Текст книги "Древесный маг Орловского княжества 11 (СИ)"

Автор книги: Игорь Павлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 8
Логово зеленой чумы

Первым делом я, конечно же, установил на нос фильтр и закрыл лицо лётной маской, чтоб слизистые оболочки тела хоть как–то были защищены от воздушно–капельных атак вероятного вируса. То, что я вскрыл и внедрился в некую обособленную экосистему, сомнений даже не возникло.

Быстро осмотревшись и не обнаружив противника, я плотно запаял вход корнями – этой заслонки на первое время должно хватить.

Тоннель диаметром от двух до полутора метров, по которому я двинулся, был прежде намного шире. Но теперь его пространство уменьшил странный игольчатый мох, смахивающий больше на кристаллическую породу, где иглы достигают местами тридцати сантиметров и не внушают доверия. Местами этот мох обтянул грунт полностью, но больше разросся именно с человеческими останками, будто напитался органикой. Если первый скелет был у входа, то следующий попался только через пять шагов. А дальше уже через каждый метр по трупу. И почему–то все в стенах, на полу только иголки, что тяжело ломаются под сапогами, издавая треск, когда отлетают далеко.

Стоило войти в пещеру, чуйка Кумихо перестала кричать, но общий фон опасности никуда не делся. Если я рассчитывал, что леший бросится на меня уже за углом, то мечты развеялись, когда вышел в первую полость, из которой тоннели расходятся в три стороны. Похоже, противника ещё поискать надо.

Вскоре иголки на полу и стенах начинают напрягать. А в очередном тоннеле, миновав кучку вросших в стены останков, начинаю слышать далёкий множественный звон. А вон и тварь зашевелилась!

На новой развилке ухожу налево, решив идти за звуком. Метров десять прохожу и вижу на полу отшлифованные до блеска проплешины из пород, а точнее – длинные дорожки из них, уходящие дальше. Проследив за одной, успеваю уловить, уходящий дальше шипастый хвост! Судя по следам, таких утянуло отсюда аж пять штук. При этом лёгкое зелёное свечение, скользящее туманом по иглам несколько сбивает с толку. Это марево или реально что–то светится⁈

Твою ж налево, что там за леший такой⁈ Спешу к повороту, а там мои Духи начинают дрожать, почуяв стороннюю мощную силу. Давно такого не было! Но я не привык отступать, даже если не знаю, что ждёт меня впереди. А вот и Оно! Вернее его волны, которыми он пытается прощупать незваного гостя. Но я стойко держусь, имея немалый опыт в ментальной среде. Надеюсь, что немалый!

Выйдя в очередную пещеру, наблюдаю целое кладбище, усыпанное позеленевшими скелетами. И, похоже, их обнажило совсем недавно. Заблаговременно закрыв нос фильтром, вони не чувствую, но ощущаю витающую ядрёную влажность, которая с каждым этапом продвижения всё выше. Вскоре из стен засочилось, а под ногами захлюпало. В очередном тоннеле на спуск, я двинул уже по уносящемуся дальше ручью, который проточил себе пару канавок и несётся мимо блестящих колючек.

Когда они под ногами ломаться перестали, я насторожился. И очень быстро вычислил, что колючки стали мягче. Среди них увидел и жилы, уходящие дальше. Всё это смахивает на корни, но проверять контактом желанием не горю, потому что чую крупное, доминирующее сознание.

Впереди Высший дух! И пока непонятно, насколько он силён физически. По крайней мере, на ментальном уровне мы должны быть равны, исходя из прошлого опыта взаимодействия с сущностью из Заговорённого леса. Не зря ж я тогда старших духов собирал, чтоб исполина завести.

Выхожу в довольно большую полость, которая вся переливается зелёным светом от игольчатых кристаллов. Потолок в наивысшей точке достигает метров десяти, а площадь примерно, как две трети футбольного поля. Со стен, усыпанных иглами, сочится вода, местами несутся целые потоки, которые в центре вливаются в озерко, диаметр которого не больше пятнадцати метров. Из–за зелёного свечения со дна, оно кажется болотно–зелёным. Вокруг всё в деревьях, смахивающих на искусственные ёлки. Одни выше, другие ниже, третьи напоминают кустарник. Не сказать, что всё полностью заросло, прямо к водоёму с трёх сторон идут дорожки.

