Текст книги "Гриесс, история одного вампира (СИ)"

Автор книги: Ирина Нанако

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 40 страниц)

Глава 42 Варастия

Архимага на месте не оказалось, неизменно приветливая секретарша посоветовала поискать его в саду, у него там назначена с кем-то встреча. Искали долго, учебный год недавно начался, и в парке и саду прогуливались, спешили по делам, стояли группами, что-то горячо обсуждая, толпы студентов. И никто из них не смог подсказать, где можно найти Квинтила. После продолжительных поисков, начавших порядком обоим надоедать, обнаружили архимага в самом дальнем искусственном гроте с видом на океан. Квинтил оживленно разговаривал с мужчиной, который в ответ лишь молча кивал, иногда вставляя пару вопросов. Заметив подошедших Мару и Гриесса, он сделал им знак подождать.

– Нам обязательно с ним встречаться? – недовольно спросила Мара. – Если ты хочешь выехать сегодня на закате, то я не успею собраться. Сколько времени тут потеряли!

– Обязательно нужно, – ответил Гриесс, – нехорошо молча уехать, сама потом себя станешь ругать. А собираться тебе особо не надо, только из еды что-нибудь захватить и то немного.

– Как это только еду? – удивилась она. – А одежду, овес, утварь всякую?

– Эжен останется тут, у меня нет времени подстраиваться под него, поедем на Алоде, ему овес без надобности. А одежда… кроме того, что на тебе, возьмем только плащ. Мы едем не в какое-то захолустье, а ко мне домой, в Варастию, в королевский замок. И там тебе такие наряды предложат – ахнешь!

– Даже так, – Мара не ожидала такого ответа, – и сколько времени уйдет на дорогу?

Спросила и внутренне замерла, боясь услышать цифру. А мысль о предстоящем выборе она гнала подальше, когда надо будет выбирать, тогда и станет решать, а сейчас она слушала веление своего сердца, а оно настаивало – куда угодно, только вместе.

– Дней десять до границ Варастии, – задумавшись, ответил Гриесс, – а оттуда до Арнс'Кераха еще несколько дней, это уже как получится.

– Так быстро…, – недоверчиво протянула она, – это ж через три страны ехать, и мы уложимся в десять дней. Диале ближе намного было и, то неделя ушла только туда, даже больше.

– Сомневаешься? – самодовольно ухмыльнулся он. – Алод со мной в паре может двигаться намного быстрее. Отпадает необходимость остановок для отдыха и кормежки, я его подпитываю на ходу, система давным-давно отработана. Так что путешествие долго не продлится, не успеешь и заметить, а мы уже приедем.

Пока Мара пыталась переварить полученную информацию, архимаг закончил беседу, если это вообще можно было назвать беседой: его спутник за все время произнес всего несколько слов. Попрощавшись с собеседником, бросившим на них цепкий, внимательный взгляд, Квинтил улыбаясь сделал несколько шагов навстречу.

– Что привело вас ко мне? – спросил он радостно, после обмена приветствиями. – Неужели наскучил отдых и вы пришли за очередным заданием?

– Нет, – Гриесс не разделил радостного настроения архимага, а наоборот, выглядел мрачно и сосредоточенно.

Заметив это, Квинтил сменил тон.

– Что-то случилось?

– Война, – коротко, не вдаваясь в подробности, ответил вампир, – меня срочно вызывают домой.

– И я провожу его до границ Лурдии, – добавила Мара, – нужно вернуть клятву.

– Для этого не нужно никуда ехать, – наставительно заметил архимаг, – ее можно вернуть здесь и сейчас.

– Нет! – поспешно возразила она и удивилась собственной наглости, она перечит самому архимагу! – во избежание ненужных задержек я провожу, и там, на границе, верну клятву.

К ее удивлению Квинтил не стал возражать.

– Хорошо. Не скажу, что сильно опечален вашим отъездом, – архимаг обратился к вампиру, – но все же, ваше высочество, ваша помощь оказалась очень ценной.

Гриесс наклонил голову.

– Считайте это подарком судьбы, – сказал он на прощанье и, откланявшись, увлек за собой Мару.

– Почему ты не разрешил сказать ему правду? – спросила она, собирая у себя на кухне нехитрую снедь в дорогу.

– Он непременно стал бы возражать и всячески тебя отговаривать. А у меня на это нет времени и желания. Напиши ему записку, пусть завтра Эйлин ее отнесет.

– Обязательно напишу! Так хоть не будет ждать моего возвращения, и вообще обманывать нехорошо, тем более мессира архимага.

На это Гриесс лишь елейно улыбнулся.

Городские ворота уже почти закрыли, не успели только положить засов, но для посланников архимага их приоткрыли, пропуская Алода. В этот день на воротах дежурил тот же маг, Ворт, что и в день их первого приезда в город. Он все еще помнил их первую встречу и то, как к нему отнеслись и Мара, и вампир, но ворота приказал отворить немедля, ему до смерти надоела эта служба, он мечтал о стоящем деле и потому спорить с посланниками архимага не стал. Только удивленно провожал их взглядом, почему вдвоем на одном коне? Ворт стоял, придерживая край створки и взглянув вверх, наткнулся на красные вампирские глаза и широкую улыбку, демонстрирующую всю длину и белизну клыков.

– Спасибо, – произнес вампир и пустил коня в галоп.

Дежурный маг так и застыл с выпученными глазами и смешанными чувствами внутри.

Нестерпимо ярко сверкала луна на практически безоблачном небе, угольно-черные тени от деревьев казались почти твердыми, дотронься и наткнешься на препятствие. Алод несся по хорошо наезженному тракту с такой скоростью, что у Мары стала кружиться голова. Сильный встречный ветер сбивал дыхание% быстро, очень быстро мелькали деревья и лента дороги, мгновенно исчезающая под копытами, вызывала чувство нарастающего дискомфорта. Она честно пыталась с этим бороться, но ничего не получалось. От нехватки кислорода голова кружилась все сильнее, дышать удавалось рывками, нормального глубокого вздоха не получалось. Примерно через час мучений она взмолилась.

– Останови! Больше не могу!

Гриесс молча выполнил ее просьбу, Алод замедлил бег, а потом и совсем остановился. Мара сползла с седла на землю и, держась за него, пыталась прийти в себя. Гриесс неслышно спрыгнул рядом.

– Что случилось? – с удивлением и беспокойством спросил он, заглядывая ей в глаза.

– Не могу, – призналась она, – голова кружится, дышать не получается. Как ты выдерживаешь такую скорость?

– Хм, – озадачился Гриесс, – летаю я гораздо быстрее, Алод так не может. И потом, вероятно, это дело привычки.

– О Боги! Неужели к этому можно привыкнуть?

– Можно. И ты со временем привыкнешь. Только вот сейчас у меня нет этого времени. Надо ехать как можно быстрее.

– Что же делать? – несчастным голосом спросила Мара.

– Как вариант – могу усыпить, – предложил вампир, – разбужу у самой границы, до нее все одно ничего интересного не будет. А так еще и время сэкономим!

– Отличная мысль! – Мара воспрянула духом. – Усыпляй!

Взяв в руки ее голову, Гриесс пристально всмотрелся в глаза.

– Только не сопротивляйся, помни – ты мне доверяешь. Ты же мне доверяешь?

– Да, – чуть слышно произнесла она, ноги стремительно становились ватными, телом овладевала истома, глаза закрывались, нестерпимо хотелось спать.

Мара погрузилась в долгий, сладкий сон, без вмешательства вампира могущий превратиться в очень долгий. Гриесс завернул ее в плащ и без особых усилий поднялся в седло со спящей девушкой на руках. Устроив ее поудобней, он негромко сказал Алоду.

– Давай, мальчик, покажи все, на что ты способен.

Скакун дернул головой, издал негромкий рык и почти с места рванул галопом. Трое суток они не останавливались вообще, границу с Лурдией проскочили без происшествий, ни стража, ни дежурный маг не успели понять, что так быстро пронеслось мимо – призрак? вихрь? С тракта Гриесс не сворачивал, не хотел терять скорость, города объезжал, через поселения и фермы, попадавшиеся на пути, проносился, не сбавляя скорости. Люди не в состоянии были рассмотреть, что это пронеслось, они слышали только стук копыт и видели черную тень мелькнувшую мимо них. Даже испугаться не успевали. В одном из поселков на территории Ситании на дороге попался старик, медленно бредущий с одной стороны дороги на другую. Вампир не стал притормаживать или поворачивать Алода, просто заставил прыгнуть, и Алод прыгнул. Старика обдало столбом пыли, на мгновение мелькнуло темное облако. Дед решил, что ветер балует и побрел дальше.

На четвертые сутки резерв Гриесса стал иссякать, пришлось сделать небольшую остановку и, оставив Мару на попечении Алода, отлучиться пополниться.

Границу вампир решил пересечь в Панкоре, подальше от дорог и поселков. Хотел убить двух зайцев и совместить приятное с полезным. На границе с людьми, особенно с Панкором, давно уже ничего не происходит, купцы и переселенцы ездят по трактам, по бездорожью никто не ходит, лазутчиков и то давно перестали засылать. Пограничные вампирские разъезды вполне могли расслабиться и потерять бдительность, и проверить это и собрался Гриесс.

Вдоль всей границы Варастии на равном расстоянии друг от друга стояли высокие каменные столбы, более широкие у основания и сужающиеся кверху, между ними поблескивал редкими искорками магический барьер, невидимый обычному взгляду. Не доезжая до него каких-то полтора десятка метров, Гриесс остановил Алода и разбудил Мару.

– Приехали? – спросила она, оглядываясь по сторонам, во взгляде сквозило непонимание.

Все было скрыто в таком густом тумане, что дальше десяти метров ничего не разглядишь.

– Нет еще, только до границы добрались. Ты должна вернуть мне клятву, не могу я появиться дома в качестве твоего слуги!

– Точно! – Мара встала с накидки, потянулась и вопросительно глянула на вампира. – Что надо говорить?

– Почти то же самое, что и при принесении клятвы, только не принимаю, а возвращаю и освобождаю от данных обещаний. Если все сделаешь правильно, то наша магическая связь тут же исчезнет.

Она все сделала правильно, с последним ее словом магическая нить, связующая их ауры, медленно растаяла.

– Ну вот, – с ноткой печали сказал Гриесс, – теперь в твоей голове только ты, и никто больше не подслушивает твои мысли, и никто не дает подсказок.

– Да, – согласилась она, – очень непривычное чувство.

Вампир подобрал с земли накидку, помог Маре забраться в седло, усадив ее впереди себя, и пустил Алода шагом.

– Впереди магический барьер, не бойся, это как через мыльный пузырь пройти, но ты его почувствуешь.

Барьер их пропустил, сильно растянувшись, а потом резко сомкнувшись позади. Проехав несколько десятков метров, Гриесс остановился, спешился, бросил на траву меховую накидку и достал из сумок узелок с холодной курицей, хлебом и свежими овощами, прихваченными им в последнем селении. Мара спала и он уже не считал нужным изображать из себя человека, просто вошел в таверну и взял, что посчитал нужным, никто этого и не заметил.

Мара принялась за еду, за неделю, проведенную во сне, она успела порядком проголодаться. Поглощая холодную курицу она с интересом осматривалась. Местность разительно отличалась от той, из которой они совсем недавно выехали. Туманный рассвет перетек в такое же туманное утро, взошедшее солнце просвечивало как мутное пятно. Видимость оставалась по прежнему минимальной, все тонуло в белом киселе. От земли тянуло сыростью и холодом. Пожухлая высокая трава полегла под тяжестью обильной влаги, только колючки – высокие зеленые кусты с пушистыми фиолетово-розовыми цветами упорно сопротивлялись дыханию осени. "А ведь действительно, уже осень", – подумала Мара, сосредотачивая свое внимание на действиях Гриесса. Тем более, что с таким густым туманом особо и рассматривать нечего.

