Текст книги "Его Муза. Часть 3 (ЛП)"

Автор книги: К. С. Мартин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 4

Час или два спустя Уоррен уже рассказал мне о своем институте и потенциальных перспективах после его окончания, а я поделилась новостями из своего колледжа (опустив все, что связано с Логаном, потому что не могу рисковать тем, что он скажет своей маме или моей).

– Жаль, кузина Тесс не видит тебя сейчас, – говорю я.

– Серьезно, почему?

– Ну, ты... мы все повзрослели, Мистер Л. Уоррен Симмондс. – Я поднимаю свою бутылку, чтобы произнести тост за этот удивительный и восхитительный факт, но бутылка уже наполовину пуста, а это был последний глоток. Я машу бармену, чтобы он повторил, хотя Уоррен еще не выпил первую, а я, видимо, уже приступаю к третьей. Что со мной? Нервничаю рядом с Уорреном? Да нет, он же видел меня в подгузниках. И голую. Я громко смеюсь над этой мыслью, и когда надпиваю третью бутылку, кажется, уже мало контролирую, какие мысли нужно оставлять в голове, а какие озвучивать.

– Что смешного? – говорит Уоррен, глядя на меня.

– О, ничего, просто ты видел меня обнаженной. – Я фыркаю, смеюсь и чувствую, как пиво пытается вырваться из моего носа.

Уоррен улыбается и краснеет. К счастью, бармен приносит и ему пиво. Я пытаюсь притормозить, чтобы он мог понять смысл моих слов.

– Я и забыл об этом, – признается он. Я думаю, что он сейчас сделает кокетливое замечание о необходимости «просмотра обновлений», но нет. Полагаю, он слишком хорошо воспитан. Или я не так потрясла его, как он меня.

– Конечно, я ведь тоже видела тебя голым. – говорю я и добавляю: – Но и ты тогда был маленьким.

Он бросает на меня косой взгляд, но не клюет на приманку.

– Ты удивлена, Ава?

– Чему?

Он на секунду отводит взгляд, словно смущаясь.

– Ты сказала, что Тесс будет в шоке, когда увидет меня, но... – Он смотрит мне в глаза проницательным карим взглядом. – А ты?

Я на мгновение теряюсь в его глазах, и он внезапно кажется таким серьезным, будто мой ответ имеет для него какое-то значение. Но я не хочу быть серьезной. Я хочу быть игривой. В конце концов, Уоррен был моим другом по играм. Так что мне стоит быть с ним честной.

– Да. Приятно удивлена. – Я одариваю его улыбкой, и он выглядит более расслабленным.

– Хорошо, – говорит он, словно мы только что договорились о чем-то, и меня

поражает, что Уоррен понятия не имеет, как флиртовать. Он еще не привык к изменениям в своей внешности. Он счастлив получить мое одобрение, которого так не хватало в средней и старшей школах. Мне вдруг становится плохо. Я ничего не сделала, чтобы укрепить его уверенность.

Он оглядывает бар, затем его глаза загораются, когда он смотрит на дверь. Я прослеживаю за его взглядом и вижу, как входят трое – два парня и девушка.

– Твои друзья?

Уоррен машет рукой, отвечая на мой вопрос жестом, а не словом.

– Я рад, что они познакомятся с тобой.

Ребята улыбаются, подходя к нашему столику. Но определенно не девушка.

– Лу, Дэррил, Девина, познакомьтесь с Авой.

Уоррен, кажется, гордится тем, что представил меня, но Девина с яркой азиатской внешностью, не выглядит радостной. Она вежлива, натянуто улыбается мне и пожимает руку, прежде чем садится на стул, оставленный для нее после того, как парни сняли куртки и заняли свои места.

– Значит, это та самая соседка? – спрашивает Лу. У него очки и козлиная бородка.

Парень подмигивает и толкает локтем Уоррена, который бросает на него

предупреждающий взгляд.

– Наши семьи дружат с тех пор, как мы были детьми, – говорит Уоррен в качестве объяснения.

Возможно, ради Девины?

– Да, они играли в саду голыми, как ягнята, – говорит Дэррил. – За эти годы мы многое слышали о тебе, Ава.

Уоррен бросает обеспокоенный взгляд на Девину, которая кажется довольно холодной.

