Текст книги "Машка Попова. Первый курс (СИ)"
Автор книги: Ирина Ульяненко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 35 страниц)
Не удивилась. Не стала хватать его за руку. И уж тем более не принялась рассказывать о редком случае. Просто улыбнулась.
– Красивые часы, кстати.
Мальчишка моргнул. Посмотрел на запястье. Потом неожиданно рассмеялся.
– Спасибо.
Он немного помолчал. А потом спросил:
– А мне можно стать врачом?
Машка удивилась.
– Конечно. Почему нет?
– Ну… рука.
Она пожала плечами.
– Выбор профессии зависит от конкретных способностей, здоровья и требований к работе, а не просто от того, что у тебя необычная кисть. В медицине вообще огромное количество направлений.
Парень улыбнулся. И впервые за весь разговор перестал прятать руку. За происходящим наблюдал профессор Громов. Он стоял неподалёку.
Ничего не говорил. Но когда школьник отошёл к следующему столу, подошёл к Машке.
– Хорошо, Попова.
Она удивилась.
– Что?
– Вы правильно ответили.
Машка улыбнулась.
– Спасибо.
Профессор посмотрел на уходящего мальчишку. Потом тихо сказал:
– Помните, Мария: иногда человек задаёт медицинский вопрос, а на самом деле хочет узнать, есть ли для него место среди остальных.
Машка задумалась. И неожиданно почувствовала, что эти слова ей нужно запомнить. Надолго. Следом к скелету подошла маленькая девчонка в огромном свитере.
На вид лет пятнадцати. В руках держала блокнот. Глаза горели любопытством.
– А вы правда хотите стать патологоанатомом?
Машка улыбнулась.
– Правда.
Девочка задумалась.
– А почему?
Машка присела на край стула.
– Мне интересно, как меняются ткани при болезнях. Почему клетки перестают работать нормально. Как по этим изменениям можно понять, что происходило с человеком.
Девочка кивнула. Потом неожиданно спросила:
– А вам не страшно?
Машка задумалась.
– Иногда бывает не по себе. Но я пока только учусь. И понимаю, что в такой профессии нужно не просто быть смелой. Нужно очень много знать, быть внимательной и уважительно относиться к людям.
Девочка помолчала.
– А моя мама говорит, что это ужасная профессия.
– Почему?
– Потому что патологоанатомы работают с умершими.
Машка кивнула.
– Часть работы действительно связана с посмертными исследованиями. Но патологоанатомы также изучают ткани, взятые у живых пациентов, например биопсийный материал. Это помогает врачам уточнять диагнозы и выбирать лечение.
Школьница удивлённо подняла глаза.
– То есть они помогают живым?
– Конечно.
Девочка улыбнулась.
– Тогда это совсем другое дело.
Машка тоже улыбнулась. И вдруг почувствовала, что сегодняшний день проходит не зря. К одиннадцати часам аудитория была полна. Гости переходили от стенда к стенду.
Смотрели препараты. Задавали вопросы. Пробовали определять кости на схеме. Стас неожиданно оказался великолепным помощником.
Он не знал всех тонкостей гистологии. Зато умел разговаривать со школьниками так, что никто не скучал.
– Итак, – объявил он возле скелета, – кто покажет бедренную кость?
Поднялось несколько рук. Один мальчишка указал правильно. Стас торжественно кивнул.
– Отлично!
Потом показал на таз.
– А это?
Девочка ответила:
– Тазовая кость.
– Верно!
Машка довольно наблюдала за происходящим. Пока Стас вдруг не добавил:
– А теперь самый сложный вопрос: где находится мозг у студента перед экзаменом?
Школьники захохотали. Машка медленно повернулась.
– Стас!
Он посмотрел на неё.
– Что?
– Не рассказывай им наши семейные тайны.
В какой-то момент произошла маленькая неприятность. У проектора пропало изображение. Экран погас. Кристина замерла.
Лера побледнела. Артём бросился проверять подключение. Из толпы школьников послышалось разочарованное:
– О-о-о…
Кристина растерянно посмотрела на Машку. Та пожала плечами.
– Ну что. Значит, будем работать без картинки.
– Но у нас там вся презентация!
– Зато у нас есть настоящие микроскопы, плакаты и скелет.
Машка повернулась к школьникам.
– Друзья, у нас небольшая техническая пауза. Но знаете, что самое интересное?
Ребята посмотрели на неё.
– Когда-то врачи и учёные вообще обходились без проекторов. Представляете, какой ужас? Ни слайдов, ни анимаций, ни возможности обвинить технику в том, что ты не выучил материал!
