Текст книги "Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою"

Автор книги: Игорь Небольсин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 95 (всего у книги 101 страниц)

По приказу командира бригады, 67-й гв. тп всё чаще встречающиеся на пути своего движения баррикады, охраняемые автоматчиками и фаустниками, должен был обходить слева по маршруту 20-й гв. мбр. Для уничтожения баррикад опять была создана подрывная группа во главе с гвардии капитаном Палером.

Задень 29 апреля 19-я гв. мбр потеряла 20 человек убитыми, 74 человека ранеными. 1 танк был сожжён. Уничтожено: 65 солдат и офицеров противника, 2 пулемётных точки, 2 орудия. В течение ночи с 29 на 30 апреля бригада 67-м гв. тп, сводным мсб, во взаимодействии с адн и миномётным батальоном, вела бои на улице Нейштрассе. Немцы произвели массированный налёт артиллерии на боевые порядки 67-го гв. тп и подожгли один танк и ранили 6 человек, в том числе командира полка гвардии подполковника Резника.

Сводный батальон бригады вёл бои на улице Люцовштрассе против упорно обороняющегося противника, при поддержке артиллерийского дивизиона, миномётного батальона и дивизиона PC; 4 раза штурмовал баррикаду при входе в Зоологический сад, и к 18.00 личный состав сводного батальона и 67-го гв. тп подорвал баррикаду и сломил сопротивление немцев на этом участке.

К 20.00 30 апреля части бригады вышли в район Зоологического сада. Противник обстреливал боевые порядки бригады из тяжёлой артиллерии. Разведротой на улице Потсдамштрассе был обнаружен склад легковых автомашин в количестве 30 штук. В 19.00 30 апреля на КП бригады прибыл вновь назначенный на должность командира бригады гвардии полковник Лосяков.

В ожесточённых боях за Зоологический сад был тяжело ранен командир батальона гвардии капитан Прохоров. Командование сводным батальоном принял гвардии старший лейтенант Черней.

За день боя 30 апреля 19-я гв. мбр потеряла 4 человека убитыми и 36 человек ранеными. Было уничтожено до 20 гитлеровцев, подавлено две пулемётных точки и две миномётные батареи. К утру 1 мая 1945 г. бригада имела в наличии 2393 человека личного состава, 15 танков в строю, 7 танков в ремонте, 76-мм пушек – 8, 57-мм пушек – 10, 120-мм пушек – 6, 82-мм миномётов – 28, станковых пулемётов – 30, ДШК —7.

К 14.00 1 мая 1945 г. 1-й мсб и 67-й гв. тп вышли в район северо-западнее Аквариума, что в Зоологическом саду, где встретили укрепрайон с железобетонными сооружениями и баррикадами. 67-й гв. тп со сводным батальоном при поддержке артиллерийского дивизиона и миномётного батальона проделывали проходы через баррикады. В течение дня части бригады вели наступление и очищали от противника Зоологический сад. В 22.00 1 мая немцы выслали парламентёра с предложением о сдаче.

Потери 19-й гв. мбр за день боя 1 мая: 14 человек убито, 32 человека ранено, сгорел 1 танк. Бригадой за день уничтожено до 80 гитлеровцев, 3 пулемётные точки, подавлен огонь одной артбатареи, захвачено до 1500 пленных. В течение ночи с 1 на 2 мая бригада вела бои по очищению Зоологического сада от противника, и к 9.00 2 мая сводный батальон бригады с 67-м гв. тп полностью овладел Зоологическим садом и соединился в районе спортплощадки с 1-м батальоном 19-й гв. мбр и частями 2-й гв. ТА. При этом был составлен акт о соединении двух армий, копия которого была отправлена в штаб корпуса.

К 15.00 2 мая части бригады вышли из боя и сосредоточились в районе спортплощадки. В 17.00 2 мая личный состав бригады был выстроен для строевого смотра и знакомства с новым командиром бригады.

