444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Ирина Ульяненко » Машка Попова. Первый курс (СИ) » Текст книги (страница 4)
Машка Попова. Первый курс (СИ)
  • Текст добавлен: 5 ноября 2026, 16:30

Текст книги "Машка Попова. Первый курс (СИ)"


Автор книги: Ирина Ульяненко



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 35 страниц)

– Попова! – строго произнёс профессор.

– Молчу!

Когда Лера открыла глаза и начала ориентироваться, профессор объяснил ей, что случилось, и рекомендовал осмотр в медпункте.

– Я умерла? – прошептала она.

Машка облегчённо выдохнула:

– Нет, солнце. Но если решишь, предупреди заранее. Я хоть халат поправлю.

– Попова, ещё слово – и будете изучать анатомию самостоятельно!

– Всё. Молчу.

Лера схватила Машку за руку.

– Только никому не рассказывай!

Машка посмотрела на стоявших неподалёку одногруппников.

– Лер, я умею хранить секреты, но тут свидетелей больше, чем на свадьбе.

После осмотра Лере разрешили посидеть в медпункте и отдохнуть. Её сопровождали, пока не убедились, что она чувствует себя лучше. Практику для остальных продолжили.

Громов открыл следующий контейнер.

– Теперь рассмотрим строение почки.

Машка оживилась, но с заднего ряда послышалось:

– У-у-у…

– Что такое? – спросил профессор.

Парень по имени Стас поднял руку.

– Пётр Николаевич, можно выйти?

– Вам плохо?

– Нет… Просто срочно в туалет.

– Почему именно сейчас?

Стас посмотрел на препарат почки.

– Я на неё смотрю – и почему-то ещё сильнее хочется.

Аудитория взорвалась хохотом.

Громов тяжело вздохнул:

– Идите, Станислав.

Стас пулей вылетел за дверь.

– Вот это я понимаю, наглядное обучение, – пробормотала Машка.

– Попова!

– Простите!

Но даже профессор не удержался от улыбки.

После занятия студенты выглядели так, словно вернулись с войны. Кто-то обсуждал строение сердца, кто-то жаловался на запах фиксирующего раствора. Один парень заявил, что теперь точно станет стоматологом.

– А стоматологи анатомию не изучают? – удивилась Машка.

– Изучают, – ответил Денис.

– Тогда чего он радуется?

– Видимо, ещё не знает.

Они отправились проведать Леру. Та сидела в медпункте, уже порозовевшая, и пила чай.

– Машка! Я жива!

– Слава медицине!

– Слушайте, мне так стыдно…

– Да ладно, – успокоил Денис. – Такое бывает.

– А профессор не ругался?

– Нет, – ответила Машка. – Только попросил в следующий раз падать ближе к двери, чтобы далеко не тащить.

– Машка!

– Шучу!

Лера запустила в неё бумажной салфеткой.

На большой перемене они отправились в столовую. Лера заявила, что после пережитого ей жизненно необходим шоколад. Машка поддержала. Денис предложил для начала нормально поесть.

– Лер, а как же диета? – спросила Машка, когда появились пирожные.

Лера посмотрела на свой десерт.

– После сегодняшнего я решила пересмотреть жизненные приоритеты.

– Вот это правильно. Кто знает, сколько нам осталось!

Денис прикрыл глаза.

– Маш, можно хотя бы за едой без разговоров о смерти?

– Ладно.

Тишина продержалась пятнадцать секунд.

– Слушайте, – задумчиво произнесла Машка, – а если человек упал в обморок от вида сердца, это считается разбитым сердцем?

Лера поперхнулась чаем. Денис уронил ложку.

– Попова, я тебя когда-нибудь придушу.

– Только после экзаменов. Мне интересно, чем всё закончится.

После обеда Машка и Денис остались вдвоём возле автомата с напитками. Лера отправилась в библиотеку, решив готовиться к занятиям заранее, чтобы хотя бы знать, от чего падает в обморок.

– Слушай, Маш, – начал Денис. – Ты сегодня меня удивила.

– Только сегодня?

– Я серьёзно.

– Чем?

– Когда профессор показывал сердце, ты была совсем другая.

– Какая?

– Спокойная. Сосредоточенная. Даже умная.

– Даже?!

Денис рассмеялся.

– Ладно! Очень умная!

– Вот так лучше.

– Ты правда любишь медицину. Думаю, из тебя получится хороший врач.

Машка неожиданно смутилась. Денис заметил.

– Ого. Попова покраснела.

– Ничего подобного!

– Покраснела!

– Волков, заткнись!

