Текст книги "Архангел (СИ)"
Автор книги: Карина Волк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 27 страниц)
Глава 30. Наташа
– Архангельский, что за спешка, – выкрикиваю я и, сурово размахивая руками, иду по заледеневшей дорожке. – Ничего не понимаю! Куда ты меня тащишь? Остановись хоть на минутку.
С негодующим видом приближаюсь к мужчине, готовясь произнести гневную речь, как неожиданно ноги опережают моё тело, и я поскальзываюсь.
Но моего триумфального падения удаётся избежать, благодаря ловкой хватке Архангела.
Мужчина одной рукой придерживая мою талию, другой плечи, склонившись над моим лицом, с надменной усмешкой, выдыхает в мои приоткрытые губки, – тише, воительница. Такими темпами, переломаешь свои стройные ножки или отобьёшь аппетитную филейную часть. Наташа, давай аккуратнее. Такое божественное тело беречь необходимо. Тебя буквально нужно на руках носить.
– Очень смешно, – недовольно произношу я и немного смущаясь, отстраняюсь от мужчины, который не препятствует моим активным действиям. – Я едва-едва не убилась, а ему бы только шутки шутить.
Недовольно и капризно нахмурилась. В этом весь Архангельский, я испугалась, а он вместо поддержки, лишь забавляется.
Хотя, должна заметить, что именно моральной поддержки не могу добиться от Алексея, он готов меня физически оберегать, даже может жизнь отдать за меня, только вот его сердце для меня табу…Он никогда не полюбит меня.
Архангельский расправляет широкие плечи и, проводя тёплой ладонью по моим замершим щекам, заботливо интересуется, – милая, замёрзла? Здесь недалеко есть маленькое уютное кафе, пойдём горячего чая выпьем или кофе. Спокойно поговорим.
– Конечно, или горячего шоколада с мармеладом, – язвительно – возмущённо добавляю я.– А работа подождёт. Это тебе хорошо, сам себе начальник, а у меня есть обязательства перед другими людьми. Наша дизайнерская фирма получила большой заказ, сроки ограничены. Хотя откуда тебе знать, – снисходительно махаю рукой и отворачиваю личико, пытаясь скрыться от страстного, плотоядного взгляда Архангельского, который даже не пытается скрыть своего сексуального интереса ко мне. – Тебя же совершенно не волнуют мои проблемы. Зачем тебе всё это? Ладно. Не буду более докучать своими тревогами.
– Знаю, – неожиданно возражает мужчина и мягко берёт двумя руками моё лицо, обжигая меня нежным взглядом, с ласковой улыбкой, сообщает, – думаю, что сроки заказчик увеличит. – Догадываешься почему я так уверен в этом? – к нежному блеску в затуманенных глазах добавляется лукавая и озорная игривость.
От удивления неуверенно пожимаю плечами, продолжая требовательно изучать, загадочно-игривое лицо мужчины.
Через секунды моё сознание пронзает острая мысль, – Архангельский и есть тот самый важный заказчик.
Вот сукин сын, так и норовит контролировать все спектры моей жизни.
Упираюсь руками в стальную грудь Архангела и начинаю шипеть, словно разъярённая кошка, которой наступили на хвостик, тем самым покусившись на её территорию.
– Кто позволил тебе так бесцеремонно лезть в мою жизнь? Ты что о себе возомнил? Опять будешь каждый мой шаг? Ты чего добиваешься, чтобы я попала в полную твою зависимость?
Мужчина плавно опускает руки и отступает на пару шагов назад, с надменной ухмылкой, восклицает, – не вижу проблемы! Я могу обратиться в любую дизайнерскую компанию, по своему усмотрению.
– Конечно, такой крупный строительный холдинг, заинтересовался маленькой частной компанией, –с нотками сомнения, отвечаю я.– Твои действия носят исключительно деловой характер и абсолютно беспристрастны. Ты меня за дуру принимаешь?
Задала вопрос, ответ на который прекрасно знала. Конечно он принимает меня за дурочку. Архангел совершенно не верит в меня, считает, что без его всесильной помощи.
Боже! Он никогда не изменится и не посмотрит на меня другим взглядом. Я для него не стану самостоятельной, независимой личностью.
Его деспотичный характер не позволит мне свободно дышать и наслаждаться жизнью.
Скрестив руки на груди, продолжаю пристально смотреть в глаза мужчины, который беззвучно кривит уголки губ, демонстрируя белоснежные зубы.