Между ними что-то есть? Мы с Уорреном еще не дошли до обсуждения личной жизни.

Пока. И, возможно, не следовало делать предположений о том, что он флиртует со мной, не разведав ситуации. На всякий случай, если у него есть что-то с Девиной, я пресекаю романтические инсинуации в зародыше.

– Мы знаем друг друга всю жизнь. Мы, как брат и сестра.

Лу хмурится, а Дэррил морщит нос. Очевидно, они представляли себе другие отношения, но Девина улыбается и снимает куртку.

– Какое пиво ты пьешь, Уоррен? – спрашивает она.

– Я принесу тебе. – Он вскакивает и направляется к бару.

– Я с тобой, – Девина следует за ним.

Я остаюсь с Лу и Дэррила, которые оба рассматривают меня.

– Итак, Лу, Дэррил. как поживаете?

Ни один не отвечает сразу. Они просто смотрят, так что я отпиваю еще пива, чувствуя себя неловко.

– Рад, наконец-то, познакомиться с тобой, – говорит Лу.

Я киваю и улыбаюсь.

– Да, я тоже.

Дэррил качает головой.

– Уоррен, наверное, никогда не упоминал о нас.

– Конечно, говорил... – Или нет? Если подумать, я никогда не спрашивала Уоррена о его друзьях.

– В средней школе ты всегда была принцессой, – сказал Лу.

– Хм?

– Когда мы играли в «Подземелья и Драконов», Уоррен только о тебе и рассказывал.

Ты была его принцессой. Вот почему мы рады, наконец-то, познакомиться с тобой. Мы думали, ты воображаемая богиня.

– Однажды я видел тебя, – серьезно сказал Дэррил. – Когда я был у Уоррена, ты загорала на заднем дворе. Точно.

В этот момент мне стало немного неловко, да и третье пиво неожиданно закончилось.

Позади парней вижу, что Уоррен и Девина возвращаются с напитками для всех. Я наклоняюсь над столом и шепчу:

– Значит, между этими двумя что-то есть?

– Дэви и Уоррен? Нет, – отвечает Дэррил.

– Эй, тупица, она уже несколько недель пытается заставить его пригласить ее на свидание, – говорит Лу. – Он просто слишком глуп, чтобы понять намеки.

– Неужели?

Несмотря на внешнюю трансформацию Уоррена, кажется, он еще не вырос внутри. И его друзья, кажется, тому доказательство.

Дэррил смотрит на меня.

– Может, дело не в том, что он слишком глуп, чтобы понять намек, а в том, что он надеется на другую возможность.

Девина и Уоррен смеются, когда ставят бутылки перед всеми.

– Помнишь ночной марафон поселенцев Катана? – говорит Девина, и Лу с Дэррилом присоединяются к беседе, которая не имеют для меня никакого смысла. Уоррен также ставит передо мной стакан воды.

– Я подумал, тебе это может понадобиться больше, чем пиво, хотя его я тоже принес.

Понимаю, что он мне, как брат. Занудный, недавно ставший шикарным, брат. Так почему же вдруг возникло желание флиртовать с ним? Почему хочу привлечь его внимание, когда Логан ждет меня?

Я смотрю, как Уоррен разговаривает с Девиной. Они хорошо смотрятся вместе. Она может хорошо на него повлиять. До меня доходит, что Уоррен мне интересен, потому что может сделать мою жизнь проще. Мои родители никогда не одобрят Логана, он никогда не будет вписываться в эту часть моей жизни, а Уоррен уже это делает, и я чувствую искушение пойти по легкому пути, поддаться родителям на свое будущее, потому что мои собственные мечты, хотя и ясны, но бесперспективны. Даже не знаю, будет ли Логан частью этого будущего, и чувствую, что бремя нашего тайного романа давит больше, чем раньше. Мы не можем вечно оставаться любовниками, но я не могу представить, что когда-нибудь смогу честно рассказать о наших отношениях. Уоррен такой невинный, такой милый, нравится моим родителям, но я не могу так с ним поступить.

– Мне нужно в дамскую комнату. Прошу прощения.

Необходимо привести голову в порядок. Встав, понимаю, что двигаться по прямой не самая лучшая идея, но иду, передвигаясь так изящно, насколько хватает сил.

