Текст книги "(Не) желанная невеста для злодея, часть I (СИ)"

Автор книги: Кира Стрельнева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 16

Я отошла от окна, подойдя к большому зеркалу в резной раме. Мое отражение смотрело на меня уверенным и спокойным взглядом. На мне было одно из новых платьев, сшитых мадемуазель Элоизой, – темно-зеленое, из плотного бархата, с высоким воротником и длинными рукавами, отделанными серебряной вышивкой. Никаких рюшей и бантов, только строгие линии и элегантная простота.

Лира, помогавшая мне облачиться, с восхищением смотрела на мое преображение. Ее первоначальный страх постепенно сменялся преданностью и верой в мои силы. Она видела, как я меняюсь, и, кажется, начинала понимать, что прежней Мелиссы больше нет.

– Вы выглядите великолепно, ваша светлость, – прошептала она, поправляя складки на моем платье. – Князь непременно заметит перемены.

– Я на это и рассчитываю, – ответила я, поворачиваясь к двери. – Пойдем, Лира. Встречать высоких гостей.

Мы вышли в коридор и направились к главному залу. По пути мне встречались слуги, которые почтительно кланялись, но в их глазах читалось недоумение. Они не понимали, куда делась их робкая хозяйка, и эта неизвестность заставляла их быть настороже. Что ж, пусть боятся. Страх – не самый плохой союзник, когда тебе не хватает реальной власти.

В большом зале уже собралась вся знать замка. Илдис, облаченная в пурпурное платье, расшитое золотыми нитями, стояла рядом с Лукой, который старался выглядеть как можно более солидно. Рядом с ними толпились придворные, перешептываясь и бросая на меня любопытные взгляды. Я чувствовала их внимание, но не подавала вида. Вместо этого я заняла место в стороне, откуда могла видеть всех, но при этом оставаться в тени.

Вскоре дверь распахнулась, и в зал вошел князь Арриго. Он был таким, каким я его описывала в своей книге: высокий, статный мужчина с седеющими висками и властным взглядом. Его лицо было серьезным, а движения – точными и выверенными. За ним следовал кронпринц Аларик.

Дыхание перехватило. Он был… живым. Настоящим. Высокий, широкоплечий, но без малейшей грузности. В его осанке читалась врожденная грация воина. Темно-каштановые волосы были коротко острижены, что подчеркивало сильный подбородок и скулы. Глаза, цвета теплого шоколада, смотрели на собравшихся с умной, спокойной внимательностью. На нем был не вычурный придворный наряд, а практичный, но безупречно сшитый камзол из темно-зеленого сукна, на плече – плащ, скрепленный простой серебряной застежкой в виде грифона.

Он был воплощением благородства. Таким, каким я его задумала. И вид его вызывал не только восхищение, но и странный, щемящий стыд. Потому что я знала, что ждет его. Знания, которые я вложила в него, его идеалы, его веру в справедливость – все это в конечном итоге приведет его к жестокой войне, к потере близких, к горькому, хоть и победоносному, финалу. Я смотрела на живого человека, чью судьбу предначертало мое перо, и чувствовала тяжесть ответственности, которой у меня никогда не было, когда я была просто автором.

Церемония приветствия прошла быстро. Князь произнес несколько сухих слов благодарности за визит кронпринца. Аларик отвечал легко и непринужденно, его голос, бархатный и уверенный, заполнял зал, приковывая всеобщее внимание. Он говорил о союзе, о долге, о будущем Риарерии. Каждое его слово было выверено, но при этом звучало искренне. Он был прирожденным лидером.

Затем началось представление свиты. Когда очередь дошла до меня, я сделала несколько шагов вперед и совершила низкий, безупречный реверанс. Не зря тренировалась все это время.

– Моя дочь, Мелисса, – прозвучал бесстрастный голос Арриго. – Обручена с лордом Каэланом де’Морвеном, правителем Северных земель.

Я подняла голову и встретилась взглядом с Алариком. Его глаза, теплые и проницательные, внимательно изучали мое лицо. Я не опустила взгляд. Я позволила ему видеть не робкую девочку, а женщину, которая сознает свое положение и не стыдится его. Я видела, как в его взгляде мелькнуло легкое удивление, а затем – искра интереса.

– Княжна Мелисса, – он склонил голову в ответственном поклоне. Его улыбка была обаятельной, но не панибратской. – Я слышал многое о суровых красотах Севера. Должно быть, вы с нетерпением ждете возможности увидеть их.

