Текст книги "Древесный маг Орловского княжества 11 (СИ)"

Автор книги: Игорь Павлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 12
Операция «Вилка»

– Ну что, морды⁈ Пожрали? Вкусно вам было? – Усмехнулся я, глядя на то, как вываливаются чуть пополневшие, довольные волколами.

У Умира так вообще мышцы проступили, вид решительный, жёлтые глаза горят, шкура лоснится. Однако пока не впечатляют даже четыре вервульфа, выбивающиеся из стаи своей мощью. Кормить их ещё и кормить. Этим и займёмся.

Всю толпу из трёх сотен шавок на первую вылазку брать не стал – слишком много шума наделают и, скорее всего, выхватят. Условились, что пойдут по сигналу вторым эшелоном. А пока взял два десятка самых мощных, благодаря перстню управления Мрака мне не сложно распознать тварей с яркими огоньками жизненной энергии.

Около километра прошли мы по лесу, пока не появился первый отряд авангарда. Передовая группа из шести конников мирно отдыхала в чаще. Всего один караульный бодрствует у тлеющих углей, остальные дрыхнут в низеньких палатках. До моих земель ещё далеко, вот они и расслабленные.

Мои смелые псы готовы ринуться в бой. Но я успеваю заметить и пост дальше. Ещё одна группа засела в двух сотнях метров в гуще – там уже трое не спят. И лошади у них осёдланы, а значит, разведка готова драпать в любой момент.

Перешёптываемся быстро, втолковываю зверью, что надо нападать одновременно. Сам беру половину отряда и обхожу с ними к дальней группе. Умир с другой частью занимает позиции, чтобы ринуться по сигналу на первых поляков. Всё идёт по плану, пока единственный часовой не вскакивает раньше положенного с криками:

– Оберег загорелся! Тревога!

Да твою ж мать.

– Взять! – Ору и перехожу в режим ускорения, чтобы успеть настичь дальних.

Можно из «Вьюги» разнести в ледышки деревья на пути и достать всех легко, но тогда наделаем ещё больше шума. И врагу станет ясно, кто тут орудует. Успеваю порубить двух всадников вскочивших с костра, третьего из Ветерка кладу уже в седле – ловкий попался говнюк. Мёртвый говнюк.

В первом лагере рычание и крики, банда Умира работает грязно. Влетают и мои плешивые, набрасываясь на солдат, а затем и привязанных лошадей. В полумраке поляки растерянные, даже клинки обнажить не успевают, рвут их на части, как ягнят. Повалив всех, волколаки давятся, кашляют, но жрут, набираясь сил.

– Поели, успокоились? – Смотрю на кровавые зубастые ряхи, когда уже всё закончилось.

Скалятся в ответ, смотрят доверчиво.

– Всё, следующая добыча уже для собратьев, – грожу пальцем строго.

Кивают послушно, но облизываются.

Продвигаемся дальше по кромке леса. Оборотни всё лучше ориентируются, скорость их выше, идут бодрее. В общем, навеселе. Вскоре добираемся до лагеря авангарда, где засело человек сто пятьдесят. Не сказать, что всполошились все, но два разъезда они в ночи спешно запрягают, вероятно, чтоб разведать, что там был за шум.

Ждём в засаде, осматриваемся. Даём коннице уехать, а затем я сигналю атаковать. Перебить всех – такой задачи у волколаков не стоит. Да и кишка тонка против вооружённых до зубов и хорошо оснащённых поляков. Главное, как можно больше покусать. Поэтому, ворвавшись первым, стараюсь не кромсать врага, а только ранить, выбирая самых матёрых. Главное, чтоб ноги и руки остались целыми. Моя свора врывается следом, перескакивая через частокол, но один придурок на него напарывается. А два дебила сразу же набрасываются на лошадей, но времени тащить псин за хвост уже нет.

Растревоженный лагерь подрывается, вылезают мощные польские воины, которых нужно брать на себя. А то один сразу же рубит волколака пополам. Млять, второго по силе после Умира прикончил, да ещё так легко.

