Текст книги "Древесный маг Орловского княжества 11 (СИ)"

Автор книги: Игорь Павлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Древесный маг Орловского княжества (том 11)

Глава 1
Путь в Навь

Цикл Орловское Княжество

(том 11)

Древесный Маг Орловского княжества. Навь, польская интервенция и другие приключения Ярослава

Интересно, каково это быть в аду, когда ты ещё не помер? Этим вопросом задаюсь в последнее время часто. Я был в Разломе, но это же ещё не Навь. Далеко не Она!

И что там ждёт? Как примет особого гостя кровожадный демонический мир? Как отреагируют жители? Как буду чувствовать себя сам в иной среде, для которой доспехов явно ещё не придумали? А смогу ли вообще дышать? А не ловушка ли это? С учётом крови на моих руках и стольких сгубленных судеб… может, заслужил я там остаться.

Мысли обрывками. Откуда такой страх?

Перед отправлением ни с кем не попрощался. Даже Василисе ничего не сказал, лишь провёл с ней страстную ночь перед отправлением.

Никто не должен знать, что их лорд так рискует. Сделал вид, что свалил на очередную прогулку. Король гуляет, где хочет и ни перед кем не отчитывается. Лишь Ивар Крюк и Пересвет, принимая обязанности, осознают, что на моё быстрое возвращение можно не рассчитывать.

Облачившись, как положено в доспехи Разлома, вылетел на закате.

Руины Москвы завалило снегом. Даже местами торчащие рёбра волотов припорошило так, что сразу и не разберёшь. Удивительно, но в черте города местами теперь горят огни. Пять–шесть точек насчитал на подлёте. Но у Великого разлома в радиусе полукилометра ни души. И такое складывается впечатление, что от него стало веять слишком уж угрожающе.

Приземлившись неподалёку от портала, я огляделся на всякий случай. Следов на снегу нет, никто не входил и не выходил. По крайней мере, в последнее время. Втянув крылья, сделал три глубоких вдоха, вентилируя лёгкие, как тогда при погружении с Белкой, и двинулся навстречу своей судьбе.

Дыра втянула меня, как миленькая, и, помотав хорошенько, выплюнула в пузыре. Проколов его, я прыгнул на фиолетовый грунт. И вдохнул жаркий знойный воздух. В первые моменты показалось даже, что попал на курорт после перелёта по морозному пространству.

Окинув взглядом периметр, пришёл к выводу, что ничего толком не изменилось. Как стояла гряда из пик, так и стоит. Все кости тварей уже рассыпались, местами поблёскивают фиолетовым кристаллы, которые я в прошлый раз не подобрал. Игнорируя мелочёвку, до которой теперь дела нет, двинулся куда глаза глядят. Ибо не очень–то понимаю, как мне сигнализировать своё появление. Может, стоило прямо в пузыре доплыть до Нави?

Хотя рисковать не стоило. А то мало ли, в космос унесёт.

Кстати, синюю планету хорошо на этот раз видно. Красуется себе за изъеденным красным сводом Нави. Интересно, а что это за мир такой? И сумею ли когда–нибудь туда добраться? Так! Что–то я, как Сигизмунд стал рассуждать. Только в его случае он полмира завоевал, а я только половину Орловского княжества.

Две гряды прошёл, и стали доноситься шевеления. Поначалу решил, что придётся рубиться с каким–нибудь недобитым отрядом. А это мои демоны подтягиваются поздороваться. Оно по слабеньким взываниям ощущается, что свои. Это как далёкие радиопередачи, только вместо человеческих голосом через помехи бульканья на ветру. В общем, поначалу даже мерзко, а затем привыкаешь.

Ещё не вышел к одной из ям, где конус силового поля стоял, а оттуда вылезают несмело. До кучи стягиваются со всех сторон и позади нагоняют. Какие–то все угрюмые, еле шевелятся, будто только проснулись. Но в целом, так и есть.

Остановился на свободной площадке перед спуском, позволяя себя окружить. А тварей аж под сотню набежало! Тогда как в прошлый раз со мной прощалась лишь горстка жалких уродцев. Теперь же тут помимо таракашек и кентавров мощные пауки да сколопендры. Собравшись, замирают статуями, не дойдя до меня метров трёх–пяти.

– Чего надо⁈ – Возмутился я.

