый старый лис, вернулся в прошлое и создал человека, который должен был дискредитировать “явную” оригинальность истории Христа. Перечислим только нескольких обожествляемых личностей, живших задолго до Христа:

Гаутама Будда – рожден девой Майей около 600 г. до н.э.

Дионис – греческий бог, рожденный девой на конюшне и превращавший воду в вино.

Квирин – спаситель раннего Рима, рожден девой.

Аттис – рожден девой Намой во Фригии около 200 г. до н.э.

Индра – рожден девой в Тибете около 700 г. до н.э.

Адонис – вавилонский бог, рожден девой Иштар.

Кришна – бог индуистского пантеона, рожден девой Деваки около 1200 г. до н.э.

Зороастр (Заратуштра) – рожден девой в 1500-1200 г. до н.э.

Митра – рожден девой на конюшне 25 декабря примерно 600 г. до н.э. Его воскресение праздновалось на Пасху.

Оказывается, великое множество невинных юных леди из века в век занималось тем, что рожало детей богов!

Культ Митры особенно смущал христиан, которые не разделяли теорию Сатаны, путешествующего во времени. Митраизм, являющийся сирийской версией более древнего персидского культа Заратуштры, впервые проник в Римскую империю примерно в 67 г. до н.э. Его догматы включают крещение, причащение, а также веру в бессмертие, в спасителя (который умирает и возрождается, чтобы служить посредником между богом и человеком), в воскресение, в последний суд, в рай и ад. Интересно, что в церемониях митраизма тоже используются свечи, курения и колокольный звон. Поклонники данного культа верили в божественность императора и спокойно мирились с другими культами, но в конце концов были поглощены куда более нетерпимыми христианами. Ниже будет показано, что подлинная секта Иисуса, так называемая Иерусалимская церковь, была лишена большинства языческих предрассудков; то были намного более поздние римские добавления, сделанные с целью создать теологический гибрид, который бы отвечал нуждам как можно большего количества граждан. Если плебеям нужны суеверия, в конце концов рассудили римляне, почему бы не объединить их в религию, которая будет контролироваться государством?

Не случись в эпоху более позднего Рима незаметного поворота судьбы, добропорядочные граждане сегодня ездили бы на воскресную службу в машинах, на окнах которых были бы наклеены картинки с надписью: “Митра любит вас”.

Другой важной проблемой является настоящее имя Христа. Большинство людей знает, что “Иисус Христос” есть более позднее эллинизированное имя, к которому добавлен титул, но не дает себе труда задуматься над тем, каким было истинное имя этого богочеловека. Имя, данное ему при рождении, точно не известно, но вполне вероятно, что при жизни его звали Иегошуа – “Иегова (Яхве) приносит”, что на современном языке означает нечто вроде “тот, кто принесет победу”. Позднее это имя сократилось до Иешуа (по-английски Джошуа).То же самое имя носил знаменитый полководец из Ветхого Завета, который принес своему народу победу в битве у Иерихона, стены которого рухнули от звука труб. Имя Иисус – это всего лишь греческая форма еврейского имени Иегошуа, но добавленный к ней титул Христос куда менее прозаичен. Это греческий перевод еврейского титула Мессия, получившего значение “несущий спасение посредством искупления греха”, хотя смысл этого еврейско-арамейского слова куда проще: “человек, который станет законным еврейским царем”. Согласно еврейской традиции, цари Израиля всегда отождествлялись с мессиями. Поэтому для тамошних жителей это слово означало будущего царя или наследника престола. То было значение прямое и практическое: можно быть уверенным в том, что еврейская концепция мессии как потенциального владельца престола не содержала в себе никакого подтекста. (Mowinckel S. He that cometh).

