Текст книги "Феодал. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Илья Рэд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

Глава 2
Оно того стоило

10 дней спустя, владения барона Черноярского, Таленбург.

После экспедиции в чёрный мир настала пора заняться укреплением столицы моего феода. Таленбург среди прочих городов можно было сравнить с бройлером-переростком, который вбирал в себя всё, что дадут, и разрастался с каждым днём.

Крепостная стена возводилась быстро, но и жилые постройки не отставали. Мои бригадиры нашли чрезмерным такое количество глипт и дальновидно распределили трудовые потоки. Каменные работники перестали друг другу мешаться и простаивать в очереди.

Митька Кошевой и Ермолай Яр как группа учёных с секундомером и исписанной записной книжечкой всё просчитали: сколько глиптам требуется времени на перенос груза, какая оптимальная скорость работы, максимально поднимаемый вес, безопасная скорость передвижения по городу, чтобы никому не мешать или не дай бог сбить. Таких сведений набралось уйма, и все они были сведены к усреднённому показателю.

«Ни один грамм каши не должен пропасть зазря», – поглаживая выбритый подбородок, докладывал Кошевой.

Их расчёты шли далеко вперёд и учитывали даже будущее заселение города. Ведь сеть снабжения тогда совсем поменяется. Улицы намеренно делались шире обычного, чтобы учитывать проживание глипт. Также им в подвалах обустраивалось удобное жилище.

Со временем у каждого жителя Таленбурга будет свой индивидуальный помощник – таким я видел наше развитие. Вечно тянуть нагрузку из собственной казны накладно, а вот раздать магзверей в аренду…

На этом можно серьёзно разбогатеть. Способность зарабатывать с умелым помощником кратно увеличивалась, так что я не переживал за оплату. Наш народ сообразительный – придумают, как себе место под солнцем выбить.

«Надо только условия труда и первые рабочие места обеспечить».

Мысли мои всё чаще блуждали в сфере финансов. На любое начинание требовались вложения денег, а заканчивались они несправедливо быстро. Активов, приносящих доход именно сейчас, было немного. Это 0,25% с добычи стяженя – контракт с империей дал возможность присосаться к щедрому потоку рублей.

Далее я взымал 5% с торговли купца Ейчикова на территории Таленбурга. Его лавки бойко торговали товарами из города и Межмирья, но это не те деньги, что помогут в поднятии города.

70% с торговли артефактами на Межмировом рынке – хороший ручеёк финансов, таких бы штук двадцать. В день предприятие приносило мне от одной до двух тысяч рублей в среднем. Гио, кстати, слепил нам помимо посуды новую придумку из иномирного металла – согревающие кольца.

Они грели не всё тело, а лишь ладони. Такая безобидная штучка, а оказалось, что многие дамы зимой мёрзли даже в перчатках. Получилась в некотором роде полезная светская приблуда, завязанная на умениях мага земли: он заставлял металл со временем истончаться, отдавая энергию, потому кольца имели свой срок годности. Чтобы раскусить эту технологию потребуется не один месяц, потому её не украдут вот так сразу.

Нам поступали предложения выкупить секрет создания, но решено было оттянуть это решение. Кольца пользовались больши́м спросом – мы попали аккурат в сезон, на дворе бушевала зима. Впрочем, не только женщины их покупали, но даже некоторые ремесленники-мужчины и парочка воинов-мечников не побрезговали.

Последним источником дохода был второй отряд витязей. Ребята за пару недель неплохо сработались и ломали хребты тваринам в синих мирах. Десять человек зарабатывали в день в среднем по две тысячи. В целом неплохой результат, если учесть, что посылал я их в относительно безопасные миры. Четырёхчасовые сессии ограничивали по времени, но сегодня гонец от Абросимова привёз мне то, что облегчило нам жизнь.

– Барон Владимир Черноярский, вы успешно закрыли тридцать экспедиций, и Великий посадник даровал вам допуск в жёлтые миры. Время нахождения в Межмирье увеличено до пяти часов. Поздравляю, – он почтительно протянул мне обеими ладонями круглую металлическую медаль с печатью двуглавого орла и двумя жёлтыми кожаными хвостиками.

– Отличные новости, спасибо. Григорий, проводи гонца в комнату для гостей и накорми, – велел я писарю и какое-то время любовался своим новым ярлыком.

Впереди три ранга, прежде чем я начну сам ходить в чёрные миры. Польза от этой штуки очевидная. Несмотря на то что у меня теперь собственные подпольные порталы, я всё ещё являюсь частью имперской системы, где цвет ярлыка играет большую роль.

Не у каждого аристократа дружина ходит по чëрным мирам. Это привилегия скорее герцогов и великих князей. Чтобы получать большие деньги и не попасться на измене, я должен сбывать трофеи официальным скупщикам. Если не сойдётся дебет с кредитом и заметят лишние единицы товара, то мне отрубят голову.

Подземный храм предназначен для личного пользования: создания артефактов из ресурсов Межмирья, возведения колоний, размещения тренировочных площадок для войск, строительства ферм, хранилищ, убежищ и многого другого. Это стратегическая кубышка пока без возможности вывода богатств в валюту. Там мы копим необходимые запасы для будущей большой войны.

Впрочем, у меня есть идея, как решить проблему обналичивания средств, но сейчас не об этом. Официальный ярлык в первую очередь давал возможность получать легальные средства, и весьма неплохие. А второе преимущество – более опытные витязи охотней шли в команду. Проходка в жёлтые миры – это какой-никакой статус.

«На оранжевый придётся 60 экспедиций отпахать».

По количеству участников мы с лёгкостью проходили все установленные барьеры благодаря глиптам, так что нам осталось только закрыть официальную норму. Юра Абросимов обещал мне свободный путь наверх без бюрократии. На самом деле не всем вот так сразу по выполнению нормы вручали подобные допуски. Приходилось годами ждать и доказывать свою пригодность. Мне посчастливилось избежать этой участи.

– Кто там? – я стоял в пустой комнате для совещаний, в окна бил утренний свет.

После моего вопроса внутрь ввалился разозлённый водный маг Щукин. Его перекошенное лицо пылало яростью, скрюченная рука сжимала шапку, а по щекам и носу разлился румянец от мороза. Прежде чем он заговорил, я спрятал ярлык в карман.

– С меня хватит! Я свою часть уговора выполнил, да какой там – лишние три дня с этим полудурком провозился. Всё без толку. Хоть так ты говори, хоть эдак – бестолковый ваш Данила. А как человек одно слово – дрянь. Ему бы общаться со старшими научиться: грубит, пару раз в драку полез, мнение о себе выше крыши. Зараза мерзопакостная…

– Прокофий Степанович, доброе утро, – поздоровался я.

– Прошу прощения, с кем поведёшься… Доброе, Ваше Благородие.

– Значит, как я велел, ты Даниле Шушикову преподал свои уроки в магии воды?

– Сделал что мог, – кратко ответил бывший офицер.

– Отлично, получишь свои десять окладов, как и договаривались, – легонько пожал я плечами и накинул шубу на плечи. – Что-то ещё?

Щукин растерялся от такого спокойствия, предполагая дальнейшие просьбы барона в воспитании нерадивого кандидата.

– Нет.

– Тогда иди рыбачь, ты свободен.

– Погодите, Владимир Денисович, – попросил он, пропуская меня вперёд. – Я хотел спросить, а зачем всё это было? Что дальше-то?

Я громко выдохнул и как бы оценивающе посмотрел на мага, думая говорить, или нет.

– А чего объяснять, идём со мной, сам всё увидишь, – разрешил я и толкнул дверь.

Пройдя до выхода из терема, мы попали на мороз и свернули в сторону сторожевой вышки на западной стороне. Там Драйзер вместе с Нобу тренировали ребят из гарнизона, но сейчас они ушли на утренний обход и какие-то учения в лесу. Нас ожидал столпившийся второй отряд витязей, а вместе с ними и рыжий возмутитель спокойствия Шушиков.

