Текст книги "Скандал у алтаря. История униженной невесты (СИ)"

Автор книги: Илана Васина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 31

Перед тем, как лечь спать, я моюсь в купели. Потом, чистая и благоухающая жасмином, зову к себе Труди. Днем она мельком упомянула что замужние женщины в ее деревне по особому укладывают волосы перед желанной встречей с мужем. Этот обычай мне сразу показался невероятно милым.

Я слышала про язык цветов, язык жестов и даже про язык одежды, а вот про язык прически услышала впервые. Поэтому, как только служанка появляется на пороге спальне, прошу ее сделать мне такую же укладку.

Труди аккуратно расчесывает мне чуть влажные волосы. Собирает пряди у висков и перекручивает их в мягкие кольца, укладывая на затылке в свободную, объемную петлю. Никаких шпилек – все держится за счет самого плетения, и парочки вспомогательных нитей.

– Готово, – с гордостью рассматривает меня девчушка, отступив на пару шагов.

Я тоже внимательно разглядываю результат с разных ракурсов.

Красиво. Даже изысканно.

Вот вроде понимаю, что даже если мы встретимся с герцогом этой ночью, он, скорее всего, увидит меня не такой, как в реальности. Да он и разглядеть-то меня толком не сможет в темноте!

И все равно волнуюсь, вопреки логике. Я будто к свиданию готовлюсь...

Когда служанка уходит, еще долго не могу оторваться от зеркала. Всматриваюсь в свое отражение, ищу изъяны, которые можно поправить, и не нахожу.

Щеки разрумянились, в глазах будто звезды зажглись – так ярко они горят. Ткань сорочки струится по хрупкой фигурки, выгодно подчеркивая ее изгибы. Тонкая талия визуально увеличивает грудь и бедра, а светлые волосы – пепельный блонд – уложены так, что подчеркивают изящную шею и нежный овал лица.

С трудом отрываюсь от зеркала.

Ну все.

Хватит терять время!

Если не высплюсь, буду ходить завтра сонной тетерей. Много ли от меня будет проку, если мысли слипнутся в кашу?

Устраиваюсь на широкой, мягкой кровати, осторожно опускаю голову на шелковую подушку и прислушиваюсь к ощущениям. Резкого провала в реальность мужа, как в прошлый раз, не происходит. Я даже успеваю испугаться – а сработает ли сегодня магия?

Но стоит эмоциям улечься, а дыханию выровняться, как пространство подо мной начинает истончаться, и я мягко «перетекаю» в появившуюся дыру. К счастью, на сей раз приземление происходит на ноги. Босые ступни холодит камень и покалывает редкая солома.

Здесь, в новой реальности, настолько темно, что я не могу разглядеть обстановку, а эта вонь… Дышу через раз, зажимая нос. Металлический запах крови такой сильный, что перебивает все остальные.

Где Рейгар? Медленно поднимаюсь с каменного пола и почти вслепую передвигаюсь в пространстве, наугад выбирая направление. Не успеваю сделать и двух шагов, как врезаюсь во что-то большое, твердое, и меня тут же обхватывают сильные, горячие руки.

Испугаться не успеваю, потому что каким-то шестым чувством сразу узнаю мужа. Обнимаю в ответ, щекой прижимаюсь к его груди, и до моего уха доносится ровный стук его сердца…

Господи, как же я скучала!

– Я скучал больше, моя фэргю, – звучит тихий голос. – Надежда увидеть тебя ночью согревала меня весь день.

– Ты в порядке? – с тревогой всматриваюсь в его лицо и быстро кончиками пальцев скольжу по его коже. – Ты не ранен? Я слышала про нападение.

– Разлуку с тобой, – в голосе мужа «слышится» улыбка, – было вынести сложнее, чем пару царапин от наглого червя.

Он мягко проводит ладонью по моему затылку. В горле перехватывает то ли от нежности, спрятанной в этом движении, то ли от того, что свои мысли я высказала вслух. Кажется, чем ближе мы становимся, тем невозможнее прятаться за словами.

Когда его дыхание обжигает мне темечко, а руки пропускают волосы сквозь пальцы, превращая укладку в струящийся водопад, мои мысли снова спутываются в тугой клубок.

Я едва не мурлычу от происходящего.