А Гриесс тем временем снял камзол с прорванным кроугом рукавом, спрятал его в сумки, а оттуда извлек длинное, черное одеяние из плотной ткани. Пару раз встряхнул его, расправляя, и надел. С высоким стоячим воротником, закрывавшим большую часть ушей с сережками, с золотой вышивкой, плетущейся по всему вороту, длиною до щиколоток, с разрезами до бедер со всех четырех сторон, с тиснеными золотыми пуговицами – оно придавало внешности вампира строгости и официальности. Не обращая внимания на Марин изумленный взгляд, он принялся сосредоточенно рыться в сумках, что-то разыскивая. Наконец по губам скользнула довольная улыбка – нашел! Это был массивный золотой перстень с изображением вампирского черепа в вычурном шлеме, в грозном оскале. Надев его на палец левой руки, Гриесс подмигнул Маре. Ехать дальше он, видимо, не собирался и с трапезой ее не торопил.

– Мы…, – начала было она вопрос, но он отрицательно покачал головой и приложил палец к губам.

Мара замолчала и обратилась вслух: он кого-то ждет?

Прошло несколько минут в полнейшей тишине, слышались только редкие капли. срывающиеся с поверхности листьев. Потом послышался приглушенный топот и через пару-тройку ударов сердца из тумана вынырнул верховой отряд.

На таких же зверях, как и Алод, только несколько помельче и пониже его. Резко остановив скакунов, отряд из одиннадцати человек? нет – вампиров, как по команде, одновременно спешился. Преклонив колено и склонив головы, они стукнули себя кулаком правой руки в грудь. Одеты все одинаково, даже ткань на верхних одеяниях точно такая же как, и у Гриесса, только у него нет просторного глубокого капюшона за спиной, и у всего отряда одеяние покороче Гриессового, всего лишь до низа бедра. И вышивка, она отличалась. У подъехавших вампиров, у большинства – совсем маленькая на краю воротника, а у вампира стоящего впереди всех – две, с каждого края ворота. Приглядевшись к вышивке, Мара молча ахнула, на всех воротниках золотыми нитками были вышиты вампирские челюсти, различавшиеся по размеру и количеству. "Армейская форма со своими знаками различия!" – догадалась она.

Вампиры встали, причем все одновременно, будто по неслышному приказу. Стоящий впереди всех с двумя челюстями на воротнике сделал несколько шагов навстречу Гриессу и отрапортовал.

– Eure Hoheit, ubergeordnet! in dem mir anvertrauten Grenzgebiet, wurden keine Verstoße festgestelltdem Senior Ten Burke Torrol.

В ответ Гриесс довольно кивнул и сказал на всеобщем.

– Очень хорошо, среагировали быстро, я доволен, запомню, – и глядя с прищуром на старшего десятка, спросил, – сколько ты тут уже?

– Сто тридцать девять, скоро будет сто сорок.

– А на сколько я тебя сослал?

Последовал печальный вздох.

– На сто пятьдесят…

– Надоело? – в голосе Гриесса промелькнуло сочувствие, Мара ушам не поверила.

– Конечно надоело. Однообразие и рутина, ничего не происходит вообще. На таможне хоть люди, купцы, а тут…

– Считай, что тебе сегодня повезло. Нынче толковые командиры мне очень нужны, доберусь до Арнс'Кераха, распоряжусь о смене, отправишься воевать с орками.

– Спасибо! – Берк Торрол с благодарностью склонил голову, – А может раньше? Тут неподалеку Кадуд'Ард…

– Покажи дорогу.

Берк с готовностью подставил глаза под пронзительный взгляд Гриесса.

– Спасибо, – сказал он через пару минут, – как доберемся – сразу распоряжусь. А теперь свободны, еще увидимся.

Пограничный дозор опять преклонил колено и, взлетев в седла, почти мгновенно исчез с поля зрения. На сидящую в стороне Мару не бросили ни одного любопытного взгляда.

– Вот это да! – с восхищением произнесла она, – вот это я понимаю – дисциплина!

– Я же не зря столько времени потратил, приучая их к порядку и выполнению приказов, – самодовольно хмыкнул Гриесс и добавил, – оторванные головы сделали свое дело.

– Едем дальше? – она поднялась, отряхивая одежду.