Эстетику я оценил – тут ни одного скелета не торчит, видимо, всё инородное тварь вытеснила. Оценил и сарказм, а то и находчивость, ибо прямо над озерком на трёх самых крупных ветвях, собранных сводом, висят мои заветные бочки! Прямо по центру над водой. Причём собранные в виноградную гроздь: четыре, три, две и одна. В прорехах торчат иголки, похоже, подобный материал и склеил их воедино.

И что бы это значило? Дух угрожает всё это уронить в воду? Или ему просто заняться нечем? Настораживает одно. Я же уловил движение корней, но теперь весь лес в полости замер в давящем ожидании. Как и затлела по всей коже чуйка Кумихо, отчего не ясно, опасность сигнализирует или просто остаточный эффект.

По большому счёту, нужно просто забрать бочки и спустить их в Разлом, где вирус сгорит за считанные минуты. Хотя не факт, что местная тварь не стала носителем зелёной чумы – об этом кричит обстановка.

Интересно, где этот древний леший, счастливый обладатель зерна Высшего духа прячется? Ведь поначалу именно лешего я почуял, не могло же привидеться? Но теперь будто вся экосистема замерла в ожидании. Если присмотреться, в ворохе иголок, изображающих траву, на почве идут каналы, образуя целую систему. Зелёные венки подсвечиваются на них и говорят о многом.

Стоит ли создавать корнями контакт и мериться силой сознаний? Думаю, даже Высший дух высшему – рознь. Мой лесной не показатель.

Не питая иллюзий, готовлюсь к бою. Вынимаю двойной щит, обнажаю клинок Лимубая и привожу доспехи Разлома в боевой режим. Как ощетинился, в воздухе прошла волна разочарования.

– Что, дружок? Думал, я без дела гуляю? – Усмехнулся. – Мне просто нужны вон те бочки. И я дойду до них, заберу да уйду. С миром. Договорились?

Как сам с собой поговорил.

Двинулся вперёд неуверенно. Если поначалу мягко, то дальше снова затрещало под ногами. Вижу, как повсюду иглы твердеют, выпрямляясь. Похоже, тварь в боевой режим переходит. И точно!

Потянулись ко мне ветки с иглами с обеих сторон. Теряться не стал, махнул пару раз, и всё посыпалось звонким стеклом. Ещё три попытки леший делает, чтоб меня схватить – тянется уродливыми ветвями, которые от клинка разлетаются только в путь. А дальше начинаются меры посерьёзнее! Летит в меня зелёное стекло уже шрапнелью. Сперва понемногу, затем барабанит плотно даже с потолка. Принимаю на щит, получаю по плащу, попадает и по доспехам.

Продвигаюсь вперёд под мощным градом. Под шумок шипастые корни лезут сзади. Первый ухватил меня и даже выше колена прошмыгнул, впиваясь через штанину. Пошатнувшись, рубанул, но всё равно что–то в кровь попало, вызывая слабость. Духи кое–как нейтрализовали хворь, давая понять, что с большей дозой могут и не справиться.

Вот же чёрт! Корнями уплотнил под доспехами шкуру, потеряв динамичность. Двинулся, как робот, но зато чётко и уверенно.

За двадцать шагов до бочек земля заходила волнами, грозя сбить с ног. Мёртвыми корнями выстрелил в разные стороны, чтоб на ногах удержаться – так и выстоял. Но это оказалось только начало! Со всех сторон стали подниматься мощные корни с обильным стеклянным треском. Да таким, что в ушах зазвенело. Прямо вокруг озерка шар образовался, заключая и меня! Ах ты ж, собака! Заманил в ловушку!

Ушёл в изнанку, чтоб вырваться из него! Даже через витающие в воздухе осколки и частицы рванул, дерево с лица посекло сразу, доставая и кожу и впиваясь дальше. Тут уж и новая доза дерьма в тело попала. Но и с этими страданиями прямо перед носом корни слились в стену, закрывая последний прорех.

Пока духи отчаянно борются с вредоносными частицами в крови, впиваюсь мечом Лимубая, прорубая себе путь из образовавшейся полости. В процессе меня сцепляют вражеские корни, стягивая, что змеи. А затем я чувствую нечто вязкое!