– Так бы и треснула по наглой физиономии, – злобно думаю я. – Всё бы сделала, чтобы стереть его надменную ухмылку. Вот же самоуверенный болван.
Как будто бы угадав мои мысли, лицо Архангельского резко меняется, вместо слащаво-заигрывающего взгляда, появляется серьёзный, осмысленный взор.
Он медленно подходит ко мне и повторяет, – сроки можно переместить. – Назови дату, которая наиболее приемлема для тебя. В сроках нет никаких проблем.
– Я некомпетентна вносить изменения в условия контракта. Тебе необходимо обратиться к моему руководителю и обсудить изменения, – непринуждённо отвечаю я.
– Так я и разговариваю с руководителем, – уверенно заявляет мужчина.
Лениво поднимает руку и жестом подзывает молодого человека, который торопливой походкой подходит к нам и приблизившись произносит, – добрый день, Наталья Михайловна, – передаёт документы Архангельскому и удаляется.
Молча киваю на приветствие незнакомого мужчины. Ошарашенно вожу глазами из стороны в сторону, плохо понимая происходящее…
От растерянности теряю дар речи, беззвучно приоткрываю рот и, округлив глаза, начинаю учащённо моргать.
Постепенно до меня доходит смысл его фраз.
Жизнерадостный смех Архангельского выводит меня из состояния ступора, он щёлкает пальцем перед кончиком моего носа и объясняет, – милая, пока ты руководитель лишь номинально, чтобы придать тебе статус директора, необходимо подписать вот эти документы.
Архангелский с важным видом поднимает руку, которая крепко сжимает папку с ранее переданными документами.
– Как ты это сделал? – насторожённо спрашиваю я.– Запугал Аллу Генриховну. Если ты силой отобрал у неё фирму, я-я…, – начинаю запинаться, мысли путаются, никак не могу правильно сформулировать свои эмоции. – Чёрт, не знаю, что с тобой сделаю. Наверно, убью. Я-Я-Я…, – от лютой злости слова застревают в горле.
Архангельский надменно разводит руками и заканчивает фразу за меня, – я-я…, головка от патефона. Давай, Наташа, воспроизводи старую пластинку. Давно не слышал твоих злобных, укорительных словечек. Уже начал скучать, по твоему зловещему тону и весьма обидным выражениям, типа: «Ненавижу тебя. Ты чудовище. Ублюдок. Мерзавец. Бандит». Соскучился по твоим пухлым губкам и болтливому ротику, который так и осыпает меня различными оскорблениями. Хотя если честно, я бы нашёл ему совершенно иное применение, более полезное, – проводит пальцем по моим губам и с придыханием добавляет, – в приватной обстановке, готов выслушивать куда более вульгарные, пошлые выражения, которые будут заглушаться криками блаженства и неконтролируемыми стонами от удовольствия.
– Маньяк, озабоченный, – ударяю ладонью по руке Архангельского и инстинктивно отступаю, не желая, чтобы мужчина воплотил свои дикие фантазии прямо на улице. – Только и думаешь, что о сексе.
Он вполне способен прилюдно поцеловать меня, при этом без стыда начнёт тискать моё тело.
– Варвар. – Азиат и неандерталец. Высокомерный мужлан, – колко дополняю список ранее озвученных эпитетов в адрес Архангельского. – Для тебя совершенно нет никаких границ и моральных понятий. Ты же придёшь как танк. Но, Лёша, я так жить не буду. В отличие от тебя знаю, что такое уважение.
– Твоя Алла Карловна, – презрительно произносит мужчина, умышленно искажая отчество моего руководителя.
– Генриховна, – поправляю я, ошибку Архангела.
– Неважно. Главное, что она сама кого хочешь запугает и обведёт «вокруг пальца». Не хочу показаться антисемитом, в чём наверняка ты меня сейчас попытаешься обвинить, но еврейская кровь ярко проявилась в этой женщине. Она продала мне фирму за весьма внушительную сумму. И представляешь, я согласился. Так что теперь она твоя. У нотариуса заверил все необходимые документы, от тебя требуется лишь поставить свою подпись. Ну а заказами я тебя на год вперёд обеспечу, у меня теперь много времени, да и планы всемирного масштаба. Хочу построить несколько жилых домов, но необычных, а более креативных. Элитное жильё, которое будет украшением столицы.
– Девелоперское дело требует много времени. Не уверена, с учётом того, что твоё основное ремесло состоит вовсе не в строительстве, ты сможешь воплотить в жизнь свои грациозные планы, – с сожалением кошусь на Архангела и печально опускаю реснички.
