Текст книги "Развод. Мусор вынес себя сам (СИ)"

Автор книги: Каролина Шевцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Эпилог 1

Еще одна читательница уходит, помахав мне на прощание рукой. Я опускаю ручку и смотрю на свои пальцы. Они затекли и ноют. Ноги гудят от этих моих шикарных, но совершенно бесчеловечных каблуков. В голове – полный хаос, черты незнакомых лиц, улыбки, голоса. Я так устала, что даже моргать тяжело, словно веки стали свинцовыми. Но я счастлива. Потому что все получилось. Даже то, о чем я и мечтать не смела. Я подписывала каждую книгу, стараясь найти для каждой хоть пару личных слов. Не просто с наилучшими пожеланиями, а что-то настоящее. Да, администратор уже очень явно намекал Давиду, что магазин должен был закрыться двадцать минут назад, но я не могла остановиться. Не могла отказать ни одной из этих женщин, которые пришли ко мне. Теперь зал почти пуст. Осталась пара человек у стеллажей, Давид, управляющий и охрана. Даже организатор, получив свой подписанный экземпляр, счастливая умчалась домой. Я уже думаю, что все кончено, как на столе передо мной бесшумно опускается еще одна книга. Последняя. – А мне подпишите, Аниса? Знакомый голос. Привычные, мягкие интонации, но звучат они иначе – с такой тоской, что у меня внутри что-то сжимается. – Конечно, Лиза, – говорю и только затем смотрю в глаза пришедшей девушки. Она изменилась. Как и я. Только вот в ее случае перемены явно не в лучшую сторону. Взгляд потухший, волосы грязные, губы искусаны до ранок. Наряд сидит мешковато и выглядит неопрятно, будто не по размеру. Сейчас от Богини осталась только тень, а я, в своем золотом плане на ее фоне вообще звезда, и надо бы ликовать… Вот только не могу. Не ликуется мне что-то.

Наоборот, мне жаль эту девочку, по которой катком прошлось эго моего бывшего мужа. – Я была на презентации, – тихо говорит она. – Это триумф. – Спасибо, – киваю я. Не знаю, что добавить. Спрашивать, как дела? Бессмысленно. И так все видно – плохо. – А меня закидали помидорами, – всхлипывает Лиза и отворачивается. Плечи ее мелко дрожат. – И яйцами. Они меня ненавидят, Аниса. Вы бы слышали, что они мне кричали! Каких ужасных вещей эти ведьмы желали мне! – Не ведьмы, Лиза, – поправляю ее мягко. – Женщины. Обычные, напуганные женщины. Они видели в вас опору, а когда всплыла правда, вы оказались такой же разлучницей, как и другие. Только хуже, потому что умеете маскироваться. – Но вы ведь тоже обманули свою аудиторию! Но вас они простили, а я… – Меня простили, потому что я не лгала в главном – в своем отношении к ним. А в вас они увидели только обман. Но не переживайте, у людей короткая память. Все забудется. При грамотном подходе вы вообще можете выставить себя жертвой. – Боря говорит, что я должна вернуться, – жалобно тянет она. – Что он без меня совсем не может. Говорил, что сделал все на эмоциях и сразу пожалел. Он думает, нам нужно попробовать снова. У меня внутри все замирает. Старый дурак, потеряв все, цепляется за крохи и пытается утащить эту несчастную за собой на дно пропасти, в которую летит сам?! – А что думаете вы? – спрашиваю я. – А я не знаю. Я на несколько секунд замолкаю, ловлю на себе обеспокоенный взгляд Давида. Даю ему легкий знак – все в порядке, не волнуйся. Потом возвращаюсь к Лизе. – Знаете, целую вечность назад одна девушка дала мне дельный совет. Услышав про мою жизнь с мужем, она сказала: дорогая, тебе не нужны такие отношения. Я смотрю на нее прямо. Иронично, но сейчас я полностью согласна с ее словами и готова вернуть этот урок обратно. – Спасибо за него, Лиза. И от всего сердца говорю: дорогая, вам не нужны такие отношения! Я встаю, подхватываю сумочку и направляюсь к выходу. Туда, где меня ждет Давид. На полпути меня догоняет Лиза. – Аниса, подождите! Я… понимаю, что это глупо, но я так хочу, чтобы у меня был такой друг, как вы. Или… или, может, сделаем совместную коллаборацию? Я останавливаюсь и поворачиваюсь к ней. – Что вы, Лиза, – качаю головой. – Боюсь, это будет мезальянс. Вы Богиня. А я земная женщина, которая наконец-то нашла свое счастье. И не дано этим двум параллельным мирам пересечься. Но я хочу сказать вам спасибо. Правда. За то, что появились в моей жизни. Без вас и жизни бы той совсем не было. Спасибо. И на прощание я от всей души желаю нам никогда больше не встречаться!