И демоны зашелестели, толкаясь. Посыпались на землю, падая ниц.

– Приветствуем, владыка! – Заклокотали.

– Нижайше просим пощады!

– Умоляем взгляни на нас…

– Просим, дай понюхать…

– Кровь почуяли, уроды? – Посмеиваюсь. – Изголодались?

– Изголодались! – Стонут. – Владыка…

– Всё, заткнитесь, – бросил недовольно. – Откуда вас столько набралось?

– Мы прятались от гнева великой Ситри, – докладывает самый крупный.

– Прежний владыка не пустил нас сюда, – добавил ещё один. – Мы не успели до явления барьера и пришлось забиваться в щели каменных деревьев.

– Бежали далеко, – воют. – Все лапы переломали.

А я и вижу, помимо того, что хари страшные, половина кривых да косых, лап не хватает у некоторых, клыки обломаны. В общем, побитые собаки.

– Ну а тут что сидите теперь? – Хмыкаю. – Заняться нечем?

Затряслись, лапками хитиновыми застучали.

– Не гневайся… пощади…

– Мы приготовили тебе восемь выводков курий, – выпалила самая крупная сколопендра.

– Вам заняться нечем⁈ – Наехал.

– Пощади! – Завопили, разбегаясь.

Вот же стадо тупых баранов! Друг о друга бьются, спотыкаются, гряду таранят, и что–то там сыплется, то ли камень, то ли лапки. Ну это не все так реагируют, в основном, только дохлые.

Пара десятков самых крутых осталось прижатыми к земле ждать своей участи.

А я тут вдруг подумал!

– А этих курий можно пустить по другому порталу? – Поинтересовался, затаив дыхание.

– Мы не умеем другой…

– Нам и не властно другое дерево, – добавила главная сколопендра, приподнимая морду. – Высшая Ситри милостиво оставила лишь это.

Хм, остальные Грибы теперь её? Не жирно ли⁈ Надо бы спросить при случае. Но сейчас больше интересует другое!

– И что мне с этим выводком можно сделать? Сколько их? Какой уровень? – Пытаю.

– Девятьсот девяносто девять особей, владыка, – отвечает Сколопендра.

– Шесть доросли до двадцатого, – выпалил другой демон чуть менее мощный.

И я присвистнул.

– Подождите, а где они? – Спросил, не заметив вообще ни одной гадины, так–то монстров двадцатого уровня ни за какой грядой не скроешь.

– Они в источнике! Только прикажи! – Орут.

– Ты желаешь пустить их в Кровавый мир⁈ – Встрепенулся главный демон, растягивая хищную улыбку. – Портал готов. Мы готовы действовать.

– Не, не, вы это бросайте, никаких вторжений без моего ведома! – Пригрозил.

– Не в коем разе, владыка!! – Затряслись.

– Я бы на поляков их пустил, – озвучиваю мысли вслух. – Но ведь курии ж неуправляемые?

– Прости! Пощади! Других не умеем растить… – Загалдели сразу. – Эти непослушные, бесполезные…

– Крови не дадут, но вызовут много сладких страданий, – распознаю в толпе женский голос.

– Не, не, владыка, дикие! – Подтверждают демоны. – Своевольные, тупые, жалкие животные!

– Да вы такие же, – кривлюсь. – От вас хоть есть польза?

– Есть, есть, владыка!! Пощади…

– Ну и страшные же у вас рожи, – бросаю, окидывая взглядом красные черепушки с чёрными зенками. – Что за уроды мне достались.

Не могу подавить брезгливость.

– Хочешь, выколем себе глаза? – Орут. – Вырвем зубы? Оторвём лапы!

– Да всё, успокойтесь, – отмахиваюсь.

Вот блин, что ж с ними теперь делать? Смотрят так доверчиво. Ладно, хрен с ним с куриями. Пусть себе плещутся в бассейнах. Может, этих получится против поляков задействовать.

– А вы сами управляемые? Сможете убивать только тех людей, на кого укажу? – Интересуюсь.

– Пощади, владыка! – Завыли. – В Кровавом мире нам не продержаться!

– Всё, заткнулись! – Рявкнул, надоело это нытьё уже. – Ну–ка поясни.

Кивнул Сколопендре, которая вроде как поумнее всех прочих.