Меня тревожит, с какой готовностью я впитываю его прикосновения. Я будто высохшая губка, которую погрузили в воду, и теперь она жадно, почти одержимо вбирает в себя каждую доступную каплю.

И опять, словно в ответ на мои мысли, дракон произносит:

– Такова древняя связь фэргю и ее избранника. Ты делаешь меня сильнее, моя девочка. Так же, как я – тебя.

Коротко выдыхаю.

Вроде ничего удивительного не сказал, но при этом его слова дают мне причину отступить.

Я не хочу эм… эмоциональной и физической близости ради какой-то стратегической цели.

Я пришла поговорить с ним о деле, а в его объятиях все мои мысли плавятся в бессвязный сгусток.

Так нельзя. Это неправильно. Только не сейчас.

Отступая, быстро собираюсь с мыслями.

– Рейгар, зачем, по-твоему, Кринвуду могли понадобится триглиды?

– Триглиды?

В ответ на его удивленный взгляд приходится рассказать предысторию.

– Все ясно, – с досадой бросает муж, ударяя по стене кулаком. – Проклятый вор задумал меня обокрасть.

– Что ты имеешь в виду?

– Когда мои ученые обнаружили в пещере кристаллы сланша, мы столкнулись с трудностями транспортировки. Путь в пещеру пролегал сквозь почти отвесные и скользкие поверхности. Ученые проникли туда с помощью магии, а выбраться обратно со сланшом им не удалось.

– Почему?

– Кристаллы сланша дестабилизировали магию, делая возвращением невозможным. Я пробовал проникнуть туда сам. В ипостаси дракона оттуда было не пролезть, а в ипостаси человека было не воспользоваться магией. Если триглиды – вьючные оборотни, устойчивые к магическому воздействию, они могут вынести сланш и наездника из пещеры. Тогда и магия для транспортировки не понадобится.

– Но зачем Кринвуду столько сланша? Он этими кристаллами питаться что ли надумал? – задумчиво качаю головой. – Из твоего рассказа получается, что в нескольких кристаллах сланша магии содержится больше, чем во всем королевстве.

– Что даст ему силу, – подхватывает Рейгар, – большую, чем у самого короля. А как ты думаешь, – он делает многозначительную паузу, – зачем ему быть сильнее короля?

Глава 32

– Значит, он сам хочет стать королем? – ахаю, прикрывая рот ладошкой.

Рейгар кивает:

– Думаю, да.

Перед глазами внезапно проносится картинка. В огромном тронном зале восседает король с белыми волосами. Его руки по локоть запачканы в крови, а в глазах столько холода и жестокости, что мороз пробирает по коже. Жуть какая...

– Надо его остановить, – в панике принимаюсь метаться по камере, но тут же, осененная внезапной идеей, резко поворачиваюсь к мужу: – Может, рассказать королю о планах Кринвуда и столкнуть их лбами?

Вижу, как он в полумраке тот качает головой.

– Король доверяет Советнику. Если тот заявит, что я добывал сланш для переворота, а Кринвуд лишь пытался узнать о нем ради блага монарха, король без колебаний поверит. На следующий день меня обезглавят, а кантон перейдет под власть короля – якобы из соображений безопасности.

– Но ведь Кринвуд до сих пор этого не сделал. Почему?

– Он до сих пор надеется забрать сланш себе. По-тихому.

Когда я понимаю, насколько продуман этот гад, невольно ощущаю себя в липкой паутине здоровенного паука с огромными мерзкими лапками, который шаг за шагом подбирается ко мне.

Возможно, прямо сейчас Кринвуд охотится на триглидов. Ведь, чтобы осуществить его планы, хватит одной особи… Но, с другой стороны, триглиды – существа дикие. Их не объездишь за полдня... Но ведь со временем-то объездишь?.. Проклятый ворюга!

Меня трясет от эмоций и отвратительного чувства бессилия, с привкусом горечи. Секунда – и Рейгар снова оказывается рядом, заключая в крепкие объятия. Его жар перетекает в меня, согревая и постепенно успокаивая нервную дрожь. Ощущаю под его кожей литые драконьи мышцы. Горячие ладони, скользящие по шее, спине, талии придают мне сил. Неожиданно все наши проблемы и враги кажутся жалкими муравьями, ползающими у моих ног. Незначительные помехи, мелочи, не стоящие волнений.