– Еще нет. Ждем второй дозор, и долго их ждать я не намерен, – с угрозой в голосе ответил вампир.

Впрочем, долго ждать и не пришлось. Через несколько минут с другой стороны послышался топот приближающегося отряда и из тумана вылетело еще одиннадцать вампиров. Повторилась картина отдачи чести и рапорта, только Гриесс не переходил на всеобщий и довольной улыбки на его лице не появилось. Он что-то требовательно спросил у десятника, внимательно выслушал ответ, и раздраженно бросив.

– Ist frei! – повелительно махнул рукой.

Они исчезли так же быстро, как и появились.

– Все, теперь можно ехать. Не замерзла?

– Немного. Такой резкий переход от лета к осени…

Он подал ей плащ, спрятал накидку в сумки и, вскочив в седло, подал руку.

Быстро ехать при такой видимости не получалось, они передвигались по бездорожью, из тумана внезапно появлялись большие, раскидистые деревья, достававшие ветвями до земли. Проезжая мимо одного такого дерева, Мара уловила сильный запах опавших яблок.

– Откуда тут взялись яблони? – изумленно спросила она.

– Остатки садов, – просто ответил Гриесс, – тут границу двигали лет сто назад, вот и растут до сих пор.

– Как это двигали? – удивилась она, – просто так взяли и подвинули?

– Ну да, медленно, постепенно, незаметно для эльфов мы передвигаем границу, понемногу расширяя территорию.

– А как же люди? – ахнула Мара.

– Когда сдвигается граница – людей к этому времени уже нет, они давно покинули эти места, близкое соседство с Варастией их страшит, и они перебираются подальше, а некоторые, что меня несказанно радует, наоборот – приходят к нам.

– И вы обращаете их в вампиров?

Гриесс досадливо поморщился.

– Запомни раз и навсегда – обращаем только добровольно и то не всех!

– Как так?

– А вот так! Стариков, детей, калек и откровенных идиотов в вампиры не обращаем. Только молодых, здоровых и смышленых. И вообще, я намеревался сразу ехать в Кадуд'Ард, но раз ты никак не можешь справиться со своими стереотипами, то немного свернем и заглянем в ближайшее поселение, не знаю, что там производят, но это и неважно.

– Производят?

– Да. Ремесленники живут целыми поселками, так удобнее и сырье доставлять, и забирать готовую продукцию.

Он замолчал и повернул Алода чуть севернее. Дело шло к обеду, туман неторопливо рассеивался и взору Мары открылись маячившие вдалеке горные вершины. Местность понемногу менялась, холмов становилось все больше, сначала невысокие, густо поросшие травой и кустарником, потом более высокие и крутые. Прямого пути не существовало и Алоду приходилось петлять, объезжая вырастающие на дороге холмы. Через быструю речушку с каменистым дном он перепрыгнул в несколько скачков и не прошло и часа, как его когти зацокали по широкой дороге, выложенной булыжником, гладко счесанным и искусно подогнанным. Впереди ехала вереница телег, груженая свежими коровьими шкурами.

– Значит кожевенники, – сделал вывод Гриесс, – запахи у них…,– он покачал головой, – может быстрее выветрят из твоей головы стереотипы.

Мара промолчала, откуда было ей знать, как пахнет в поселениях кожевенников? Сильно загруженные телеги, запряженные обычными тягловыми лошадьми, двигались не спеша, Алод с легкостью обогнал их, ширина дороги позволяла без труда разъехаться двум телегам. С одной стороны дороги лежали поля, вспаханные и убранные в ожидании зимы. Впереди, немного левее, показались крылья ветряной мельницы, а потом взору открылось и само поселение, окруженное совсем невысокой оградой.

– Здесь настолько безопасно? – удивилась Мара, с интересом рассматривая многочисленные крепкие постройки, крытые, не чем-нибудь, а добротной красной черепицей.

– И живут богато, – изумленно добавила она.

– А ты думала я врал, рассказывая о Варастии? – довольно хмыкнул Гриесс. – А бояться действительно некого. В каждом поселке расквартирован десяток вампиров, руководимый высшим, и уж они-то пострашнее любых хищников.

