444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Ирина Ульяненко » Машка Попова. Первый курс (СИ) » Текст книги (страница 19)
Машка Попова. Первый курс (СИ)
  • Текст добавлен: 5 ноября 2026, 16:30

Текст книги "Машка Попова. Первый курс (СИ)"


Автор книги: Ирина Ульяненко



сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 35 страниц)

Про то, как семья вместе упаковывала футболки. И как мама однажды обнаружила на диване целую армию улыбающихся котлет. Зал слушал. Смеялся.

Но самое удивительное произошло ближе к концу. Когда Андрей вдруг перестал шутить.

– Знаете, – сказал он, – сначала мне казалось, что вся эта история про смешную картинку. Про просмотры. Про возможность что-нибудь заработать.

Он посмотрел на экран. Там была фотография Машки. В белом халате. С учебником анатомии.

С улыбкой.

– Но потом я увидел, как сестра готовится к занятиям. Как приходит домой уставшая. Как учит по ночам материал. Как радуется, когда наконец понимает сложную тему.

Андрей помолчал.

– И понял, что наш проект появился не потому, что она любит дурачиться. А потому, что умеет находить смешное даже там, где очень трудно.

В зале стало тихо.

– Сегодня Маша не смогла приехать. У неё зачёт по биохимии. И я очень рад, что она выбрала зачёт, а не сцену.

Он улыбнулся.

– Потому что футболки – это здорово. Но диплом врача за неё никто не получит.

Раздались аплодисменты. Андрей почувствовал, как внутри что-то неожиданно сжалось. Приятно. Странно.

Он никогда раньше не стоял перед таким количеством людей. И не думал, что способен говорить без глупых шуток и дурацких рекламных лозунгов. А теперь стоял. И говорил.

Сам. После выступления ведущая подошла к Андрею.

– Спасибо! Очень интересная история. Можно один вопрос?

– Конечно.

– У вас медицинская тематика. Вы позиционируете ваши футболки как продукцию для врачей?

Андрей задумался. Вот тут можно было красиво соврать. Сказать, что их рекомендуют специалисты. Что они разработаны вместе с университетом.

Что у них уникальная медицинская концепция. Но вспомнил Машку. Её вопрос: «Ты сам-то понимаешь, что обещаешь покупателям?» И ответил:

– Нет. Мы не медицинская организация и не связаны официально с университетом. Просто делаем качественные футболки с юмором, который близок студентам, врачам и вообще всем, кто умеет смеяться над трудностями.

Ведущая улыбнулась.

– Очень честно.

Андрей пожал плечами.

– Нас дома этому быстро научили.

И тут из первого ряда раздался голос маленького мальчика:

– А КОТЛЕТА НАСТОЯЩАЯ?!

Зал взорвался хохотом. Андрей посмотрел на Валентину Петровну. Та стояла совершенно неподвижно. Гордо.

В белом халате. И впервые за долгое время не пыталась никого придавить.

– Нет, дружок, – ответил Андрей. – Но характер у неё настоящий. Особенно если плохо закрепить.

В университете Машка как раз закончила расчёты. Повторное измерение оказалось ближе к ожидаемым значениям. Они с Денисом сверили записи. Проверили расчёты.

И сделали вывод, что первый результат мог быть связан с погрешностью подготовки образца. Но полностью исключить другие причины без дополнительной проверки было нельзя. Машка честно записала это. Орлов подошёл.

Изучил работу. Потом посмотрел на неё.

– Попова, почему не убрали первый результат?

Она удивилась.

– Потому что он был.

– Даже если он неправильный?

Машка задумалась.

– Мы не доказали, что он неправильный. Мы только увидели расхождение. Поэтому записали оба измерения и возможную причину.

Орлов медленно кивнул.

– Именно.

Он повернулся к остальным.

– Коллеги, обратите внимание. В лабораторной работе недостаточно получить красивую цифру. Нужно понимать, откуда она взялась и насколько ей можно доверять.

Машка улыбнулась. И почувствовала, что за последние недели действительно чему-то научилась. Не только биохимии. Когда зачёт закончился, студенты начали сдавать работы.

Лера выглядела измученной. Стас – просветлённым. Правда, скорее от того, что всё закончилось. Кристина довольно улыбалась.

А Денис осторожно спросил Машку:

– Ну как ощущения?

Она задумалась.

– Как будто мозг два часа стирали наждачной бумагой.

– Но справилась?

– Кажется.

Он улыбнулся.

– Молодец.

