Текст книги "Древесный маг Орловского княжества 11 (СИ)"

Автор книги: Игорь Павлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

– Какой важный стал, – слышу подковырку вслед.

Отвечать нечего. Так и есть. И важный, и многозадачный. Потому что нужно быстро переключаться от одной проблемы к другой.

Ай Шан, ай молодца. Могла ведь с печатью главы клана свалить от меня насовсем и в ус не дуть. Так нет! С преданностью выполнила поручение. И теперь китайское войско прёт сюда в подкрепление. Интересно, сколько они там наскребли народа⁈ Вопрос актуальный!

Из–за менталитета и целевого назначения, китайское войско придётся держать отдельно, я уже подготовил для них лагерь, обрамлённый ирскими стенами и башнями – тот, что у нас на юге возник первым. Чтобы там всех разместить, пришлось ещё бараки достраивать в несколько этажей. К приезду воинов всё должно быть готово в плане быта. Поэтому, как получил весть, сразу наведался в место их будущего базирования с инспекцией.

Пока гонял коменданта, думал о другом. Волей–неволей Белка натолкнула на мысль, что в Разлом сходить стоит и поручить одно дельце демонам.

В ночи выдвинулся к Москве на крыльях, заодно разведал северо–восточное направление. В разлом нырнул с опаской, что Ситри подкараулит и затащит на очередную оргию. Но делать нечего, ещё война не наступила, а я уже переживаю за своих витязей, как за собственных детей. Пусть их всё больше, но многие – это костяк моей армии, на каждом тысячи людей держатся, как грозди винограда на ветке. Я уже усилил их, как мог, но всё же защиты им не хватает.

Ламия встречает сразу, остальная орава за грядой прячется. Чую, демонов в три раза больше стало. Ну не размножились же⁈ Похоже, с других грибов стянулись, когда я инициацию прошёл. Ведь больше нет блокады, другие демоны моих не трогают. Можно спокойно по миру Разлома гулять.

– Можно же гулять? – Уточняю у Ламии.

– Можно, владыка, ещё как можно! Ждём распоряжений, о великий, о всемогущий.

– О Великий! О Всемогущий! – Доносится хоровое со всех сторон. – Повелевай нами!

Посмотрел на копытную женщину. Мысль пришла интересная. Здесь ей не место, прозябает без дела. Подозвал её заместителя, сколопендру Горста.

– Значит так, образина, – говорю, как с дебилом. – Доспехи на мне чуешь, видишь?

– Да, владыка, хорошие доспехи, много бед с них было, – выпалил.

– Молодец, что узнаёшь. А теперь слушай задачу. Всей нашей безобразной толпой нужно собрать их со всех доступных земель Разлома и притащить сюда. Повеление понял?

– Да, владыка, – кивнул, разевая страшную пасть счастливо.

– Приступайте, мои подданные, – отмахиваюсь и наблюдаю, как стадо, ломая пики и толкая друг друга, уносится в пещеры.

Беру за рог Ламию, которая сама чуть не побежала выполнять.

– А ты сюда иди, голубушка. Помнится мне, ты сказала, что в Кровавом мире можешь спокойно разгуливать, так?

– Спокойно только в омуте страданий, – выдала и засмущалась. Да там рожу состроила, что захотелось вдарить.

– А к конкретному человеку присосаться без всякого такого? Без жертв невинных?

– Могу, но недолго.

– А извести или проклясть?

– Не гневайся владыка, такое не могу, только соблазнить на силу Нави, ослабить, помутить рассудок и заставить свершить самоубийство. Эдакий мой промысел.

– Понятно, – вздыхаю с некоторым разочарованием, но не оставляю надежду. – Надо будет в Кровавый мир наведаться, одного человечишку соблазнить, по силам?

– Всё, что угодно, мой владыка, только прикажи. И снизойди до невежи, мне нужно имя. Сжалься, назови имя.

– Гершт, – говорю, чуя в собственных словах демонические нити, оплетающие каждый звук и придающие имени особый смысл и вещающий на него демонический маяк. А с этим Ламия получает и палитру моих чувств с картинками этой гадкой рожи. Всё, досье отправлено в мозг копытной.