– Строительство единственное моё ремесло, никакого иного больше в моей жизни нет и быть не может. Не могу исправить прошлое, всё на что способен так это исправить будущее и наслаждаться настоящим.
– Единственное твоё ремесло, – словно заворожённая повторяю, я слова Алексея и прикрываю рот рукой, чтобы сдержать восторженный крик, рвущейся наружу. – Я тебя правильно поняла? С прошлым покончено, больше никакого криминала, разборок, драк, убийств и прочих кроваво-грязных делишек? – задаю уточняющие вопросы, чтобы окончательно развеять сомнения.
– Да, – лаконично отвечает мужчина. Но для меня этот ответ весьма содержательный. Одним словом, он возвышает меня над всеми тревогами и печалями, дарит долгожданную надежду. Не могу сдержать радостной улыбки, внутри всё содрогается от нахлынувших чувств. Срываюсь с места и обхватываю шею мужчины, в буквальном смысле повисла на могучем теле любимого человека.
Архангельский властно прижимает меня к себе, и я ощущаю, как почва уходит из-под ног, совершает несколько вращательных движений и возвращает драгоценное тело на землю, при этом продолжая удерживать за талию.
– Давай сбежим. Устроим себе маленький отдых, – не требует, просит мужчина.
Безумно хочу ответить согласием, но понимаю, что сейчас нахожусь под воздействием чувств, эмоции одолевают меня.
– Нет, я не могу, – прошептала я и бережно убрала руки Архангельского, – мне нужно всё обдумать. – Сам понимаешь, я сейчас особо не в состоянии рационально мыслить. Дай мне время. Немного времени. Должна всё спокойно обдумать. Взвесить все аргументы «за» и «против».
Алексей берёт мои холодные руки, его горячее дыхание согревает кожу, будоражит кровь и лишает рассудка.
– Завтра, вечером приглашаю тебя в ресторан, – непроизвольно произношу я.– И да, расценивай это как наше первое свидание, – дерзко задрав голову, провозглашаю.
– Ты меня, что-о-о? – с недоумевающим видом, растягивая слова, спрашивает мужчина. – Признаюсь честно, впервые за мою весьма объемлющую практику, меня впервые приглашают на свидание. Я в этом вопросе придерживаюсь более консервативных взглядов, хотя и уважаю твой современный подход.
Моя женская сущность требовала флирта, хотелось позёрства, в хорошем смысле этого слова, кокетливо сверкнула глазками и, надув пухлые губки, удовлетворённо промурлыкала, – думаю мы сможем прийти к обоюдному соглашению. – Приглашаю я, – аккуратно освобождаю ручку из рук Архангельского и наивно хлопая ресничками, прикасаюсь к своей груди, – а платить будешь ты, – и теперь мой пальчик провокационно скользит по мужественной груди любимого человека.
Архангельский пристально вглядывается в мои глаза, затем резко прижимает моё возбуждённое тело к своему, настолько близко, что мы соприкасаемся покрасневшими от холода носами.
Мужчина проводит горячими губами по моей коже, и наконец трепетно прикасается к моим губам.
Чувствую аромат его тела. Наслаждаюсь близостью. Пью и не могу напиться нектарам его сладких губ. Горячий поцелуй на морозе. Выстраданное, заслуженное счастье.
Никто не сможет лишить меня этого блаженства, не позволю украсть, буду крепко держать его в своих руках. Обвиваю мужчину руками вокруг шеи и сильнее вжимаюсь в его тело. Цепко держу.
Теперь мы на верном пути, и пусть будут преграды, барьеры и прочие трудности, пока он рядом я со всем справлюсь. Независимая женщина, которая находится в добровольном плену любимого.
Поцелуем закрепили негласную сделку, я играю роль самостоятельной женщины, а Архангельский делает вид, что так и есть, при этом страхуя каждый мой шаг и незаметно контролируя каждое движение. Этой мой выбор, и я сделала добровольный шаг навстречу своему нежному тирану, ласковому зверю, которого буду медленно приручать.
– Наше первое свидание?
– Наше первое свидание, – хрипло повторяет он, постепенно отрываясь от моих губ.
Лениво усмехаюсь.
– Ты знаешь, Лёша, а тысячу лет не была на свидании, – искренне призналась.
Мужчину озарила светлая улыбка.
– Дорогая, ты не поверишь, но я тоже не был давным-давно на свидании.
