Текст книги "Сезон помидоров, или Пари на урожай (СИ)"

Автор книги: Илана Васина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 26

Когда уходит кучер, я ещё долго петляю по рынку, чтобы убедиться, что за мной никто не следит. Интуитивно чувствую: от Дэшфорда нужно прятать любой свой контакт. Он слишком непредсказуем и нечистоплотен в достижении целей.

Удостоверившись, что кучер действительно уехал, направляюсь к Хелене – смущённой и слегка растерянной. Бедной торговке ещё ни разу в жизни не приходилось продавать услугу доставки, поэтому всю дорогу она едет напряжённая, вцепившись в вожжи до побелевших костяшек. Крутит головой по сторонам – то ли засады ожидает, то ли невесть чего. Я бы и рада успокоить человека, но разговор у нас не клеится.

Только когда мы подъезжаем к дому, её сын относит покупки прямо к порогу, и я вручаю ей серебрушку, до неё доходит, что я действительно нуждалась в доставке и в моей просьбе нет никакого подвоха.

Этот мой день заканчивается великолепным картофельно-реповым рагу, но главное – очень приятным и важным рыночным знакомством. Следующие дни я с трепетом жду, когда прорастут семена. Пропалываю, поливаю, и когда из земли показываются первые росточки, таю от радости.

Казалось бы… Проросли семена помидоров. Подумаешь? Что за новость для агронома? Но для меня каждое прижившееся семя в этом мире – это уже не биохимический процесс, а очередной шажок к свободе и независимости.

Когда сеянцы чуть-чуть подрастают, я тщательно пропалываю грядки, раскладываю мульчу, а дальше – не забываю вовремя поливать. С помидорами всё идёт гладко и спокойно, и всё же скучать мне не приходится ни дня.

Однажды утром соседка приходит с красиво оформленным приглашением. Протягивает мне карточку с золотым вензелем. Я аккуратно, за уголок, беру белоснежный картонный квадратик, где каллиграфическим почерком выведено: «Баронесса Марианна Стоккард имеет честь пригласить госпожу Клару Мэнфилд на званый ужин...»

– Жду вас в семь вечера, Клара. Отказа я не приму. Вы станете главным украшением моего вечера, – говорит она, улыбаясь.

И такие от неё исходят уверенность и очарование, что я тушуюсь. С сомнением смотрю на свой грязный подол и поджимаю пальцы в кулаки – с их кончиков всё труднее смывается земля. Неужели у баронессы зрение садится? Какой уж тут званый ужин? В таком виде я разве что грядку собой украшу, и то – в вечерней полутьме.

Я уже подбираю слова поделикатнее для отказа, как вдруг Марианна добавляет: – О, чуть не забыла. Мне доставит огромное удовольствие, если вы подарите мне перед ужином три часа своего общества. Я пригласила модистку, массажисток и несколько магичек из сферы женских красивостей. Сами понимаете, это скука смертная – лежать и терпеть все эти процедуры в одиночестве. Если вы согласитесь составить мне компанию и потерпеть их вместе со мной... – она складывает бровки домиком и делает умоляющий жест ладонями.

Надо отказаться.

Мама учила, что не стоит синичке радоваться оперению райской птички… но радость захлёстывает меня против воли. В голове не укладывается, что баронесса не только решила меня угостить, но и с изумительной деликатностью приглашает на СПА-процедуры.

В своём мире я ими не баловалась – в студенчестве не было денег, потом работала без остановки – а в этом мире я даже не мечтала о чём-то подобном.

Как тут откажешь? Секунду поколебавшись, киваю: – С удовольствием поскучаю вместе с вами.

С того момента Марианна всё чаще заходит ко мне на участок. Я рада её визитам, вот только приходит она не одна. Каждый раз по какой-то странной закономерности её сопровождают мужчина.

Через пару дней после приглашения она представляет «старинного друга», который у неё гостит. Альберту фон Дорну хорошо за сорок, а на улице стоит жара – так что я не могу не пригласить их в прохладную гостиную. Он выглядит крепким для своих лет, но я всё равно переживаю: климат тут тяжёлый, мало ли что…

Угощаю гостей холодным мятным чаем с мёдом и ягодным пирогом – ягоды я насобирала в ближайшем лесочке. Меня невольно распирает от гордости: я осваиваю средневековую кухню, и каждое удачное блюдо тут – настоящая победа. Пирог удался – ведь Альберт просит добавку и долго, смешно запинаясь, благодарит.

