Текст книги "Хозяйка найденного сада (СИ)"
Автор книги: Кристина Юраш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 22 страниц)
Глава тридцать девятая
Из кареты вышел еще один господин, одергивая и отряхивая одежду. Он осмотрел поместье и окрестности, а потом педантично поправил манжету. Он был весьма молод и хорош собой.
– Эй, дура! Тебе что? Деньги не нужны? Я тебе краудинг дам! – зазывал меня монеткой первый, а я спряталась за дерево.
– Чего ты разорался? – небрежно спросил красавец, доставая из кареты огромный бархатный футляр. Он ослепительно улыбнулся, но улыбка тут же померкла. Видимо, это была репетиция. Выгулял обаяние.
– Не могу же явиться перед нашим будущим деловым партнером в пыльных сапогах! – возмутился первый. – Это верх неприличия! Тут девка какая-то бегала. И я хотел предложить ей почистить мои сапоги!
– Верх неприличия, Чарльз, подменять часть бриллиантов стеклом, – заметил его компаньон, чинно выпрямившись. – Пойдем!
– Поверь, еще ни кто не заметил! Ни одна мадам не заметила, – выпрямился второй. Он прокашлялся, словно репетируя. – Это деловое предложение выгодно и вам и нам! Нет, нет, не так! Прошу рассмотреть дальнейшее плодотворное сотрудничество.
Они удалились в дом, а я направилась в сад. Отворив дверцу, я услышала голос мисс Амелии.
– … вы бы могли не зарывать деньги в землю! А положить под проценты в магический банк! Там не спрашивают, кто ты! – произнесла она авторитетно. – И награбленное бы приумножилось!
Мистер Квин сидел, словно ученик, не выучивший урок. Он нервно вертел шляпу в руках.
– Представляешь! Мне тут объясняют, что мы неправильно грабили! – заметил мистер Квин, вскакивая при виде меня. – И кто? Какая-то экономка!
– И, как я уже говорила, вы недополучили прибыль! Ведь готовое женское платье стоит намного дороже, чем украшения! Порой в три раза! – продолжала мисс Амелия. – А вы срывали только безделушки, совершенно позабыв про платья! Есть ателье, которые перешивают платья до неузнаваемости и продают, как новые! За одно платье отдают до трех тысяч краудингов! Хорошая швея справится с этим на раз два!
Мне кажется, что мистер Квин чуть не плакал. Он опустил голову, пока мисс Амелия расхаживала вокруг него.
– К тому же! – продолжала мисс Амелия, расхаживая по саду. – Вы не додумались снять гербовую дверь с кареты!
– А ее зачем? – удивился мистер Квин, едва не хныча. Еще бы! Столько денег просто коту под хвост.
– Как зачем? – удивилась мисс Амелия. – Вы могли продать ее на черном рынке! Мало ли, кому понадобится купить гербовую дверь с нужным гербом! Такие двери продаются от тысячи краудингов! Подставить кого-то из врагов, например! Очень полезно.
– Ыыы, – рыдал мистер Квин, понимая, что то, что они отбирали, было столь ничтожно и мало, по сравнению с тем, что предлагала экономка.
– А колпаки на колеса? – снова удивилась мисс Амелия.
– Добивай уже! – прорычал мистер Квин, обхватывая могучую голову руками.
– Вы знаете, сколько они стоят? Тем более, если все четыре! Пятьсот краудингов один колпак! Я однажды заказывала их, так меня чуть удар не хватил… – горестно заметила мисс Амелия. – Две тысячи! А у вас общая прибыль получалась три-четыре! А могла быть двенадцать – пятнадцать! С одной кареты!
– Иииииии, – ревел Мистер Квин, который думал, что бриллианты и украшения, – это все, что можно взять с аристократов.
– А шляпки! На них можно разориться! Приличная шляпка стоит почти тысячу! – охала мисс Амелия, а на мистера Квина было страшно смотреть.
– Шляпка, – вспомнила я. – Я должна купить себе шляпку! Которая в тон панталон!