Школьники засмеялись. Она указала на плакат.
– Поэтому сейчас устроим маленький эксперимент. Кто сможет объяснить, почему клетки одного организма такие разные?
Поднялась рука. Потом другая. Началось обсуждение. Через несколько минут проектор заработал.
Но Кристина неожиданно не стала его включать. Просто подошла к Машке. И тихо сказала:
– Продолжай. Так даже интереснее.
Машка удивлённо посмотрела на неё. Потом улыбнулась. И продолжила. Когда последняя школьная группа вышла, в аудитории наступила тишина.
Не обычная. А какая-то оглушительная. Будто из помещения только что выпустили целую стаю попугаев. Лера медленно опустилась на стул.
– Всё…
Кристина села рядом.
– Я больше не могу разговаривать.
Стас посмотрел на неё.
– Ты?!
Она устало кивнула.
– Представь себе.
Машка облокотилась о стол.
– А у меня ноги отваливаются.
Денис подошёл. Обнял её со спины.
– Молодец.
Она повернула голову.
– Правда?
– Правда.
Потом добавил:
– Я всё видел. Ты здорово справилась.
Машка улыбнулась. Но именно в этот момент в аудиторию вошёл профессор Громов. За ним – Аркадий Семёнович Беляев. И ещё один мужчина.
Высокий. С седыми висками. В строгом костюме. Машка узнала его сразу.
Профессор Игорь Борисович Лавров. Тот самый хирург из университетской клиники соседнего города, с которым она познакомилась после студенческого выступления. Он улыбнулся.
– Добрый день, коллеги.
Все встали. Машка удивлённо посмотрела на него.
– Игорь Борисович?!
Он рассмеялся.
– Вижу, помните.
– Конечно!
– Я сегодня приехал обсудить будущий ознакомительный день для вашей группы. И решил посмотреть, как вы работаете со школьниками.
Машка насторожилась.
– И как?
Лавров задумчиво оглядел аудиторию. Плакаты. Микроскопы. Скелет.
Уставших студентов. Потом улыбнулся.
– Вы мне понравились.
Лера облегчённо выдохнула. Кристина расправила плечи. Стас гордо поднял голову. А Машка осторожно спросила:
– Даже несмотря на проектор?
Лавров приподнял бровь.
– Особенно учитывая проектор.
Она удивилась. Он продолжил:
– Техника иногда подводит. И мне понравилось, что вы не растерялись, а продолжили объяснять.
Профессор Громов одобрительно кивнул.
– Они неплохо подготовились.
Беляев улыбнулся.
– И научный кружок хорошо поработал.
Машка почувствовала, как внутри становится тепло. Вот это уже была настоящая награда. Не просмотры. Не продажи.
Не популярность. А уважение людей, у которых она хотела учиться. Лавров подошёл к скелету. Осмотрел модель.
Потом неожиданно спросил:
– А это тот самый Геннадий Аркадьевич?
Машка замерла. Медленно повернулась к Громову. Тот невозмутимо смотрел в окно. Стас зажал рот ладонью.
Лера покраснела. Кристина прикусила губу. Машка осторожно ответила:
– Нет, Игорь Борисович. Это другая учебная модель. Но имя мы рассматривали.
Лавров улыбнулся.
– Разумно. У каждого скелета должна быть индивидуальность.
Громов тяжело вздохнул.
– Игорь Борисович, не поощряйте их.
Тот рассмеялся.
– Пётр Николаевич, а что плохого? Главное, чтобы анатомию знали.
Машка довольно улыбнулась.
Вот!
Наконец-то серьёзный человек на её стороне. Потом Лавров сообщил новость.
– Мы согласовали предварительную программу визита вашей группы в клинику.
Студенты оживились.
– Правда?! – вырвалось у Леры.
– Правда. После оформления всех необходимых разрешений вы сможете посмотреть некоторые учебные помещения, познакомиться с работой отделений и послушать специалистов.
Машка выпрямилась.
– А патологическую анатомию покажут?
Лавров посмотрел на неё. И улыбнулся.
– Я так и знал, что вы спросите.
Она смутилась.
– Ну мне интересно…
– Мы включили ознакомительную встречу со специалистом патологоанатомической службы. Речь, разумеется, об учебном знакомстве с профессией, без участия первокурсников в работе с пациентами или диагностическими материалами.
Машка замерла. Посмотрела на него. Потом на Дениса. И тихо прошептала:
– Серьёзно?..
Лавров кивнул.
– Серьёзно.
И тут Машка неожиданно подпрыгнула.