Как ни странно, слово “мессия” в Ветхом Завете встречается лишь дважды, а в Новом Завете отсутствует полностью. Тем не менее ко временам Христа оно широко распространилось среди евреев, поскольку те предвкушали возврат независимости и свержение ига захватчиков (которых они называли “киттим”) – сирийцев, вавилонян, а в данный момент римлян. Еврейские националисты первых веков до и после Рождества Христова считали, что стоит законному претенденту сесть на трон, как он станет царем, термин “мессия” потеряет оттенок будущего времени и отомрет сам собой.

Отсутствие же понятия “мессия” в Новом Завете можно объяснить лишь тем, что переводчики использовали вместо этого древнееврейского слова греческое слово “Христос”. Спустя какое-то время определение “Христос” стало синонимом именно Иисуса Христа, а не другого мессии, хотя этот термин был далеко не уникален и не связывался ни с какой конкретной личностью.

Однако более поздним “неправоверным” захватчикам иудейских верований древнееврейское слово “мессия” казалось устаревшим, чужим и слишком связанным с политическими ожиданиями евреев; поэтому в греческом переводе это слово приобрело оттенок эллинистического мистического культа. В их понимании слово “Христос” означало того, кто обладает сверхъестественной способностью спасать души и искупать грехи всего мира. Вот что кратко пишет об иудейском мессии Норман Коэн:

“Это будущий великий полководец, а также мудрый и справедливый правитель, ведомый Яхве и выбранный им, чтобы возглавить иудеев. Понятие о трансцендентальном спасителе в человеческом образе, важное для зороастризма и центральное для христианства, совершенно неизвестно авторам древнееврейской Библии”. (Cohen N. Cosmos, chaos and the wold to come).

То, что христиане присвоили себе право распоряжаться Ветхим Заветом, должно было чрезвычайно раздражать еврейских теологов, видевших, как их наследие используется для укрепления веры в мистический римский культ в основном древнеперсидского происхождения. Это ограбление двадцати двух еврейских текстов, составляющих сердцевину Ветхого Завета, широко распространилось уже в начале второго века н.э., когда христиане стали искать источники, которые могли бы поддержать их только что оперившийся культ.

Первоначальные христиане ощущали себя евреями, и вплоть до конца первого века все остальные тоже считали их чисто еврейской сектой. Однако к началу второго века подавляющее большинство новообращенных христиан составляли “неверные” со всех концов Римской империи, вообще не имевшие отношения к евреям. Эти “культурные грабители” не обращали никакого внимания на контекст и существующие интерпретации и считали, что имеют полное право уродовать еврейские священные тексты до полной неузнаваемости.

Ветхий Завет был переведен на греческий язык в третьем веке н.э. Этот перевод, получивший название Септуагинта (т.е. “семьдесят”), графически обозначается “LXX”. Христиане вставили туда новые куски и даже целые книги, а потом имели наглость обвинить евреев в том, что те специально выкинули эти фрагменты из собственного Священного Писания! Вера в это утвердилась среди христиан и впоследствии привела к многим актам вандализма. Так, в 1242 г. в Париже из синагог были похищены, а затем публично сожжены двадцать четыре воза иудаистских молитвенных книг. Через двадцать лет после этого случая король Хайме I Арагонский приказал уничтожить все еврейские книги.

Некоторые раннехристианские теологи были убеждены, что Ветхий Завет чужд их новой религии, но большинство умело читать между строк и прекрасно понимало, откуда взялся их Спаситель. Двадцать две священные книги древних евреев христиане изрядно дополнили и составили на их основе новый Ветхий Завет, игравший роль своеобразного бампера.

Эти добавления раннехристианских писателей включают в себя книги Ездры, Юдифь, Товита, Маккавеев, Премудростей Соломоновых, Экклесиаста, Варуха, Молитву Манассии в конце Второй книги Паралипоменон, а внутри книги Пророка Даниила – Песнь Трех Святых Отроков, историю Сусанны, Бела (Вила) и Дракона.