– Мадам! Мадам! Где вы? Хозяин зовет вас в дом! Мада-а-ам! – донесся крик одно из горничных.
Я юркнула за шкаф, чтобы переодеться. Кое-как застегнув платье и завязав ленты, я собиралась выйти, как вдруг меня остановила мисс Амелия.
– Идите сюда, мадам! – позвала она. – Вы же не собираетесь в таком виде выйти к хозяину?
Она ловко одернула платье, почистила его и быстро соорудила на моей голове приличную прическу. Мисс Амелия тут же и стала вытирать мое лицо.
Мы вышли из сада, который я закрыла на ключ. Мистер Квин направился к себе в дом, а мы с Амелией сделали вид, что беседуем на тему экономии.
– Не может быть! – громко и удивленно заметила мисс Амелия, когда мы были уже в холле. – А я думала, что вы – транжира! А вы, оказывается, еще экономней меня! Я бы никогда не додумалась поймать на улице петуха, надергать перьев и обновить шляпку! Вы где этому научились, мадам?
– В ночлежке, – улыбнулась я, вспоминая, на какие ухищрения мы шли вместе с няней, чтобы я выглядела, как настоящая леди!
– Пройдемте, – послышался голос одной из служанок, а я направилась к кабинету Венциана. Оттуда доносились голоса.
– … наш ювелирный дом давно пользуется блестящей репутацией, – услышала я. – Поэтому если вы заключите с нами эксклюзивный договор на добываемые вами алмазы, вы не пожалеете!
Дверь с тихим скрипом открылась, а я уловила запах чужого парфюма. Эти двое стояли напротив Венциана, с натужным смехом рассказывая, что у них продавщицы часто меняются. У них просто отрывают товар с руками!
Стоило мне прошелестеть платьем, как все посмотрели на меня.
– О, мадам! – послышались подобострастные голоса. – Наша главная ценительница украшений! Поверьте, женщины знают в них толк! Как говорится, если у женщины засверкали глаза, значит, она слишком долго смотрела на бриллианты!
Они бросились целовать мои руки, выражая нарочитое почтение. Я смотрела на них со снисходительной улыбкой. А потом перевела взгляд на Венциана. В тот момент, когда красавец, владелец ювелирного дома, прикладывался к моей руке, взгляд Венциана стал очень напряженный .
– Мадам! – послышался шорох, а мне несли ту самую бархатную коробку, напоминающую огромную книгу. – Примите наш скромный презент!
Коробка раскрылась, а в ее бархатных недрах лежало сверкающее колье с огромными камнями. Они переливались, играли гранями, отбрасывали тысячи бликов на крышку и руку, которая ее держит.
Холодный, резкий взгляд синих глаз полоснул меня, словно ножом по горлу.
– О, это просто невероятно! – заметила я, глядя на ожерелье. – У меня даже слов нет, чтобы описать эту красоту! Могу ли я ее примерить?
– Ну конечно! – послышались радостные голоса, а мне тут же принесли зеркало. – Не надо, я сама! Украшения я никому не доверяю!
– Конечно-конечно! – тут же, словно по команде отступили на шаг гости. Я приложила ожерелье к груди, видя ледяной взгляд Венциана. Он же не знает, что знает маленькая оборванка?
Я едва заметно улыбнулась, отпустив ожерелье и ойкнув. Оно соскользнуло по моей груди на пол, и я тут же прикрыла его юбкой, чтобы с хрустом наступить на него.
Стоило мне отойти, я притворно ужаснулась. Ожерелье лежало на полу. Часть мелких камней уцелело, зато другие раскололись.
– Мне кажется, – повернулась я к гостям и Венциану. – Дорогой, ты будешь ругаться… Но я только что сломала бриллианты! Вот…
Взгляд Венциана трудно было передать словами. Зато гости тут же переглянулись, что-то пролепетали в свое оправдание.
– … я прикажу выгнать половину ювелиров! – бушевал молодой. – Оказывается, у нас воровство! Простите, мадам! Во всем виноваты работники!