Ухмыльнулась. О каких, вообще, свиданиях вещает мне Архангел. Он далеко не романтичная натура. Но всё-таки ради меня сделал исключение. Возможно, что была не права и Алексей меняется. По крайней мере предпринимает робкие попытки изменится.
Лицо Алексея внезапно стало серьёзным.
– Наташа, ты совершенно ни чем мне не обязана.
– Знаю, – мгновенно прошептала, чувствуя, что Алексей Архангельский со своим феноменальным упрямством продолжить добиваться меня, но принуждать больше не станет.
Нервно вздрогнула.
– Лёша, должна тебе признаться, что боюсь.
Архангел помрачнел.
– Наташа, я совершил множество ошибок, но, прошу тебя, не бойся меня.
Моментально замотала головой.
– Нет. Я тебя вовсе не боюсь, – снисходительно хохотнула. – Ты меня страшно раздражаешь. Бесишь, но совершенно не пугаешь.
Алексей напряжённо скользнул по мне пытливым взглядом.
– Чего же ты боишься, Наташка?
Усмехнулась…
Чего же я боюсь?
Может своих желаний!?
Мало кто не слышал в детстве поговорку «Много смеёшься – будешь много плакать». У неё есть вариации, но суть одна: не радуйся, иначе будет плохо. Казалось бы, всего лишь поговорка, неужели из-за неё кто-то боится быть счастливым?
Не смех – зло, но зло то, когда он бывает без меры, когда он неуместен. Способность смеха внедрена в нашу душу для того, чтобы душа иногда получала облегчение, а не для того, чтобы расслаблялась…
Глава 31. Наташа
Стою словно перед судьёй, в ожидание модного приговора. На мне маленькое чёрное вечернее платье длиной до колен. Слегка смущаясь от пристального, восторженно-удивлённого взгляда Анастасии, робко провожу пальчиками по полукруглому декольте, бессознательно прикрывая пикантную часть своего тела.
– Ух ты! – воодушевлённо выдыхает подруга и, подойдя ко мне, проводит ладошкой по длинному узкому рукаву вечернего изделия. – Вот уж точно, всё гениальное просто. Никаких излишеств, бахромы, оборки или пуговиц. Ну как шикарно сидит, демонстрируя и подчёркивая определённые прелести, – Настя начинает задорно хихикать и шаловливо скользит рукой по декольте.
– Вульгарно, – печально произношу я и слегка насупившись опускаю голову. Непроизвольно одёргиваю подол платья, пытаясь скрыть длинные ноги, которые особо не прикрывает мой наряд.
– С ума сошла! Платье просто огонь. Ты шикарная женщина. А твой вечерний туалет вовсе не вульгарный, а изысканный. Привыкай, ты девушка современная, утончённая, – нравоучительно поясняет подруга и, ласково беря меня за руку, тянет на диван. – Давай немного поговорим. У нас есть ещё время.
Настя подводит меня к дивану и резко развернувшись, командным голосом, заявляет, – присаживайся аккуратно. Смотри не помни платье. Не прикасайся руками к лицу и не смей трогать волосы. Я такой умопомрачительный образ создала. Настоящий шедевр. Архангельский сума сойдёт и боюсь, ему уже будет не до ужина. Сразу перейдёт к десерту, который дополнит шампанским и клубникой, в каком-нибудь тихом уютном местечке.
Добрая улыбка озаряет моё лицо, с благодарностью и любовью смотрю на подругу и не сдержав эмоций, прижимаюсь к Насте. – Спасибо, за всё, что ты для меня сделала и делаешь, – шепчу ей на ушко. – Люблю тебя, – отстраняюсь от Насти и обхватив руками её плечи, начинаю умиротворённо любоваться дорогим человеком.
В глазах девушки блеснул искорки, она задорно приподняла маленький курносый носик и игриво прощебетала, – конечно, любишь, как вообще меня можно не любить.
– Вот зараза, – не сдерживая смеха, прокричала я в ответ на высокомерную реплику подружки и уселась на диван. Настя, продолжая улыбаться глазками, изображая серьёзный вид, с важным видом уселась на диван и приподняв пальчик вверх, дала мне наставление, – запомни, на первом свидании вести себя нужно тактично, деликатно и быть недоступной. Не позволяй Алексею распускать руки, не дай бог, подумает, что ты легкодоступная девушка, как мы тебя потом замуж выдадим.
– Очень смешно, – кривя губки, возразила я.– Понимаю, что таких шуток именно я и достойна, с учётом того, что у нас всё никак у людей. Сначала ребёнка родили и только потом вспомнили, что даже на свидание не были.
Бровки Анастасии принимают горизонтальную форму и нависают над глазами, она склоняет голову и грустно отвечает, – Наташа, дорогая моя, я хотела повеселить тебя, а добилась противоположного результата.
– Нет, милая, – отрицательно качаю головой. – Это наше прошлое, которое нужно признать и принять как должное.
– Ладно, хватит хандрить. Пусть прошлое остаётся в прошлом. Надо жить настоящим. А настоящее у тебя весьма и весьма радужное, – кокетливо вещает Анастасия. – Думаю вечер обещает быть увлекательным. А вот мне придётся поработать нянечкой, семейная жизнь, – томительно выдыхает подруга.
– Спасибо, ты так выручила меня, – искренне поблагодарила Анастасию. Тамара Львовна сейчас находится в больнице и пару дней пролежит там, в профилактических целях. Сама понимаешь не хотела оставлять малышку посторонним людям, даже если это профессиональные нянечки.
– И правильно, Тамара Львовна всегда контролирует действие этих нянек. Да и зачем посторонние люди, когда есть я, тётя Настя, – решительно произносит подруга. – У нас с Романом большой опыт, шутка ли, трое детей, ну а где трое, там и четвёртый не помеха.
Тональный крем скрыл краску стыда, которая появилась на моём лице, глубоко вздыхаю, немного съёжившись, виновато проговорила, – Настя, ты ни разу не упрекнула меня за мой опрометчивый поступок. – Лёша рассказал мне, что моя мнимая смерть, чуть не спровоцировала выкидыш. Боже, – поднимаю голову и стыдливо закатываю глаза, – не знаю, как бы я смогла жить и осознавать, что по моей вине…, – начинаю заикаться, дыхание замедляется.
Настя, видя мою подавленность, мягко касаясь моих плеч, решительно командует, – хватит себя мучить. – Каждый может ошибаться, такова природа человека. Главное, что ты признаёшь вину и исправляешь ошибки. – Наташа, тебя ещё, что-то мучает? – проницательный вопрос застаёт меня в врасплох. Мышцы напрягаются, приподнимаю плечи и, прижав руки к телу, шепчу, – Настя, не могу избавиться от слов Ангелины. – Мне снятся ужасные сны, в ушах звучит дьявольский голос: «Возмездие. Ваших детей ожидает расплата».
– Кошмар! Наташа, у тебя паранойя, – не сдерживает эмоций Настя. Верить словам психически больного человека. Да у неё диагноз, шизофрения. Шизофрения, запомни, шизофрения, – яростно повторяет она. Девушка вскакивает с дивана и начинает расхаживать по комнате, словно рассерженная дикая кошка в клетке, которую забыли покормить. – Ангелина ничего не может сделать, вот и разбрасывается токсичными лживыми угрозами, которые никогда не воплотит в жизнь. Зерно посеяла она, которое скоро возрастёт и придёт мстить, – надменно – злобно прорычала подруга, вспоминая слова Ангелины. – Большего бреда, я в жизни не слышала.
Наташа замирает на месте и повернув в мою сторону голову, окинула меня обжигающим, гневно-осуждающим взглядом, – ладно, Ангелина чокнутая. – Но ты в своём уме. Вечно ведёшься на провокации, тебя жизнь ничему не учит. Она уже однажды оказала тебе «медвежью услугу». Пора сделать выводы. Но нет, ты опять наступаешь на те же грабли, – яростно махает рукой и, отвернувшись от меня, замолкает.
Громкая тишина ещё сильнее удручает меня, медленно поднимаюсь с дивана и подхожу к подруге, обвиваю её талию руками и положив голову на плечо, примирительно проговариваю, – извини, ты совершенно права. – На ровном месте накручиваю себя. Не умею наслаждаться счастьем. Каждый раз с опаской смотрю и ожидаю, что вот-вот произойдёт коллапс и моя жизнь вновь полетит под откос.
Подруга прижимается головой к моему затылку и сменив гнев на милость, произносит, – дорогая, ты боишься жить. –А так нельзя. На словах говоришь, что прошлое должно оставаться в прошлом, но действиями показываешь обратное. Оно тянет тебя, не давая идти вперёд. Брось этот чемодан без ручек. Забудь об Ангелине, Тариэле и прошлой этой грязи. В настоящем и будущем тебя ожидает Алексей. Он слишком многим рисковал и заслужил права, чтобы ты доверяла ему. Прекрати сопротивляться счастью и искать причины, чтобы сомневается в любимом человеке. А то так ненароком удумаешь, что слова Ангелины – это пророчество, и чтобы спасти Варвару от неминуемого возмездия, вы должны расстаться с Алексеем.