За день боя 2 мая бригада потеряла 6 человек убитыми и 35 ранеными. Уничтожено до 150 солдат и офицеров противника, три орудия, 11 огневых точек в дотах. Взято 24 пленных. К 8.00 3 мая 1945 г. 19-я гв. мбр была выведена из Берлина и сосредоточилась в районе Кляйн-Махнов.

20-я гв. мбр, действуя совместно с 1-й гв. тбр, 353-м и 400-м гв. сап, продолжала медленно, но упорно продвигаться вперёд. Бои за последний западный квартал Курфюрстенштрассе продолжались в течение всей ночи и дня 30 апреля. Гитлеровцы, укрываясь за мощными стенами зданий, яростным огнём в течение суток сдерживали подразделения бригады. Вследствие того, что 19-я и 21-я гв. мбр отстали, противник сильным огнём с соседних улиц не давал возможности пехоте обойти сопротивляющиеся дома на Курфюрстенштрассе. Только к 20.00 30 апреля, когда соседние улицы были очищены от противника, пехота 3-го мсб, под прикрытием дымовой завесы, обошла очаги сопротивления справа и слева, ударом с тыла разгромила их гарнизоны и в 00.30 1 мая преодолела железобетонные заграждения на Будапештерштрассе, продолжая продвигаться вперёд.

В 10.00 1 мая 3-й мсб с танками и артиллерией возобновил наступление в направлении на ипподром и отдельными штурмовыми группами вёл бой за овладение отдельными домами. К рассвету 2 мая только один дом продолжал сопротивляться. По решению командира бригады, блокировав этот дом, части бригады продолжали наступление и к 5.00 2 мая перерезали железную дорогу и вышли на спортплощадку, соединившись с частями 1-й Польской армии. Гарнизон блокированного дома, попав в окружение, выбросил белые флаги и сдался в плен. С 6.00 2 мая противник прекратил на участке бригады организованное сопротивление и большими группами начал сдаваться в плен.

21-я гв. мбр. Утром 29 апреля 3-й мсб, при поддержке танков 69-го гв. тп и 48-го гв. ттп, после артналёта, приступил к выполнению поставленной задачи – наступать вдоль

Клейнштрассе и выйти на юго-западную окраину берлинского Зоологического сада. Двигаясь вдоль Клейнштрассе, на которой здания были преимущественно разрушены, батальон встретил сильное огневое сопротивление. Две зенитные пушки немцев, установленные на площади у метро, расстреливали прямой наводкой появляющиеся танки и мотопехоту. Пехота бригады, просачиваясь по подвалам, пробоинам в стенах разрушенных зданий, очищала здание за зданием, с боем продвигалась вперёд, расчищая путь танкам от фаустников. Танки сопровождали пехоту, поддерживали её огнём, стреляя с ходу и остановок по подвальным и комнатным окнам, уничтожая огневые точки противника.

В 18.00 29 апреля части бригады, очистив площадь у метро, продвигались по Нюр-нбергенштрассе и достигли южной окраины Зоологического сада, где к исходу дня завязали бой с противником, засевшим в церкви, на площади, в развалинах и бомбоубежищах, хорошо приспособленных к обороне.

30 апреля немцы отрядами фольксштурма, остатками расчётов зенитной обороны Берлина оборонялись по южной окраине Зоологического сада, в церкви и на площади. Подтянув зенитную артиллерию, усиленно сопротивлялись в течение всего дня. Площадь с церковью и подступы к Зоологическому саду простреливались перекрёстно-фланкирующим пулемётным огнём. 21-я гв. мбр с прежними частями усиления 30 апреля продолжала вести упорные бои за Зоологический сад и площадь с церковью. Только к исходу дня 30 апреля 3-му мсб удалось прорваться к Зоологическому саду и к 24.00 выйти на его юго-западную окраину в районе озера, выполнив поставленную задачу.

1 мая бригаде была поставлена новая задача – овладеть железнодорожной станцией Зоологического сада и соединиться с частями, наступающими с севера. После артналёта по железнодорожной станции, 3-й мсб, при поддержке 3 танков Т-34 69-го гв. тп и одного ИС-122 48-го гв. ттп, орудий 1317-го иптап, начал наступление и к 12.00 1 мая подошёл к крепости, которую противник приспособил к круговой обороне. Развалины Зоологического сада, хорошо приспособленные к обороне, укрывали гитлеровцев от огня артиллерии. Противник обстреливал стрелков из пулемётов и фаустпатронов и всячески препятствовал продвижению бригады.