– Высшая Ситри изгнала род Залпаса из Нави в Межмирье Разлома, – заговорила тварь деловито. – Больше у нас нет возможности получать силу Нави и совершенствоваться вплоть до уровня, при котором можно существовать за пределами взора родного мира.

– Иными словами, в Кровавом мире вы все помрёте? – Уточняю.

– Да, владыка, – кивнула Сколопендра, треща хитином. – Но мы готовы сгинуть, если такова будет твоя воля.

– Да чтоб вас, – выругался себе под нос. – Бесполезные, жалкие уроды.

Хоть и огромные детины на вид, но можно легко порубить всех на мелкие кусочки, отряхнуться и дальше пойти. Тля, пыль, ничтожества. Да здесь от силы пять–шесть старших демонов, остальные все простые, какими сын Залпаса закусывал.

– Пощади, владыка, – снова завыли.

– Я могу быть в Кровавом мире! – Раздался женский голос, и вперёд из толпы вышла демоница, которую я уже где–то видел.

Верхней частью тела женщина, у которой будто содрали кожу: розовое мясо мышц, крупные железы груди и жилы обнажены, внизу вместо обычных ног козлиные, вместо стоп – копыта, имеется хвост. Рожа у неё самая жуткая на сегодняшнем митинге. Рот шириной от уха до уха, по два ряда клыков, зенки розовые, вместо зрачков чёрные крестики. Вместо волос бледно–розовые червяки, рога сантиметров по двадцать. Меж рядов зубов виднеется раздвоенный фиолетовый язык, похожий на змеиный.

– А ты чьих будешь, копытное? – Спросил брезгливо. – Давно бы уже убилась с такой харей.

– Если пожелаешь, мой лорд, – выдала без тени беспокойства и поклонилась учтиво. – Я Ламия, но если тебе удобнее называть меня «копытным» – приму и это имя.

Голос её с шипением показался мне довольно блядским. Это она выкрикивала из толпы что–то там про сладкие страдания.

– И где ж я тебя видел? А! Ты же с Красного холма, устраивала в округе террор с негодяем Искреном, – осенило меня.

– Да, это я помогла обрести ему могущество, получая собственную выгоду. Но Искрен обманул меня, он сумел приручить курий и прятал их в подвале. А я из–за этого недополучала нити страданий. Но потом появился ты, мой владыка. Если б я тогда знала, что ты наследник Хабарилов, живо бы оторвала ему голову и подала тебе на блюдечке.

– Вот как раз твою голову и надо отнести Ивару, вот он обрадуется, – посмеиваюсь.

– Я приму любую участь от владыки, – склоняется Ламия ещё ниже, но дальше рубит: – но позволь послужить тебе, позволь быть полезной.

– Позволь нам быть полезными! – Подхватывают и другие демоны.

– А ну тихо! – Рявкнул и всех будто ударной волной положило на землю, попадали, как игрушечные, задрожали. Даже крупная сколопендра рухнула, придавив двоих тараканов.

Одна лишь Ламия осталась стоять, поглядывая с восхищением и надеждой.

– То есть ты можешь спокойно разгуливать и в Кровавом мире? – Уточняю у демоницы негромко.

– Не совсем, владыка, только в областях страданий, где нити сплетены в полотно, смогу использовать и свою силу.

– А в чём она заключается, твоя сила?

– Я внушаю страх и подчиняю волю, – выдала с гордостью.

– Ладно, – выдохнул. – Это всё потом обсудим. Лучше скажи, как тут до Нави добраться. А то, похоже, Ситри не собирается за мной спускаться.

– Великая Ситри⁈ – Заахали и заклокотали демоны, вжимаясь ещё сильнее.

– Я могу сопроводить вас до переправы, – выпалила Ламия.

– Мы все сопроводим! – Воскликнула сколопендра.

– Все!! – Подхватили другие уродцы.

– Так! – Рыкнул я и все снова вжались в камень. – Сидите тут и охраняйте источники! Чтоб из них ни одна тварь не вылезла и не убежала к людям. Ясно⁈

– Ясно! Ясно!! Сгинем, но исполним!!

– А ты со мной, – киваю Ламии.

Двинул через толпу, чтоб организовать мне тоннель демоны шарахнулись в разные стороны, ломая друг друга.

Демоница повела в яму, тут у них три новеньких источника с бассейнами, где мальки резвятся, а дальше к одной из пещер. Пока куча мала пытается расцепиться, мы уже входим в тоннель, ведущий на спуск.