Внезапно Настя разворачивается ко мне, освобождаясь из моей цепкой хватки, вынужденно поднимаю голову и непроизвольно отступаю, но девушка успевает крепко схватить меня за плечи и больно сжав, грубо произносит, – надеюсь, такие глупые мысли, не посещали твой разум.
Неуверенно кручу головой из стороны в сторону. Виновато опускаю глаза и с сожалением отвечаю, – Наташа, не хочу тебя обманывать, но мне сложно смириться. Алексей исправляется, он многое делает для нашего совместного будущего, но прошлое, как кровавый шлейф тянется за ним. Неизвестно когда, но прошлое даст о себе знать и наказание будет неизбежно. Слишком многим людям он причинил зло. У них тоже есть дети, которые захотят отмстить. И я боюсь, что Варвара будет объектом мести. Она идеальный уязвимый вариант.
Настя хмурит брови, с досадливым выражением опускает руки и неспешным шагом подходит к окну. С тоской наблюдаю за девушкой, взор которой устремлён в окно.
– Ты жаждешь справедливости? Считаешь, что Архангельский должен понести заслуженное наказание? – тихий вопрос девушки, выдёргивает меня из задумчивого состояния.
– Нет, – моя негативная реакция не заставляет себя ждать. Подбегаю к Наташе и грозно утвердительно заявляю, – нет, конечно, нет. Я люблю Алексея и не желаю ему зла. Ты неправильно интерпретируешь мои слова. Я говорю о том, что Лёша совершал страшные вещи, за которые может последовать наказание. Сергей, совершил преступление и за это лишился свободы. Я не оправдываю его, он виновен, но почему одни должны отвечать перед законом, а другие стоят выше. Разве такое может быть? Если беспристрастно подходить к данному вопросу, то я бы обязательно обратилась в полицию и незамедлительно сообщила всю известную мне информацию. Меня мучает совесть, проходя свидетелем по делу Серёжи, я умолчала о многом, в том числе, что Воробьёв пытался защитить меня.
– Защищал, – недовольно буркнула Настя и, обхватив себя руками, развернулась ко мне. – Наташа, он стрелял в безоружного человека.
Настя принимает гордую прямую позу, её пальчики соединяются и принимают форму купола. Неторопливой походкой она подходит в центр комнаты и сухо говорит, – что касается всего остального, то здесь я с тобой вынуждена согласиться. – Архангельский вовсе не ангел и я не собираюсь выступать его адвокатом, но ты моя подруга, поэтому позволь дать тебе совет. Хватит метаться, сделай уже окончательный выбор, определись. Ты должна либо принять Архангела таким каков он есть и смириться с его прошлым, либо отказаться от него и вершить правосудие. Иди в следственный комитет и заяви на него. Так велит тебе твоя совесть. Тогда твои сомнения улетучатся, а тревоги рассеяться. Страшные сны перестанут беспокоить, и ты сможешь спокойно спать в одинокой холодной постели.
– Настя, зачем ты так. Это жестоко, – во рту появляется сухость, фразы Насти вызывают неприятные болезненные эмоции. Отчаянно обвожу комнату глазами, пытаюсь сфокусировать внимание на любом отстранённом предмете, лишь бы не смотреть в осуждающие глаза подруги. Её взгляд, полный разочарования и обиды, словно пытка для моего сердца.
– И главное, потом ты будешь рассказывать дочери, что, руководствуясь совестью, чувством долга и заботясь о её благополучии, лишала отца. Так ты понимаешь справедливость.
Страх и апатия словно огромная волна в бездонном бушующем море накрывает меня с головы до ног. Страх даёт ощущение, что я нахожусь в ужасном положении, апатия пришла на смену эйфории, которая только вчера владела мной. Поток негативных мыслей держит меня на коротком поводке и не даёт вырваться из депрессивного болота. Должна заменить их на позитивные мысли. Хватить сомневаться, надо раз и навсегда принять окончательное решение, иначе мои сомнения разорвут меня пополам.
– Я сделала свой выбор, – озвучиваю свои мысли вслух. – Ты полностью права. Вычёркиваю из своей жизни весь негатив и воспоминания. Забуду и об Ангелине, и о Сергее. У всех своя судьба, одна закончит жизнь в психушке, другой в тюрьме. Незавидная судьба, но это их выбор, они заслуженно понесли наказание.