– СПАСИБО!
Громов закрыл глаза. Лера рассмеялась. Стас захлопал. Денис улыбнулся.
А Лавров довольно произнёс:
– Вот ради таких студентов и стоит устраивать дни открытых дверей.
После встречи Машка не шла. Она практически летела. Денис едва успевал за ней.
– Маш, подожди!
Она обернулась. Глаза горели.
– Волков! Ты слышал?!
– Слышал.
– НАС В КЛИНИКУ ПРИГЛАШАЮТ!
– Да!
– И С ПАТОЛОГОАНАТОМОМ ПОЗНАКОМЯТ!
Денис рассмеялся.
– Я тоже присутствовал!
Машка остановилась. Посмотрела на него. Потом неожиданно обняла. Очень крепко.
– Денис…
– Что, любимая?
– Я так счастлива.
Он улыбнулся.
– Я вижу.
Она прижалась к нему. И вдруг тихо добавила:
– Знаешь, иногда мне кажется, что я действительно смогу стать хорошим врачом.
Денис поцеловал её в макушку.
– Сможешь, Маш.
Она подняла голову.
– Правда?
– Если будешь продолжать учиться так же серьёзно, как сегодня готовилась.
Машка задумалась. Потом улыбнулась.
– Значит, придётся.
К вечеру усталость навалилась окончательно. Дома Машка разулась. Сняла куртку. Поставила рюкзак.
И медленно поплелась на кухню. Мама взглянула на дочь.
– Машенька, ты чего такая?
– Умерла.
– Что?!
– От усталости. Но пока неофициально. Свидетельство не выдали.
Папа рассмеялся. Андрей поднял голову от ноутбука.
– Мелкая, ну как мероприятие?
Она села.
– Хорошо.
– Людей много было?
– Очень.
– А футболки спрашивали?
Машка посмотрела на брата. Долго. Потом взяла со стола яблоко.
– Андрей…
– Что?
– Сегодня я показывала школьникам клетки человека. Объясняла строение тканей. Отвечала на вопросы. И меня пригласили на ознакомительную встречу с патологоанатомом.
Брат кивнул.
– Круто!
Она улыбнулась.
– Спасибо.
– А футболки?
Машка запустила в него яблоком. Он ловко поймал.
– О! Спасибо! Как раз есть хотел!
Папа захохотал. Мама вздохнула.
– Господи, дети…
После ужина Андрей всё-таки показал документы по фестивалю и торговой площадке. Машка внимательно прочитала. Теперь брат действительно считал комиссии. Возвраты.
Доставку. Расходы. И даже сделал отдельную таблицу рисков. Она удивлённо подняла глаза.
– Андрюша…
– Что?
– Ты работаешь.
Он обиженно нахмурился.
– Я всегда работал!
– Нет. Раньше ты предпринимательствовал. Это немного другое.
Брат рассмеялся. Потом стал серьёзным.
– Маш, я тут подумал. Мы можем поехать на фестиваль вдвоём. Но если у тебя учёба, я справлюсь сам.
Она посмотрела на него.
– Правда?
– Конечно. Ты же не обязана везде ездить со мной. Это наша идея, но университет важнее.
Машка несколько секунд молчала. Потом неожиданно обняла брата. Он замер.
– Мелкая…
– Что?
– Ты чего?
– Ничего.
– Денег хочешь?
Она захохотала.
– ИДИОТ!
– А-а-а. Ну всё нормально. А то я испугался.
Поздно вечером Машка лежала на кровати и просматривала фотографии сегодняшнего мероприятия. Вот Лера объясняет школьнице, как пользоваться микроскопом. Вот Кристина возле стенда. Вот Стас с указкой.
Вот Денис улыбается ей из-за стола. А вот тот самый мальчишка с необычной кистью. Он стоит возле скелета. Смотрит на плакат.
И улыбается. Машка задержалась на фотографии. Вспомнила его вопрос.
«А мне можно стать врачом?»
И неожиданно почувствовала, что именно этот разговор запомнит надолго. Она отложила телефон. Некоторое время смотрела в потолок. А потом тихо произнесла:
– Вот ведь…
Мама заглянула в комнату.
– Машенька, ты чего?
Она улыбнулась.
– Мам, знаешь, что я сегодня поняла?
– Что?
Машка задумалась.
– Иногда человеку нужно совсем немного. Чтобы кто-то просто сказал ему, что он может попробовать.
Мама внимательно посмотрела на дочь. Потом улыбнулась.
– Это правда.
Она подошла. Поцеловала Машку в лоб.