Потом Марианна приводит племянника своего соседа – парень всего на месяц приехал в Черные Пески. На вид ему лет двадцать пять – уже давно не подросток, – но при этом невероятно зажатый. Будто стесняется. К счастью, за чаепитием Петер немного раскрепощается, и мне удаётся его разговорить.

Узнаю, что у него сейчас каникулы. Что он перешёл на последний курс Магической Академии и через год собирается стать боевым магом. Мне не верится поначалу. Этот худощавый блондин – боевой маг?! По своей наивности да неопытности, прошу его продемонстрировать свои навыки.

Первым делом он сносит входную дверь мощным воздушным потоком, а потом долго приделывает её обратно. Как говорится, ломать – не строить.

Впрочем, парень оказывается рукастым. Дверь встаёт в петли как надо.

Следом за юным магом появляется граф Дэлакруа, заинтересованный в покупке участка в Черных Песках. Он огорчается, что я тут не хозяйка, но быстро утешается ягодным морсом, приготовленным мной самолично. Затем приглашает нас с баронессой погостить к нему на виллу. Почему при этом не сводит с меня синих глаз – не понимаю.

Заглядываю в зеркало на всякий случай. Странно... Лицо ничем не замазано и даже волосы в порядке.

Когда к дому подъезжает очередная карета, не сразу признаю в ней знакомую. Осознав, что это экипаж Дэшфорда, решаю, что никуда я сейчас не поеду. Возьму у кучера свою серебрушку, а поеду на рынок с Гехартом в удобный ему день.

Вот чего я совсем не ожидаю – так это вместо кучера увидеть лорда Дэшфорда, спрыгивающего с кареты с мрачным лицом. Поймав мой взгляд, он нагло приказывает: – В дом!

Сам при этом направляется к домику с таким надменным видом, будто для входа сюда ему вовсе не требуется приглашения. Да и моего согласия для разговора он явно не ждёт.

Вот только он не знает некоторых новшеств. Петер не просто починил дверь, но ещё один неприметный артефакт в моей гостиной обнаружил. Объяснил его назначение и настроил на мой голос. – Закройся, – тихо приказываю я.

Через секунду внутри замка раздаётся чёткий щелчок.

По условиям контракта я не обязана пускать в дом Дэшфорда. И уж тем более – беседовать с ним там после прежнего неприятного опыта.

Так что поговорим на свежем воздухе, милорд. Это будет полезно.

Глава 27

Дэшфорд подходит к двери, рывком тянет её на себя и… замирает на пару секунд, когда та остаётся неподвижной. Затем дёргает её на себя с такой силой, что становится страшно – как бы ручку с мясом не выдрал.

Варвар.

От графа у него одно название.

Он поворачивается ко мне и, протянув ко мне ладонь, рявкает:

– Ключ.

Даю ему желаемое, не упоминая, что ключ здесь бесполезен. Граф напрасно ковыряет им в скважине – открыть этот замок сможет только мой голос. – Открой, – вдруг нависает надо мной граф, вкладывая в мою ладонь ключ. – Дверь.

С твёрдостью встречаю его взгляд, хотя страшно так, что поджилки трясутся. Он не в себе. Что выкинет в следующую секунду – непонятно. Наверное, противостоять ему напрямую – ошибка, поэтому принимаюсь ключом карябать скважину. Делаю вид, что усиленно пытаюсь осуществить его приказ. Наконец отстраняюсь с тяжёлым вздохом от двери и сообщаю:

– Замок очень старый. Вам придётся вызвать сюда мастера.

Шаг в мою сторону заставляет меня отшатнуться. В его потемневших глазах сверкает злость.

– Не держи меня за идиота, приютская. Дверь пахнет магией. Открывай, пока я добрый.

Коротким взглядом окидываю его побагровевшее лицо. Тёмные брови, хмуро сдвинутые к переносице. Глаза колючие, как иглы, рот искривлённый... Это он добрый?!

– Зачем вам внутрь? – не выдерживаю. – Чтобы никто не видел, как вы ко мне относитесь? Ну так не стесняйтесь. Из свидетелей здесь только кучер, который безгранично вам предан. Он как обычно сделает вид, что ничего не видит.

Мужчина вдруг с силой вбивает кулак в стену рядом с моей головой, заставляя вздрогнуть всем телом и зажмуриться. Бешеный. Затем медленно отступает от дома, тяжело дыша. Оглянувшись, с ужасом замечаю на стене паутину трещин, оставленных его кулаком.

– Я всё думал, – тихо рокочет он. – Откуда у тебя, нищей, деньги. Как ты справляешься? И вдруг понял. Моя добрая соседка возила тебя в город на своей карете. Очевидно, проблема – в ней. А я привык решать проблемы кардинально.

Горло сжимает страх. Неужели догадался, что Марианна мне помогает финансово?

– Она тут ни при чём.

– Паника в твоих глазах лишь подтверждает мои подозрения, – на его губах мелькает усмешка. – Баронесса увернулась от прямых ответов, но я издали чувствую подставу. Завтра я подаю на неё в суд. Оплачу все магические экспертизы. Мне плевать, о чём вы договорились. Все ваши делишки, которые крутили за моей спиной, станут достоянием общественности. Ты станешь моей служанкой, приютская. По-любому. Баронесса получит скандал, раздутый газетами. Для её безупречной репутации судебный процесс станет погребальной песней.

В злых глазах мелькает решимость меня уничтожить.

Гад. Зараза. Изверг! Ладно я... но баронесса за что?! Добрейшей души женщина.

– Её не опозорит желание помочь сироте, – задумчиво тяну, пытаясь не поддаваться отчаянию. – А вот вас выставит в неприглядном свете. Вы сами себя закопаете.

– Наивная сиротка не знает жизни. Пресса безжалостна, если ей заплатить. Она будет без устали полоскать прошлое баронессы. Всё вылезет наружу. И внезапная смерть мужа. И мертворождённый ребёнок. К концу судебного процесса я сделаю из неё ведьму, которую осудит весь высший свет.

Со стоном хватаюсь за голову.

– Вы меня ненавидите. Но её-то за что хотите уничтожить?

– Чтоб не путалась под ногами.

– Что вам надо? – наконец бросаю.

– Я бы мог потребовать, чтобы ты признала поражение у поверенного. Прямо сейчас, – он гадко усмехается. – Но это было бы нечестно. Поэтому ты вернёшь мне деньги и продукты, полученные от соседки. Заметь. Я проявлю щедрость, которую ты не заслужила. Можешь оставить себе всё, что купила на мою монету. И вот ещё что. Отныне я запрещаю ездить на её карете на рынок... Сама видишь, я требую минимальной справедливости.

Колеблюсь недолго. Марианна ко мне, как подруга относилась. Единственная подруга в этом мире. А я друзей не предаю и не подставляю.

Выходит, выбора у меня и нет как такового.

– Подождите здесь.

Через секунду шепчу заветное слово и бросаюсь к тайничку. Достаю из него два золотых. Бегом несусь к бессердечному типу и, добежав, протягиваю ему две монеты:

– Вот. Купите себе артефакт счастья. Или амулет сострадания – хотя бы самый примитивный. Может, тогда за человека сойдёте.

Под его тяжёлым взглядом выволакиваю остатки еды, купленной вместе с Гехардом, к порогу. Бормочу:

– Приятного аппетита, милорд! Надеюсь, совесть не испортит вам вкус.

Все продукты кучер стаскивает в экипаж, стараясь не встречаться со мной взглядом. Дэшфорд бросает:

– Это не я, а ты откусила кусок, который тебе не по зубам. Впрочем, у тебя всё ещё есть шанс от него отказаться. Чтобы лучше думалось, я приготовил для тебя сюрприз.

Он пихает мне в руки листок, который при соприкосновении с моей кожей вспыхивает золотыми искорками. Ой, не к добру эти искорки, – мелькает в голове. Инстинктивно беру бумагу двумя пальцами, словно жабу – вид замысловатых печатей меня пугает.

Дэшфорд никак больше не комментирует, но перед уходом смотрит с таким мрачным удовлетворением, что я быстро понимаю: в этом листочке кроется что-то очень для меня плохое. Когда его карета исчезает вдали, разворачиваю документ и вчитываюсь в строчки:

«Департамент по Надзору и Восстановлению Магического Равновесия

Уведомление о штрафе

Гражданка: Клара Мэнфилд Место пребывания: участок №742-Б, реестр Чёрных Песков (временная регистрация) Нарушение: Проверка выявила на указанном участке магический всплеск средней силы (категория II-Б по шкале Эйлмена), подтверждённый данными кристаллического регистратора. Несмотря на это, Клара Мэнфилд не уведомила Инспекцию Магической Безопасности в течение суток, как того требуют правила. Решение: Поскольку ранее Клара Мэнфилд письменно взяла на себя ответственность за магическую стабильность участка, ей назначается штраф в пять золотых, который необходимо оплатить в течение семи дней с момента получения этого уведомления. Клара Мэнфилд также обязана в течение трёх дней связаться с Инспекцией Магической Безопасности (отделение Южного Лазурного сектора) для дальнейшей проверки участка и получения предписания по устранению остаточных магических эффектов. В случае задержки оплаты или отказа от связи, дело будет передано в Канцелярию Принудительного Исполнения, что повлечёт ограничения на пользование магическими услугами и прочие последствия. Старший инспектор, Филимон Трэквор.»

Документ выпадает из внезапно ослабевших пальцев на землю. Будто все силы из меня выкачала эта бумажка. Вот так, в один миг источник дохода исчез вместе с деньгами.

Зато появился штраф в размере пяти золотых.

Пять золотых! Откуда мне их взять, скажите на милость, в течение ближайших двух недель? И как мне добраться до этого проклятого Департамента, если у меня нет доступа к экипажу баронессы?

Пешком через лес? Возможно, я и доберусь за сутки…

Но что тогда станет с моими помидорами, оставшимися в нещадной жаре без полива?

Закрываю лицо руками, губы дрожат. Горло сжимается, будто туда засунули пылающий ком. Всё внутри рвётся от бессилия и обиды.

Глава 28

Несколько минут... или целая вечность уходит на то, чтобы успокоиться. Собираю самообладание буквально по кусочкам. В конце концов мне удаётся отодвинуть в сторону эмоции и включить здравый смысл.

Как бы Дэшфорд ни мечтал о моей капитуляции, сдаваться я не намерена. Наоборот. Внутри лишь крепнет решимость пробиться сквозь все препоны к богатому урожаю.

Теперь главное – соблюсти сроки. Первым делом планирую добраться до Департамента. Путешествие, которое раньше занимало два часа в комфортабельной карете, обернётся для меня днём пути. Впрочем, это самая малая из бед. А вот как раздобыть деньги для уплаты штрафа – вопрос на порядок сложнее, поэтому станет моей следующей задачей.

Продумав порядок своих действий на следующий день, ложусь спать в мрачном, но решительном настроении.

Я давно уже научилась пробуждаться, когда надо. Вот и на сей раз, подчиняясь внутренней установке, просыпаюсь ни свет ни заря.

Сначала ношусь с огромной лейкой от колодца к грядкам бесчисленное множество раз, пока земля глубоко не пропитывается влагой. Закончив полив, склоняюсь над нежно-зелёной порослью и тихонько шепчу:

– Сегодня будет жарко, но вы уж потерпите. Как вернусь – снова принесу вам водичку.

По дороге в дом размышляю. Если погибнет эта партия помидор, оплатит ли Дэшфорд новые семена? Прихожу к выводу, что на второй шанс особо рассчитывать не стоит.

На таком вот невесёлом выводе захожу в кухню.

Со вчерашнего дня у меня осталось несколько лепёшек и варёных яиц. Складываю в дорожный мешок остатки еды, документ-предписание, бутыль с водой. Беру пару медяков, которые у меня остались с приюта и, закрыв дверь на ключ, направляюсь в город.

Пока завтракаю на ходу, во все глаза любуюсь окружающей природой. Будучи пассажиром в салоне кареты, не замечаешь все прелести пейзажа: как солнце золотит макушки деревьев, как яркие блики подсвечивают кристаллики росы на изумрудной траве, как птицы хрустально щебечут, будто подбадривая. А сейчас я могу всю эту безграничную красоту и утреннюю свежесть впитать в себя – хоть какие-то плюсы в пешей прогулке.

Правда, есть и минусы. Каждый раз, заслышав издали топот копыт, бросаюсь в ближайшие кусты. Пережидаю в укрытии, пока мимо проезжают всадники, и тогда возвращаюсь на дорогу. Эта предосторожность отнимает время, но, как говорится, лучше перебдеть. Одинокая путница может стать лёгкой добычей для мужчины со скользкой моралью.

Когда солнце поднимается так высоко, что тени почти исчезают, я наконец добираюсь до столицы. После тихого спокойствия Черных Песков враз погружаюсь в шумный, пёстрый хаос.

По мостовым громыхают экипажи. Возницы криками погоняют разномастных лошадей. На раскалённых тротуарах передвигаются деловитые горожанки, цокая каблучками. Бегают мальчишки, предлагая купить свежие газеты, торговки с лотками нахваливают пирожки.

Я сразу же направляюсь в Административный Квартал – ту часть города, где расположены Департаменты, Бюро и прочий чиновничий рай. Долго плутать не приходится. По дороге мне встречаются сведущие дамы, которые подсказывают, как найти Департамент Магического Равновесия.

Оказавшись внутри огромного трёхэтажного здания, достаю свой документ и направляюсь к столику, за которым сидит свободный чиновник.

Что же. Будем разбираться.

Собираюсь уже протянуть ему бумагу, как вдруг за моей спиной раздаётся знакомый низкий голос:

– Мэнфилд?

Разворачиваюсь – и сталкиваюсь с... соседом! Хотя теперь язык не повернулся бы так его называть. Он выглядит куда более внушительно, чем недавний фермер. Возможно, дело в безупречно сшитой одежде, подчёркивающей строгие линии мощной фигуры. А может, статус охотника на иномирянок придаёт ему в моих глазах флер угрозы и опасности – не знаю.

Двое мужчин с ворохами бумаг стоят рядом, бросая на него взгляды, в которых страх смешан с почитанием. Эти сигналы в языке тела ни с чем не спутаешь при всём желании.

– Доброго дня, милорд, – лепечу растерянная.

Лорд Регальдис кивает своим спутникам – и тех, точно ветром сдувает. Старичок – чиновник, к которому я собиралась обратиться, тоже куда-то поспешно ковыляет прочь. Не успеваю даже огорчиться или испугаться, как мы остаёмся наедине в людном помещении.

Кажется, именно этим местом он руководил год назад. Но… Почему и теперь люди относятся к нему с таким почтением? По старой памяти?

– Фиксировать магический всплеск поздновато… – лорд складывает руки на груди и упирается в меня внимательным взглядом. – Значит, ты пришла за сметой?

– Э-м, – в недоумении качаю головой. – Какой сметой?

– Ограда. Ремонт. Отказ от ужинов. Смета, – напоминает он.

Кровь приливает к моему лицу. Внезапно замечаю, как душно стало в помещении.

Я совсем забыла, что должна заплатить ему за ограду.

Сначала штраф за магический всплеск, теперь – смета.

Чувствую, что тону всё глубже, и дна под ногами никак не нащупать…

Глава 29

– Я не за сметой пришла, – говорю тихо, не на шутку расстроенная. – Дело в том, что… Мне пока нечем вернуть вам долг. Вы можете подождать с выплатой?

– Ты пришла просить об отсрочке?

Мотаю головой.

– Я здесь по другому вопросу.

– По какому?

Его глаза смотрят на меня требовательно. В упор. Будто даже не рассматривается вариант, что я не захочу ответить. Это потому что я должна ему? Или это уверенность человека, привыкшего к исполнению своих приказов? Его фраза из прошлого: «Я не терплю непогашенных долгов», – до сих пор висит у меня где-то в подсознании Дамокловым мечом…

– Я пришла оформить последствия неучтенного магического всплеска. Мне назначали штраф.

Мужчина кивает, и в его взгляде неожиданно мелькает беспокойство.

– Подобные штрафы предназначены для состоятельных лоботрясов, а не – выпускниц нищих приютов. Похоже, ты стремительно уходишь в минус, Мэнфилд. Кто натравил на тебя инспекцию?

– Почему вы думаете, что ее натравили?

– Штрафы не выписывают без проверки, – его хрипловатый голос льётся спокойной рекой. Вот кого точно не пугают бюрократические загвоздки. – Проверки не бывает без ходатайства. Под ходатайством кто-то должен был поставить подпись. Ты знаешь, кто это сделал?

– Подозреваю, но точно мне неизвестно,– пожимаю плечами и с беспокойством озираюсь. – Простите, мне пора идти. Надо зафиксировать свой визит и возвращаться домой. Если позволите, я пойду поищу свободного чиновника.

– Ты уже нашла чиновника. Жди здесь, Мэнфилд! – приказывает лорд, ткнув пальцем в сторону рядочка из стульев. – Посмотрю, что можно сделать.

Я собираюсь парировать, что ЕМУ ничего не нужно делать – я и так не рассчиталась за предыдущий долг и не хочу влезать в новый, пусть даже не материальный, а в виде услуги… Но прежде чем успеваю оформить чувства в слова, лорд разворачивается и исчезает за мраморными колоннами.

Кидаюсь следом – но нигде его не вижу.

Следующие пару часов я разговариваю со свободными чиновниками. Каждый раз – с разными. При виде меня клерки зарываются в свои какие-то документы, магически пополняемые, и отмахиваются фразами без всякой конкретики – типичными для бюрократов во всех мирах:

– Ждите.

– Вами занимаются.

– Ещё ничего не известно.

Лишь один старичок оказывается достаточно сердобольным, чтобы вполголоса сообщить мне важную деталь: «Ваше дело находится на рассмотрении в самой высшей инстанции, госпожа. Надо подождать.»

После его слов охота взвыть от отчаяния.

Не нужны мне высшие инстанции!

Я собиралась сама разобраться с проблемой, без вмешательства очередного мужчины, положившего на меня глаз.

В конце концов в голову закрадывается подозрение. Может, лорд Регальдис сам натравил на меня инспекцию? А потом подкараулил здесь, в здании, и увеличил мой конечный счёт своей непрошеной услугой?

Чем дольше жду, тем более правдоподобной мне кажется эта версия. Нет, ну а что?

Благодаря своим связям, он вполне мог получить доступ к моему контракту с лэндлордом. Затем написать жалобу на магический всплеск, о котором, кстати, ему было известно из первых рук. Потом штраф отправился к Дэшфорду, тот навестил поверенного и переоформил его на меня.

Вполне вероятная цепочка событий...

Впрочем, мог и Дэшфорд подсуетиться.

Жаль, у меня слишком мало вводных данных, чтобы делать точные выводы.

Наконец, устав от предположений, в изнеможении усаживаюсь на стул, изначально предложенный лордом, и стараюсь ни о чём не думать.

Сижу долго. Когда уже решаю, что про меня все забыли, и пора бы снова напомнить о себе, ко мне подходит худощавый мужчина, очень напоминающий клерка своим строгим костюмом и равнодушными глазами.

– Госпожа Клара Мэнфилд?

– Да, это я, – настороженно поднимаюсь, и клерк протягивает мне бумагу.

– Держите. Этот документ освобождает вас от выплаты штрафа.

Да ладно... Правда что ли?

Ну хоть какая-то определённость!

Собираюсь у доброго вестника узнать подробности, но какое там! За ту долю секунды, пока я перевариваю новость, он поворачивается спиной и быстрым шагом скрывается в многолюдном коридоре. Будто здешних работников – всех, до одного – обучают на профессиональном уровне уклоняться от предоставления информации.

Разворачиваю сложенный вчетверо желтоватый лист и вчитываюсь в ровные строчки, согласно которым на сегодняшний день я ничего не должна королевской казне.

Только пара фраз – и все.

На основании чего меня освободили от выплаты? Какую роль здесь сыграл лорд Регальдис? Есть ли у него должность в этом Департаменте, и если есть, то какая? О том, как он с меня собирается стребовать этот долг, стараюсь даже не думать.

Озираюсь по сторонам – может, найдётся человек, способный мне объяснить историю моего стёртого штрафа? Однако, судя по тому, как старательно от меня отводят взгляды, таких желающих нет.

Я бы, в первую очередь, расспросила Регальдиса, но он не удосужился подойти. То ли хотел подчеркнуть свою занятость то ли – что гораздо более вероятно – решил избежать объяснений.

– И правда. Зачем мне сдались ответы, – бормочу себе под нос. – Меньше знаешь – крепче спишь. Здоровый сон – это же так чудесно.