Он рассмеялся и неожиданно наклонился, поцеловав её в щёку. Быстро. Легко. Почти невинно.

Машка застыла. Мозг отключился. Язык тоже – впервые за девятнадцать лет существования.

Денис отстранился и расплылся в улыбке.

– Ничего себе. Ты молчишь.

– И?!

– Кажется, нашёл способ тебя выключать.

Машка пришла в себя.

– Волков!

Он уже отступал.

– Что?

– Иди сюда! Я тебя тоже выключу!

Денис расхохотался и побежал по коридору. Машка бросилась следом. В белых халатах и с сумками

наперевес они пронеслись мимо студентов, двух преподавателей и уборщицы с ведром.

– Стоять, гад!

– Догони сначала!

На повороте Денис столкнулся с мужчиной в строгом костюме. Папка взлетела в воздух, листы разлетелись по полу. Машка затормозила слишком поздно и врезалась Денису в спину. Все трое едва удержались на ногах.

Мужчина поправил очки.

– Это что за цирк?!

– Извините! Мы нечаянно! – Машка принялась собирать бумаги.

– Фамилии!

– Попова.

– Волков, – тихо добавил Денис.

Мужчина внимательно посмотрел на него.

– Волков… Денис Александрович?

Денис сглотнул.

– Да.

– Так-так. А вы, значит, Попова? Просто замечательно.

Он достал телефон.

– Денис Александрович, ваш отец будет счастлив узнать, чем вы занимаетесь в университете.

Машка удивилась:

– А при чём тут его отец?

– Я декан лечебного факультета. И вашего отца, молодой человек, знаю уже двадцать лет.

Машка оценила ситуацию.

– Ну всё, Волков. Кажется, сегодня нас будут вскрывать без наркоза.

МАШКА ПОПОВА · ПЕРВЫЙ КУРС

ИРИНА УЛЬЯНЕНКО

МАШКА ПОПОВА

Первый курс

Литературная редакция глав 2–5

Рабочая редакционная сборка

– —

МАШКА ПОПОВА · ПЕРВЫЙ КУРС

Глава 2. Покой нам только снится

– У нас дома умерла юбка, – повторила Машка, глядя преподавательнице прямо в глаза.

Женщина медленно сняла очки.

– Девушка, вы употребляете наркотики?

– Нет, что вы! Я даже кофе сегодня не успела выпить.

– А очень похоже.

За спиной Машки кто-то подавленно хрюкнул. Денис, разумеется. Этот гад стоял рядом и откровенно наслаждался происходящим.

– Фамилия? – строго спросила женщина.

– Попова.

– Имя?

– Мария.

– Отчество?

– Сергеевна.

– Замечательно, Мария Сергеевна. А теперь запомните: в нашем университете дисциплина превыше всего. Никаких опозданий, глупых шуток и никаких…

Она посмотрела на Дениса.

– А вы почему улыбаетесь?

– Нервное, – мгновенно ответил тот. – Реакция организма на стресс.

– Фамилия?

– Волков.

– Прекрасно. Попова и Волков. Уже чувствую, что этот учебный год будет незабываемым.

– Мы постараемся, – пообещала Машка.

– Молчать!

Машка захлопнула рот. Вот и поговорили.

В аудитории сидело человек тридцать. Все приличные, причёсанные, с аккуратными блокнотами и дорогими ноутбуками. У некоторых на лицах читалось такое невероятное желание спасать человечество, что Машке немедленно захотелось проверить, не заразно ли это.

Она прошла к свободному месту на третьем ряду. Денис, естественно, уселся рядом.

– Других мест нет? – прошипела она.

– Есть.

– Так чего припёрся?

– Боюсь пропустить момент, когда у тебя умрёт ещё какой-нибудь предмет гардероба.

Машка показала ему средний палец под столом.

– Какая тонкая моторика, – восхитился Денис. – Из тебя получится отличный хирург.

– Я в патологоанатомы собираюсь.

– Тогда пациентам повезло.

– А тебе, судя по всему, нет.

С другой стороны к Машке наклонилась симпатичная блондинка с огромными голубыми глазами.

– Привет! Я Лера.

– Машка.

– А это твой парень?

Машка посмотрела на Дениса, потом на Леру и снова на Дениса.

– Нет. Это осложнение после утренней аварии.

– Она облила меня кофе, – пояснил Денис.

– А-а-а… Романтично!

– Где?! – возмутилась Машка. – Судьба обычно сталкивает людей с любовью. А я этого придурка столкнула с капучино.

– Латте, – поправил Денис.

– Да хоть с борщом! Суть не меняется!

