Текст книги "Развод. Мусор вынес себя сам (СИ)"

Автор книги: Каролина Шевцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Развод. Мусор вынес себя сам

Пролог

– Причина развода с Вашим мужем?

– У нас не совпадали религиозные взгляды...

– В смысле?

– Он не признавал, что я Богиня.

Когда вам кажется, что в отношениях что-то не так, то вам уже не кажется. И не кажется уже довольно давно. К своему стыду, я не заметила, когда именно муж перестал мною интересоваться. Все было как всегда, а потом я случайно услышала его разговор с друзьями.

Там не было ничего такого, просто резануло то, как он говорил обо мне. Не как о любимой женщине, а как о престарелой тетке, которую вынужден досматривать.

Вместо того, чтобы обижаться, я решила откровенно поговорить с Борей. И выяснила неприятный для себя факт – страсть в наших отношениях давно угасла.

Но и здесь я не стала смиряться. Пробовала всякое, но не нашла отклика в муже.

И тогда, поплакав как следует, и, приняв проблему, вбила в поиске интернета запрос – как вернуть страсть после 30 лет брака. Первая же ссылка выдала страницу женского коуча, энергопрактика и психолога Елизаветы Бернадской. Стоимость очной встречи просто заоблачная, но я посчитала, что за эти деньги получу целых три консультации. И от женского коуча, и от энергопрактика, и от психолога, прости Господи.

На встречу собиралась как на войну. Говорить о проблемах в отношениях с посторонними очень трудно. Особенно, когда специалист вдвое моложе тебя и может обладать знаниями, но не опытом.

В уютном кафе, куда меня позвала Лиза, пахло деньгами и бездельем. Мне стало неловко. Чувствую себя здесь самозванкой. Взрослая, с официальной работой и грудью вменяемого размера – я сюда явно не вписываюсь.

Напротив сидит Бернадская. Она вся воплощение той самой «легкости», о которой пишут в интернете. Не яркая, нет. Она словно соткана из мягкого света. Льняное платье, гладкие волосы, собранные в небрежный узел, спокойные жесты. Она не говорит – она вещает. Тихим, бархатным голосом, который заставляет прислушиваться.

– Аниса Анатольевна, ну вот, к примеру, он говорит Вам, что вы Богиня?

Речь, если что, о моем муже. И он ничего подобного, конечно, не говорит.

Я отвожу взгляд в сторону. Богинь носят на руках, богиням поют оды, а не просят порезать сало толстыми кусками, а то «эту струганину жрать невозможно».

С другой стороны, да, мой муж не читал сонетов. Его душевные порывы ограничиваются тем, что он молча застегивает мне пуховик до носа, чтобы не замерзла. Его «люблю» звучит раз в год. Но лично я вижу в этом «настоящесть». Это не романтика, это фундамент. Надежный и непоколебимый, как скала. И главным цементом в этом фундаменте была его верность. Мне и своему слову, данному тридцать лет назад. Любить, не обижать, быть рядом.

Хочется объяснить все это психологу, но не знаю, поймет ли.

– Нет, Лиза, он не говорит ничего подобного, но, послушайте, вы очень молоды…

– Это ничего не значит, – перебивает меня эта фея, – мой мужчина, он… старше меня. Но я его Богиня, да-да, именно. Он у меня такой хороший, нет, он даже самый лучший! Носит меня на руках, восхищается, обожает, поклоняется мне. Именно так должен относиться мужчина к женщине.

– Ну, значит у меня не так.

Лиза смотрит на меня с теплой жалостью. Кладет руку на мою. У нее острые как у кошки ноготки, у меня коротко обстриженные, безопасные. А еще сухая кожа. И морщины. Какой чудовищный контраст между мной и ею.

Я хочу вытащить свою ладонь из захвата, но Лиза не дает. Держит крепко и произносит, глядя прямо в глаза:

– Аниса Анатольевна, дорогая, Вам не нужны эти отношения.

– А какие нужны? – я уже сержусь. Зачем я вообще согласилась на этот обед? Чтобы слушать то, какая у меня ущербная жизнь? Да еще заплатив за это бешеные деньги!

– Такие как у меня с Борей. Он решает все мои проблемы, он всегда отвечает на звонки и сообщения, он забирает меня с работы, он засыпает меня подарками. Он нежен. Не смейтесь, но именно с ним я поняла, что значит настоящий мужчина и настоящая страсть. Вот кто вам нужен!

– Отлично, когда-нибудь я клонирую вашего Борю, – прячу за улыбкой какую-то глупую обиду на эту девчонку, – а пока буду жить со своим.

Лиза смеется. Звонко, по-девичьи.