В 14.00 1 мая командир 3-го мсб гвардии майор Черепанов, находясь в боевых порядках, был ранен снайпером в ногу и выбыл в госпиталь. Командование батальоном временно принял начальник штаба.

1 мая с 12.00 до 24.00 батальон продвижения не имел. 2 мая в 6.00 3-й мсб, во взаимодействии с 44-й гв. тбр и 11-м тк, овладел железнодорожной станцией и соединился с 1-й польской сд. Продолжая наступать, части бригады вышли в район северо-западнее церкви. Деморализованный противник, не имея боеприпасов и продовольствия, начал сдаваться в массовом порядке. Только 2 мая было захвачено 1800 пленных, в том числе 30 офицеров и 2 майора.

Окружённый гарнизон Берлина с каждым днём всё острее ощущал недостаток в боеприпасах и продовольствии. Немецкое командование пыталось организовать переброску грузов самолётами, но эта помощь могла удовлетворить не более 15–20 процентов потребностей окружённых войск. Выход войск 1-й гв. ТА в Зоологический сад, а 1-й Польской армии – в район спортплощадки севернее сада фактически отрезал юго-западную часть группировки от северо-восточной. Удары советских войск продолжались с неослабевающей силой.

1 мая 1945 г. начальник Генерального штаба германских сухопутных сил генерал-лейтенант Кребс предложил капитуляцию Берлинского гарнизона с условием переговоров по этому вопросу с Геббельсом. Капитуляция с такими условиями советским командованием не была принята. В 11.00 1 мая 1945 г. 1-я гв. ТА, взаимодействуя с 8-й гв. А, после 30-минутной артподготовки, возобновила наступление и во второй половине дня ударом с востока овладела Зоологическим садом и ипподромом.

В ночь с 1 на 2 мая 1945 г. командующий гарнизоном Берлина генерал артиллерии Вейдлинг предложил советскому командованию безоговорочную капитуляцию, которая и была принята. С 6.00 2 мая 1945 г. боевые действия в Берлине прекратились и началась сдача в плен гарнизона города. К 14.00 2 мая 1945 г. из состава капитулировавшего гарнизона города сдалось в плен частям 1-й гв. ТА 7700 немецких солдат и офицеров.

Техническое обеспечение операции

К началу Берлинской операции 1-я гв. ТА была укомплектована танками Т-34 на 60 процентов, ИС-122 и ИСУ-122 – на 100 процентов, СУ-85 и СУ-100 – на 98 процентов, СУ-76 – на 93 процента, СУ-57 – на 112 процентов. Из общего количества боевых машин 31,5 процента – Т-34,100 процентов – СУ-85, 46 процентов – СУ-76, 30 процентов – СУ-57 – в 1,5–2 раза превысили гарантийные сроки эксплуатации.

Марш частей армии в исходный район был обеспечен:

а) организацией батальонного и бригадного замыкания силами ремонтных летучек батальонов и РТО;

б) организацией корпусного замыкания силами ПТРБ и ПАРБ корпусов;

в) передислокацией ремэвакосредств и выдвижением их на одни сутки ранее срока прибытия частей для оказания техпомощи частям, прибывающим в новый район.

Части совершили марш без аварий и поломок матчасти. С приходом в исходный район, матчасть подверглась техосмотру в объёме ежедневного обслуживания.

Выход на плацдарм на западном берегу р. Одер обеспечивался инженерной разведкой маршрутов, бродов, мостов, их обозначением и регулированием. Было установлено наблюдение ответственных офицеров за недопущением перегрузки танков десантами и излишними боеприпасами. Переправа танков через р. Одер обеспечивалась:

а) службой регулирования комендантов переправ;

б) расстановкой тягачей по обе стороны мостов (по два тягача с каждой стороны);

в) проведением контрольного осмотра танков на исходных рубежах.