Машка достала телефон. На экране красовались двенадцать сообщений от Андрея. Она замерла.

– Ой…

Открыла. Первое:

«Мелкая, мы приехали».

Второе:

«Котлету поставили».

Третье:

«Народу дофига».

Четвёртое:

«Меня сейчас объявят».

Пятое:

«МЕЛКАЯ, Я НЕРВНИЧАЮ».

Шестое:

«Всё. Иду».

А потом…

«МЕЛКАЯ!!!»

«Я ВЫСТУПИЛ!!!»

«ОНИ ХЛОПАЛИ!!!»

Машка расплылась в улыбке. И тут же набрала брата. Он ответил мгновенно.

– МЕЛКАЯ!

– АНДРЮША!

– ТЫ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ!

– Рассказывай!

Он говорил быстро. Сбивчиво. Рассказывал про зрителей. Про шутки.

Про мальчика с вопросом о котлете. Про аплодисменты. Про то, как сначала забыл речь. И как потом просто начал говорить.

Машка слушала. Улыбалась. А потом тихо спросила:

– Андрюш, ты доволен?

Брат замолчал. На несколько секунд. И неожиданно ответил:

– Очень.

Машка почувствовала, как внутри стало тепло.

– Тогда я тобой горжусь.

На другом конце снова наступила тишина. Потом Андрей осторожно произнёс:

– Маш…

– Что?

– Ты это серьёзно?

– Серьёзно.

Он шумно выдохнул. И вдруг рассмеялся.

– Чёрт, мелкая… Кажется, я сейчас разревусь.

Машка улыбнулась.

– Только не на сцене. А то Валентина Петровна ревновать будет.

Домой Машка вернулась около пяти. Усталая. Голодная. Но довольная.

Мама встречала её у двери.

– Машенька! Ну как зачёт?

– Сдала работу. Оценку ещё не объявили.

– Думаешь, хорошо?

– Надеюсь.

Из гостиной появился Андрей. Всё ещё в белой рубашке. С растрёпанными волосами. С огромной улыбкой.

Машка остановилась. Посмотрела на него. Потом торжественно развела руки.

– Ну что, господин предприниматель?

Андрей расплылся в улыбке.

– Госпожа будущий патологоанатом!

Они обнялись. По-настоящему. Без толчков. Без подушек.

Без угроз физической расправы. Мама смотрела на них. И улыбалась. Папа, стоявший рядом, тихонько сказал:

– Вот ради таких моментов и стоит детей выращивать.

Андрей повернулся.

– Пап, только не начинай!

Машка рассмеялась.

– Да, пап. Мы сейчас опять нормальными станем.

После ужина Андрей включил запись выступления. Вся семья уселась перед телевизором. Мама. Папа.

Машка. Денис, приехавший к вечеру. И, конечно, сам Андрей. На экране появился фестивальный павильон.

Потом сцена. Потом Андрей. Машка внимательно смотрела. Сначала улыбалась.

Потом смеялась. Но когда брат начал говорить о ней… О том, как она учится. Как старается.

Как любит медицину. Она неожиданно замолчала. Денис заметил. Осторожно сжал её руку.

Машка смотрела на экран. На собственного брата. Который всю жизнь дёргал её за косички. Прятал вещи.

Раздражал. Издевался. И теперь стоял перед незнакомыми людьми и говорил, как сильно гордится своей младшей сестрой. Она почувствовала, что в глазах защипало.

Чёрт. Вот этого она совсем не ожидала. Когда запись закончилась, Машка некоторое время молчала. Потом повернулась к Андрею.

– Андрюш…

Он насторожился.

– Что?

Она сглотнула.

– Ты зачем такое сказал?

Брат удивился.

– Какое?

– Про меня.

Он пожал плечами.

– Потому что правда.

Машка смотрела на него. Потом неожиданно обняла. И тихо произнесла:

– Спасибо.

Андрей крепко прижал её к себе.

– Да ладно тебе, мелкая.

Потом, разумеется, не выдержал:

– Только носом мне рубашку не испачкай. Она новая.

Машка мгновенно отстранилась.

– АНДРЕЙ!

И всё вернулось на свои места. На следующий день Орлов объявил результаты зачёта. Машка сидела возле Дениса. Нервничала.

Хотя старалась не показывать. Преподаватель открыл журнал. Назвал несколько фамилий. Потом поднял глаза.

– Попова Мария Сергеевна.

Она выпрямилась.

– Да.

– Работа хорошая. Особенно анализ повторного измерения.