– Вашего мужа тоже зовут Борисом? Какая удивительная синхронность! Это сильное, красивое имя. Я обожаю его.

– Угу, я тоже.

– А давайте мы их познакомим? Боря обещал забрать меня после обеда, вот кстати и он, – Лиза приподнимается с кресла и машет кому-то у меня за спиной, – Боря, мы здесь, подойди, пожалуйста.

Нехотя поворачиваюсь в сторону выхода. Обычно такие славные девушки как Лиза влюбляются в редкостных мудаков.

Но не в этом случае. Лиза оказывается права и ее Боря и действительно хороший. Возможно, даже самый лучший. Ведь иначе я бы не вышла за него замуж, не построила с ним дом, не родила дочку, не прожила долгие тридцать лет вместе.

Муж видит меня, и как в немом кино, беззвучно открывает рот. Его лицо бледнеет, а глаза расширяются до неприличных размеров, отчего он становится похож на карикатуру на себя самого .

Случись это в кино, я бы хохотала над абсурдностью сцены, но сейчас, когда все происходит со мной, я просто не знаю, что делать. И потому молчу, жду, пока Лиза познакомит меня с моим же мужем.

– Аниса Анатольевна, вот и он, мой Боря, – она кладет свою руку ему на грудь.

– Добрый день, Борис, – киваю в ответ, – мне о вас рассказывали много чудесного.

Визуал 1

Знаю, что очень хочется увидеть Лизу, потому что она любовница, но немного нетипичная. Стерлядь нам была не нужна и я искала девушку фею. Нашла, вот. Сижу, любуюсь.

Давайте о ее роде деятельности. Лиза очень модный коуч, энергопрактик, психолог, мастер тантрического секса и вся прочая экзотическая фигня, в которую никто из нас в здравом уме не встрянет))) Она работает с женщинами в группе, работает по раскрытию в них женственности. семья полная, не бедствует, девушка всячески развивается и занимается собой: изучает испанский, играет на пианино, танцует на пилоне и прочее и прочее. На момент пролога романа не знала, что Боря женат.

Визуал 2

Теперь переходим к герою. у меня куча вариантов, как я хотела сделать, но остановилась на том, от которого у самой меня мурашки по спине. Спойлер, для всех, кто сичтает такого Бориса старым, предлагаю вариант номер два. Не нравится и он, берите кота Бориса из рекламы Вискаса)))

Боря директор своего издательства. Занимается художественной литературой. Хороший управленец, хороший хозяин дома. Все что у него есть, получил благодаря уму и упорному труду. Это выгодно отличает его от прошлого героя. Борис Самойлов когда ему надо прет как танк и добился в жизни многого. Отчасти благодаря тылу, который организовывала Аниса, но это уже будет раскрываться в книге.

Визуал 1.

Визуал 2.

Визуал 3

Ну и напоследок. Аниса как с обложки, собственно обложка с нее и началась. Я любуюсь этой женщиной и внешне и внутрненне и надеюсь, с ней вы проведете много чудесных часов вместе!

Аниса по настоящему хороший человек. Милосердный, добрый, умный. Она очень заботливая мать и жена. Аниса и Боря познакомились когда она пришла на парктику в типографию, где работал Борис. Потом она стала работать в их общем издательстве. Борис директор, Аниса начальник технического отдела. У нее совершенно нетворческая и внешне незаметная работа, без которой все на самом деле посыпется.

На Анисе дом, сад, работа и муж. У нее нет помощников, хотя они могли бы их позволить, но у Бори есть пунктик на тему посторонних в доме, и домашней еды, которую приготовила именно Аниса. Ей и в радость, она искренне любит заботиться о своей семье. Есть дочь Регина, 25 лет. Дочь выросла и переехала в квартиру, но работает вместе с родителями.

Глава, которая не глава

Девочки, прошу прощения за жуткий сумбур. У меня тут приключились день рождения дочери, трехкилограммовый медовик, который я победила в честной кулинарной битве, простуда мужа и старт. Последнее потеряло масштаб на фоне всех предыдущих событий.

Так как я придерживаюсь политики абсолютной прозрачности в общении с вами ( за что часто прилетает мне же по ленивой сраке от вас), то и тут хочу рассказать все честно.

Книг про измены написано столько, что не пересчитать. И не перечитать. Но эта тема все равно мне интересна, вне зависимости от того, популярна она или нет. Для меня это точка роста женщины, ее перерождение, ее шанс обрести ту жизнь, о которой она никогда и не мечтала. Наверное, я довольно часто вижу разводы в жизни, и большая их часть про боль, про неприятие, про долгие страдания, что хотя бы в своих книгах хочу дать женщинам другую судьбу.