– Я найду его, не сомневайся, – чеканит демоница и ныряет в портал вперёд меня.

– Стой, млять… – говорю, но поздно. Свалила, шлюха.

Хотя, чёрт с ними обоими. Посмотрим, что из этого выйдет. Если у Ламии получится хоть как–то повлиять на его рассудок, мне будет проще с ним разобраться.

Выбравшись в Москву, я уже не застаю демоницу. Её и след простыл. Получила санкцию и теперь будет куражиться. Не успел предупредить, чтоб вообще не трогала людей. Хотя, если это будут поляки – пусть изводит.

Весь следующий день получаю вести о идущих к нам войсках. Не успели китайцы проскочить, впереди них к Ярославцу уже подтянулись дружины Тихослава. Полторы тысячи ратников, как и просил. Сам граф во главе со своими тремя воеводами явился в замок на доклад. Весь такой решительный, а главное – выспавшийся. Глаза его горят, сердце пылает. То, что я сделал для их рода, похоже, он в полной мере осознал уже позже. А ныне готов платить преданностью и самоотверженностью.

Поддавшись общей движухе, с ним подтянулись ещё два графа: Крешимир и Мечислав со своими дружинами. Все три группировки разбили лагеря на юге под Ярославцем. Понимая всю ответственность, я усилил охранение на юго–западном направлении, увеличив и численность дальней разведки и лазутчиков по окружным лесам, чтобы заранее предупредить вражеский удар или диверсию по пока ещё уязвимому расположению войск. Хотя за Ирским замком, где хозяйничает Пересвет, все и так хорошо себя чувствуют.

Спустя двое суток подтянулся четвёртый граф по имени Часлав. Явно нехотя приплёлся и привёл в два раза меньше требуемого. Всего восемьсот бойцов. Взвыл, что не откуда ему больше брать, мол, крестьян у него не так много.

И тем не менее! Когда я в ночи взлетел, чтобы осмотреть новые силы, впечатлился от собравшейся массы не на шутку. На поле под Ярославцем огней горит, как звёзд на небе. А всего–то четыре тысячи с копейками прибыло. Четыре тысячи мечей, четыре тысячи ртов! И их надо кормить, пока не пошатнулся их моральный дух. Хотя все и со своими припасами, заботу короля никто не отменял.

Вскоре добрались и китайцы. Под светом полуденного солнца впечатляющая колонна тянется с горизонта, глядя на их обозы, сразу видно, что решились на переезд. Много конницы, людей в телегах, провизии, боезапаса и всяких тренажёров, до кучи домашний скот и живность с собой притащили. Видимо, из–за этого и тащились так долго.

Пролетев орлом над лагерями, лично встречаю Ксинга Сайвена с его дочерью Шан, идущих в голове колонны. Все в мехах, будто на северный полюс собрались, хотя тут уже весна проклёвывается.

Приземляюсь эффектно перед кланом, демонстрируя своё величие и могущество. А то мало ли забыли. Китайские лошади заржали отчаянно и забеспокоились, но бойцы держатся мужественно перед Белым драконом. А седой и матёрый Ксинг вообще невозмутим. Спускается с лошади и с поклоном двумя руками возвращает Подвеску с печатью клана.

Остальные всадники с сёдел попадали по цепочке длинной волной, уходящей за горизонт, и ударили челом в слякоть. И даже девки своих белых ликов не пожалели. Думаю, наблюдающие с лагерей ошалели при виде такой дани уважения. Одна лишь сотня моих людей, сопровождавшая Шан в Китай, а ныне разбросанная по колонне, осталась в сёдлах, окидывая всех недоумевающим взглядом.

– Как добрались? – Интересуюсь, глядя, как изящно склоняется Шан, и едва скрывает свою радость. Сияет вся, будто жениха ненаглядного увидела после долгой разлуки.

Определённо, она заслужила моего внимания. Но не сейчас.

– Дали бой в степях, потеряв сто двадцать три воина, – докладывает Ксинг рычащим голосом. – От болезней и ран умерло ещё сорок пять. По сей причине прибыл в твоё царство не весь клан.

– Сколько бойцов? – Уточняю.