– А ты старшая или высшая? – Уточняю по дороге, подталкивая её вперёд. А то еле плетётся. Цокает своими копытами, задницей виляет густо волосатой, пусть и довольно аппетитной. Но он мысли просто омерзительно!

– Я старшая, мой повелитель, но ранг высок, – отвечает. – Всего триста тридцать две страдающие души осталось до возвышения в Нави. Однако с войной против рода Ситри мы потеряли шанс питаться силой Нави. Залпас сделал ставку на Кровавый мир, но ты его переиграл.

– А ты всё это время где была?

– Я пряталась в Последнем пристанище, потому что здесь мои силы ничтожны.

– Что за Последнее пристанище? – Подхватил.

– Залпас нашёл его ещё до восстания и пытался использовать его силу. Но артефакты голубого мира ему оказались неподвластны. Иной путь не стал дорогой Хабарилов.

– Слушай, давай конкретнее. Это пещера? Или… подожди. Неужели та база с уцелевшим кораблём⁈ – Ахнул, вспоминая, как мой сканер обнаружил необычные строения и силуэт космолёта, когда я через портал Мрака прошёл.

– Кораблём? – Опешила Ламия и даже обернулась.

– Так, убери свою рожу, а то блевану, – фыркнул.

– Прости, повелитель, – отвернулась обратно. – Я подумаю, как тебе угодить, не гневайся… В Последнем пристанище не корабль, там странная статуя – птица.

– А здания там были? Ну… дома прямоугольные из металла⁈

– Да, из необычного материала, такие ровные. Но хрупкие, Залпас столько лап и голов любопытных оторвал за то, что царапали их и пробовали на зуб.

Всё, теперь сомнений нет. Это база экспедиции с Хикупты. И есть надежда, что тот корабль в рабочем состоянии. Зачем мне это? Авось пригодится!

– Как туда попасть, ты знаешь дорогу? – Спрашиваю с волнением, разгорающимся в груди.

– Да, путь известен. И сейчас уже не так опасен. Но Пристанище больше не принадлежит твоему роду, повелитель. Род Ситри владеет теми землями, как и всеми Деревьями Разлома, кроме одного.

– Понятно, – процедил.

Вышли в большую пещеру с обломанными сталактитами, усыпанную не только кусками синего камня, но и фиолетовыми кристаллами от мала до велика. Похоже, здесь и без меня была драка.

– Великая битва прошла между родами, – прокомментировала Ламия, заметив мой интерес.

– А кристаллы почему тут?

– Души демонов – трофеи Ситри, мы не вправе их трогать.

– Так, соберите все до единого в одном месте, – командую. – Я позже всё заберу.

– Исполним, мой повелитель, – отвечает Ламия хищно.

Выходим из пещеры, покидая Гриб, и движемся в направлении закруглённой гряды из десятиметровых пик. Ровная фиолетовая поверхность местами исчерчена трещинами, притяжение внизу давит на ноги в полтора раза сильнее, чем на Шляпке, уже в процессе спуска я стал чувствовать нарастание собственного веса. Ламия виду не подаёт, ковыляя дальше. И я мужаюсь, не показывая слабости. Тут жарит меньше, хотя и сверху было терпимо.

Метров сто тридцать минуем. И Ламия оборачивается у гряды.

– Ты такой красивый, повелитель, – выдаёт демоница своим шипящим эротическим голосом, облизываясь. – Я рада, что служу такому красивому. Повелительница Нави тоже будет рада иметь такого красивого подданного. Хабарилы вновь поднимутся на ноги благодаря тебе.

– И что на тебя нашло? – Усмехнулся и тут же спохватился. Ах вот почему щёки стало жарить меньше! Пощупал свои антенны на башке. Да тут целая корона из восьми рожков, которые ещё больше вытянулись.

Вот и рожа у меня теперь красная, зубы акульи, язык раза в два длиннее! Сверху в череп волны какие–то идут, разливаясь сладкой энергией по телу. Похоже, связь с Навью понемногу налаживается.

– Ты тоже ничего, – выпалил.

И Ламия расцвела, язык высунула.

– Так! Ты это брось, – возмутился. – Веди дальше, что встала?

