Текст книги "Дочь севера. Исцеление дракона (СИ)"

Автор книги: Ирина Ардо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 12

Ингвальд

Я оказался прав.

Ровно сутки эту посудину кидало из стороны в сторону, а все оказавшиеся внутри легко могли превратиться в кашу из крови и костей без должной сноровки. За корсаров я не переживал, необученного молодняка практически не было: а вот за девочку, пахнущую крокусом…

Отчаянная. Смелая. И до одури доверчивая.

И как же такое хрупкое создание решилось влезть в Драгонхолд, да ещё и преступника вытащить? В бессознательном состоянии она казалась особенно хрупкой. Пришлось использовать одеяло и привязать её к себе, чтобы она не получила травм от резкого рывка и не выскользнула из моих рук. Океан точно не хотел смерти храброй девочки, раз дал мне небольшую передышку.

Вот только когда вода успокоилась, Далия так и не пришла в себя.

Зверь недовольно зарычал, но на этот раз вырваться не пытался. Пришлось улететь подальше, ведь такое количество мужчин рядом с его самкой – крайне раздражающий фактор. В человеческом обличье проще контролировать собственнические порывы.

Ещё в камере я понял – это моя женщина. Как только ошейник был снят, всё встало на свои места.

Истинная пара.

Девочка из разорённого племени Саарг’хаи даже не догадывалась, что с рождения была предназначена лишь мне. Спасибо папеньке, читать научил.

Достать Голос Великой Стужи будет нетрудно, если мой малоуважаемый братец не поменял расположение сокровищницы.

Главное, чтобы Далия не узнала, насколько паршивая у меня семейка, иначе просто сбежит. Вряд ли она питает тёплые чувства к покойному королю, укравшему их драгоценный посох, а уж к его сыну на троне и подавно. Не нужно быть гением, чтобы понять, какой будет реакция на второго.

Шторм кончился, а я так и не впустил никого внутрь. Именно по этой причине.

Дракон требовал забрать это прелестное создание себе, улететь прямо с ним в лапах, и я бы согласился. С превеликим удовольствием. Но ведь нужно быть умнее, верно?

За всю жизнь у меня было не так много подарков, и я не намерен отказываться ни от одного из них. Тем более, когда сами боги принесли мне главный на серебряном подносе.

Если всё так, как я думаю, то у меня получится не только обвести Орма вокруг пальца, но и натурально оторвать ему голову. Каждый день в этой проклятой тюрьме я раздумывал над тем, как бы поинтереснее вытащить самые красочные вопли из этого слизня в короне.

Полная форма. Об этом не каждый мечтать может, а у меня она маячит на расстоянии пары сантиметров в лице Далии Исгельд, мирно посапывавшей на кровати.

Я потянул носом, чтобы ещё раз почувствовать манящий запах, дотронулся до тонкой бархатной кожи и заправил за ухо непослушный белоснежный локон. В летописях говорили, что Саарг’хаи – самый воинственный народ Искальдры. Ему чужда жалось, неведом страх. Когда драконы прибыли на земли нынешних трёх королевств, эта группа коренных жителей сопротивлялась особенно ожесточённо.

Сколько воды утекло…

И всё же в этом юном создании многое осталось от предков. Очень многое.

За такую истинную можно только благодарить небеса. Она не станет балластом.

– Эй! – рявкнули за дверью одновременно со стуком. – Открывайте! Срочное послание госпоже эйн Исгельд!

Дракон поднял голову и утробно зарычал. Он был готов разорвать незваного гостя, и я был готов ему это позволить.

На пороге стоял уродец – квартирмейстер, с прищуром оглядевший меня с ног до головы.

– Капитан зовёт госпожу эйн Исгельд на верхнюю палубу.

Капитан зовёт.

Интересно, зачем? Что моё забвение пообещало этим отбросам? Какую цену согласилась заплатить за перевозку?

– Госпожа, – я оскалился и сделал нарочито длинную паузу, – отдыхает.

– Её ждёт…

– Сейчас и тебя подождёт.