Налетаю на него сам в ускорении, увязая в замедляющем поле. С усилием мой клинок проходит ему прямо в глаз, после чего вся защита сходит на нет. А не простой был, зараза! Но увы, далеко не мой уровень.

Ещё двоих попроще настигаю, а дальше враг просто сыплется. Всадники пытаются оповестить других, вылетая из лагеря с нескольких направлений. Но с одной стороны я препятствую корнями, опрокидывая лошадь, а с другой удальца догоняет стрела из «Ветерка».

Отряд противника превращается в стонущее мясо, на которое вскоре набрасываются уже дохлые шавки из второго эшелона.

– Я сказал, всех не жрать, а обращать! – Кричу на оборотней, да поздно…– Так, а кто погрыз его руку вместе с браслетом⁈

Отбрасываю культяпку разочарованно, не получив желанный трофей. «Кисель» бы мне пригодился – уровень хоть и не высок, но, может, Еся бы его повысил. Или хотя бы изучил принцип работы. Но нет! Мои твари грызут всё подряд без разбора. Их будто на магические вещи специально тянет, будто с ними мясо сочнее.

– У, прибил бы! – Замахнулся на шавку, которая отскочила и сразу захромала, лапку подвернув.

Новый лагерь поляков примерно в семи сотнях метров в низине. Наблюдатели на холме сидят обеспокоенные. Но в самом расположении и в ус не дуют. А всё потому, что мы обошлись без магических ударов, которые громом разносятся очень далеко.

Судя по палаткам, тут уже сотни три с половиной, лошадей целый табун. Теперь со мной около сотни шавок, остальные ещё пируют – с дохлятины толку никакого.

Тремя точными выстрелами в двойном ускорении сношу трёх часовых, дальше уже дело за волколаками, которые вгрызаются в спящих. Миновав пост, спускаемся к палаткам. Лошади беспокоятся, оттого поляки начинают просыпаться. Но это не мешает оборотням ворваться в ближайшие палатки и начать грызть ещё не опомнившихся.

Во втором лагере приходится попотеть, расстреливая многих из шрапнели и прикрывая Умира с оставшимися тремя вервульфами. Кто ещё из шавок вырастит в мощных оборотней – непонятно. Обычно в таких обращаются воины с большой жизненной энергией. Посмотрим, может, среди поляков такие найдутся, главное не сильно расчленять бедолаг.

А порой не получается! Особенно, когда уже вражеский меч летит в замахе, чтоб перерубить моего зазевавшегося приспешника! Вот так и выходит, что я тут своих тупых, зубастых кроликов выгуливаю, стараясь никого не потерять. В итоге, когда уже поляки подрапали прочь, оставив лагерь, около двадцати шавок я всё–таки лишился. Вервульфы и я сам погнались за свидетелями, настигая их по цепочке. А основная масса оборотней осталась пировать в лагере. На этот раз мне удалось на мысленном уровне воздействовать на их порывы.

Ограничившись вторым лагерем, мы стали возвращаться в логово, прихватив с собой полсотни заражённых, которых шавки потащили на своих горбах. Мне удалось даже сохранить с десяток сильных воинов, которые в перспективе могут стать сильными вервульфами.

Вернувшись в замок Мрака, я уточнил задачу и втолковал Умиру, что им делать дальше. Теперь у них огромная территория охоты, и не бездумные вылазки под действием голода, а с целью нарастить армию и подпортить жизнь полякам.

Полагаю, продвижение польской армии с Новгорода замедлится. Учитывая, что весь их авангард пожрали волколами, они призадумаются и начнут осторожничать. С большей долей вероятности, основная масса двинет в обход западнее болот. На этом они потеряют три–четыре дня. А пока мои верные псы продолжат хозяйничать в окрестных лесах и постепенно нагонять уже с тыла.

Но завтрашней ночью им придётся отдохнуть, чтоб не попасть под раздачу.

Наутро возвращаюсь в Ярославец. Казалось бы, успешное начало – и надо радоваться. Но сердце не на месте за китайских братьев и Гайку, которая с ними. При этом дневной облёт совершать в их районе нельзя, чтоб поляки не щетинились и ничего не заподозрили.