Лишь огромным усилием воли мне удается оторвать щеку от его груди, где меня успокаивал и согревал волшебный стук драконьего сердца. Хочу отстраниться, но он не отпускает – удерживает за запястье:

– Побудь со мной еще, моя фэргю!

– Я бы и рада, – с грустью улыбаюсь, – но мне пора. Если не делать ничего для нашего будущего, то скоро у нас не останется настоящего…

Кажется, он говорит что-то еще, но я заставляю себя двигаться прочь, с усилием преодолевая новую для себя гравитацию – тягу к нему. А потом с силой прижимаюсь к каменной стене. И снова острые грани впиваются в лопатки и затылок, помогая очнуться в своей реальности.

Открываю глаза и всматриваюсь в окружение. Я лежу в своей кровати в позе эмбриона. За окном ночь, и так тихо, что слышу собственное дыхание. Даже ранние пташки на улице еще молчат.

Спят все.

Это значит, самое время нанести визит одной очень неприятной особе. Она боится Кринвуда, потому что ни разу не переходила дорогу фэргю. Что же, ее предупреждали о последствиях.

Закрываю глаза, приказываю себе успокоиться. Когда сердечный стук выравнивается, представляю себе лицо Лии во всех деталях...

Через несколько часов спустя.

– Простите, госпожа, но я должен кое-что вам сказать, – говорит дворецкий, стоит мне показаться в столовой. – Я бы не посмел отвлекать вас по таким пустякам, но вы приказали незамедлительно передавать вам все новости, и важные, и неважные.

– Я вас слушаю, – поворачиваюсь к мужчине, уже понимая, что он сейчас скажет.

Сегодня он, как всегда одет в безупречно выглаженный камзол, с белой манишкой. Одежда в идеальном состоянии, в вот на его лице царит смятение. В умных, серых глазах читается беспокойство.

– Вас просит о встрече заключенная под стражу горничная, госпожа. Хотя, точнее будет «умоляет».

– Спасибо, что предупредили, Годвик. Спущусь к ней сразу после завтрака. Эта девица говорила, зачем зовет?

– Э-э, – флегматичный дворецкий пару секунд мнется, а потом смущенно добавляет: – Она сказала, что госпожа слишком жестока и не оставила ей выбора. Еще она осмелилась заявить, что вы ведете нечестную игру… В голове не укладывается, как у этой дерзкой девчонки язык повернулся такое ляпнуть.

– Ну, это как раз неудивительно, – пожимаю плечами. – Жестокие люди легко оправдывают свои поступки, а потом громче всех возмущаются, когда жестокость обращается против них... Спасибо, Годвик. Пожалуй, я спущусь к ней прямо сейчас.

Вчера, когда я оставила Лию, она производила впечатление упрямой девицы со вздорным характером. А сегодня утром меня встречает отчаявшаяся женщина.

За ночь ей добавилось лет десять. Волосы засалены и взлохмачены, на висках появились седые пряди, а под глазами – болезненные, темные круги. Когда-то хорошенькое лицо перекошено от страдания. Она цепляется за решетку и взволнованно бормочет:

– Зачем вы со мной так? Умоляю вас, не делайте этого больше! Вы же тоже молоды… Вы же можете понять… Все ошибаются, когда молоды, да? Я готова страдать днем, но ваши кошмары сводят меня с ума… Пожалуйста, прошу вас, оставьте мне хотя бы спокойные ночи!

– Это все? – с холодом отвечаю. – Снова кричишь о бедной себе? Я думала, ты готова сказать мне хоть что-то полезное, но, похоже, ошиблась.

Быстро разворачиваюсь и успеваю сделать два шага к выходу, как до ушей долетает ее голос:

– Пощадите, умоляю! У вас же не камень в груди? У вас же есть сердце, да?

Я резко разворачиваюсь и двумя быстрыми шагами возвращаюсь к решетке. Буравлю ее сердитым взглядом:

– Да, у меня есть сердце. Но любовь в нем – к родным и близким. А ты… Ты помогла добиться для мужа смертельного приговора. С чего мне тебя щадить? Дай мне хоть одну причину!

Какое-то время она молчит. Затем заламывает руки и, отойдя на шаг от решетки, глухо бормочет:

– Ладно… Ваша взяла. Я дам вам причину. Я расскажу все, что знаю о вашем враге.