Я провёл по губам раздвоенным языком и почувствовал, как на правой руке появились когти. Но нет, я придумал для этой падали кое-что получше.

То, что его обездвижит.

То, что заставит медленно умирать с полным осознанием происходящего.

Ледяная тюрьма!

Оставались считаные секунды до прекрасной возможности избавиться от каждого на этой прогнившей посудине, но неожиданный гость решил помешать:

– Не рекомендую этого делать, – предельно спокойно проговорил капитан, приставив клинок к моему горлу. – Как думаешь, насколько сильно расстроится девочка, если обнаружит под дверью твой труп?

Я медленно повернул голову в его сторону и обнажил заострившиеся клыки. Инстинктивное движение зверя, готовящегося отбиваться. Дракон отвоёвывал всё больше места, и удерживать я его не собирался.

Вторая ипостась жаждала крови. И кто я такой, чтобы запретить ей получить желаемое?

– Попробуешь обернуться здесь или дёрнуться, я перережу тебе горло, – всё с той же меланхоличностью продолжил он. – Подумай хорошенько, кому это надо?

Зверь по-прежнему требовал разорвать обоих, но всё же разум подавал признаки жизни, и вывод напрашивался сам собой. Этот поганец лишь с виду казался беспечным, однако в глазах всё же читалась решимость выполнить обещанное.

Пришлось унять рвущийся наружу гнев хотя бы для того, чтобы внешние признаки оборота сошли на нет. Но это не значило, что я так просто пущу этих двоих в каюту.

– Убирайтесь, – рыкнул, убирая от себя наточенное лезвие.

– Будешь приказывать мне на моём корабле? – капитан насмешливо поднял бровь.

– Арно, осади. Парень, похоже, не понял, кто спас его шкуру.

Арно?

Что-то знакомое. Имя крутилось в голове, но я никак не мог вспомнить, где его слышал…

Спустя некоторое время голову пронзила догадка. Резко, мощно, как арбалетный болт, пущенный в спину подружке Далии.

Иногда Фиенд вытаскивал меня из нижнего сектора, и я слышал трёп охранников между пытками. Арно Вьерн – главный поставщик богатств Драгонхолда. О многих ни одной короне не стоит знать.

Как-то не подумал я в полёте название посудины посмотреть.

– Неужто имею честь говорить с самим Призраком Штормов? – громкое имя, просочившееся везде.

Уверен, на суше о нём слышали не меньше. Личности такого масштаба рождаются крайне редко.

– Сообразил-таки. Туговато.

– Так, ты мне имени своего и не называл.

– А ты не спрашивал.

Логично.

Тогда решение я принял правильное. Этот точно прирезал бы меня раньше, чем я успею разнести корабль в щепки.

Постарался перебрать в памяти всё, что слышал об этом человеке, но ничего о торговле людьми так и не припомнил. Полагаться на воспоминания, оставленные после плетей и переломов – вещь, конечно, сомнительная… но других вариантов у меня не было.

– В любом случае говорить придётся со мной.

– Гляди, какой благодарный, – усмехнулся Вьерн. – Не тронем мы твою спасительницу. Надо обсудить место высадки.

– Ничего не изменилось. Говори со мной, – для убедительности вышел вперёд и закрыл дверь, придавив её спиной. – Далия спит.

– Спит? – брови квартирмейстера взмыли вверх. – После такой качки?

– Так что, обсудим насущные вопросы и разойдёмся. Или так и будем тут стоять?

– Ты когда последний раз на свободе был? – не унимался капитан. – Уверен, что ничего не изменилось?

– Уверен.

Ещё до моего ареста братец обеспечил безопасность границ. Трусливый по своей натуре, выставил пограничных на совесть. Однако была одна брешь в этом прекрасном сочетании – самоуверенность.

Я успел увидеть некоторые огрехи и даже собирался рассказать о них, полагая, что у нас достаточно доверительные взаимоотношения. Признаю, был молод и глуп. Крайне глуп.

Вот только не успел. Был схвачен и получил ошейник на подходе к тронному залу. Без суда и следствия.

– Не переживай, всё, что надо, вспомню.

Такое не забудешь, особенно когда изучил все карты вдоль и поперёк. Теперь всё, что Орм мог прочесть по бумаге, было в моей голове.

– Ну, давай. Посмотрим, на что сгодишься.

Снисхождение.

Впрочем, нужно быть глупцом, чтобы отрицать его обоснованность. И всё же стоит ненадолго прикусить язык и присмотреться к этим людям, мало ли что они могут выкинуть.

Для подстраховки я вернулся в каюту, забрал ключ и запер дверь.

Если Арно Вьерн действительно знал, о чём говорил и был заинтересован в успехе, то мои слова не окажутся для него пустым звуком. А если нет… То буду действовать по обстоятельствам.

Оказавшись в каюте капитана, я понимающе ухмыльнулся. Вьерн не поскупился на свой комфорт.

Вот только к чему всё это, если в любой момент могут отобрать? Если не другие корсары, так ящеры в коронах.

– Ну, показывай, – капитан указал на карту, разложенную на столе.

Непривычно было снова смотреть на знакомые границы. Я мог закрыть глаза и показать любой порт, каждый пограничный пост. Горные цепи на юге, ледяные пустоши на севере. Когда-то я был готов убить любого, кто покусится на эти земли.

– Здесь и здесь, – уверенно указал на две западных бухты.

– Не доплывём, – мрачно процедил квартирмейстер. – Мы сейчас заходим с востока, течение будет слишком сильным.

– Согласен, – кивнул Вьерн. – Нас порядочно отнесёт. И то, если не засекут раньше.

Да, тут они правы. И, возможно, даже не представляют насколько.

Поскольку Раот и Аргона находились южнее, то брат справедливо полагал, что нападение будет оттуда.

На старшего брата дядьки не полезли бы, а вот на сопливого юнца – вполне. Он не смог бы отбиться от союза двух королей, если бы вовремя не обезопасил себя. Именно поэтому на юге были не только сухопутные войска, но и флот. Мы даже берег не успеем увидеть, как по нам начнут палить изо всех орудий.

– Может, через седловину? – продолжил Себастьян Хейнрих.

Да, наконец, я вспомнил и его имя.

– Не выйдет, – я покачал головой и провёл пальцем дальше. – Смотрите внимательно. Патрули находятся круглосуточно по обеим сторонам, а дальше ещё четыре точно раскиданы. Даже лодка через них не пройдёт, а у нас галеон. Тогда надо огибать восточную сторону по широкой дуге и уходить к дрейфующим льдам.

– Ещё чего! Мы и так подбиты, ход сбавляем.

– Уверен? – а вот капитан, похоже, ход оценил.

– Абсолютно, – Хейнрих встал и направился к выходу. – Не буду мешать. Но учти, Ворон, я не позволю тебе отправить команду на корм рыбам. Если выберешь дрейфующие льды, то придётся доказать.

– С каких это пор у нас есть гарантии?

– Парням нужно хоть что-то.

Вьерн не спорил. Я тоже.

Это был действительно крайний случай, но он граничил с самоубийством. Рифы хотя бы неподвижны в отличие от осколков льда. И одному Шарэту известно, какие они под водой.

– Есть другие мысли? – Арно смотрел на меня без прежней насмешки. – Может, всё же пристанем к чёрному порту? Я знаю парочку.

– Как только до короля дойдёт новость, что я сбежал, любой порт будет под строжайшей охраной. Не пойдёт. Есть ещё одно место…

Вот только это было так же безумно, как и пересечение ледников. Если не больше.

Борт не пробьёт, но половины команды можно лишиться запросто.

– Если пройдём тут, – указал на небольшую бухту, – то может получиться.

– Почему сразу не предложил?

– А ты на название посмотри.

– «Утёс проклятых», – капитан покачал головой. – Да, слыхал. Но одно из немногих мест, в которых ни разу не был.

– И правильно делал.

– Правда, значит.

– Абсолютная.

Только глухой не слышал о бухте вечных гроз. Иногда молнии били в волны так часто и с такой силой, что запросто могли сварить рыбу прямо в воде.

К тому же любая навигация будет бесполезна – вход в бухту точно будет скрыт густым туманом и стеной дождя. Но зато это единственная сложность.

Видимо, боги решили сжалиться, создавая это гиблое место. Там было достаточно глубоко, и шанс напороться на рифы был равен нулю. Практически.

Именно это я и озвучил Призраку Штормов.

– Ты точно безголовый, – однако по взгляду Вьерна уже было понятно, какое решение он принял.

Мне был знаком этот азарт.

– Теперь осталось уговорить остальных.

– Вот завтра и расскажешь всем. Сразу после вечерней пайки.

Он свернул карту и достал какие-то бумаги, ясно давая понять, что разговор окончен. Но всё же был один вопрос, который не мешало бы обсудить:

– Что вы потребовали в качестве платы?

– А тебе-то что? – пират поднял на меня глаза и удовлетворённо оскалился. – Спокойно. Просто в какой-то момент мне может понадобиться свой человек на берегу.

– Хрупкая девочка, как свой человек на берегу?

– Ты недооцениваешь её, дракон из Искальдры. Она пришла ко мне сама. И сама попросила о помощи, прекрасно осознавая, что ничего не бывает бесплатным.

Вот тебе и нежное создание…

Почему-то я был уверен, что Далия искренне считает этих людей добрячками, спешащими на помощь прекрасной даме. Нет, наивной она никогда не выглядела, но всё же это было крайне необычно.

Получается, пока я перед ней распинался… Вот так девочка! С корсарами дружбу водит.

Выйдя на палубу, я вдохнул полной грудью и разве что не рассмеялся. Далия сумела удивить. В очередной раз.

Интересно, сколько ещё тузов у неё в рукаве?

Глава 13

Далия

Казалось, океан решил дать нам передышку. Вот уже месяц попутный ветер надувал паруса «Тени Семи Ветров», приближая галеон к берегам Искальдры.

И каждое утро начиналось с того, что я смотрела в небо, наблюдая за парящим драконом. Ингвальд стал нашим компасом, предупреждал о возможных бурях, чтобы мы успели их обойти. Всего лишь маленькие неприятности, но даже их отсутствие очень успокаивало.

С каждым днём меня всё сильнее тянуло спросить его о ненависти к королю, но приходилось прикусывать язык. Это не моё дело, и привязываться к Одену я не хотела, ведь рано или поздно наши дороги разойдутся.

Именно поэтому я старалась как можно меньше времени проводить с этим драконом, хоть это было крайне сложно, если учитывать, что ночевали мы в одной каюте.

Однако один раз ему всё же удалось меня разговорить:

Как и всегда, я лежала на кровати, готовясь ко сну. Ингвальд же уместился на полу вместе с одеялом и подушкой, которые я ему отдала.

Мы долго спорили на эту тему, но позволить мужчине лечь со мной в одну постель я не могла, но и заставить его лежать на холодных досках – верх цинизма. Пусть и не по моей воле, но всё же Ингвальд достаточно натерпелся от нас в стенах Драгонхолда.

– Я думал, всех Саарг’хаи истребили.

Я поморщилась и в очередной раз подавила желание грязно выругаться. Меня клонило в сон после залечивания ран команды и проверки состояния их глаз и зубов.

Весь день на ногах никак не располагал к философским и историческим беседам.

– Вот и замечательно, – буркнула в ответ и отвернулась к стене.

– Как вам удалось выжить? Если верить летописям, то все поселения испепелил король Эерхон. Лично.

– Ты ведь не отстанешь, да?

Вопрос был риторический.

С тяжёлым вздохом я села и обняла колени руками, прежде чем приступить к рассказу:

– Как только драконы пришли в наш мир, все три королевства содрогнулись. Но это ты и так знаешь. Они действительно уничтожили не только наши дома, но и все записи, так что мы знаем о нашей истории лишь на словах. Саарг’хаи не прятались и единственные не отреклись от своих предков. Удалось спастись лишь жалкой горстке.

– Каким образом?

– Пустошь услышала нашего вождя в последний раз. Тогда он был шаманом и пожертвовал своей жизнью, чтобы скрыть последнее поселение. Именно тогда пропал посох.

– В наших книгах это просто очередная реликвия. Красивая, знаковая, но бесполезная.

– Неудивительно, – я горько усмехнулась, вспоминая рассказы отца. – Это вам не осветительные артефакты, здесь более тонкая материя.

Вдаваться в подробности я не собиралась. Пусть этот дракон и не проявлял открытой враждебности, но кто знает… Уже тот факт, что он спелся с Вьерном, о многом говорил.

Да и постоянные вспышки ярости, странные прикосновения, вызывающие дрожь…

Нет, что-то с ним не то.

– Я удовлетворила твоё любопытство?

– Вполне, – беспечно заявил он и лёг лицом к двери.

Облегчённо выдохнув, я погасила лампу и тоже закрыла глаза, в очередной раз представляя, как передаю отцу посох.

Сегодняшнее пробуждение было иным, нежели предыдущие. Меня снова начали мучить кошмары, но на этот раз я видела, как отца и сестёр запирают в клетках четвёртого сектора Драгонхолда, как Фиенд стоит над ними, слышала душераздирающие крики. Вот только сделать ничего не могла.

Меня словно посадили за стекло, которое ничем не пробить.

А затем я и вовсе перестала видеть что-либо, потому что перед лицом возникло два огромных жёлтых глаза.

Именно в этот момент я подскочила и поняла, что Ингвальд тряс меня за плечи в попытках разбудить. Осознание было слабым, едва ощутимым, ведь мне казалось, что всё произошло по-настоящему.

Влажными от пота ладонями я молотила по плечам Одена и кричала, что нам нужно вернуться. Он сгрёб меня в охапку и замер, как каменная скала, не позволяя мне вырваться.

Спустя некоторое время я успокоилась, хотя дыхание по-прежнему было сбивчивым, а в голове то и дело звучали вопли моих родных.

И даже сейчас, стоя под порывами прохладного ветра, я то и дело вздрагивала, вспоминая об этом. Наше поселение скрыто, но нельзя рассчитывать на то, что Ормарр I не поймёт, где именно искать.

Ингвальд спикировал вниз, сделав два круга над кораблём.

– Что это значит? – спросила у капитана, стоявшего позади.

– Это значит, что уже вечером вы сойдёте на берег.

Ещё никогда время не тянулось так долго!

После слов Вьерна я только и делала, что высматривала берега Искальдры. Но вот уже сгустились сумерки, а впереди был лишь непроглядный туман. Сначала мне показалось, что мы заблудились, но затем я вспомнила об одном месте, куда даже по суше никто не доезжает.

Утёс проклятых.

И какой дурак решил, что это будет хорошая идея?!

Капитан и квартирмейстер стояли у штурвала, поскольку оба понимали, что их ждёт. Вся команда была в полной готовности. Даже самые молодые были предельно серьёзны, хотя прежде были склонны к глупым шуточкам, за что не раз драили палубу до глубокой ночи.

Ингвальд же сидел на мачте и смотрел вдаль. Пусть расстояние между нами было огромным, но я кожей ощущала охватившее его предвкушение. Каждый раз, как только заходила речь о нашем короле, Оден улыбался. Но это была не добродушная или тёплая улыбка, нет. Это был самый настоящий оскал. Так волк смотрит на перепуганного кролика, который сам загнал себя в ловушку.

Казалось, что он был готов разорвать монарха, окажись он перед нами сейчас.

Неудивительно, если учитывать, что именно Ормарр I обрёк Ингвальда на годы заключения. Конечно, Оден мог пойти на уступки и выторговать у Фиенда условия получше, но было в этом драконе что-то такое… Наверное, достоинство.

На протяжении всего пути он был почти галантен, держался уверенно. Если бы я не вытащила его из тюрьмы, то могла бы подумать, что он воспитывался в какой-то обеспеченной семье.

Хотя, возможно, так оно и было. Отец говорил, что, взойдя на престол, король принялся устранять всех, кто был верен прежнему правителю. Тот, в свою очередь, скончался при весьма странных обстоятельствах.

Но меня мало волновали сплетни проходивших через соседнюю деревню путников, поэтому подробности я не спрашивала.

Сейчас же я готова была расспросить хоть каждую сороку на ветке – лишь бы отвлечься от надвигающейся бури.

Туман становился плотнее, вязкий, как молоко, и корабль будто скользил в пустоте. Ни звёзд, ни линии горизонта – только редкие вспышки молний впереди, от которых сердце предательски ухало в пятки.

– Держать ровно! – Вьерн говорил спокойно, но прищуренные глаза и напряжённая спина выдавали крайнюю степень беспокойства.

Квартирмейстер время от времени бросал на него косые взгляды, словно хотел убедиться, что капитан не передумал. Команда замерла в напряжённом ожидании, и даже удары волн о борта казались громом.

Всё тело звенело от тревоги. Слишком много слухов и легенд крутилось вокруг этого гиблого места. И далеко не все были пустыми байками.

А затем взгляд снова зацепился за чёрную тень на мачте. Ингвальд не двигался, только слегка склонил голову, и мне показалось, что в свете вспышки его глаза тоже блеснули, как молнии.

Он наслаждался этим.

Точно сумасшедший!

– Ещё немного, – Вьерн тихо, будто самому себе, но каждый на палубе услышал. – Если боги благоволят – войдём.

А если нет… мысль я постаралась оборвать, но пальцы всё равно дрогнули, как и сердце.

Ветер усилился, туман плотнее обвил мачты – и вдруг он изменился: из молочно-серой пены проступили тёмные силуэты. Это были не просто скалы. Это были зубы. Каменные клыки, врывающиеся в небо, и между ними – узкое горло бухты.

Из-за погоды мне казалось, что самое страшное место Искальдры находится достаточно далеко, но то были лишь игры разума.

Очередная вспышка вторила моим мыслям, а раскат грома словно поддержал её. Само небо смеялось над нами.

И всё же голос Себастьяна был громче:

– Рифь паруса!

В прошлый раз, когда я услышала эту фразу, шторм едва не разобрал «Тень Семи Ветров» на мелкие щепки.

– Госпожа, – один из пиратов подошёл ко мне, опасливо оглядываясь на дракона и капитана, – тут это… как его…

– Мне лучше уйти? – с пониманием улыбнулась я.

– Во! – мужчина щёлкнул пальцами. – Мне сказали отвести вас…

– Если господин Вьерн не против, то я бы хотела переждать бурю в его каюте. Хочу видеть всё.

Было ли мне интересно, как в действительности выглядит буря в этой бухте? Разве что немного.

Мне нужно было пройти через эти испытания самой, хотя бы так, чтобы помнить, ради чего я иду, и не забывать цену каждого шага.

Моя просьба удивила капитана, однако он не стал препятствовать. Я уже собиралась открыть дверь, как раздались удивлённые возгласы.

Стоило обернуться, чтобы вживую увидеть то, о чём я столько слышала лишь в море: на мачтах загорелись огоньки. Нет, не факелы, не результат магического воздействия.

Лёгкое потрескивание пугало и завораживало одновременно. Это выглядело так, словно кто-то аккуратно посадил голубые язычки пламени на все выпирающие части корабля.

– Это… – я не могла вымолвить ни слова, взирая на происходящее с благоговейным трепетом.

Пираты считали, что это души их погибших товарищей пришли, чтобы указать им курс и уберечь корабль от неминуемой гибели. Все опасливо поглядывали на штурвал, чтобы не увидеть противоположное знамение.

– Идите, госпожа эйн Исгельд, – Хейнрих распахнул передо мной дверь каюты. – Поверьте, это добрый знак.

Вот только квартирмейстеру пришлось подтолкнуть меня, ведь зрелище было слишком красивым, чтобы так просто от него оторваться.

Внутри было тепло и сухо, однако мне продолжало казаться, что я слышу треск и едва уловимый запах с металлическим оттенком, перебивающий морской. Каждая клеточка тела искрилась вместе с кораблём в ожидании финального рывка.

Мы подошли достаточно близко к бухте, и корабль стало ощутимо качать. Вцепившись в стол, я осталась на ногах и посмотрела в окно, по которому бежали дорожки воды. Но они не помешали увидеть небо, расколовшееся на тысячи тонких трещин. Некоторые из них растворялись в воздухе, другие же цеплялись за тёмно-синие тучи, волны, горизонт.

Чем ближе мы подходили к Утёсу проклятых, тем гуще становился этот вихрь света и тьмы. Молнии ветвились, переплетаясь между собой, будто чьи-то пальцы пытались ухватить сам океан. На миг казалось, что небеса обрушиваются, а каждая вспышка рождала новую – ещё ярче, ещё острее, готовую разорвать воздух на куски.

Ветер завывал в такт грому, и даже стены каюты не могли заглушить его. Сердце билось так же часто, как всполохи в небе, и я не знала, что страшнее – сам шторм или то, что мы решили войти в его пасть.

Стекло задребезжало от первого сильного удара, и я почти почувствовала, как холодная морская вода полоснула по коже – настолько отчётливо воображение дорисовало то, что скрывалось за стенами каюты. Корабль опасно накренился, и на мгновение показалось, что он вот-вот рухнет набок, но тут же выпрямился, вздрагивая, словно зверь, стряхивающий с себя ошейник.

Сквозь мутные дорожки дождя я успела заметить тёмные силуэты на палубе – члены команды, прижавшиеся к снастям, вцепившиеся в штурвал, как в единственный шанс выжить. Каждый там, снаружи, боролся не только за жизнь, но и за право и дальше бороздить моря под именем живой легенды.

Уверена, как только всем станет известно, через что прошёл Вьерн, страх перед его многочисленными именами усилится многократно.

В каюте стало душно, будто воздух сгустился от напряжения, но я старалась сохранять самообладание и не позволяла себе отрывать взгляд от происходившего снаружи.

– Что? – я прищурилась и увидела знакомую фигуру.

Ингвальд не отставал от команды, натягивая канаты вместе со всеми. Я не могла разглядеть его лица, но почему-то мне казалось, что он воспринимает это, как ещё одно испытание, словно стихия всего лишь проверяла его на прочность.

Он двигался размеренно, будто каждая молния, рассекающая небо, подчинялась его внутреннему ритму. В то время как остальные пиратские лица искажала смесь страха и сосредоточенности, Ингвальд выглядел так, словно ждал этой встречи с бурей всю жизнь.

Я не знала, что сильнее тревожило меня: вид за окнами или холодное спокойствие дракона. На миг мне показалось, что он и сам был частью этой бури, её продолжением – волей, упёртой против ярости океана.

Очередной удар волны выбил из меня сдавленный вскрик: на короткое мгновение волна закрыла от меня всех.

Да, я сравнила эту бурю со зверем, разинувшим свою пасть, и была права. Волны словно намеревались проглотить «Тень Семи Ветров».

Когда всё немного прояснилось, стало заметно, что людей стало меньше.

Сильно меньше!

Отскочив от стола, я схватилась за столбики кровати, чтобы быть ближе к окну и лучше видеть, что происходит на палубе. Ранений будет достаточно много, и нужно было предположить, какая помощь и в каком количестве понадобится.

Казалось, время сжалось до нескольких ударов сердца. На палубе царил хаос, но не беспорядок – каждый знал, что делает, и всё же стихия брала своё. Там, где только что мелькали силуэты, теперь зияли пустоты, и внутри у меня всё оборвалось. Сколько ещё жизней потребует этот шторм?

Ингвальд вновь оказался в поле зрения. Он стоял рядом с Себастьяном, держась за снасти и подавая команды наравне с квартирмейстером. Его голос был неслышен сквозь вой ветра и стены каюты, но сама уверенность в его движениях будто сдерживала ярость моря. На миг я поймала себя на мысли, что если кто и способен пройти сквозь это живым, то именно он – и те, кто держится рядом.

Корабль снова накренился, и я почувствовала, как пот прошибает виски. Мы шли дальше, в самую глотку Утёса, и, глядя на раскалённое от молний небо, я впервые подумала: может, легенды о проклятии – вовсе не сказки?

Вода действительно словно кипела, и ни одна живая душа не сунется в это место, если ей дорога жизнь. Глядя на молнии, бившие в скалы и волны, я молилась лишь о том, чтобы они не попали в мачту. Если корабль загорится, то в воде мы точно не спасёмся. Это был единственный островок безопасности.

Знакомый скрежет и скрип был не таким громким, как в кубрике, но по-прежнему пронизывающим до самых костей. Особенно сильно стон древесины был слышен, когда галеон поднялся на гребень особенно большой волны, приняв практически вертикальное положение.

Руки всё же не выдержали, и я со всей силы ударилась спиной и затылком о резной шкаф. В глазах потемнело, но пришлось медленно сползти ближе к полу. И очень вовремя, поскольку при спуске мою тушку повело обратно к кровати, и мне удалось избежать очередной травмы.

Внезапно всё успокоилось, как по щелчку пальцев, стоило нам зайти в бухту. Корабль, конечно, ещё покачивало, но лишь слегка.

Спустя минут пять я всё же решилась выйти наружу и удивлённо посмотрела на Вьерна.

– Мы… Мы на месте?

– А ты вперёд посмотри.

И действительно, впереди простирался незнакомый пейзаж, однако Цепь Уходящего Солнца узнала сразу. Пусть было уже темно, да и облака не пропускали ночной свет, но даже при таких обстоятельствах самая массивная горная цепь Искальдры была видна.

Дом.

Жестокий, суровый край, и в то же время до боли нежный. Противоречивое создание, способное быть ласковым, если правильно с ним обращаться. Мой народ по-прежнему верил, что наши земли полны жизни, неподвластной ни драконам, ни магам, ни людям. И каждый раз находил тому подтверждение.

– Дом, – прохрипел Ингвальд за моей спиной.

Я обернулась и посмотрела на него. Весь мокрый и дрожащий не то от усталости, не то от холода, он неверяще смотрел на берег, скрытый под покровом ночи.

– Вам придётся прыгать в воду, – сказал капитан. – Иначе сядем.

Мы с Оденом, рождённые в Искальдре, были устойчивы к холоду, а вот команду уже изрядно потряхивало. Им нужно было как можно скорее выбираться отсюда.

– Хорошо, – я кивнула и сбежала вниз по лестнице, чудом не поскользнувшись, и уже собиралась сигануть за борт, как услышала окрик:

– Ты забыла, что у некоторых здесь крылья есть?

Точно…

Мне так не терпелось сойти с шатающегося судна, что я совершенно забыла о том, что среди нас есть дракон, способный перенести обоих, лишь немного помахав крыльями.

– А одежду ты где возьмёшь? – хмыкнула в ответ, но всё же отошла подальше от края.

– Разберёмся по ходу. Нам бы до ближайшего поселения добраться.

Да, и желательно очень маленького, который корона считает абсолютно бесполезным и не посылает туда ни денег, ни солдат. Трудно не заметить огромного ящера, в небе. А поскольку их мало, то Ормарр I быстро сопоставит факты, если успел получить весточку из Дагонхолда.

Хотя даже если не успел, то всё равно начнёт пристально наблюдать за нами и быстро поймёт, где этот самый новый дракон находится.

Ингвальд обернулся и замер рядом с кораблём, ожидая от меня дальнейших действий. Пришлось вернуться на капитанский мостик и прыгать с него, чтобы дать этому зверю пространство для манёвра.

– Помни уговор, Дочь Севера, – шепнул Железный Ворон прежде, чем я снова залезла на борт.

– Вы спасли мне жизнь. Я отплачу вам за эту услугу.

Задержав дыхание, я оттолкнулась от деревянной поверхности и не успела понять, как оказалась в драконьих лапах.

– Милостивые боги, – голос сорвался от страха.

Ингвальд даже не пытался дать мне время, чтобы привыкнуть к полёту, а сразу стрелой взмыл вверх.