Машка замерла. Орлов продолжил:

– Есть небольшая неточность в объяснении одного из этапов реакции. Поэтому оценка – четыре.

Машка на секунду расстроилась. Совсем чуть-чуть. Она ведь старалась. Очень.

Но потом вспомнила, как ещё недавно путала энергетическую валюту клетки с коммерческой прибылью. И неожиданно улыбнулась.

– Спасибо, Максим Андреевич.

Преподаватель кивнул.

– И продолжайте в том же духе. Неидеальные результаты, которые вы понимаете, ценнее красивых цифр, полученных бездумно.

Машка села. Денис наклонился к ней.

– Ну что?

Она улыбнулась.

– Четыре.

– Расстроилась?

Машка задумалась.

– Нет.

– Правда?

– Правда. Я честно заработала.

Он поцеловал её в висок.

– Вот и правильно.

На перемене Кристина подошла к Машке.

– Ну что, Попова, поздравляю.

– С чем?

– С четвёркой.

Машка прищурилась.

– А у тебя сколько?

– Пять.

Машка замерла. Посмотрела на неё. Потом медленно улыбнулась.

– Ну что ж…

Кристина насторожилась.

– Что?

– Поздравляю.

Девушка удивилась.

– Серьёзно?

– Конечно. Ты хорошо подготовилась.

Кристина улыбнулась.

– Спасибо.

Машка задумчиво добавила:

– Только теперь ты обязана объяснить мне ту реакцию, где я ошиблась.

Кристина рассмеялась.

– Договорились.

В этот момент подлетела Лера.

– ДЕВОЧКИ!

Обе одновременно повернулись.

– ЧТО?!

Лера замерла. Посмотрела на них. И подозрительно прищурилась.

– Вы чего опять вместе?

Машка вздохнула.

– Лер, мы уже почти месяц пытаемся дружить. Ты когда привыкнешь?

Подруга задумалась.

– Наверное, никогда.

Кристина расхохоталась. Но самым неожиданным событием дня стало письмо от профессора Лаврова. Точнее, официальное уведомление, которое пришло всей группе ЛД-101. В нём говорилось, что ознакомительный визит в университетскую клинику окончательно согласован.

Студентам предстояло познакомиться с работой нескольких отделений. Посмотреть учебные помещения. Послушать специалистов. И узнать, как устроена работа настоящего медицинского учреждения.

Машка прочитала письмо три раза. Потом ещё один. А затем схватила Дениса за руку.

– Волков!

– Что?!

– НАС ПРИГЛАШАЮТ!

Он улыбнулся.

– Я видел.

– В КЛИНИКУ!

– Да.

– К НАСТОЯЩИМ ВРАЧАМ!

Денис рассмеялся.

– Маш, мы вообще-то тоже собираемся стать врачами.

Она задумалась.

– Да. Но пока у нас больше получается становиться причиной нервного тика преподавателей.

Он захохотал. Вечером Денис пришёл к Машке домой. Они сидели в её комнате. На кровати лежали учебники.

На столе – конспекты. В кресле – три кофты. А на люстре… Машка прищурилась.

Опять что-то висело. Она посмотрела внимательнее. На этот раз это был пакет. Маленький.

Бумажный. С логотипом магазина. Машка медленно повернулась к Денису.

– Волков…

– Что?

– Ты видишь?

Он поднял голову. Посмотрел на люстру. Потом на неё.

– Вижу.

– Как думаешь, кто это сделал?

Денис улыбнулся.

– Андрей?

Машка кивнула.

– Ага.

Она сняла пакет. Заглянула внутрь. И неожиданно замерла. Там лежала небольшая коробочка.

С открыткой. Машка достала её. Развернула. На открытке было написано:

«Мелкая, ты заставила меня поверить, что я могу сделать что-то настоящее. Теперь моя очередь поддержать тебя. Андрей».

Машка медленно открыла коробку. Внутри лежала красивая металлическая ручка. Тёмно-синяя. Тяжёлая.

С аккуратной гравировкой.

«М. С. Поповой. Будущему врачу».

Она несколько секунд смотрела на подарок. Потом осторожно провела пальцами по буквам. Денис улыбнулся.

– Красиво.

Машка кивнула. И неожиданно почувствовала, как снова защипало глаза.

– Очень.

Она достала телефон. Написала брату:

«Андрюш, спасибо. Она прекрасная».

Ответ пришёл почти сразу:

«Только не потеряй. Я на неё полдня выбирал гравировку».

Машка рассмеялась.

«Не потеряю».