– Ты ещё здесь? – проскрипел зубами водный маг.

– Я, вообще-то, выполняю приказ Его Благородия, а вот что ты тут забыл, дряхлая мышь?

– Замолкните оба, – приказал я, положив руку на плечо Прокофия, когда он дёрнулся вперёд. – У меня парочка важных объявлений, идите сюда, – когда витязи обступили нас полукругом, я достал ярлык и продемонстрировал его всем. – Теперь у нас допуск в жёлтые миры, поздравляю. Благодаря вам мы закрыли норму экспедиций.

Известие подняло моральный дух бойцов: хоть они и в запасе, но для своего барона оказались полезными. Почти все раньше зарабатывали на разорении оранжевых миров, и нынешняя «ссылка» в синие не давала им в полной мере раскрыть себя, да и доходы так себе после богатой добычи на вольнице.

– Всю неделю будете ходить в «Жёлтый-13».

– Позвольте, Владимир Денисович, всего десять человек? Туда же минимум тридцать надо, – подал голос Щукин, осматривая амуницию ребят. – Им бы артефактов ещё подкинуть…

– А чтобы вам не скучно было и дело пошло веселей, нашёл я вам нового командира. Прошу любить и жаловать, маг воды Данила Шушиков. Поступаете в его распоряжение, – не обращая внимания на спесивого рыбачка, продолжил я.

Известие не обрадовало витязей. Они с лихвой успели наслушаться историй про безнадёжного рыжего мага. Щукин и вовсе выпучил глаза и побледнел.

– Возражения у кого-то есть? – угрожающе спросил я и сам себе ответил. – Возражений нет – выдвигайтесь. С тебя две проходки, – напомнил я Даниле.

Новоиспечённый командир раздул от гордости ноздри и торопливо кивнул мне. В любой другой ситуации он бы получил по шапке за такое панибратство, но сейчас я ему всё прощал. Развернувшись, я побрёл обратно в терем. Щукин, как выброшенная на берег рыба, открывал и закрывал рот, пытаясь выдавить из себя хоть словцо.

К нему сзади подошёл Данила и ударом ноги в зад толкнул бывшего офицера в сугроб.

– Сматывай удочки, дед, тебе здесь не место. Чего зенки вылупил? Пшёл-пшёл, – махнул тот кулаком, когда маг встал на ноги. – Ууу бирюк какой… Слушай мою команду…

Когда я дошёл до ступенек терема, скрип снега позади и сердитое сопенье возвестили о приближении Щукина.

– Они же помрут с ним, что ты творишь?

– Кто? – спросил я, глядя сквозь мага и изображая непонимание.

– Дед Пихто, хватит придуриваться! Думаешь, я не знаю, зачем ты этот концерт устроил? Хочешь разжалобить, чтобы я пошёл вместо него, да? Грязно играешь, барон, ох, грязно. Ладно, у нас с тобой недопонимание, но ребят-то пощади, отмени команду…

– Прокофий Степанович, мои приказы не обсуждаются.

– Пошли с ними хотя бы японца – этот демон за десятерых будет…

– Он стоит не меньше ста, – поправил я его и спустился на ступеньку вниз, – но тебе какое дело? Ты ведь у нас рыбу ловишь, вот иди и лови.

– Да пошёл ты, сопляк! – сплюнул себе под ноги Щукин и, размахивая руками, удалился прочь, заставляя прохожих шарахаться от себя.

Я повернулся обратно к лестнице. Там у крыльца стояли вечно усталый писарь и в одной рубашке целитель, вышедший вдохнуть свежего воздуха.

– Сурово ты с ним, – потягиваясь, заметил Склодский.

– Григорий, Щукина ко мне больше не пускать, – велел я и отпустил его к Маричу.

– Думаешь, так прогнёшь старика? – поинтересовался Леонид, потирая ладошки, когда мы зашли в совещательную комнату.

– Он уже в это вовлечён с головой, куда ему деваться?