До поры до времени христиане радовались своему “новому” Ветхому Завету, но когда в третьем веке серьезные ученые вроде Оригена Александрийского начали изучать тексты заново, у них возникли серьезные сомнения, которые заставили понять, что первоначальная еврейская версия была единственно правильной. Было сделано предложение уничтожить все новые священные книги, но вскоре эти аргументы были похоронены руководством христиан, желавшим, чтобы их религия отличалась от всех прочих хотя бы тем, что ее Священное Писание состоит из множества книг.

И хотя главная церковь предпочла выбрать более легкий путь, дебаты на этом не закончились и многие христианские мыслители остались при своем мнении. В четвертом веке Кирилл Иерусалимский запретил читать эти чуждые книги даже наедине, и вплоть до восемнадцатого века ведущие христианские теологи (например, Иоанн Дамаскин) утверждали, что двадцать две еврейские священные книги являются единственными компонентами истинного Священного Писания.

Те же самые борзописцы, которые калечили Ветхий Завет, на скорую руку собрали и Новый Завет. Внимательное рассмотрение событий, которые привели к стремительному созданию священных книг с иголочки, позволяет понять, каким было иудейское мировоззрение в этот решающий период истории человечества.

Сегодня на Западе отделяют религию от политики, но было бы ошибкой считать, что в разных странах в разные исторические эпохи был распространен тот же взгляд на вещи. Например, в современном Иране считают, что религия и политика едины; что уж говорить про Иудею и Галилею двухтысячелетней давности? Тогдашние люди подумали бы, что вы сумасшедший, рискни вы намекнуть, что их взаимоотношения с богом не имеют отношения к борьбе за свободу. Во времена Иисуса Христа политика была напрямую связана с теологией: существование и образ жизни нации зависели от мнения бога о чтящем его народе. Если бы евреи доказали, что достойны этого, они бы получили собственного царя и разбили своих противников. Сотни лет они были недостойны, и Господь оставлял их на произвол врагов, но стоило благочестивым евреям начать вести праведную жизнь, как они принимались ждать пришествия Мессии и возврата к самоуправлению.

Есть один очень важный аспект проблемы, который ни в коем случае нельзя упускать из виду: нигде в Ветхом Завете нет пророчества о приходе спасителя мира. Евреи ожидали появления вождя, которому предстояло стать царем типа Давида, но, нравится это христианам или нет, Иисус небыл Мессией из рода Давида (то есть Христом), поэтому он не мог стать бесспорным царем Израиля. Для тогдашних евреев включая самого Иисуса другого значения этого слова не существовало; это не вопрос веры, а исторический факт, не подлежащий теологическим спорам. Нынешняя церковь прекрасно осведомлена об этом старом недоразумении и может во всеуслышание заявить, что “духовная” интерпретация этого слова правомерна и истинна, хотя евреи и использовали слово “мессия” в совсем другом смысле. Но если бы церковь признала, что у христианского и еврейского подхода к трактовке слова “мессия” нет ничего общего, это бы означало, что церковь не имеет права пользоваться Ветхим Заветом как пророчеством о явлении Христа-Спасителя. Это означало бы для нее потерю лица. Мы подчеркиваем, что евреи не ждали пришествия бога или спасителя мира – им был нужен политический лидер с верительными грамотами о его происхождении от первого израильского царя Давида. (Если на свете когда-нибудь существовал настоящий еврейский мессия, то им мог быть только Давид Бен-Гурион, активист сионистского движения, ставший первым “царем” самостоятельного еврейского государства в 1948 г. Хотя официально он был не царем, а премьер-министром, существа дела это не меняет. Правда, мы не знаем, мог ли он претендовать на происхождение по прямой линии от Давида).