Пауза. Потом Андрей написал:

«И не забудь: когда станешь врачом, я первый буду всем рассказывать, что это моя сестра».

Машка улыбнулась.

«А я буду всем рассказывать, что мой брат – тот самый человек, который придумал котлету в медицинском халате».

Ответ пришёл мгновенно:

«ГОРЖУСЬ».

Позднее, когда Денис уже собирался уходить, его телефон завибрировал. Он посмотрел на экран. И неожиданно нахмурился. Машка заметила.

– Что случилось?

– Папа написал.

– И?

Денис некоторое время молчал. Потом показал ей сообщение. Александр Михайлович: «Денис, я видел программу визита вашей группы в клинику. Игорь Борисович договорился, что ты сможешь посмотреть учебную демонстрацию по хирургии. После этого серьёзно поговорим о твоём будущем». Машка медленно подняла глаза.

– Волков…

Он тяжело вздохнул.

– Вот.

Она вспомнила их разговор в гостиной. Когда Денис признался, что не уверен, хочет ли быть хирургом. Что ему нравятся медицинские технологии. Программирование.

Разработка оборудования. И что он боится разочаровать отца. Машка осторожно взяла его за руку.

– Денис, ты ведь ещё не рассказал ему?

Он покачал головой.

– Нет.

– Почему?

Денис посмотрел на окно. Потом тихо ответил:

– Потому что не знаю, как сказать человеку, который всю жизнь мечтал видеть тебя своим продолжением, что ты хочешь быть собой.

Машка помолчала. Потом подошла ближе. Обняла его. И тихо произнесла:

– Ну что, Волков…

Он посмотрел на неё.

– Что?

Она улыбнулась.

– Кажется, теперь твоя очередь сдавать зачёт.

Денис невесело усмехнулся.

– По какому предмету?

Машка подумала. И ответила:

– По взрослой жизни.

Он обнял её крепче. А потом неожиданно спросил:

– Маш, ты будешь рядом?

Она подняла голову. Посмотрела ему в глаза. И совершенно серьёзно сказала:

– Конечно.

И в этот момент Машка поняла, что их следующий поход в клинику может оказаться куда сложнее обычной учебной экскурсии. Потому что ей предстояло впервые увидеть профессию своей мечты. А Денису – возможно, впервые открыто сказать отцу, что его мечта совсем другая.

И кто из них будет волноваться сильнее, пока оставалось неизвестным.

Конец двадцать шестой главы.

Глава 27. Клиника, папа-хирург и одна мечта на двоих

Глава 27. Клиника, папа-хирург и одна мечта на двоих

Машка Попова проснулась за двадцать минут до будильника. И сразу поняла: произошло что-то ненормальное. Во-первых, она проснулась сама. Во-вторых, прекрасно помнила, какой сегодня день.

А в-третьих, совершенно не хотела снова засыпать. Она лежала, смотрела в потолок и улыбалась. Сегодня их группу везли в университетскую клинику. Настоящую.

С настоящими врачами. С операционными. С лабораториями. И, самое главное, с отделением патологической анатомии!

Машка резко села.

– ГОСПОДИ! СЕГОДНЯ ЖЕ КЛИНИКА!

Из соседней комнаты донёсся сонный голос Андрея:

– МЕЛКАЯ! ТЫ ЧЕГО ОРЁШЬ?!

– Я СЕГОДНЯ В КЛИНИКУ ЕДУ!

– ТЕБЯ ЧТО, ГОСПИТАЛИЗИРОВАЛИ?!

Машка закрыла глаза.

– Андрей…

– ЧТО?!

– Я ТЕБЯ КОГДА-НИБУДЬ ТУДА САМ ПРИВЕЗУ!

Брат некоторое время молчал. Потом сонно ответил:

– Только в палату с телевизором.

Через полчаса Машка стояла перед зеркалом. В чистых джинсах. В светлой рубашке. С аккуратно собранными волосами.

И с таким серьёзным лицом, что сама себя не узнавала. Она повернулась боком. Потом другим. Поправила воротник.

И вдруг задумалась. А что, если сегодня ей действительно покажут настоящую патологическую анатомию? Не картинки из учебника. Не учебные препараты.

А место, где врачи каждый день работают с материалами и ставят диагнозы. У неё даже живот приятно свело от волнения. Машка открыла ящик стола. Достала подаренную Андреем ручку.

Тёмно-синюю. С гравировкой:

«М. С. Поповой. Будущему врачу».

Повертела её в руках. Улыбнулась. И аккуратно положила в сумку. Потом подумала.