На техническое обслуживание танков и СУ в ходе операции наложил ряд особенностей Берлинской операции (не было «чистого прорыва» обороны противника и выхода армии на оперативный простор, большая плотность артиллерии противника, пересечённая местность, медленное продвижение, бои в Берлине).

Для техобслуживания такой характер операции имел следующие последствия:

а) незначительный расход моторесурсов от исходных позиций до окраин Берлина – 20–25 часов;

б) незначительный отрыв ремчастей от боевых порядков танковых подразделений; малый радиус эвакуации;

в) возможность быстро вводить в боевые порядки восстановленные боевые машины;

г) непрерывные бои и постоянное соприкосновение с противником не давали возможности производить техобслуживание всех танков ежедневно, в особенности во время уличных боёв, когда танки действовали отдельными группами в составе штурмовых групп. В этих условиях основным видом обслуживания машин стало ежедневное обслуживание с применением метода поочерёдного вывода танков из боевых порядков.

К 26 апреля 1945 г. танки армии отработали в среднем по 23–25 моточасов. Специальной директивой заместителя командующего 1-й гв. ТА по техчасти войска были обязаны провести техосмотр № 1 в полном объёме с заменой масла в системе смазки двигателя. Частям 11-го гв. тк удалось использовать время перед форсированием р. Шпрее для проведения одновременного техосмотра и замены масла на всех танках. Частям 8-го гв. мк пришлось применять метод поочерёдного вывода танков из боевых порядков для техобслуживания. Танковыми бригадами (полками) были составлены соответствующие графики поочерёдного вывода машин из боевых порядков. На место обслуживания машин были выдвинуты ремонтные летучки, сосредоточены ГСМ. К 30 апреля техосмотр был закончен на всех танках и СУ.

Развёртывание средств технического обеспечения было определено следующими положениями:

а) ремонтные летучки батальонов и ремонтных взводов РТО по боевым машинам двигались в непосредственной близости от частей;

б) развёртывание бригадных и полковых СПАМов в районах КП бригад и полков, основной вид ремонта – текущий;

в) длительность пребывания СПАМа на одном месте не регламентировалась в связи с небольшой глубиной операции (до 100 км);

г) корпусные ремонтные средства, в случае необходимости, прикреплялись к бригадам и полкам в порядке усиления; корпусные СПАМы не организовывались;

д) развёртывание армейских ремонтных средств на двух армейских СПАМах с производством текущего, среднего и капитального ремонта;

е) каждому корпусу были приданы армейские эвакосредства: по 4 тягача Т-34 с командиром взвода во главе; взвод находился в оперативном подчинении заместителя командира корпуса и производил вытаскивание легко застрявших танков и эвакуацию на армейский СПАМ;

ж) беспрерывная техническая разведка маршрутов силами эвакорот, техотделами корпусов и офицерским составом.

С 16 по 30 апреля 1945 г. ремонтными средствами армии и частей было восстановлено и вновь введено в боевые порядки 500 танков и СУ, из них 329 танков и СУ были отремонтированы текущим ремонтом в процессе техосмотра.

Боевые потери и повреждения

За период боевых действий с 16 апреля по 2 мая 1945 г. включительно 1-я гв. ТА безвозвратно потеряла 232 бронеединицы, что составляет 45,3 процента к количеству танков, находившихся в строю к началу операции.

По маркам машин эти потери распределяются следующим образом: Т-34 —185, что составляет 63,5 процента к наличию; ИС-122 – 13 (26,0 процента), ИСУ-122 – 3 (14,0 процента), СУ-85 – 4 (35,5 процента), СУ-100 – 8 (29,5 процента), СУ-76 – 16 (41,0 процента), СУ-57 – 3 (4 процента). Если учесть, что уличные бои за Берлин армия начала с 21 апреля 1945 г., то учётные данные показывают, что на период с 21 апреля по 2 мая 1945 г. попадают 104 бронеединицы безвозвратных потерь, что составляет 45 процентов к общему количеству потерянных танков и СУ.