– А если отряд действительно погибнет? – серьёзней спросил антилекарь, внимательно наблюдая за моей реакцией.

– Наберём новых, мне слабаки не нужны.

Опальный герцог хищно и понимающе улыбнулся.

– Считаешь меня кровожадным? – спросил я.

– Я считаю, что ты на своём месте. Сегодня опять к вивернам поедешь? – поинтересовался он.

– Да, хочешь со мной?

– Не-а, – отмахнулся лекарь, – скукота смертная. Я лучше с Потапом и Сашкой за хронолитом схожу. Обещался зелёный мир открыть, какие-то там травки редкие пособирать. Присмотрю за оболтусами.

– Зелёный? Что ж ладно, – обычно мы открывали только серые порталы, но Александру я доверял – тот не станет просто так настаивать на повышении ранга.

Завтрак я пропустил – хотел побыстрее разобраться с приручением виверны и перекусил на ходу. С собой, как всегда, прихватил Инея, он не только теперь участвовал в полётах на ветеранах, но и проходил тестовые задания у дрессировщиков.

Я прикинул, раз уж плачу за него ежемесячный налог в пять тысяч рублей, то чего добру зря пропадать? В обслуживание были включены бесплатные тренировки у любого приручителя империи.

Так что Иней гонял через препятствия, учился воздушным манёврам, до которых сам не додумался, и в целом повышал лëтные навыки. Так, для него оказалось откровением, что можно парить в воздухе на одном месте – расправить крылья и застыть. Очень удобно, когда ловишь мелкую добычу, вроде мышей-полёвок или рыбу в реке.

В общем, польза для Инея очевидная. Знания он поглощал быстрее сверстников, чем не раз удивлял дрессировщиков. На полосе препятствий уделывал всех и заработал себе авторитет среди мелюзги. Пришлось, правда, раз пять подраться, но об этом я тактично умолчу и продолжу нахваливать синезадого задиру.

Когда мы добрались до храма, он уселся мне на плечо и с прищуром за всеми наблюдал. К хозяину подходили пожимать руку командиры отрядов, кто-то просился в гарнизон или спрашивал по поводу ремесленной работы для родственников, другие предлагали выкупить рабов. Каждому приходилось уделять немного времени: что-то решать на месте, а кого-то отсылать в Таленбург для уточнения деталей.

Во время одного из таких разговоров с магом, у которого дядя был превосходным сапожником и искал новое место, мимо нас прошла свита графа Остроградского. Аристократ даже не взглянул в мою сторону. Я видел его впервые с тех пор, как мы отправились крошить некромантов.

«Где он умудрился потерять глаз?»

Чёрная повязка наискось проходила по лицу Павла Викторовича, остальных его воинов тоже потрепало. Лекарь залечил их раны, но порванную одежду и вмятины на броне никуда не денешь. По залу пошли шепотки о неудачной экспедиции, из которых я узнал, что четверых витязей недосчитались.

Я чувствовал почти осязаемую неприязнь к себе. Уровень счастья Остроградского упал до двух единиц. Пока остальные воодушевлённо обсуждали расширение империи в чёрных мирах, граф скрежетал зубами и искал момент, как бы отомстить. Однако сейчас мои позиции как никогда устойчивы: он не посмеет посягнуть на свободу убийцы некромантов.

На моей стороне сейчас всё Русское Географическое Общество и наиболее адекватная часть разведчиков, преданная Абросимову. Плюс поговаривали, что Его Величеству пришлись по нраву свежие дары.

«Сиди обтекай», – ухмыльнулся я, сворачивая к вратам в «Зелёный-66». – «Дай только возможность, и я тебя раздавлю».

У меня не было пиетета перед власть имущими, как у некоторых баронов ростовского графства. Я относился к высшей аристократии как к таким же живым людям со своими страхами и слабостями.

Немаловажную роль в этом сыграла «Диктатура параметров». С ней я много понимал в людях, и это понимание совершенствовалось. Запечатанный Аластором дар ведуна раскрывался постепенно, дабы не нанести окружающим вред.

«А только ли окружающим?»

Сначала я злился, зачем учитель придумал такое ограничение в силе, но сейчас потихоньку доходило – в первую очередь для меня самого. Подобная мощь, выданная в раннем возрасте, в состоянии полностью изменить человека. Я не хочу отдаляться от своих подданных, становясь эдаким божком на облачке – это путь в никуда, в тотальное одиночество.

Сегодняшнее «воскрешение» ветерана виверн Бранда далось совсем легко. С каждым разом слом воли проходил плавнее, а атаки на меня не приносили существенного вреда. Максимум кровь из носа пойдёт – пустяки. Старичок покряхтел, поругался, даже вздумал было замахнуться хвостом, но, получив ментальную затрещину, присмирел.

Взобравшись на него, я обнаружил слабую способность летать – мышцы после долгого застоя не слушались. Мы поднялись метров на десять и полчаса парили над загоном. Ноздри Бранда жадно ловили свежий воздух, и я чувствовал, как к нему возвращается уверенность и желание повторить полёт.

По приземлению высветилась золотистая надпись.

Ранг боевой профессии Наездник на виверне (Е) повышен до Наездник на виверне (D)

Приятная новость. Изменениям в профессиях я радовался больше, чем в других параметрах, потому как повышались они нечасто и требовали систематического труда. Иней пока мал, чтобы на нём летать, но ничто не мешает тренироваться на других вивернах.

Получив свою тысячу рублей наградных, я привычно попрощался с дрессировщиками. Большие любители магзверей они не могли оставаться равнодушными, когда их очередной запущенный воспитанник обретал новую жизнь. Потому я легко подружился с ними. С некоторыми, правда, сохранялись натянутые отношения, но плевать – главное, что коллектив перегонял в «Зелёный-66» всех проблемных виверн и подстраивался под моё расписание.

Подобная рутина мне нравилась. После операции в «Чëрном-4» я сломал «предел» пятерым работникам Кошевого, чтобы они стали ещё искусней в своём деле. А для ускорения этого процесса я распорядился выдавать рабочим еду с добавлением «секретного ингредиента».

Межмировые блюда Лукичной превращали в сухой концентрат, что-то вроде приправы. Остальным объяснили, что это полезные добавки для здоровья. Мы рассортировали и промаркировали бочонки по профессиям, и теперь жители ходили со строкой положительных эффектов для своей профессии. Достаточно одной щепотки и «+0.5% к обучению» вешался на весь день.

В мою задачу входила ежедневная дегустация новых кулинарных компонентов. Так мы и собирали нашу коллекцию. Лукична шаманила в новой пристройке, а я выносил вердикт: оно или не оно.

– Ну как? – спросила меня повариха, когда передала последнее блюдо из ингредиентов жёлтого мира, приобретённых помощником Марича.

Вываренное в течение четырёх часов мясо, наконец, можно было кусать. Настолько оно было жёстким.

Положительные эффекты цели: +0.5% к обучению профессии Лучник (1 день).

– Превосходно! Волокна тают во рту. Будешь выдавать стрелкам.

– Боевая профессия? – настороженно уточнила Лукична.

– Да, – я отодвинул от себя тарелку, но не потому, что не понравилось – это заготовка для охотников и ребят из гарнизона. – Остальное – пустышки, либо надо смешать с чем-то другим.

– Владимир Денисович, голубчик, сами видите: чем дальше в лес, тем больше дров. Может, поговорите там с каким начальством? Мне бы товар получше: «оранжевые», «красные», «чёрные» туши – вот где мякотка! А так баловство одно…

– Хорошо, я посмотрю, что можно сделать, – заверил я повариху.

Шаманизм пришёлся ей по душе: новый «материал», вкусы, исследовательский азарт – всё это поглотило Зинаиду с головой, и она проводила часы у плиты, даже попросила у Гио мерные весы, чтобы учитывать граммовку, как в какой-то лаборатории.

После сытного ужина нашей родной кухни я отправился встречать вернувшихся с экспедиции витязей. Второй отряд к моему облегчению людей не потерял, но вот десять носильщиков глипт… Ими пришлось пожертвовать, чтобы спастись. К тому же были брошены телеги со всем отвоёванным добром.

Процессия разбитых в пух и прах воинов мрачно прошла по улице, ловя на себе тревожные взгляды жителей. Трёх товарищей несли под руки, им требовалось срочное лечение, послали за Склодским. Порванная одежда и повреждённая кольчуга намекала на тяжелейшую схватку. Только Данила Шушиков уцелел – на командире не было ни одной царапины.

– Докладывай, – велел я, когда раненых унесли в лазарет, а остальные отправились в казарму.

– П-противник оказался в численном перевесе, то есть имел преимущество в числе и напал внезапно. Мы никак не ожидали такого. Личный состав цел…

– Неужели? – спросил я. – А ты в курсе, что один глипт стоит пять тысяч рублей?

– Так много? – выпучив глаза, не сдержался Данила.

– Отдавать как будешь?

– Я…я… – побледнел Шушиков, ведь к его основному долгу теперь внезапно добавился и долг перед бароном, а это грозило ещё большими неприятностями, ведь все знали, насколько опасно не отдавать деньги аристократам. – Я завтра же, мы завтра же выйдем опять, Ваше Благородие. Я всё отработаю, добыча богатая там, я вот этими руками её складывал, тысяч на пять точно было.

– Вот именно что «было». Ладно, завтра опять выходите, – ответил я, постучав пальцами по столу.

– Спасибо, спасибо, Владимир Денисович, бог мне судья, но не забуду вашей доброты, обязательно заработаем, всё притащим в лучшем виде… – захлёбываясь слюной, тараторил он, в глазах показались блестящие слезинки.

Я еле сдержался, чтобы не отпихнуть его в отвращении ногой, как какого-то слизняка.

– Спросишь новые телеги у Ермолая, иди.

– А глипты?

– Что глипты?

– Ну… Нам носильщики нужны новые, сами понимаете…

– Не понимаю, – отрезал я. – Какие тебе, сука, носильщики нужны, повтори?

– Н-никакие, – покрываясь потом, выпалил Данила.

– Правильный ответ. Никакие. Ступай.

Удручённый таким ответом рыжий командир задом вышел в дверь, не переставая кланяться. Теперь всему второму отряду предстояло самим разделывать туши, грузить их и охранять обоз, как это делали мы в своё время. Никакой дополнительной защиты или подстраховки. Численность людей и так низкая – всего одиннадцать человек вместо тридцати минимальных, так ещё не все они заняты охотой – кто-то ведь должен сидеть на козлах.

Это была экспедиция в один конец. Новость о распоряжении барона дошла не только до витязей, её шёпотом обсуждали в натопленных избах рабочие, гадая, чем же отряд так прогневил их господина. Настроение расползлось, как перед похоронами: угрюмое, молчаливое, удушливо-тяжёлое. Даже в лавке Ейчикова скис голос торгаша-острослова.

Все рано отправились спать.

Наутро я вышел из терема на свежий воздух и облокотился о перила. Внизу маячил Щукин, охрана его не пускала, потому он дожидался на улице. Мы встретились с ним взглядом, старик снял шапку и выкрикнул.

– Будь ты трижды проклят барский огузок, змея подколодная, свинья ведунская, чёрт, паскуда, тварь, олух, сволочь, пёс, нехристь, козёл драный… – из его рта одно за другим вылетали оскорбления пока я спускался к нему, и только когда мы встали друг напротив друга он с облегчением закончил.

– И к чему это всё? – спросил я.

Привлечённые вниманием жители с интересом останавливались послушать.

– После вступления в должность не смогу себе позволить такого удовольствия. Лучше выговорюсь напоследок, чем буду пухнуть от злобы.

– Резонно, только десять плетей ты всё равно получишь.

– Да и чёрт с ними, – расплывшись в улыбке, ответил Щукин. – Оно того стоило.