Так что первое – свои разводы я пишу по любви. Второе – герои опять старые пердуны, потому что автор тоже в некотором роде кляча, и автору нравится поднимать проблемы взрослых персонажей. Третье, никакого прощения в книге не будет.

Пролог к книге я переписывала трижды. У меня в голове было много дерзких и цепких фразочек, но как будто это все не про Анису. Про Анису честный разговор с собой и с читателями, наверное, этим она мне и близка.

Я, как и вы, очень люблю, когда книги про измены начинаются с удара пот дых, это зрелищно, но не реалистично. Обычно люди узнают о таком куда банальнее. Аниса, к примеру, узнает случайно, и тем обиднее, ведь она говорила с мужем и пыталась спасти то, что спасать было уже бессмысленно.

Еще, в этой книге я впервые подняла такую тему измены. Не любовь к цветочной девочке, не похоть к секретарше на фоне кризиса в семье, не поиск новой музы и даже не природная тяга к поворотам налево, а банальный расчет. Я тебя люблю, но душой. А физически меня тянет на вон ту молодую кисоньку. Я мужчина видный и перспективный, так что, ты тоже должна меня понять. Ты делаешь вид, что ничего не знаешь, а я скрываюсь лучше чем раньше, чтобы ничего такого не просочилось в свет. В смысле, ты не согласна?! А что, у тебя есть какие-то варианты?

Фу, пока писала, исплевалась вся. А это только один абзац. А у нас там целая книга. Но вы не переживайте, Аниса обломает Борюсики крылья и даст ему царский поджопник.

Все, обращение уже вышло больше пролога. Я спать.

Снова тут попрошу вас всячески отлюбить книгу звездами, библиотеками, комментариями. И снова прошу вас не переводить мне никакие донаты. Лучше на эти деньги купите себе вкусное пирожное и порадуйте себя саму. Мне это куда важнее. У счастливого читателя и автор тоже счастливый)))

Глава 1

За неделю до событий, указанных в прологе.

– Уже уходите? – улыбка на лице как приклеенная.

Приходится провожать гостей, которых я к нам даже не звала! К своему стыду не знаю ни фамилии, ни рода занятий этой милой пары. Но наверняка, это очень полезные бизнесу люди, иначе Боря бы не позвал их на наш юбилей.

Тридцать лет совместной жизни. Я хотела провести этот день вдвоем, на море. Боря настаивал на большом празднике, который позволит наладить или укрепить его деловые связи. В итоге мы пришли к компромиссу: сначала море для меня, потом деловые связи для Бори.

Но сегодня, когда я нарезала салат для тридцати гостей, подумалось, что компромисс выглядит как-то иначе. На прощание безымянный мужчина вручает мне продолговатую коробку из темного дерева.

– Это Борису, – одергивает он рукав пальто. – Не знаю, понравится ему такое или нет, но что еще привезти из Кубы.

– Большое спасибо, уверена, Боря оценит. Я автоматически улыбаюсь и принимаю подарок. Конечно, там сигары. Дрянь редкостная, но Боре и правда такое нравится. Возвращаюсь в дом, чтобы найти мужа. Но ни его, ни его распрекрасных друзей в зале нет, остались только их скучные жены, с которыми мне вообще не хочется проводить вечер.

Хватаю коробку, как повод улизнуть от гостей, и иду на веранду. Наверняка все собрались там -пьют, ругают политику и футбол. Прохожу через гостиную к стеклянной двери. Из-за нее доносится гул голосов, спорят о недавнем матче. Ну да, классика. Сигары сейчас будут очень кстати. И тут мой взгляд цепляется за шторы. За новые, дорогие, шторы, которые я так долго выбирала. И теперь вижу, как на идеальной ткани, почти по центру, расплылось жирное, темное пятно. «Вот черт, – проносится в голове. – И на самом видном месте!». Машинально зажимаю коробку с сигарами под мышкой и подхожу к двери. Мне нужно завернуть ткань, сделать так, чтобы эта складка прикрыла пятно. Хоть на время, пока гости не разошлись. Я сосредоточена на этой мелкой, досадной проблеме, и даже не слушаю, что говорят за дверью.

Пока...

Пока речь не заходит обо мне.

Через стекло доносится обрывок фразы:

– ...в Сочи сейчас цены, будто на Мальдивах...

Слышу голос Бори – густой, уверенный, каким он говорит, когда хочет произвести впечатление. – Какая разница, сколько стоит. Главное, чтобы Анисе нравилось.