Да твою ж мать! Вода из озера с бульканьем поднимается и расходится по полости, стремительно её заполняя. В бочках рентгеннит ядрёно зелёным! Силуэт вычерчивает зерно чуть больше метра высотой! Эфрика, вашу мать! Сердце лешего в них и находится. Но сейчас не до этого, жидкость поднимается и уже по колено, стоит ей залиться через доспехи, кожа начинает щипать, а следом уже горит пламенем. Только это не огонь, а кислота.

Вот же я встрял! Меня решили переварить, лишив возможности вырваться. И уже сковали так, что двинуться не могу. Выстреливаю плотными корнями, пытаясь поразить бочки, первые заходят, но с конца стремительно покрываются зелёным льдом, а следом сыплются что песок. Тем временем под его кислотой обнажилось мясо, боль готова ввергнуть в безумие, я уже не говорю о том, что он расплавил мне сапоги, там и плащ тигрового мастера растворяется, словно он из сахарной ваты.

Долблю из ледяной шрапнели уже во все стороны! Что–то сыплется, даже пробиваются стенки, но слишком быстро затягиваются, восстанавливая герметичность. От боли соображать становится сложнее. Накрывает отчаяние.

Когда желудочный сок твари уже по пояс, осознаю, что мне кранты. Ворвался, называется. Вынимаю платок, заранее окроплённый моей кровью. Леший будто чувствует подвох и колючками лезет, заодно ещё быстрее заполняет полость кислотой.

Не чувствуя тела от пояса и ниже, рву платок и закрываю глаза. Буль–буль–буль. Что за придурок⁈

К счастью, мучительной смертью я не помер. Белая вспышка озарила пространство превращая зелёное желе в светло–зелёную водичку. Затем меня просто вырвало из неё и понесло по горке из лисьего хвоста прямо в пасть гигантской улыбающейся хитро Кумихо.

Откатило меня, как надо. Очнулся перед баррикадой, в момент, когда только собирался её разбирать.

Ощущение такое, что прежний эпизод просто привиделся. Стою на твёрдых ногах, боль помню, но всё это далёким эхом, как после кошмара. Первым делом вынул платок Кумихо. Целый, чистый, семь хвостов теперь. Мдя, цена моего тщеславия и излишней уверенности. Недолго думая, снова окропил платок кровью и убрал в карман. Теперь он у меня всегда взведён на крайний случай.

Присел на брёвнышко, анализирую ситуацию. Что–то у поляков явно пошло не так. А точнее у их гениальных алхимиков во главе с Войцехом. Либо они нарвались на древнего лешего в пещере, либо притащили его с собой. Либо он воспользовался силой чумы, либо будучи в бочке был слаб, но обрёл силу в пещере.

Одно утешает. Теперь я уверен, что никакой механизм по заражению местности не взведён. Тварь живёт в своей пещере. Те бочки уже без чумы, там сидит его Зерно, оно же – мозг, душа, сила. Простыми словами – Высший дух. Попав на его территорию, я проявил враждебность и получил. Кое–что меня смущает – такое впечатление, что он мои мысли прочёл и заманил к этим бочкам, где у него схлопнулся желудок. Если бы я не приблизился к озерку, у него бы не вышло меня так легко взять. Желудочный сок у него в том озере, как и главные корни.

Нет никакого желания лезть снова.

Его главное оружие – это зелёная чума, которую он развил до чего–то невероятного. Даже от небольших доз он ослабил меня так, что рыпаться желание пропало. Всё–таки склоняюсь к версии, что чумной компост из бочек его хорошенько напитал, туда он и поместил своё зерно, которое разрослось или мутировало от алхимических реагентов до невероятных размеров. Что это Высший дух, уверен, мои духи так на старших не реагируют.

Можно всё–таки совершить вторую попытку, раздолбив его из «Вьюги» прямо со входа в главную пещеру. Если попасть по бочкам, зная заранее, что там его Зерно, тварь не выживет. Но и зерну не уцелеть. Полагаю, оно очень нежное. Помню, как сердце Духа леса в исполине легко поразила сталь. Тогда я впервые воспользовался платком Мейлин.