Захожу в кабинку и, кажется, выписываю эквивалент всех трех бутылок пива, что дает время проверить свой телефон. Сообщение от Логана. Когда мое сердце замирает, я понимаю, чего действительно хочу, независимо от осложнений. Но его сообщение застает врасплох.

Хочу фотографию твоей киски для моего рабочего стола.

Не тот текст, который я ожидала получить!

Я смеюсь. Должно быть, он пьян. И я тоже. Так почему бы и нет? Хотя освещение здесь никакое. Вытирают руки, кладу телефон достаточно далеко от края сиденья унитаза.

Понимаю, что нужно поднять выше ноги, а затем... вуаля. Нет. Удалить. Пытаюсь снова, но не могу сделать это красиво. Я сохраняю лучший снимок, ставлю несколько фильтров и сохраняю снова. Пишу Логану.

Я нарисую тебе абстракцию.

После того, как я умылась и нанесла блеск на губы, чувствую, что мой телефон снова вибрирует.

Я написал главу.

Посылаю ему в ответ смайл.

Приезжай домой.

Я дома.

Я хочу быть твоим домом.

Это самое серьезное и романтичное, что он когда-либо говорил мне. Но я в это не верю.

Я вернусь через несколько дней.

Не могу ждать.

Ты должен писать, а не отвлекаться.

Я не могу писать без тебя.

Ты уже это сделал.

Не правда. Я представлял тебя здесь, со мной. Я написал бы лучше, если бы ты была здесь.

– Ава? – Девина заглядывает в дамскую комнату. – С тобой все в порядке?

Я стою у раковины с телефоном в руке. Думаю, меня не было достаточно долго, чтобы начать волноваться.

– Да, все хорошо. Просто отвлеклась. – Я убираю телефон в сумочку. – Эй, Девина?

– Да?

– Мы с Уорреном просто друзья. Ну, соседи. Вряд ли даже друзья. И, похоже, сейчас снова узнаем друг друга. – Я улыбаюсь. – Но я вроде как кое с кем встречаюсь. Вот кому я писала.

Она кивает:

– Раз уж мы об этом, то я знаю Уоррена со средней школы. Я влюбилась в него еще в выпускном классе. Но ты должна знать, он влюблен в тебя с пяти лет.

– Нет. Ты ошибаешься. – Я качаю головой и чувствую пивной дурман, который возник из-за того, что я пила неравномерно.

– Это правда. Он сам мне сказал. И встретившись с тобой, понимаю почему.

Я снова качаю головой и собираюсь возразить, но она поднимает руку и продолжает:

– Я знаю, что он вознес тебя на пьедестал. Ты – его идеал, к тому же настоящая, и живешь по соседству. Если у тебя все серьезно с другим парнем, будь честна с Уорреном.

Не хочу, чтобы ему разбили сердце.

– Мы…

– Мы все видим то, что хотим видеть. Я просто предупреждаю тебя.

– Но разве вы с ним не...?

– Возможно, когда он перестанет о тебе думать, то сможет увидеть то, что находится прямо перед носом. Просто отпусти его, ладно?

Затем она уходит, не давая мне возможности ответить, хотя и нечего сказать.

Мой телефон вибрирует.

Возвращайся домой.

Я нажимаю «ответить» и прикрепляю отфильтрованную фотографию. Это на некоторое время должно отвлечь Логана.

Глава 5

Остаток выходных пытаюсь набраться храбрости и рассказать родителям о своем желании переехать в Нью-Йорк после окончания колледжа, но не могу. Я просматриваю каталоги юридических институтов, но родителям очевидно, что они меня не интересуют.

Вскоре собираю вещи, чтобы сесть в поезд и поехать обратно, и мы все обсуждаем, как весело будет провести Рождество в Вермонте, где мы соберемся в домике моего дедушки.

Я решаю, что нет ничего плохого в том, чтобы отложить разговор до Рождества. Мои родители могут надеяться еще на несколько недель.

Мой поезд задерживается из-за плохой погоды, и я не успеваю в общежитие до полуночи. Несмотря на усталость, помню свое обещание доктору Т.: «наплевать на все запреты», поэтому заставляю себя встать рано утром и пойти в студию. Вскоре получаю сообщение от Логана.