Достала снова. Проверила, пишет ли. Пишет. И снова положила.

– Так, – пробормотала она. – Главное, ничего не забыть.

Она проверила сумку. Блокнот. Документы. Телефон.

Зарядка. Бутылка воды. Бутерброд. Запасной бутерброд.

И маленькая шоколадка. На всякий случай. Из дверей выглянула мама.

– Машенька, ты готова?

– Да!

Мама посмотрела на открытый рюкзак. Потом на дочь.

– А халат?

Машка замерла. Медленно повернула голову. Посмотрела на пустой крючок. Потом на маму.

– МА-А-АМ!

Мама вздохнула.

– Я так и знала.

За завтраком папа внимательно изучал программу визита.

– Значит, сначала знакомство с клиникой, потом симуляционный центр, потом лаборатория?

Машка кивнула.

– Ага.

– И патологоанатомическая служба?

Она просияла.

– Да!

Отец улыбнулся.

– Ты прямо сияешь.

– Пап, ты не представляешь!

Андрей оторвался от телефона.

– Мелкая, а можно тебе задание дать?

Машка насторожилась.

– Какое?

– Посмотри, там врачи футболки с котлетами носят?

Она медленно положила ложку.

– Андрей…

– Что?!

– Я еду знакомиться с медициной. Не проводить маркетинговое исследование.

Брат задумался.

– Ну одно другому не мешает.

Мама строго посмотрела на него.

– Андрей, оставь сестру в покое.

Он поднял руки.

– Всё! Молчу!

Прошла секунда.

– А фотографировать там можно?

Машка прищурилась.

– Только там, где разрешат. И никаких пациентов.

Андрей кивнул.

– Правильно.

Она удивлённо посмотрела на него.

– Ты сегодня снова разумный?

Брат ухмыльнулся.

– Привыкай. Я теперь предприниматель с репутацией.

Отец кашлянул в кулак. Мама отвернулась к плите. А Машка захохотала. Денис ждал её возле машины.

Но сегодня выглядел не так, как обычно. Серьёзный. Немного задумчивый. Без привычной уверенной улыбки.

Машка сразу заметила.

– Волков…

Он повернулся.

– Привет, любимая.

Поцеловал её. Открыл дверцу. Но Машка не села.

– Ты нервничаешь?

Денис вздохнул.

– Немного.

– Из-за папы?

Он кивнул.

– Да.

Она посмотрела на него. Потом осторожно взяла за руку.

– Денис, ты не обязан сегодня решать всю свою жизнь.

Он усмехнулся.

– Хотелось бы, чтобы отец думал так же.

Машка задумалась.

– А он точно уверен, что ты хочешь стать хирургом?

– Почти. Он всегда говорил: «Когда закончишь медицинский, пойдёшь ко мне в отделение. Посмотришь, как всё устроено».

– А ты молчал?

Денис кивнул.

– Да.

Машка вздохнула.

– Ну, Волков, тогда он не телепат. Откуда ему знать, что ты передумал?

Он посмотрел на неё.

– Не передумал. Я ведь никогда окончательно не решал.

Машка улыбнулась.

– Вот именно. Ты ещё ищешь своё.

Денис задумался. Потом обнял её.

– Хорошо, что ты рядом.

Она прижалась к нему.

– Конечно хорошо. Я вообще полезная девушка.

Он рассмеялся.

– Очень.

Машка задумчиво добавила:

– Особенно если кормить вовремя.

Возле клиники собралась почти вся группа ЛД-101. Лера стояла в идеально выглаженной одежде и выглядела так, словно собиралась на собеседование в министерство здравоохранения. Кристина держала блокнот. Соня фотографировала здание с улицы.

А Стас пытался убедить Артёма, что если надеть медицинскую шапочку задом наперёд, можно выглядеть как знаменитый хирург.

– Морозов, – сказала Машка, подходя, – если ты сегодня опозоришь нашу группу, я тебя лично оставлю здесь на практику санитаром.

Стас обрадовался.

– А зарплату дадут?

Она задумалась.

– Нет. Это будет общественная повинность.

Лера бросилась к подруге.

– МАШКА! ТЫ ВОЛНУЕШЬСЯ?!

– Очень!

– Я ТОЖЕ!

– Лер, только не кричи. Нас пока даже внутрь не пустили.

Кристина подошла ближе.

– Девочки, вы можете вести себя хоть немного прилично?

Машка посмотрела на неё.

– Кристин, а ты чего такая спокойная?