Это была стандартная вежливая фраза. Но в его глазах читался неподдельный интерес. Он проверял меня.

– Красота, ваше высочество, часто скрывается за маской суровости, – ответила я, и мой голос, чистый и ровный, прозвучал громче, чем я ожидала. – Как и сила – за маской кротости. Я надеюсь, что мое пребывание на Севере поможет мне открыть и то, и другое.

В зале на секунду воцарилась тишина. Придворные переглядывались. Такого от «тихой, затравленной Мелиссы» никто не ожидал. Даже князь Арриго нахмурился, бросив на меня короткий, испытующий взгляд.

Но реакция Аларика была иной. Его улыбка стала чуть шире, а в глазах вспыхнул живой, заинтересованный огонек. Он увидел не просто невесту политического противника. Он увидел человека с умом и собственной волей.

– Мудро сказано, княжна, – произнес он. – Я уверен, что ваша проницательность будет ценным даром в тех краях.

Он протянул руку, и я, после секундного замешательства, положила свои пальцы на его ладонь. По правилам этикета, он должен был поднести мою руку к губам. Так и произошло. Его прикосновение было легким, почти невесомым, но кожа в том месте будто загорелась. Это не было романтическим чувством. Это было осознание: я только что установила физический контакт с главным героем своей книги. Граница между вымыслом и реальностью окончательно стерлась.

Глава 17

Прикосновение губ Аларика к моей руке длилось всего мгновение, но время вокруг словно замедлило свой бег. Я чувствовала тепло его кожи, легкую шероховатость от владения мечом, безупречную учтивость жеста. Но больше всего – его внимание. Оно было тяжелым, ощутимым, как физическое давление. Когда он выпрямился, его глаза, цвета теплого шоколада, встретились с моими, и в них читался не просто интерес, а живой, аналитический ум, оценивающий новую переменную в сложном уравнении власти.

Этот взгляд был знаком. Таким же взглядом я когда-то наделила его на страницах своего романа – способностью видеть суть за фасадом. И сейчас он видел. Видел не прежнюю Мелиссу, чей образ, без сомнения, дошел до него в виде слухов о робкой, безропотной девушке. Он видел меня. Анну. Женщину, которая смотрела на него без страха и подобострастия, с холодной ясностью, не подобающей невесте его заклятого врага.

– Благодарю вас, ваше высочество, – мой голос прозвучал ровно, без тени дрожи. Я мягко высвободила свою руку. – Добро пожаловать в наш дом.

Легкая тень удивления мелькнула в его глазах – он заметил, что я не опустила взгляд, не покраснела, не проявила ни одной из ожидаемых реакций. Вместо этого я держалась с тем же достоинством, что и он.

– Ваше высочество, если что не так, вы не серчайте на Мелиссу, – вмешалась Илдис. на сделала шаг вперед, словно пытаясь физически встать между мной и кронпринцем. – Не так давно с ней произошел несчастный случай, и она еще не до конца оправилась после падения. Ей не следовала утруждать себя церемонией, но разве она могла не оказать вам честь? Дитя совсем замучило себя переживаниями о предстоящей свадьбе, оттого и ведет себя порой… несвойственно.

Ловко. Очень ловко. В одном предложении она и выставила меня слабой, и намекнула на мою неадекватность, и напомнила о моем «месте» – в ожидании свадьбы с Каэланом. Да и вообще, она под благовидным предлогом решила ловко избавиться от меня на этот вечер.

Аларик парировал прежде, чем я успела открыть рот. Его взгляд скользнул по лицу Илдис с вежливым, но отстраненным интересом, а затем вернулся ко мне.

– Мужество княжны, проявленное вопреки недомоганию, вызывает лишь уважение. – Он снова улыбнулся, и его улыбка была обращена ко мне. – Надеюсь, ваше здоровье позволит вам присоединиться к ужину? Мне бы хотелось услышать больше о ваших… ожиданиях от Севера. Мне доводилось бывать в тех краях. Их суровая красота не оставляет равнодушным.

Он не поддался на провокацию. Более того, он прямо пригласил меня к диалогу, проигнорировав попытку Илдис меня заткнуть. Это была первая, крошечная победа в этой вечерней битве.