Я отвлекаюсь от пятна. А что, приятно. Пускай при мне он сухарь, а с мужиками смотри какая тонкая душевная организация открывается. Наверное, ему нужно почаще встречаться такими мужскими компаниями. Мозги прочищает. Другой, молодой и звонкий голос, который я не могу узнать, произносит с искренним восхищением:

– Вот бы так, прожить столько лет вместе и так... бережно друг о друге отзываться. Мечта. Уголки губ непроизвольно поднимаются в улыбке. Тронуло. Мило. Поправляю последнюю складку, уже собираюсь отойти. И тут раздается Борин ответ. Его тон меняется, становится назидательным, так он обычно поучает молодых сотрудников в нашей фирме. – В какое-то время, синонимом прочности становится скука. Все завидуют прочному браку, но никто не хочет скучный. Так что мой совет – не торопись жениться. Я замираю с рукой на шторе. Не больно. Не обидно. Сначала просто неловко, будто услышала пошлый анекдот в приличной компании. Потом накатывает волна раздражения.

А эти то, эти, поддакивают, хихикают. Ну-ну. Интересно, были бы все эти альфа самцы такими смелыми, если бы их жены сейчас узнали, о чем они тут разговаривают? Не уверена. Уходить теперь не хочется. Хочется дослушать до конца. Тем более в разговор вмешивается Давид, наш бывший партнер по бизнесу.

– Странно слышать такой совет от человека, который женился тридцать лет назад, и сегодня собрал нас всех по случаю юбилея своей свадьбы.

Я невольно киваю. Ну вот! Есть же адекватные мужчины. Мне даже становится легче. Но ненадолго. Борис фыркает. – Ладно, дружище – в голосе странное снисхождение. Будто Боря воспитатель в ясельной группе. – Объясню на понятном тебе примере. Назови своего любимого писателя. – Допустим, Лев Толстой. – Монументально. А какая книга? -Допустим, Анна Каренина. – Просто прекрасно! – Боря радуется так, будто услышал что-то невероятное. – У Анисы это тоже любимая книга. А скажи тогда, сколько раз ты читал Каренину?

– Дважды. В школе и уже взрослым, – нехотя тянет Давид. – Всего два? – Борис изображает изумление. – Ну, это даже несерьезно. Это же не тупой комикс, а твоя любимая книга. Ты ее выбрал, ты ее любишь, и всего лишь два. Какое-то неуважение даже. А попробуй прочитать Каренину в третий раз. И в четвертый. А потом в пятый. Из раза в раз, из года в год. Каждый день. Пока не выучишь наизусть каждую запятую, каждое слово, каждую букву. Что, не хочешь? – Ты сравниваешь теплое с мягким.

– Я вообще не сравниваю. Мужики, я разве сравниваю? Я говорю о книге, а ты, Давид, о чем? Не думал же ты, что это все про Анису? Господи, ну у тебя и фантазия. Моя Аниса чудо, я ее обожаю и проживу с ней еще столько же к тем тридцати, что мы уже прожили, вот тебе крест!

Раздается дружный гомон, и смех тех, кто поддержал ужасную, унизительную шутку моего мужа.

Наверное, лучше было уйти сразу. Потому что сейчас у меня не получается – ноги прилипли к полу и не слушаются. Понимаю, что нужно успокоиться. О том, чтобы выйти на веранду и отдать Боре чертовы сигары и речи быть не может. В таком состоянии я себя не контролирую. Я сразу себя выдам. Наверняка, они что-то заподозрят, когда я начну избивать Боря тяжелой деревянной коробкой.

Я выдыхаю, считаю до десяти, как вдруг дверь открывается и в комнате появляется мужская фигура. Я сразу узнаю Давида, он на голову выше друзей мужа.

– Аниса, не ожидал тебя тут увидеть, – Давид отводит глаза в сторону. – Все не было минуты сказать, какой вкусный ужин ты приготовила. У тебя золотые руки!

Эта вежливость сейчас неуместна. Не могу вести светские беседы, когда внутри все горит.

– Давид, не утруждайся, – отвечаю ровным, лишенным эмоций голосом, – если ты пытаешься, понять, как давно я здесь стою, и что именно слышала, то скажу сразу, – стою давно, слышала все!

– Понятно, – кивает он.

И на этом все. На самом деле не стоило ждать другой реакции от Давида. Он всегда был таким – немного заторможенным. Я даже думала, что это национальная грузинская черта, что они все ведут себя так – холодно и отстраненно. Пока мы с Борей не поехали в Тбилиси. Там я увидела, что грузины вообще-то очень эмоциональные люди, просто конкретно наш вот такой, «бракованный».

От его спокойного ответа становится неловко. И зачем я так? Это же не он меня обидел, а Боря. Давид вообще в этой истории ни при чем.

