Текст книги "Архангел (СИ)"

Автор книги: Карина Волк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 27 страниц)

– А кто тебе сказал, что такой умелой ученице, нужен такой учитель, как ты, – дерзко бросила вызов Архангелу. – Твоё самомнение раздуто до небывалых масштабов.

Архангельский освобождает мои руки и властно смыкает пальцы на моей филейной части, начинает безжалостно мять нежную кожу, вызывая болезненные ощущения.

– С ума сошёл, – крикнула я и стремительно постаралась избавиться от его хватки.

– Лежи спокойно, – раздался командный голос Архангела, от его жёсткого тона на душе стало не по себе, в сердце поселился ужас, который заставлял меня продолжать сопротивление.

– Значит, желаешь другого учителя? – прорычал мужчина, крепче вжимая моё тело в матрас. – Может этого пи….са Серёжу, представляешь на моём месте.

Безмолвно покачала головой, стараясь вспомнить момент, когда я окончательно перешла черту и вынудила мужчину вести себя жёстко и агрессивно.

Но проанализировать ситуацию мне не удалось его страстные губы разомкнули мои губки, требуя ответа. Но какого? Хотела отползти, вырваться, но вспомнила, что постоянно предпочитаю убегать, никогда не встречаю опасность, а лишь покорно склоняя голову и бегу.

Его руки обняли мою талию, прижали безвольное стройное тело к мускулистой груди, теперь его поцелуй не был жёстким, скорее более настойчивым и жадным. Кровь сильнее забурлила в жилах, чувствовала, что напряжение покидает моё тело. Мужчина по-хозяйски раздвинул мои ножки, его мужское естество теперь находилось в опасной близости.

Широко распахнула глаза и увидела, что его тёмные очи блеснули и рассерженно сузились, его тело втиснуло меня в мягкий матрац и вдруг резкий толчок … обжигающее чувство наполненности, словно стрела пронзило моё женское нутро.

Отчаянно вскрикнула и как одичавшая кошка, вонзила цепкие коготки в спину Архангела. Архангельский двигался медленно, потом всё быстрее, принося с каждым толчком невообразимые ощущения, позволяя купаться в райском наслаждении и незабываемом удовольствии. Наконец-то он врезался в меня глубоко, сильно и, в последний раз, вздрогнув, сдавил в сокрушающихся объятиях полностью покорённой меня.

– Прости, Наташа, я не думал, что всё произойдёт так быстро, но у тебя, слишком острый язычок.

И когда я посчитала, что Архангел успокоился, он внезапно развернул меня, положив животом на кровать и приподняв мои бёдра быстро вошёл в меня, теперь его толчки были, грубыми, жёсткими и достаточно сильными. Он сжал мои волосы и потянув назад, вынуждая выгибать шею, прорычал, – учителя тебе нужны? – Скажи, кого ты предпочитаешь видеть вместо меня?

– Ненавижу тебя, ты …, – не смогла завершить фразу, вместо членораздельной речи из моей груди вырывались стоны.

– Ты многого лишаешь себя своим ехидным язычком, Наташа. Будь немного посговорчивее и, если бы ты призналась, что чувствуешь, – с сожалением прохрипел мужчина.

Архангельский овладевал мной яростно, глубоко проникающими толчками, несмотря на желание сопротивляться, росло и росло невероятное, ослепительное наслаждение, мгновенно прервавшееся: Архангел, застонав, обмяк, придавив меня тяжестью тела. Едва не закричала, поняв, что всё кончено. Прошла минута, другая, но Архангел не шевелился.

– Я хочу встать, – холодно объявила я, уткнувшись носом в одеяло.

– Почему? – поинтересовался он.

– Потому что пора спать, – равнодушно озвучила я.

– Не понимаю, Наташа. Хочешь уснуть. Так спи.

Я замерла, боясь дышать и чувствуя, как он растёт и твердеет во мне и когда вероятность третьего захода была неотвратима, послышался телефонный звонок.

Архангельский мгновенно оттолкнулся от кровати и ничуть не стесняясь своей наготы, спешно взял телефон с тумбочки и ровным голосом, произнёс, – слушаю.