– Спокойной ночи, моя хорошая.
– Спокойной ночи, мам.
Но уснуть Машка не успела. Потому что в половине одиннадцатого зазвонил телефон. Денис. Она улыбнулась.
– Привет, любимый.
– Привет. Не спишь?
– Почти.
– У меня для тебя новости.
Машка насторожилась.
– Хорошие?
– Не знаю. Смотря как посмотреть.
Она села.
– Волков, не пугай.
Денис рассмеялся.
– Помнишь, я говорил, что папа иногда консультирует организаторов городских медицинских мероприятий?
– Ну?
– Так вот. Он сегодня узнал, что на фестивале молодых предпринимателей планируют отдельную площадку со студенческими проектами.
Машка задумалась.
– И?
– И организаторы очень хотят видеть тебя.
Она замерла.
– Меня?!
– Да.
– Зачем?!
Денис помолчал. Потом осторожно произнёс:
– Они хотят, чтобы ты выступила на сцене.
Машка выпрямилась.
– С ЧЕМ?!
– С коротким рассказом о том, как возник ваш семейный проект.
Она закрыла глаза.
– Волков…
– Что?
– Только не говори, что с котлетой.
Денис помолчал. Очень подозрительно. Машка медленно подняла голову.
– ДЕНИС.
Он не выдержал и расхохотался.
– Маш, они спрашивали, можно ли привезти вашего надувного персонажа!
Наступила тишина. Машка посмотрела на потолок. Потом на дверь. Потом на лежащую рядом футболку.
И очень медленно произнесла:
– Валентину Петровну?..
– Да.
Она закрыла лицо ладонями.
– Нет…
Денис смеялся.
– Маш, ну это же здорово!
– Волков! Она меня уже два раза чуть не убила!
– Она надувная!
– ВОТ ИМЕННО! И У НЕЁ ЯВНО ЛИЧНЫЕ ПРЕТЕНЗИИ!
Но самое интересное выяснилось через несколько минут. Когда Андрей, услышав разговор, ворвался в комнату.
– МЕЛКАЯ!
Она вздрогнула.
– ЧТО?!
– Я ВСЁ СЛЫШАЛ!
– ЧТО ИМЕННО?!
– ПРО ФЕСТИВАЛЬ!
Он сиял. Глаза горели. В руках держал телефон. И улыбался так широко, что Машка мгновенно почувствовала приближение катастрофы.
– Андрей…
– Что?
– Только спокойно.
– Я СПОКОЕН!
– Ты орёшь.
– ОТ РАДОСТИ!
Он сунул ей под нос экран. На нём была открыта программа фестиваля. Машка пробежала глазами список участников. Молодые предприниматели.
Малые бренды. Творческие проекты. Мастер-классы. Выступления.
И вдруг замерла. Потому что возле одного из пунктов увидела собственное имя.
«Мария Попова – студентка медицинского университета. История проекта „Котлета Поповой“».
Она подняла глаза.
– Андрей…
– Что?!
– Ты меня уже записал?!
Брат виновато улыбнулся.
– Ну… организаторы попросили предварительное подтверждение.
Машка медленно встала.
– И?!
– Я сказал, что мы заинтересованы!
– АНДРЕЙ!
– МЕЛКАЯ, НЕ ОРИ!
– ТЫ СПРОСИЛ МЕНЯ?!
Он замолчал. Потом осторожно ответил:
– Сейчас спрашиваю.
Машка закрыла глаза. Сосчитала до пяти. Потом до десяти. Не помогло.
Она открыла календарь. Посмотрела на дату фестиваля. И замерла. Потому что именно в этот день у неё стояла обязательная практическая работа по биохимии.
С зачётом. У Максима Андреевича Орлова. Того самого. Красивого.
Строгого. И совершенно не склонного прощать неподготовленность. Машка медленно повернулась к брату.
– Андрюша…
– Что?
Она улыбнулась. Очень ласково.
– У меня для тебя две новости.
Он насторожился.
– Какие?
– Хорошая: наша котлета поедет на фестиваль.
Андрей просиял.
– ДА?!
– Да.
– А плохая?!
Машка посмотрела на него. Потом на телефон. И совершенно спокойно ответила:
– Ты будешь выступать на сцене вместо меня.
Андрей замер.
– ЧЕГО?!
Она кивнула.
– У меня зачёт.
– МАШКА!
– Всё, братец. Ты у нас предприниматель. Вот и предпринимай.
Из телефона донёсся хохот Дениса. Андрей побледнел.
– Подожди… Я?! На сцене?!
Машка довольно улыбнулась.
