Текст книги "Хозяйка найденного сада (СИ)"
Автор книги: Кристина Юраш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 22 страниц)
Глава двадцать шестая
Перед глазами стояла сцена из одного романа, где хитрая служанка снова свела своих господ вместе, сказав каждому, что их пригласили на свидание. Все закончилось поцелуем и вырванной рукой нянюшки страницей с чем-то интересным!
О, только бы все получилось, как в романе!
«А ведь дело в том, что у них редко выпадает возможность поговорить друг с другом!», – осенило меня пару минут назад, пока я смотрела на то, как нервно поджимает губы мисс Амелия. – «А вдруг они поймут, что созданы друг для друга?»
В комнате пахло старыми, изрядно испорченными духами, на столике лежала дешевая расческа с треснувшей ручкой, а на старом плаще, извлеченном из саквояжа, виднелись крупные, но аккуратные заплатки.
– Ку-ку-куда? – закудахтала изумленная мисс Чипстоун. – Я ни к-к-ку-куда не пойду! Я слишком хорошо воспитана, чтобы бегать по всяким свиданиям!
– Я посмотрю, что у вас есть, – заметила я, осматривая ее платье. – Может, мы еще что-то найдем красивое?
– О, конечно! – вздохнула мисс Амелия, разрешая мне осматривать ее вещи. – Только платье я сниму! Негоже в нем ходить! Нарядное платье нужно беречь!
– То есть, не надевать никогда? – спросила я, удивленно видя, как она расправляет бант.
– Ну почему же? Однажды наступит такой день, когда я его надену! – обиделась мисс Чипстоун. – Разумеется, он наступит!
И тогда я поняла, что платье это ей ужасно нравится. Эта маленькая расточительная слабость, которую она себе позволила в порыве чувств, до сих пор не давала ей покоя.
Я смотрела на голубое платье с кокетливым бантом, которое мисс Чипстоун постоянно пыталась натянуть на коленях, чувствуя неловкость.
– И платье сниму! Оно мне не идет! – запричитала она, нервно разглаживая его руками. Стоило ей только взглянуть в свое декольте, как она чуть не потеряла сознание, тут же стыдливо потянувшись за старенькой шалью.
– Не надо! – возмутилась я, видя, как она пытается скрыть шею и вздымающуюся грудь черной вязаной шалью.
– Осторожней, мадам! Я прошу вас! – воскликнула она, сражаясь за свою шаль. – Мне из нее на зиму еще чулки вязать!
Так я узнала, что мисс Амелия каждую осень распускает шаль и вяжет из нее две пары шерстяных чулок на зиму. А весной, когда все теплеет, она распускает чулки и вяжет из них шаль.
– Но у вас ведь столько денег! – заметила я, вспоминая то, какими бедными были я и нянюшка еще совсем недавно. Нам такие сокровища и не снились!
– И что? – поджала губы мисс Амелия. – Это не значит, что их нужно тратить на себя! Это же возмутительное расточительство! Деньги нужно копить! Они для того и созданы!
В саквояже помимо золота обнаружились три пары серых, залатанных и застиранных панталон.
– Вообще-то это – четыре пары, – гордо вздохнула мисс Амелия. – Просто четвертую пришлось пустить на починку этих трех. – Вот у этих – юбилей! Им уже двадцать лет!
– Неужели вам так мало платят? – с сомнением спросила я, видя золото, лежащее посреди залатанных вещей.
– Это то, что мне удалось собрать за пять лет работы! – гордо произнесла она.
Я посмотрела в саквояж, и поняла, что сумма вполне приличная.
– О, нет! Нет, нет, нет! Не доставайте! – дернулась мисс Амелия, когда я достала ажурные митенки. Они были новыми и выглядели очень мило.
– Это еще почему? – спросила я, рассматривая тонкое кружево.
– Эм… Потому что… Их нужно беречь! На особый день! – гордо заметила мисс Амелия.
– На праздник? – удивилась я, бережно держа их на ладони.
– На какой праздник, мадам?! На особый день! – сглотнула мисс Амелия.– Их нельзя надевать по праздникам! Вот будет особый день, тогда я их и надену! А пока пусть лежат! Я иногда достаю и любуюсь ими. Ну и дорогими же они были!