Еще одной проблемой для главного течения христианства стала вера в то, что Иисус родился в результате магического совокупления Яхве и Марии. Как показано выше, такой союз бога и земной женщины диктовался необходимостью получить богочеловека; этот мотив с древних времен присутствует во всех культах Среднего Востока. Вера христиан в подобное происхождение Иисуса основана на том, что Иисус сам называл себя “сыном Божьим”, пользуясь непременным титулом каждого, кто предъявляет права на царский трон. Все цари на земле задолго до египетских фараонов обосновывали свое право на власть происхождением от богов.

Во время исследования сложной проблемы ожидаемого прихода мессии нам пришла в голову очень странная и пугающая мысль, которая, кажется, до сих пор никого не посещала (может быть, оно и к лучшему). Это мысль об имени убийцы, которого помиловали вместо Иисуса. Как известно, его имя Варавва. Можно сказать, обычное библейское имя, но если прислушаться, в нем чувствуется зловещий звон. “Варавва – злобный убийца, которого такие же злобные евреи предпочли освободить вместо нашего Спасителя”. Требование толпы распять на кресте Христа, а не простого преступника – одно из свидетельств Нового Завета о природной испорченности евреев, положившее начало двухтысячелетней истории антисемитизма.

Однако не требуется слишком глубокого знания тогдашнего языка, чтобы понять, что Варавва это вовсе не имя, а титул, дословно означающий “Сын Бога”! “Вар” – это “сын”; “Авва” буквально значит “отец”, но это слово использовалось и используется до сих пор для обозначения “Отца Небесного”, то есть Бога. Мы были ошеломлены и заинтригованы, но следующее открытие заставило нас потерять дар речи. Оказалось, что в ранней редакции рукописи Матфея, в стихе 27:16, приводится полное имя этого человека: “Иисус-Варавва”!

Итак, человек, которого отпустили и не распяли по требованию толпы, как безоговорочно утверждает евангельская запись, носил имя “Иисус, сын Божий”. Первую часть этого имени намного позже удалили из Евангелия от Матфея те, кто подтасовывал факты в угоду своей языческой вере. Для характеристики подобного подхода сейчас принято пользоваться эвфемизмом “экономить правду”, но тут есть и прямой обман с целью избежать трудного вопроса, на который церковь не хочет – точнее, не может – ответить.

Туман становился все гуще.

Евангелия утверждают, что этот другой “Иисус, сын Божий” был еврейским террористом, убивавшим людей во время мятежа. Значит, Варавва был не уголовником, а националистом-фанатиком, против которого было выдвинуто то же обвинение, что и против Иисуса. (Peake’s commentary on the Bible).

Выяснившиеся факты делают обстоятельства суда над Иисусом еще более запутанными. Два человека с тем же именем, которым предъявлено то же обвинение... откуда мы знаем, кого из них освободили? По-видимому, многие старейшие христианские секты верили, что Иисус не умер на кресте, потому что за него умер кто-то другой. Современные мусульмане, относящиеся к Иисусу Христу с большим уважением, чтят в нем пророка, которого было приказано распять, но его место занял другой человек. Безусловно, символ распятого Христа занимает в христианстве центральное место, но многие – от свидетелей этого события до наших современников – считают, что он умер совсем не так. Может быть, они правы?

Свидетельство, на которое мы наткнулись совершенно случайно, взято нами не из какого-нибудь сомнительного гностического евангелия, но из самого Нового Завета, поэтому нашим неизбежным христианским критикам будет нелегко отмахнуться от этой истины. Впрочем, некоторые наверняка притворятся, будто они ничего подобного не читали или что это какая-то ошибка, которую можно исправить традиционным способом, поговорив конфиденциально.

Будучи свободными от необходимости принимать догматы на веру, мы пришли к единому мнению, что легенда об Иисусе Христе была смесью легенд о сверхъестественном, привнесенных в христианство из других мистических религий. Существенно расширив свои познания, мы подумали, что и некоторые другие черты образа Иисуса могут быть сплавом черт двух людей – примерно так же, как приключения Робин Гуда сложились из приключений многих дворян-англосаксов, которые не подчинялись законам правителей-норманнов.