– Я буду счастлива присоединиться, ваше высочество, – ответила я, слегка склонив голову. – И с благодарностью приму любую информацию о землях, что вскоре станут моим домом.

Я поймала на себе взгляд Илдис. Ее лицо было непроницаемой маской, но пальцы, сжимавшие веер, побелели. Она понимала. Понимала, что я не просто веду светскую беседу. Я устанавливаю контакт. И объектом моего интереса был не кто иной, как наследник престола, что ей совершенно не нравилось, вед если я заручусь поддержкой принца, то мой вес в обществе сильно изменится.

Лука, стоявший рядом с матерью, смотрел на меня с такой ненавистью, что, казалось, воздух вокруг него закипал. Он видел, как внимание кронпринца, которое по праву рождения должно было принадлежать ему, наследнику, было приковано ко мне, презренной сводной сестре.

Церемония продолжилась, но я уже стала центром незримого вихря. Шепоток придворных, колкие взгляды, тяжелый, оценивающий взор отца – все смешалось в единый гул. Я выдержала все, оставаясь неподвижной и спокойной.

Вечер пролетел быстро. Еще пару раз я была удостоена вниманием принца и постаралась сделать все, чтобы произвести на него должное впечатление. Судя по тому, как он на меня смотрел, у меня это получилось. И это делало меня невероятно счастливой.

В свои покои я возвращалась, думая о том, что первый шаг к осуществлению моего плана, сделан. В оригинальной истории в этот вечер встреча Мелиссы и Аларика прошла мимолетна. Тот обратил на нее внимание лишь по тому, что она была невестой Каэлана. Сама же девушка не произвела на него впечатление, что нельзя сказать о ней. Для Мелиссы эта встреча стала роковой. Ведь именно в этот вечер она впервые влюбилась. Принц стал ее тайной мечтой, которую ей пришлось похоронить, ведь она была обещана другому и не имела права даже думать о постороннем мужчине. Да и излишней смелостью Мелисса не владела. Думаю, даже если бы она не была помолвлена с лордом Севера, то так и не осмелилась даже попытаться завоевать сердце Аларика. Мелисса никогда не умела бороться за собственной счастье и в итоге это привело ее к гибели.

Только вот я не она.

Я все изменила. Смогла заинтересовать Аларика и привлечь его внимание.

Теперь он стал моим первым потенциальным союзником. Но он был принцем, и его интересы были интересами короны. Я же боролась за свою жизнь. Наши цели могли пересекаться, но они не были одинаковыми.

Это нельзя забывать.

А следующим утром, меня ждала неожиданная новость, подтверждающее то, что сюжет изменен. Его высочество Аларик Марктроф решил задержаться в нашем поместье на пару дней. Официальная версия – решение важных вопросом с моим отцом и вроде как, его что-то заинтересовало в здешних архивах, и он решил их изучить.

Только вот в оригинальной истории ничего этого не было. Принц уехал на следующий же день.

Так что же заставило его остаться?

Неужели… я?

Глава 18

Солнечный свет, льющийся через высокие окна столовой, казался мне сегодня ослепительно-ярким, почти враждебным. Я сидела за столом, стараясь сохранять выражение вежливой, но отстраненной учтивости, в то время как внутри все сжималось в тугой, тревожный комок. Прошло уже два дня с тех пор, как принц Аларик решил задержаться в нашем поместье, и каждый из этих дней выдался для меня весьма непростым.

Изначальный план – произвести впечатление личности, достойной диалога, заложить основы будущего союза – начинал давать сокрушительные побочные эффекты. Я хотела сделать из принца союзника, человека, который в будущем, возможно, увидит в мне не врага, а потенциального партнера в противостоянии с Каэланом. Но я, в своей авторской самонадеянности, совершенно не ожидала, что все может обернуться вот ТАК.

Аларик интересовался мной. Слишком уж явно. И не как политической фигурой, не как невестой своего противника, а как женщиной.

Его взгляды за обедом стали продолжительнее, в них появилась теплая, мужская оценка, от которой у меня замирало сердце, но не от восторга, а от ужаса. Он искал моей компании под самыми благовидными предлогами: обсудить книгу из библиотеки моего отца, расспросить о северных обычаях, которые я, по его словам, «так проницательно изучала». Он восхищался моим умом, моей «неожиданной твердостью», моим новым, строгим гардеробом, который, как он сказал, «подчеркивает не хрупкость, а силу».