– Ага.
– ПЕРЕД ЛЮДЬМИ?!
– Ну да.
– И ЧТО Я ИМ СКАЖУ?!
Она задумалась. Потом торжественно произнесла:
– Расскажешь, как однажды нажал не ту кнопку и чуть не продал сто восемьдесят шесть несуществующих футболок.
Денис уже не мог говорить от смеха. Андрей смотрел на сестру. Потом на программу фестиваля. Потом снова на сестру.
И тихо выдохнул:
– Мелкая…
– Что?
– Ты жестокая женщина.
Машка улыбнулась.
– Нет, Андрюша. Я будущий врач.
Она взяла учебник биохимии. Открыла на нужной странице. И добавила:
– А у нас сначала зачёт, потом котлеты.
Брат тяжело вздохнул. Потом неожиданно выпрямился. Прищурился. И улыбнулся.
Очень нехорошо.
– Ладно.
Машка насторожилась.
– Что ладно?
– Выступлю.
Она удивилась.
– Серьёзно?
– Серьёзно.
Андрей задумчиво посмотрел на телефон. Потом добавил:
– Только мне нужен помощник.
Машка нахмурилась.
– Какой ещё помощник?
Брат улыбнулся шире.
– Валентина Петровна.
Машка закрыла глаза. Потому что вдруг поняла:
если Андрей Попов выйдет на сцену перед сотнями людей вместе с гигантской надувной котлетой, последствия могут оказаться куда страшнее её первого дня в медицинском университете. И самое ужасное – на этот раз она даже не сможет присутствовать и предотвратить катастрофу. Потому что будет сидеть у Орлова. С ручкой.
С листком бумаги. И пытаться объяснить, как работают ферменты. А где-то в это же время её родной брат будет объяснять совершенно посторонним людям, почему его сестра разговаривает с едой.
Конец двадцать пятой главы.
Глава 26. Зачёт, котлета и брат, которого никто не ожидал
Глава 26. Зачёт, котлета и брат, которого никто не ожидал
Глава 26. Зачёт, котлета и брат, которого никто не ожидал
В половине седьмого утра Андрей Попов стоял перед зеркалом в гостиной и репетировал речь. На нём были чёрные брюки, белая рубашка и новые ботинки. В руках – лист бумаги. Перед ним – огромная надувная котлета Валентина Петровна.
– Уважаемые дамы и господа! – торжественно произнёс Андрей. – Сегодня я хочу рассказать вам историю уникального предпринимательского проекта…
Он сделал паузу. Поправил воротник. Начал заново:
– Дорогие друзья! Наш семейный бренд родился из простой, но гениальной идеи…
Из кухни раздался голос Машки:
– АНДРЕЙ! ЕСЛИ ТЫ ЕЩЁ РАЗ СКАЖЕШЬ «УНИКАЛЬНЫЙ ПРОЕКТ», Я ТЕБЯ САМУЮ ОБЫЧНУЮ КОТЛЕТУ ЗАСТАВЛЮ СЪЕСТЬ!
Брат опустил листок.
– Мелкая, я вообще-то выступаю перед людьми!
Машка появилась на пороге с бутербродом. В старой футболке. С одним глазом, который ещё не до конца проснулся.
– Вот именно. Перед людьми. А не перед советом директоров международного мясокомбината.
Андрей нахмурился.
– Что тебе не нравится?
– Всё.
– Конкретнее!
Она подошла, забрала бумажку и начала читать:
– «Наша компания демонстрирует устойчивую динамику органического развития…»
Машка подняла голову. Посмотрела на брата.
– Андрей, ты всерьёз собираешься так выступать?
– А ЧТО НЕ ТАК?!
– Ты собираешься продавать футболки или защищать докторскую диссертацию по котлетоведению?
Из-за газеты послышался смех отца. Мама, стоявшая у плиты, тоже улыбнулась. Андрей обиженно скрестил руки.
– Между прочим, я полночи писал!
Машка внимательно посмотрела на листок. Потом неожиданно смягчилась.
– Андрюш, а ты расскажи нормально.
– Как?
– Как всё было. Что я опоздала, что Стас сунул бутерброд в гроб. Как ты нарисовал котлету. Как мы чуть не остались должны сорока двум покупателям футболки, которых у нас ещё не было.
Андрей задумался.
– Это же позор.
– Это жизнь. И гораздо интереснее твоей устойчивой динамики.
Брат посмотрел на неё. Потом на Валентину Петровну. И медленно кивнул.
– Вообще-то ты права.
Машка просияла.
– Вот! Запиши дату! Ты официально признал мой интеллект!
– Только не привыкай.
Сегодня должен был состояться тот самый городской фестиваль молодых предпринимателей. А одновременно – практический зачёт по биохимии. Машка уже второй день подозревала, что календарь придумали люди, которые терпеть не могут студентов. Она хотела поехать на фестиваль.
Хотела посмотреть, как Андрей выступит перед публикой. Хотела увидеть огромную котлету на сцене. Особенно если та снова решит эффектно сдуться посреди выступления. Но зачёт был важнее.
Это понимала даже Машка. Хотя и с некоторым внутренним сопротивлением.
– Мам, – спросила она за завтраком, – а если я получу пятёрку, мне положена компенсация за моральные страдания?
Мама подняла глаза.
– Какие ещё страдания?
– Меня лишили возможности увидеть, как Андрей позорится перед сотней людей.
Брат возмутился:
– Я НЕ СОБИРАЮСЬ ПОЗОРИТЬСЯ!
Машка задумчиво кивнула.
– Вот это и настораживает. Ты обычно делаешь это без подготовки.
Отец рассмеялся. Андрей посмотрел на сестру.
– Всё. Я тебе видео не покажу!
– Покажешь.
– НЕ ПОКАЖУ!
– Андрей, ты бизнесмен. Тебе нужна моя подпись под будущими макетами.
Брат замолчал. Потом тяжело вздохнул.
– Мелкая, ты становишься опасной.
– Нет, Андрюш. Я просто начала изучать биохимию. Мозг наконец заработал.
Перед выходом мама поправила Андрею воротник. Сергей проверил, загружены ли коробки в машину. Машка стояла возле двери и рассматривала брата. Впервые за долгое время он выглядел по-настоящему взволнованным.
Не шутил. Не строил рожицы. Не пытался продать кому-нибудь очередную футболку. Просто стоял и перекладывал листок с речью из одной руки в другую.
Машка подошла ближе.
– Андрюш.
– Что?
– Боишься?
Он хотел было отмахнуться. Но потом честно ответил:
– Немного.
Она улыбнулась.
– Это хорошо.
– Почему?!
– Значит, не совсем безнадёжен.
Андрей фыркнул. Потом неожиданно спросил:
– Маш, а если надо мной смеяться будут?
Она удивилась.
– И что?
– Ну… неприятно.
Машка немного помолчала. Потом взяла его за руку.
– Андрей, смотри на меня.
Он посмотрел.
– Ты сделал настоящий магазин. Разобрался с производством. Исправил ошибки с заказами. Нашёл покупателей. Сам ведёшь всю эту бухгалтерию, от которой у меня мозг сворачивается.
Брат смутился.
– Ну…
– Поэтому не надо строить из себя какого-то великого директора. Ты и так молодец.
Андрей молчал. Машка улыбнулась.
– А если будут смеяться – пусть смеются. Только желательно над шутками, а не над бухгалтерией.
Брат неожиданно обнял её. Крепко. Совсем не по-андреевски.
– Спасибо, мелкая.
Она прижалась к нему. А потом прошептала:
– Только Валентину Петровну хорошо закрепи.
Андрей расхохотался.
– ДУРА!
– Зато предусмотрительная!
В университете Машку ждал Денис. С двумя стаканами кофе. И видом человека, который сам уже готов к зачёту и теперь вынужден морально поддерживать остальных.
– Привет, любимая.
– Привет.
Он поцеловал её. Протянул кофе. Машка посмотрела на стакан. Потом на него.
– Волков…
– Что?
– Если мы когда-нибудь расстанемся, я буду скучать по твоим завтракам.
Денис прищурился.
– А по мне?
Она задумалась.
– Ну… тоже.
– Спасибо.
– Не за что.
Они рассмеялись. К ним подошли Лера и Кристина. Обе выглядели напряжёнными. Но по разным причинам.
Лера боялась зачёта. Кристина – результатов зачёта. А Машка боялась, что Андрей начнёт выступление словами «устойчивая динамика органического развития».
– Девочки, – объявила она, – сегодня у нас два фронта.
Лера нахмурилась.
– Какие?!
– Мы сдаём биохимию. Андрей сдаёт экзамен на нормального предпринимателя.
Кристина улыбнулась.
– И у кого шансов больше?
Машка задумалась.
– У Валентины Петровны. Она хотя бы молчит.
Максим Андреевич Орлов вошёл в лабораторию ровно в девять. Поставил на стол папку. Оглядел студентов. И совершенно спокойно произнёс:
– Доброе утро. Сегодня мы проверим, насколько хорошо вы понимаете ферментативные реакции.