Выступили ли римские власти, напуганные ростом национализма в Иудее, против всех возмутителей спокойствия одновременно? Евреи были маленькой, но чувствительной занозой в боку императора, а постоянное ожидание прихода нового мессии, под руководством которого можно будет свергнуть римское иго, чересчур возбуждало местное население. Сикарии, вооруженные фанатики из секты зилотов, убивали евреев, которые сотрудничали с римлянами, и все большая часть населения начинала подумывать о завоевании независимости. Для римлян было бы вполне естественно постараться одним махом избавиться от всех мятежников, пока события не вышли из-под контроля. Можно только гадать, каким образом сложилась странная ситуация, описанная в Новом Завете.

Согласно первому разработанному нами сценарию, у двух разных групп жителей Иудеи появились два соперничавших между собой мессии (хорошо известно, что в первом-втором веках н.э. было несколько человек, претендовавших на эту роль). А вдруг пик популярности обоих мессий пришелся на одно и то же время? Каждого из них сторонники называли Иисусом, ибо каждый соответствовал описанию спасителя, сулившего еврейскому народу будущую победу и процветание. В момент упреждающего ареста одного из них могли называть “Иисусом, царем иудейским”, а второго “Иисусом, сыном Божьим”. Когда эти преступники предстали перед публикой, Понтий Пилат начал сознавать, что ситуация становится взрывоопасной, испугался грозящего кровавого мятежа, жертвой которого мог стать он сам, и предложил освободить одного из пленных мессий. Толпа, которой пришлось выбирать между мессией из царского рода и рода священников, предпочла последнего.

Мы назвали этот сценарий теорией шредингеровского кота (в честь знаменитого логического эксперимента, показавшего, что в странном мире квантовой механики могут сосуществовать два взаимоисключающих результата), потому что невозможно сказать, был ли “настоящий” с точки зрения христианства Иисус распят или отпущен на свободу. Истории эти двух людей настолько слились, что могут быть правы как христианские секты, заявлявшие, что Христос не был распят, так и ортодоксальная церковь, говорившая, что его распяли.

Наш второй сценарий основывался на иудейских традициях и знании того, какой из двух мессий, работавших бок о бок ради достижения конечной победы Яхве и избранного Им народа, был отпущен на свободу. Царственному мессии из племени Иуды, происходившему по прямой линии от Давида, противостоял мессия из племени Леви. Этот последний вывод напрашивается сам собой, поскольку, согласно традиции, все еврейские священники были левитами. Данный сценарий исходит из того, что оба мессии были арестованы одновременно и оба были обвинены в подготовке мятежа. Иисус из царского рода Давида умер на кресте, в то время как Иисус из рода священников-левитов был освобожден.

Вот только кто есть кто? Иисус, рожденный Марией, называл себя мессией на том основании, что он принадлежал к царскому роду Давида и предположительно родился в городе Давида Вифлееме. Однако, как можно легко убедиться из начальных строк Нового Завета, родственником Давида благодаря цепочке “Авраам родил Исаака...” был Иосиф, муж Марии, согласно христианским верованиям, не приходившийся Иисусу отцом. Жестокая ирония холодной логики – если Иисус сын Бога, он никак не может быть царственным мессией!

Иисус, рожденный Марией, технически не мог быть царственным мессией, но зато мог принадлежать к роду священников: известно, что его мать была родственницей Иоанна-Крестителя, также потомственного левита. Следовательно, и в самом Иисусе текла левитская кровь. Если бы Иисус согласился внять этому аргументу, он не умер бы на кресте.

Безусловно, ситуация с “двумя Иисусами” – слабое место христианского рассказа о мессии; однако после обсуждения этих сценариев и поисков возможного решения мы оказались в тупике. Так продолжалось до тех пор, пока мы не нашли ответ на еще более сложную масонскую загадку, который, как будет показано ниже, все быстро расставил по своим местам.



    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю