Текст книги "Бесстрашие (ЛП)"
Автор книги: Кристин Смит
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)
Трей разочарованно вздыхает и занимает заднее сиденье. Его большие ладони ложатся на мои плечи, он подаётся ко мне и шепчет на ухо:
– Я постоянно придумываю тысячи способов защитить тебя, но ты мне не позволяешь.
Разворачиваюсь на сиденье, чтобы посмотреть на Трея. Его глаза серьёзны, в них даже проглядывает беспокойство. Я сжимаю его ладонь.
– Потому что мне не нужна защита. Но когда понадобится, ты будешь первым, к кому я обращусь.
Отпустив его руку, разворачиваюсь к Зейну, усаживающемуся на водительское сиденье.
– Я поговорил с Гретой, – сообщает он, пока мы выезжаем в сторону не самого благополучного района города. – Она отказалась ехать в лагерь.
– Почему? – удивляюсь я. – Ты запугал её отсутствием удобств?
Зейн улыбается, вальяжно держась за руль.
– Нет. Просто не хочет покидать Легас. Как я понял, у неё есть подруга на том конце города, у которой она может погостить.
– Тебе не… грустно расставаться с ней? – спрашиваю я.
– Я буду по ней скучать, но здесь она счастлива.
– Ей точно безопасно оставаться? – уточняет Трей с заднего сиденья.
Зейн кивает.
– Если меня здесь не будет, не представляю, зачем кому-то нападать на неё.
Мы останавливаемся на улице, где расположена квартира Чеза. Несколько уличных фонарей разбиты и отбрасывают жуткие тени на дорогу. Окна тоже не все целы, некоторые так вообще заколочены.
– Никак не возьму в толк, почему Чез тут живёт, – бормочет Зейн. – С его-то мозгами…
Многоквартирный дом Чеза, как всегда, выглядит обветшалым и разваливающимся. По дороге к подъезду нам приходится обходить груды мусора, а бетонные ступеньки покрыты плесенью или ещё каким-то тёмным грибком. Я разделяю непонимание Зейна. Чез мог бы жить вместе с родителями в пригороде, но для него очень важна независимость. Полагаю, так выглядит независимость, когда тебе исполняется восемнадцать, а на счетах нет большой суммы денег.
Когда мы добираемся до его квартиры, то обнаруживаем слегка приоткрытую дверь. Все разумные мысли покидают мою голову. Я распахиваю дверь, несмотря на то, что Трей и Зейн – два моих извечных защитника – пытаются оттеснить меня, чтобы войти первыми и проверить квартиру на наличие угрозы. Дверь ударяется о стену со звуком выстрела.
– Чез! – кричу я, проходя из комнаты в комнату. Трей следует за мной по пятам, держа пистолет наготове и направляя его во все тёмные углы. – Чез!
Пакеты из-под чипсов на кофейном столике, грязная посуда в раковине, стопка ношенной одежды на полу в спальне – в комнате воняет носками – и засохшие ошмётки зубной пасты в ванной – всё на месте, но Чеза нигде не видно.
– Его здесь нет, – озвучиваю я, когда мы завершаем обыск и возвращаемся в гостиную. Я замечаю его линк на столике под пакетом из-под чипсов, и это странно.
– Он оставил свой линк, – произношу я, поднимая чёрный гаджет. На нём стоит пароль, поэтому я не могу его включить. – Он никогда не выходит из дома без линка, если только не опасается слежки.
– Куда он мог пойти? – спрашивает Трей.
– И оставить дверь открытой? – отмечает Зейн.
Окидываю взглядом квартиру.
– Не знаю, но что-то здесь не так. Чез вообще редко выходит из дома, если только чипсы не закончились или типа того. Но в таких случаях он всегда берёт с собой линк.
– Может, он решил погостить у родителей пару дней? – предполагает Зейн, беря двумя пальцами старое шерстяное покрывало, накинутое на спинку дивана. Покрывалом Чез закрывал дыру, из которой вылезал наполнитель. Этот диван стоял ещё в доме его родителей, пока те не решили купить себе новый прямо перед тем, как Чез выпустился из школы и переехал в свою квартиру. Но эта дыра была там всегда. В детстве мы с Чезом оставляли в ней тайные послания друг другу.
Мысленно вознося молитвы, отодвигаю покрывало и засовываю ладонь в дыру. Белый пух щекочет руку.
– Что ты делаешь? – изумляется Трей.
– Ищу подсказку, – отвечаю я, продолжая ощупывать внутренности дивана, насколько позволяет рука. Безуспешно. – Чёрт. Ничего.
– Думаешь, он мог оставить тебе послание? – спрашивает Зейн.
Иду на кухню, проверяю каждый шкафчик, даже заглядываю в банку с печеньем в форме ананаса. Никаких спрятанных записок и зашифрованных сообщений. Только крошки и одна недоеденная печенька.
– Не знаю, – произношу я. – Просто это очень на него не похоже – оставлять дверь открытой и не брать с собой линк. Может, нам надо снова обыскать всё. Вдруг найдём записку или ещё какую-нибудь подсказку о его местонахождении.
– Пойду проверю его спальню, – говорит Трей, уже сворачивая в коридор.
– А я ещё раз осмотрю ванную, – сообщает Зейн.
Я возвращаюсь в гостиную и, уперев руки в боки, окидываю комнату взглядом. Внутри дивана ничего не нашлось. Может, под ним? Диван – самое любимое место Чеза на свете.
Опустившись на ладони и колени, я проверяю под диваном. Сначала шарю рукой, а потом и заглядываю. Нахожу только носки.
– Ого! – выкрикивает Трей из спальни.
Я вскакиваю на ноги и бегу к нему. Зейн не отстаёт.
– Ты что-то нашёл?
Трей стоит посреди бардака, держа в руке петарды и спички. Заметив меня, он виновато улыбается.
– Эм, нет, прости. Я слишком бурно отреагировал. Никогда не знаешь, что может пригодиться.
Прихватив находку, он возобновляет поиски.
Компьютерное оборудование и коммуникаторы занимают целую стену. Всё вроде бы на месте, так что Чез явно не собирался уходить надолго.
– Может, это оно? – спрашивает Трей, протягивая мне мятый листок бумаги.
Я забираю записку и читаю слова, написанные почерком Чеза:
«Нас никогда не должно было быть там, но я хочу туда вернуться».
– Где ты это нашёл? – уточняю я.
– Среди мусора.
Перечитываю записку дважды. Зейн заглядывает через моё плечо.
– Очень загадочно, – комментирует он.
Для кого-то да, но не для меня.
– Я знаю, где он. – Складываю записку пополам и убираю в карман. – Идём.
Трей и Зейн идут за мной к двери.
– Погоди, куда мы направляемся? – спрашивает Зейн, проверяя, что дверь надёжно закрыта после нашего ухода.
– В АГИО.
– АГИО? – переспрашивает Трей.
– В Академию Генетически и Интеллектуально Одарённых. Мы с Чезом учились там. Потом он выпустился, а я отчислилась.
– Зачем ему туда? – кривится Трей. – Обычно после выпуска мало кто хочет вернуться в школу.
– А ты у нас эксперт по школам и выпускникам, да? – шучу я.
Трей пожимает плечами.
– Я знаю, что это не то место, куда бы я хотел отправиться с ночёвкой в одиночку.
Вернувшись в машину, я подсказываю Зейну, как проехать до АГИО. Он, конечно же, слышал об академии, как и большинство гемов, но сам ходил в другую школу, которая только для мальчиков.
– Напомни-ка мне, как так вышло, что Чез посещал школу для девочек, – с ухмылкой интересуется Зейн. – В старших классах я бы за такую возможность душу дьяволу продал бы.
Трей усмехается с заднего сиденья.
– Я тоже.
Закатив глаза, отвечаю:
– Его отец преподавал в той школе, что позволило Чезу там учиться. Думаю, тот факт, что он не гем, затмевал тот факт, что он парень.
– То есть вариант, что девушки-гемы западут на парня-не-гема, вообще не рассматривался? – Трей смеётся. – Уж поверь мне, вовсе не обязательно быть гемом, чтобы привлечь внимание девушек-гемов.
– Судишь по собственному опыту? – сухо отмечаю я, разворачиваясь, чтобы прожечь его взглядом. – Но ты кое-что забыл. Ты всегда был гемом.
Трей робко улыбается.
– Но раньше-то я об этом не знал.
Теперь уже хохочет Зейн.
– А я не могу не согласиться с Треем. Мой отец все эти годы ограничивал наши встречи с Ариан, но ему даже в голову не приходило, что есть и другие девушки. Не генетически модифицированные.
Я сразу же понимаю, на кого он намекает. Мои щёки вспыхивают.
Трей наклоняется вперёд между сиденьями.
– Да, кстати, мне давно было любопытно. Как вы вообще познакомились? Я так понимаю, это произошло на каком-то мероприятии?
Зейн качает головой, его губы расплываются в улыбке.
– Не совсем. К тому моменту мы уже были знакомы.
– Забавно, – протягивает Трей, бросая взгляд на меня. – А я ведь готов был поклясться, что Сиенна рассказывала мне о торжественном ужине, куда она проникла якобы в роли журналиста, пытаясь подобраться к Харлоу.
Зейн кивает.
– Да, всё так. Но это была наша третья встреча.
– О, правда? Как интересно.
Трей откидывается на спинку заднего сиденья. Его тон заметно изменился. Он понял, что я соврала.
– Да не было там ничего инте… – начинаю я.
Но в этот же самый момент Зейн говорит:
– Я дважды её спасал.
Трей снова подаётся к нам.
– Спасал? Дважды?
– Ничего ты меня не спасал, – возмущаюсь я. – Мне ничего не угрожало.
– Звучит как отличная история, – комментирует Трей, потирая руки. Он пытается сделать вид, что эта новая информация его ничуть не парит, но я же вижу, как он отводит взгляд.
Зейн начинает рассказывать о том, как нашёл меня на вершине «Мегасферы» и принял за самоубийцу.
– «Мегасфера», значит? – повторяет Трей, наконец посмотрев на меня. В его глазах сотни вопросов. Он наверняка вспомнил, как я расстроилась, когда он с другими граневцами решил взорвать этот старый аттракцион.
Я почувствовала, что должна объясниться. Ну, или хотя бы попытаться. Не хочу, чтобы Трей думал, будто для меня это место было так важно, потому что там я познакомилась с Зейном.
– Я часто там бывала, – поясняю я. – Это был мой маленький рай. После смерти отца «Мегасфера» стала единственным местом, куда я могла прийти и взглянуть на всё под другим углом. На её вершине я чувствовала себя так, будто весь мир у моих ног. И я смотрела вниз на людей и их проблемы. – Пожимаю плечами. – После чего мои собственные казались уже не такими страшными.
– А потом пришёл я и всё взорвал, – добавляет Трей и выругивается себе под нос. – Прости, мне ужасно жаль. Если бы я знал…
– Всё в порядке, – перебиваю я. – Что сделано, то сделано.
Трей замолкает на мгновение, а затем обращается к Зейну:
– Ты сказал, что спасал Сиенну дважды. Когда бы второй раз?
Закрыв глаза, я молюсь, чтобы Зейн не вдавался в детали. Например, что я была одета только в трусы и лифчик, когда он вытащил меня со дна озера. Трей этому не обрадуется.
Зейн улыбается до ушей.
– У плотины. Сиенна спрыгнула со скалы в воду, но не вынырнула, мне пришлось броситься за ней.
Трей прочищает горло, его костяшки белеют от того, как сильно он вцепился в сиденье.
– Вы вместе плавали у плотины?
– Нет, – спешно возражаю я. – Я была одна. Ну, по крайней мере, я так думала. Зейн просто увидел, как я прыгаю. Я долго оставалась под водой, поэтому он нырнул следом.
– Зачем ты спрыгнула со скалы? – спрашивает он, сощурив глаза.
Пожимаю плечами.
– Захотелось.
– Ладно, – медленно произносит Трей. – То есть ты от скуки спрыгнула со скалы, а потом долго не всплывала. Что-то случилось на дне? Ты ударилась головой?
– Ну нееет, – протягиваю я. – Я просто… размышляла.
– На дне озера? – скептически уточняет Трей.
Скрещиваю руки на груди, отворачиваясь от него.
– Тебе не понять.
– Да уж, – бормочет Трей, откидываясь назад.
Когда мы заезжаем на парковку АГИО, Зейн ловит мой взгляд и одними губами произносит: «Прости».
Я отмахиваюсь.
Школа находится в уединённом месте, в стороне от дороги, но всё же в престижной части города. Когда мы выходим из машины, я слышу клаксон машины в нескольких улицах от нас и гудение электричества, освещающего дорогу, но в остальном всё тихо.
Внешний фасад стеклянного здания достаточно освещён, чтобы мы ни обо что не столкнулись. Я прежде не обращала внимания на фонари, которые загораются в тёмное время суток, когда кто-то подходит близко (видимо, они оборудованы подземными датчиками движения или типа того). Ну, я в принципе никогда не была здесь ночью.
Пока мы идём по дорожке ко входу, Трей наклоняется ко мне.
– Теперь понятно, почему ты решила умолчать об этих эпизодах в своём рассказе о Зейне.
Шептал он громко, и Зейн наверняка его слышал, ведь он идёт всего на пару шагов впереди.
– Да не было там ничего такого, – вздыхаю я. – Не стоило упоминания.
Мы подходим к зданию. Всюду куски земли, грязь и мульча. Похоже, садовники на днях пересаживали растения.
Дёрнув двери, убеждаюсь в том, что они закрыты, как я и предполагала.
– Надо найти другой вход. Уборщица иногда оставляет окно в туалет открытым.
– А ты откуда об этом знаешь? – спрашивает Трей. Его голос сочится недовольством. Аргх. Парни невыносимы, когда обижаются.
– Мой папа работал здесь несколько лет. Я знаю все входы и выходы.
Трей немного смягчается. Видимо, понимает, что нельзя так злиться на девушку, недавно потерявшую отца. Причём второй раз.
Мы обходим здание. Мне нужно время, чтобы найти нужное окно, потому что они все выглядят одинаково. Но окно в туалет действительно было не заперто и спокойно открылось. К сожалению, я слишком низкая, даже для первого этажа. Моя вечная проблема.
– Иди сюда, я тебя подкину, – предлагает Трей.
Он поднимает меня за талию и ставит на выступ.
– Спасибо, что позволяешь мне быть самостоятельной, – шучу я, пытаясь разрядить атмосферу между нами. Трей натужно улыбается. Похоже, одной остротой не компенсировать тот факт, что он уличил меня во лжи.
Я перекидываю ноги и спрыгиваю на пол туалета. Внутри темно, но лунный свет, просачивающийся через открытое окно, отражается от фарфоровых раковин. Здесь пахнет моющими средствами. Подходя к двери, я слышу, как Трей и Зейн один за другим приземляются на пол с глухим стуком.
– Как думаешь, Сиенна, где он может быть? – спрашивает Зейн, когда мы выходим в коридор. – Я как-то приезжал сюда в одиннадцатом классе на соревнования по десятиборью и помню, как большая эта школа.
– Ты был в команде по десятиборью? – изумляюсь я. – Хотя чего я удивляюсь. Конечно, да.
Останавливаюсь и осматриваюсь в коридоре, пытаясь представить, куда мог пойти Чез. Зейн направляет фонарик направо, на табличку под потолком «Компьютерный класс» и стрелку, указывающую в сторону другого коридора.
– Гениально, – комментирую я. – Куда ещё мог отправиться айтишник?
Пока мы идём по коридорам моей старой школы, я не могу отделаться от чувства ностальгии. Я вспоминаю место, где Чез ждал меня после занятий, свой старый шкафчик и, конечно же, Ступени из Ада, также известные как Лестница в Рай. Я помню, что если подняться по ним наверх и свернуть за угол, там будет ждать меня бывший папин кабинет.
Тогда всё было так просто. Нет, конечно, учёба не давалась мне легко, и я никак не могла добиться хороших отметок, но, по крайней мере, моей жизни ничего не угрожало. У меня были любящие родители, заботившиеся о нас с Эмили. Я не бежала от правительства, не была обвинена в убийстве, на моих руках не было крови. Я была такой чистой и невинной.
Чего бы я только ни отдала, чтобы снова стать той девочкой.
Хотя так ли это? Хотела бы я стать прежней Сиенной? Она была слабой, беспомощной, наивной. С тех пор я многому научилась и повзрослела. Нет, я не променяю себя новую на прежнюю.
Дверь в компьютерный класс закрыта. Мы открываем её. Зейн освещает фонариком линка пол впереди. Нас встречают десятки компьютеров и коммуникаторов. Но что-то красно-синее виднеется между рядами. Мы подходим ближе и обнаруживаем спальный мешок, внутри которого кто-то лежит.
– Чез? – зову я, присаживаясь на корточки рядом.
Зейн светит фонариком в лицо спящего человека. Чез медленно открывает глаза и тут же закрывает их рукой, словно ослеплённый ярким светом. Он с трудом садится, а я обхватываю его руками.
– Сиенна? – сонно спрашивает он. – Ты здесь? Я знал, что ты меня найдёшь.
Отодвигаюсь чуть в сторону, и он замечает за моей спиной Трея и Зейна.
– Здорово, приятель, – произносит Трей, крепко пожимая ладонь Чеза. – Как ты?
– Нормально. Простите, что устроил вам мини-квест, но я только узнал об указе и испугался. Не знал, что ещё делать.
– И приехал сюда? В нашу старую академию?
– Мне подумалось, что никто не станет искать здесь не-гема. Это же школа только для генетически модифицированных.
– Но как ты понял, что мы приедем за тобой? – спрашиваю я. – Мы скрывались в пустыне в трёхстах милях отсюда. Как ты узнал, что мы вернёмся в Легас?
– Я видел то видео с Зейном, где он обещал найти тебя под звёздами или типа того. Мне подумалось, что ты приедешь за ним. А как только вышел указ, я был уверен, что ты вспомнишь про меня.
Ухмыльнувшись, стучу по его лбу.
– Я всегда знала, что ты гений, но ты в очередной раз это подтвердил.
Чез поднимает глаза на Зейна.
– Сожалею твоей утрате. Потерять отца – это ужасно.
Зейн кивает.
– Спасибо. Мне важно это слышать.
Трей выпрямляется.
– Мы собираемся отвезти тебя в лагерь «Зенит». Там ты будешь в безопасности. Но лучше поспешить. Ночью выше шанс остаться незамеченными.
– Стойте! – Чез вскидывает руку. – Вы видели собак?
Трей прислоняется к компьютерному столу, скрещивая руки на груди.
– Каких ещё собак?
Потирая глаза, словно пытаясь стереть некий образ перед глазами, Чез говорит:
– Генетически модифицированных. У них странные клыки. Они вынюхивали что-то рядом с моей квартирой, как раз когда вышел указ. Думаю, их натренировали находить не-гемов.
– Кто натренировал? – задаёт вопрос Зейн.
– Как можно определить, кто гем, а кто нет? – одновременно с ним спрашиваю я.
– За всем этим стоит правительство. Как именно они это делают, я точно сказать не могу…
– Страх, – произносит Зейн. – Собаки чуют страх. У не-гемов случается всплеск гормонов, когда они боятся.
– А у вас нет, что ли? – удивляюсь я.
– Обычно нет.
– Не знаю, как они это делают, – говорит Чез. – Но хочу, чтобы они держались подальше от меня. Я, конечно, лакомый кусочек и всё такое, – он хлопает по своему животу, – но всё же. Мне бы хотелось сохранить всё своё при себе.
– Они агрессивны? – уточняет Трей, отталкиваясь от стола.
– О да, – протягивает Чез. – Крупные и мускулистые. Я видел одного такого страшного пса.
– MSTN-ген, – произносит Зейн. Все взгляды устремляются на него. – В этом гене закодирован белок миостатин, подавляющий рост мышц. Этот белок убирают, чтобы увеличить мышечную массу собак.
Я первая озвучиваю то, о чём подумали все:
– А с людьми так тоже можно?
Зейн кивает.
– Абсолютно. Учёные из лаборатории моего отца постоянно этим занимаются. Это один из элементов создания идеального генома. Любой родитель, который хочет, чтобы их ребёнок добился успеха в спорте, выбирает исключение миостатина. С высокой вероятностью Харлоу сделал это с Треем.
– Ты реально мускулистый, – соглашается Чез.
Да, обожаю упругие мышцы Трея. Все эти чёткие рельефные линии и объёмы в нужных местах.
– Ага, очень!
Трей фыркает в ответ.
– У меня нормальный объём мышечной массы. Вы же не видите никакой диспропорции, верно?
– Ничуть, – уверяю я. – Ты идеален.
Трей усмехается в ответ.
– Итак, сегодня я узнал кое-что новенькое. – Он хлопает Зейна по спине. – Надо держать тебя при себе, братец. В этой голове идеальной формы целый колодец знаний. Не говоря уже о всякой инсайдерской инфе.
Я рада, что Зейн набрал очков в рейтинге одобрения Трея, но у меня голова кружится от всей этой новой информации.
– Стил, наверное, уже продал все формулы и секретные технологии «Хромо-120» правительству, – предполагаю я.
Все замолкают, задумавшись.
– То есть они уже знают всё? – Чез переводит взгляд округлившихся глаз с меня на Трея, а затем на Зейна, ища подтверждения.
– Я бы хотел надеяться, что мой брат не такой, – произносит Зейн, – но если честно, Сиенна, скорее всего, права. Я могу представить, как Стил продаёт правительству всё, над чем годами работал наш отец, труп которого ещё не остыл.
В его голосе отчётливо слышится горечь. Не могу его винить. Каково это узнать, что последний оставшийся член твоей семьи предал тебя наихудшим образом?
Слава звёздам, теперь у него есть Трей.
36
ТРЕЙ
Я пообещал маме Сиенны, что прослежу, чтобы её дочь осталась в целости и сохранности. И отступать от своего слова не собираюсь. Моя задача номер один – как можно скорее вывести Сиенну из Легаса. Да, конечно, за Чеза я тоже беспокоюсь, но он парень, и я в него не влюблён, так что его безопасность меня волнует меньше, чем её.
Поэтому пока мы идём тёмным коридорам старой школы Сиенны, я ни на секунду не выпускаю девушку из виду. Она, скорее всего, не оценит такое внимание, поэтому ей лучше не знать.
– Ребят, стойте! – внезапно произносит Чез, вскидывая руку. – Вы слышите?
Мы останавливаемся и прислушиваемся. Зловещее рычание доносится из соседнего коридора.
– Умоляю, скажите, что это не то, что я думаю? – громким шёпотом спрашивает Чез, медленно отступая.
– Как они нас нашли? – удивляется Сиенна.
– Окно в туалете? – озвучивает догадку Зейн.
– Они бы не допрыгнули, – возражаю я. – Думаю, мы зря беспокоимся.
Зейн поднимает указательный палец.
– Вообще-то они вполне могли запрыгнуть. Если их действительно генетически усовершенствовали, как я предполагаю исходя из описания Чеза, эти собаки сильны и умны. Их ничто не остановит.
– Боже, скажи, что ты просто пошутил, – шепчет Чез, вцепившись в свой рюкзак. – Я хочу вернуться в свой спальный мешок.
Хлопаю по плечу Зейна.
– Мы с Зейном проверим. – Бросаю строгий взгляд на Сиенну. – Оставайся здесь. – Когда она открывает рот, чтобы возразить, я добавляю: – С Чезом.
Она кивает.
Поскольку пистолет у меня, Зейн жестом указывает, чтобы я шёл первым. Не то чтобы мне нужны его указания. Не понимаю, почему сам он не взял пистолет. Получил записку с угрозой, поймал убийцу в собственном доме, но так и не счёл необходимостью держать при себе оружие? Вот поэтому-то я больше подхожу Сиенне: я готов на всё, чтобы её защитить. Зейн же не может защитить даже самого себя.
Пока мы крадёмся по коридору в ту сторону, откуда раздаётся звук, в мою голову закрадывается маленькая неприятная мысль. Зейн защищал Сиенну в Рубексе. Он защищал её, пока я вёл беззаботную жизнь с Рейни.
Отгоняю эту мысль. Мы подходим к повороту. Поднимаю руку, останавливая Зейна. С поднятым пистолетом перед собой заглядываю за угол. И да, в другом конце коридора оказываются два самых гигантских пса, которых я когда-либо видел. Склонив носы к полу, они идут на запах, затем останавливаются у школьного шкафчика. Что-то в нём привлекло их. Мышцы бугрятся по всей длине, это придаёт им какой-то пугающий, неестественный вид. Вздутые жилы тянутся вдоль лап, а шеи настолько толстые, что бодибилдеру на стероидах остаётся только завидовать.
Жуткие твари.
Отступаю назад, скрываясь из виду.
– Они – это нечто, – шепчу я. – Но их всего двое.
Готовлю пистолет. Выстрел создаст много шума, но это наш единственный вариант.
– А если ты промахнёшься? – тихо спрашивает Зейн.
Серьёзно? Он ещё сомневается в моей меткости? После того, как я спас ему жизнь?
– Не промахнусь, – буркаю я.
Перехватив пистолет поудобнее, высовываюсь из-за угла и целюсь. Словно почуяв нас, один из монстров вскидывает голову, глаза-бусинки смотрят прямо на меня. Пёс обнажает пасть в злобном оскале и срывается с места. Несётся прямо на нас. Мышцы перекатываются, каждый шаг – мощный прыжок.
– Чёрт возьми, – вскрикиваю я, выстреливая. В движущуюся мишень всегда сложнее попасть, поэтому я не удивлён, что первая пуля улетает мимо. Стреляю снова и снова, но пули отскакивают от адской псины, словно от доспехов. Вторая тварь мчится следом.
– Бежим! – ору я. Мы с Зейном несёмся по очень длинному коридору, в дальнем конце которого застыли Сиенна и Чез. – Уходим! – кричу я. – Наружу!
В кои-то веки Сиенна не задаёт вопросов, просто хватает Чеза за руку и тянет его за собой.
Я слышу за собой топот лап по бетонному полу. Мы с Зейном бежим нога в ногу. Стараюсь не думать о рычащих монстрах сзади, а только о красных буквах «ВЫХОД» над дверью впереди.
В таких ситуациях мой мозг просчитывает всё на десять шагов вперёд. Я уже знаю, что лучший вариант для нас – выбежать из школы и добраться до машины Зейна. Если запрёмся в одном из кабинетов, окажемся в ловушке. Прятаться где-либо в школе нельзя. Когда ВИГ придёт за своими ищейками, они найдут нас. Сиенну снова отправят в тюрьму и…
Стоп. Не надо забивать голову этими образами. Если Сиенну поймает ВИГ или кто-то ещё от правительства, снисхождения не будет. Именно поэтому моя задача – вернуть её в лагерь живой и невредимой.
Сиенна и Чез уже добрались и распахнули её. Раздаётся сирена – настолько громко, что пробирает до костей. Собакам с их обострённым слухом наверняка не сладко. Оглядываюсь и вижу, что звук их даже не замедлил. Они буквально в шаге от нас, щёлкают зубами, брызжут слюной.
Мы уже почти достигаем двери, как снаружи раздаётся крик Сиенны. Я ускоряюсь как никогда прежде, не представляя, что ждёт меня там. Толчком распахиваю дверь. Зейн выбегает следом и захлопывает дверь, оставляя собак внутри. Они врезаются в железную дверь с такой силой, что оставляют вмятину. Вой, лай, рычание доносятся с той стороны.
Оборачиваюсь, разглядывая пришкольную территорию в свете луны в поисках Сиенны, Чеза и причины её крика, и понимаю, что все эти звуки издавали не псы с той стороны, а четыре твари перед нами. Сиенна и Чез стоят неподвижно в трёх метрах от нас с Зейном.
Сиенна готова защищаться. Остаётся только надеяться, что она не станет лезть на рожон.
Прикидываю расстояние между нами и машиной Зейна. Мы могли бы попробовать добежать, но Сиенна с Чезом не такие быстрые, как мы с Зейном.
Затем вспоминаю о петардах у себя в карманах, и план созревает сам собой. Не сводя глаз с самого крупного из четвёрки хищников, я медленно достаю петарды и спички. Рычание становится громче, мышцы перекатываются, словно монстр готовится к прыжку.
– Не шевелитесь! – шиплю я, когда Сиенна переступает с ноги на ногу. Не знаю, что она задумала, но замечаю, как она поднимает руки, защищая лицо. Ох, девочка моя, разве можно полюбить тебя сильнее? Она серьёзно настроена вступить в схватку с генетически модифицированными псами.
– Попытаемся добраться до машины Зейна, – произношу я сквозь сомкнутые зубы, не желая провоцировать собак, но так, чтобы ребята услышали меня. – По моему сигналу бегите.
Сиенна едва заметно кивает. Чез же мотает головой, шепча:
– Нет, нет, нет, нет, нет…
– Ты справишься, – говорю я.
Одним быстрым движением я зажигаю спичку, подношу к фитилям и бросаю петарды в сторону монстров. Ночной воздух тут же наполняется оглушительными хлопками, едва петарды начинают взрываться одна за другой. Дым окружает собак, и на секунду они, растерявшись, отступают на несколько шагов. Но эта отсрочка ненадолго.
– Бежим! – кричу я. Но сам при этом бросаюсь не к машине, а к Сиенне. Хватаю её за руку и тащу за собой.
Твари встряхиваются и рычат, выходя их ступора. Когда мы уже преодолели метров двадцать, два пса, стоявших ближе всего, бросаются следом. Из глубин их бычьих шей раздаётся агрессивное рычание.
Я бегу так быстро, как только позволяют ноги, и крепко сжимаю руку Сиенны. Она вскрикивает, и в эту же секунду я чувствую, как нечто острое пронзило мою голень. Один из псов цапнул меня за ногу. Притормаживаю, чтобы отпихнуть его, и возобновляю бег.
Мы уже почти на месте.
Ещё два метра.
Один.
Дёргаю за ручку, распахиваю дверь, заталкиваю Сиенну внутрь и захлопываю. Зейн с Чезом пытаются справиться с псом в нескольких шагах от нас.
Понимая, что им нужна помощь, залезаю на капот, поскальзываясь от спешки. Поднимаю пистолет. У каждого животного есть слабое место, Ахиллесова пята. Надо только его найти.
Целюсь в собаку, вцепившуюся в рубашку Чеза. Ищу место, куда лучше выстрелить. Спина выглядит очень крепкой, бока покрыты мощными мышцами. Как вдруг пёс наклоняет голову, и я замечаю незащищённое местечко на шее. Выстреливаю, и тварь взвизгивает от боли, падая на землю с куском рубашки Чеза.
Чез с криком несётся к машине, забирается внутрь. Теперь, когда Чез спасён, переключаю внимание на Зейна, отбивающегося от другого пса. Тварь всё пытается наброситься, Зейн успешно отталкивает её, но та не унимается. Я не могу прицелиться.
– Зейн! Схвати его за челюсти и разверни ко мне шеей! – кричу я.
При следующем броске пса Зейн уклоняется вправо и невероятно крутым захватом ловит голову пса. Хвост кнутом бьёт во все стороны, клыки рассекают воздух, но Зейн крепко удерживает его так, чтобы пёс не мог дотянуться до него зубами. Зейн наклоняет голову псины, открывая доступ к шее. С его стороны нужно много смелости так довериться мне. Я выстреливаю прямо в шею пса, и тот обмякает.
Но это ещё не всё. Двое из школы присоединились к своим друзьям, и теперь они все вместе окружают Зейна.
– Давай к нам! – кричу я ему. Он сможет забраться на капот, я уверен.
Он колеблется всего мгновение и затем бросается к машине. Монстры наступают на пятки. Я забираюсь на крышу, где псы не смогут нас достать. Когда Зейн подбегает к машине, наклоняюсь и протягиваю руку. Он хватается за мою ладонь, и я поднимаю его.
– Спасибо, – произносит он, смахивая кровь с руки. Не уверен, царапина это или укус, но на его предплечье большая рана.
– Выглядит больно, – отмечаю я.
– У тебя не лучше, – парирует он, взглядом указывая на мою голень.
Я совсем забыл об этом, но теперь замечаю, что у меня оторван кусок плоти и кровь хлещет. И в этот момент боль пронзает тело.
– Нормально, – откровенно лгу я.
Машина окружена четырьмя оставшимися монстрами. Они пытаются запрыгнуть на капот, но соскальзывают. Пистолет есть только у меня, так что я единственный, кто может с ними справиться. Я выстрелил уже раз шесть, значит, осталось ещё столько же пуль. Промахиваться нельзя.
Целюсь в самого крупного пса – того самого, с которым мы играли в гляделки, – но не могу улучить момент: он не поворачивает голову так, чтобы можно было попасть. Выстреливаю в другого, и тот падает. Перехожу к третьему, но попадаю только со второго раза. Ещё один умудряется забраться на капот, рыча и скалясь.
Пытаясь помочь, Зейн скатывается по лобовому стеклу и тем же самым боевым приёмом пытается схватить уже этого пса. Но капот настолько скользкий, что они оба скатываются на землю с противоположной стороны от той, где находится самый крупный пёс.
Мне хватает секунды, чтобы понять, что сейчас самая главная угроза – этот гигант, подкрадывающийся к Зейну, занятому борьбой с псом поменьше.
– Эй! – кричу я, пытаясь привлечь внимание гиганта. – Эй, я здесь!
Размахиваю руками. Гигант поднимает глаза и рычит, но не останавливается. Надо как-то его отвлечь, чтобы он открыл слабое место. Сую руку в карман и нащупываю последнюю петарду. Видимо, оторвалась от связки. Бросаю её в воздух. Гигант на секунду вскидывает голову. Я выстреливаю, попадая прямо ему под челюсть. Он, пошатнувшись, падает на землю огромной тушей со всё ещё дёргающимися мышцами.
Слышу стон Зейна и хруст. О нет.