Лера захихикала:

– Ой, чувствую, мы подружимся!

Блондинка выглядела как ожившая реклама дорогого шампуня: идеальная укладка, аккуратный маникюр, нежно-розовая кофточка.

– А ты чего в медицину пошла? – спросила Машка.

– Хочу стать пластическим хирургом!

– Почему?

– Люблю красоту!

– А я трупы.

Лера моргнула.

– Что?

– В профессиональном смысле. Мне интересно, что происходит с организмом после смерти.

Денис прикрыл лицо ладонью.

– Маш, ты хоть иногда слышишь, что говоришь?

– Постоянно. Мне нравится.

– А мне страшно.

Преподавательница тем временем вышла к кафедре.

– Итак, уважаемые первокурсники! Меня зовут Елена Викторовна. Я ваш куратор. Сегодня мы познакомимся, обсудим расписание, правила поведения и некоторые организационные вопросы.

Она открыла папку:

– Начнём с переклички.

Машка облегчённо выдохнула. Наконец-то что-то нормальное.

– Абрамова!

– Здесь!

– Беляев!

– Здесь!

– Волков!

– Здесь!

– Попова!

– Жива! – автоматически отозвалась Машка.

В аудитории кто-то прыснул. Елена Викторовна подняла глаза.

– Простите?

– Здесь, – быстро исправилась Машка. – Пока здесь.

Денис уронил голову на парту.

– Попова!

– Всё, молчу!

Перекличка продолжилась. Но спокойствие длилось недолго.

– Теперь я хотела бы узнать, почему вы выбрали медицину, – объявила куратор. – Начнём с первого ряда.

Первой поднялась высокая девушка с идеальными бровями.

– Меня зовут Кристина. Я с детства мечтала помогать людям. Медицина – это моё призвание.

Следующий парень сообщил, что продолжает семейную династию врачей. Третий мечтал стать кардиохирургом, четвёртая – спасать детей. Машка слушала и чувствовала себя человеком, случайно попавшим на собрание будущих святых.

– А ты? – шепнула Лера.

– Правду скажу.

Денис медленно повернулся:

– Маш, может, не надо?

– Чего?

– Правду. Для сохранения общественного спокойствия.

– Попова Мария!

Машка встала.

– Я хочу стать патологоанатомом.

– Очень серьёзная специальность, – одобрительно кивнула куратор. – И почему же вы выбрали именно её?

– Потому что покойники не хамят.

Наступила абсолютная тишина. Где-то в глубине аудитории упала ручка.

Машка решила пояснить:

– Живой пациент может пожаловаться, накричать, написать плохой отзыв. А покойный лежит себе спокойно. Никаких конфликтов.

С задних рядов раздался хохот. Елена Викторовна побледнела.

– Попова! Вы считаете это смешным?!

– Нет, – честно ответила Машка. – Мне действительно интересно, как по изменениям тканей и органов можно понять, какое заболевание было у человека и что стало причиной смерти. Там ведь нужно думать, сопоставлять факты. Я пошутила неудачно, но специальность выбираю всерьёз.

Денис на секунду оторвал лоб от парты. Елена Викторовна внимательно посмотрела на студентку.

– Вот с этого и надо было начинать. Садитесь.

Машка села.

– Зря я про отзывы сказала? – шепнула она Денису.

– Нет, Маш. Всё прекрасно. Тебя запомнили на всю жизнь.

– Главное, чтобы с хорошей стороны.

– С какой-нибудь точно.

После знакомства Елена Викторовна начала рассказывать о правилах университета. Машка честно пыталась слушать. Минут пять. Потом желудок предательски заурчал.

Она вспомнила, что не позавтракала. А ведь мама предлагала. Мама всегда права. Ужасно несправедливая закономерность.

Машка полезла в сумку. Нащупала телефон, кошелёк, помаду, зарядку, три фантика, старую квитанцию и… бутерброд!

– О господи, – прошептала она с нежностью. – Родной мой!

Денис повернулся:

– Ты с кем разговариваешь?

– С едой. Не мешай нам, у нас личное.

Она осторожно развернула бутерброд. Колбаса. Сыр. Хлеб. Прекрасная композиция, достойная выставки современного искусства. Машка уже открыла рот, когда раздалось:

– Попова!

Бутерброд завис в воздухе.

– Вы что делаете?!

– Изучаю пищеварительную систему, – выпалила она.

Аудитория взорвалась смехом. Даже Лера захохотала так, что у неё потекла тушь.

Елена Викторовна стиснула переносицу.

– Мария Сергеевна, выйдите из аудитории!