Казалось бы, вот решение: раздолбить шарашкину контору из «Вьюги» и положить конец очередной опасной твари, которая, если вылезет, всё–таки начнём всех заражать. Но теперь я хочу то Зерно.

Зачем? Куда я его пихну?

Как куда? Прямо в исполина и устрою, но под своим контролем. Мой Лесной друг не хочет драться с поляками, подобных мне он убивать не будет – такое было прежде условие. А что на счёт этого?

Вопрос интересный. Только как вообще с ним наладить связь? Пойти корнями соединиться и перетереть? Или… спросить совета у подобного ему существа! Второе мне нравится больше. По крайней мере, я не стану пороть горячку. Хватит за день и одного раза.

Найдя небольшой валун, руной размягчаю его и создаю портал. Потому что отсюда задолбаешься лететь, а обратно – не факт, что удастся найти это место.

Вернувшись в башню, я сразу лечу к Заговорённому лесу. Утренний Ярославец прекрасен, каждый раз с высоты птичьего полёта любуясь, не верю, что создал этот мегаполис именно я. А он действительно превратился уже в мегаполис. Не по меркам, конечно, моего прежнего мира. Но по местным уж точно.

Не ровен час, мы похвастаем населением в сто тысяч. Вот тогда будет где разгуляться! И над чем царствовать.

Главное, не помереть до этого времени по глупости, как я люблю.

Приземлившись у Исполина, присел на лавочке в беседке, которую сваял уже давно. Места здесь стали хожеными, но караульные гуляют лишь на окраинах. Снег хорошо растаял, островки его аккуратно лежат местами. Самого деревянного гиганта я периодически чистил от снега, поэтому он стоит словно только недавно гулял. Такой эффект мне и нужен, дабы люди не думали, что это теперь просто безвольная статуя. Хотя видно, если присмотреться, что пошли уже трещинки по мёртвой древесине. Ох, сколько предстоит перебирать в нём, если понадобится.

А хотелось бы!

Чуть передохнув и собравшись с мыслями, пускаю корни в почву и около пяти минут ищу контакта с Лесным духом. Все корни, что попадаются у меня на пути, оказывают сильное пропускное сопротивление, похоже, из–за холода.

Отвечает Высший нехотя, будто ещё не пробудился.

Помоги мне, – прошу мысленно и посылаю свои ощущения из неудачной попытки, пытаясь передать и картинку той твари.

Равный, – комментирует Дух. – Несчастный

Почему несчастный? – Интересуюсь.

Камень – его тюрьма. Но освободившись, он начнёт творить зло, заразит скверной кровь леса, будет расти и станет непомерным. Доберётся до меня сильным и победит. Ты не хочешь убивать его, но можешь? Зачем пришёл?

Просить помощи, – отвечаю, затаив дыхание. – Хочу его пленить.

Твой сосуд мал для Высшего духа, каким бы слабым он ни был.

Исполин станет его новой тюрьмой, – предлагаю свой заветный вариант.

Дух задумался! А затем выдал с укором:

Вкусивший власть над Высшим, желает вкусить снова.

Только так я могу защитить своих сородичей.

Около получаса пришлось ждать ответа. Я уже собрался улетать не с чем.

Хорошо – раздалось с нотками разочарования. – Мёртвое дерево станет его новой тюрьмой. А смерти твоих сородичей – хорошим утешением.

Земля задрожала, затрещала почва, выпуская могучие корни, вскоре на поверхность вылез полутораметровый орех, внутри которого и сидит мой лесной друг.

Перенеси меня в ближайший лес, но мне потребуется и твоя сила, чтобы обуздать другого, – добавил Высший и прервал контакт.

Рассчитывал на подсказку, а получил соратника на дело. Вот это я понимаю – доверие… Тащить тонну по воздуху – желания никакого. Поэтому решил сварганить здесь портал. Пришлось возиться около часа, чтобы выстроить большой портал, для которого потребовалась соответствующая площадь. По моему сигналу «Орех» на корнях подтянулся ко мне сам, встав в зону действия рун.

Впервые я подумал о том, что Лесному самому интересно побороться с другим. И дело здесь не в том, что я слёзно попросил его помощи.