И сегодня утром пришло это приглашение. Под безупречным предлогом, конечно. «Княжна Мелисса, погода стоит прекрасная, а в ваших конюшнях, как мне сказали, есть пара великолепных иноходцев, идеальных для спокойной прогулки. Не составите ли вы мне компанию? Освежить голову после долгих совещаний с вашим отцом будет весьма полезно».

Не свидание. Ни в коем случае. Просто вежливость наследника престола к дочери своего вассала. Но отказ был бы оскорбительным. Пришлось согласиться.

И вот мы ехали бок о бок по саду. Иноходцы и правда были великолепны, их плавная, покачивающаяся походка должна была успокаивать нервы. Но меня трясло изнутри. Мы были слишком близки.

Я старалась говорить о нейтральном – о погоде, о видах сельского хозяйства в наших землях, о предстоящем сборе урожая. Но Аларик мягко, но настойчиво возвращал разговор к личности.

– Вы не перестаете меня удивлять, княжна, – произнес он, и его бархатный голос прозвучал как ласка, от которой по коже побежали мурашки. – Вся придворная молва, все рассказы о вас… они рисуют образ совершенно иной. Робкий цветок, боящийся собственной тени. А я вижу перед собой женщину с стальным стержнем внутри. Как вам удалось скрывать это все эти годы?

Сердце упало куда-то в пятки. «Стальной стержень». О, боги, это же я сама вложила в его уста эту фразу в одной из глав, описывая его будущую возлюбленную. Он говорил это ей. Не мне.

– Обстоятельства… меняют людей, ваше высочество, – уклончиво ответила я, глядя на спину лошади. – Иногда одно падение может открыть глаза на многое.

– И заставить сбросить маску? – Мы миновали сады и выехали на окраину леса, к тихому озеру. Здесь мы остановились, чтобы дать коням передохнуть. – Или, быть может, найти свое истинное лицо?

Его взгляд был пристальным, пронзительным. Он видел слишком много. И в этом взгляде читалось не только любопытство. Читалось восхищение. Влечение.

Именно в этот момент леденящий ужас, дремавший во мне все эти дни, поднялся с новой силой, сжимая горло. Я с ужасом поняла, что перестаралась. В своем отчаянном желании выжить, в стремлении казаться сильной и умной, я перешла ту невидимую грань, что отделяет интерес союзника от интереса мужчины. И он заинтересовался мной как женщиной.

Почему с ужасом? Да потому что я-то знала, к каким катастрофическим последствиям это может привести.

Мысль о том, чтобы воспользоваться этим шансом, использовать его интерес в своих целях, конечно, мелькала. Он – принц. Его слово могло бы освободить меня от нежеланного брака с Каэланом одним лишь росчерком пера. Одно слово, один намек на его благосклонность – и отец, и Илдис были бы в восторге. Помолвка с северным лордом? Какая ерунда по сравнению с вниманием будущего короля!

Но ставки были слишком высоки. Слишком.

Во-первых, лорд Севера, мой «жених», не стерпит такого. Каэлан, с его болезненным чувством собственности и безграничной гордыней, воспримет это как личное, несмываемое оскорбление. Война с Севером, которую я в своем романе отсрочила на несколько лет, разразится мгновенно. И не факт, что все пойдет как в книге, где Север в итоге проиграл. Теперь все было иначе. Я уже изменила сюжет. Я была непредсказуемой переменной. А в войне, начатой из-за меня, из-за оскорбленной чести Каэлана, гибель тысяч людей легла бы на мою совесть. Я не была готова нести такую ответственность.

А во-вторых… У принца была своя судьба. Судьба, которую я для него предначертала. Совсем скоро, буквально через несколько месяцев, он встретит свою любовь – Роуз. Девушку с огненными волосами и таким же пылким сердцем, его идеальную пару. Их союз станет легендой, символом надежды для всего королевства. Именно ради нее он совершит свои главные подвиги, именно ее любовь даст ему силы выстоять в грядущей войне.

А если к тому моменту его и меня будут связывать какие-то отношения? Если его сердце будет занято мной? Он может упустить ее. Упустить свое собственное, настоящее счастье. И что тогда? Разочарованный, одинокий правитель, не нашедший своей второй половинки? Искалеченная судьба главного героя? А за этим – непредсказуемые последствия для судьбы всего государства. Одно неверное движение, одна ошибка автора, впутавшегося в собственное произведение, – и хрупкий баланс сил, который я так тщательно выстраивала, рухнет.