Поверкой поля боя и осмотром 75 безвозвратно погибших танков и СУ были установлены следующие причины безвозвратных потерь: Т-34: от артогня (включая огонь танков и СУ) – 58, от фаустпатронов – 5, от авиации – 2; ИС-122: от артогня – 7; ИСУ-122: от артогня – 2, от фаустпатронов – 1. Все 75 машин имели 113 попаданий от различных видов огня противника. Из этого количества 60 попаданий, или 53,1 процента, падали на борт корпуса танка и СУ, 16 попаданий, или 14,6 процента, – в лобовую броню и 4 попадания, или 3,54 процента, – в ходовую часть.

Таким образом, наиболее поражаемым местом танков, в особенности Т-34, является бортовая броня, а бензобаки, расположенные по бортам, являются источниками возникновения пожара и безвозвратной гибели танков. Анализ живучести танков на поле боя, и до некоторой степени качества брони машин, показывает, что от попадания первого снаряда погибло 77 процентов танков и СУ, от попадания второго снаряда – 20,3 процента и третьего – 2,7 процента.

Анализ причин безвозвратных потерь танков и СУ в уличных боях за Берлин показывает относительное увеличение потерь танков от фаустпатронов, применяемых немцами в больших количествах во время уличных боёв. Характерно отметить, что количество танков, вышедших из строя по боевым повреждениям, меньше количества безвозвратно погибших танков.

За тот же период боевых действий 199 танков и СУ получили боевые повреждения, что составляет 39 процентов от наличия танков в строю к началу операции. Распределение пробоин по корпусу танка и башни, на основе осмотра 103 машин, имеющих 199 попаданий, представляется в следующем виде: на борта корпуса падает только 17,6 процента попаданий. Наиболее эффективной дистанцией для поражения нашего танка бронебойным снарядом является дистанция 500–600 м. Из опыта проведённой операции и состояния матчасти армии вытекают следующие выводы:

1) несмотря на очень сжатые сроки подготовительного периода, армия перевела весь танковый и самоходно-артиллерийский парк на условия весенней эксплуатации и подготовила его к боевым действиям. Личный состав армии, прошедший краткосрочные сборы, был подготовлен к новым условиям эксплуатации боевых машин;

2) характер боевых повреждений, их количество и в особенности количество безвозвратных потерь показывают, что:

а) армия, преодолевая сильную укреплённую полосу противника, насыщенную артогнём, понесла относительно большие потери в матчасти;

б) боевые потери в уличных боях характерны повышенным количеством машин, выведенных из строя фаустпатроном;

в) наиболее поражаемым местом является борт танка, наибольшее количество попаданий с первого же снаряда ведёт к безвозвратной гибели танка.

Одновременно ремонтные части армии провели большую работу по разделке танков безвозвратных потерь. Ремонт танков, в основном, производился за счёт снятых деталей и агрегатов. Армейские эвакочасти в этой операции работали без большого напряжения. Тяжёлых застреваний танков не было, плечо эвакуации было небольшое.

Всего за операцию было эвакуировано танков и СУ, требующих ремонта:

Кроме того, было собрано танков и СУ безвозвратных потерь с улиц Берлина: Т-34 – 64, ИСУ-122 – 7, СУ-76 – 8. Всего: 79 единиц. При среднем расстоянии эвакуации 5 км была проделана работа в 11 440 танко-километров. Таким образом, всего за операцию было эвакуировано 163 танка и СУ.

Командир 8-го гв. мк генерал-лейтенант И. Дрёмов

«Опыта уличных боёв в большом городе корпус не имел и приобретал его в ходе боёв. Учитывая превосходство в технике (артиллерия и танки), тактика наших штурмовых групп сводилась к следующему: впереди танков, на удалении 60–80 м, из дома в дом по обеим сторонам улицы (но не по улице) двигалась мотопехота с сапёрами от взвода до роты (30–80 человек), вооружённые автоматами, гранатами, дымовыми шашками и иногда бутылками с горючей смесью. Огнемётов у корпуса не было. Ворвавшись в дом через пролом в стене, бойцы очищали первый этаж, а затем проникали в следующий дом, предоставляя расчистку первого дома группе второго эшелона, который двигался на удалении 60–70 м от первого. Такая тактика имела недостаток в том, что второму эшелону иногда приходилось задерживаться на долгое время в очищаемом доме и отрываться от первой группы, но, в общем, это убыстряло продвижение.