Эпилог 2

В доме у Раи пахнет хвоей, мандаринами и чем-то невероятно вкусным. Уткой в меду с клюквой, которую мы фаршировали целый час, и до хрипоты спорили, подгорит она в допотопной духовке или нет.

Сегодня собралась небольшая, но очень теплая компания. Мы с Давидом, Рая, ее дочка Алана, вернувшаяся на каникулы, и пара Раиных друзей.

Гул голосов, смех, треск бенгальских огней, – вот оно, настоящее Рождество. То, о котором я так долго мечтала. Я сижу рядом с Давидом, он что-то рассказывает, все смеются. И я смеюсь вместе со всеми. Но на сердце все равно легонько тянет. Рая, счастливая, обнимает дочку, а моя дочка далеко. Регину сегодня не выписали. Вроде как, оставили в больнице еще на один день. Мы с ней говорили по телефону утром, и вообще в последние дни. Сдержанно, но без прежних колкостей. Ни я, ни она не затрагиваем болезненные темы, будто это все в прошлом. Я чувствую, как мою руку находит теплая, твердая ладонь Давида. Он сжимает ее, и я сжимаю в ответ. С ним так хорошо, так надежно. И чудо, что он видит мое состояние и пытается подбодрить хотя бы так. Но материнское сердце – отдельная вселенная, оно умеет тревожиться, даже когда все остальное хорошо. И тут, в самый разгар веселья, раздается звонок в дверь. Рая, послав мне воздушный поцелуй, пулей вылетает из-за стола.

– Кто это к нам? – кричит она, распахивая дверь. И я слышу голос. Знакомый до боли. – Это я. Можно? У меня подкашиваются ноги. Я встаю, иду в прихожую. Регина. Стоит на пороге, в гипсе, но с сияющими глазами. -Господи, Регина! – восклицаю я, а она тут же бросается ко мне на шею, не обращая внимания на свою больную руку. – Осторожно же! А почему не сказала, что выписываешься? Я бы тебя встретила!

– Ой, мамуль, да не хотела мешать, – отмахивается она, и отчего-то краснеет. – Все нормально, честно. – Проходи за стол, садись! – суетится Рая, уже неся дополнительный стул. Но Регина не двигается. Она смотрит не на меня, отводит взгляд к двери.

– Мам, я… я не совсем одна. У меня неприятно потянуло под ложечкой. Только не Саша Тепляков. Неужели эта история не закончилась? Регина, видя мое лицо, замахала здоровой рукой.