– С бутербродом?

– Немедленно!

Машка поднялась, прихватила сумку и направилась к двери. У самого выхода обернулась:

– А обратно можно, когда пищеварение закончится?

На этот раз засмеялся даже Денис. Куратор пригрозила выгнать и его.

В коридоре Машка уселась на подоконник.

– Ну и ладно, – сказала она бутерброду. – Зато теперь нам никто не мешает.

Она откусила огромный кусок. Именно в этот момент мимо проходил пожилой мужчина в белом халате – высокий, седовласый, с внушительным животом и суровым взглядом человека, который за свою жизнь повидал достаточно идиотов.

– Девушка, почему вы сидите на подоконнике?

Машка прожевала.

– Меня выгнали.

– За что?

– За научную деятельность.

– Любопытно. Какую именно?

– Изучала пищеварение опытным путём.

Он посмотрел на бутерброд.

– Первый курс?

– Первый.

– Лечебное дело?

– Ага.

– Фамилия?

– Попова.

Мужчина усмехнулся.

– А почему решили стать врачом, Попова?

– Вообще-то я хочу стать патологоанатомом.

– Да ну?

– Мне интересно, почему люди умирают.

– А почему, по-вашему?

Машка задумалась.

– Причин много: болезни, травмы, возрастные изменения. А некоторые, мне кажется, просто устают от окружающих.

Мужчина расхохотался.

– Хороший ответ! А анатомию любите?

– Обожаю!

– Посмотрим, надолго ли хватит вашей любви. Картинки в учебнике и настоящий анатомический материал – две большие разницы.

– А я не боюсь.

– Все так говорят.

Он поправил халат и направился дальше.

– Удачи, Попова. Думаю, мы ещё встретимся.

Машка проводила его взглядом. Странный дед. Но прикольный.

Через десять минут Елена Викторовна выпустила группу на перерыв. Денис вышел первым.

– Ну что, жива?

– Как видишь.

– Смотри, чтобы тебя до обеда не отчислили.

– Не дождёшься.

Подбежала Лера:

– Машка! Ты просто огонь! Я чуть не умерла от смеха!

– Не надо умирать. Я ещё не дипломированный специалист.

– Слушайте! – Лера достала телефон. – Я создала чат нашей группы. Сейчас всех добавлю.

– Как назвала? – спросил Денис.

– «Будущие врачи».

– Скучно, – поморщилась Машка. – Лучше «Они доверили нам свои жизни».

– Или «Последняя надежда человечества», – предложил Денис.

– Или «Мама, забери меня отсюда».

Лера задумалась, а через минуту у всех появилось уведомление: «Мама, забери меня отсюда».

Первый день начинал налаживаться.

– Ой! – Лера хлопнула себя по лбу. – Нам же после обеда к профессору Громову!

– Кто такой? – спросила Машка.

– Заведующий кафедрой анатомии. Очень строгий. Говорят, за одну неправильную фразу может выгнать!

– А он вообще живой?

– Вроде да.

– Жалко. Было бы забавно, если бы анатомию преподавал покойник.

– Машка-а-а!

После перерыва первокурсников повели знакомиться с кафедрами. Они прошли несколько коридоров, спустились по лестнице и оказались перед массивной дверью с табличкой «Кафедра анатомии человека».

Лера схватила Машку за руку.

– Мне страшно.

– Чего?

– Ну… там же всякое!

– Какое?

– Человеческое!

– Лер, ты в медицинский поступила, а не на курсы маникюра.

– Я знаю!

– Тогда расслабься. В крайнем случае упадёшь в обморок. Мы тебя красиво положим.

– Спасибо, успокоила.

В помещении пахло дезинфицирующими средствами. Вдоль стен стояли шкафы с учебными препаратами и анатомическими моделями. Возле доски красовался скелет на металлической подставке.

– О! Костик! – оживилась Машка.

– Какой Костик? – удивилась Лера.

– Скелет. Надо же его как-то звать.

– Может, это девушка? – спросил Денис.

Машка посмотрела на модель.

– Тогда Костя – неудачное имя.

– А какое удачное?

– Валентина Петровна.

– Почему?

– У нас соседка такая же худая. Только громче.

Денис согнулся от смеха. Лера закрыла лицо руками.

– Господи, нас сейчас всех выгонят…

Первокурсники расселись. Машка выбрала первый ряд.

– Ты чего сюда? – удивился Денис.

– Хочу всё видеть.

– Я думал, ты после сегодняшнего будешь прятаться на последнем.

– Я не трусиха.

– Это я уже понял.