Желая сделать из принца союзника, я сама создала себе чудовищную проблему.

– Вы задумались, княжна? – его голос вывел меня из оцепенения.

– Да, простите, ваше высочество.

Тишина вокруг была звенящей. Лишь изредка ее нарушало пение птиц да фырканье наших лошадей. Мы спешились и стояли рядом, глядя на водную гладь. И вот тогда пространство вокруг нас внезапно сжалось. Он стоял слишком близко. Я чувствовала исходящее от него тепло, слышала его ровное дыхание. Воздух стал густым, насыщенным невысказанными словами.

– Мелисса… – произнес он тихо. – Позвольте мне говорить откровенно. Эти несколько дней… они были для меня откровением.

Мое сердце упало куда-то в пятки и забилось там, как птица в клетке. «Нет, – умоляла я его мысленно. – Только не сейчас. Только не это».

– Я встречал многих женщин при дворе, – продолжал он, его голос приобрел низкие, бархатные нотки. – Умных, красивых, знатных. Но ни одна из них… ни одна не обладала таким сочетанием хрупкости и несгибаемой силы воли. То, что я вижу в вас – восхищает меня.

Он смотрел на меня с таким искренним восхищением, его карие глаза были такими глубокими и честными, что мне стало физически больно. Он хотел признаться. Я видела это по его взгляду, по тому, как он наклонился чуть ближе. Он хотел поцеловать меня.

Ужас сковал меня. Я не могла отступить, не могла отвернуться, не оскорбив его. Любое мое движение сейчас могло стать роковым.

Нет. Нет, нет, нет! Этого не должно было случиться! Один поцелуй, одно неверное слово – и точка невозврата будет пройдена. Судьбы двух государств, жизнь главных героев – все это вдруг оказалось зависимым от того, сумею ли я сейчас уклониться от поцелуя принца.

Именно в этот миг, когда мир сузился до точки между нашими губами, небо изменилось.

Резкий, оглушительный рев разорвал тишину. Он был таким мощным, что задрожала земля, а с деревьев посыпались листья. Мы инстинктивно отпрянули друг от друга и подняли головы.

На фоне ослепительно синего неба пронеслась огромная тень. Существо с перепончатыми крыльями, покрытыми чешуей, отливающей черным обсидианом. Оно было огромным, древним и бесконечно могущественным.

Дракон.

Мое собственное творение, описанное мной на страницах романа, предстало передо мной во всей своей первобытной мощи. Но оно не пролетело мимо. Сделав низкий вираж, оно начало снижаться, направляясь прямиком в наше направление.

– Княжна, за мной! – Аларик мгновенно выхватил меч, отталкивая меня за свою спину. Его лицо стало маской готовности к бою.

Но я не могла пошевелиться. Я знала. Я знала, кто это.

Дракон с грохотом, от которого заложило уши, приземлился в двадцати шагах от нас. Земля содрогнулась. Он сложил свои гигантские крылья, и тогда его тело окутала плотная дымка, исходящая от него самого.

Дымка рассеялась так же быстро, как и появилась. И теперь перед нами на поляне в черном меховом плаще, стоял человек. Высокий, мощный, с лицом, высеченным из гранита жестокости и абсолютной власти. Его длинные волосы были черными как смоль, а глаза… его глаза, холодные и всевидящие, были прикованы ко мне.

Перед нами стоял никто иной, как лорд Каэлан де’Морвен. Мой жених. Главный злодей. И, судя по адскому пламени, пылавшему в его взгляде, увиденное ему совершенно не понравилось.

Он зол.

Нет, он просто чертовски зол.

Глава 19

Тишина, наступившая после оглушительного рева дракона, была густой и звенящей. Я стояла, вцепившись в складки своего бархатного платья, чувствуя, как дрожь, зародившаяся глубоко внутри, пытается вырваться наружу. Но я не позволила ей. Вместо этого я сжала пальцы в кулаки, ощущая, как ногти впиваются в ладони, и подняла подбородок, встречая взгляд человека, который был моим творением, моим проклятием и моим приговором.

Лорд Каэлан де’Морвен. Мрачный Властитель Севера. Хозяин Ледяных Земель.