Танки и СУ не могли маневрировать по дворам и продвигались только по улице. Орудия 76-мм и 57-мм (орудий 45-мм корпус не имел) протаскивались по дворам, но с трудом. Для такого манёвра эти орудия были слишком длинны. Для сосредоточения огня всех танков, приданных штурмовой группе, командир её давал сигнал ракетой: “Внимание”, а затем открывал огонь трассирующими пулями из пулемёта по объекту, указывая цель. Каждый командир роты имел при себе такой пулемёт для целеуказания.

Баррикады на перекрёстках дорог обычно представляли собой “ящики” из брёвен диаметром 25–30 см, заполненные кирпичом и бутовым камнем. Длина баррикад соответствовала ширине улицы, ширина 2,5–3 м. Наиболее сильное сопротивление гитлеровцы оказывали именно у баррикад. Преодоление последних вызывало наибольшую задержку в продвижении, особенно для танков и самоходных установок, в среднем 8-12 часов, а в одном случае даже целые сутки. Вот данные о продвижении 8-го гв. мк в уличных боях в Берлине:

Баррикады на улицах подрывались сапёрами толом, так как огонь танков и самоходных установок баррикад разрушить не мог. Дымовые шашки применялись при подходе сапёров к баррикадам, а также для имитации пожара. Иногда брошенная шашка в нижнем этаже, который окутывался густым дымом, принималась противником за пожар, и он покидал остальные этажи здания. Так было на улице Курфюрстенштрассе и при занятии Кайзер-Фридрихплац.

Роль офицера в этих боях сказалась в большей степени, чем в полевых условиях. Наблюдение со всех НП днём и ночью вели исключительно офицеры. Офицер руководил не только штурмовой группой, но и отдельными группами бойцов, чаще всего показывал личный пример впереди боевых порядков. Офицер в ряде случаев проталкивал вперёд танки и самоходки, под сильным огнём противника. Неудивительно поэтому, что в боях за Берлин в 8-м гв. мк выбыло из строя 594 офицера, в том числе свыше 200 убитыми. В числе убитых три командира бригад – гвардии полковники Темник, Лактионов и Гаврилов.

Выводы. В уличных боях за большой город механизированному соединению (части) в наступлении можно давать самостоятельную полосу. При этом желательно механизированное соединение усилить полком пехоты, так как большее число пехоты позволит иметь резервные штурмовые группы и боевые действия вести непрерывно днём и ночью, изматывая противника. Танковому же соединению в уличных боях самостоятельной полосы давать не следует. Танки частями или подразделениями лучше придать пехотным соединениям, усиливая последние.

Применение установок PC в уличных боях затруднялось и не дало никакого эффекта. Вся ствольная артиллерия должна вести огонь только прямой наводкой. Стрельба с закрытых огневых позиций должна быть воспрещена. В нашей практике в боях на улица Берлина, стрельба с закрытых позиций производилась артиллерией армейского и фронтового подчинения, не приносила пользы и в ряде случаев поражала своих.

В боях на улицах хорошее применение нашло короткое применение и удобное 76-мм орудие, а ещё лучше могла бы подойти горная пушка, которую можно было бы разбирать и перемещать на любом этаже или даже крыше здания. Для пролома стен здания с успехом применялись трофейные фаустпатроны. Противотанковые (гранаты ударного действия) в боях внутри здания иногда поражали своих. Желательно иметь такую же мощную ручную гранату, как противотанковая, по образцу РГ-42. Из стрелкового оружия в уличных боях наилучшим образом зарекомендовали себя автоматы и крупнокалиберные пулемёты ДШК».