Въехали в широко распахнутые ворота, дозорных Мара не заметила. Встречающиеся по пути люди низко кланялись, приветствуя Гриесса, а он, узнав где искать старосту, направил коня в указанную сторону.

Глава 43. Удивлению нет предела

Старосту обнаружили на большом складе, где он занимался подсчетом готовых шкур и выдачей нужного количества девкам для кроя и пошива одежды. По дороге их заметил один из низших вампиров, и пока Гриесс помогал Маре спускаться на землю, и пока они разыскивали старосту среди высоких нагромождений выделанных кож, в дверях сарая возникла стройная фигурка вампирессы с острыми чертами лица и коротко стрижеными волосами. Одета в форменную верхнюю одежду с капюшоном, длиной до середины бедра, в кожаные лосины, туго обтягивающие узкие бедра и высокие сапоги. Umhang она носила нараспашку, под ним виднелась темно-бордовая блузка с рюшами и глубоким треугольным вырезом. Решительным шагом она направилась к Гриессу. Не дойдя пары шагов опустилась на колено, приложила кулак к груди и, дождавшись его разрешения подняться, отрапортовала:

– Eure Hoheit! Приветствую вас. Афаша к вашим услугам, чем могу быть полезной?

Ее звонкий голос разнесся по всему необъятному складу, из-за шкур испуганно выглядывали люди. Поспешно вышли и склонились перед Гриессом в низком поклоне. Высокий, совсем еще не старый мужчина представился старостой поселка.

– Ульрих Тарт, к вашим услугам, – и он еще раз согнулся в поклоне.

Гриесс обвел всех довольным взглядом и, победно глядя на Мару, спросил с легкой улыбкой.

– И чего же желает госпожа?

Мара не нашла, что ответить, такой подобострастный прием ее слегка ошарашил. Гриесс, глядя на ее растерянность, взял инициативу в свои руки.

– Организуйте обед для дамы, Ульрих. Поставьте на стол все самое лучшее, докажите госпоже магу, нашей гостье, что вы тут не голодаете.

Ульрих кивнул, широко улыбнулся Маре, поклонился и поспешно ретировался. Гриесс пальцем поманил к себе Афашу.

– Чего желает Eure Hoheit? – спросила она, мгновенно оказавшись рядом.

– Пока готовится обед, устрой-ка экскурсию по поселку, расскажи как все устроено. А то девушка сомневается, что у нас люди живут спокойно, и насильно их никто в вампиров не обращает.

По губам Афаши проскользнула понимающая улыбка.

– Я тоже когда-то не верила, – ответила она, – но давайте выйдем со склада, этот запах раздражает, – и сделав приглашающий жест рукой, пошла впереди.

Вампиресса провела грамотную экскурсию по поселку, показала как и где выделывают шкуры, как их красят. Посетили мастерскую, длинное строение под покатой черепичной крышей, где женщины и девушки шили из кожи различную одежду. Проходя по поселку, Мара заметила, что соломой в селении крыли только крыши сараев для скота и дров, остальные постройки покрывались добротной черепицей.

– И заметь, – негромко сказал Гриесс, – везде люди, вампиров в поселке всего одиннадцать, десяток низших под командованием Афаши. – Он обратился к вампирессе. – Расскажи госпоже, как поступают с новичками.

– Когда через границу к нам приходят люди, мы сразу выясняем, с какой целью пожаловали, – с готовностью начала рассказывать она.

– А разве причин несколько? – удивленно перебила ее Мара.

– Да, несколько, – Афаша сдержала улыбку, – кто-то, и их меньше всего, хочет стать одним из нас, но в основном хотят поселиться, жить и работать в Варастии, и приезжают целыми семьями. Если это крестьяне, простые пахари, то они вольны – выбирают любой поселок для жизни, зерно у нас выращивают везде. А вот мастеровым подбираем место жительства по специальности.

– А кровь? – нетерпеливо задала Мара наиболее волнующий ее вопрос.

– Кровь сдают почти все и регулярно. В поселок приезжает специальный обоз. Не берут кровь у больных, у детей, у древних стариков, у беременных или кормящих. После взятия порции крови каждому выдается стакан вина. Виноградники принадлежат королевскому дому и обычно крестьянам и ремесленникам вино недоступно.

На секунду Афаша прервалась.

– Сообщают, что обед для вас готов, я провожу к дому старосты.

Поселение оказалось большим, и пока Афаша водила их и развлекала рассказами, Мара успела порядком проголодаться. Запахи, исходящие от накрытого стола, заставили ее торопливо сглотнуть слюну в предвкушении вкусного обильного обеда. Возде дома старосты Гриесс отпустил Афашу, пусть Мара не думает, что все что будут рассказывать сами поселяне, говорится в угоду вампирессе.

Люди, собравшиеся за обеденным столом в доме старосты, с интересом рассматривали Мару, а при взгляде на Гриесса торопливо отводили глаза. Это поколение людей ни разу не видело командующего, но слух при их появлении по поселку разошелся быстро, и люди отлично понимали, Кто пожаловал к ним в гости. Все старались понравиться, и стремление услужить перехлестывало всякую меру.

Перед Гриессом поставили тарелку со свежей куриной печенью из только что убитых птиц. Он молча, слегка улыбаясь, ел их, отрезая острым ножом по маленькому кусочку и накалывая на двузубую вилку. Наличие вилок на крестьянском столе Мару несказанно удивило, нигде больше такого не наблюдалось, даже на фермах у эльфов, те применяли ложки, а мясо накалывали на деревянные палочки, чем-то напоминающие миниатюрные шпаги. Местный староста с готовностью отвечал на все ее вопросы, торопясь удовлетворить любопытство; сетовал на то, что свинину привезут только через неделю и он не может угостить госпожу вкуснейшими колбасами. И вообще, все в поселке выглядели сытыми, довольными. Богатые дома с большими огородами. По дорогам бродили стаи кур, за околицей детвора пасла коз… И детей в поселке было много, круглолицые, розовощекие, и от них так и веяло здоровьем и энергией.

Молодые грудастые девки, ставя на стол очередное угощение, так и стреляли глазками на Гриесса и, как бы невзначай, задевали его то плечиком, то локотком. Их не только не смущало то, что он вампир, а наоборот, его принадлежность к королевскому дому заставляла их пытаться обратить на себя его внимание всеми доступными им способами. Люди совершенно не боялись вампиров, в этом Мара убедилась собственными глазами, не только не боялись, а наоборот, старались угодить и заслужить одобрение или расположение.

– Ну что? – спросил Мару Гриесс по окончании обеда. – Убедилась, что мы не едим людей и не обращаем всех подряд в вампиров, наоборот, тут людям живется намного лучше, чем где бы-то ни было? Может у эльфов могло быть и лучше, но эльфы, при всей своей любви к людям, напрочь от них отгородились.

Довольный собой он отправил в рот последний кусочек печенки, кровь капнула ему на руку и мгновенно впиталась в кожу.

– Убедилась, – Мара поднялась из-за стола и поблагодарила хозяев за теплый прием и шедрое угощение и, повернувшись к Гриессу спросила – Едем?

– Да, – он тоже поднялся, выразив благодарность коротким кивком головы, что вызвало у местных жителей очередной всплеск поклонов.

Староста, даже было, бросился целовать руку, чего вампир ему не позволил, отдернув ее с недовольным выражением, и быстро посмотрел на Мару, заметила ли? Она заметила, судя по тому, как поселяне пресмыкались перед Гриессом, целование рук было обычным делом, просто он не хотел показывать этого ей. "Но ведь люди склонны пресмыкаться перед любой власть имущей особой, – подумала она, – и посети любой король поселение в своем государстве, картина была бы похожая, а может и хуже". Но теперь ей стало понятно, почему его так раздражало и приводило в бешенство пренебрежительное отношение людей к магам практически по всей Ойкумене.

Подхватив на ходу свое одеяние, Гриесс стремительно вышел во двор. Мара поспешила следом.

Солнце почти опустилось за край земли, окрасив последними лучами высокие горные вершины, закрывающие собой весь горизонт с севера и востока. От земли потянуло прохладой, скорее даже холодом. Мара зябко поёжилась.

– Привыкай, – сочувственно сказал Гриесс, набрасывая ей на плечи теплый плащ, – у нас холодно большую часть года, особенно по меркам южан, – добавил он с улыбкой.

– Не могли поселиться южнее, там где тепло, – недовольно проворчала она, кутаясь в плащ.

– Там к моменту появления в этом мире вампиров уже все заняли, – неторопливо прозвучало в ответ, – а потом, вампирам тепло особо и не нужно.

Он подал ей руку помогая подняться на коня.

– Куда теперь? – спросила Мара не поворачивая головы, умащиваясь поудобнее, для чего она облокотилась на вампира.

– В Кадуд 'Ард, куда и собирались, – сказал он, крепко обняв ее одной рукой за талию.

Алод неторопливо направился в сторону гор и, миновав поселок, перешел на крупную рысь.

– Замок недалеко, можно сильно не гнать, – пояснил Гриесс, – а вот потом придется поднажать, готовься.

Местность заметно менялась, приближались горы, пока еще стоящие далеко друг от друга, но вдалеке на особо высоких вершинах виднелись шапки снега. Последний луч солнца на прощанье блеснул, и ночь накрыла землю своим темным покрывалом.

Всю дорогу Мара размышляла над увиденным и услышанным в поселке.

– Все это хорошо, – ее голос прозвучал особенно громко в ночной тишине, – но магов у вас нет? Кто же лечит людей? Неужели вампиры?

– А ты прямо так и ищешь к чему бы придраться? – усмехнулся Гриесс, но ответил. – Незначительные раны и простые болезни лечат сами, в каждом поселке есть старики, знающиеся на врачевании, когда же требуется вмешательство мага, то народ едет в Панкор или в Баронства, кто куда пожелает. Хотя чаще в Баронства, там магов всегда поболее, бароны охочи до междуусобиц.

– И их пропускают на границе вампиры?

– Если есть разрешение на выезд – то пропускают, мы же не изверги какие, если нужен человеку целитель, почему не разрешить съездить? Зато у нас любой крестьянин может позволить себе оплатить услуги мага, чего не скажешь о людях, живущих в других королевствах.

– Тут ты прав, – печально вздохнула Мара, – далеко не всякий может обратиться за помощью к магу.

Подъехав к развилке, Гриесс повернул Алода налево. Ширина дороги не изменилась, на ней по-прежнему спокойно могли разминуться две телеги. Из темноты показался отряд всадников, ехавший навстречу, ехали они быстро, но поравнявшись, резко остановились, спрыгнули на землю и, все как один, преклонили колено.

– frei von sein! – повелительно сказал Гресс, махнув рукой.

Вампиры молча склонили головы, прыгнули в седла и мгновенно скрылись из глаз. Через некоторое время дорога свернула, обтекая гору и поднимаясь по склону на другую. При свете звезд стали видны шпили на башнях приближающегося замка. Он оказался на удивление маленьким, особенно на фоне двух гор, зажавших его между собой, везде густо темнел лес и замок с редкими огнями, горящими на стенах и в окнах башен, создавал впечатление ненастоящего. "Как игрушечный", – подумала Мара, разглядывая его во все глаза. На флагштоке еле шевелилось какое-то знамя, но в темноте ей не удалось его разглядеть.

Подвесной мост был опущен, решетка поднята, а ворота открыты, стража, стоящая на входе, молча преклонила колено.

– Ждут нас, что ли? – поинтересовалась Мара. – Или тут не принято закрывать ворот?

Вопрос задала скорее для смеха, где это видано держать ночью ворота замка открытыми?

– Не закрывают, вампиры не спят, – негромко ответил Гриесс

В небольшом внутреннем дворике, мощеном разноцветными гранитными плитами, их встречал хозяин замка. Во всяком случае, так предположила Мара.

Невысокий, крепко сбитый, выглядевший не молодо, но и стариком не назовешь, он единственный не преклонил колено, а лишь слегка склонил голову и приложил к груди кулак правой руки. Гриесс не спеша спешился, снял с коня Мару, и они обнялись с хозяином замка, дружески похлопывая друг друга по плечу.