И без этого дел немало. Особенно в дремучей части Елькинского леса, где я готовлю парочку сюрпризов. Именно поэтому в его северно–западной части у меня стоят секретные посты с высокой концентрацией, чтоб ни одна польская букашка не прошмыгнула и не разведала.

Наведавшись в особую зону, где нет людей, я сплетаю корнями уже не первую сотню заготовок для будущих марионеток и прячу их в земле. Далее уношусь на юго–восток в дебри, где прежде жила Руяна. Тут у меня второй «аэродром» на случай прорыва с калужского направления. Если в Елькино я собрал за неделю пять сотен «зонтиков», то тут пока только две с половиной. Третья зона хранения спящих приспешников у меня в Заговорённом лесу, но материал туда приходится перетаскивать из обычного леса. Корни Высшего духа я не осмеливаюсь трогать.

Что касается исполина. Теперь он лежит в деревьях замаскированный, его больше не видят окружающие. Пусть вражеские лазутчики думают, что он где–то гуляет! И кстати, уже может. Потому что Лесной дух справился, наконец, с задачей.

Мой гигант готов к бою, но пока я не пойму, как быстро на меня реагирует Гершт, использовать его не стану. Слишком рискованно, ибо могу потерять и его, и Зелёного духа. Я уж не говорю о том, что и сам получу. Очередной хвост Кумихо – это здоровье Мейлин, которую теперь стараюсь проведывать чаще.

Цаца пошла на поправку и даже повеселела. Может, она рада, что Шан теперь не мозолит ей глаза, налаживая отношения с отцом.

Уже вечером, перед началом военной операции я заскочил в особняк. Ныне это для меня самое спокойное место, где все тревожные мысли уходят на второй план, когда вижу улыбающуюся и умиротворённую Мейлин. Наблюдаю за тем, как она грациозно и неспешно наполняет мою чашечку чаем. Как смиренно опущены её изящные ресницы, как изгибаются уголки ярко–розовых губ. Она не смеет на меня смотреть, но иногда её сочные карие глазища поднимаются украдкой. Любуюсь её чистой, безупречной кожей, лоснящимися чёрными волосами, тоненькой фигуркой и сексуальными изгибами.

– Как идёт преподавание? – Интересуюсь участливо.

Мейлин улыбается, отвечает, чуть помедлив.

– Дети очень стараются, особенно девочки.

– Как относятся к тебе? С уважением?

– С большим уважением, ваше величество, – отвечает с лёгкой хитринкой.

А ведь врёт, как дышит. Мне уже не раз докладывали, что поначалу над ней ржали в открыто, много обсуждали, думая, что она не знает русского языка, и строили козни. Но она справилась со всем сама. Навела дисциплину и заинтересовала учеников. Теперь детки её очень любят.

За беседой тянусь за красиво украшенным печеньем, но Мейлин ласково перехватывает мою руку и вытирает её горячим мокрым полотенцем. Как неловко… я даже руки нормально не помыл.

– Прости, я с вылазки.

– От вас пахнет весенним лесом и кровью ваших врагом, – комментирует цаца спокойно, но с таким выражением, будто утешает меня. – Если пожелаете, я приготовлю ванную и помогу избавиться от грязи.

Вижу, как краснеют её щёки. Она открыто предлагает помыть меня, хотя у нас и нет никаких отношений.

– В другой раз, мне ещё предстоит испачкаться этой ночью, – признаюсь, ввергая её в лёгкое замешательство, которое Мейлин быстро подавляет.

– Желаю вам удачи, ваше величество, у великого воина всё получится, как задумано, – отвечает после недолгой паузы и сама подаёт печенье на тарелочке. – Испробуйте это.

В подобные моменты меня к ней очень влечёт. Но я держусь, осознавая, что могу навредить ей, она ведь ещё девственница. Чую её сладкую кровь своей демонической сущностью. В одном уверен, Кумихо защищает её, быть может – меня чем–нибудь вдарит, если перейду черту.

– Я пойду, – поднимаюсь вскоре.

Цаца изящно исполняет поклон, прощаясь с лёгкой улыбкой без всяких сожалений.

– Ах да, чуть не забыл, – кладу на стол золотую брошку с сапфирами и бриллиантами, которую нашёл в сокровищах Сигизмунда. Она походит на китайскую, думаю, ей понравится.

– Это слишком щедрый подарок, ваше величество, я не заслужила… – пытается отбрехаться цаца.

Но я просто ухожу.

Стоит покинуть особняк, выйдя за порог, и сердце набирает обороты. Всё готово, всё спланированно заранее и тщательно продуманно. Но волнение накатывает такое, что руки начинают трястись. А всё потому, что прежде я всё делал сам, всё делал один. И рисковал только собой. Но теперь задействованы мои люди, и я не смогу им помочь или прикрыть должным образом. И мне придётся с этим мириться. Впереди бои, где вся моя армия будет ходить под смертью.

Однако пока причин для беспокойства нет, лазутчики с дневным докладом сообщили, что китайцы на позициях себя не выдали. Выдвижение прошло гладко, как и планировалось.

Собрав волю в кулак, взлетаю прямо со двора, распугивая китайских служанок. Приземлившись на крышу башни цитадели, спускаюсь в кабинет, где в смежной нише у меня портал. Прохожу мимо стола, заваленного срочными донесениями. Всё завтра, всё потом. А сейчас – операция «Вилка»!!

С бешеным сердцем, затаив дыхание, перемещаюсь в курский портал! Опасения, что мой канал вычислили, быстро улетучились. Всё тихо и спокойно, за сутки ничего толком не изменилось, только поляков по округе стянулось больше. Но, как и ожидал, в дебри они не полезли.

Выйдя из избы, быстро осматриваюсь, взывая к звериной чуйке. Подключившись к корневой системе, по заранее подготовленной сети из живых корней направлю зёрна управления в марионетки. Оживление занимает около получаса, потому что проворачиваю это впервые и не хочу ошибаться, упуская хоть одну боевую единицу.

Делю марионеток на десять групп по двадцать единиц. Пять вражеских лагерей на прицеле. Взлетаю, чтоб координировать действия с воздуха. Процесс сложный даже с наличием духов, мне важнее понять, как верно поставить задачу приспешникам, чтоб пустить их успешно на автопилоте.

Полночь близится. Время запуска! Первыми выдвигаются тараканы с лёгким треском суставов, а за ними взмывают зонтики, быстро раскручиваясь. Для одновременного удара все выходят на позиции, по пути уничтожая секретные посты.

В ближайшем лагере тихо и мирно спят. Палатки растянуты на площади в футбольное поле, лошади во временных стойлах, частокол сменяет ежи, по периметру достаточно пробелов. Но поляк чувствует себя хорошо среди огромной массы войск.

Трое часовых стянулись к одному костру, один беспокойно посмотрел в сторону леса, услышав что–то подозрительное. Остальные хлебают из кружек с задумчивым видом.

– Вы разве не слышите? – Выходит из палатки возмущённый командир в одной сорочке. – А ну марш на посты!

– Да, да, идём, пан, вот расшумелся…

– Я что–то слышу, – спохватывается один из часовых, озираясь в сторону леса.

Гул приближается, стремительно множась. Вскоре уже над головой слышен шум лопастей. Десять зонтиков на высоте сорока пяти метров летят до середины лагеря, чтобы начать свою смертоносную карусель.

– Тревога! – Визжит командир. Но поздно.

С воздуха задолбило, как из пулемёта, свист перемешался с криками и ржанием лошадей. Часовые валятся с пробитыми головами, шрапнель шьёт палатки, долбит по земле и дереву. Люди на ночь снимают доспехи… идеальные мишени для моих марионеток.

Да и зонтики я довёл до совершенства. Вектор атаки до тридцати градусов обеспечивает лучшее покрытие площади при условии работы группой. Штапель расположенная по кругу выстреливается не вся сразу, а постепенно, пока полностью не иссякает спираль.

Пока зонтики продолжают расстрел, выпуская заранее заготовленные двести пик в каждой, подступают и тараканы с начинкой для зомбаков. Они проходят через периметр под шумок и хватают раненных и ошарашенных солдат, оплетая их корнями и превращая в кукол. С воздуха я вижу редкие вспышки защиты, но мои тараканы справляются и с этим, имея лапы из мёртвого дерева, что выполняют роль клинков, которыми обереги срываются на ура.

На этот раз я в сё предусмотрел.

Почти одновременно с этим начинается бомбардировка двух соседних лагерей, а за ними ещё двух. Поляки выживают, прячутся, пытаются отбиваться. Но проблем всё больше, потому что они подпускают своих зомбированных товарищей слишком близко. А те у меня очень хорошо чуют живых, даже показывать не нужно. Волны жажды, вложенные опытными духами – лучше всякого дистанционного управления.

Уцелевшие бегут из расположений, уносят ноги и уползают из мясорубки. В нетронутых лагерях чуть подальше уже объявлена тревога. Ярко разгораются костры. Поднимаются ратники, встают стенами со щитами, выбегают лучники, взводя стрелы.

Раздав весь боезапас, зонтики уже бесполезны, но я направляю их дальше, чтобы они отвлекали. А следом из лагерей выходят уже зомбаки и тараканы. Атака в лоб не так успешна. Но цель уже иная.

Двадцать пять минут потребовалось, чтобы Гершт среагировал. С высоты птичьего полёта я сразу вычислил в дальнем крупном лагере, который не затронула атака, мощный разряд молнии, ударивший прямо в огромный шатёр. Нет, он его не уничтожил и даже не воспламенил. Это иная магия… Похоже, у этого гада есть свой способ перемещения! И выскочил он не один, а ещё с тремя магами, видимо, из своей личной охотничьей команды. По воздуху вспыхнули «люстры», в мгновение ока расходясь паутиной по пространству. Вскоре они покрыли немыслимую площадь, доставая до первых зонтиков. Затем пошли уже плотные залпы лучников, заработали активно маги, кидая в воздух ледяные дожди и огненные стенки, распадающиеся в искры.

Давайте, давайте. Авось зацепите.

Главное, что на ловца и зверь прибежал!

Потирая ладоши, я ушёл в сторону лесного массива, оставляя на произвол приспешников. Дело своё они сделали, полагаю, потери поляков приблизятся здесь к тысяче. И мы движемся дальше!

Вернувшись в избу к порталу, я перенёсся на болота. И сразу занялся реанимацией заготовленных здесь марионеток. С опытом оживить вышло в два раза быстрее. Однако тут нарисовалась проблема, которую я не просчитал – тараканы по болотистой местности пошли тяжело. Но, тем не менее, за полчаса удалось выйти к кромке леса, где у поляков стоит огромный лагерь и в ус не дует.

А всё потому, что основная часть проблем на передке в шести километрах отсюда, где активировались волколаки. Рассчитывал я на три лагеря, а они собрались в один. Огней здесь побольше, часовые бдят. Один существенный минус – лес здесь поближе. Распределившись дугой, зонтики вылетают, быстро надвигаясь на лагерь.

– Обереги! Нечисть! Тревога! – Орут поляки почти сразу. Да толку, мы уже здесь. Через пару мгновений массовый пулемётный огонь обрушивается на головы, прошивая палатки, стуча по деревянным конструкциям и втыкаясь в землю.

Крики боли, что вирус, растут за доли секунды в геометрической прогрессии, сея ещё больше паники. Никто не стреляет в воздух, просто пытаются спрятаться. Но от тараканов спрятаться невозможно, и вскоре поднимаются первые зомби…

Тридцать пять минут длится успешная атака, изничтожающая поляков и обращающая остатки в бегство. И вот в лагерь уже несутся всадники. Орлиным зрением быстро распознаю Гершта. Явился и сюда, как и предполагалось. Вот только почему не перенёсся близко? Что–то пошло не так? Или… здешние не успели вызвать?

Рванув к руинам главного шатра, чтобы проверить догадку, я быстро нахожу там плотное полотно из материала, напоминающего клеёнку. А на нём нарисованный чем–то очень въедливым портал человек на пять по величине. Конечно, не совсем то, о чём я подумал.

Видимо, потому что шрапнелью пробило, и нарушило контуры, маг не сумел переместиться с помощью полотна. Хм… Походные порталы в каждом подразделении? Хитро, ничего не скажешь. Идейка неплохая – стоит позаимствовать в будущем.

Сворачиваю его и забираю себе для изучения, ибо рисовка отличается от той, что я знаю. На этот раз не спешу уходить. Пока уже разряженные зонтики надвигаются на Гершта, отвлекая на себя, решаюсь всё–таки его прощупать. Запрыгиваю на уцелевший каркас стояла и наблюдаю за смелыми гостями. В двух с половиной сотнях метров всадники как раз начали спешиваться, чтобы атаковать моих приспешников. Тут и зонтики шумят по воздуху, и тараканы плетутся, и зомбаки начинают выползать.

Спрыгнул с коня и взмыленный Герш. Судя по рассеянному взгляду, он меня не видит в темени, но активно ищет. Глазки его бегают. Как и у других шести магов, которых он с собой притащил. Тут ещё и явно элитный отряд тяжёлых конников, полностью закованных в броню «дровосеков» со щитами в человеческий рост, которые они приготовили, чтоб закрыть главного от воздушной атаки.

Наряду с некоторой дезориентацией, Гершт вида не подаёт, что к нему прицепился демон, или я просто не вижу за его защитными аурами демонических нитей. Либо Ламия провалилась в попытке, либо ещё не так активна, как хотелось бы. Ну и чёрт с ней, то лишь план «Б». Хотя в какой–то степени на него и рассчитываю.

Однако чем чёрт не шутит! Сейчас я вскидываю «Ветерок»! И целюсь в голову мага, натягивая тетиву до отказа. Ты у меня, как на ладони, мразь.

Затаив дыхание, пускаю стрелу! И идёт родимая, идёт, моя хорошая, по прямой линии, как и ожидаю. И врубается в белый энергетический щит, явно не руками наколдованный, а неким артефактом. Так, ладно, я не сильно рассчитывал на успех. Герш пугается и сам, переключая внимание в сторону направления выстрела.

Но я не жду! Пускаю ещё стрелу и ещё! Уже по его дружкам. Вторым выстрелом удаётся пробить защиту другого мага, пронзив его в грудь. Ха! Отличная добыча. Третья стрела влетает в шлем выскочившего, чтобы закрыть собой, бойца, пробивая навылет. Надо же, какой героизм, второго мага спас ценой своей жизни.

Дальше стрелять не дают. С мощным треском в меня летит бело–синий поток, будто из огнемёта жидкое пламя пустили! Отпрыгиваю с перепуга и перекатываюсь, только так удаётся избежать ледяного огня, который поражает площадь аж в четверть лагеря! Хера се вдарил!! Загораются не только палатки с дровами, но и сама земля полыхает, будто напалм разлили. Вот это я понимаю мощь! Сразу температура упала градусов на десять, заставляя колотиться всё тело.

Чуть не выхватив, спешно сваливаю к топям, активно работая крыльями. Озираясь, вижу, как начинает полыхать весь лагерь! Свои, чужие – Гершту плевать. Там же столько раненных… Треск стоит такой, будто горит пара акров леса при том, что я в эпицентре. Знатно он поднатужился, чтоб меня достать.

Ну, сука. Если он влупит этим по стенам, я даже не знаю, выстоят ли они. Кончать его надо, пока за мой город не взялся! И исполином ведь не воспользуешься, против артефакта «разрушения» долго защитные амулеты преторов, коими начинил аватара, не выстоят. Там и цепь Дафа не протянет. А терять исполина нельзя. Ну уж точно не разменивать дёшево.

Подожди ещё немного, голубчик. Надо завершать операцию красиво! С этой мыслью, я возвращаюсь к порталу в топях и перемещаюсь в овраг на брянское направление. К этому времени севернее моих целей километров на двенадцать должны уже действовать китайские бойцы. Учитывая, что их методы направлены на скрытую атаку, лагерные могут спохватиться слишком поздно, когда среди спящих будет половина трупов.

Поднявшись в воздух для разведки, прекрасно вижу, как много скопилось тут вражеских сил, потому что большая часть брянской армии уже подтянулась к границам. И у меня под прицелом аж два огромных лагеря, где в общем народа тысяч пять наберётся!

Активирую марионеток. Но не спешу на этот раз, добавляю им по полсотни шрапнели, наращивая радиус лопастей, и ваяю ещё сорок зонтиков с усиленным боезапасом! Могу и дальше клепать, но чую, что пора действовать, пока тут все не подорвались. Гершт ведь не тупой! Да и воеводы у них тоже не дураки.

Когда мои усиленные зонтики вылетают из леса, в лагере уже неспокойно. Седлают лошадей, готовя несколько крупных отрядов к выходу. Похоже, пришли вести от атакованных диверсантами лагерей. Но подразделения ещё не подняты по тревоге, лишь какая–то незначительная часть солдат суетится. А вскоре слышит странный звук, надвигающийся по воздуху.

И вот начинает барабанить градом, покрывая всю площадь! Зонтики уходят вглубь, за ними выскакивают тараканы, пожиная плоды. Зомби восстают, набрасываясь на уцелевших. Поляки пытаются отбиваться, в дальних частях лагерей подрываются и встают, формируя строй. Выскакивают маги, которые лупят и по земле, и по воздуху. Но невиданные прежде, молчаливые твари надвигаются, сея ужас. Особенно шокирующе для врага, когда вдруг неожиданно падают поражённые от моих снайперских стрел маги, на которых поляки возлагали надежды.

На завершающем этапе я уже не действую скрыто. Теперь мне нужно отвлечь поляков от китайцев. Поэтому начинаю активно орудовать в стане врага, не скупясь на средства поражения. Когда марионетки перестают быть актуальными, врываюсь на позиции с «Вьюгой» и устраиваю свою «зиму», разбивая польский строй, что игрушечный.

Когда пытаются отвечать лучники и маги издали, перелетаю их навестить. Но не заигрываюсь, я пуглив, как белка! Минут пять возни и меняю позицию, ожидая прибытие Гершта.

И он не заставляет себя долго ждать! Я даже не успеваю понять, откуда прилетает на этот раз. Ледяное пламя обрушивается целым хребтом, заливаясь по разорённому лагерю и месиву, самой настоящей лавой! Только она не жарит, от неё мои крутые доспехи покрываются инеем, передавая онемение на кожу, а всё вокруг будто расщепляется от подобия цепной ядерной реакции. Чем ближе я к этому пламени, тем точнее ощущения!

Ухожу на ускорении, полог плаща тигрового мастера сыплется в ледяной песок. Казалось бы, весомый аргумент, чтоб свалить и в этот раз. Но нет! Операция завершена, теперь пора и разобраться.

Гершт верхом с двумя магами прикрытия притормозил в чистом поле в трёх сотнях метров. С такого расстояния и так точно бил с седла, надо признать – хорош! Откуда они вылезли теперь? Видимо, с соседнего нетронутого лагеря, где хранилось другое какое–то резервное полотно, уместившее лишь троих. Сейчас он без должной свиты, ошалевшие поляки по округе бегают, спасаясь от нечисти, им не до нас. Вполне удачный момент.

Что ж, резерва ещё единиц пятьсот, можно разгуляться.

Перелетаю синее пламя, вставая на пригорке перед опасным врагом. На фоне спешно разлагающегося лагеря с вызовом смотрю на главного мага Польской империи. Между нами остаётся метров сто. И он прекрасно меня видит. Даже улыбается, словно решил, что мне конец.

И, похоже, плевать он хотел на польских солдат – они ему что мясо. Он ведь даже не расстроился из–за потерь. Главное меня достать.