– О, какая красивая шляпка, – улыбнулась я, доставая шляпку с пером. Она была нежно голубой, в тон платью, а само перо было сизо-зеленым.
– Нет, нет, нет, – запротестовала мисс Амелия, не желая надеть шляпку на голову. – Ее нужно беречь! Она же выгорит на солнце! А потом мне будет нечего надеть, когда придет особый день!
– А когда наступит этот особый день? – удивленно спросила я, глядя на мисс Амелию. Вопрос застал ее врасплох.
– Эм… Когда-нибудь, – гордо ответила она, со вздохом, пытаясь укутаться в шаль поплотнее. – Однажды!
– Может, он наступил сегодня? – спросила я, глядя на красивые вещи и вспоминая про свидание, о котором нужно сообщить мистеру Квину.
– Разве что на меня! И прошелся по мне! Ах, моя голова! Но я вас уверяю, мадам! Этот день не сегодня!– возразила мисс Амелия, глядя на свои сокровища ласковым взглядом. – Но он однажды наступит! Я уверена!
– А вдруг он не наступит никогда? – с сомнением спросила я, глядя на то, как она снова пытается собрать волосы в пучок и сколоть их заколкой.
– Что значит, не наступит?! – удивилась мисс Амелия, пытаясь снять платье «на особый день».
– А вы не думали, что вас внезапно собьет карета... – осторожно предположила я, пытаясь уговорить ее надеть его на свидание, о котором еще не знает мистер Квин. Ах, надо ему написать записку! Дескать от мисс Амелии. – А вы так ни разу не покрасовались в этом платье. Разве вам будет не обидно?
Этот вопрос поставил мисс Амелию в неловкое положение. Но она тут же отмахнулась, уверяя, что с ней ничего не случится! И еще успеет в нем покрасоваться.
– Хорошо, давайте оставим платье с шалью, – заметила я, понимая, что сражаться за декольте бесполезно. – Нам нужно произвести на мужчину впечатление!
– Впечатление! – возразила мисс Чипстоун, трогая растрепанную нитку на вязаной шали. Она осторожно закатала ее пальцами в узелок. – Мужчинам, между прочим, все равно во что ты одета!
– Неужели? – удивилась я, присаживаясь на стул. – Но если они делают комплименты, о том, как хорошо я сегодня выгляжу, значит…
– О, мадам! Это ничего не значит! Я вам открою страшный секрет. Все мужчины скрывают страшную тайну. Они … эм… очень плохо видят. У них ужасное зрение! У нас, женщин – зрение хорошее. Мы сразу замечаем, какого цвета платье и сколько бриллиантов на другой девушке. И даже способны увидеть женский волос на сюртуке! А вот у мужчин с этим беда! – понизила голос до шепота мисс Амелия, теребя в руках шаль.
– Неужели? – удивилась я, которая знала о мужчинах совсем немного. Значит, все мужчины плохо видят! Для меня это было открытием!
– Да, – авторитетно кивнула мисс Чипстоун. – Увы, это так! Они не видят, куда тратят деньги… И вообще! Все мужчины подслеповаты по своей натуре. Они не замечают, когда ты сменила прическу или платье, но почему-то замечают, когда ты сменила мужчину! И кто их после этого поймет!
– Я даже не догадывалась об этом, – удивленная внезапным открытием, заметила я, поглядывая на белоснежное лицо. Нужно как-то смыть с нее макияж! Но как?
– Давайте снимем макияж? – предложила я, беря со стола флакон с запахом сирени. – Я уверена, что вы очень красивы!
– Нет, нет, нет! – запротестовала мисс Чипстоун, пряча лицо в руках – Никогда! Понимаете… когда люди видят меня без макияжа, то начинают кричать, махать руками и даже вызывают жандармов! Я когда приехала в город, пошла устраиваться экономкой, так меня даже за дверь выставляли. А в лицах такой ужас! Даже извозчик отказался меня везти! Представляете?!
Ничего себе! Я и не знала. Что ж там такое под толстым слоем белил, что так пугает людей?
– Поэтому макияж мы трогать не будем! – заметила мисс Амелия, вздыхая. – Я же говорила, мужчина подслеповаты! Они же не замечали такую экономную, умную и интересную женщину, как я! Никогда не замечали! Они не замечают приличных девушек потому, что они одеваются неброско! Зато им всегда нравились разукрашенные кокетки в ярких платьях с вырезом до пупка!
Мисс Чипстоун вздохнула, а я, ошарашенная этой тайной, сидела и смотрела на ее бледные пальцы.
– Вот поэтому они любят стоять очень близко и почти прижимаются к тебе, чтобы хоть что-то рассмотреть. Поэтому они лезут целоваться, чтобы рассмотреть твое лицо вблизи и постоянно норовят тебя пощупать. Ведь им же почти ничего не видно! «О, мисс! Где здесь ваша голова? Чем вы разговариваете?», – закончила мисс Чипстоун, поджав губы. «Увы, мадам, это правда!», – говорили ее глаза.
Я ахнула, как вдруг меня осенила страшная догадка! Вот почему Венциан еще не влюбился в меня! Он же плохо видит! Точно!
– Мы для них просто пятна, – вздохнула мисс Амелия. – Поэтому тут и стараться не надо!
– Зато на свидании он сможет разглядеть вас получше! – обрадовалась я. – Он для этого вас и позвал!
– Расскажите! Как это было, – взмолилась мисс Амелия, глядя на меня с мольбой.
– О, мы … – начала я, как вдруг вспомнила, что про сад говорить нельзя. – Я встретила его в саду, а он… он все спрашивал про вас. А потом показал на цветок и сказал, что вы на него похожи!
– Ах, я похожа на цветок, – мечтательно выдохнула мисс Амелия, сжав шаль так, что ее и без того бледные пальцы побелели.
Не стала говорить, что это была сухая колючка.
– Я похожа на цветок! – прошептала она, глядя на себя в зеркало. – На красивый цветок… Не может быть!
– А потом он вздохнул, что хотел бы с вами познакомиться поближе, – соврала я, не краснея. Ну разве что чуть-чуть покраснели кончики ушей, но из-за прически это было не так заметно.
– Со мной? Поближе? Ах, он хочет меня рассмотреть! – замялась мисс Амелия, мечтательно вздохнув и закрыв глаза.
– Сегодня вечером. Он сказал, что ему стыдно подойти, поэтому он напишет вам записку, – прошептала я, представляя, как они целуются.
– Я буду ждать ее! – воскликнула мисс Амелия.
– Отлично, – улыбнулась я, – глядя на ее распущенные волосы и голубое платье. – Только оденьтесь красиво! Вы идете на свидание!
Я спешно вышла, спустилась вниз, приоткрывая дверь комнаты Венциана. Его в комнате не было, поэтому я взяла белый лист из стопки бумаги и золотое перо.
– Приходите, – написала я, поглядывая в окно.
А куда приходить? Где здесь можно провести романтическое свидание? В беседке! Ну конечно! Я выводила буквы, чтобы они выглядели красиво и романтично.
– Приходите вечером в беседку в шесть часов. Не пожалеете. Возьмите с собой цветок, – написала я и сложила листок, пряча его в корсаж.
Ну какое же свидание без цветов? Это как минимум неуважение к даме!
Я дописала второе письмо, которое было точной копией предыдущего, только без цветов, и поставила жирную кляксу на зеленое сукно стола. Одно письмо я тихонько подбросила мистеру Квину, засунув его в щель его двери. Здесь он точно его найдет. А второе отнесла мисс Амелии, тоже крадучись, засунув в дверь. Уже спрятавшись, я слышала, как она открыла дверь и ахнула.
– Ура! – обрадовалась я, светясь счастьем и поглядывая на старинные часы. Свидание начнется через полчаса!
Я решила погулять вокруг беседки, чтобы убедиться, что место выбрано отличное и очень романтичное. С грустью я посмотрела на небо, скучая по своему дракону. Он не прилетает, потому что на территорию поместья маги наложили защитные чары. И, наверное, я его больше никогда не увижу…
Сердце сжалось, а я вздохнула, прикасаясь к пестрым головкам цветов, которые волновались под моей рукой.
– Мадам! – послышался запыхавшийся голос мисс Амелии. Она не чинно шла по ступеням, как раньше, а сбежала по ним. – Мадам! У меня к вам будет просьба! Я же не могу пойти на свидание одна? А меня пригласили! Да, сегодня вечером в шесть часов. В беседку! Осталось пять минут, а мне срочно нужна компаньонка. Это ведь неприлично! Я – незамужняя женщина. Со мной обязательно кто-то должен быть! Вас не затруднит пойти вместе со мной на свидание? Вы замужем, поэтому вам можно меня сопровождать!
– Д-д-да, – обрадовалась я, хотя потом слегка огорчилась, что это может немного смутить их. Но зато я все увижу своими глазами!
– Смотрите, уже стемнело! Нам пора! – выдохнула мисс Амелия, словно решаясь на какой-то отчаянный шаг. На ней была все та же черная шаль, но зато волосы она заплела по – другому. И даже украсила их цветком.
Мы вошли в беседку и стали ждать. Старые, потертые часы тикали, показывая пять минут седьмого.
– О, он опаздывает! – занервничала мисс Амелия, расхаживая по беседке. – Наверное, прихорашивается!
Была уже половина седьмого, а мистера Квина все не было.
– Я пойду и проверю! Вдруг ему плохо? – спросила я, встревоженно глядя в далекие заросли, за которым прятался домик садовника.
Я спустилась по ступенькам и направилась в сторону домика. Быстрым шагом, я дошла до дверей и постучала.
– Кто там? – спросил мистер Квин хриплым голосом.
– А вы никуда не собираетесь? – разочарованно спросила я, прислушиваясь.
– Че? – спросил хмурый мистер Квин, открывая двери. Вид у него был взъерошенный и какой-то дикий. Видимо, он спал.
– Записка, – пояснила я, показывая на двери. – Здесь была записка. Меня просили вам передать…
– Записка? – удивился мистер Квин, осматриваясь по сторонам. – Это че? Та бумаженция? Так я ее выкинул!
– А почему? – спросила я, глядя на него. Разве можно так? Неужели он отказывается?
– А я что? Умею читать? Откуда я знаю, что там написано? Глянул, а там какие-то финтифлюшки и завитушки. Непонятно! – удивился мистер Квин. – Нет. Ну буквы складываю. Этого не отнять. Если только их печатными написали. Был у нас в банде шустрый грамотей. Он с буквами ловко управлялся!
Караул! Нужно что-то делать!
Глава двадцать седьмая
– Как вам не стыдно, – уперла я руки в боки, глядя на огромного садовника. – У вас там девушка ждет! У вас там свидание! Вас пригласили! Быстро одевайтесь! Не заставляйте девушку ждать! Иначе ее уведут!
Мистер Квин с усмешкой посмотрел на меня, вздохнул, покачал головой, а потом взял старую разбойничью шляпу, нахлобучил ее на голову, поплевал на пальцы и прочесал дремучую бороду, крякнув что-то вроде: «КрасавЕц!» и со скрипом закрыл дверь.
– И это все? – удивилась я, вспоминая долгие приготовления к свиданию мисс Чипстоун. – Может, вам умыться?
– А че еще надо? Ах да! – произнес садовник и ополоснул лицо из бочки, куда до треснувшему старому желобу стекала дождевая вода.
– Брррр! – прорычал мистер Квин, умываясь. Вода стекала по его бороде – лопате, и, кажется, он проснулся окончательно!
– А с кем свидание? – спросил он, зевая чудовищным рыком.
– С мисс Чипстоун! – ответила я. – Это она вас пригласила! А если женщина пригласила, то нельзя отказываться! Мистер Квин, вы ничего не забыли?
Садовник смотрел на меня как-то растеряно. «Цветы! Цветы!», – мысленно подсказывала я, освобождая от колючек роскошное платье.
– И правда, – буркнул мистер Квин. – Забыл… Вот я растяпа! Нет, у надо же! Чуть не забыл!
Он выставил вперед огромный палец, словно предупреждая меня о вреде забывчивости. Я выдохнула с облегчением, слыша как он, шурша кустами и колючками направился за домик.
«Рвет цветы!», – возликовала я, делая глубокий вдох, чтобы не нервничать. Еще бы! Это мое – первое свидание! В моих мыслях за ручку гуляли по саду строгая экономка и огромный садовник. А потом он как бы склонился к ней, чтобы снять жука в плеча, а сам поцеловал! Пусть хоть у кого –то в этом доме будет настоящая любовь!
– Ииии! – волнительно поежилась я, потирая руки.
– Вот! – послышался довольный голос мистера Квина. Он вышел из вечернего сумрака и из густых зарослей, хрустя ветками. На мгновенье он напомнил мне огромного медведя с картинки.
– Это что? – удивилась я, глядя на него. На небольшой полянке, освещенной тусклым магическим светильником, стоял довольный мистер Квин. Только в руках у него были не цветы, а…
– Лопата. Чуть не забыл, представляешь? – надвинул шляпу на брови мистер Квин.
– Вы что? Собираетесь подарить ей … лопату? – удивленно спросила я, глядя на самую огромную лопату, которую только видела в жизни.
– Ну как подарить? – развел руками мистер Квин, с задумчивым прищуром глядя на небо. – Она пригодится, когда дело дойдет до поцелуев! Приличные мужики целуются с оборотнями только лопатой!
Я уже хотела возмутиться его холодностью и равнодушием, как вдруг вспомнила, что мисс Амелия – оборотень! И то, что мистер Квин согласился ночью пойти на свидание к оборотню, которого ужасно боялся, заставило меня с интересом вглядываться в его непроницаемое лицо. Причем, согласился довольно легко! Его даже уговаривать не пришлось! Хм… Интересно!
– Цветы! – намекнула я, когда мы шли мимо клумбы. В далекой беседке маячило нервно голубое платье.
– Красивые, – буркнул мистер Квин, закинув лопату на плечи.
– Цветы… – еще раз намекнула я ему, косясь на мелкие пушистые голубые цветы.
– А? Эти? – замер мистер Квин, потирая бороду. Он склонился над цветами, а я выдохнула про себя: «Догадался!».
Садовник наклонился к лохматому кусту, внимательно глядя на цветочки.
«Выбирает! Выбирает самые красивые!», – мысленно обрадовалась я, глядя с какой задумчивостью он осматривает их.
– Это «Лохматка Баронессы»,– небрежно заметил садовник. – Помнится, однажды, блоха из петуха, зимой, мы карету тормознули. А там сидит мадама, ядрена мышь, руки в лохматку засунула. Мы всю карету обыскали. Ничего! А потом додумались отобрать ее лохматку, а оттуда как посыпались драгоценности!
– Мистер Квин! – вздохнула я, глядя на него. – Я вас прошу! При даме такие вещи не рассказывайте! Она может испугаться! И вообще! Старайтесь вести себя культурно! Не ругайтесь!
– Хорошо, – любезно согласился мистер Квин, взвалив лопату на плечо. Он вздохнул, как бы намекая мне, что это дастся ему тяжело. Но я решила не оставлять попыток намекнуть ему на цветы.
Я наклонилась над одним кустом, понюхала его и с сожалением сорвала цветок. Густой, жгучий сок потек по ладони, а я дернулась, словно от ожога. Красивые цветок зашипел, словно змея, и я брезгливо бросила его обратно в куст.
– Вы когда-нибудь были на свидании? – спросила я, видя, как вдали замерло голубое платье. Я шла нарочно медленно, чтобы дать ему шанс вспомнить про цветы. Руку жгло, но я старалась забыть о ней! Еще бы! Тут свидание!
– Был! – оскалился белозубой улыбкой садовник. – А как же!
Он довольно хмыкнул и сдвинул шляпу.
– Слыхала про Дом Свиданий Тетушки Лавджой? – спросил он, потянув воздух носом, словно вспомнил что-то приятное. – Там такой цветник! Плохо, что букеты дарят!
– Согласна, – кивнула я, понимая, сколько труда стоит вырастить один цветочек! А тут целый букет! Жаль, что красавицы, которые обожают букеты от поклонников, этого не знают. Вот поработали бы они ручками, посадили хоть что-нибудь, никогда бы не приняли ни одного букета! Я потерла руку о платье, но жгучая боль стала еще сильней.
– Это очень плохо! Я вообще против того, чтобы дарили букеты! – добавила я, полностью согласная с мистером Квином. Мне ужасно хотелось подуть на ладонь.
– А вы ничего не должны подарить даме на свидании? – произнесла я, в отчаянии понимая, что нам осталось идти всего ничего! Рука немного притихла, а я вздохнула с облегчением.
– Эм… – замялся мистер Квин.
– Что дарят дамам на свидании? Вспоминайте! – спросила я, не давая ему пройти мимо красивой клумбы и всячески глазами показывая на цветы.
– Детей, – неуверенно ответил мистер Квин, почесав бороду.
– А дети это что? – спросила я, обрадовавшись, что смогу намекнуть в открытую!
– Это … – замялся мистер Квин.
– Цветы жизни! – подсказала я, показывая на цветы.
– Ну не сказал бы… Иногда это сорняки на могиле родителей, -хохотнул он. – Например, я!
– Нарвите ей цветов, – сдалась я, понимая, что намеками мужчину не проймешь! Мало того, что они плохо видят, так еще и намеков не понимают!
– А! Так бы сразу и сказала! – выдохнул мистер Квин, выдирая с явным наслаждением пучок цветов, посаженных магами. Земля сыпалась с корней, а мы почти пришли.
Я заскочила в беседку первая, глядя на мисс Амелию.
– Я прошу вас, – прошептала я. – Только не надо про экономию. Хорошо?
– А если он будет ко мне приставать? – чуть не задохнулась мисс Амелия, глядя на меня с ужасом.
– Не будет, – авторитетно прокашлялась я, обещая свою защиту.
– Жа-а-а-аль, – вздохнула мисс Амелия, растеряно теребя подол.
Послышались тяжелые шаги, и в беседку вошел мистер Квин с лопатой наперевес и веником цветов.
– Вот, – хмуро произнес мистер Квин, а на голубое платье посыпалась земля.
– О, спасибо! – расцвела мисс Амелия, любуясь цветами. – Это так прелестно! Благодарю!
Мы сидели так, как подобает сидеть на свиданиях. Я, как опытная замужняя дама, сидела между влюбленными.
– Какая хорошая погода, – произнесла я, нарушая тишину.
– О, да! Чудесная, – промямлила мисс Амелия, тут же умолкнув.
– Ниче так, – согласился садовник.
И снова повисла тишина.
– Сегодня дождя нет, – вздохнула я, поглядывая то на одну, то на второго.
– О, да! Нет дождя! – мисс Амелия смотрела почему-то на поместье, отвернувшись от нас.
– Согласен! – пробурчал мистер Квин, глядя на сад и не поворачиваясь в нашу сторону. Лопата стояла рядом с ним, прислоненная к ажурной скамейке.
И снова тишина. Почему-то они не хотят разговаривать! Я не могу понять, в чем дело.
– Сколько звезд на небе, – улыбнулась я, слыша справа и слева вздохи.
– О, да! Все небо ими просто усеяно, – заметила мисс Амелия, даже не глядя на них.
– Как прыщи на ж… – начал было мистер Квин, но я бросила на него испепеляющий взгляд. – На ж… женщине … эм…. Ну вы поняли, короче…
Эта тишина, которая воцарялась после каждой моей реплики, меня удивляла. Словоохотливый мистер Квин, почему-то сидел молча, глядя куда-то в сторону. Мисс Амелия, которая никогда за словом в карман не лезла, тоже почему-то молчала.
– Мистер Квин, сделайте барышне комплимент! – заметила я, глядя на садовника. Мне было как-то не по себе. Казалось, все вокруг расплывается…
– Что? А? – продрал глаза садовник. Оказывается, он дремал, прикрыв лицо шляпой. – Щас…. Щас… Ядрена… Ой, пардоньте! У тебя такие…
– Мистер Квин, – прошептала я, чувствуя, как перед глазами все вертится все быстрее и быстрее. Я забыла, что хотела сказать, как вдруг услышала крики: «Мадам! Что с вами!».