Глава 33

– Хозяин поймал меня, – начинает она, – когда я была уличной воришкой. Таскала кошельки у пьяных господ…

– Хозяин? – невольно усмехаюсь. – Пикантных нюансов ваших отношений мне, знаешь ли, маловато. Назови его полное имя.

– Лорд Тимиан Кринвуд, – мрачно произносит она. – Так вот, в нашу первую встречу он дал мне выбор: либо работать на него, либо отправиться на каторжные работы. Естественно, я выбрала работу на него, – Лия с вызовом смотрит мне в глаза.

Видимо, не прочитав на моем лице эмоций, – осуждения или злости – она успокаивается и продолжает:

– Я выполняла для него кое-какие мелкие поручения вдали от столицы. Соблазнить, обокрасть, подставить – в этом я была мастерица. Видимо, убедившись в моих способностях, он приказал мне устроиться к герцогу Риддарису в качестве служанки. Мне было велено втереться к нему в доверие и делить с ним постель… Не смотрите на меня так возмущенно, госпожа! Мне не удалось настолько приблизиться к герцогу. Как я ни старалась, в глазах герцога я оставалась простой горничной. Он даже поставил мне ультиматум: или буду вести себя достойно, или отправлюсь на поиск новой работы.

– И? – говорю сердито.

Злюсь на себя, что позволила этой гадине подловить мои эмоции.

– Я передавала Хозяину все, что мне удавалось узнать. С кем встречался герцог в течение дня, когда уезжал в свой замок, кому отправлял письма с посыльным. Мне даже удалось раздобыть образцы его почерка. Я должна была оставаться здесь, в доме герцога, до его приговора. Держать маску респектабельной служанки надоело мне хуже горькой саквы. Я уже собирала свои вещички, чтобы отсюда исчезнуть, но появились вы. Мне снова было велено остаться здесь и следить за вами.

– Как ты связывалась с Кринвудом?

– Я ходила в город по ночам. Раньше у нас даже охраны не было на вилле. Потом мне пришлось придумать больную тетушку.

Она замолкает, не сводя с меня глаз в ожидании моей реакции, и я пожимаю плечами:

– О том, что ты рассказала, я давно догадалась сама. А теперь рассказывай все, что тебе известно насчет Кринвуда. И помни, голубушка: твоя судьба зависит от того, насколько ты будешь мне полезна.

Девчонка судорожно вздыхает. Кивает, хмурится, будто напрягая память, и выдает:

– Хозяин любит красивых женщин, но при этом тщательно следит, чтобы не наплодить от них незаконнорожденных отпрысков. Он любит роскошь, и любит окружать себя красивыми вещами. Он жесток и коварен. К нему прислушивается сам король, да что там король... – она взволнованно машет рукой. – Его боится собственная семья. Обычно родители диктуют свою волю детям, но я не раз замечала, что в семейных советах последнее слово всегда за Хозяином. И… Кажется, об этом еще никто не знает, но он недавно заложил свое фамильное имение.

– Зачем?

Девица пожимает плечами.

– Мне это неизвестно. Но мой опыт и интуиция подсказывают, что Хозяину понадобились деньги в связи с вашим делом.

– Твоих инстинктов мне мало. Мне нужны факты.

Она резко выдыхает, будто выплескивая в этом движении свое раздражение. Девчонка так и крутится тут ужом, лишь бы лишнего слова про своего драгоценного Хозяина не ляпнуть. А меня это вот ее «не знаю-не ведаю» не устраивает.

– Однажды к Хозяину приходил один мужчина. Ночью, тайком. Кажется, какой-то важный судейский чиновник. Я проходила мимо его кабинета и случайно услышала часть их разговора. Хозяин злился: «Ты совсем разум потерял? Умерь-ка свои аппетиты, граф, пока не лопнул по швам твой хваленый судейский лоск! Твое рыльце тоже в пушку.» А граф смеялся в ответ. «Давай-давай! Если захочешь меня отправить за решетку, утащу тебя следом. А если отправишь меня на казнь, напоминаю. Деревню унаследует моя сестра. Она, как ты знаешь, не будет столь сговорчива…» Тут они, кажется, услышали, как скрипнула под моими ногами половица, и замолчали. Мне пришлось быстренько скрыться.

– Как звали того чиновника?

– Он не называл имен.

– Хорошо, продолжай.

Лия заметно теряется.

– А я… Больше ничего не знаю.

– Твой рассказ лишь подтвердил мои догадки, но этого слишком мало. Думай дальше.

– Но… – лицо девицы кривится, будто она готовится разреветься. – Я больше ничего не могу вспомнить.

– Ты была вхожа в его дом, прислуживала на семейных советах, и больше ничего не помнишь? – с укором щелкаю языком. – Хватит врать! Ты должна вспомнить что-нибудь посущественнее. В качестве первого поощрения я прикажу принести тебе горячий обед. Но помни. Стража получила приказ не давать тебе спать днем. Если к вечеру ты не вспомнишь ничего ценного, мы увидимся с тобой в новых кошмарах.

Пока поднимаюсь в столовую, раскладываю в голове по полочкам полученную информацию. Получается, финансовые проблемы Кринвуда связаны с аппетитами братца, который был готов поделиться доступом к своим – хотя моим вообще-то! – триглидам за огромную сумму. Видимо, братец думал, что Кринвуд захочет на сланше только обогатиться, даже не подозревая что тот метит в короли.

Самое забавное, что Лия, чертовка, выдала мне информацию на актуальную тему, но при этом она никак не поможет потопить ее драгоценного Хозяина. Ну, купил он себе триглидов, и что дальше? Ну, заплатил за них фамильным имением – имеет право. Не судиться же с ним за безрассудные траты! И, тем не менее, рассказ девчонки наталкивает меня на свежую мысль. Одну ниточку я до сих пор упускала, а ведь стоило за нее потянуть гораздо раньше!

Усевшись за стол, где моя маленькая команда уже заканчивает завтракать, – я просила начинать без меня – обращаюсь к юристу:

– Господин Дюрэ, существует ли процедура финансового аудита для судейских чиновников и поверенных?

– Разумеется, – кивает тот настороженно. – Обычно это происходит по решению прокурора. По личной инициативе работа аудиторов обойдется вам весьма недешево.

– Это неважно. Попрошу вас инициировать аудит поверенного Юргена Лигидайла и моего брата, Судейского Администратора Эредара Рествана. Я подозреваю, что мой брат заплатил господину Юргену Лигидайлу взятку, чтобы провернуть аферу с моей долей наследства. В этой афере участвовал наш семейный врач по имени Лайт Горухард, а также парнишка, служивший в доме отца, по имени Фред. И самое главное. Афера по лишению меня доли наследства связана с наговором на моего мужа.

Поверенный поудобнее устраивается на стуле, складывает руки на груди и кивает.

– Я внимательно вас слушаю, миледи. Чем подробнее вы расскажете об этой афере, тем больше я смогу сделать для вас и вашего мужа.

Глава 34

Через несколько часов

Когда мы заканчиваем нашу долгую беседу, господин Дюре отправляется инициировать процедуру аудита, а я выхожу на улицу, чтобы познакомиться с новыми стражами. Даже через наглухо закрытое окно столовой я слышала их громкие переговоры, лошадиный храп и тяжелый топот копыт.

Судя по удивленным взглядам прислуги, герцогине не по статусу личное знакомство с солдатами, но мне не до этикета. Если людям предстоит, защищая меня, рисковать своей жизнью то почему бы не взглянуть им в глаза и не узнать их имена?

Двадцать три мужчины, что собрались у парадного входа в дом, производят впечатление опытных воинов. Их лица отличаются от «гражданских» шрамами, цепкими взглядами, а фигуры – крепостью и особой, уверенной неторопливостью движений. Они одеты в легкие доспехи из обработанной кожи

Все вооружены, и у всех есть лошади, которые сейчас нетерпеливо переступают с ноги на ногу, тихо фыркают и трясут гривами, отгоняя назойливых мошек. Запах конского пота смешивается с ароматом кожи – свежее снаряжение еще не потеряло характерный запах дубления.

Только один из воинов сильно выделяется на общем фоне... Нет, он тоже одет в доспехи, и даже не сильно ниже остальных, но выглядит при этом настолько тонким и звонким, что я сомневаюсь, сможет ли он поднять тяжелый меч. Под длинными белыми волосами не сразу замечаю заостренные уши.

Если бы не эльфийские уши, я бы подумала, что он младший кузен Кринвуда. Есть между ними нечто общее: оба худощавые, у обоих ярко выражены скулы, белые волосы и светлая гладкая кожа… Но ведь эльф не может быть родней дракону, так?

Хотя кто их разберет…

– Элариэль, – дарн Ферий взволнованно указывает на беловолосого парня, – не только искусный лучник, но и опытный менталист. Он способен проникнуть в сознание врага и спутать его мысли. Обычно эльфы не нанимаются в личную стражу. То, что мы встретились как раз, когда я набирал новых воинов, – это редкостное везение.

– У вас и правда бесценный дар,– обращаюсь к эльфу. – На каком максимальном расстоянии вы работаете ментально?

– В зоне видимости, госпожа, – парень отвечает глубоким, тихим голосом.

– Вы можете влиять на дракона?

– Да.

– И на… меня?

– На любое разумное существо, кроме эльфов и фэргю.

– Интересная комбинация, – говорю с улыбкой. – Почему вы не пойдете против своего народа – это я еще могу понять. Но почему – не против фэргю?

– Одна из моих пра-прабабок была фэргю, как и вы. В моих жилах течет ее кровь, вот почему я никогда не воспользуюсь своим даром против вас. А что касается везения, – он поворачивается к управляющему. – Оно тут не при чем. Я пришел сюда, подчинившись велению своих предков.

После этой фразы он легонько кланяется и, отойдя на несколько шагов, принимается заниматься своим конем. Протягивает ему какое-то лакомство, гладит по шее, и что-то при этом шепчет. Лошадь утыкается ему в ладонь и благодарно фырчит. Ее хозяин проверяет подпругу, приглушенно бормоча себе под нос непонятные мне слова – наверно, на эльфийском.

Воин как воин… И что я к нему прицепилась?

– Дарн Ферий, – говорю, задумчиво провожая взглядом его тонкую фигуру. – Вы же уверены в этом… Э-ла-ри-э-ле?

– Настолько же, насколько уверен в других воинах. Почему вы спрашиваете, госпожа?

– Не знаю, просто… Других воинов нашли вы, – я задумчиво рву соломинку, поднятую с земли. – А этот – пришел сам. Мошенников, которых я до сих пор встречала, объединяло одно: они очень настойчиво лезли в мою жизнь. Как-то все слишком подозрительно... И откуда он знает, что я фэргю?

– Возможно, от почившей прабабки,– вскидывает брови управляющий. – Или прочитал это по вашей ауре.

– Возможно, – растерзав несчастную соломку, подбираю другую. – Но знаете что, дарн Ферий? Если вдруг случится опасная ситуация, и я буду выглядеть запутавшейся или с мутным сознанием, надеюсь, вы догадаетесь, что делать?

Управляющий хмурится и мрачнеет.

– Если ваш инстинкт подсказывает, что от эльфа ждать беды, почему бы его не выгнать? Одно ваше слово – и я разорву с ним контракт, – он делает шаг в сторону Элариона.

– Нет, нет, не надо, – останавливаю его быстрым жестом. – В том-то и дело, что я не уверена, говорит ли во мне сейчас инстинкт фэргю или чрезмерная подозрительность. Если он сказал правду, то очень нам пригодится! Просто... – я пожимаю плечами, – Кринвуд и Эредар – не те люди, чтобы спокойно ждать, пока их загонят в угол. Они знают, что я под них копаю. Очевидно же, что в такой ситуации им не выгодно бездействовать. Я чувствую, они готовят ловушку. Вот только не понимаю, где и когда в нее попадусь, – я с досадой выкидываю соломку.

Еще раз обвожу взглядом воинов. Все-таки хорошо, что мы набрали новый отряд. Очень хорошо.

– Госпожа, – внезапно ко мне подбегает сияющая Труди, – там к вам прискакал человек от господина Дюрэ. Он что-то говорит про пропуск к лорду Риддарису. Вы теперь можете навестить его, в любой момент. Вас пропустят, так он сказал!

– Прикажите собрать небольшой отряд, – поворачиваюсь к управляющему. – Мы сейчас же поедем в тюремную башню.

– Разумеется, – кивает управляющий, заметно напрягаясь. – А как насчет эльфа? Он поедет с нами?

Я поворачиваюсь к худощавой фигуре менталиста и задумчиво всматриваюсь в его неторопливые, плавные движения, прислушиваясь к собственным инстинктам.

Кто он?

Предатель или союзник – вот в чем вопрос!