– Тысяча семьсот девяносто умелых воинов, и девятьсот тринадцать учеников, – докладывает глава клана. – Все готовы выполнить любое твоё повеление.

– Хм, – замялся я, прикидывая, что примерно тридцать процентов клана мне на данный момент негде селить.

– Мы собрали всех, – добавил Ксинг с нотками тревоги, вероятно, решив, что я недоволен.

Ещё как доволен! Вообще речь шла о тысяче бойцов. А тут такой приятный сюрприз.

– Благодарю за службу тебя и твою дочь, – говорю важным тоном. – Вы получите знатный титул для рода, землю и хороший дом с правом наследования. А ваш клан будет иметь хорошую крышу над головой и достойное пропитание. Отдельный город уже готов для вас со всеми удобствами.

– Вы слишком щедры, Белый дракон, – поклонился Ксинг.

– Благодарю вас, ваше величество, – поклонилась и Шан.

Отряд, сопровождавший Шан, во главе с командиром поспешил к нам с докладом. Все добитые, потрёпанные, но счастливые. Вскоре узнаю, что из сотни двоих бойцов всё же потеряли. Но для такого перехода – это незначительные потери, и этому я обязан китайцам.

С особым вниманием отнёсся к размещению клана убийц. Потому что местные ратники с явным недоверием встретили иноземцев. Но когда увидели, как король трепетно к ним относится, всякие там речи за кострами и прочий трёп перестал быть враждебным. Это мне и нужно. Ведь всем придётся воевать плечом к плечу.

Хотя странные китайские бойцы одетые странно удивили явно не больше, чем исполин с горящими зелёными зенками, возвышающийся над лесом, о котором давно молва разошлась по всей разрозненной ныне стране. Помимо этого и огромные замки со стенами впечатлили не меньше. Я уж не говорю о себе любимом, летающим демонстративно над несведущим людом.

В общем, для новых гостей Ярославец стал чудом света. И это без преувеличений.

Даже бойцы Ксинга, что держались невозмутимыми какое–то время, с раскрытыми ртами въезжали в свою новую обитель с огромными стенами и башнями, каких в Китае и в помине нет. Вдобавок налаженный быт – суетиться не надо. Уже обо всём позаботились. Я им даже сисястых барышень нашёл с «Хлебом–солью», продемонстрировав наше гостеприимство, традиции и славянскую красоту. Чтоб жёсткие воины хоть немного расслабились на чужбине и подумали о том, ради чего стоит сражаться. Ну… это помимо того, что сражаются они за «Белого дракона». С далеко идущими планами рассчитываю, что китайцы тут все врастут и кровью перемешаются. Так нация станет ещё сильнее…

А тем временем в Ярославец продолжают прибывать войска. Вслед за китайцами притащились отряды из Мелихово. Девять сотен пехоты и две сотни конников – не густо. Но я и не рассчитывал на большее, потому что весомый гарнизон оставил на восточных границах Королевства.

За ними, наконец, соизволил выдвинуть своих дружинников и Головин. Из Сосково и окрестностей граф наскрёб мне тысячу триста дружинников, которые скромно встали лагерем между двумя городами, но обозначили готовность выдвигаться туда, куда скажу.

Из Мыцкого прибыли пять сотен дружинников, которых мы наскребли из местных деревень. Чтобы держать границы с Тульским и Калужским княжествами в том районе пришлось оставить шесть сотен бойцов, где половина моих штатных ратников. Учитывая угрозы, это я ещё продешевил.

Неожиданно приятные вести пришли буквально через два дня затишья, когда я уже начал думать, как распределять войска, пришедшие в моё распоряжение.

Князь Вячеслав явился! Да не просто нагрянул меня критиковать или поучать. Рать почти в восемь с половиной тысяч солдат притащил он с собой! Две трети войска, конечно, это мужики с вилами и дрынами, но не беда – вооружить успеем, обучить попробуем. К тому же каждый граф со своими дружинами и походные кузни приволок, теперь у нас кузнецов целая армия Колояру в помощь, можно новый цех открывать.