Та пожала плечами.

– Я нервничаю молча.

Стас торжественно кивнул.

– Высокий уровень профессионализма.

Профессор Лавров встретил студентов в просторном вестибюле. На нём был белый халат. На груди – бейдж. В руках – папка.

Он улыбнулся.

– Доброе утро, коллеги.

– Здравствуйте!

– Сегодня вы познакомитесь с несколькими направлениями нашей работы. Сразу предупреждаю: клиника – не музей и не съёмочная площадка. Здесь лечат людей.

Студенты притихли. Лавров продолжил:

– Поэтому соблюдаем инструкции сопровождающих. Ничего не трогаем без разрешения. Не фотографируем пациентов, документы и рабочие экраны. В отделения входим только туда, куда вас пригласят.

Машка внимательно слушала. Стас поднял руку.

– Игорь Борисович!

– Да?

– А в операционную нас пустят?

Лавров улыбнулся.

– В действующую – нет. Сегодня для вас подготовлен симуляционный центр, где можно познакомиться с техникой и учебными моделями.

Стас немного разочаровался.

– А-а-а…

Машка толкнула его локтем.

– Станислав, радуйся. Там хотя бы никому не навредишь.

Лавров услышал. Приподнял бровь.

– Попова, оптимизм ваш я ценю. Но в симуляционном центре оборудование тоже дорогое.

Она мгновенно выпрямилась.

– Я ничего не трону!

– Пока не разрешат, – уточнил профессор.

– Именно!

Первой остановкой стал учебный симуляционный центр. Большое светлое помещение. Манекены пациентов. Мониторы.

Учебные хирургические тренажёры. Столы с инструментами. И оборудование, напоминавшее настоящую операционную. Лера замерла у входа.

– Ого…

Кристина медленно огляделась.

– Красиво.

Стас подошёл к манекену. Посмотрел на него. Потом осторожно спросил:

– А его как зовут?

Машка закрыла глаза. Ну конечно. Не прошло и трёх минут. Инструктор симуляционного центра, молодая женщина по имени Анна Сергеевна, рассмеялась.

– У него официально инвентарный номер.

Стас задумался.

– А неофициально?

Она улыбнулась.

– Виктор.

Машка посмотрела на манекен. Потом на Стаса.

– Всё. Теперь у Геннадия Аркадьевича появился родственник.

Анна Сергеевна показала студентам, как используется симуляционное оборудование. Манекен мог воспроизводить дыхательные движения. Реагировать на определённые действия. Передавать параметры на монитор.

На учебной модели можно было отрабатывать действия в заранее подготовленных сценариях.

– Здесь, – объяснила инструктор, – мы учимся не только выполнять отдельные процедуры, но и общаться в команде, проверять информацию и принимать решения.

Машка заинтересованно подняла руку.

– А можно смоделировать ошибку оборудования?

Анна Сергеевна улыбнулась.

– Конечно. Более того, некоторые сценарии специально создаются так, чтобы участники учились отличать реальное изменение состояния пациента от проблемы с датчиком или измерением.

Денис моментально оживился. Машка заметила. Он подошёл ближе к монитору. Начал внимательно рассматривать систему.

Спросил о том, как программа обрабатывает сигналы. Как передаются показатели. Как проверяют корректность измерения. И что происходит, если один датчик начинает давать неверные данные.

Анна Сергеевна с интересом отвечала. А Машка стояла рядом и улыбалась. Вот. Вот он.

Настоящий Денис. Не тот, который пытается оправдать ожидания отца. А тот, у которого глаза загораются от медицинской техники.

– Давайте небольшой учебный сценарий, – предложила инструктор.

Она пригласила к манекену Дениса, Машку и Кристину. Остальные наблюдали. На мониторе появились показатели. Потом прозвучал тревожный сигнал.

Один из параметров резко снизился. Лера испуганно вздрогнула.

– Ой!

Стас выпрямился.

– ВСЁ! ВИКТОРУ ПЛОХО!

Анна Сергеевна подняла руку.

– Спокойно. Это симуляция. Ваша задача – назвать, что нужно проверить в первую очередь.

Машка посмотрела на монитор. Потом на манекен.

– Сначала оценить самого пациента и убедиться, что проблема действительно существует, а не просто смотреть на цифру.

Инструктор кивнула.

– Хорошо.

Кристина добавила:

– Проверить остальные показатели и общее состояние.

– Верно.

Денис внимательно посмотрел на учебный датчик. Потом на кабель.