В этот момент дверь открылась. Вошёл профессор: высокий, седовласый, с внушительным животом и суровым взглядом человека, который видел достаточно идиотов.

Машка перестала улыбаться.

Тот самый дед с бутербродом.

Профессор поставил портфель на стол и осмотрел аудиторию. Его взгляд остановился на Машке, уголки губ дрогнули.

– Здравствуйте, будущие врачи. Я профессор Громов. Сегодня мы начнём знакомство с одной из важнейших наук – анатомией человека. И сразу предупреждаю: здесь я не терплю глупости, неуважения и пустой болтовни.

Машка осторожно сползла по стулу.

– Кстати, сегодня мне уже посчастливилось познакомиться с одной весьма перспективной студенткой. Попова, встаньте.

Она поднялась.

– Здравствуйте ещё раз.

– Ну что, продолжаете заниматься научной деятельностью?

– Нет, профессор. Бутерброд закончился.

Аудитория засмеялась.

– Прекрасно. Теперь у вас появилось время для анатомии. Скажите, вы уже успели познакомиться с нашим учебным пособием?

Он повернулся к скелету.

– Да, – призналась Машка.

– И как его зовут?

Она застыла. Денис закрыл глаза. Лера перестала дышать.

Профессор терпеливо ждал.

– Валентина Петровна, – наконец выдохнула Машка.

Громов повернул голову к скелету.

– Валентина… Петровна?

– Да.

– Интересно. А почему именно?

– Она похожа на нашу соседку.

– Внешне?

– По комплекции. Только наша соседка ещё ходит.

Профессор выдержал паузу, снял очки, протёр их, снова надел.

– Попова, я тридцать семь лет преподаю анатомию. За эти годы видел многое. Но чтобы за первые десять минут студентка переименовала учебный скелет в Валентину Петровну…

Машка приготовилась к худшему. К отчислению, публичной казни или принудительному изучению всех костей человеческого скелета.

Но профессор расхохотался.

– Садитесь, Попова! И запомните: это не Валентина Петровна.

– А кто?

– Это Геннадий Аркадьевич. И он работает на нашей кафедре дольше, чем некоторые преподаватели.

Аудитория взорвалась хохотом.

– Простите, Геннадий Аркадьевич, – обратилась Машка к скелету. – Не признала.

Громов постучал указкой по столу.

– Тишина! Начинаем занятие! А вы, Попова, после лекции задержитесь.

Ну вот. Первый день, два замечания, одно изгнание и персональная аудиенция у заведующего кафедрой.

Денис наклонился к ней:

– Ну что, Валентина Петровна, кажется, у тебя проблемы.

– Денис, милый… Когда стану патологоанатомом, приходи ко мне.

– Зачем?

– По старой дружбе.

Телефон в кармане завибрировал. Сообщение от мамы: «Машенька, ну как первый день? Всё хорошо? Преподавателям понравилась?»

Машка напечатала: «Мам, всё отлично. Меня уже два раза запомнили и один раз выгнали. А сейчас профессор хочет поговорить со мной лично. Кажется, я произвела впечатление».

Мама ответила почти мгновенно: «МАША, ЧТО ТЫ НАТВОРИЛА?!»

«Ничего страшного. Только перепутала пол скелета».

«Я ЗВОНЮ ТВОЕМУ ОТЦУ!»

Машка убрала телефон.

– Ну всё, – пробормотала она.

– Что? – шепнул Денис.

– Теперь меня дома тоже ждёт вскрытие.

И это был только понедельник.

Конец второй главы.

– —

МАШКА ПОПОВА · ПЕРВЫЙ КУРС

Глава 3. Профессор, валерьянка и семейный позор

Машка сидела на первой парте и старательно делала вид, что внимательно слушает лекцию. Получалось плохо.

Во-первых, ей хотелось есть.

Во-вторых, телефон в кармане вибрировал с такой настойчивостью, будто там поселился бешеный шмель.

В-третьих, профессор Громов периодически бросал на неё взгляды, от которых хотелось заранее написать завещание.

И наконец, в-четвёртых, Денис Волков.

Этот гад сидел рядом, рисовал в тетради виселицу и подписывал под ней: «Попова М. С. Первый день обучения. Не выдержала нагрузки».

Машка посмотрела на рисунок, взяла ручку и пририсовала вторую виселицу: «Волков Д. А. Умер от собственной тупости. Случай признан безнадёжным».

Денис прочитал, хмыкнул и пририсовал между виселицами сердечко.

– Ты больной? – прошипела она.

– Пока нет. Но ты стараешься.

– Убери сердечко!

– Почему? Красиво же.