Гвардии генерал-полковник танковых войск, дважды Герой Советского Союза М. Е. Катуков. «Поход на Берлин»

«1-я гв. ТА участием в победоносном наступлении на Берлин завершила свой трёхлетний боевой путь по полям сражений Великой Отечественной войны.

Перед началом наступления на Берлин боевая обстановка на нашем фронте сложилась так, что правый фланг сильно выдвинувшихся вперед войск 1-го Белорусского фронта обнажился и возникла реальная угроза вражеского контрудара во фланг и тыл. Враг уже накапливал силы для такого удара, когда командование фронта, предупреждая его намерения, нанесло внезапный и стремительный удар на север. Наши войска с боями вышли на берег Балтийского моря, перерезав пополам Померанскую группировку противника.

Первая гвардейская танковая армия принимала активное участие в этой блестяще проведённой операции. Когда была ликвидирована угроза с правого фланга и окружённая группировка врага была обречена на истребление, было предпринято наступление на Берлин. Короткая пауза между наступлением на север и началом наступления на Берлин была использована нами для пополнения армии новыми кадрами и техникой и для кропотливой интенсивной подготовки людей и материальной части к предстоящей операции.

Разрабатывая план наступления на Берлин, командование фронта учитывало естественное стремление врага препятствовать всеми силами успеху наступления и с особенной тщательностью готовило войска к предстоящим боям. В нескольких проведённых играх были тщательно проработаны все детали будущей операции, все стороны взаимодействия родов оружия с упором на особое значение инженерного, артиллерийского и танкового наступления.

У себя в армии на ящиках с песком, планах и макете, присланном маршалом Жуковым, мы тщательно проработали все географические особенности будущего театра боевых действий. Исходя из учёта вероятной обороны врага в самом Берлине, мы готовили людей по специально разработанной штабом армии и полученной из штаба фронта инструкции к боям в крупном населённом пункте. Вся подготовка к наступательным боям велась в расчёте на то, что танкистам придётся идти не рейдами по тылам врага, а пробивать его оборону упорными боями, километр за километром.

Стратегической внезапности удара быть не могло, ибо враг ожидал наступления и готовился к его отражению. Но чтобы добиться тактической неожиданности, надо было готовить войска к наступлению так, чтобы скрыть от противника время, место и направление удара. Чтобы не настораживать немцев, всю разведывательную и рекогносцировочную работу на направлениях предстоящего наступления нам приходилось вести с исключительной предосторожностью. Отправляясь на рекогносцировку к переднему краю, мы с командирами частей и соединений переодевались в красноармейскую форму, брали с собой катушки провода, так что о подлинных целях нашей работы не догадывались ни немцы, ни пехотинцы, занимавшие оборону в районе рекогносцировки.

Массовое передвижение танков к Одеру и переправа их заблаговременно на небольшие, просматриваемые врагом плацдармы могли сорвать внезапность готовящегося удара. Поэтому мы только накануне наступления, ночью, по скрытым от вражьего наблюдения лесным дорогам стремительно выдвинули танки из глубокого тыла на исходное положение. Соединениям нашей армии предстояло войти в бой, когда пехота генерал-полковника Чуйкова прорвёт фронт немцев в районе высот у города Зеелов.

С утра наступления, когда началась артиллерийская подготовка, танки, по строго разработанному плану, начали по заранее подготовленным мостам переправляться на плацдарм, маскируя шум моторов громом канонады. Переправа произошла организованно и быстро, и армия сначала передовыми частями, а потом и главными силами вступила в упорный, завершившийся 2 мая капитуляцией врага бой залогово фашистского зверя – Берлин.

С первых же часов боя стало видно, что враг будет сопротивляться яростно и упорно. Опираясь на выгодные условия местности, когда наши должны были наступать с открытого, низменного заливного луга на высоты, немцы встретили атакующую пехоту огнём всех видов оружия, и нам пришлось ввести в бой танки раньше, чем была прорвана оборона противника. Когда враг был отброшен от Зееловских высот, танкисты и пехота, двигаясь вперёд, принуждены были непрерывно находиться в соприкосновении с насыщенной подвижной обороной врага на всей глубине его обороны, вплоть до центра Берлина. Местность от Одера до Берлина, изобилующая реками, озёрами, болотами, покрытая большими лесными массивами, создавала большие преимущества для обороняющихся, затрудняя маневрирование танками.

На всю глубину обороны нам приходилось встречать сильное огневое сопротивление артиллерии, миномётов, автоматный и пулемётный огонь, действия фаустников, непрерывные контратаки танков и самоходной артиллерии, подвергаться атакам противотанковой авиации. Продвигаясь вперёд, мы всё время должны были восстанавливать переправы, так как противник, отходя, повсюду разрушал мосты.

Овладев Зееловскими высотами, опрокинув сопротивление врага у Мюнхеберга, Ягдшлосса и на других рубежах, применяя при сопротивлении с фронта фланговые обходы, части армии вместе с пехотой вышли на ближние подступы к Берлину, в упорных боях овладели рядом городских пригородов, и в районе Кёпеника форсировали реку Шпрее, завязав бои в собственно Берлине.

Это было в ночь с 23 на 24 апреля. За нашей спиной остались все преодолённые рубежи на подступах к Берлину. Перед нами лежал огромный город, изрезанный сетью каналов, с узкими коридорами улиц, перерезанных многочисленными завалами у перекрёстков, укреплённых вкопанными в землю танками, где в каждом доме засели автоматчики и фаустники.

Враг, чувствуя приближение конца, сопротивлялся с исключительным упорством и яростью. Каждый метр пространства на пути продвижения к центру города приходилось преодолевать с предельным напряжением, каждый дом на нашем пути вставал как крепость, которую надо было брать штурмом. Узкие улицы мешали манёвру. Пехота, осыпаемая градом пуль и осколков, медленно продвигалась вперёд по подвалам и чердакам. Танки, самоходная артиллерия, полевая артиллерия и миномётчики были зажаты в узких коридорах улиц, мешающих введению в бой всех огневых средств одновременно. В кварталах, ещё не прочёсанных пехотой, фаустники дерзкими внезапными налётами зажигали танки и самоходные орудия.

Всё ожесточение четырёхлетней войны достигло предела на этом, последнем её этапе. Но танкисты, мотострелки, самоходчики, артиллеристы, миномётчики шли в этот бой с сознанием, что борьба идёт за окончание войны, и сражались как львы, не жалея ни крови, ни жизни. Шесть суток подряд, забыв про сон, отдых, они пробивались вперёд, движимые одним порывом – раздавить, уничтожить, поставить на колени надменного и кровожадного врага, принёсшего столько страданий советскому народу.

Двигаясь по юго-восточной части Берлина в направлении на Тиргартен и Рейхстаг, части нашей армии, занимая с боем улицу за улицей, квартал за кварталом, медленно и неуклонно продвигались вперёд, к намеченной цели. Чем сильнее было сопротивление врага, тем настойчивее и сокрушительнее становились удары танкистов. Танкисты и мотострелки, равно как и приданные нам самоходчики, артиллеристы, гвардейские миномётчики и сапёры, от рядового до командира соединения, проявили в этих боях львиную отвагу, неистощимую инициативу и творческую смекалку.

Презирая опасность, под градом пуль и осколков мин и снарядов люди смело выдвигались вперёд, чтобы разбирать и подрывать многочисленные завалы, мешающие движению. Когда поперёк пути вставали каналы, где были взорваны мосты, быстро, под огнём наводились переправы. Когда можно было артиллерийским огнём смести завал, танки и самоходные орудия снарядами расчищали себе путь вперёд. Офицеры-танкисты лично вели разведку, выискивая пути для преодоления труднопроходимых препятствий или обхода их. В узких улицах было затруднено действие гвардейских миномётов по точно определённым целям. Попытки втаскивать в дома артиллерийские орудия не давали больших результатов, ибо от отдачи при выстрелах обваливались полы. Тогда в ходе боя применили стрельбу из распиленных миномётных установок через окна домов, давшую большой боевой эффект.