– А здесь соединение неплотное, – заметил он. – Возможно, сигнал теряется из-за датчика.

Анна Сергеевна улыбнулась.

– Правильно. В этом сценарии мы специально нарушили контакт.

Она продемонстрировала правильное подключение. Тревожный показатель исчез. На мониторе восстановилось нормальное значение. Денис заинтересованно спросил:

– А современные системы умеют автоматически определять, что сигнал недостоверен?

Анна Сергеевна кивнула.

– Многие системы анализируют качество сигнала и предупреждают об артефактах. Но это не отменяет проверки человеком. Нельзя просто отключить тревогу и решить, что всё хорошо.

Денис ещё долго задавал вопросы. Про программное обеспечение. Про контроль качества. Про надёжность.

Машка слушала. И всё больше убеждалась: её парень действительно нашёл то, что ему интересно.

– Волков.

Голос раздался от дверей. Денис обернулся. И замер. Возле входа стоял высокий мужчина в хирургическом костюме.

Седина на висках. Спокойное уверенное лицо. Александр Михайлович Волков. Отец Дениса.

Машка сразу почувствовала, как парень напрягся.

– Пап…

Александр Михайлович улыбнулся.

– Привет, сын.

Потом посмотрел на Машку.

– Мария, рад вас видеть.

Она выпрямилась.

– Здравствуйте, Александр Михайлович.

Он кивнул.

– Ну что, знакомитесь с настоящей медициной?

– Очень интересно!

– Рад слышать.

Потом повернулся к Денису.

– Игорь Борисович сказал, что вы сегодня будете работать с хирургическим тренажёром. Как раз увидишь, насколько важна точность движений.

Денис кивнул. Но Машка заметила: прежняя улыбка исчезла. Следующим этапом действительно оказался хирургический симулятор. На столе стояла учебная установка с камерой, экраном и инструментами для отработки движений.

Внутри учебного бокса лежали маленькие предметы. Задача состояла в том, чтобы под контролем изображения аккуратно перемещать их инструментами.

– Представьте, – объяснил Лавров, – что вы смотрите не прямо на руки, а на экран. Координация движений здесь совершенно другая.

Он показал несколько простых упражнений. Потом пригласил добровольцев. Первым вызвался Стас. Разумеется.

Он взял инструменты. Посмотрел на экран. Попытался захватить маленькое пластиковое кольцо. Промахнулся.

Попробовал снова. Кольцо упало. Стас нахмурился.

– Да что ж такое…

Машка стояла позади.

– Морозов, представь, что это последний бутерброд в столовой.

Он тут же сосредоточился. И неожиданно захватил кольцо. Поднял. Переместил.

Аккуратно положил в нужное место. Лавров рассмеялся.

– Вот! Правильная мотивация иногда действительно помогает.

Стас расплылся в улыбке.

– Я знал!

Следующей была Лера. Она долго не решалась. Но Никита, который утром написал ей пожелание удачи, явно вдохновил подругу. Она взяла инструменты.

Сосредоточилась. И справилась довольно хорошо. Кристина тоже показала неплохой результат. А когда подошла очередь Машки, началось самое интересное.

Она взяла инструменты. Посмотрела на экран. Прицелилась. Попыталась захватить кольцо.

Оно выскользнуло. Она нахмурилась. Попробовала ещё раз. Кольцо снова упало.

Стас радостно оживился.

– ПОПОВА! ЭТО НЕ КОТЛЕТА! ЕГО ЕСТЬ НЕ НАДО!

Машка медленно повернула голову.

– Станислав…

Лавров улыбнулся.

– Мария, не отвлекайтесь. Здесь важны спокойствие и точность.

Она глубоко вдохнула. Снова посмотрела на экран. И на этот раз захватила кольцо. Медленно перенесла.

Положила.

Получилось!

Машка просияла.

– ЕСТЬ!

Лавров кивнул.

– Хорошо.

Но потом неожиданно добавил:

– Правда, для будущего патологоанатома вы проявили очень воинственный характер.

Машка улыбнулась.

– Игорь Борисович, вы просто не видели, как я собирала скелет с Кристиной.

Денис справился с упражнением уверенно. Не идеально. Но очень хорошо для первого раза. Александр Михайлович наблюдал за ним.

И выглядел довольным. Когда сын закончил, отец подошёл ближе.

– Вот видишь, Денис. У тебя хорошие руки. Я всегда говорил, что хирургия тебе подходит.

Денис аккуратно положил инструмент. Посмотрел на отца. И ответил:

– Пап, мне понравилось упражнение. Но больше всего мне интересно, как устроен сам тренажёр.