– Я тебе сейчас эту ручку в…

– Попова!

Голос профессора прозвучал словно приговор суда. Машка вскочила.

– Я не виновата!

Аудитория расхохоталась. Громов положил мел на стол.

– Интересное заявление. Особенно учитывая, что я ещё ни в чём вас не обвинял.

– Это на всякий случай.

– Садитесь.

Профессор посмотрел на Дениса:

– Волков, а вы чем занимаетесь?

– Конспектирую.

– Очень похвально. Покажите.

Денис побледнел. Машка оживилась: справедливость существует!

Громов протянул руку. Денис неохотно отдал тетрадь. Профессор изучил две виселицы, сердечко и подписи.

– Так. Попова умерла от учебной нагрузки, Волков – от тупости… А сердечко здесь зачем?

Денис кашлянул.

– Посмертная любовь.

Машка издала звук между кашлем, всхлипом и предсмертным хрипом.

– Попова, вам плохо?

– Нет, профессор. Просто душа покинула тело от стыда.

– Верните её обратно. До конца лекции ещё сорок минут.

Когда занятие закончилось, студенты высыпали в коридор с таким облегчением, словно их выпустили из исправительной колонии. Машка тоже попыталась улизнуть.

– Попова! – раздалось за спиной.

Она остановилась и повернулась. Профессор стоял возле кафедры.

– Вы, кажется, забыли, что я просил задержаться.

– Не забыла. Просто хотела проверить, хорошо ли работает дверь.

– Работает?

– Отлично.

– Прекрасно. Теперь закройте её с той стороны, чтобы никто нам не мешал.

Денис, проходя мимо, трагически прошептал:

– Прощай, Машуня. Ты была хорошим человеком. Местами.

– Если через десять минут не выйду, сообщи родным, что я умерла красиво!

– Причину смерти указать?

– Знакомство с идиотом!

Денис послал воздушный поцелуй. Дверь закрылась.

Громов сел за стол и некоторое время молча рассматривал Машку. Она стояла перед ним с видом человека, который случайно поджёг школу и теперь объяснял, что это научный эксперимент.

– Ну что, Мария Сергеевна. Давайте поговорим.

– Давайте.

– Вы всегда такая?

– Какая именно?

– Шумная, наглая и совершенно неуправляемая.

– Нет. Утром я ещё спать хочу.

Громов прикрыл глаза.

– Господи, дай мне терпения…

– Мама тоже так говорит.

– Не сомневаюсь.

Профессор вздохнул.

– Попова, вы понимаете, куда поступили?

– В медицинский университет.

– А зачем?

– Учиться.

– Чему?

– Медицине.

– Очень содержательный разговор получается.

– Я стараюсь отвечать точно.

Громов усмехнулся.

– Ладно. Давайте серьёзно. Почему патологоанатомия?

Машка перестала улыбаться.

– Мне правда интересно, профессор. Ещё в школе любила биологию. Особенно строение человеческого тела, болезни, изменения органов. Мне нравится разбираться, что именно пошло не так. Почему один человек жил до девяноста, а другой умер в тридцать. Что происходило внутри организма.

Она помолчала.

– И вообще, мне кажется, люди боятся смерти потому, что многого о ней не понимают. А я хочу понимать.

Громов внимательно посмотрел на девушку.

– Вот теперь я слышу будущего врача.

Машка просияла.

– Правда?

– Правда. Но есть одна проблема.

– Какая?

– Ваш рот работает быстрее головы.

– Это наследственное.

– От кого?

– От папы. Мама говорит, что он сначала женился, а потом подумал.

Профессор расхохотался.

– Попова, вы меня в могилу сведёте!

– Только не сегодня. У меня ещё расписания нет.

– Ладно, идите. Но предупреждаю: ещё одна выходка на моих занятиях – и будете изучать анатомию по всем доступным учебникам. С последующим устным опросом.

– Поняла!

– И Попова… Постарайтесь хотя бы неделю никого не доводить до инфаркта.

– Ничего не обещаю, но попытка будет.

За дверью её ждали Лера и Денис.

– Ну что?! – бросилась Лера. – Тебя выгнали? Отчислили?

– Нет. Сказал, что я будущий врач.

– Видимо, профессор действительно стареет, – заметил Денис.

– Завидуй молча.

– А ещё что сказал?

– Что мой рот работает быстрее головы.

– Вот здесь я с профессором согласен полностью.

Машка пнула его по кроссовку.

Лера схватила обоих под руки:

– Пойдёмте в столовую! Я умираю с голоду!

– Не надо. У нас сегодня слишком много разговоров о смерти. Ещё накличем.