Как только почувствовала свободу, незамедлительно воспользовалась ситуацией, приняла полусидящее положение и свесив ноги с кровати, предварительно прикрыв обнажённое тело, внимательно посмотрела на удручённое лицо мужчины. Ему передавали какую-то информацию, которая его сильно взволновала, он стоял недвижно, усердно впитывая каждое слово.

– Понял, через сорок минут приеду к вам. Никуда не отходи от него, постарайся с ним поговорить, сейчас каждая минута бесценна. Вопросы, которые мне интересны тебе известны, – бросил на меня осуждающий взгляд и отключил сотовый телефон.

Продолжая упорно молчать Архангельский, натянул штаны и, игнорируя мой обескураженный взгляд, направился на выход.

– Лёша, что случилось? – не выдержала я и бросила ему вопрос.

– Ничего особенного, Наташа. Тариэл очнулся и готов дать разъяснения по поводу сложившейся ситуации. Сизый и Ангелина уже там.

– Сизый и Ангелина, – повторила я.– Лёша, пожалуйста, возьми меня с собой, – буквально умоляющим голосом, попросила я. Этот человек, обязан поведать правду, кто и когда заставил его оклеветать меня, а главное, пусть подтвердит, что нанял киллера. Сегодня мы узнаём кто истинный предатель. Думаю, справедливо будет, чтобы я присутствовала, когда он, глядя мне в глаза, расскажет, где и когда мы заключили сделку.

Глава 17. Ангел

Почему люди становятся злыми?

Горьким ядом травя всю вокруг,

Позабыв о любви и смиренье,

Продолжая токсичный свой путь!

Судорожно перебираю возможный план действий, в случае, если Тариэл решит заговорить. От страха не могу выровнять дыхание, ощущение, что невидимая рука правосудия схватила моё горло и медленно сжимает, не позволяя поглотить жизненно важный кислород и наполнить лёгкие.

– Чёртов Тариэл, – рычит моя конъюнктурная сущность, – при жизни от него были одни проблемы, надеялась, что хоть сдохнет без особых неприятностей. – Так нет, решил на последнем издыхании, меня с собой тащить. Только вот ошибся, я не собираюсь сдаваться. Просто так, что ли, столько пережила и вытерпела, чтобы так легко отдать Архангела этой смазливой девчонки.

– Ангел, с тобой всё хорошо? – взволнованно поинтересовался Сизый, бегло посмотрев на меня. – На тебе «лица нет» может остановить машину, глоток свежего воздуха тебе поможет.

– Нет, не вздумай, – не контролируя порыв, громко прокричала я и испуганно посмотрела на Сизиго. – Идиот, своей заботой меня в могилу загонит, – злобно подумала я, при этом на лице изобразила крайнюю степень переживания за судьбу Тариэла. – Если Архангел приедет раньше нас, – парализовала меня ужасная мысль, – тогда точно моя участь будет предрешена. –Нет, надо успокоиться и продолжать изображать саму учтивость и тактичность, сейчас нельзя поддаваться паники, холодный ум и равнодушный подход, вот единственный способ спастись и удержать рядом с собой Алексея, ибо без него нет мне жизни.

– Серёжа, нам, неизвестно сколько, ещё проживёт Тариэл, на счету каждая секунда, – объяснила я своё буйное поведение. – Этот человек знает очень многое, нам нужно из первых уст услышать информацию и наконец-то открыть глаза Архангелу на Наташу. Эта девушка очень опасна и рано или поздно, но погубит всех нас.

– Хватит, – впервые Сизый повысил голос на меня и гневно покосившись, скомандовал, – не смей, слышишь не смей, клеветать на человека. – В моём мире за базар надо отвечать, а если не ответишь, то спросят. Так что фильтруй базар.

– Сукин сын, – прошипела моя гордость, которая так и подталкивала меня накричать на ничтожного сопляка, но вот разум не позволял эмоционально себя вести. – Этот паренёк может мне ещё пригодиться, а соответственно должна проявить хитрую смекалку, разыграть роль невинной жертвы, пусть с помощью жалости, но заставить мужчины перейти на мою сторону.

– Ты прав, – простонала я и смахнула фальшивую слезу. – Извини, что высказала свои мысли вслух, – горько усмехнулась и, давясь слезами, продолжила, – хотела бы и я иметь такого друга, который верит тебе и защищает, даже когда весь мир против тебя.

Перевела лукавый взгляд на Сизого и с дьявольским ликованием в душе и скорбным видом на лице, заметила, что мои слова произвели должный эффект, смогла разжалобить мужчину.

– Ангел, прости, не хотел обидеть тебя или ранить твои чувства, – с досадой проговорил мужчина и оторвать руку от руля, положил её на моё колено. Накрыла пальцы Сизиго своей женственной ручкой и приподняв поцеловала.

– Ты настоящий мужчина, который неспособен ранить, – продолжала осыпать Сизого лживыми комплиментами, взывая к его Эго.

– Я реально, не привык унижать людей, в особенности женщин. По мне, если что-то не так, сразу в морду и вопрос решён, – искренне признал пацан. – В особенности не привык предъяви друзьям бросать, а ты сама понимаешь для меня ты друг, как и Наташа.

– Хороший ты друг, – сухо произнесла я и ехидно заулыбалась. – Только вот знаешь, иногда приходится делать выбор между друзьями, ситуации бывают разные.

– Не бывает, у меня не бывает, если стоишь на перепутье и не знаешь куда идти, тогда руководствуйся долгом и честью, – помпезно заявил мужчина, действительно верующий в принципы и понятия.

Автомобиль подъезжает к серому зданию, которое скорее походит на склад, спрятанный от посторонних глаз в лесном массиве. Около дверей стоят двое вооружённых охранников.

Пристально осматриваюсь по сторонам и облегчённо выдыхаю, когда не нахожу глазами машину Архангельского.

– Второй раз повезло, – осознала я, – первый, когда удачно оказалась рядом с Сизым и ему сообщили, что Тариэл пришёл в себя и вот сейчас, второй раз, когда опередили Архангела. – Значит, не всё потеряно, теперь одна надежда, что этот старый козёл сдохнет до того, как Архангельский приедет, а уж в этом я ему помогу. Своими руками задушу гадину, которая мешает жить.

Как только автомобиль остановился, выскочила на улицу и побежала к охране.

– Жив? – прокричала на ходу. Охранники удивлённо переглянулись и, пожав плечами, отрицательно покачали головами.

– Умер, – мрачно констатировал Сизый, подойдя к охране.

– Мы не в курсе, Сергей Васильевич, – отрапортовал один из стражников. – Внутри доктор и несколько медсестёр, он потребовал, чтобы мы покинули помещение и ожидали на улице.

– Понятно, – недовольно буркнул Сизый и открыл мне дверь.

Мгновенно проскочила внутрь, изумлённо осмотрела помещение, которое было довольно неплохо оборудован по последнему слову техники. Если бы не видела внешний вид, подумала, что мы находимся в мине больничке, что-то вроде передвижного пункта.

– Виктор Иванович, здравствуйте, – с уважением обратился Сизый к доктору. – Как его состояние?

– Ситуация крайне нестабильная, – чётко ответил доктор. – Боюсь, до утра не доживёт, сейчас он в сознание, постоянно требует Архангела, говорит, что у него есть информация для него.

Сизый молча кивнул и направился к койке умирающего Тариэла. – Серёжа, только не напрягайте сильно пациента, сердце слабое, в любой момент может дать сбой, тогда точно не откачаем. – Я и медицинский персонал будем ожидать на улице в случае необходимости нажмите на кнопку: « ВЫЗОВ» и мы незамедлительно прибудем.

– Понятно, – замедляя шаг, крикнул Сизый. Я же в отличие от парня, ускорила шаг и сломя голову помчалась к Тариэлу.

– Не смей ничего говорить, иначе прямо сейчас оправлю к праотцам, – склонилась над издыхающим телом и шёпотом проговорила, заранее убедившись, что Сизый не слышит моей речи. – Клянусь, начнёшь говорить, до утра не доживёшь, на куски буду резать.

– Что ты делаешь? – раздался раздражённый голос за спиной.

– Ничего, – безэмоционально ответила я.– Склонилась, чтобы лучше разобрать его слова, он же не говорит, а лишь губами перебирает, чёрт знает что пытается донести.

Мужчина с недоверием посмотрел на меня и подойдя к умирающему, спросил, – слышишь меня? Отошла и встала позади Сизиго, при этом внимательно рассматривая живой труп на больничной койке.

– Слышу, – тяжело захрипел Тариэл, – и даже вижу, особенно хорошо дьявола, который стоит за твоей спиной. – Ловко эта ведьма обвела всех, молодец. По вине, Анге…, – не выдержала истерически закричала и не помня себя подлетела к мужчине и схватила его за шею. Начала душить его с неистовой силой.

– Ангелина, пи…ц, прекрати, – закричал Сизый и оттащил меня. – Сумасшедшая, сука, – презрительно произнёс Сизый и покосился на задыхающегося Тариэла.

– Доктор, Виктор Степанович, – крикнул Сизый, пребывая в состоянии полной растерянности, совершенно позабыв, что нужно нажать кнопку экстренного вызова.

– Нет, умоляю, не надо доктора, – опустилась на колени и взмолилась, – пожалуйста, это наш шанс. – Пусть сдохнет, – одной рукой брезгливо указала на Тариэла, другой держала за колено парня.

– Какой шанс? Ты предала нас, он ясно сказал, что это ты, – грубо оттолкнул меня Сизый и пошёл к выходу.

Вскочила на ноги побежала следом за мужчиной, обогнала его и, действуя импульсивно, прижалась к Сизому, но прежде чем в очередной раз он отшвырнул меня, успела выхватить оружие. Опустила предохранитель и, передёрнув затворную задвижку, направила пистолет на Сизого.

– Стреляй, другого выхода у тебя не будет. Может, так спасёшь, свою никчёмную жизнь, – презрительно скомандовал мужчина и ненавистно посмотрел в мои глаза.

– Ты прав, моя жизнь никчёмная, – удручённо согласилась я и подставила ствол к виску. – Не хочу так жить и не буду.

Мужчина несколько секунд обескураженно, не отрывая глаз, разглядывал меня, затем поднял руку и спокойным тоном, попросил, – Ангелина, дорогая, не надо так. – Выход есть из любой ситуации, давай ты опустишь оружие, и тогда мы поговорим.

– Нет у меня выхода, – обречённо объявила я. – Если ты расскажешь правду Архангелу, он шкуру с меня спустит и тебе это известно. Почему? За что? Сокол, Архангел, да даже ты, все очарованы и околдованы этими девицами. Из-за дня в день, только и слышу какая прекрасная Анастасия, какая милая Наташа, а я…

– Ангелина и ты очень хорошая девушка, – Сизый неспешно сокращает расстояние между нами.

– Стоять, – потребовала я.– Не вздумай предпринимать каких-либо опрометчивых попыток спасти меня. Я уже труп. Мне не привыкать, я вечная жертва, которую презирают и унижают. С детства, так повелось. Никому не нужный Ангел, о котором вспоминают лишь в минуту отчаяния.

Послышался хрип Тариэла, синхронно с Сизым поворачиваем голову и видим, что из-за рта старика пошли сгустки багровой крови. Хрипы усиливались. Стало ясно, что жизненные силы покидают его.

Заворожённо наблюдала за умирающим человеком и потеряв бдительность, упустила момент, которым ловко воспользовался Сизый. Он тихо подкрался ко мне и «в мгновение ока» обезоружил меня. Попыталась бороться с мужчиной, но это был неравный бой, гадюка никогда не одолеет ястреба, ядовита : да, но опасна лишь для лягушек и маленьких мышей. Токсичная гадина никогда не победит гору мышц, закон природы, который применим в человеческой жизни.

– Сумасшедшая девчонка, – крепко сжимая моё тело, произнёс мужчина. – Не верю, что ты способна была лишить себя жизни.

– Серёжа, какой жизни? – паника охватила моё сознание, извивалась, вертелась, пыталась вырваться из стальной хватки, затем окончательно потеряв надежду и лишившись сил, обмякла в крепких руках мужчины и, не придумав ничего более оригинального, впилась соленными от слёз, губами в губы Сизого.

От моих действий сначала мужчина оцепенел и никак не реагировал, затем прейдя в себя, разомкнул руки и, держа в руках пистолет, отошёл от меня на расстояние вытянутой руки.

Умоляющий взгляд устремился на Сизого, еле-еле шевеля губами, которые помнят вкус поцелуя, промолвила, – Серёжа, не губи меня. – Обещаю, я уеду, начну новую жизнь. Но сначала избавлю вас от этой назойливой Наташи, Тариэл поведал только часть правды, он умолчал, что и Наташа была с нами в сговоре, только мной руководила любовь, а этой женщиной, меркантильность. Она обещала Тариэлу, что со временем окажет содействие и они смогут распилить бизнес-Архангела. Даже планировали убить его, а что единственной наследницей при таком раскладе будет дочь Наташи.

– Ангелина, ты сказочница, только вот не могу понять, кровавый гений или городская сумасшедшая, – Сизый подошёл к бездыханному телу Тариэла и пощупав пульс, удручённо произнёс, – умер. – Всё кончено.

– Собаке собачья смерть, – провозгласила я и обессиленно упала на пол. – Он в своё время подобрал меня вместе с Ивановым. Я была словно щенок, всеми гонимая, даже мои родители отказались от меня. В них я видела опору, но оказалась, что они использовали меня. Я стала секс-игрушка, девочкой для эскорта. Когда встретилась с Соколовским, подумала, что вот он мой шанс, лучик солнца в тёмном царстве, но и здесь меня ждало разочарование.

Сизый подошёл ко мне, опустился на колени и проведя ладонью по лицу, произнёс, – Ангелина, я походатайствую за тебя, обещаю.

С болью в глазах и с улыбкой грустного клоуна, пропищала, – прошу, Сизый, не надо. – Меня столько раз обманывали. Я отпустила Сокола, несмотря на то, что была с ним в тяжёлые минуты его жизни, но он всё равно бросил меня, как ненужного бездомного щенка и ушёл к Насте. Потом Архангел, и снова я как доверчивый котёнок потянулась в добрые руки, но и здесь сплошное разочарование. Потому умоляю, хоть ты не ври мне, прямо, скажи Ангел твоё время пришло, пора на небеса.

– Я тоже из детдома, – поведал Сизый и опустил голову. – Не понаслышке знаю, что такое холод и голод. Тоже привык драться и защищаться, потому что по-другому не умею. Я не знал материнских рук, мой отец никогда не поддерживал меня, но мне понятны такие вещи, как дружба и преданность.

Беру парня за подбородок и заглядывая в его бездонные глаза, в которых царит полная растерянность, твёрдо заявляю, – Серёжа, ты мужчина, тебе не пришлось пережить то, с чем столкнулась я. Эти люди растоптали мою гордость, я не считаю себя личностью, морально меня уничтожили, нравственно погубили. Мне лишь жаль, что я поздно повстречала тебя, возможно ты моё спасение, но увы, нам этого уже не узнать, как только откроется правда…

– Откроется правда, – внезапно раздался голос Архангельского, от которого я машинально вздрогнула. – Договаривай Ангелина, – потребовал Алексей и недовольно обвёл нас взглядами.

– Твою мать, он что умер? – завопила Наташа и, подбежав к трупу, начала щупать пульс. – Лёша, срочно доктора, он умер. – Чёрт, он же ничего не сказал!

Сизый поднялся на ноги и пронзительно глядя на Архангела, ответил, – брат он поведал правду, Тариэл произнёс имя предателя, человека, который сливал информацию.

Глава 18. Архангел

– Брат, он поведал правду. Тариэл произнёс имя предателя, человека, который сливал информацию, – уверенно, без намёка на сомнение, ответил Сизый и застенчиво посмотрел на Наташу. – Имя предателя этот ублюдок всё-таки назвал.

Повисла гробовая тишина, не свожу требовательного взгляда с Сизого, который поворачивает голову в сторону Ангелины и протягивая ей руку, говорит, – он сказал, что предатель, это Наташа. Сомнений быть не может. Мне очень жаль, но это правда.

Горько усмехнулся, чувствуя, как внутри расширяется огромная, непреодолимая пропасть.

Считал, что после мнимой гибели любимой женщины полностью окаменел, а вот теперь понял, что эта вероломная девица способна причинить мне боль. Должен её ненавидеть, но проклятое, предательское сердце словно лишилось данной функции по отношению к Наташке.

Мгновенно устремляю растерянный взгляд на Наташу, которая с непонимающим видом, замерла, открыв рот.

Она была перепугана, но более растеряна…

– Ты уверен? – грозно спросил я, продолжая сверлить глазами перепуганную девушку, которая словно онемела, она судорожно открывала рот, но не издавала ни единого звука. – Ошибка исключена.

Разочарование накрывало как смертельная лавина, не мог нормально дышать, не то чтобы здраво размышлять и анализировать ситуацию.

– Возможно, находясь на смертном одре, этот плут решил очистить свою душу и раскаяться, – робко предположила Ангелина, цепляясь за руку Сизого. – Понимаю, Архангел, что тебе сложно принять правду. Но ты должен быть сильным и справедливым.

На секунду прикрыл потяжелевшие веки…Как сложно быть сильным справедливым, когда вопрос касался любимого человека. Человека, который безжалостно вонзил тебе остриё прямо в сердце, а ты как самый настоящий глупец, продолжаешь любить вероломную тварь!

От слов Ангелины Наташа побледнела, провела ладошкой по лицу и переместила взгляд с Сизого на меня.

Девушка посмотрела на меня глазами, в которых читалось сожаление, непонимание, но ни капли стыда или раскаяния.

Неужели она до такой степени бессовестная, отчаянно искал хоть малейший намёк на сожаление, но безуспешно!

– Либо девочка – прирождённая актриса и умело разыгрывает из себя жертву, либо, что-то здесь нечисто и меня попросту выставляют идиотом, – про себя думаю я. – Пока не разобрался в чём дело, виду подавать не буду. Нужно хладнокровно обо всё подумать. Вопросов возникало ещё больше, чем прежде. Ранее Сизый никогда меня не обманывал, но интуиция подсказывала, что всё не так просто, как может показаться на первый взгляд.

Люди так боятся сделать шаг навстречу новой жизни, что готовы закрыть глаза на все, что их не устраивает. А это еще страшнее: проснуться однажды и осознать, что рядом все не то, не те, не тот…

Вот так со мной произошло, когда лишился Наташки…Не могу вот так просто во всё поверить и вынести приговор своей любимой…Любимой, которая совершенно не заслуживает моей любви.

Покосился на Ангела…

Слишком подозрительно вела себя Ангелина, она буквально контролировала каждый шаг Сизого, не мог не заметить, как она расцвела, когда парень выдал Наташу. Она словно испытала огромное облегчение.

Когда счастье идёт нам в руки – мы становимся подозрительными! Неужели нужно всё усложнять, чтобы поверить? Мы привыкли думать, что настоящую любовь надо заслужить, надо преодолеть все препятствия во втором акте, перед тем как жить долго и счастливо в третьем. А если препятствий нет, означает ли это то, что чего-то не хватает? Неужели нужна драма, чтобы отношения сработали?

Б…ь, да в нашей жизни с Наташкой столько было драмы…Сколько ещё препятствий нужно преодолеть? Проклятие!

Возможно, иногда приходится признавать горькую правду жизни! Нам просто не по пути…

– Ангелина, извини, но дело принимает совершенно иной оборот. Я больше не могу молчать, – выйдя из состояния оцепенения, заявляет Наташа. – Хватит с меня всей этой грязи. Надоело, что меня несправедливо обвиняют во всех смертных грехах. Всему есть предел. Включая моё терпение.

Озадаченно усмехнулся и пытливо осмотрел девчонка, которая всё-таки решил прерывать молчание и, издала свой нежный, птичий писк.

– Интересно! – воскликнула Ангелина. – И что ты собираешься поведать? Что можешь нам рассказать?

Пытливо сузил глаза…Готов поклясться, но в голосе Ангелина звучала прикрытая угроза. Она морально давила на Наташу, вынуждая её замолчать и своевременно закрыть рот.

Ангел вздрогнула, от прежнего облегчения не осталось и следа…

Заинтригованно сузил глаза, ожидая искромётной исповеди любимой женщины, отчаянно веря, что она может быть кем угодно, но только не предательницей.

– То, что ты предложила мне разыграть весь этот спектакль. Ты и только ты передала мне документы, вручила деньги, а взамен потребовала, чтобы я навсегда исчезла из жизни Архангельского и больше никогда не появлялась в стране, – громогласно провозгласила Наташа, яростно впиваясь взором в Ангелину. – Предварительно осведомим меня, что если Архангельский узнает, что я беременна, то незамедлительно отнимет у меня ребёнка. Лёша, – теперь её удручённый взгляд был направлен на друга, – я не оправдываюсь, просто хочу, чтобы меня прекратили необоснованно обвинять. Виновата. Совершила ошибку. Но я доверилась Ангелине. Именно она убедила меня бежать. Я прежде всего спасала своего ребёнка.

Наташа подошла ко мне вплотную и, глядя в глаза, добавила, – поверь мне. Может, я и совершило огромное количество непростительных ошибок, но я не предательница. Никогда бы не подставила тебя. Одно дело сбежать и совершенно другое, вероломно, ради своей меркантильной выгоды передать документы.

– Поверить тебе, – с грустной улыбкой, повторил последнюю фразу девушки, понимая, что далеко не священник, чтобы отпускать чужие грехи, тем более что своих имелось предостаточно. – Ты серьёзно, Наташка? Вот так просто. Взять и поверить…

Вот говорят, что человек появляется в твоей жизни, чтобы преподать тебе какой-то урок, и он исчезнет, как только ты этот урок усвоишь…

Все люди, появляющиеся в моей жизни учат меня одному «НИКОГДА, НИКОМУ, НИ ЗА ЧТО НЕ ДОВЕРЯЙ»…

И когда я усвою этот урок одному Богу известно…

Предателями мы считаем тех, на кого сами же возлагаем свои надежды, а они не способны их оправдать. Причины появления наших надежд…

Наша же недальновидность и наивность, безграничная вера недостойным людям.
Не они проникают к нам в душу, а мы прирастаем к ним и позволяем проникнуть.

А потом больно…

Б…ь! Да я утопал в своих грехах, увяз, словно в болоте по самые уши!

– А ты не считаешь, что слишком поздно, для таких речей. Что мешало тебе раньше рассказать правду и избавить нас от подозрений. Что мешало? И только, когда тебя припёрли к стенке, ты решилась облегчить душу. Что, девочка моя, боишься за свою жизнь? – Разочарованно ухмыльнулся. – Наташа, ты спасаешь свою жизнь.

Девочка потупила взгляд и, глубоко вздохнув, призналась, – я не хотела причинить вред Ангелине. Она помогла мне в трудную минуту. Не могла обмануть её доверие. Понимала, что ты её не пощадишь, не пожалеешь, – промолвила девушка.

Проклятие…Даже если Наташка – коварная и вероломная предательница, я её…Не трону. Вышвырну из своей жизни, но она будет жить, далеко-далеко от меня и дочери.

С Ангелиной всё иначе…Совершенно иначе…Ей предательство можно будет смыть только кровью!

Сурово нахмурив брови, сжав руки в кулаки, яростно возразил, – и что изменилось? Сейчас уже не жалко Ангелину? Хотя это и понятно, теперь на кону твоя драгоценная жизнь. Наташа, радость моя, – с ехидно-хищным оскалом процедил, – ради спасения своей шкуры готова на любую ложь. Тем более что лгать и скрываться, тебе не привыкать. Ты Ангелину пожалела, а когда свою смерть подстроила, никого не пожалела.

Озлобленно оскалился. Эта безжалостная девчёнка даже не знает, что такое жалость и сострадание…

Ангелину она пожалела….А своих родителей, лучшую подругу, КОТОРУЮ СЧИТАЛА РОДНОЙ СЕСТРОЙ, НЕ ПОЖАЛЕЛА..

Девушка резко взмахнула головой и разочарованно усмехнулась.

– Ты дурак, – злобно прорычала Наташа и, ещё выше задрав подбородок, констатировала, – эта женщина заранее всё продумала. Именно Ангелина настропалила Тариэла, чтобы он оговорил меня, она и Настю пыталась настроить против меня, но это ей не удалось. Моя подруга гораздо умнее и мудрее тебя. Она не поддалась на провокацию. Поверила каждому моему слову.

Наташа смело сверкнула глазами, с откровенным укором впиваясь в меня проникновенным взглядом. Её светлые глазки жалил как пчелы…

– Тебе сложно признать правду жизни. Ты доверял человеку, который легко тебя предал. Что, Архангел, трудно и обидно признать себя настоящим идиотом, которого баба, как сопляка «вокруг пальцы обвела».

Наташа тяжело вздохнула и набрав побольше воздуха, прошептала, – доверие – это самая хрупкая вещь на свете. Как и сердце женщины. Однажды разбив, ты уже не соберёшь его по частям. А собирая осколки, можно только глубже ранить. Так бывает: предают те, что никогда бы не предали. Не возвращаются те, кто однажды дал клятву любить…

Я часто слышал, что любовь слепа и безумна, но даже не предполагала, что из-за неё мы зачастую перестаем быть самими собой, лишаясь разума и воли. Потеря любви подобна смерти, и мы любой ценой цепляемся за жизнь. Нет на свете греха страшнее, чем предательство любви, это все равно, что бросить бедняка умирать от голода

Ангелина свирепо задышала и яростно замахала руками, привлекая к себе внимание.

– Лгунья, какая же лживая дрянь. Не слушай её, она выдумывает, лишь бы спасти свою шкуру, – мерзко прокричала Ангелина. – Каждое слово – ложь. Ты правильно всё говоришь, Архангел, эта Наташа – безжалостное чудовище. Эгоистка. Она думает только о себе. Бессовестная дрянь. Шлюха продажная. Гореть тебе в аду.

– Хватит, – скомандовал я, устав от бессмысленных споров, которые не решали проблему, а только всё больше и больше усугубляли её.

Мне катастрофически не хватало тишины и спокойствия, в такой враждебной атмосфере, где царил один сплошной обман принимать решения нельзя.

– Сизый, проводи Наташу в автомобиль, – грозно распорядился я. – И глаз с неё не спускай. За девушку головой отвечаешь. Ясно?

– Понял тебя, шеф. Всё сделаю.

Сизый бегло посмотрел на Ангелину и робко прошептал, – может и Ангелину увезти всё-таки здесь не самое подходящее место для девушки. Это ничтожество при жизни вызывал брезгливость, а после смерти и вовсе протух, – указал рукой на неподвижно лежащего Тариэла. – Лучше увезу Ангелину от греха подальше. Она и так много натерпелась.

Озлобленно покосился на непонятливого помощника, который окончательно ума лишился, девушки в машине друг другу глаза выцапают, они же сейчас походили на взбесившихся диких кошек. Им не то что опасно в одном транспортном средстве находится, на планете нельзя быть.

– С каких пор ты начал обсуждать мои приказы? – рыкнул я и ожесточённо добавил, – Сизый, «заруби на своём носу», пока тебе его не прищемили, что я сам буду определять, где и когда будет находиться моя женщина. Запомнил, если да, то кивни башкой и иди исполнять приказ.

Сизый послушно покачал головой и, приблизившись к Наташе, вежливо попросил, – пойдём. Я провожу тебя.

К моему негодованию Наташа больше не произнесла ни слова, послушно взяла за руку Сизого и покинула помещение.

– Моя женщина, – не скрывая ликующей улыбки, заявила Ангелина. – Звучит достойно и гордо. Спасибо. Мне приятно. Чёрт возьми, очень приятно, – со счастливой ухмылкой провозгласила девушка, слишком рано празднуя победу над поверженной Наташей.

– Моя женщина, моя собственность. Не придумывай себе ничего особенного и не придавай важности своей персоне, – равнодушно процедил сквозь зубы.

В душе зародилось недоверие, не мог избавиться от мыслей, что меня ловко «водят вокруг пальца». А я очень не любил все эти бабские игры, тем более такие, что едва не привели к гибели моего лучшего друга. Обязательно покараю всех виновных, но сначала нужно прийти в себя.

– Поняла, – тихо произнесла Ангелина и, подойдя ко мне, провела ручками по моим плечам. – Сейчас ты рассержен и обвиняешь весь мир, но причина твоей злости, ни я, ни Сизый, а Наташа. Признай, сколько раз тебе твердила, что она тебе не пара, и вот результат. Ты отвергаешь меня, а на самом деле, именно я, та самая женщина, которая была рядом с тобой и в горе и в радости. Ничего не прошу взамен, отдавая себя.