Лера тихо простонала. Стас, сидевший сзади, прошептал:
– Помянем.
Машка обернулась.
– Станислав, не торопись. Я ещё живая.
Орлов поднял голову.
– Попова, Морозов, есть вопросы?
Машка мгновенно выпрямилась.
– Один, Максим Андреевич.
– Слушаю.
– А после зачёта можно будет почувствовать себя человеком?
Преподаватель задумался.
– Зависит от результатов.
В аудитории раздался смех. Орлов улыбнулся.
– Итак. Сегодня вы будете анализировать результаты лабораторного опыта с ферментом. Часть данных получите самостоятельно на учебной установке, часть – из предложенной таблицы. Ваша задача не угадать правильный ответ, а объяснить, почему результаты получились именно такими.
Машка насторожилась. Это уже было интересно. Не просто переписать определения. А разобраться.
Каждой паре выдали учебные материалы. Машка работала с Денисом. Лера – с Соней. Кристина – с Артёмом.
А Стасу в напарники достался студент, который, по слухам, мог заснуть даже во время пожарной тревоги. Его звали Илья. Он внимательно посмотрел на листок. Потом на Стаса.
И спросил:
– Ты подготовился?
Стас пожал плечами.
– Морально.
Илья тяжело вздохнул.
– Понятно.
Машка изучала таблицу. В ней были результаты измерения активности фермента при разных значениях кислотности. При одном значении активность оказалась высокой. При другом – заметно ниже.
При третьем – почти отсутствовала. Она нахмурилась.
– Денис…
– Что?
– Смотри.
Он наклонился.
– Вижу.
– Здесь максимальная активность примерно при нейтральной среде.
– Для этого фермента – да.
Машка кивнула.
– А при сильном изменении кислотности снижается.
Она задумалась.
– Значит, можно объяснить изменением состояния активного центра и структуры фермента?
Денис улыбнулся.
– Именно. Только не забудь, что оптимальная кислотность разная у разных ферментов.
Машка просияла.
– Помню!
Она начала записывать вывод. И вдруг телефон в кармане тихонько завибрировал. Машка замерла. Наверняка Андрей.
Наверняка фестиваль. Наверняка уже что-то случилось. Она машинально потянулась к телефону. Но Денис осторожно коснулся её руки.
– Маш.
Она подняла глаза.
– Что?
– Сначала зачёт.
Машка посмотрела на него. Потом на лабораторный лист. И медленно убрала руку.
– Да. Ты прав.
Тем временем на городской площади происходило нечто совершенно невероятное. Андрей Попов стоял возле небольшого фестивального павильона. Вокруг шумели люди. Работала музыка.
Кто-то продавал изделия ручной работы. Кто-то представлял собственную кондитерскую. Кто-то демонстрировал деревянные игрушки. А возле стенда Андрея возвышалась огромная улыбающаяся котлета в белом халате.
Валентина Петровна. Метр восемьдесят. С медицинской шапочкой. С фонендоскопом.
И с выражением лица, которое обещало понять, простить и не задавать неудобных вопросов. Прохожие останавливались. Улыбались. Фотографировались.
Один маленький мальчик подошёл к ней, внимательно посмотрел и спросил:
– Мам, это доктор?
Женщина улыбнулась.
– Кажется, да.
Мальчик задумался.
– А почему он жареный?
Андрей, стоявший рядом, едва не подавился кофе.
– Потому что профессия горячая! – ответил он.
Мальчик посмотрел на него. Потом на котлету. И совершенно серьёзно произнёс:
– Странная у вас больница.
Мать расхохоталась. А Андрей впервые за утро почувствовал, что, возможно, фестиваль действительно пройдёт хорошо. Рядом с ним стояли мама и папа. Сергей помогал раскладывать футболки.
Мама поправляла ценники. Андрей проверял терминал оплаты. Неподалёку проходил организатор фестиваля. Он остановился возле котлеты.
– О! А вот и наш необычный проект!
Андрей улыбнулся.
– Добрый день.
Мужчина протянул руку.
– Павел Дмитриевич. Организатор. Вы Андрей Попов?
– Да.
– Отлично. Через сорок минут ваше выступление.
Андрей почувствовал, как пересохло во рту.
– Хорошо.
Павел Дмитриевич посмотрел в планшет. Потом нахмурился.
– Подождите. А у нас в программе стоит Мария Попова.
Андрей выпрямился.
– Да, это первоначальная заявка. Мы согласовали замену выступающего. Мария сегодня сдаёт обязательный зачёт в университете.
Организатор быстро пролистал сообщения. Кивнул.
– Вижу. Всё верно. Тогда объявим вас.
Андрей облегчённо выдохнул. Павел Дмитриевич улыбнулся.
– Не волнуйтесь. У вас всего семь минут.
Семь. Минут. Андрей посмотрел на сцену. Потом на зрителей.
Потом на листок с речью. И впервые в жизни пожалел, что не выбрал спокойную профессию. Например, укротителя львов. В лаборатории Машка тем временем обнаружила странность.
Результат одного измерения сильно отличался от остальных. Она ещё раз посмотрела на таблицу. Проверила расчёты. Потом нахмурилась.
– Денис, тут что-то не так.
Он наклонился.
– Где?
– Вот. У нас при одном условии получилась неожиданно высокая активность.
– Может, ошибка измерения?
Машка задумалась.
– Возможно.
Она хотела было просто переписать ожидаемое значение из учебника. Но остановилась. Нет. Так нельзя.
Если опыт дал необычный результат, его нужно объяснить или проверить. А не делать вид, будто всё получилось идеально. Она подняла руку. Орлов подошёл.
– Попова?
– Максим Андреевич, у нас один результат отличается от ожидаемого. Можно повторить измерение?
Он посмотрел на таблицу. Потом на записи.
– Почему хотите повторить?
Машка ответила:
– Потому что не уверена, что мы правильно подготовили этот образец. Но я не хочу просто объявлять результат ошибочным без проверки.
Орлов внимательно посмотрел на неё. И неожиданно улыбнулся.
– Хороший ответ. Повторите измерение. И запишите оба результата.
Машка кивнула.
– Спасибо.
Когда он отошёл, Денис тихо произнёс:
– Молодец.
Она улыбнулась.
– Я знаю.
Потом задумалась.
– Хотя если результат опять получится странным, я начну подозревать, что фермент тоже родственник Андрея.
На фестивале объявили выступление.
– А сейчас на сцену приглашается Андрей Попов – создатель необычного семейного проекта «Котлета Поповой»!
Раздались аплодисменты. Андрей замер. Папа толкнул его в плечо.
– Иди.
Мама улыбнулась.
– Удачи, сынок.
Он глубоко вдохнул. Поправил рубашку. Взял микрофон. И поднялся на сцену.
Перед ним сидели люди. Много людей. Кто-то держал кофе. Кто-то разговаривал.
Кто-то рассматривал программу фестиваля. А в первом ряду маленький мальчик, который недавно спрашивал про жареного доктора, радостно замахал рукой. Андрей посмотрел на него. Потом на листок.
И понял ужасную вещь. Он забыл начало. Совсем. В голове было пусто.
«Уважаемые дамы и господа…»
Нет.
«Устойчивая динамика…»
Господи, только не это. Он замер. Пауза затянулась. Кто-то в зале кашлянул.
Андрей посмотрел на зрителей. Потом на огромную котлету возле сцены. И вдруг вспомнил Машкины слова. Расскажи, как всё было.
Он медленно сложил бумажку. Убрал в карман. И произнёс:
– Здравствуйте. Меня зовут Андрей Попов. И всё это началось с того, что моя младшая сестра совершенно не умеет спокойно завтракать.
В зале раздался смех. Андрей улыбнулся. Ну вот. Уже легче.
– Моя сестра Маша учится в медицинском университете, – продолжил он. – У неё есть несколько особенностей. Во-первых, она очень любит медицину. Во-вторых, постоянно шутит. А в-третьих, у неё совершенно ненормальные отношения с котлетами.
Зрители засмеялись.
– Однажды она стала героиней студенческого видео, которое неожиданно разошлось по интернету. Я подумал: а что, если сделать на память футболку?
На экране появилось изображение первой котлеты. В белом халате. С огромными глазами. Зал снова рассмеялся.
Андрей продолжил:
– Я нарисовал эту красавицу. Правда, Маша сначала сказала, что у котлеты лицо человека, которому только что поставили неправильный диагноз.
Смех стал громче.
– Потом мы сделали сайт. И знаете, что я сделал первым делом?
Он выдержал паузу.
– Случайно включил оплату товаров, которых ещё не существовало.
В зале засмеялись. Андрей кивнул.
– Именно. Поэтому если вы начинающий предприниматель, первое правило: не позволяйте восторгу работать вместо головы.
Он рассказал про сорок два оплаченных заказа. Про письма покупателям. Про возвраты. Про первую пробную партию.


