– Ты же в приметы не веришь!

– Я верю в бутерброды. А они закончились.

Университетская столовая встретила их запахами котлет, капусты и чего-то неопознанного.

Машка остановилась возле витрины.

– Смотри, котлета.

– И? – спросила Лера.

– Она на меня смотрит.

Денис заглянул через плечо:

– Это дырка от вилки.

– А я думала, последний взгляд жертвы.

За раздачей стояла полная женщина с ярко-красной помадой.

– Девушка, брать будете или разговаривать?

– Буду. А что у вас сегодня съедобное?

Женщина прищурилась.

– Всё съедобное.

– Отлично. Тогда две котлеты, пюре и компот.

– Пюре закончилось.

– А что есть?

– Гречка.

– Свежая?

Женщина посмотрела на неё так, будто перед ней стояла личная врагиня всей системы общественного питания.

– Девушка, вы покупать собираетесь?

– Конечно! Просто собираю анамнез.

– Чего?!

– Информацию о пациенте. В данном случае – о гречке.

– Машка, – вмешался Денис, – возьми уже еду, пока нас не убили половником.

– Ладно. Гречку.

Женщина шлёпнула на тарелку внушительную порцию.

– Ого. Вы меня кормите или на зиму откармливаете?

– Следующий!

За столиком обнаружилось, что Лера сидит на диете. Она взяла салат, стакан воды и печально смотрела на Машкины котлеты.

– Я после шести не ем, – сообщила она.

– Сейчас двенадцать.

– Я заранее готовлюсь.

– К чему? К голодной смерти?

– К красивой фигуре! Хочу похудеть на три килограмма.

– Лер, у тебя и так отличная фигура. А если судить по твоему обеду, ты не три килограмма потеряешь, а сознание.

– Маш, ты вообще когда-нибудь сидела на диете? – спросил Денис.

– Конечно. Ужасно.

– Почему?

– На третий день съела торт.

– Целый?!

– Не сразу. Сначала половину, потом подумала, что вторая обидится.

Лера захохотала.

– У тебя своеобразные отношения с едой, – заметил Денис.

– Зато честные. Я её люблю, она меня радует. Никаких токсичных отношений.

За соседним столиком раздался громкий женский голос:

– Ну некоторые, конечно, вообще не следят за собой!

Машка обернулась. За столиком сидела Кристина с идеальными бровями и выражением лица, словно мир обязан извиниться за своё существование. Рядом – две подруги: худенькая брюнетка и рыжая с длинными ногтями.

Кристина демонстративно посмотрела на Машкину тарелку.

– Я, например, никогда не ем такую гадость.

Машка посмотрела на котлету, затем на Кристину.

– А зря. Котлета хорошая. Молчаливая. Не лезет в чужую жизнь.

Лера поперхнулась водой. Денис уткнулся в стакан.

– Я вообще-то не с тобой разговаривала! – покраснела Кристина.

– И я с тобой нет. Я котлете отвечала.

– Хамка!

– Благодарю. А ты наблюдательная.

Кристина поднялась:

– Посмотрим, как ты экзамены сдавать будешь!

– А ты уже в комиссии?

Кристина удалилась со своей свитой.

– Машка, ты нажила врага, – выдохнула Лера.

– Ну и ладно. У каждого уважающего себя человека должна быть своя змея.

– Не змея, а соперница, – поправил Денис.

– Неважно. Главное, чтобы в террариуме сидела.

После обеда Лера убежала оформлять студенческий билет, а Денису позвонил отец. Машка решила проверить телефон. Тридцать два пропущенных сообщения – семейный чат буквально горел.

Мама: «Маша, ответь немедленно!»

Папа: «Что случилось?»

Мама: «Она в первый день уже попала к профессору!»

Папа: «За что?»

Мама: «Не знаю! Она пишет глупости про скелеты!»

Брат: «Я говорил, что её надо было отдавать в цирковое училище».

Папа: «Там вступительные сложнее».

Мама: «ВАМ ОБОИМ СМЕШНО?!»

Брат: «Если её отчислят, у меня на работе уборщица увольняется».

Машка фыркнула и напечатала: «Уважаемые родственники! Сообщаю, что я жива, здорова и продолжаю представлять нашу фамилию в медицинском сообществе».

Брат: «Бедное медицинское сообщество».

Маша: «Андрей, ты случайно родился или тебя по акции дали?»

Брат: «Меня купили. А тебя в роддоме забыли забрать, пришлось возвращаться».

Папа: «Дети, не ссорьтесь».