Рич попросил меня быть твоим наставником. Представляешь. Мой первый наставнический совет: тащи сюда свою сексуальную задницу.

Я знаю, что сначала должна закончить работу, но не могу сопротивляться его

требованию. И я должна слушать своего наставника, верно? Я мою кисти так быстро, как могу, и мчусь к нему в кабинет.

– Что ж, мисс Николс, – вежливо говорит Логан, открывая дверь. – Входите. Я изучал Ваши картины, искал литературные знаки, обнаруженные доктором Тенненбаумом. Весьма интересно…

Он поглаживает подбородок, будто у него есть борода, а затем закрывает за мной дверь. И запирает.

– А это не вызовет подозрений? – удивлённо спрашиваю я.

– Творческий процесс очень личный, можно сказать, приватный. – Он наклоняется ко мне. Я вижу выпуклость на его джинсах.

– Скучал по мне в эти выходные?

– Настолько, что начал ненавидеть тебя. – Меня пугает это его заявления. – Однако этот уровень эмоций заставил написать несколько приличных страниц.

Я вздыхаю с облегчением:

– Хорошо. Это как раз то, что тебе было нужно.

Он качает головой и, прищурившись, смотрит на меня.

– Вы меня дразните, мисс Николс. – Он ведет меня к своему столу и ставит перед компьютером.

Я задыхаюсь. На его мониторе фото моей киски. А потом чувствую, как эрекция Логана впивается мне в зад.

– Если бы сперма была чернилами, я бы написал шесть романов в эти выходные.

Он посасывает мою шею сзади. Ощущение его языка на моей коже мгновенно делает меня влажной.

– Выключи его, – говорю я. – Избавься от этой заставки. Удали.

– Это самое прекрасное фото, которое я когда-либо видел. Я ни за что не удалю его.

Единственное, что может быть лучше – это настоящая, и я хочу ее прямо сейчас.

– Здесь?

Он поворачивает меня лицом к себе и прижимается губами к моим. Мысли путаются, когда он исследует мой рот своим языком. Когда атмосфера вокруг нас меняется, я говорю:

– Мы должны обсудить живопись…

Поцелуй.

– И повествовательные аллюзии или…

Поцелуй и укус.

– Или... о чем угодно, – вздыхаю я, отдаваясь танцу языка, на который он меня

пригласил.

– Обсуждением твоей картины мы займемся в постели, – бормочет он, возясь с моими джинсами. – А сначала это. – Он приспускает их вместе с трусиками, а затем опускается на колени, чтобы освободить мои лодыжки.

– И этим тоже. – Он встает на колени и проводит языком по моим половым губам. Я резко втягиваю воздух.

– И этим. – Его язык исследует мои складочки, пока не касается – Я всхлипываю и откидываюсь назад, принимая полусидящее положение и открываясь ему. Несмотря на все пиршества в прошлые выходные, у меня сексуальный аппетит голодного дьявола и текущие соки, доказывают это.

Логан стонет.

– О, я скучал по этому.

– Прошло всего четыре дня, – прерывисто шепчу я.

– А казалось, что целая вечность, – говорит он между долгими облизываниями. Я cтону в знак согласия.

Он скользит одним пальцем внутри меня, дразня языком мой клитор. Я начинаю

вибрировать от нарастающего оргазма.

– Ты мастурбировала в эти выходные? – бормочет он.

– Что?

– Доставляла себе удовольствие? Фантазировала, что я сделаю это и заставлю тебя кончить? – Каждое слово прерывается звуками лизания или посасывания, что сводит меня с ума, но и растягивает удовольствие. У меня никогда не было парня, который спрашивал бы об этом. Но Логан не просто какой-то «парень». Он мужчина. Голодный мужчина.

– Нет, – вру я. Я слишком смущена, чтобы сказать ему. Слишком застенчива, чтобы рассказать, как подкладывала подушки под бедра, когда лежала на животе в своей комнате и дрожала под своими пальцами и ладонью, отчаянно желая, чтобы он был там и засунул свой член в мою мокрую киску. Сзади. Я представляла себе, как он делает это жестко и глубоко, заставляя подчиняться его желаниям и отзываться на них.