– Мы пришли, мой владыка, – ответила Ламия. – Переправа сразу за этими камнями. Но мне дальше нельзя, пока ты не вознёсся, мы остаёмся пленниками своего Дерева.

– Ладно, Ламия. Не прощаемся, иди рули тупым стадом.

– Старший демон Горст рангом выше меня, – парировала демоница. – Но если пожелаешь, я буду управлять силами рода, пока ты занят.

– Это который с длинным телом, самый крупный? – Уточняю, имея в виду ту разговорчивую сколопендру.

– Самый крупный, – соглашается Ламия с оскалом. Вот если бы она свою пасть не разевала слишком широко, я бы не так кривился. А то гланды видно!

– Да, давай ты, – покривился. – Кажешься мне более смышлёной.

– Всё верно, владыка. Его преимущество лишь в силе, но умом он похвастать не может.

– Пусть он станет твоим заместителем, подбери ещё двоих. Потом всё расскажешь.

– Исполню твою волю и передам другим, владыка, – поклонилась Ламия.

Думал, побежит выполнять. Но встала, как вкопанная, ни туда, ни сюда.

– Чего? – Насторожился.

– Позволь узреть твой путь, – простонала благоговейно.

– Ладно, стой, если хочешь, – отмахнулся и пошёл обходить гряду.

И тут чуть сердце не обвалилось, когда напоролся на две здоровенные статуи из красного камня! Совершенно одинаковые пятиметровые летучие мыши стоят у корыта два на четыре метра, материал которого смахивает на металл, только обилие мелких граней смущает. И четыре идущие от него массивные цепи, которые крепятся к метровым кольцам на шеях статуй.

Решил было, что это портал и потопал глянуть. Но вдруг обе статуи зашевелились, треща да сыпля каменной пылью и ввергая меня в очередную волну паники.

Я уже было меч вынул и щит приготовил, чтоб отбиваться. А они дуэтом выдали монстринскими голосами:

– Просим в экипаж, владыка Хабарилов! Навь поприветствует тебя!

Следом одна из них крыло развернула десятиметровое и постелила мне горочку на подъём до корыта. Как любезно с её стороны.

Так и двинул по крылу, которое, судя по ощущениям, больше походит на камень. Интересные в Нави лошади. Какие ещё сюрпризы там ждут?

Глава 2
Добро пожаловать в ад!

Внутри корыто напоминает лодку, где есть несколько лавок, на одну из которых я деловито уселся и взялся за бортики, дабы не сдуло при полёте. Имея господство в небе в своём мире, тут я ощутил себя беспомощным ещё до взлёта.

Летучие мыши не медлили. Стоило посадить задницу на лавку, живенько заработали крыльями. Причём никаких порывов от взмахов вообще не ощутил. Полнейший штиль, при том, что всё активнее машут. Будто в другом измерении это делают.

Корыто быстро оторвалось от земли, и меня стремительно понесло к красной планете. Не вертикально вверх, а по наклонной. В общем, как положено космическим кораблям, которые идут на посадку по склонению орбиты.

Держаться за бортики необходимости не возникло, некая магия обеспечивает полнейший комфорт. Однако вскоре я уже об этом не думал, потому что башка заболела, как с попойки. А следом заломило всё тело. Около двух минут в скрюченном состоянии я держусь из последних сил, чтоб не завопить от боли. Подкативший ком всё же прорвался, и меня стошнило прямо на одну из мышей. Но вместо еды изо рта посыпались красные кристаллики, которые, очень быстро испарились до пыли и развеялись по бордовому горизонту.

Теперь Навь внизу. В момент переворота Миров и смены гравитации я так захандрил, что не заметил, как это произошло. И вот мы спокойно снижаемся на Планету с бордово–чёрными кратерами, где плещется лава. А фиолетово–синий мир Разлома стоит уже над головой. И он не похож на планету, скорее – на некий астероид в форме продолговатого блина, который краями резко обрывается в чёрное пространство. А дальше всё в россыпи звёзд. И как же это красиво и завораживающе смотрится!

Уж явно поинтереснее, чем поверхность ада.

Но как ни крути, она неумолимо приближается. Летуны снижаются постепенно, будто дают мне возможность насладиться видами Нави. Один кратер злее другого, где–то плещется лава, что вода, где–то тянется медленно с чёрной коркой. Местность изрезана красными каньонами, чёрные трещины выглядят бездонными. Казалось бы, что хуже ада, так нет. Там ещё некая бездна пугает посерьёзнее извержений.

Сразу задаюсь вопросом, а где же города демонов? Сёла? Да хоть какие–нибудь шалаши. Они же не на голой земле живут? Но пока ничего не видно кроме выжженной, каменистой, неспокойной земли, где непрерывно идут всяческие тектонические и сейсмические процессы. Будто вот–вот родится новое солнце. Или просто развалится к чертям вся Навь.

И что я тут забыл, спрашивается? Особенно в том месте, где меня высаживают.

Никак не ожидал, что корыто со мной прямо в гигантский каньон и опустят. Как коснулся экипаж земли, летучие мыши похлопали крыльями немного и успокоились, превращаясь обратно в статуй.

Осматриваюсь под огненный треск и далёкий гул. Ширина каньона метров шестьдесят. Скальная стена с обеих сторон метров под сто. Красная каменистая земля вся в крупных трещинах, из которых местами парит и сыплет красными искрами, как из разгорающейся печи. Жарко, знойно. Если не как в парилке, то очень близко к этому. Хочется сорвать с себя доспехи, которые теперь кажутся совершенно бесполезными. Вместе с тем, нет ощущения, что задыхаюсь. Дышится неплохо и горячим воздухом. В нём что–то есть. Что–то веющее отчаянием и безысходностью.

Не наблюдаю поблизости ни демонов, ни их приспешников. Вообще на местности никого не разглядеть, хотя тут искажение идёт от испарений, как в пустыне. Поэтому видимость относительная, несмотря на мой орлиный глаз.

– Эй? – Возмущаюсь, обращаясь к летунам. – Меня кто–нибудь встретит?

Голос мой звучит непривычно звонко. Практически, как в земном мире.

Мыши молчат, продолжая притворяться статуями.

– Идти–то куда? – Допытываюсь дальше. Но ответа нет.

Однако стоит спуститься с корыта, лёгким прыжком, в спину раздаётся дуэтом:

– Ищи свой путь, паломник. Все они верны и неверны одновременно.

Снова обернулся на летунов, а они опять за своё – статуями прикидываются.

– Какие–то советы, предложения? – Спрашиваю с подозрением.

– Избегай Бездны забвения, остальное тебе не страшно, паломник, – отвечают, едва заметно шевеля ртами. А затем одна начинает кашлять красной пылью.

– То владыка Хабарилов, то паломник, – ворчу. – Вы уж определитесь.

– На своём Дереве ты был владыкой, а тут до свершения Ритуала – паломник, – ответила уже только одна и тоже закашляла.

С некоторым недоумением смотрю, как обе всё сильнее расходятся в приступах. У одной вдруг крыло отпало, у другой часть морды ссыпалась. А затем они вообще развалились в пыль. Следом и корыто расплавилось, просачиваясь в грунтовые трещинки уже красной водой.

Зашибись. Стою, как баран на необитаемой земле уже в одиночестве. И недоумеваю, что делать и куда бежать. Вот на месте оставаться точно не вижу смысла, поэтому выдвигаюсь по направлению, как вышел с экипажа.

От красного светового спектра поначалу давило на лоб, но постепенно привык. Как и к запаху пережжённого пепла да серы. А вот с жаждой и голодом даже не знаю, как быть – неестественно быстро разыгралось. Попробовал из фляги попить и песком подавился. А кусок сушёного мяса прямо в ладони у меня развеялся будто по ветру. Кстати, при полнейшем штиле чувствую некие веяние. И это больше смахивает на лёгкое касание развевающихся на импровизированном ветру, нитей. Словно нечто меня прощупывает. И оно не одно, со всех сторон и с разной дальности.

Всё настойчивее и настойчивее точится, пробиваясь к моей коже и пощипывая её. Но стоит дёрнуться недовольно – оно отлипает.

Притяжение тут примерно на тридцать процентов ниже земного, поэтому, пройдя с десяток шагов, двинулся уже уверенно, выбрав маршрут по земле меж трещин, где искрит поменьше. Но оказалось, что тут не угадаешь. Процессы идут повсюду, и вскоре в самых неожиданных местах стало выплёвывать искры, обдавая меня по рогатой башке.

Волосы не полыхнули, и хорошо. Почесал макушку, отряхнулся. И впервые заметил, что скалы каньона не стабильны: местами движется что–то вниз, будто по лаве куски скалы плывут вертикально. Надеюсь, меня не залёт к чёртовой бабушке, а потом Ситри будет держать мою душонку в кулаке и посмеиваться.

Метров на семьдесят продвинулся, далёкий гул перерос в хор из мучительных криков! Сотни, тысячи глоток! Которые прорываются из трещин в скалах да в земле. И издали идут, их словно морскими волнами приносит. Впереди испарения развеялись, и показалось лавовое озеро, куда раскалённая жижа с двух сторон мощно стекается.

С каждым шагом шум и треск от раскалённой лавы всё сильнее перебивает психоделический людской гам, от которого с ума сойти недолго. Утыкаюсь в край берега, дальше лава гуляет меж камней, зрелище завораживающее. Я даже успел залипнуть на какое–то время, пока в лаве не заметил силуэты исказившихся человеческих лиц!

Отшатнулся с перепуга. Но увидев впереди за озером арку в скале, понял, что двигаться придётся через этот злосчастный водоём. Так и попрыгал от островка до островка, перескакивая через жижу, от которой не жарит, как от лавы. От неё веет бесконечным потоком шёпота. Будто кто–то молится. А точнее молятся сотни и сотни голосов, перебивая друг друга.

Примерно на середине озера, я чуть не свалился в жижу, попав на край. Рефлекторно пустил корни, а они рассыпались в красную пыль покрывшую небольшую поверхность лавы. С той области сразу полезли человеческие руки! Одни обожжённые, другие частично сгоревшие, у третьих только кости и остались с мелкими кусками мяса.

– Дай! Дай!! Дай!! – Заорали мертвецкими голосами.

И я рванул оттуда без оглядки, скача, как кузнечик. Благо позади быстро успокоились. Но тут же начались новые сюрпризы. Недалеко от камня, где я приземлился, не добравшись до берега метров десяти, акулий плавник показался! И на соседний камень выскочила самая настоящая русалка! А точнее демоница с хвостом. Изогнулась на нём, как в сказке, и на меня посмотрела красными рыбьими глазищами.

– Забавляешься? – Спросила она противным тоненьким голоском, широко раскрывая зубастую пасть, из которой потянулось красное желе с силуэтами лиц.

– Нет. А что? – Спросил, пытаясь не выказывать страха.

Я ж высший, мать его, демон! Надо соответствовать, пока не сожрали.

– Это моё озеро, не лезь без моего ведома, – пригрозила и прищурилась. – Постой–ка. Что с тобой не так?

– Да всё так! Занимайся дальше, чем занималась! – Огрызаюсь.

А она как прыгнет на мой камень! Поднявшись не выше колен на своих лапах–плавниках, начинает обнюхивать меня, как собачонка.

– Кровь, кровь, чую кровь. Делись, делись, – причитает, как полоумная.

– Отвали! – Пнул её ногой по рылу, она и плюхнулась обратно. Но тут же полезла драться с визгом.

Махнул мечом, перерубая хребет, она на бок и завалилась. А затем в лаву сползла, куда её тут же вцепившиеся руки живенько утащили.

Я же рванул прочь быстрее. Выскочив на берег, прошмыгнул в трещину, напоминающую арку. Похоже, по–другому из этого каньона не вылезти, если только по скале без всяких приспособлений. Очутившись в бордовом тоннеле, усеянном игольчатыми шипами по стенам и потолку, двинулся осторожно, чтоб не напороться.

– Вернись, – раздалось со стоном позади. – Вернись!

– Отвали, сказал! – Рявкнул и поторопился.

Не прошёл и двадцати метров, шипы стали шевелиться! А с ними полезли ко мне когтистые лапы. На этот раз не обожжённые, а пробитые во многих местах такими же шипами.

Взявшись за меч и щит, принялся всё это дело кромсать, пробивая себе путь. Вырвался в большую полость, где шипы уже размером с метровые сталактиты, и побежал, чтоб не нарываться. А то вон, зашевелились! И руки потянулись гигантские, будто сюда ещё и волотов кидают после смерти.

Миновав пространство, нырнул в новый тоннель с шипами. А дальше вышел в огромную область, обрамлённую скалой – похоже, я в кратере! Лава здесь плещется, как в стакане, а идти можно лишь по узкой дорожке из камня, которая на середине соединяется с небольшим нависшим островком, от которого ещё в шесть сторон отходят такие же пути. Островок на них и держится.