Мама: «МАША, ПОЧЕМУ ТЕБЯ ВЫЗЫВАЛ ПРОФЕССОР?!»

Маша: «Он хотел познакомиться поближе».

Брат: «Профессор женат?»

Мама: «АНДРЕЙ!»

Папа: «А профессор действительно женат?»

Машка расхохоталась посреди коридора. Господи, за что ей такая семья? Хотя, если подумать, вполне заслужила.

К трём часам занятия закончились. Машка вышла из университета и почувствовала себя героем, пережившим осаду крепости. Первый день! Справилась. Никого не убила. Сама осталась жива. Даже профессор не выгнал. Почти успех.

– Попова!

Денис догонял её, закинув рюкзак на плечо.

– Ты домой?

– Нет, в морг. На стажировку.

– Серьёзно?!

Машка остановилась.

– Денис, ты когда-нибудь включаешь мозг?

– Иногда. По праздникам.

– Сегодня явно не праздник.

Он улыбнулся:

– Слушай, у нас завтра первая полноценная практика по анатомии. Может, вместе подготовимся?

– Зачем?

– Чтобы не опозориться.

– Ты за меня переживаешь?

– За преподавателей.

– Как трогательно.

Денис сунул руки в карманы.

– Вообще-то я хотел предложить кофе.

Машка посмотрела на его испорченную толстовку.

– Опять? Ты мазохист?

– В каком смысле?

– Утром я уже облила тебя кофе. Хочешь повторить эксперимент?

– На этот раз предлагаю его выпить.

Она задумалась. Кофе. Похоже, бесплатный. В компании симпатичного, хотя совершенно невыносимого парня. Предложение выглядело заманчивым.

– Ладно. Но учти: я девушка приличная.

– Да неужели?

– На первом свидании только кофе.

– А на втором?

– Посмотрим, как переживёшь первое.

Они зашли в кофейню напротив университета. Денис заказал два капучино и чизкейк.

– Это мне? – оживилась Машка.

– Нет, себе.

– Жадина.

– Шучу. Тебе.

– Вот теперь вижу воспитанного человека.

Они устроились возле окна, разговаривали о занятиях и преподавателях. Денис оказался не таким уж противным. Даже наоборот: умный, весёлый и умеющий вовремя замолчать. Последнее качество Машка ценила особенно.

– Почему ты выбрал медицину? – спросила она.

Денис пожал плечами:

– Отец хирург. Дед был хирургом. Мама кардиолог.

– А ты?

– Пока не определился.

– То есть семейный бизнес?

– Типа того.

– А если захочешь стать дворником?

– Отец, наверное, предложит оперировать метлу.

Машка рассмеялась.

– У меня мама до сих пор надеется, что я стану нормальным врачом.

– А патологоанатомы ненормальные?

– По мнению мамы, нормальный врач сидит в красивом кабинете, носит чистый халат и получает цветы от благодарных пациентов.

– А тебе?

– Мне, видимо, будут приносить венки.

Денис подавился кофе.

– Машка! Нельзя такое говорить, когда человек пьёт!

– Извини. Забыла, что ты нежный.

Он вытер рот салфеткой.

– А ты вообще чего-нибудь боишься?

– Конечно. Тараканов.

– Серьёзно? Ты хочешь изучать тела умерших людей, но боишься тараканов?

– А что странного? Тело хотя бы не побежит на меня из-под холодильника!

Денис расхохотался.

Именно в этот момент дверь кофейни открылась. На пороге появилась Кристина в сопровождении тех же подруг. Она заметила Дениса, Машку и чизкейк. На лице появилось выражение человека, обнаружившего дохлую крысу в собственной сумочке.

– Денис?! А ты что здесь делаешь?

– Кофе пью.

– С ней?!

Машка приветливо помахала вилкой:

– Нет, с чизкейком. Я сопровождающее лицо.

Кристина проигнорировала её.

– Я вообще-то думала, мы сегодня вместе пойдём выбирать учебники!

– Кристина, мы ничего не договаривались.

– Но ты сказал, что, возможно, освободишься после занятий!

– Я сказал, что не знаю, когда освобожусь.

– Вот именно!

Машка повернулась к Денису.

– Ого.

Кристина скрестила руки:

– Я смотрю, ты быстро нашёл себе компанию.

– Девушка, можно потише? Вы мне десерт нервируете, – не выдержала Машка.

– Тебя вообще никто не спрашивает!

– Тогда зачем ты разговариваешь возле моего стола?

– Кристина, прекрати, – жёстко сказал Денис. – Мы с тобой не встречаемся. И никогда не встречались.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю