Текст книги "Измена под бой курантов (СИ)"

Автор книги: Ирина Манаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Глава 31

Мы сидим на кухне, и я разливаю чай по кружкам, потому что пить вино с братом моего мужа, когда на город опускаются сумерки, по крайней мере странно и неловко. Его слова обескуражили, но я позволила войти со мной в квартиру, потому что он просил возможность поговорить.

– Ян, ты можешь меня ненавидеть и презирать, что я не открыл тебе глаза раньше на Эдика, но он мой брат.

– Ты не виноват, – машу рукой, опускаясь напротив, и по привычке подтягиваю ногу к себе на сиденье, но тут же её опускаю. Жест какой-то домашний, больше подходящий для близких. Сидеть в такой позе перед вторым Кораблёвым – некрасиво.

Он похож на Эда, только младше на пару лет, и всегда относился ко мне с какой-то теплотой. На нём тёмная водолазка, которая очень идёт, и светлые джинсы. Последний раз он был у нас на Дне Рождении три месяца назад, и вот теперь сидим наедине, и он смотрит на меня не как на жену брата.

– Ян, – подвигает стул ближе, и неприятное чувство селится в моём животе. Кошусь на него немного испуганно, боясь, что сейчас он скажет что-то такое, отчего волосы на голове встанут дыбом. Типа, у Эда вторая семья и ребёнок. Но нет, вместо этого меня ждёт другое.

– Я поддержу тебя, – говорит ласково, пытаясь дотянуться до моей руки, но убираю ладони со стола. – Буду рядом и помогу пережить разрыв.

– Зачем? – всё ещё не понимаю, но его слова звучат как-то неправильно. Голова неясная, всё-таки во мне плещется приличное количество вина, может потому не сразу понимаю, что ему надо.

– Он подвёл тебя, но я так не поступлю, – отчего-то машет головой, а я всё ещё смотрю на него, как идиотка.

– Чего? – не понимаю. – Я не вернусь к твоему брату, можешь не уговаривать.

– Этого и не нужно. Ян, – он сглатывает, отводя глаза, будто раздумывает, как мне сказать то, что хочет. – Помогу перевезти вещи ко мне и…

– Куда? – кажется, у меня что-то со зрением, слухом. Суррогатный алкоголь? – Жень! – жму плечами, округлив глаза.

– Ты всегда успеешь ответить нет, просто выслушай! Я не знал, как сказать, потому что ты жена моего брата, только сейчас уже всё равно, если ты собралась уходить от него. Ты всегда мне нравилась. И Света мне родная.

– Конечно, она родная, – вспылила я. – Она племянница тебе, Женя!

В голове не укладывалось то, что происходило сейчас. Младший брат Эдика пришёл на пепелище подбирать трофеи. Я протрезвела, отстраняясь ещё дальше, но ощутила спиной стену. Тело напряглось, будто почувствовав опасность. И я, подобно собаке, загнанной в угол, готова была сражаться, скаля зубы.

В свои 28 он всё ещё не был женат, и маленькая тайна, которую знали близкие, включая меня, состояла в том, что Женя не мог иметь детей. Не знаю, почему сейчас я вспомнила об этом, упоминая Ланку, но будто все известные о нём факты промелькнули в голове.

Окончил школу с отличием.

Занимался волейболом.

Играет на гитаре.

Долго переживал разрыв с девушкой.

Хорошо зарабатывает.

Любит детей.

Знает три языка.

– Я не обижу тебя, – снова звучат слова, а я смотрю на него, как на идиота. Мне что сейчас реально предлагают жить вместе? И кто? Брат моего мужа, с которым мы даже ещё не развелись!

В какой-то момент он дёргается в мою сторону, и его губы накрывают мои. Не знаю, что он там себе напридумывал. Отталкиваю, залепляя отменную пощечину, и её отзвук звучит у меня в ушах, пока глаза напротив смотрят в упор.

– Заслужил, признаю, – кивает, дотрагиваясь до покрасневшей кожи, а я испытываю страх от того, что в квартире нахожусь с ним наедине. Но как я могла догадаться, что меня ждёт подобное?

– Тебе лучше уйти!

Пытаюсь подняться, но он меня тормозит, и снова плюхаяюсь на пятую точку.

– Ян, – в голосе нет угроз, лишь мольба его выслушать. – Если ты боишься Эдика, я улажу.