Расставив руки для равновесия, двинулся, как цирковой артист. Всё бы хорошо, но из воды стали мертвяки выскакивать и пытаться ухватить меня за ноги. Стонут, мучаются, но лезут. Начал состригать руки, отмахиваясь клинком. Так и вылез на середину. А там над двухметровым котлом очередная образина стоит и что–то костью мешает. Паук с брюхом, куда коня можно поместить, рожа мужика, рога оленьи. Из котла руки тянутся, а этому хоть бы что. Посвистывая, мешает.

– Паломник, значит, – говорит могучим голосом и дальше своим делом занимается.

– Куда идти, не подскажешь? – Интересуюсь с опаской.

– Да прямо ко мне в чан ныряй! – Выдаёт демон и как бросится на меня!

Тараном меня хотел сбить в лаву, да напоролся на щит. Следом я лапу подрубил ему и самого скинул.

Завопил поначалу, руки его захапали и потянули. А когда уже рот забулькал, тот захохотал, как сумасшедший. Вроде скрылся, а затем прямо из котла своего вылезать стал, кряхтя. Пришлось уже вместе с котлом повторно толкать вниз ударом ноги.

– Стой! Стой! Я пошутил! – Спохватился демон, но было уже поздно.

– В задницу пошёл, придурок! – Выругался и, выбрав путь, двинулся дальше довольный. На подъёме перешёл гряду и вышел на равнину. По сторонам кратеры стоят, вдалеке – кратер, но уже полегче ушам.

Куда двигаться? Да хрен его знает. Грунт в гигантских чёрных трещинах, из которых уже холодным космосом веет. Похоже, та самая Бездна забвения, откуда уже не вылезти нам, демонам.

Осмотревшись, заметил за дальним кратером тонкий красный луч, блеснувший лишь на секунду в небе, и пошагал вперёд. Похоже, Ситри подала сигнал. Или мне просто почудилось.

Поначалу грунт казался ровным, но затем я стал спотыкаться. А когда обратил внимание на камень, об который запнулся, пришёл в ужас. Да я по окаменелым человеческим лицам иду! У кратера их немного, но дальше вся равнина ими усеяна! В итоге уже метров через двести они плотно прилегают друг к другу и составляют всю поверхность полностью. Жути нагоняет, что все лица орущие, вместо зенок выеденные дыры. Идёшь и думаешь – укусят, не укусят.

По ощущениям путешествую от силы час, а жажда так уже замучила, будто три дня ни капли в рот не брал. До кучи желудок разболелся голодной болью. Если так дело и дальше пойдёт, я тут без еды завалюсь и подохну.

Да и откуда ей здесь взяться? Ни растений, ни животных. Только… млять. Серьёзно⁈ Демоны ж души жрут. И мне придётся⁈

Только подумал об этом, грунт зашевелился! Лица задвигались вокруг, застонали, пробуждаясь. Помчал со всех ног, чуть в бездну не слетел по дурости. Упал рядом, присмотрелся! А там так черно, что всё моё нутро сразу и почернело, заболев невыносимо. Кое–как глаза увёл, куда под тонну надавило. На спину перевернулся, отдышался. Какие–то руки из земли вылезли, чтоб меня погладить.

– Дай, – захрипело в ухо.

– Отвалите, – стряхнул назойливые объятия, поднялся и поковылял уже спокойно.

Ничего вы мне не сделаете, вечно страдающие души. Как и сказали Летуны, только Бездна мне страшна.

Вскоре один демон по воздуху пронёсся в моём же направлении, затем второй совсем близко! Как два истребителя.

– Эй! – Кричу, машу руками. А этим плевать, очень быстро за кратером скрылись. Куда поторопился и я.

Иду по лицам, которые оживают подо мной и стонут. Уши болят от мертвецкого стона. Но понемногу начинаю привыкать и к этому.

Полкилометра преодолел по равнине и снова ужас накрыл. На этот раз меня решили попугать горками из застывших тел, причём не просто сваленных в одном месте. Они, как единый организм вросли друг в друга и будто перемешались. Пять–шесть голов, из рук вырастают руки, из носа пятка. В общем, Ван Гог отдыхает со своими художествами.