Ох, как же я тестя расцеловал в небритые щёки. Князь аж прослезился, сыном меня назвав. Василиса выскочила отца встречать, да с таким видом, будто он с победой к нам явился, за меня всё уже сделав. Ну да ладно, эмоции…

И вот, настало время подбить цифры и оценить силы, чтобы начать расстановку по рубежам Королевства! С Высоты птичьего полёта аж дух захватывает на всё это любоваться. Как бы не спикировать в эйфории и не обосраться ещё до войны.

Итак! Своя рать выросла до 4350 бойцов, плюс дружину мы увеличили до 3000 человек. Орловский родненький мой князь привёл рать в 8477 бойцов, Тихослав – 1511, Крешимир – 1650, Мечислав – 1805, Часлав – 812, Головин – 1305, из Мелихово прибыло 1099 человек, с Мыцкого – 510. Ну и Дом Змеи переехал в количестве 1790 убийц.

Общая численность армии на сегодняшний день составляет 26309 бойцов. С прибывающих крестьян наскребём ещё около семи сотен дружинников. На выходе двадцать семь тысяч получается. Вот такое войско в моём распоряжении. Можно выдвигаться и Европу завоёвывать.

Сперва, на площади собрал всех командиров новых войск, от десятников до воевод. С местными зеваками набралось людей тысячи под три! Натренированным ораторским горлом с гранитной трибуны я рассказал, как враг силён и подл. Как горели деревни русские в Новгородской земле в ледяном пламене, чему был свидетелем, как поляки уже давно хозяйничают вокруг, насилуя наших девок и отбирая булочки у бабушек безнаказанно. Но мы, выстоявшие против легионов волотов и полчищ курий, готовы дать любому супостату отпор. А всем вновь прибывшим посчастливилось участвовать в войне, которая прославит их на века.

– Я сам лично буду биться вместе с вами, плечом к плечу! – Добавил уже под конец колоритно и эмоционально. – За каждого соратника своего порву любого гада!! И с земли достану, а где не достану, с неба зайду!!

Для большего впечатления прямо на публике вырастил крылья и расправил широко, а затем ещё мои великаны из засады вышли и начали орать на ломанном русском:

– Да здравствует великий король Ярослав! Да здравствует его город и великие люди!

Не успели воины опомниться, им мои знамёна стали вручать. Люд, собравшийся из местных, привыкший уже ко всему, ликует пуще воинов. Детвора великанам на руки просится, чтоб покатали. Но вскоре и гости начинают орать, будто мы уже весь мир завоевали. Сам чуть не прослезился.

Этим же вечером собрал военный совет в главном зале замка из своих витязей да прибывших графов с воеводами. Я на троне расположился, эти за столами с лёгкой закуской и выпивкой.

Душой не кривя, выдал им расклад:

– Ждём триста тысяч злющих поляков со злющими магами. Поляки ко вторжению готовились лет пять, поэтому знают местность не хуже нашего. При этом мы одни, от князей соседских помощи не предвидится. Да и не надо. Врага и сами остановим. Зато какая слава нас ждёт! Единоличная.

Мои витязи посмеялись, а вот прибывшие лишь заулыбались неуверенно. Никто не хочет драться с противником, который в десять раз больше числом.

Попросил высказаться прибывших лидеров, чтоб не было недомолвок. Все пресмыкаются вроде, но дальше начинают воду мутить. Каждый хочет командовать своей кучкой. Мол – куда пошлю, там и будут стоять насмерть. Чую лёгкий соревновательный дух, и это мне совсем не нравится.

– Нет, господа, так не пойдёт, – говорю, заткнув всех разом поднятой рукой. – Мне не нужна шуба из разных шкур и лоскутов. Нам всем такая на хер не сдалась, ведь так?

Молчат, глазами хлопая. А я продолжаю с трона:

– Армия должна быть единым целым. Костяк каждой рати останется, командование у вас никто не забирает. Но войска мы частично перемешаем, чтобы создать однородную массу. Все недостатки и проблемы каждого будут закрыты. У кого не хватает лучников – усилим, у кого тяжёлых со щитами – дадим отряды. У кого – луки коротки, поменяем, у кого доспехи дрянь, вручим новые. В каждом полку, на которые поделю армию, будут местные бойцы, знающие и городские стены, и башни, и здешние леса, как свои пять пальцев. У каждого будет скоростная конница и боевые маги. При этом в зависимости от специализации основная масса будет либо пехотная, либо конная, либо стрелковая. Управлением займусь я лично. Координированные действия всех частей – это залог нашего успеха. Вопросы, господа?

Замолчали, насупились. Кто–то думает, переваривая. Один Головин кивает одобрительно с таким видом, будто он мой батька, который мной очень гордится в данный момент.

– Ну? – Посмеиваюсь. – Никто вашу славу не отбирает. Наоборот, у всех теперь будут равные условия.

– Что–то слишком умно повествуешь, твоё величество, – выпалил Пересвет. – Не могу сообразить, бьём поляков, аль учения у нас массовые на полигоне?

– Бьём! – Воскликнул Вячеслав и по столу кулаком хлопнул, прокидывая кубок.

– Бьём!! – Подхватили другие, оживившись.

– Мудр наш король не по годам! Вот какой город вырастил за два года! – Стали снова подкатывать новые графы.

На том и порешали. Главное, что в итоге с концепцией никто не стал спорить. И я активно приступил к переформированию армии. Потому что времени у нас почти уже не осталось.

Через две недели и два дня разведка сразу с трёх сторон доложила, что поляки вылезли из лагерей, сёл и городов и огромными массами двинули в нашем направлении.

Всё. Похоже, началось!

Глава 10
Враг надвигается!

Как только вражеские массы двинули, у самых границ королевства активировались их разъезды. Причём так нагло, что даже пошли первые стычки с нашей разведывательной конницей. Отряды быстрого реагирования пока успевают догнать вражин за счёт рунных коней и навалять, имея временное численное преимущество. Но это продлится недолго.

Быстро изучив донесения, решил убедиться лично. Пока завершаются приготовления по нашей обороне и поляк в пути, есть время прошвырнуться и разведать с воздуха. Тем более направления мне известны.

Самое актуальное – это западное, куда с рассвета и двинулся по воздуху, нарастив крылья на пару метров больше обычного. Дабы видели все супостаты, кто тут в воздухе хозяин.

Брянская земля теперь кишит поляками, которые будто тараканы из отравленной канализации повылезали все разом. Две огромные колонны двинули с Брянска и окрестностей. Военные лагеря, что стоят ближе к нам тоже активировались, но вперёд пока не лезут, дожидаясь основные силы. По большому счёту им три–четыре дня пути, их тормозит пехота и повозки. Плюс дороги ещё не подсохли, грязь месить приходится.

По разведданным тысяч шестьдесят скопилось на этом направлении, на глаз можно прикинуть, что поменьше. Но когда я пролетел дальше по главной магистрали на запад, убедился, что идёт большое подкрепление с самой Польши. Вереницы повозок, которых просто не счесть, как и новых бойцов. Ох, а металлом они сияют, как на парад вышли. Видимо, император решил вывести и свою дорогостоящую гвардию, пойдя ва–банк.

Новые силы тащатся нескончаемой вереницей из–за горизонта, по пути лагеря уже развёрнуты на привалы, работающие, как конвейер – одни ушли, другие встали. Бесчисленные костры коптят небо, будто меня хотят выкурить.

Ну а что ещё подумать? Когда лечу над ратью, сразу щетинятся, рассредоточиваются, готовятся к бою. Много лучников… очень много лучников.

Разведав обстановку, ухожу на юг, где ожидается второе направление удара. Искать долго не приходится, по разорённой курской земле идут колонны, занимая граничные деревни передовыми отрядами. Мне уже известно, что курский князь отступил на восток со своими дружинами, оставив город. Ко мне он присоединяться не стал. Да и хрен с ним. С этой стороны поляков тысяч тридцать стягивается, и это совсем не радует.

Облёт занял весь день. С учётом выявленных вражеских сил, корректирую действия наших передовых отрядов на юге и западе. Дальше километра от стен не суются, сидят в лесах, готовые уничтожать авангарды врага или драпать, чтоб пятки сверкали.

Вернувшись в Ярославец, полюбовался грандиозной движухой. Лагерей за городом уже нет. Все войска за стенами, расселенные в тёплых бараках. Идут мелкие построения новобранцев на полигонах у военных частей. На стенах и в башнях стоят усиленные караулы, мышь не проскачет. Пехота бегает, конница табунами носится, крестьяне всюду хлопочут, у всех руки чешутся супостату надавать.

Облетев периметр, первым делом проверил наши речные караулы, которые ввёл недавно из–за угрозы распространения вируса по воде. По сути от них требуется лишь одно – смотреть за серебряными сетками, которые опущены в воду от севера и востока до соединения речек под Каменцами. Шесть караульных домиков, по восемь человек в штате. Смотрят за состоянием серебра каждые пол часа, если почернеет – просигналят в колокол. При этом охраняют и сами сетки, чтоб не спёрли. Это мне в Академии подсказали, как зелёную чуму выявлять и всякую отраву массового поражения.

Убедившись, что всё хорошо, посетил наши западные замки, прошвырнулся в Новосёлки и Елькино. Заглянул на фабрику к Колояру, которая теперь по площади, как целый рынок. А охраняется, как императорский дворец. Предприятие мощнейшее, похоже, мы станем самым крупным поставщиком оружия в мире. Если нас не сметут к чертям. Наряду с воодушевлением иногда посещают и такие мысли. Потому что нельзя недооценивать врага.

Перепроверил в очередной раз, как оснащены полки, на которые поделил всю армию. От полутора до тысячи восьмисот бойцов в формировании, в зависимости от предназначения. Оборонные пехотные, стрелковые, конные и разведывательные. Сформированы два тяжеловооруженных пехотных полка, где у меня самые мощные дядьки таскают по пятьдесят кило металла. Эти предназначены выдвигаться для блокирования прорыва, если это случится. Один на Пересвете, второй на Никите. Костяк ратников там опытный, против волотов под Каменцами стояли, не струсили.

Хотя витязи и заерепенились, как узнали, что в городе сидеть надо, хотели уже в атаку лететь на лихих конях. Остромила, которая снюхалась со второй мужеподобной бабой Боряной тоже рвутся в бой. В общем, готовые вчетвером вклиниться в пару тысяч вражеской конницы и всех раскидать. Дураки что, ли? Интересно, с кого они пример решили взять.

Самое интересное, в итоге так и получится. Поэтому заранее всерьёз озадачился защитой моих самых крутых бойцов. Достаточно подождав, ночью сгонял в Москву, где нырнул в Разлом за доспехами. И, о счастье! Демоны натаскали мне аж пятнадцать комплектов, при этом десять поножей и двадцать один лишний наруч. Вот как так?

– Ищите, второй в пару, что смотрите, морды? – Возмутился, помахивая им.

Ещё шесть щитов приволокли, что неслыханно радует, но пока не нашли ни одного меча. Похвалив своих уродцев, с трёх заходов всё вынес и повелел продолжать поиски.

Вернувшись домой уже под утро, раздал их витязям. Поначалу выделывались, но когда продемонстрировал их прочность – заткнулись. Хотя это не самое сложное – заставить их снять отцову броню или памятный трофей. Труднее научить подгонять под себя мысленно. Вот здесь пришлось повозиться. Но мы справились!

Один комплект оставил для Люты. Магичку такого класса нужно беречь, как зеницу ока. Только она сама себя не бережёт. Сидит в Юго–западном замке Пересвета и с наблюдательной башни практически не слезает, там и ест, и спит. Когда от разъездов стали приходить тревожные вести, она приготовилась биться, хотя Пересвет ей сказал:

– Рано, сестрица, лучше в баньку сходи да браги попей. Поляк пока сюда дойдёт, лето уж наступит.

Ага, неделю нам ещё спокойно жить! Если раньше не повалят.

Долетев до замка, спустился на башню к ней. Успел восхититься округлившейся попкой, эротично обтянутой кожаными штанами. Что ни говори, Люта похорошела после навьской встряски.

Только что стоявшая у зубцов спиной она почти сразу обернулась и поклонилась мне. Ух, а глазища карие с россыпью ресниц, что летние солнышки.

– Ваше величество, – произнесла с некоторой растерянностью, хотя должна была видеть издали, как я приближаюсь. Видимо, задумалась. Или заметила, что рассматриваю. Лёгкую улыбку рот мой сам растянул. Что поделать? Рад видеть её в рядах моей армии. Да и просто рад ей.

– Добрый вечер, сестрица, не утомилась уже тут сидеть? – Говорю ласково. – Ночами ещё холодно, а ты без тулупа.

Смотрит недоверчиво. Иногда даже понятия не имею о чём она может думать, глядя на меня вот так.

Облокачиваюсь на зубец рядом с ней, устремляя взор на округу, чтоб не смущать прямым зрительным контактом.

Вид здесь просто изумительный, особенно на закате. Слева озеро, за которым вдалеке виднеются башни крепости, где теперь обитает Дом Змеи. Ближе Заговорённый лес с исполином, у которого зелёные глаза теперь для многих, что маяк в ночи. Ещё ближе дорога до Сосково, по которой тянутся тележки в обе стороны. Правее стоит южный лес, где я впервые убил половца, когда ринулся спасать Леночку. Столько воспоминаний навевает. Я даже вижу отсюда то место, где меня Дарья в луже пыталась утопить. Подумать только… прошло всего–то два с половиной года. А как целая жизнь.

– А вы не утомились летать туда–сюда, – произнесла Люта вроде даже без всякой иронии, устраиваясь рядом, но следом вырвался её подкол: – Кружите, что ворона над гнездом воронят.

– Я должен всё контролировать, по–другому не могу, – отвечаю, как на духу и замечаю: – мы вдвоём, а ты продолжаешь выкать.

Люта улыбнулась себе под нос.

– Ты не доверяешь своим верным витязям? – Спрашивает участливо, исправившись.

– Доверяю, но переживаю за всё. За каждую мелочь.

– Понимаю…

– Ты же видишь, как разросся наш город, сколько здесь счастливых людей. А какая–то амбициозная тварь хочет нас стереть.

– Мы выстоим, с таким королём и подавно, – выдаёт Люта уже уверенно. – И не важно, что князья тебя предали. Даже Юрий, которого всегда считала честным и благородным. Ты ведь столько сделал для Тулы.

– Я убил его ратников, – напомнил с лёгкой горечью.

– Он сам полез, так ему и надо, – фыркает подруга. – Мудрый правитель не стал бы цепляться за это. А теперь они каждый за себя. И что они будут делать, когда поляк начнёт жечь их деревни?

Люта разговорилась, как мило. Поглядываю на неё, уводит взгляд, краснеет.

– Сам всё знаешь, – бурчит уже себе под нос.

– Знаю, – соглашаюсь.

Солнце садится, окрашивая небо в кровавый цвет. Магичка вздыхает, смотрит на Ярославец.

– Твой город действительно чудесен. Побыв здесь немного, я всё поняла. Поняла, как ты его любишь, как любят его люди. И здесь есть, что любить. Чистые улицы, светлые водные каналы, вежливая стража, никто дурного слова не скажет, все друг другу помогают. А эти твои школы, простые крестьянские дети учатся грамоте и этикету господ. Ты даже уговорил Морозову на группу в Академии для незнатных.

– То, что ты сейчас видишь – это только начало, – признаюсь. – Сейчас я пользуюсь знаниями ирских волхвов. Но придёт время, и воплощу знания моего родного мира.

– Родного? – Встрепенулась Люта.

– Ты должна была слышать Ситри. Она давно поняла, что я не отсюда.

– Как и я… но…

– Нет, речь не о Нави, – прервал. – Мой родной мир очень похож на этот. Полагаю, они параллельны друг другу, только мой – это далёкое будущее. Мир, идущий по пути технического прогресса, мир, где магию заменяет наука. Магии там не существует. Её просто нет.

– Как нет? – Ахнула подружка и посмотрела на меня пытливо.

В ответ улыбнулся, наслаждаясь её реакцией.

– А вот так. Но и без этого там хватает разрушения. Цивилизация, которая не имеет магии, вынуждена развиваться иначе. А здесь… похоже, всё тормозит именно магия, с которой люди получают желаемое и довольствуются этим.

– И каков твой мир без магии? – Заинтересовалась Люта, раскрыв свои глазища ещё шире. Ути, заинька!

Ну и как такой не поведать обо всём⁇ Мы ведь столько с ней прошли. И это не измеряется временем, скорее впечатлениями и гранью, на которой вместе стояли.

Стараясь довести доступным языком, отвечаю с заметной грандиозностью:

– Там города в сотни раз больше, дома в десятки раз выше, люди могут перемещаться быстрее лошадей, летать быстрее и выше птиц. Мир так разнообразен, доступен и по большей части безопасен, но люди перестали смотреть на него своими глазами.

– Это как?

– Долго рассказывать, да и вряд ли ты поймёшь, пока не увидишь сама. Одно скажу, тут лучше, тут светлее и чище. Здесь я смотрю на людей и мне интересно разглядывать их лица. А там такого нет. Многие там мелочны, меркантильны, эгоистичны и слабы. При этом они располагают опасным оружием, которое убивает быстрее стрелы и магии. А есть такое, что покроет площадь в сотни раз больше самого сильного магического удара. Там нет нечисти, но есть люди, которые будут пострашнее любых здешних тварей.

Подружка задумалась. Немного помолчали.

– Значит и твоё королевство ждёт подобная участь? – Выпалила вдруг.

– Нет, конечно, нет. Я позаимствую только самое лучшее. Силу пара, железные дороги…

– Железные дороги⁈

Около часа излагаю Люте свои идеи. Поначалу магичка слушает это со скептическим видом, но затем начинает вникать и понимать. На её лице проступает озарение. В какой–то момент понял, что мне уже давно хотелось выговориться. Вот только не знал, с кем могу поговорить так откровенно.

В этом мире мы оба чужие.

Вспомнил о том, зачем я к ней вообще наведался только, когда уже собрался улетать.

Едва заметно нахмурившись, Люта наблюдает, как я достаю доспехи из ледяного кармана. Судя по тому, как она сжалась, они сразу напомнили ей о дворце Ситри.

– Прости, я…. – начинаю, замявшись. – Не хочу, чтобы ты выхватила какую–нибудь шальную стрелу или дротик. Эти доспехи не пробить ничем. Даже сам клинок Разлома их не берёт.

– Хочешь, чтобы я носила эту броню? – Спросила с настороженностью.

– Да, она полезна не только для рейдов в Разломе. Здесь артефакты дают выносливость, зоркость и силу.

– Да знаю, – вздыхает. – Отдай их лучше одному из своих витязей, им нужнее. Я и так могу себя защитить.

– Все уже носят, одна ты осталась, – улыбаюсь. – Ну Люта. Если не наденешь, я буду волноваться за тебя.

– Как за сестрицу? – Спросила, краснея.

– Как за родного человека. Надень, пожалуйста.

– Хорошо, – кивает, опустив головушку. – Если позволишь, буду брать их на бой. Постоянно носить – вредно. Собственных сил не останется.

– Всё–то ты знаешь, – хвалю.

– Когда–то я думала, что такие доспехи помогут мне преодолеть печать запрета, – признаётся магичка и отворачивается.

Обнимает себя за плечи, глядя на это, не могу удержаться. Подхожу сзади и обхватываю. Потому что она сейчас нуждается в этом.

Люта не сопротивляется, чувствую, как ускоряется её сердце. Да и моё тоже не на месте. Так и стоим минут двадцать, пока снизу не доносятся шаги часового, который спешит на свою смену.

– Мне пора, – шепчу и отпускаю.

Кивает с пол–оборота в ответ.

– Не беспокойтесь, ваше величество, – выдаёт официозно. – Я буду их носить, обещаю.

– Ваше величество! – Выскакивает наверх часовой и кланяется. Смотрит вытаращено, похоже, этот молодой боец ещё меня так близко не видел.

– Неси службу бодро, – хлопнул его по плечу.

Отступил и прыгнув в сторону, взлетел. Это чтоб крыльями никого с башни не смахнуть.

Ночь провёл с Василисой, у которой уже проступил животик. Пригрелась, как котёнок, в моих объятиях. Такая беззащитная. Странное чувство тревоги не даёт заснуть мне полночи. А рано утром надо уже рвать когти и лететь на разведку по намеченному плану.