Он перестает лизать меня.

– Почему?

– Хм…

– Неужели, врешь? – Он садится обратно на корточки. Логан расстегнул штаны. Его эрегированный член торчит и упирается в напряженный живот.

Я краснею. Не хочу говорить о ему мастурбации.

– Говори, – требует он.

– Я не думала, – наконец признаюсь я.

Он улыбается, тянется к задней части моих бедер и нежно массирует.

– А что представляла?

О боже, он же не заставит меня говорить это вслух? Начинаю сжимать ноги, внезапно чувствуя застенчивость, но он их удерживает. Я отвожу взгляд от его пронизывающих глаз, и снова вижу свою киску на его мониторе. Я чувствую прилив стыда – жара, исходящего из моей груди.

– Почему ты смущаешься?

– Это личное. Слишком. – Я говорю это без особой уверенности.

– Именно об этом и говорят любовники друг другу, – мягко говорит он. – Свои самые личные и смелые фантазии. Твое доверие ко мне – это самое большое возбуждение, Ава. Доверяя мне свое желание, ты вдохновляешь. Ты ведь это знаешь.

Я никогда раньше об этом не думала. Слегка пожимаю плечами.

– Чем больше ты сможешь принять правды о своем собственном желании, тем больше будет возрастать твое мастерство.

Он скользит своими длинными пальцами вверх и вниз по внутренней стороне моих ног, вызывая во мне дрожь.

– А я скажу тебе, что представлял я, – говорит он. Он облизывает один из своих пальцев, а затем проводит им между моих ног. Я вздрагиваю.

– Я представлял тебя здесь, истекающую медовой влагой, и меня, пробующего тебя.

Пьющего твою сладкую амброзию. – Его палец ласкает каждую мою складочку, скользит вниз по каждой ложбинке и достигает набухшего клитора. Я глубоко вдыхаю.

– Открой глаза и посмотри на меня. – Я даже не поняла, что закрыла их. Я смотрю в его зеленые глаза. – У нас есть фантазии, которые мы можем реализовать со своим партнером.

Он медленно поднимается с колен и садится в офисное кресло передо мной. Я все еще стою, прислонившись к его столу, спиной к монитору. Он стягивает штаны ниже талии и спускает боксеры, чтобы я могла беспрепятственно видеть его член и яйца. Я хочу прикоснуться к ним. Я наклоняюсь вперед, чтобы попробовать их, но он качает головой.

Он сам держит свой член.

– Я уже достаточно мастурбировал, пока тебя не было, но у меня хватит сил повторить это еще раз. – Его пальцы скользят вверх и вниз по стволу. Он собирается

мастурбировать сейчас? Может стоит уйти?

– Потрогай себя, Ава.

О, нет. Это не то, что я ожидала. Я ерзаю на его столе. Я хочу снова натянуть джинсы.

Я мокрая и возбужденная и хочу разрядки, но если он не собирается дать это мне…

– Отбрось свои запреты и заведи меня, Ава, покажи себя.

Он наклоняется ко мне и засовывает два пальца в мое влажное отверстие. Я всхлипываю от удовольствия. Да, давай вернемся к этому. Его большой палец проводит маленькие круги по моему клитору.

– М-м-м.... – Я откидываю голову назад, чувствуя, как нарастает ритм.

– Посмотри на меня, Ава, – твердо говорит он. – Расскажи, что ты представляла себе, когда была дома.

Его другая рука сжимает яйца, когда он касается меня. Он выглядит так сексуально, трогая себя. Такое чувство, словно я смотрю на что-то запрещенное. Личное порно.

Тайный украденный момент. Я думаю о фото за спиной, и как он говорил, что смотрел на него снова и снова. Он не сказал сколько раз. Я представляю, как он приходит и кончает на это фото. Неловкое чувство возбуждения превращается в более полное, сексуальное желание.

– Я представлял, как ты входишь в мой кабинет, пока я тут сижу и трогаю себя, – говорит Логан. Я улыбаюсь, представляя себя вместе с ним. Представив себе мое собственное удивление, как бы я была возбуждена, увидев, что он ждет меня полуголый.

– Я представлял, как ты оседлаешь меня. Как твоя сладкая, влажная киска

обволакивает этот твердый одинокий член.

Я встаю, думая, что он хочет, чтобы я сделала именно это, и понимая, что тоже хочу этого. Но он говорит:

– Нет, замри. Представь это и прикоснись к себя.

Он направляет мои пальцы к клитору. Я никогда не делала этого перед кем-то.

Чувствую себя неловко.

– Посмотри на меня, – мягко говорит он. Я смотрю, как он ласкает свой член, как его

изумрудные глаза почти исчезают под тяжелыми веками. – Двигай пальцами, как тебе нравится.

Я подчиняюсь и скольжу по своему бугорку и складочкам, размазывая свои соки.

– Вот так, – говорит он, улыбаясь своей прекрасной полуулыбкой. Пальцы, которые он убрал от меня, влажные и блестящие. Он намазывает мою влагу на головку своего члена, постанывая при этом.

Я хочу прикоснуться к нему, и хочу, чтобы он прикоснулся ко мне. Разочарование, которое чувствую, усиливает нарастающее сексуальное напряжение. Я двигаю пальцами более ритмично. Он видит это и тоже ускоряет темп.

– Расскажи, что я делал с тобой, – говорит он. Я закрываю глаза и откидываю голову назад.

– Я лежала на животе. Не могла уснуть.…

– Продолжай. Смотри на меня, когда говоришь, Ава. Смотри, что ты делаешь со мной.

Когда открываю глаза, то вижу бусинку прозрачной влаги на кончике его члена, и чувствую прилив тепла в своем клиторе. Хочу лизнуть эту бусинку, но вместо этого продолжаю говорить и двигать пальцами.

– Я мысленно целовала тебя. Сначала губы, затем грудь, каждый сосок, затем

опускалась ниже…

– И? – Я вижу легкую морщинку сосредоточенности между его бровей.

– Я думала о твоем члене, таком твердом и готовом для меня. – О боже, как это тяжело. – Я трогала себя. И была такой мокрой.

– Насколько мокрой? – Его голос слегка срывается.

– Мои пальцы скользнули между ног. Я представила, что это твой язык пробует меня на вкус, уговаривает открыться... я просунула внутрь три пальца.

– Три? – Он начинает тянуть свои яйца. Рука на его стволе медленно тянется вверх, а затем снова вниз, и затем Логан начинает работать быстрее. Видя мой эффект на него, я становлюсь немного смелее.

– Я была такой мокрой, что все остальное было легко. Но пальцы не вошли

достаточно глубоко. Поэтому второй рукой сзади… – с каждым словом мои собственные пальцы работают все быстрее и быстрее. Время от времени погружаю один или два внутрь, прежде чем вернуть их на свой пульсирующий клитор. Логан смотрит на них. Он не может отвести взгляд.

Хриплым голосом он говорит:

– Сзади?

– Я провела пальцами по своей заднице вниз к влажной щели, пока не почувствовала, как она открывается. Я выгнула спину и погрузила эти пальцы глубоко внутрь, в то время как другая рука терла мой набухший клитор.

Логан стонет. Его рука двигается еще быстрее.

– Я думала о тебе, Логан. О том прекрасном члене, который ты сейчас держишь. Я представляла, что он снова войдет в меня.

– Угу…

– Когда лежала на кровати и пыталась уснуть, я представила, как ты прокрадываешься в мою комнату, и этим удивляешь меня. Ты держишь свой член в руке и видишь, что я там, мокрая и отчаянно нуждающаяся в том, чтобы меня трахнули.

– О боже, Ава, да…

По его щекам разливается румянец. Головка его члена напрягается между пальцами.

– Я так сильно хотела, чтобы ты вошел в меня, Логан. Так же, как и сейчас.

Я поднимаю одну ногу и ставлю ее на край его кресла. Теперь он видит меня лучше. Он направляет свой член на меня, но не притягивает к себе. Теперь понимаю, о чем он говорил: открытость, совместное использование нашего возбуждения, воздержание от физического контакта друг с другом, но все же использование друг друга, и разделение самого интимного опыта.

Раскрывшись еще больше, засовываю пальцы глубже.

– Я хотела чувствовать тебя здесь, Логан. Хотела, чтобы ты пронзил меня здесь своей длиной, своей толщиной, своими безжалостными толчками.

Его бедра слегка двигаются в кресле, а дыхание сбивается. Он не может отвести глаз от моих ныряющих пальцев. Я отчаянно хочу, чтобы это он входил в меня, но этот взгляд, эта близость – бесценны. Вскоре, вижу, как он кончает, извергаясь в пространство между нами. Возбужденная этим, я лихорадочно потираю клитор.

– Я так близко... – стону. Я наклоняюсь вперед так, что возвышаюсь над ним в его кресле. Держусь за край для равновесия и провожу средним пальцем по своему ноющему набухшему клитору. Мое отверстие парит над его рукой, опустошающей его член. Вижу, как он сдерживается, чтобы не вскочить и не сократить расстояние между нами.

– В моей комнате, – шепчу я. – Ты подошел ко мне сзади. Ты входишь в меня

сильно и резко, пока я не кричу в экстазе. Пока не попрошу тебя войти глубже.

Логан рычит. Рука, которая ласкала его яйца, скользит вверх по внутренней стороне моего бедра, вызывая всплеск тепла, которое поднимается от моего клитора. Два пальца скользят в мое отверстие.

– Ааа, да! – Я кричу. И чувствую наказывающий и сильный хаос разрядки. С

громким ворчанием Логан бросается вперед.

Струя спермы вырывается и ударяет меня по внутренней стороне бедра. Мой оргазм каскадом обрушивается на нас обоих. Волна влаги скользит по его пальцам, стекает вниз, а я пытаюсь сохранить равновесие, тяжело дыша.

Я прислоняюсь к столу, чтобы не упасть, и втираю его сперму в свою ногу, как увлажняющий крем. Другие капли спермы превратились в маленькие лужицы у него на коленях. Он откинулся на спинку кресла, прерывисто дыша, его глаза закрыты.

– Боже, да, – шепчет он. – Ава, ты божественна.

Мы успокаиваемся, и тут что-то происходит со мной.

– Ты сжульничал.

– А? – Он не встречается со мной взглядом.

– Ты дотронулся до меня в конце.

– Я ничего не мог поделать. Мне потребовалось столько усилий, чтобы сдержаться.

Извини. В следующий раз этого не случится.

– В следующий раз? Будет ли следующий раз?

Он поднимает голову и дьявольски ухмыляется.

– С тобой следующие разы будут бесконечны.

Он тянется к коробке с салфетками, чтобы привести себя в порядок, и протягивает парочку мне. Когда я поднимаю свои трусики и джинсы, слово «бесконечность» эхом отдается в голове. Я знаю, что Логан не разбрасывается словами, и не слушает о вечном.

И все же понимаю, что наше соглашение о музе временно.

– Прежде чем мы обсудим твою картину, – говорит он. – Я хочу поговорить еще кое о чем.

Мы оба застегиваем пуговицы и ремни, и когда я заканчиваю, он притягивает меня к себе на колени и обнимает.

– Мне не нравится, что ты ушла от меня так надолго.

– Это было всего на четыре дня.

Не представляю, как мы переживем рождественские каникулы.

– Я хочу, чтобы ты была со мной все выходные. Я возьму тебя с собой в Нью-Йорк.

Через две недели. Я уже проверил твое расписание экзаменов, так что никаких возражений.

– Серьезно?! – Словно я буду спорить о чем-то таком замечательном. – Только вдвоем?

– Мы сбежим из этого душного кампуса и будем наслаждаться анонимностью города.

Только представь, нам не придется прятаться. – Он утыкается носом мне в шею, и я замечаю, что от него не так сильно пахнет сигаретным дымом.

Да и пепельница, кажется, исчезла из кабинета.

– Несмотря на то, что мне не хватало моей музы, или, возможно, благодаря этому, я много писал в прошлые выходные. Я почти готов отправить свои первые главы в Лоуэлл, и, если мы поедем в Нью-Йорк, я доставлю их лично.

Он гордо улыбается, и я ничего не могу с собой поделать, я тоже им горжусь.

– А теперь поговорим о твоей картине, чтобы Рич знал, что я выполнил его просьбу.

Не уверена, на сколько нас хватит. Наверное, до следующей эрекции.