Чёрт. Неужели он думает, что я не последую за ним лишь потому, что кого-то боюсь? Да с чего он вообще взял, что можно заявиться к женщине и говорить подобные вещи, учитывая, что труп нашей семейной жизни ещё очень даже тёпленький.

Никогда не смотрела в сторону Жени с женской точки зрения, да это вообще бред воспринимать родственника, как мужчину. Да, пусть он красив, ухожен, образован, но, чёрт возьми, он близкий родственник. Да и не нужны мне сейчас никакие отношения. Почему я вообще должна перед кем-то оправдываться?

– Встал, – говорю жёстко, спокойно. Ни тени улыбки, никакого флирта, хотя и раньше не позволяла в его сторону ничего подобного. Да и с другими всегда держала себя в рамках. Знаю несколько подруг, кто не против получить комплименты от друзей мужа, кому нравятся взгляды со стороны, но нет, я не в их числе. – И ушёл.

– Понимаю, тебе нужно время, – всё же поднимается с места, и я тут же, словно под конвоем, веду его в коридор. Внутри всё дрожит, кто знает, что у него на уме. Я ведь не могла подумать, впуская его в дом, что этим всё обернётся. Его мимолётное: «поговорить о нас» скорее удивило, а не насторожило.

– Завтра самолёт, но через неделю вернусь, – говорит, натягивая пальто, а я подпираю стену, не собираясь что-то ему доказывать. Он сам себе придумал, и мои отрицания сейчас не возымеют нужного эффекта. Мне следует испариться, и скрыться на этот раз от обоих Кораблёвых. Только у отца они сразу же станут меня искать. Но не могу же я переехать из-за них в другой город?

Мысленно усмехаюсь. Представила себя каким-то пупом земли, словно вокруг меня всё будет вертеться. Ну придёт Эдик, поговорим, и скатертью дорога. Если бы все бывшие жёны мигрировали с прежнего места жительства, в России постоянно было бы великое переселение разведёнок.

– Не говори пока ничего Эдику, – просит у двери, и я отвечаю согласием. Вообще не собиралась, теперь всё, что касается меня, его не касается.

Хочется, наконец, остаться одной. И тут снова соседка зыркает в сторону нового мужчины. Ну, конечно, Яна Журавлёва пошла по рукам. Она дежурит на лестничной клетке? Великая сила любопытства.

Хлопаю дверью, отделяя себя от всех людей, и намереваюсь сделаться мизантропом. Голова начинает болеть, и продолжения с вином сегодня не будет. Пора переходить к десерту.

Отправляюсь в ванную, намереваясь наполнить её до краёв, насыпаю щедро соль, а потом ищу таблетку обезболивающего в аптечке. Возвращаюсь обратно, устанавливая на стул лоток с мороженым, и сбрасываю вещи, укладываясь в приятную воду.

Холодное против горячего, боль против обычных радостей, я против всего мира, вернее, мы с Ланкой и отцом против Кораблёвых, и я не позволю ни одному, ни второму испортить наши жизни.

Глава 32

Бесплатное медицинское страхование – отличная вещь, без него можно было бы разориться. Но сейчас рада, что есть много платных клиник, которые работают даже в праздники. Сижу в очереди, чтобы сдать мазки. Кажусь себя грязной и требующей лечения, словно все имеющиеся болезни мира сидят во мне. А спонсор возможного дерьма, передающегося половым путём, несравненный и неподражаемый Эдуард Кораблёв.

Иногда проходила обследования, но нечасто, теперь же, когда знаю, что есть риски, просто обязана убедиться в том, что в качестве раздела имущества мне не отойдёт какая-нибудь гонорея.

На всякий сдала кровь: из пальца и вены. Было бы ещё откуда-то, с радостью бы согласилась. Дверь открывается, и выходит длинноногая блондинка, с перекинутой на согнутом локте сумочкой. Поднимаюсь, потому что очередь дошла, и уверенно вхожу в кабинет.

Ждать предстоит около пяти дней, надеюсь, за это время не изведусь. Шагаю на остановку, планируя следующий шаг. Предстоит найти перевозчика, чтобы съехать за один раз, а не мозолить глаза соседям. Первые несколько звонков разочаровывают. Кто-то устроил себе выходной, другие не берут. Пока листаю объявления, телефон гаснет. Отличная вещь, конечно, но на морозе не выдерживает. С деревянными кнопочными такого не случалось. Но за удобство своя плата.

Автобусного тепла гаджету тоже не хватает, придётся реанимировать в квартире, потому принимаюсь смотреть в окно. Необычно, уже и забыла, когда последний раз просто следила за дорогой. Любое свободное время уходит в телефон: кто написал, что посмотреть, кто с кем развёлся. Он заменяет почти всё, кроме семьи. Именно этим и стоит дорожить. Ланке пять, но я против личного устройства. Пусть будет ребёнком в мире игрушек, как мы раньше. А этот виртуальный ещё успеется.

Конечно, в школу придётся приобрести, потому что белой вороной ребёнок не должен выглядеть, но пока что держу оборону.

Отогреваю небольшое круглое пространство, протирая пальцем иней с этой стороны, и смотрю, как неторопливо дышит город. Немногочисленными прохожими, выхлопами машин, трубами зданий. Обернулся белым покрывалом, превращающимся день ото дня в серый и неприглядный футляр, так и наши жизни изначально счастливые светлые. Белоснежные, как платье невесты, а теперь в копоти и дыме, из которого не все находят выход.

Вижу магазин часов и вспоминаю о Раде. Моментально оказываюсь около двери, жму кнопку, настойчиво требуя остановку. Как только выпускают, перехожу на другую сторону, чтобы хотя бы определиться с моделью и понять, сколько это стоит.

Внутри тепло и можно погреться, потому что мороз сегодня знатный. Снимаю перчатки, принимаясь рассматривать содержимое витрин, и мои глаза округляются. Не могу понять, это тысячи или миллионы?

– Ищете что-то конкретное? – вырывает из задумчивости молодой симпатичный парень, сканируя меня быстро, чтобы определить, к какой витрине подвести.

– Хотела подарить часы, – признаюсь.

– Юбилей или День Рождения? – продолжает интересоваться.

– Нет, просто так.

– Муж, брат, отец. «Любовник» – читается в его глазах, но произносить этого вслух он не намерен.

– Просто друг, – уточняю. – Его часы разбились по моей вине.

Может, этого будет достаточно? Не люблю подобную навязчивость.

– Могу ли узнать профессию?

Кошусь в сторону входа, раздумывая, не уйти ли отсюда. Кажется, даже следователь задаёт меньше вопросов, чем этот парень. Ещё ИНН спроси и социальную карту. Кажется, он всё понимает, потому пытается себя реабилитировать.

– Просто хотелось бы понять какого уровня часы следует вам предложить.

Хотелось бы попроще, но понимаю, что у Рада явно были какого-нибудь класса Люкс или как они там называются.

– Он успешный хирург, – даю сведения, и парень кивает, указывая куда-то в сторону. Тут цифр поменьше, чем в витрине, что размещена в самом центре для привлечения внимания, но всё равно такие, что я еле сдерживаюсь, чтобы не воскликнуть, что же там внутри, что они стоят, как подержанная иномарка.

– Я бы порекомендовал эти, – указывает парень на ничем не примечательный, кроме цены, предмет. – Винтажные нотки механических часов создадут приятное впечатление, а точный механизм не подведёт. Запас хода – 38 часов. Окошко даты находится в положении три часа. Прозрачная задняя крышка с сапфировым стеклом. Здесь 80 деталей и 25 камней, частота 28800 полуколебаний в час. И сейчас как раз приятная скидка.

Мне казалось, он издевался надо мной, но он выглядел заинтересованным своим клиентом, намереваясь угодить.

– Если это для вас дорого, – сказал, и тут же пригласил к другой витрине. Градус цены спал, но всё равно, чтобы найти деньги на подобный подарок, требовалось отработать пару месяцев, как минимум, откладывая всё полностью.

– Круглый корпус с полированными и сатиновыми поверхностями. Керамический безель с минутной шкалой. Метки и стрелки с люминисцентным покрытием, которое светится в темноте после непродолжительной зарядки на свету. Надежный стальной браслет. И, кстати, водонепроницаемость, – он улыбался, пытаясь понравиться, а мне хотелось сбежать, чувствуя себя не в своей тарелке.

Достала телефон, намереваясь посмотреть время, но он всё так же безмолвствовал. Сделать вид, что мне позвонили, и срочно уйти?

– И покажу ещё одну модель, – на этот раз он подвёл меня к витрине, где лежали на вид такие же часы, но цены не так сильно кусались. Мне, безработной, везде было больно, но с этими хотя бы был шанс.

– Эта модель тоже неплоха, – указал он на приятные на вид часы. – Как видите, цена другая, нет камней, конечно, и они не такие притягательные. Но смотрятся на мужской руке очень достойно.

Я зрительно сфотографировала пять цифр и, ссылаясь на то, что забыла дома кошелёк, выбралась на свежий воздух, держа в руках всученный мне буклет с красивыми картинками. И зачем я только ляпнула, что возмещу Назарову потерю? Только назвался груздём – полезай в кузов. Что ж, придётся что-то придумать, например, ограбить напоследок Кораблёва. И отчего-то от этой мысли улыбка скользнула по моему лицу.

Глава 33

Снег скрипел под сапогами, и щёки моментально покраснели, пока я уходила подальше от магазина, чтобы продавец не видел, как сажусь в автобус. Отчего-то было неловко быть бедной, из-за этого пришлось топать одну остановку, и в салон я уже завалилась ледышкой.

Что-то следует придумать, потому что мне нужно отблагодарить Рада за всё, что он для меня сделал за последнее время, тем более, именно я стала причиной, по которой он лишился нужного аксессуара. Не стоит начинать жизнь с долгов, но не могу же я тянуть время и просить его подождать пару лет.

В запасе мало дней на сборы, потому снова еду на Липнева, чтобы покончить с вещами, если, конечно, мне вообще удастся упаковать свою и Ланкину жизнь в мешки.

Подходя домой, испытываю дежавю. Снова Илья ошивается около нашего дома, и я разворачиваюсь, намереваясь уйти подальше отсюда, но он уже хорошо выучил меня за это время, потому догоняет.

– Ну что тебе надо? – дёргаю свой локоть, за который он тянет.

– Она ушла, – говорит, будто мне есть до этого дело.

– Ну а я что? Чего ты ко мне пристал⁈

Правда не понимаю, какого чёрта ко мне как на работу ходит муж любовницы моего мужа.

– Не знаю, – отвечает на это, пожимая плечами. – Извиниться пришёл.

Сегодня выглядит лучше, будто между ним вчерашним и сегодняшним прошёл как минимум месяц.

– Да не нужно мне ничего, – отворачиваюсь, подкидывая носком сапога мягкий пушистый снег. – Свалить отсюда побыстрее, – говорю себе под нос, но он прекрасно слышит. – Забрать вещи и больше не появляться. Не видеть ни тебя, ни её, ни Кораблёва! – Это уже говорю значительно громче и почти бегу к спасительному подъезду, вытаскивая на ходу ключи.

– Слушай, – всё же кричит в спину, когда направляюсь в сторону дома. – Могу помочь с переездом.

Домофон несколько раз булькает, приглашая войти, а я стою, схватившись за дверную ручку. Я что сейчас действительно думаю о том, чтобы согласиться? Это безумие. Можно ли ему показывать, куда я намерена съехать? С другой стороны, время не терпит, и не факт, что я найду за сегодняшний день того, кто откликнется на просьбу.

Пока размышляю, он подходит ближе, протягивая мне неизвестно откуда взявшуюся визитку.

Недоверчиво принимаю, рассматривая рисунок газели и чёрные на белом буквы с рекламой услуг. Его имя ниже телефона. Не выдумывает, правда занимается перевозками.

– Это тоже твоё, – подаёт оброненный буклет. – Часы ищешь?

– Благодаря тебе, – зыркаю в его сторону, забирая лощеную, сложенную пополам бумагу, обратно засовывая её в карман. – Напомню, что ты разбил одному хирургу циферблат, а мне придётся возмещать убытки.

Смотрит какое-то время мне в глаза.

– Стыдно мне, короче, – немного отворачивается. – Притащился сюда, орал что-то. Врача этого огрел.

Расстегнул куртку, забираясь во внутренний карман и вытаскивая кошелёк. Сразу затрясла головой, не намереваясь принимать его чёртовы деньги, но он всё же впихнул в сумку.

– Я не возьму, – пыталась включить благородство, но он переиграл.

– Пить мне нельзя, – признался. – Дурею вконец. Хорошо, что часами всё кончилось, могло бы хуже. Не знаю, хватит там? Больше нет просто.

– Илья, забери, – достала свёрнутые красные бумажки, но он покачал головой.

– Не таким козлом себе казаться буду, – усмехнулся. – Даша всегда была как Снежная королева, – продолжил внезапно, – мне даже батя говорил, но думал, растает.

– Я не психолог, Илья, тебе в другое место надо, – говорю спокойно, а ему отчего-то хочется вывернуть душу именно мне и именно здесь.

– Я ж её на руках носил, детей хотел, а она таблетки пила.

Наверное, ему около 23, но так сложно судить. Грубые большие ладони, сразу видно, что привык много работать руками. Не холёные Кораблёва, не державшего ничего тяжелее ручки. Хотя, наверное, немного вру. Мебель всё же в доме он помогал устанавливать. И взгляд у Ильи, как у побитой собаки. Такие сидят на обочинах и заглядывают всем проезжающим машинам в окна, надеясь, что кто-то их заберёт. Наверное, я полнейшая идиотка, но мне жалко.

– Прям так хреново? – переспрашиваю, будто вижу в нём собутыльника в кругу анонимных алкоголиков, который только пришёл избавляться от зависимости. А я уже со стажем. – Отпусти её, – качаю головой.

Могу ли раздавать советы? В моих интересах, чтобы все остались у разбитого корыта, я имею ввиду Эда и Снегурку, а вместо этого хочу спасти этого дуралея. – Ты ещё встретишь человека, который тебя полюбит.

Может, устроить курсы для мужей любовниц, которые их бросили? Смех смехом, а передо мной стоит человек, будто надеясь, что я могу как-то образумить его жену перестать спать с Кораблёвым.

– Меня тоже предали, Илья, – отхожу от двери, пропуская соседа, и киваю ему приветствием. – Но я буду жить дальше несмотря ни на что. Ради дочки, ради отца, ради себя. Ты тоже найди то, ради чего стоит идти дальше.

Он послушно кивает, будто я говорю какие-то умные вещи, а не прописные истины.

– Так, – понимая, если задержусь тут ещё ненадолго, мне придётся ехать и ампутировать задубевшие пальцы на иногах. – Пожалуй, приму твоё предложение, – усмехаюсь, и отчего-то становится на душе так легко, что хочется улыбаться. – Завтра свободен?

Он снова кивает, будто разучился говорить, или какие-то слова застряли в горле.

– Сколько примерно будет стоить? – решаю уточнить.

– Комплимент от заведения, – отзывается, всовывая руки в карманы, и я смотрю, как удаляется тёмная нахохленная фигура, теряясь между машин, машинально сжимаю пальцы, ощущая небольшое сопротивление согнутых бумажек, и, наконец, вхожу в подъезд.

Глава 34

Дозваниваюсь отцу, смотря на деньги. Здесь довольно приличная сумма, могу ли я вообще брать от незнакомого человека подобные вещи? Да, – отвечает внутренний голос. Из-за него тебе тоже придётся раскошеливаться.

– Привет, – улыбаюсь отцу, когда отвечает, хотя он меня не видит. – Нашла перевозчика, договорились на завтра. Так что скоро присоединюсь к вам. Сегодня могу приехать, если хочешь.

– Осторожно! – кричит кому-то, и я невольно застываю.

– Пап, что случилось⁈

– Да нормально, – отзывается. – На каток вышли.

– С Ланкой⁈ В такой мороз?

В голосе звучит неверие, она никогда не стояла на коньках. И, если папа разговаривает со мной, то где сейчас дочь?

– Он крытый, тут теплее, чем на улице. У нас всё хорошо, – тут же успокаивает отец. – Татьяна учит Свету правильно стоять.

И снова эта Татьяна, что начинаю ревновать и отца, и дочку. Появилась так внезапно и настолько часто встречается, что даже не знаю. Надо бы поближе с ней познакомиться.

– Вы там надолго? – интересуюсь.

– Через полчаса пойдём. А Свете очень нравится.

– Сделай фотки.

– Да-да, пришлю. Сама как?

– Вещи собираю, – смотрю на деньги на кухонном столе. – Ланка про Эдика спрашивала?

– Один раз, – признался. – Ты точно всё решила?

– У него не одна женщина, я видела переписку в телефоне.

Отец молчит, да и что тут скажешь?

– Слушай, – вспоминаю наш недавний разговор. – Ты как-то обмолвился, что надо прощать. Это ты о матери или себе?

Снова тишина, и я отнимаю телефон от уха, чтобы посмотреть, что отец всё ещё на проводе.

– Что, Светочка? – доносится, когда я уже хочу снова подать голос, но дочку не слышу. Её ответа нет. То ли говорит издалека, то ли какая-то уловка. – Пойду, Ян, – обращается ко мне отец, и прощаюсь.

Его что-то гложет, я чувствую, и теперь должна узнать, потому что от этого незнания не по себе.

Наспех перекусываю, и снова отправляюсь на сборы. Включаю музыку на компьютере. Привыкла во время уборки поднимать себе настроение песнями, так и теперь. Представлю, что это простая уборка, и подпеваю певицам, уходя из реальности. Той, где я обманутая преданная женщина.

Сегодня дело идёт быстрее, и через пару часов случайно нахожу заначку Кораблёва. Интересно, взять у мужа деньги это воровство? Оставляю на месте и перебираю вещи дальше. Решила пакеты оставлять в соседней комнате, потому что иначе в спальню будет не пройти.

Усаживаюсь за компьютер, листая новые песни, этой плей-лист успел порядком поднадоесть, и постоянно мелькает реклама авиабилетов. Поначалу не обращаю внимания, но потом осознаю, что алгоритм браузера намеренно подсовывает то, чем интересовался пользователь. Если это не я, то…

Прописываю в истории билеты, и мне везёт. Выпадает всего одна ссылка, но и этого достаточно. Кораблёв был на сайте 31 декабря, как раз, когда я навещала отца. Уверена, стёр из истории всё ненужное, а тут пропустил, видимо. Может, кто-то отвлёк. Кто-то. Я точно знаю! Фыркаю и кривлюсь.

Если билеты были куплены, значит, отправились на почту. Мне приходится повозиться, прежде чем в одном из пяти браузеров, самом неприметном, который я и за браузер вовсе не считала, нахожу его почтовый ящик. Компьютер автоматически заходит внутрь, и принимаюсь искать дальше. Чувствую себя сыщиком, который близок к разгадке, и сердце отчего-то ускоряет бег. Нет, никто не войдёт, я одна, потому могу долго копаться тут, и мне кажется, что сейчас я вытащу ещё один скелет на свет Божий. Резко отстраняюсь. А надо ли оно мне?

Надо!

Какое-то время смотрю в экран, на многочисленные письма от коллег, какие-то графики, рассылку от пиццерии. И никаких билетов от 31.12. Возможно, у меня паранойя, или он просто так интересовался. Но время такое, что и Эд и Снегурка были тут. Отправляюсь по папкам, даже заглядываю в спам и корзину. И, когда уже свыкаюсь с мыслью, что я всё же параноик, нахожу то, что искала.

Два билета в Тай на имя Кораблёва и уже знакомой мне Даши. Пялюсь на буквы, не потому что строчки расплываются, нет, я вижу их явно. Присматриваюсь к датам – вторая половина января. И что он мне собирался сказать? Командировка? Больной дядя в Геленджике?

Хочется сделать что-то в ответ, потому просто удаляю билеты из папки, а потом и из корзины. Включаю снова музыку и уверенным шагом подхожу и забираю заначку. Пусть валит в свой Тай.

Могу кричать на каждом углу, что мне от него ничего не надо, но, пересчитав сумму, решаю забрать её в качестве компенсации морального ущерба. Нам с Ланкой всё равно придётся на что-то жить. И этого хватит на первые пару месяцев. Не знаю, зачем он притащил домой такую крупную сумму, но теперь плевать. Пусть заявляет на меня в полицию, рассказывает соседям. Меня трясёт и подкидывает от всего, что я узнала о своём муже. Семь лет не знала, а теперь разматываю чёртов клубок гнилых ниток, который безумно смердит.

У меня есть ещё вечер и завтрашний день, чтобы сложить скарб. Потому одеваю лучшие свои вещи, в этот раз выбираю шубу, делаю макияж и красивая выбираюсь снова на мороз. Карман греют деньги, на которые сейчас я со спокойной душой куплю Раду часы. Да-да, пойду и куплю без зазрения совести. Не первые, конечно, которые показывал продавец, но третьи точно. Большую часть выдал Илья, оставшееся Кораблёв. В конце концов он тоже причастен к тому, что муж Снегурки ошивается у нашего дома.

Если уж до конца размотать этот провод, то выйдет, что не измени мне Кораблёв – часы Рада бы не разбились.