Они бормотали наперебой, уверяя, что это случайность. А через минуту их уже не было в доме. Где-то слышался шум отъезжающей кареты.
– Осторожно. Вы превращаетесь в женщину моей мечты… Кстати… Где же та самая шляпка в тон панталон? – послышался голос, а меня усадили себе на колени. Я напряглась, понимая, что про шляпку Венциан не забыл и жаждет ее увидеть. Внутри меня что-то занервничало. Где же я возьму такую шляпку?
– Я жажду ее увидеть, – улыбнулся Венциан, убирая с моего плеча выпавший из прически локон. Он смотрел на меня тягучим взглядом, а его рука крепко держала меня на коленях.
«Нужно вести себя, как влюбленная!», – пронеслось у меня в голове. Но я не знала, как ведут себя влюбленные жены! Мама рано умерла, мы с папой остались вдвоем. Дальние родственники ненавидели друг друга и постоянно ругались, а нянюшка никогда не была замужем!
– Я сегодня немного устала, – прошептала я, глядя на его руку, так и не осмелившись до нее дотронуться. Совсем растерявшись, я встала, чувствуя, как мою руку прижимают к своим губам.
– Вы все еще обижаетесь за письмо? – послышался голос, а я увидела то самое письмо, лежащее на столе.
– Я не… – начала я, немного растерявшись и покраснев! Срочно! Срочно нужно узнать, как ведут себя влюбленные жены!
Глава сороковая
– Я просто очень устала, – прошептала я, боясь наделать глупостей еще до того, как все узнаю наверняка.
– Понимаю, – послышался голос, а меня поцеловали в лоб, а я спешно направилась в свои покои, чувствуя, как от этого поцелуя у меня задыхается сердце. Нянюшка, не отрываясь от очередного романа и читая его на ходу, помогла мне раздеться.
Я долго ворочалась, а потом замечталась о своем саде. Мне было ужасно любопытно, что вырастет из этой колючки. И я решила приложить все усилия, чтобы довести дело до конца.
Утром, как только нянюшка помогла мне одеться, а голод помог расправиться с завтраком, я вышла в коридор слыша голос Венциана: «Что значит, пропала экономка? Если бы она пропала, то уже бы запах пошел! Ищите ее!».
Пропала мисс Амелия? Не может такого быть! Я собиралась направиться в сад, в надежде, что сегодня моя колючка подрастет, как вдруг на меня выскочила Марианна.
– Вот! Это сдача! Все до последнего краудинга! – ссыпала она мне в руку деньги. – А вот чек за покупку. Ну и цены! Прям совсем с дубу рухнули! Я как глянула, чуть не села! Это ж надо, чтобы какая –то паршивая мазюка таких денег стоила! И за что? За вот это? Да за такие деньги два ведра нужно продавать!
Она показала мне баночку, которую тут же спрятала.
– Я рада, что теперь ты сможешь выходить днем, – улыбнулась я, мечтая побыстрее попасть в сад. Но Марианна шла за мной.
– Глядите! Уже намазалась! Вот эту руку намазала и лицо! – щебетала она, показывая одну руку. – А вот глядите вторая. Ее я не мазала!
И тут я увидела, как вторая, ненамазанная рука краснеет, словно от ожога. Еще чуть-чуть и покроется волдырями.
– Я правду говорила! – заметила она, тут же намазывая и вторую руку. – Ах, солнышко! Теперь снова смогу на улицу ходить. А вы как себя чувствуете, мадам?
– Намного лучше, – поблагодарила я ее за заботу. Она подпрыгнула совсем по детски, прижав к груди крем, но чуть не выронила его, а потом снова прижала к груди и звонко поцеловала. Я рассмеялась.
– Вот только мой лордик перестал писать, – вдруг поникла она, вздыхая. – Сегодня каждый час бегаю, а писем нет. Неужто разлюбил? Вот такие вот они непостоянные, лордики эти! И хорошо, что я с ним не связалась! А то обманул бы меня, ядрена вошь, а так не…
Мы замерли, слыша, как открываются ворота в них въезжает роскошная карета.