– Прости, пожалуйста, – вытираю лоб рукой, – я сегодня сама не своя. Наверное, просто устала.

Давид кивает, а потом замечает коробку зажатую, под мышкой.

– Не знал, что ты любишь сигары.

– А я и не люблю.

– Серьезно? Наверное, ты просто делаешь что-то не так, пойдем, научу.

Мягко, и до того незаметно, раз я даже не поняла, что происходит, Давид выводит меня из комнаты в коридор, и оттуда во двор прямиком к беседке.

Здесь дышится легко и свободно. Воздух пахнет мокрой от дождя землей и листьями. Он обволакивает как одеяло, и защищает тебя от горькой осенней прохлады. Я выдыхаю. И, кажется, чуть сбивается надоедливый, тревожный пульс.

Давид отпускает мою руку, жестом предлагая присесть на скамью, а сам устраивается напротив.

– То, что у тебя в руках – это не просто курение. – Он достает из футляра длинную, плотно скрученную сигару и не спеша обрезает кончик специальным гильотинным ножом. – Это целый ритуал. Спешить здесь нельзя. Нужно прочувствовать, продышать. Я расслабляюсь, позволяя словам течь фоном. Он говорит о плантациях, о том, как мастера годами учатся скручивать листья в плотные жгуты. Его голос – низкий, бархатный – сливается с шелестом ветра над головой и становится частью этой внезапно наступившей тишины. Я закрываю глаза. И начинаю слышать не слова, а лишь успокаивающий, размеренный шум, как слышишь шум дождя за окном, почти не вникая в стук отдельных капель.

– ...а самое главное, смотреть на небо, – Давид мягко возвращает меня в настоящий момент. – Посмотри вверх, Анис. Я непроизвольно задираю голову, подчиняясь его просьбе. И замираю. Сквозь черные узоры виноградных лоз проступают бесчисленные звезды. Холодные, бесконечно далекие. И под этим величественным, равнодушным куполом вся эта вечерняя суета – обидные слова Бори, дурацкая шутка, моя на нее реакция – кажется вдруг таким мелким и незначительным. Я опускаю взгляд. Дым стелется медленной, тяжелой струйкой, почти не рассеиваясь в неподвижном воздухе. Этот аромат не раздражает. Он странным образом успокаивает, встраивается в новую, только что возникшую реальность. И мысли наконец отпускают. Да, Боря сморозил глупость. Обидную и неприятную. Но такая ли это катастрофа? За тридцать лет мы видели друг друга разными – злыми, уставшими, нелепыми. Сегодня я просто увидела его в новой для себя роли несмешного клоуна. Неприятно? Да. Конец света? Нет. Давид держит в руках сигару, ее кончик вспыхивает ровным алым угольком. Он внимательно смотрит на него, проверяя, и затем протягивает ее мне.

– Держи. – Не надо, – я мягко отвожу его руку. И после секундной паузы добавляю: – Но спасибо. Он прекрасно понимает. Это «спасибо» не за сигару. А за его тактичность, за то, что показал небо, за то, что развеял плохие мысли, что сбились в тугой, болезненный комок под сердцем. Давид не настаивает. Он просто кивает.

– Всегда пожалуйста.

Я уже встаю, чтобы вернуться в дом, как вдруг из темноты сада внезапно раздается нарочито веселый голос Бори. – Прячетесь? Я тебя весь вечер ищу, а ты тут, с Давидом! – В свете фонарей видно, как блестят его глаза. Наверное, ко всему прочему, Боря еще и немного перебрал. – Мне начать беспокоиться? Он подходит ближе и тяжело, по-хозяйски, кладет руку мне на бедро, притягивая к себе. Ну, это вообще глупость. Боря ненавидит все эти нежности на публику, а сейчас вдруг разошелся. Он смотрит на Давида, и в его взгляде, несмотря на улыбку, читается вызов. Смотри, мол, друг. Моя жена. Мой дом. Ты тут – гость. Мне становится смешно.

Какая интересная у мужчин психология.

Ты, значит, Анну Каренину даже в руках не держал, но при другом мужчине готов разыгрывать из себя эксперта, зачитавшего ее до дыр. Ладно, все с Борей понятно. Решаю обсудить и глупую шутку и то, как он меня обидел, но потом, наедине. А сейчас аккуратно убираю его руку со своего бедра. Боря замирает на секунду, улыбка сползает с его лица. – Простите, мальчики, – говорю вежливо, почти без напряжения в голосе, – что-то тут холодно, так что я домой.

И ухожу. Но спиной чувствую, как меня провожают две пары глаз.