Он был даже более внушительным, чем я представляла. Высокий, на голову выше Аларика, с плечами, способными нести тяжесть не только плаща, но и целого королевства. Его лицо с резкими, словно высеченными из гранита чертами, не было красивым в привычном смысле. Оно было устрашающим. Жестко очерченный рот, высокие скулы, на которых лежали тени от длинных черных волос, ниспадающих на плечи. Но главное – его глаза. Холодные, пронзительные, цвета зимнего шторма, они горели сейчас не скрытым огнем, а открытым, яростным пламенем гнева. И это пламя было направлено на меня.

Мой разум, еще секунду назад парализованный ужасом от надвигающегося поцелуя, теперь лихорадочно работал, анализируя катастрофу, которая разворачивалась прямо передо мной. Каэлан. Здесь. Не в своих ледяных чертогах, не на страницах книги, а здесь, в скромном лесу моего – вернее, Мелиссиного – родового поместья. И он видел нас с Алариком в тот самый момент, когда дистанция между нами стала неприлично малой.

«Он не должен был появиться еще два месяца!» – пронеслось в моей голове отчаянной, яростной мыслью. Я сама написала этот график! Его визит для окончательного обсуждения условий брачного контракта был назначен на конец лета. Что заставило его явиться сейчас? Неужели мои изменения в сюжете уже вызвали такие побочные эффекты?

– Лорд Каэлан, – голос Аларика прозвучал удивительно спокойно и твердо. Он не убрал меч, но и не сделал угрожающего жеста. – Неожиданная встреча. Мы не знали о вашем визите.

Каэлан медленно, с убийственной неспешностью, перевел взгляд с меня на принца. Его глаза, цвета арктического льда, сузились.

– Марктроф, – произнес он, и одно только слово, вырвавшееся из его уст, прозвучало как обвинение. – Я являюсь в свои владения, когда пожелаю. И в владения своей невесты, – он сделал ударение на последнем слове, и его взгляд, тяжелый и пронзительный, снова вернулся ко мне, – в особенности.

Его интонация не оставляла сомнений. Он видел. Видел слишком много. Атмосфера между нами с Алариком была слишком заряжена, слишком интимна для постороннего взгляда. И этот посторонний взгляд принадлежал моему жениху. Тому, чья ревность и чувство собственности в моей книге были сюжетообразующим элементом, приводящим к войнам и казням.

Я сделала шаг вперед, намеренно выходя из-за спины Аларика. Прятаться за ним сейчас было бы самой страшной ошибкой. Это лишь подтвердило бы подозрения Каэлана. Мое сердце колотилось так, что, казалось, его стон слышен всем вокруг, но голос, к моему удивлению, прозвучал ровно и холодно.

– Лорд Каэлан, – сказала я, слегка склонив голову в формальном приветствии. – Ваш визит и впрямь стал неожиданностью. Вам следовало бы известить нас о своем прибытии. Мы могли бы подготовить достойный прием.

Я говорила с ним на языке, который он, как мне казалось, должен был понимать – языке субординации и формальностей. Но я недооценила глубину его ярости. Он проигнорировал мои слова, как будто их и не было. Его внимание было всецело приковано к Аларику.

– Что привело наследного принца в эти... отдалённые земли? – спросил Каэлан.

Аларик не дрогнул. Он медленно вложил меч в ножны, демонстрируя, что не видит непосредственной угрозы, но его осанка оставалась собранной и готовой к бою.

– Государственные дела, лорд Каэлан, – парировал он с легкой, почти неуловимой улыбкой. – Которые, уверен, не представляют для вас интереса. А прогулка с княжной Мелиссой – лишь приятный досуг в перерывах между переговорами. Она оказалась прекрасной собеседницей.

Он сделал акцент на моих интеллектуальных качествах, пытаясь перевести стрелки с романтического подтекста на светский. Но Каэлан был не из тех, кого можно обмануть подобными уловками. Он видел то, что видел.

Я чувствовала, как по моей спине бегут ледяные мурашки. Этот сценарий был хуже любого из тех, что я могла придумать. Два самых могущественных мужчины в королевстве, два полюса силы, стояли друг напротив друга из-за меня. Из-за той, кого оба считали пешкой. Искра, которую я видела в глазах Аларика, и адское пламя в глазах Каэлана могли в любую секунду разжечь пожар, способный поглотить все королевство. Нет, два королевство.

Мне нужно было действовать.

Немедленно.

Пока не случилось чего-то непоправимого.

Только вот, что я могла сделать?