–Нет-нет, мама, не то, что ты подумала! Тут, это… в общем… И тут из-за ее спины раздается незнакомый хрипловатый бас: – Гадюка моей души, ты же сказала – на минуточку, ты же помнишь, сколько у нас сегодня адресов? Подарки вручила? В дверном проеме показывается высокая фигура. Косматая шевелюра, усталое, но смеющееся лицо. Боже, да это тот самый врач-мотадор! – О, тещенька, здравствуйте, – радуется этот чудак. – Вы извините, что мы без приглашения. До последнего думал, что на смене оставят, и Регина вызвалась дежурить со мной, а тут не иначе как чудо Господне. Первый полноценный выходной, нужно еще к моим заехать и квартиру Регине показать. – Хорошо, – робко произношу я, все еще не веря своим глазам. Эти двое? Моя избалованная, привыкшая к роскоши дочь и простой, вечно занятой в поликлинике врач? Они же совершенно друг другу не подходят, даже внешне они смотрятся как два существа с разных планет! – А вообще, – хмурится … получается мой будущий зять, – я поругать вас хотел. Избаловали мне Регишку, что она теперь обычную брежневку за квартиру не воспринимает и не хочет со мной съезжаться. – Очень даже воспринимаю! – тут же парирует Регина, а в ее тоне я слышу нотки, которых не слышала никогда. Не каприз, а легкая паника. – Отличная квартира! Туда только шторки новые, и вообще – будет хорошо. Я смотрю на нее и не узнаю свою дочь. Совсем другой человек. Исчезла та вечная, колючая озлобленность. Ее взгляд, всегда такой острый и оценивающий, теперь мягкий, наполненный нежностью и… любовью. Да, именно любовью. – Мамочка, – Регина снова обнимает меня, прижимаясь крепко, как в детстве. – Ты прости меня, пожалуйста. Я так перед тобой виновата. Ну, просто… совсем-совсем виновата. – Я не обижаюсь, – шепчу, гладя ее по волосам. – Я знаю. И спасибо за это. И за урок, который ты мне дала, – она замолкает на секунду и добавляет так тихо, что слышу только я: – И за него тоже спасибо! Я такая счастливая, мама. Господи, только ты можешь понять, какая я теперь счастливая! Я закрываю глаза, чувствуя, что тоска наконец разжимает сердце. Ну, все. Теперь можно не переживать за дочь. Нужно переживать за того святого человека, который решился мою девочку прибрать к рукам.

Оглядываюсь на наш шумный, теплый, пахнущий елкой и пирогами дом. На Раю, которая тащит к столу все-таки сгоревшую до углей утку. На Давида, который смотрит на меня с бездной понимания и поддержки во взгляде. И на Регину, которая наконец-то нашла свое, невыдуманное счастье. Да. Вот оно. Самое настоящее Рождество.

Эпилог 3

Год спустя

Я стою на стенде своего издательства, окруженная плакатами с моим же лицом. Оно смотрит на меня со всех углов и стен, анонсируя новую книгу, выход которой ждут со дня на день.

Моя жизнь за этот год превратилась в ту самую сказку, обретение которой казалось невозможным. Я вышла замуж, и да, к ЗАГСу, где нас расписали, пришло человек двадцать моих читательниц, которых мы тогда позвали. Все с подарками и цветами. И это была самая лучшая, самая теплая, самая душевная свадьба. А я, хоть и вообще не девочка, надела платье с фатой, потому что мне захотелось. И потому что Давид поддержал это, как и любое другое мое желание.

И букет я кидала тоже.

И поймала его Регина. И согласно традиции следующей вышла замуж она же.

Мы с Давидом много работаем, путешествуем, помогаем детскому дому – он продолжает свое дело, а я с радостью присоединилась. В этом году мы взяли под крыло троих выпускников, совершенно потерянных в жизни ребят. Помогли им с жильем и работой. Да и просто стараемся дать немного тепла, которого их лишили в детстве.

Моя жизнь насыщенна как никогда. В ней нет места гостям и бесконечным приемам, которые постоянно устраивал Борис. И я теперь даже не понимаю, как у меня хватало на это времени, и сколько всего я упустила, без конца намывая полы и готовя тонны еды для мужа и его друзей. Теперь все иначе. В нашей семье, например, готовит Давид. Потому что я так и не научилась лепить те самые, идеальные хинкали. Многое изменилось. Даже статус мой скоро поменяется – я стану бабушкой. Не могу нарадоваться на своего зятя, все такого же колючего и вечно занятого работой травматолога, любителя карриды. Он смог усмирить характер Регины, и рядом с ним она не дикий бык, а нежная кошечка. Правда, только дома. На работе дочь совершила невозможное и превратилась в блестящего руководителя издательства, которое Боря так опрометчиво на нее переписал. Что касается самого Самойлова... Я о нем не слышала. Вплоть до сегодняшнего дня. Я блуждаю между рядами и нечаянно захожу в отсек к прокаженным. Так мы в шутку называем стенды с газетами и периодикой. Места здесь самые дешевые, иногда вообще бесплатные, но и людей нет. Они просто не доходят до крайнего ряда за поворотом. Зато тут тихо, как в библиотеке, и можно побыть наедине со своими мыслями. Так я думала, пока не увидела его. Бориса. Он осунулся, постарел, подурнел. У него не дизайнерский стенд, как раньше, а обычный, выданный администрацией Двора. И черно-белая афиша. И две книги какого-то неизвестного автора, которыми он заставил все полки, чтобы создать видимость изобилия.

Все здесь кричало о сложном, почти бедственном положении Самойлова. Я хотела тихонько сбежать, чтобы не возникло неловкости, но Боря меня заметил. – Аниса! – закричал почти радостно и резко схватил меня за руку. – Вот ты где прячешься! – Да нет, Борь, – мягко отвечаю, высвобождая руку обратно. – Прячешься как раз ты. От этих слов его лицо исказилось в привычной злобной гримасе.

– Это все временно! Я нашел отличного автора, проект верняк! Так что, готовь место рядом с собой, в следующем году будем стоять вместе! – Обязательно, – киваю я. Всматриваюсь в его лицо, пытаюсь понять и вспомнить... За что я его любила? Терпела? Потакала? Господи, как давно это было. И как хорошо, что все закончилось. Я не интересовалась его жизнью, но кое-что знала. Он продал дом, вложился в новое издательство и... прогорел. Те самые друзья, которых я кормила столько лет, выжили его. Лиза так к нему и не вернулась. Он живет один в студии в Москве, болеет сердцем, но к врачам не идет. Пытался устроиться обратно в книжный бизнес, на любую должность, но его никто не взял. Никто из друзей руку не протянул. И вот третья попытка. Уже сейчас ясно, что провальная. Я не злорадствую. Просто констатирую факт. – А ведь ты у меня все забрала, Аниса, – скалится он, и в его глазах смешались ненависть и отчаяние. – Неправда, – я скрещиваю руки на груди. – Нельзя забрать то, чего у тебя не было, Борис. А у тебя не было ничего. Семья, работа, статус – все это оказалось пузырем, который лопнул, стоило мне уйти. – Ведьма, – шипит он, и в этом тоне слышится что-то вроде восхищения. – Какая ты все-таки ведьма! – А знаешь, я согласна, – улыбаюсь в ответ. – Тогда бойся меня. Ведь я могу превратить тебя в козла. И, весело подмигнув, разворачиваюсь и ухожу, чувствуя его взгляд у себя на лопатках.

Но мне уже плевать. Еще минуту назад я заметила вдалеке высокую фигуру Давида. И сейчас шла к нему. К своему мужу. К своей новой жизни. К будущему, которое, я знаю, мы построим сами, и оно будет именно таким, каким мы захотим. И в этом знании – вся моя сила.

Дорогие читатели, финал истории всегда немного стресс, но с этой книгой стресс вышел каким-то особенным. Настолько мне не хотелось прощаться с героями, что я дала целых три Эпилога и еле заставила себя остановиться.

Извините, что иногда вам приходилось ждать, надеюсь оно того стоило.

Немного приду в себя и вернусь к редактуре, знаю, что у меня есть прокол с бюстом Бори, который вначале бронзовый, а потом гипсовый. Если вдруг вы помните еще что-то такое же значимое, пожалуйста, дайте знать, постараюсь все собрать и в декабре исправить.

Книгу пришлось закончить быстрее чем я планировала, потому что поняла, что не могу писать две истории параллельно, проседает не сам сюжет, а эмоции, которые хочу дать, поэтому этот роман дописывала в авральном режиме, чтобы сконцентрироваться на втором. Тут тоже прошу прощение за ожидание, все наверстаем.

Что еще пожелать. Хотела хороших выходных, но вспомнила, что сейчас только вторник. Мда… заработалась матушка, совсем голова не варит!

В общем, желаю вам хорошего вторника, спасибо, что были со мной, приятного чтения и до скорых встреч!

КОНЕЦ!