Александр Михайлович немного удивился.

– В каком смысле?

– Как он обрабатывает движения инструментов. Как обучают на таких системах. Как их разрабатывают.

Отец помолчал. Потом улыбнулся.

– Это тоже полезно знать хирургу.

Денис кивнул. Но Машка увидела, что он хотел сказать что-то ещё. И не решился. Пока.

После симуляционного центра группу разделили. Часть студентов отправилась на встречу со специалистами хирургического направления. Часть – в учебную лабораторию. Машка вместе с Лерой, Кристиной и несколькими одногруппниками направилась к патологоанатомической службе.

Денис пошёл с ними. Хотя Александр Михайлович явно ожидал, что сын останется на хирургической части программы. Машка заметила его взгляд. Но ничего не сказала.

У каждого сегодня был свой экзамен. В небольшом учебном кабинете их встретила женщина лет сорока пяти. С короткими тёмными волосами. В очках.

С уверенными движениями. И удивительно доброй улыбкой.

– Добрый день, коллеги. Меня зовут Ольга Сергеевна Миронова. Я врач-патологоанатом.

Машка замерла. Вот. Вот она. Настоящий патологоанатом.

Не картинка. Не статья. Не учебник. Живой человек, который каждый день занимается профессией, о которой Машка мечтала.

Ольга Сергеевна оглядела студентов.

– Скажите, кто-нибудь из вас уже задумывался о выборе специальности?

Машка подняла руку так быстро, что едва не задела Леру.

– Я!

Ольга Сергеевна улыбнулась.

– Какая специальность вас интересует?

Машка выпрямилась.

– Патологическая анатомия.

Врач удивлённо подняла брови.

– Первый курс?

– Да.

– И уже решили?

Машка смутилась.

– Пока мечтаю.

Ольга Сергеевна улыбнулась.

– Хорошая мечта. Но сначала давайте познакомимся с профессией поближе.

На экране появились изображения тканей. Обычные. Учебные. Без персональных данных пациентов.

Ольга Сергеевна объяснила, что патологоанатомическая служба занимается не только посмертными исследованиями. Большая часть диагностической работы во многих таких отделениях связана с изучением операционного и биопсийного материала. Врач показала изображение здоровой ткани. Потом – пример воспалительных изменений.

– Видите различия?

Машка подалась вперёд. Кристина тоже. Лера внимательно смотрела. Ольга Сергеевна продолжила:

– Для постановки заключения важно не просто увидеть клетки. Нужно учитывать строение ткани, характер изменений, клинические сведения и качество самого материала.

Машка подняла руку.

– А если материал плохо подготовлен?

Врач посмотрела на неё.

– Тогда это может серьёзно затруднить исследование. Поэтому так важны правильная фиксация, обработка, маркировка и контроль на каждом этапе.

Машка кивнула. Вспомнила занятия Беляева. И неожиданно почувствовала, как всё начинает складываться в единую картину. Гистология.

Анатомия. Биохимия. Клиническая медицина. Это были не отдельные предметы.

Это были части одного огромного мира.

– А теперь, – сказала Ольга Сергеевна, – посмотрим на два учебных изображения.

Она переключила слайд. На первом была ткань с обычным строением. На втором – с выраженными изменениями.

– Что вы можете сказать?

Машка внимательно посмотрела. Долго. Потом осторожно произнесла:

– На втором изображении нормальная структура ткани нарушена. И видно больше клеток, которые могут относиться к воспалительному инфильтрату.

Ольга Сергеевна кивнула.

– Хорошее наблюдение. А можете поставить диагноз?

Машка задумалась. Потом покачала головой.

– Нет. У меня недостаточно знаний. И одного изображения мало.

Врач улыбнулась.

– Прекрасно.

Лера удивлённо подняла голову. Кристина тоже. А Ольга Сергеевна продолжила:

– Запомните, коллеги. Очень важно знать не только то, что вы видите, но и границы того, что можете утверждать. Уверенное предположение ещё не равно диагнозу.

Машка улыбнулась. И почувствовала, что запомнит эти слова. После занятия студенты задавали вопросы. Много.

Один спросил, страшно ли работать с тяжёлыми диагнозами. Другой – сколько лет нужно учиться. Лера поинтересовалась, бывают ли случаи, когда исследование помогает изменить первоначальное клиническое предположение. Ольга Сергеевна подробно объяснила, как результаты морфологического исследования помогают уточнять диагноз.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю