Текст книги "Феодал. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Илья Рэд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Глава 4
Дележка

– С каждого по способностям, – вытирая слезящиеся глаза, выдавил из себя Леонид и снова не сдержал повторный приступ смехошипения.

Однако не все разделяли его веселье. Мне было любопытно узнать продолжение, купец Ейчиков прикидывал, можно ли на этом заработать, а вот Гио, пришедший одновременно с храмовником, кажется, всё давно понял.

– Мы с Потапом провели ряд экспериментов: он измерял скорость роста растений в почве нашего мира и «Зелёный-1А». Разница в пять раз сразу привлекла моё внимание. Почему так? Ничем не примечательный мирок низшего ранга богат на флору: здесь имеются все ярусы растительности в отличие от других зелёных миров.

– И правда, обычно всë ограничивается одной травой, – подтвердил я.

– У всего есть причина и следствие. Ключ к разгадке – почва, но что делает её такой особенной? Игнавусы. Точнее, продукты их жизнедеятельности.

– Это идеальное удобрение, – задумчиво сказал я.

– Вот именно! Ну что, возьмёшь свои слова назад? – обратился Александр к лекарю.

Тот поднял руки вверх.

– Ладно, подписываю полную и безоговорочную капитуляцию. Ты победил. Но зачем нам собирать их дерьмо? Не проще вырубить всё к чёртовой бабушке и засеять свои культуры?

Я посмотрел на щуплого храмовника с тем же немым вопросом.

– Игнавусы – жутчайшие вредители, они идут на любую новую культуру, не задумываясь о смерти. У них нет естественных врагов. Обосноваться в «Зелёном-1А» звучит логично, и это надо сделать, но трудности начнутся при расширении.

– Нам придётся уделять слишком много усилий на контроль полей, чтобы отгонять шерстяных паразитов, – быстро прикинул я, – Одно поле – ладно ещё, но в какой-то момент дешевле будет уйти оттуда.

– Глипты, если что, не едят игнавусов, – добавил Александр, – выстроить пищевую цепочку не выйдет. Мы можем лишь разводить этот вид для производства удобрений, а сеять в других местах или у нас здесь.

Перспектива потрясающая. Если повысим урожайность феода в пять раз, то сможем закрыть все потребности в еде, ещё и на экспорт выйдем.

– Хорошо, постройте ферму. Прекрасная находка, Саш.

Храмовник благодарно кивнул и поспешил прочь из терема обратно в подземелье, чтобы немедленно начать задуманное.

– Так, что там у нас по воротам? – вернулся я к совещанию.

– Готовы, Выжига уложился в срок – завтра начнём установку в барбакан, – доложил Гио, он как главный архитектор Таленбурга, был в курсе всех дел.

Кузнец выполнил довольно непростой заказ, и если бы не помощь мускулистого каменного помощника, кто знает, сколько на это ушло бы времени. Они за ковкой провели больше месяца, но зато к нам теперь так просто не пробиться. Массивная металлическая решётка с подъёмником на цепях – это первый уровень защиты, второй – толстые дубовые воротины, оббитые межмировым антипиритовым сплавом. Подпалить не удастся.

– Что ж, тогда приступайте к строительству жилого квартала и дорог внутри города. Да, Дмитрий Генрихович? – спросил я купца, подающего знаки, сказать слово.

– Я только хотел доложить, что договорился со своими торговыми партнёрами – вы можете покупать туши со всех миров у меня. Наценка символическая, естественно, чтобы окупить затраты.

– Благодарю, господин Ейчиков – я учту в будущем ваше бескорыстное участие. На этом предлагаю совещание закончить, все свободны.

Мы собирались было отужинать с Гио и Склодским, как к последнему прискакал гонец. Распечатав письмо, бывший герцог нахмурился и порвал его.

– Что там? – спросил я.

– Помнишь, ты просил узнать за того журналиста на заседании, что кричал про твою мать?

– Ну?

– Мы его потеряли из виду больше месяца назад. Оказывается, его убили. Тело в реке нашли сегодня.

– Хм, странно. Батюшка как-то слишком распереживался на эту тему. Теперь мне ещё больше хочется докопаться до сути.

– Мы можем похитить слуг из вашего родового имения и допросить. Есть там кто застал ваше раннее детство?

– Конюх Борис, – ответил я. – Остальные позже появились.

– Так что, делаем?

– Не надо, я сам наведаюсь в гости к отцу, тогда и расспрошу. Не хочу портить и так натянутые отношения.

– Воля твоя, – пожал плечами Склодский.

Смерть моей матери, по словам пропавшего журналиста, была на самом деле убийством. Если это так, то почему вся семья намеренно скрывает от меня виновника? По их живодёрской логике надо было, наоборот, выпячивать этот факт. По крайней мере, Фенечка не упустил бы такой возможности поизмываться над бастардом, да и Алёна тоже. Такие они «любимые» сестричка и братик. Интересно, как они там сейчас?

Зимний вечер закончился клубком разрозненных мыслей, но на следующий день я уже не вспоминал о своих «родителях» – у нас намечалось серьёзное мероприятие. Сходка баронов. Вторая по счёту с момента получения мной титула. Как и в прошлый раз, инициатором выступил я. Приглашения были разосланы за неделю до встречи, чтобы остальные могли подготовиться.

«Империаль» встретил меня как старого доброго друга. Суетливый метрдотель с пышными бакенбардами подхватил верхнюю одежду и любезно предложил поставить оружие на специальную стойку. Внутри всё было готово: стулья и ресторанные столики убрали прочь, а в центр зала перетащили элегантный круглый стол, блестящий от дорогого лака. На нём, как я и просил, разложили современную карту графства.

Меня сопровождали Марина, Нобуёси и Склодский. Если что последние двое тут всех положат. Доверие – штука переменчивая, тем более, когда дело касается соседей.

– Дорогие друзья, рад видеть вас вновь в полном здравии, – поприветствовал я ожидавших нас аристократов.

У каждого также было по трое спутников-телохранителей. Кислица, Шеин, Рындин и, конечно же, Черноярский-старший, удостоивший меня коротким взглядом. Отец тарабанил по столу пальцами, всем видом показывая, насколько он занятой человек.

– Я так понял, мон шер, отсутствие господина Остроградского не случайность? – Рындин имел в виду брата графа, который сейчас контролировал земли опальных Смольницких.

– Вы, как всегда, проницательны, Аркадий Терентьевич. Я бы не посмел отнимать ваше драгоценное время по пустякам. Итак, приступим, – я деревянной указкой потянулся к карте и показал на феод казнённого Смольницкого. – Если кто не помнит, перед тем как вмешался Его Сиятельство, у нас с Иваном Алексеевичем был конфликт. И не только с ним, – я выразительно посмотрел на Кислица и на батюшку, который предоставил вражеским войскам проход через свою территорию.

– Но то дело прошлое, Владимир, не будем поминать обиды, – заметил барон Шеин, играясь в миротворца и оглядывая соседей – он-то не прогадал и был изначально на моей стороне, оттого такое довольство.

Недавно этот счастливчик получил от меня в подарок тридцать глипт для охраны границ. Барон держал нос по ветру – род заимел возможность собирать больше витязей в экспедиции. Доходы Шеиных пошли вверх.

– Лишним не будет, – возразил я, заставив Кислица опустить глаза. – Так вот, решение о разделе феода Смольницкого было почему-то поставлено на паузу. Нашу победу попросту отобрали, наплевав на правила. Я и мои компаньоны теряем большие деньги, пока господин Остроградский сидит в раздумьях. Марина Васильевна, объясните нам, что по этому поводу думает закон Российской империи.

Девушка готовилась к выступлению и вышла вперёд, для презентабельности держа папку с документами. Свои формы и талию она намеренно скрыла, надев строгий деловой костюм, сшитый на заказ. Еë цель – внятно донести факты, а не понравится аудитории как женщина.

– С юридической точки зрения, описанная вами ситуация является нарушением как минимум трёх фундаментальных принципов имперского права, установленных Судебником Ярослава Мудрого и подтверждённых последующими указами.

Она для виду приоткрыла одну из папок и, не глядя в неë, продолжила.

– Во-первых, нарушен принцип неприкосновенности военной добычи. Закон Российской империи, в частности, раздел «О военных трофеях и вассальной войне», гласит: «Всякий вассал, ведущий праведную войну по призыву сюзерена или защищающий свои рубежи, имеет неотъемлемое право на земли и имущество неприятеля, взятые силой оружия». Сюзерен не имеет права конфисковывать или забирать себе законную добычу вассала, если только добыча эта не является предметом имперской монополии или не представляет угрозы короне. Феод Смольницкого – законная добыча. То, что граф Остроградский поставил туда временного управляющего, является актом произвола.

После такого вступления бароны не на шутку перепугались, бросая друг на друга тайком взгляды. Ещё бы, такая крамола на графа! Если он узнает, головы не сносить. Один лишь Черноярский-старший с улыбкой кивал и смотрел в стол перед собой, как будто признавал: да, это мой сын, и я его терпеть не могу, но как же хорош этот звон стальных яиц…

– Во-вторых, попран принцип статуса земель. Барон Смольницкий и его семья арестованы и отправлены на эшафот по личному приказу императора. Но война с ним началась раньше, чем Его Величество объявил свою волю. В момент поражения барон ещё сохранял титул. Союз Владимира Черноярского выиграл по всем правилам вассальной войны. Земли не стали «ничейными», они перешли победителям de jure belli(по праву войны).

Марина перевела дух после длинной тирады и продолжила.

– В-третьих, у нас явное превышение сюзереном своих полномочий. Да, Судебник даёт графу право лишать вассала земель, но только за тяжкие проступки: измена, неспособность защищать границу, государственное преступление, порочащее имя рода и т.д. Однако здесь граф вторгся в военный процесс. Он не имел права ставить на паузу раздел феода, потому что война не закончена декретом сверху, она закончена победой господина Черноярского. Назначив управляющего, граф грубо нарушил наш вассальный договор, подписанный на крови. Он поставил себя выше закона, вмешавшись в делёжку трофеев между равными участниками похода. Поэтому, с точки зрения закона, мой клиент прав на все сто. Если граф Остроградский не отзовёт своего брата в ближайшее время, я готова подготовить официальную жалобу в Канцелярию Имперского Суда, ссылаясь на прецеденты 1473 и 1624 годов, когда сюзеренов за подобный произвол принуждали к выплате компенсаций вассалам из своего кармана, – закончила Троекурская.

В такой момент начинаешь благодарить всевышнего, что у тебя грамотный юрист. Именно Марина нашла эту лазейку, когда я попросил еë отыскать законный способ подкинуть графу проблем.

– Со всем уважением, Владимир, но вы не вели захватнической войны, а только защищали свои территории. Ваши войска не покидали феода, и неизвестно, как бы всё повернулось, не вмешайся провидение, – барон Кислица не мог допустить настолько стремительного усиления своего конкурента.

– А провидение ли? – многозначительно добавил отец, в зале повисла напряжённая пауза.

– Денис Юрьевич, у вас имеются неизвестные нам сведения? Милости прошу, просветите присутствующих, – вежливо обратился я.

– Я просто…ммм… предположил. Мы же ведём дискуссию, – лениво отмахнулся Черноярский-старший.

– Благодарю за ваш ценный вклад. Что касается захвата, тут мнения расходятся и спорить можно долго. Вместо этого у меня деловое предложение: я готов поступиться частью военной добычи для всех сторон, в том числе и проигравших.

– То есть, погоди, ты предлагаешь разделить феод Смольницких на всех нас? – уточнил Шеин, глазки когда-то самого слабого барона заблестели – он уже физически ощущал, как казна пополняется новыми хрустящими ассигнациями.

– Да, всем поровну.

Последняя фраза сбила с толку подозрительных аристократов. Они-то думали, я начну требовать самый жирный кусок. Основания на то были – я выступал с позиции силы. Именно мой феод сейчас наиболее оснащён в военном плане. Размер и численность войск тут не имели никакого значения – в моих рядах состояли искусные воины и маги. Пусть их мало, но они на голову выше любого офицера баронов.

– Мон шер, вы как будто нам сказку втюхать пытаетесь. Озвучьте же ту горькую часть, которой мы ещё не слышали. Каковы будут условия?

Рындин сказал за всех. Бароны знали, почëм бесплатный сыр в мышеловке и не спешили радоваться. Даже мой отец поднял блуждающий взгляд с карты и наклонил голову набок от любопытства.

– Один я тяжбу с графом не осилю – это затянется на годы, а вот коллективный иск – дело другое. За такими событиями Канцелярия Имперского Суда зорко следит. Я предлагаю поделить ответственность на всех, тогда Его Сиятельству будет сложнее мстить. Навреди он одному, остальные объединятся, ведь это вопрос безопасности каждого из нас. А без своих вассалов он кто? На нас всё держится, на баронах.

– Я за, – тут же ответил полноватый Шеин, желая как можно скорее прибрать к рукам халявный кусочек землицы.

Рындин немного подумал, но ответил вторым.

– Думаю, мы вправе получить своё. Предложение Владимира резонное: все на равных условиях и отвечаем на равных. Выгодная сделка, я согласен.

Мы повернулись к Кислица. Барон сомневался. Он не хотел новых потрясений для рода. Недавно проигранная война чудом не отобрала у него всё. В моей власти было разграбить его территории, имея численное преимущество в союзниках, но я этого не сделал. Антон Павлович не обманывался – с графом такого не прокатит. Остроградский мягок и приятен на словах, но своевольных подчинённых мастерски прижимал к ногтю.

– Боюсь, я тут не властен выбирать, присоединяюсь, – сдался он, понимая, что если откажется, то развитие его рода отстанет на целое десятилетие, что равносильно самоубийству.

– Денис Юрьевич? – спросил я отца.

– А с каких это пор мы стали дерзить нашему покровителю и сомневаться в его благих намерениях?

– Денис, – шикнул на него Рындин.

Черноярский-старший повернулся к бывшему «другу», который много лет внушал ему как жить, а потом утопил в долгах. Аркадий был похож на советника дьявола своими манерами и внешним видом: иссушенная кожа, глубоко посаженные немигающие глаза-бусинки, вкрадчивый голосок. Мефодий называл его «чемодан костей». Рындин предостерегающе покачал головой из стороны в сторону, намекая отцу держать язык за зубами. Весь его вид говорил: не делай глупостей, соглашайся.

– Тц, – поморщился отец и ткнул пальцем в карту. – Этот кусок чур мой, господа.

– Отлично, значит, все за. Моя управляющая, Марина Васильевна Троекурская, свяжется с вашими стряпчими и подготовит предложение. Не смею никого более задерживать.

Мы не праздновали. Не преломляли вместе хлеб и уж точно не пили из одной кружки. На этой встрече в меню был феод Смольницкого, и заказ повару уже поступил. Снятый на весь день «Империаль» так и остался пустым, а шампанское нетронутым. По меркам обывателя кучу денег выбросили на ветер, но заработали мы целое состояние.

Мне было плевать на свою долю – всё, что я хотел, это бить и бить по Остроградскому, пока его окровавленный труп не свалится без сил. Получив титул графа, я наведу свои порядки, зачем размениваться на меньшее? К тому же управлять разросшимся баронским феодом сложно – придётся растягивать силы и брать лишнюю финансовую нагрузку. В данный момент меня всё устраивало – я контролировал свою небольшую территорию на сто процентов.

А вот титул графа откроет мне доступ к налоговым отчислениям городов, храмов и вассалов. Суммы там немалые – отличный инструмент для решения большинства будущих проблем. Останется только по-другому распределить бюджет.

Бароны согласились на совместный судебный процесс ещё и по другой причине – не хотели появления нового игрока. Ходили слухи, граф подыскивал кандидатуру, чтобы отдать феод Смольницких. После подписания всех бумаг о титуле и закрепления земли никакой суд не примет нашей жалобы. Дескать, поздно спохватились.

– Мои поздравления, сегодня ты уложила этих хряков на лопатки, – сказал я, подавая руку Троекурской, когда она садилась в карету.

– Тише, они ведь могут услышать, – шикнула девушка и забралась внутрь, Нобу и Склодского я отправил сразу к храму, где у нас было запланировано ещё одно мероприятие. – И вообще, своими действиями ты не на шутку рассердишь Его Сиятельство, оно того стоит?

– Мне не нужна земля Смольницких, я собираюсь её продать.

– Что? – подалась вперёд Марина. – Владимир, это ненормально… Поля под пашню лишними не будут. Эй, ты слушаешь меня? – сердито спросила она, когда я отодвинул сетчатую шторочку, посматривая на улицу.

– Да, конечно, не беспокойся, я со всем разберусь. Тебя до суда подбросить?

– Будь добр.

Она раздражённо подняла бровь и застучала носком сапога. Мы молчали. Довольно долго. Слышны были только скрип колёс, покашливания извозчика и проезжающие мимо повозки. В глазах Троекурской сначала читалось желание потыкать в меня чем-то острым, потому что ей не нравилась эта невидимая информационная преграда, но в то же время она желала вести себя профессионально.

Её обязанности тесно переплетались с моей карьерой, потому любые недопонимания справедливо вызывали вопросы. Нужно знать, куда мы движемся, чтобы корректировать развитие феода. Сообщать ей сейчас, что я готов карабкаться до самого верха – не лучшее решение.

– Бесишь.

– Что? – я вынырнул из своих размышлений, взглянув на откинувшуюся на своём месте Троекурскую.

– Ничего, Ваше благородие, – натянуто улыбнулась она.

Это было настолько не в её природе, что до конца дороги я то и дело посматривал в её сторону, но, как только мы пересекались взглядами, она намеренно надевала маску любезности.

– Хорошей вам дороги, Владимир Денисович, – громко и с напускным елейным добродушием пожелала она, когда вышла у здания суда.

Дверца, правда, хлопнула так, что чуть с петель не слетела.

– Ненормальная, – я перекрестился и крикнул кучеру. – Вези к храму!

У входа уже ждали Нобу, Склодский, Потап, Мефодий, а также глава второго отряда Прокофий Щукин вместе со своим десятком и двумя артиллерийскими наводчиками из гарнизона. Кроме них дисциплинированно выстроились семьдесят глипт. Гио я оставил за старшего в поселении – этот в случае чего продержится до вечера. В крайнем случае к нам прилетит Иней с сигналом о помощи. Вопрос безопасности мы тщательно продумали.

– РГО доверило нам спецзаказ в «Жёлтом-6», – объявил я всем, собрав их вокруг себя. – Будем охотиться на саблезубых йети. Умников из РГО интересует феномен берцовой кости этих тварей. Хотят понять, почему такие огромные выродки не проваливаются под снег. За десять дней нам нужно добыть две тысячи образцов. Тогда получим к обычной цене ещё четверть. Задача ясна?

– Так точно, Ваше благородие! – ответил за всех Щукин.

Берцовая кость саблезубого йети стоила 100 рублей, общая сумма добычи выйдет в 200 000 с учëтом бесплатной безлимитной по времени проходки. Прибавьте сюда бонус за срочность и получается 250 000 целковых!

Тут внесу ложку дëгтя, чтобы не захлебнуться слюной: иногда даже за пять отведëнных часов витязи никого не находили – племена отдалились от стоянки людей и умело прятались в снежных полях и горах. В этом и заключалась сложность массовой добычи – обычные отряды самостоятельно столько не добудут.

А второй проблемой можно назвать транспортировку и разделку туш. На холоде чуть зазеваешься и труп превратится в ледышку. Нужны сани и особая порода выносливых морозостойких лошадей, а ещë им корм…

Короче, только на словах легко, а там, поди, сделай. Благо разведчики ещë как-то выручали, но их на все миры не напасëшься. Вот и выручали такие подрядчики со стороны, как я.

Дружба с Абросимовым в который раз приносила бенефиты. Спецзаказ могли отдать более зарекомендовавшей себя команде, скажем герцогской или княжеской, на худой конец – графской, но ротмистр подсуетился и выбил его нам. В силах убийцы некромантов он точно не сомневался.

С другой стороны, что-то мне подсказывало, многие отказались от этого спецзаказа из-за чрезмерной возни. Мир всего лишь жëлтого ранга, а столько условий для охоты. Проще в оранжевых и красных мирах сшибать свою деньгу и не рисковать людьми. Так что кто ещë кому одолжение делал, но тут грех жаловаться. Сейчас любая возможность заработать только в радость. Нужны йети? Получите своих йети, нам то что? Мы на голову отбитые.

Город-колония в «Жёлтом-6» покрывал заснеженный козырëк монструозной горы. Врата располагались на возвышенности, потому нам сразу открылась картина эдакой поляны с домиками-грибами. Место было суровое, морозное, потому из печных труб тут и там вылетали извивающиеся змеями кудри дыма.

– Ну хоть одеты по погоде, – шмыгнул сзади Потап, кутаясь в свою лисью шубу.

«Борец за жизни зверей, ага, как же».

На левой руке тот по привычке носил перчатку-линзу, но часть слабых заклинаний мог произносить и без магического «костыля». Здесь, в мире с промёрзшей землёй, ему придётся несладко – неоткуда выращивать растения. Взял я его лишь в качестве следопыта, чтобы быстрее находить стоянки йети.

– Не будем терять времени

Драйзер внимательно слушал мои рассказы о сражениях в «Чёрном-4» и извлёк из них максимум. Так у нас появились транспортные глипты-бойцы. У них к спине на кожаных ремнях сверху и снизу крепились деревянные «коробки». Теперь не надо было болтаться как блоха, цепляясь за верёвки – магзверь садился на колено и ты запрыгивал внутрь. Там бойцов ожидал сюрприз в виде пары луков и внушительного запаса стрел, но это ещё не всё.

Вдоль всей кабинки зубьями вниз торчали компактно уложенные двадцать дротиков. Два копья крепились с внешней стороны, и их тоже можно было использовать верхом, как и четыре метательных топора, спрятанных в пазах по углам.

Не забыл Драйзер и про сумку с медикаментами: стяжень, бинты, шина, разнообразные мази, спирт и многое другое. Даже сухпаёк на неделю положили. Лукична туда запихала всё самое энергоёмкое и удобное в употреблении в походе: вяленое мясо, сало, сушёные лепёшки, орехи, мёд в сотах, пеммикан, чайные брекеты и многое другое вместе с минимальным набором для выживания.

Садясь внутрь, ты чувствовал себя наездником в римской колеснице, только она была ещё и твоим арсеналом. Функциональность каждого воина таким образом возрастала в разы. Транспортный глипт действовал осмотрительней, чем его агрессивные товарищи на передовой. В одной руке он держал широкий башенный щит, чтобы прикрывать своего человека – пока что это был максимум воинского искусства.

Заставить их использовать оружие ближнего боя – что-то из разряда невозможного. Они жутко оскорблялись, ведь сапфировая кость – бойцовская гордость каменного народа. При этом с пушками проблем не возникало.

Мы взяли с собой два расчёта для испытания в боевых условиях. Чтобы не перегружать отряд телегами с ядрами, их по сорок штук несли пятеро грузчиков-глипт.

Всего получалось тридцать пять каменных бойцов на первой линии и тридцать пять с артиллерией и людьми на второй. Вожака Лёлика я отправил на острие, а сам оседлал его сына Грымзика. Появление каменной армады вызвало переполох на улицах «Жёлтого-6», но после разговора с офицером полиции нас сопроводили до ворот, чтобы успокоить жителей.

Оттуда в течение шести часов мы брели по заснеженной равнине. Горы остались позади и, наконец, нам посчастливилось встретить стаю из пятидесяти саблезубых йети. Эти здоровяки были каждый под три метра, а их вожак все пять.

Сюда без десятка магов старались не соваться – в ближнем бою очень опасно. Монстры кучковались в маленькие армии и давали отпор людям. Тысячи лет это были их земли, а тут заявились какие-то пришлые лысые обезьяны, непорядок!

Вперёд на одном колене выстроились шесть глипт-пушкарей с заряженными стволами. Их наводчики суетились рядом, приказывая помощникам тут же заряжать вторую партию пушек. Для гарнизонных ребят Межмирье с его монстрами – то ещё испытание, но Драйзер их натаскал не думать об опасности, а делать свою работу.

«Исполни свой долг, даже когда коленки трясутся! Даже когда в штанах предательски воняет! Ты слышал, боец⁈» – эхом раздался в памяти орущий голос воеводы.

Я подъехал к обоим расчётам и прицелился из бландербаса в бегущую на нас свирепую толпу.

– Слушай мою команду!

Прогремел выстрел, и я почувствовал характерный запах от порохового облачка. Нёсшаяся впереди мускулистая тварь получила ранение в грудь и споткнулась. Её сородичи не обратили на это внимание и затоптали в порыве ярости.

– Пли!