Когда перенеслись, с чувством острой тревоги я уже своими корнями перетащил Духа на снег. Минуты две ничего не происходило, но затем мой союзник пришёл в себя и пустил щупальца, что вскоре добрались до местной корневой системы. Высшему потребовался весь оставшийся день и часть моей магичекой энергии, чтобы получить контроль над немалой площадью леса. И даже не для того, чтобы взять Чумного высшего духа массой. Требовалась жизненная сила растений.

Всё было готово глубокой ночью. И Лесной начал действовать. Получив связь со мной через тонкие живые жилы, он сам прорвался через блокаду и пустил массивные и подвижные, что питоны, корни вовнутрь. Во взаимодействии я стал видеть его «глазами» и чувствовать всё, что чувствует он своими фибрами. Продвижение среди зелёных колючек, повороты… буквально на третьем свершился первый контакт с противником. Поначалу тот с интересом пошёл на него, но резко прервал, унося свои живые корни в главную пещеру, где имеет больше сил и шансов противостоять вторженцу.

Добравшись до логова, Лесной, продолжил подтягивать корни из леса, да так, что посыпались целые куски ещё мёрзлой почвы, подтянулись и деревья. Но это было уже не так важно, как новое поле боя, в котором я ещё не бывал.

Визуальное пространство перестало существовать как только вражеский Дух решился на противостояние. Когда лёгкий контакт перерос в серьёзное давление, моё сознание перешло в некую серую сеть, где сражаются тонкие волоски. Синие против зелёных. Они начинают разить друг друга, побеждающий окрашивает их в свой цвет. Мой дух первым начинает сплетать свои волоски вместе для усиления и получает успех. Вражеский подтягивает подкрепление, пытаясь противостоять.

Тогда я и получаю сигнал атаковать! Мои тонкие красные волоски обходят всю битву и все сплетения, ловко лавируя меж них, я спешу к главной цели! Плотный зелёный клубок всё ближе! В отчаянии вражеский дух бросает волоски навстречу, но все свои силы он отдал на бой с Лесным. Поэтому я легко побеждаю его «гвардию» и вгоняю свои волоски в клубок по самое небалуйся!

Стоит поразить его, все вражеские волоски теряют упругость, превращаясь в безвольные спирали. Воспользовавшись слабостью, союзник давит сильнее, и вскоре оплетает сознание оппонента. Подсказывает мне, что я должен делать. Вместе мы пеленаем врага, подчиняя его полностью.

Работа по зачистке пещеры от всякого дерьма ещё предстоит немалая. Но я уже радуюсь тому, что мне перепало. Если удастся завести исполина с сердцем в виде пленённого высшего духа, то полякам мало не покажется.

Устрою им сладкую жизнь.

Главное на Гершта не нарваться с его ледяным пламенем. Хоть я и нахватал защитных побрякушек от преторов, рисковать оружием устрашения не хочу. Демонстративно обосраться перед обеими армиями нет никакого желания.

Снова я думаю об этом маге. Как же тебя достать, хитрец ты эдакий?

Глава 9
И встала рать

Зелёный дух скукожился до полуметрового ореха, когда я его извлекал корнями из бочек. Внешне покоящийся камень внутри продолжал бурлить в негодовании даже, когда перенёс его со своим союзником в Заговорённый лес.

Пока я наводил порядок в пещере, вычищая чуму всеми возможными средствами, мой Высший продолжил подавлять пленника, а вместе с этим начал приучать его к новой тюрьме. К сожалению, ничего сразу не вышло. Рассчитывал вернуться уже на готовое, но получил новые сроки.

Лесному духу нужно было больше времени, чтобы исключить все риски. Конечно, изничтожить и поглотить его теперь не составит труда, получив резерва единиц триста. Сложно заставить его подчиняться и внушить новый смысл существования.

В любом случае процесс пошёл, о чём говорит горящие зелёным глаза исполина, который даже успел преобразиться. А точнее обновить древесину, потому что Лесной взялся за его реконструкцию. Не думал, что наш древесный организм за один сезон так подпортится.

После трёхдневной вылазки решил заняться проблемами города. В Ярославец продолжают стекаться крестьяне со всех земель в поисках лучшей жизни, поэтому вопрос о жилом фонде стоит остро. А это заготовки, ингредиенты, магические силы и время. Много времени. Ваяем новые кварталы – и не просто ряды изб. Тут сразу нужно караульный дом ставить для порядка, пожарный расчёт быстрого реагирования, а на три–четыре квартала организовывать рынок, лекарную и колодец. Ну и рабочие места создавать. Ибо мне тут бездельники, шныряющие попусту, не нужны. Так и рождается преступность.

Второй немаловажный аспект – это продукты. Особенно, учитывая, что сейчас мы ничего не растим, только поджираем с лета. Поэтому приходится периодически наведываться на городское хозяйство и задействовать руны из Книги плодородия. Знаю их уже наизусть. Скоро сам волхвом стану.

С увеличением населения, увеличивается и штат королевских служащих. Учётчики нужны, они теперь на вес золота. А где их брать? Народ безграмотный, ни читать, ни писать не умеет. А Илларион уже староват, устаёт быстро. Поэтому тащусь к Морозовой на поклон, чтоб нанять грамотных служащих. У неё в Академии теперь шаром покати, учеников примерно треть, а преподов вообще кот наплакал – самые верные и остались. Зато мастеров в красных мантиях хоть отбавляй. Вот их припрягаем. Параллельно учим грамоте и математике своих бездарей. С новоиспечёнными учётчиками не лучше – за ними перепроверять надо. Но это уже не забота короля. С меня лишь контроль на первом этапе. Дальше приходится полагаться на хозяйственников.

Главным показателем хорошей работы для меня становится реакция населения и количество жалоб в неделю. В целом, так можно понять тенденции: к ухудшению они идут или к улучшению. Пока переживать не о чем.

Навещаю военные части в городе, где идёт активная подготовка. Тренируются ратники и новички, которых гоняют, как сидоровых коз. Идёт набор в дружины – желающих всё больше. Многие на экипировку Колояра смотрят и просто мечтают её потаскать. Хотя слышу по всему городу всё чаще, что за короля хотят биться не на жизнь. Им и жалования не надо. Ждут поляков поскорее, чтоб навалять супостату.

Появляются молодые витязи, которые исполина моего видели и по гербу сюда шли. С их уст теперь по городу ходит столько баек обо мне…

В перерывах от хлопот решил навестить Мейлин. Ведь благодаря её платку я всё ещё живой и здоровый. А если выйдет, как задумано, мы и исполина задействуем, минимизировав наши потери. Даже не знаю, как теперь цацу благодарить. Наверное… своим вниманием.

В особняке тихо и даже размеренно. Ворота отворяют два китайских слуги, которые по завершению процесса опускаются на колени, складываясь в три погибели, и склоняют лбы аж до земли. На крыльце появляется незнакомая молоденькая китаянка.

– Приветствую вас, ваше величество, – говорит на русском и тоже складывается втрое.

Гвардейцы позади посмеиваются.

– А ну цыц всем! – Прикрикнул мордам и этой: – Мейлин где?

– Не гневайтесь, король, она приболела и не может встать… – начала было служанка, но возникшая на пороге цаца её перебила:

– Приветствую вас, ваше величество.

Кланяется низко, пряча лицо. Но я успеваю уловить, какая она добитая и бледная. Да ещё и наскоро накинула плащ, чтоб не заставлять себя ждать. Спрыгнув с коня, сразу поспешил к ней, махнув гвардейцам ждать снаружи. Мне даже не пришлось трогать её лоб, чтоб убедиться – у Мейлин жар.

– Ты заболела? Не стой на холоде, – мягко толкаю её обратно.

– Не стоит ваших хлопот, мой король, – отвечает слабенько и плетётся в гостевую.

Собирается лично подать мне чай, но я не даю:

– Пошли, приляжешь.

– Мне так неловко, вы и так редко бываете. А я… – щебечет умирающей птичкой, шатаясь на первых же ступеньках.

Хватаю её и на руки. Такая лёгкая, что пушинка. Поднимаю в покои.

– Там не убрано, прошу отпустите меня, – стонет.

– Уже забыла, как мы ночевали где попало, убегая от Ляома? – Усмехнулся.

– То был просто князь Ярослав, а вы – король.

– И всё ещё твой друг, – напомнил, занося её в комнату, где уже навстречу выходит ещё одна служанка, которая, видимо, пыталась наскоро прибраться.

Укладываю в постель, укутываю. Мейлин начинает трясти. Беру за горячую руку и пробую лечить амулетом. Резерв жрёт с аппетитом, хера се у неё хворь. И тут до меня доходит…

– Из–за меня всё, – шепчу себе под нос. – Ты ведь чувствуешь, когда я использую платок?

Молчит, отвернувшись.

– Вот и цена, – комментирую. – И дальше будет хуже? Да?

Молчит.

– Мейлин, ответь, пожалуйста? Ты отдаёшь свою жизнь за эти хвосты?

– Не спрашивайте, это не важно. Моя жизнь ничего не стоит. А это всего лишь лихорадка. У всех бывает. Прошу, уйдите. Негоже видеть графиню в неподобающем виде. А быть в её покоях – непристойно.

Похоже, ей немного полегчало от моего лечения.

– Прости, я и не подумал, – отвечаю, поднимаясь.

Поворачивает голову, смотрит на меня с лёгкой улыбкой, хотя я точно знаю, что сейчас ей очень хреново.

– Рада послужить вашему величеству и его королевству, – выдаёт. – Всего вам доброго, мой король.

– Выздоравливай, – отвечаю, вздыхая. И покидаю её с чувством груза на сердце.

На что же ты подписалась, милая моя китайская принцесса? Неужели за мои попытки она действительно расплачивается своим здоровьем? Как мне выяснить это? Сама Мейлин хрен скажет, слишком гордая. А что на счёт Кумихо? Эх… жалею, что во Дворце Чанъаня не состряпал постоянный портал. Сейчас бы он оказался как нельзя кстати.

Сегодня день свиданий. Наведался к Руяне в Елькино, где она занимается нанесением рун на лошадей моей кавалерии. Но в данный момент у неё обеденный перерыв. Застал её с Белкой в доме, чему был удивлён. На большом столе разложены свитки, всё вокруг завалено ими. Обе так увлечены изучением писаний, что не сразу поднимают на меня взгляды.

– Ярослав? – Первой спохватывается Руяна. – Что–то случилось?

– Нет, всё хорошо, вижу, вы сработались.

– Доброго здравия, мой король, – поднимается из–за стола Белка. – Сестрица помогает мне с поиском решения того самого вопроса, ты же не против?

– Ты показал мне руну, я решила… – добавила и жрица с неловкостью. Видио, решила, что буду недоволен.

– Да всё в порядке, занимайтесь, – вздохнул. – Что–то нарыли?

– Нет, ничего, – вздыхает в унисон Белка. – Но надежда есть.

– Я уделяю этому по два часа в день, остальное время занимаюсь по твоему поручению, Ярослав, не беспокойся, – выдаёт Руяна, хотя я не спрашивал.

– Я не возражаю, занимайтесь, – повторяю и выхожу.

– Спасибо, Ярослав, – слышу в спину от Белки. Но звучит это с некоторыми нотками отчаяния.

Останавливаюсь в проёме с сомнением. Но понимаю, что рано или поздно я должен озвучить этот вариант.

– Пошли, поболтаем, – зову воровку за собой.

Выходим на свежий воздух, веду её на задний двор, оставив гвардейцев за добром. Так непривычно видеть Зорину растерянной и отчаявшейся. В каких бы задницах она ни сидела, всегда такая невозмутимая была.

– Обещай мне, – начинает она чувственно, не дав мне сказать. – Что не убьёшь Сигизмунда. Если мы возьмём его живым, изучим его руну – тогда будет шанс нарушить эту злосчастную связь без риска для жизни моих детей. Ярослав? Куда ты летал?

– Я понимаю, что ты на пределе. Можешь, просто успокоиться и послушать? – Хватаю её за плечи и всматриваюсь в усталые голубые глаза.

– Я слушаю, – отвечает неожиданно спокойно.

– Есть один вариант. Но он непростой.

– Говори.

– Я соберу три комплекта доспехов Разлома…

– Нет, не вздумай мне такое предлагать, – перебивает и отталкивается.

– В Разломе их татуировки смахнут на раз.

– Ты предлагаешь моим детям спуститься в Навь? В лапы демонов? Чтоб их связал долг со злом? Ты в своём уме? Нет, я не даю на это согласие. Ищи иной вариант. А лучше – плени Сигизмунда, это всё, что ты можешь для меня сделать. По силам тебе? Ты же так могуч и бесстрашен.

– По силам. Я это сделаю. Но мне нужно кое–что от тебя.

– Всё, что пожелаешь, я вся твоя, – разводит руками. – Я отдала тебе всё, что у меня есть. Что тебе ещё надо?

– Слабые места Гершта, боюсь он может помешать.

– Ах, ты об этом, – заулыбалась, но выпалила: – Лучше не лезь к нему, опасные артефакты – не главный его козырь. Он хитёр и расчётлив, не хуже нашего Могуты.

– То есть ничего не подскажешь.

– Знала бы его слабости, давно прикончила бы сама, – хмыкнула Белка.

– Кстати! А что на счёт Могуты? Может, он знает?

– Я не слышала о нём с того самого дня, как всадила ему в лоб арбалетный болт за твою драгоценную шкуру. К слову, он мне за это ещё не отплатил. А ты, выходит, его не достал до сих пор.

– Слишком много претензий в мой адрес, голубушка, – пригрозил пальцем.

Белка закатила глаза. Но следом выдохнула.

– Прости, я действительно на взводе, как тульский арбалет. Про Гершта ты верно спросил. Его надо кончать, он Сигизмунда хорошо прикрывает.

– Гершт может входить в изнанку времени? – Спрашиваю, затаив дыхание.

– Как Могута или ты? Думаю, да.

– Как с этим бороться? – Уточняю, в надежде, что есть какой–то особый способ.

– Сигизмунд использует «Кисель», да я другой защиты и не знаю.

– «Кисель»⁇

– Редкий магический артефакт чаще в виде браслета, который распознаёт волны изнанки и создаёт вокруг носителя поле, которое блокирует изнанку.

– Хм, кажется, я уже проходил такое, – комментирую, вспоминая недавнюю ликвидацию воеводы и его приспешников.

Некая среда среагировала на ускоренное передвижение, похоже, автоматически.

– Если проходил, значит, то был слабого уровня «Кисель», – объясняет Белка. – При хорошем – даже в третьей изнанке к носителю не пробиться. Знаю, о чём ты мог подумать, наш Еся при всём желании не сумеет сотворить «Кисель» выше третьего уровня, а такой эффективен только до второй изнанки. Это тебе против Гершта не поможет.

– Это если защищаться.

– Защищаться, – согласилась Белка. – Где найти хороший «Кисель» не знаю. Покопайся в сокровищах Сигизмунда, там много, от чего веяло сильными артефактами.

– Да всё руки не доходили.

– Вижу, как ты хлопочешь в своих землях. Такие стены, замки, немыслимо. Не перестаёшь удивлять, – говорит уже с нотками кокетства.

Узнаю прежнюю Белку. Подаюсь обнять, идёт навстречу, охотно прижимается.

– Всё будет хорошо, сестрица, – говорю тихо в ушко.

– Спасибо, Ярослав, – шепчет в ответ.

Слышу, кто–то скачет, прерывая нашу идиллию.

– Ваше величество! Срочные вести! – Орёт с седла гонец. – Неизвестная рать надвигается! По землям воронежским уже идёт, знаменем твоим кичась, но рожи–то у них не русские! Авось кого из наших побили, да затрофеили!

– Так, а рожи не китайские случаем? – Посмеиваюсь.

– Во–во, они самые! – Подхватывает гонец.

– Понятно, – отвечаю с облегчением и дальше бодро: – Слушай мой приказ! Выслать самого быстрого гонца до Мелихово, чтоб оттуда отряд выдвинулся им навстречу для приветствия и сопровождения до Ярославца.

– Это как же? – Ахнул гонец.

– Это союзная армия, дубина. Всё, не теряй больше время, – отмахнулся.

– Будет исполнено, твоё величество! – Отчеканил гонец и подрапал прочь.

– А это что ещё за рать? – Возмутилась вдруг Белка. – Аль ты иноземцев на нашу сторону привлёк?

– Поменьше бы ты заморачивалась по внешнеполитическим вопросам, голубушка. А лучше вообще не забивай себе этим голову, – парировал и двинулся по своим делам.