– Чейная она? – прищурилась Марианна, пока карета катилась по дороге прямо к крыльцу, на котором мы стояли. Марианна сорвалась с места, бросаясь в дом, а я осталась стоять, видя, как из кареты выходит семейство Алентайн.
– Ох уж эти дороги! – причитала мадам, глядя на свое платье. – Все такие неровные!
– Добрый день, – послышался голос мистера Алентайна, который поклонился мне. – Мы приехали просить извинений за тот инцидент. Нашему сыну стало намного лучше, поэтому мы решили, что будет благородно, если он лично попросит прощения за свою дикую выходку перед вами и вашим супругом!
Я с грустью взглянула туда, где за листвой и журчащим фонтанчиком спряталась дорожка, ведущая в мой сад.
– Проходите, хозяин ждет! – вежливо проводил нас дворецкий.
– Мы очень сожалеем, что так получилось, – с порога начал мистер Алентайн, пока его супруга стояла рядом и кивала. – В таких случаях обычно пишут письма, но наш сын настоял на том, чтобы приехать сюда и лично извиниться перед вами за его дикую выходку.
Я стояла рядом с Венцианом, положив руку на кресло.
– Присаживайтесь, – вздохнул Венциан. – Может, чаю? Принесите чай.
– Мы глубоко опечалены произошедшим, – чинно продолжал мистер Алентайн. – Этот поступок нашего сына заслуживает порицания. Но он настоял лично принести вам извинения, поэтому мы здесь.
Я смотрела на Этьена, который был слегка бледен, но в то же время держался с достоинством.
– Мадам, – произнес он, наклоняясь к моей руке для поцелуя, но я ее отдернула, пряча за спиной. Это не укрылось от взгляда Венциана. Уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке.
– Простите, – мотнул головой Этьен. – Я хотел бы принести вам извинения за то, что пытался похитить вашу супругу. Я тогда был не в себе. И…
Он замер, потому что в открытых дверях стояла Марианна с подносом и горячим чаем. Я видела, как ноздри Этьена потянули воздух, а Марианна замерла с открытым ртом.
– Продолжай, сынок, – настаивал отец, пока мать изучала интерьер комнаты.
– Я… тогда… был… – медленно, делая странные паузы, произнес Этьен, не глядя в нашу сторону. Марианна стояла, словно окаменевшая, а из фарфоровых кружечек валил пар. -… был…
– Что с тобой, сынок? – послышался встревоженный голос матери.
– Я… был… – продолжал Этьен, не обращая на мать никакого внимания. Внезапно он дернулся, а Марианна уронила поднос и бросилась в коридор.
– Это что еще за? – вскочил с софы мистера Алентайн. Его седые брови взлетели вверх, а мадам Алентайн часто моргала, словно не веря своим глазам.
– Ииии! – послышался писк в коридоре.
Глава сорок первая
Мы бросились в коридор, видя странную картину. Тело Марианны лежало распростертым на полу. А над ней склонился Этьен. Вид у него был обескураженный и растерянный.
– Сын! – грозно окликнул его отец, грузными шагами идя по коридору, пока мать Этьена просто орала в голос: «Это что за безобразие! Это что творится! Ужас какой!»
– Марианна! – бросилась я к горничной, которая лежала, не подавая признаков жизни. Отец попытался оттащить Этьена, а я увидела, как Марианна открыла глаза. Несколько раз она глупо моргнула, словно пытаясь понять, что произошло, а потом села, глядя на золотое кольцо, которое лежало на полу. Марианна посмотрела на него и снова упала в обморок.
– Ты что творишь, сын! – грозно кричал мистер Алентайн, размахивая руками.– Ты снова решил нас опозорить! Почему, как только мы переступаем порог этого дома, ты… ух!
Дальше у него просто не хватило слов от душившего негодования.
Глава семейства Алентайн тут же обратился к Венциану, который наблюдал за этой картиной с явным удивлением и интересом, словно это был спектакль.
– Марианна, – трясла я ее. – Что случилось?
– Он… он сделал мне предложение, – послышался слабый голос. – Лордик сделал мне предложение… Прямо здесь… А я что-то плохо себя чувствую…
– Понимаете, – начал оправдываться мистер Алентайн. Венциан тут же сделал самое заинтересованное лицо. – У нас траур! Молодая герцогиня, супруга нашего сына вчера скончалась родами! Ни ребенка, ни ее спасти не удалось! Вот он и обезумел от горя!
– Ох уж эти роды! – заискивающе поддакнула мадам Алейнтайн, пребывая в состоянии ужаса от увиденного. Такого от сына она не ожидала.
.– Она поедет с нами! – произнес Этьен, показывая на Марианну, возле которой сидела я.
– Сын, это – чужая горничная! У тебя есть свои! – убеждал его мистер Алентайн. – У тебя целый штат слуг!
– Нет! Она едет с нами! – крикнул Этьен, лихорадочно сверкнув глазами. – И точка!
Марианна, которая только-только открыла глаза, услышав последнюю фразу, тут же снова упала в обморок. Миссис Алентайн осела прямо на пол, глядя на сына выпученными глазами
– Пусти отец! – прорычал Этьен, хватая Марианну и прижимая ее к себе, как игрушку. – Я никуда без нее не поеду! Делайте, что хотите!
– Сын, одумайся! – закричал мистер Алентайн, пытаясь вразумить сына отпустить бедную Марианну. – Брось ее! Прекрати меня позорить!
– Я женюсь на ней! – крикнул Этьен, отбиваясь от отца, который тянул Марианну за руку, пытаясь вырвать ее из рук сына.
– Фу, сынок, фу! – визжала миссис Аленатайн, которая лупила сына веером. – Она же горничная! Обычная горничная! Я не допущу, чтобы мой сын женился на какой-то горничной! Простолюдинке!
– Не бывать этому! – рявкнул мистер Алентайн, а его указательный палец назидательно взвился вверх. Они не замечали никого, кроме сына, не желающего их слушать.
– О, да лучше бы я позволила тебе жениться тогда на этой обанкротившейся, с испорченной репутацией дуре! Но она хотя бы была благородных кровей! – произнесла в сердцах мисс Алентайн, как вдруг я резко встала, глядя на нее.
– Значит, обанкротившейся дуре с испорченной репутацией? – спросила я, не выдержав от возмущения.
– О, мадам! Я так понимаю, получился конфуз! – тут же встрял мистер Алентайн, делая страшные глаза жене. – Понимаете, мы рассматривали много вариантов невест… И разумеется, речь идет не о вас! Как вы могли такое подумать?
– Приятно, когда в дом приезжает семейка идиотов, одна из которых визжит, как поросенок, а второй бегает, как потерпевший, пока их сын мучает хозяйскую горничную! – произнес Венциан, внезапно очутившийся рядом. Он привлек меня к себе, усаживая на ручку кресла.
– Да как вы… – обалдел мистер Алентайн, багровея от гнева. Он надувался так, словно сейчас лопнет.
– А кто сказал, что я о вас? Что вы! Вы не подумайте, – с гадкой вежливостью заметил Венциан. – Да, дорогая?
– Конечно, – закивала я, глядя на их лица. – У нас бывает очень много гостей.
– Просто получился конфуз, – заметил Венциан, вежливо улыбаясь.
– Еще какой! – пожала я плечами, чувствуя, как внутри меня возмущение граничит с обидой. Мне казалось, что мне стал тесен корсет, а я едва себя контролирую.
– Мы так и поняли, – переглянулись Алентайны. – Увы, нам уже пора! Нас пригласили на чай! Мы уже опаздываем! Этьен! Живо в карету! Отпусти горничную. Приносим вам извинения.
– Позовите мисс Миракл, – попросил Венциан. – Пусть она отберет у этой семейки бедную горничную. Я бы ни за что не допустил бы, чтобы бедная девушка очутилась в этой семьей!
Кто-то из слуг побежал за няней, а я вдруг замерла. Мой взгляд упал на мою руку, которая держала палец Венциана. В этот момент внутри что-то екнуло. Когда я была маленькой, и меня что-то пугало, расстраивало или что-то не нравилось, я брала так за палец папу. Сначала он не понимал, а потом сам подсовывал мне указательный палец, чтобы я обхватила его. И в такие моменты мне казалось, что мне ничего не страшно. Ведь рядом был большой папа и его трость. А тростью можно стукнуть. И, наверное, очень больно… Это был наш с папой секрет, о котором не знал никто.
– Что с тобой? – послышался голос, пока я вспоминала папу. Кто бы мог подумать, что этот непроизвольный жест, скорее, по привычке, чем по умыслу, заставит меня так распереживаться.
– Палец, – прошептала я, глядя на его руку и на свою недоверчиво и испуганно. – Откуда вы знаете наш с папой секрет?
Глава сорок вторая
– А я и не знал, – улыбнулся Венциан, глядя на меня с улыбкой. – Вы только что сами его выдали… Буду иметь в виду!
– Ах, вы! – задохнулась я, видя, как он ослепительно смеется, обнимая за талию, пока я ударяла кулачком его в грудь.
На улице слышались крики и скрежет. Я замерла, прислушиваясь. «Пустите! Пустите, я кому говорю!», – слышался голос мистера Алентайна. – «Она держит карету!!!».
Послышался ужасающий грохот, крики и голос няни: «Я всего лишь веером ударила по крыше!».
Потом раздался страшный звук, от которого я взрогнула. И следом скрежет. В коридоре появилась нянюшка. В серой шали с седым пучком волос она была похожа на воробушка, который семенит маленькими неспешными шажочками, таща за собой дверь кареты с гербом Алентайнов в одной руке и покрытое позолотой колесо в другой.
– Вы нам возвращаете служанку, – послышался голос нянюшки. – А я вам дверь и колесо.
– Так мы не против! – заорала чета Алентайнов, – Сынок, отдай эту шлендру обратно!
Потом нянюшка направилась обратно, таща за собой тяжелую дверь и колесо. А когда она вернулась, то в ее руках была помятая Марианна. Звук уезжающей кареты оповестил нас, что визит закончился.
– Где моя шляпка? – прошептал мне голос на ухо. – М?
– Эм…– опомнилась я, видя, как нянюшка отряхивает ручки и смотрит на меня грустными глазами преданной собаки.
– А почему няня со мной больше не…– начала я, чувствуя, что начинаю что-то подозревать. Я посмотрела в синие глаза, в которых читался ответ на вопрос.
– Няни нужны маленьким девочкам, – заметил Венциан, пока обиженная нянюшка брела в свою комнату. Каждый ее шажочек разрывал мне сердце.
– А кто нужен взрослым девочкам? – спросила я, глядя прямо в синие глаза.
– Муж, – послышался ответ. – Вы с темы и с коленей не соскальзывайте, мадам. Я жажду увидеть вашу новую шляпку. Сегодня вечером.
– Эм… – замялась я. – Я … Хорошо, вечером вы ее увидите!
– Точно? – прищурился Венциан, а я вдохнула запах его парфюма.
– Точно! – соврала я, не зная, как буду выкручиваться. Нужно что-то придумать! А еще нужно будет осторожно повидаться с нянюшкой! Мало ли, что этот ревнивый дракон ей наговорил.
Я осторожно выпуталась из его объятий, одернула платье и направилась в сторону сада, вспоминая, что обещала прийти туда с утра! Бедный мистер Квин ждет, наверное!
– Разыщите мисс Чипстоун! – послышался голос Венциана, а я поспешила на улицу. Убедившись, что за мной никто не следит, я бросилась в сторону фонтана. Возле фонтана сидела ревущая Марианна, а я вздрогнула от неожиданности.
– Ну не плачь! – обняла я ее вздрагивающие плечи. – Поверь, с мистером и миссис Алентайн лучше не связываться! Они бы все равно отказались бы видеть тебя своей невестой.
– Мой… лордик… – всхлипнула она, растирая глаза. – Что ж делать?
– Теперь все от него зависит, – вздохнула я, погладив ее руки. – Он ведь всегда может предложить тебе сбежать, верно?
– Верно! – слезы ее моментально просохли. Но тут же выступили снова. – А вдруг не предложит?
– Хочешь, я раскрою тебе один секрет? – улыбнулась я, глядя на Марианну, которая посмотрела на меня недоверчиво.
– Хочу, – прошептала она, вытирая слезы фартуком. – Я умею хранить секреты.
– Обещаешь, что никому не расскажешь? – спросила я, глядя на нее очень подозрительным взглядом.
– Обещаю, – вздохнула она.
– Тогда закрой глаза и молчи, – потребовала я, беря ее за руку. Она послушно шла за мной, а я вела ее в сторону сада. Возле двери, прислонившись к ограде сидел мистер Квин. А на коленях у него лежала связанная мисс Амелия с повязкой на глазах и кляпом во рту. Она подняла голову и что-то промычала, а потом выплюнула платочек на траву.
– Мадам? Это вы? – спросила она, плечом приподнимая повязку. – Мы вас уже заждались…
– Что? Где? – опомнился мистер Квин, громко зевая. Мисс Амелия тут же поправила повязку обратно, схватила зубами платок и стала его жевать.
– Мммм! Мммм! – мычала она, пока мистер Квин вставал и взваливал ее себе на плечо.
– У нас новый член шайки – лейки, – произнесла я, пока Марианна пыталась понять, что происходит.
– Эм… Двоих я не потяну похищать каждый раз! Это пока одну свяжешь, пока вторую… – замялся мистер Квин.
Я осторожно открывала двери и шептала: «Входите!». Марианну я потащила следом за собой. Дверь закрылась, а я выдохнула. Никто ничего не заметил!
– Можешь открывать! – улыбнулась я, видя, как Марианна открывает глаза и недоверчиво смотрит вокруг.
– Это же … САД? – ужаснулась она, глядя огромными глазищами на наши старания. Роскошные розы занимали всю стену и цвели, цвели, цвели. Кустики, высаженные мистером Квином в прошлый раз уже зеленели, а на них завязались бутоны.
– Тише ты! – шикнули на нее все, включая мисс Амелию, которая положила голову на плечо мистеру Квину и сдвинула повязку.
– Ой, простите, – зажала рот руками Марианна, рассматривая все вокруг. – Так вот где вы пропадаете! А я-то голову ломала! Ну и красота же тут! А как пахнет!
– Ну что ж! Приступим к посвящению! – потер руки мистер Квин, глядя на Марианну. – А ты что хотела? Без посвящения в шайку никак!
– Шайку? – спросила Марианна, прикасаясь к розам.
– Ну да! Мы тут черные делишки проворачиваем! Видала, сколько провернули? – не без гордости произнес мистер Квин, показывая вскопанную клумбу.
– Ой, что с вами будет, если хозяин узнает! – прошептала Марианна, пряча лицо в руках.
Глав сорок третья
– Клянешься ли ты, Марианна, – строго произнесла я, держа лопату в руках. – Хранить тайну сада и не выдавать ее никому! Клянешься ли ты, если тебя вдруг будут пытать и…
– Угрожать лишить зарплаты, – подсказала мисс Амелия, а я кивнула.
– Хранить тайну сада? – выдохнула я, глядя на Марианну.
– Сам погибай, но товарищей покрывай! – строго добавил мистер Квин, пока мисс Амелия расстилала розовый плед. Диван сразу же стал каким-то уютным. Еще бы! Среди цветущих роз и распускающихся бутонов, он выглядел нежным зефиром.
– Иначе мы убьем тебя лопатой! – добавила мисс Амелия, расправляя руками складочки.
– Согласна, – кивнула Марианна, а я несколько раз взмахнула над ней лопатой. Комок земли упал Марианне за шиворот.
Я достала мою колючку.
– Ой, какая красота! – восхищалась Марианна, и тут же перепуганным голосом добавляла. Ой, что с нами будет, если хозяин узнает! Ух-ты, какая прелесть! Ой, нас всех поубивают! Прелесть-то какая! Нет, точно сожрет! Как проглотит, так только туфли останутся!
Колючка не выросла ни на миллиметр. Даже листик новый не проклюнулся. Жаль… Я с сожалением поставила цветок обратно на полочку, повертев его под солнечным лучом.
– Я бы хотела спросить, – осторожно, как и подобает леди, начала я. – А как ведут себя влюбленные … эм… леди?
Мистер Квин щелкнул ножницами в воздухе, чуть не отрезав прядь волос мисс Амелии. Марианна шмыгнула носом, а мисс Амелия уронила цветок на пол.
– Влюбленная леди обязана быть сдержанной в своих чувствах! – строго начала мисс Амелия. – Каменное лицо, ледяной взгляд и никаких проявлений чувств!
– А как мужчина догадается, что она в него влюблена? – спросила я, выметая сухие листья.
– Ну, можно позволить себе маленькую вольность! Задержать на нем взгляд на пару секунд подольше. Или приподнять платье на полдюйма! Для того, чтобы соблазнить! – пояснила мисс Амелия.
– В ваше время, кажется, супруги друг друга через простыню целовали! – усмехнулась Марианна. – Вот я работа в доме в одном. И там хозяйка влюбилась! Так она сама своему любовнику на шею бросалась! Обнимала, целовала!
– Значит, она не леди! – возразила мисс Амелия, сверкнув глазами. – Я вспомнила! Есть такой язык веера! И веером леди подавала сигналы возлюбленному!
– Ага, а когда мошкару отгоняла, то к ней все мужики с окрестностей слетались! – рассмеялась Марианна. – Я вам говорю! Влюбленная леди мало чем отличается от простолюдинки! Вот поверьте! Моя бывшая хозяйка с порога любовника раздевать начинала!
– Вот! Я же говорю! Она никакая не леди! – воскликнула мисс Амелия, яростно клацнув ножницами и нервно срезав не тот цветок. – Поцелуи, обнимания, – это все недопустимо!
– Тише! Не слушай этих … женщин! – прокашлялся мистер Квин. – Я много этих, ледей, на своем веку повидал. Короче, влюбленная леди….
Садовник осмотрелся и довольно хмыкнул, чуть уводя меня в сторону.
– Она сразу глазки строить начинает! Вот так! – мистер Квин отчаянно заморгал и задергал одним глазом. – Запоминай!
– Строить глазки, – выдохнула я. Эх, нужно будет отрепетировать! А то, чувствую, сходу не получится.
– Нет, ну строить глазки допустимо! Правда, пока никто не видит! – воскликнула мисс Амелия, явно подслушивая.
– А я про что? – возмутилась Марианна. Краем глаза я видела, как она уперла руки в боки. – Строить глазки – это целое искусство! Правда, я плохо умею. Иначе бы уже замуж бы вышла!
– А еще влюбленная леди … это… наматывает волосяндры на палец, – наморщил лоб мистер Квин и снова довольно хмыкнул, видимо, вспоминая молодость. – Сидит себе такая и мусолит. Раз мусолить начала, то все! Считай, понравился! Можно и того! Знакомится!
– Мусолить волосы, – запомнила я, вздыхая и понимая, что это – целая наука! Я так понимаю, что наука неприличная. Поэтому приличным девушкам об этом не рассказывают.
– И третье, – осмотрелся мистер Квин. – Когда ледям кто-то нравится, они начинают вздыхать! И ах, и ох! Словно на еже полужопицами переминаются. Поняла?
– Что? – спросила я, глядя в его глаза.
– Ну, эм… Словно … по нужде хотят! Сидят, мнутся и охают и ахают! – пояснил мистер Квин, пока Марианна и мисс Амелия выясняли, как правильно охать и строит глазки.
– Я так понимаю, что дело касается хозяина, да? – покраснела и улыбнулась Марианна.
– А кого же еще! – ответила мисс Амелия, требуя, чтобы я уселась на диван. – Сейчас будем учить вас строить глазки!
