Текст книги "Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою"

Автор книги: Игорь Небольсин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 87 (всего у книги 101 страниц)

Свернули к железной дороге. В это время из-за леса навстречу нам выскочило шесть автомашин противника с пехотой. Бьём прямой наводкой, и все шесть машин остались на месте. По шоссе двигались ещё машины с противником. Решаю бить по шоссе. Одна машина в засаде, остальные на предельной скорости двинулись к шоссе, которое шло вдоль железной дороги. Почти в упор мы начали расстреливать колонны автомашин. Танк из засады поддерживал нас своим огнём. Пока пробивались к железной дороге, мы уничтожили 30 автомашин.

Выскочили к железнодорожному полотну, а подорвать было нечем, так как взрывчатка с танка была сбита фаустпатроном. Решаю бить прямой наводкой по идущим эшелонам к Кольбергу. Первым же залпом девять вагонов были разнесены в щепки, от детонации начали взрываться и другие. Эшелон вёз боеприпасы…

Наш батальон был на восточной окраине Кольберга. Взвод мой был выдвинут в головной дозор. Я с танками ворвался на улицы пригорода. Уничтожив одну самоходку, восемь фаустников и взяв в плен до сорока немецких солдат и офицеров, мы несколько часов держали эти улицы под огнём, пока не подошёл весь батальон. Нам пришлось отбить три ночных атаки. Немцы с трёх сторон вели огонь по танкам, но наши “тридцатьчетвёрки” с честью выдержали это испытание».

Гвардии майор Савичев. «На Гдыню»

«После взятия города Путциг 44-я и 45-я гв. танковые бригады должны были, двигаясь на юг, выйти на побережье Балтийского моря севернее Гдыни. На своём пути – южнее населённого пункта Березники – частям необходимо было преодолеть торфяное болото, протяжением в 4–5 км. Болото это подходило к цепи высот, заросших густым лесом. Здесь проходил основной рубеж обороны противника.

Через болото пролегала единственная дорога, которая постоянно просматривалась и беспрерывно обстреливалась артиллерийско-миномётным огнём немцев. Свернуть с дороги в ту или иную сторону было совершенно невозможно, так как болото оказалось топким. На дороге имелось четыре моста, три из которых были разрушены. Мосты необходимо было восстановить для пропуска танков и другой боевой техники. Эта работа была поручена 13-му и 20-му батальонам 17-й гв. инженерной бригады и приданному 5-му понтонному полку.

Строительство необходимо было проводить постепенно, по мере продвижения вперёд танков. Перво-наперво, нужно было навести мост длиной в 25 м через реку Стремпцич¹. Инженерная разведка установила, что, прежде чем начать восстановление моста, требуется разобрать разрушенные сложные конструкции, на что уйдёт много времени. Было решено навести понтонный мост и одновременно начать восстановление деревянного. Несмотря на сильный огонь, который вели немцы из артиллерийских и штурмовых орудий, понтонёры 5-го полка обеспечили переправу танков.

Восстановление моста на сваях, которое вёл 13-й батальон, продвигалось медленнее, так как лесоматериалы приходилось подвозить за 10–12 км, а обстрелы со стороны противника участились. Были убитые и раненые. Но сапёры, невзирая ни на какие трудности, продолжали своё дело. Перед самым окончанием работы один снаряд попал на середину моста и разрушил настил. Сапёры ликвидировали повреждение, и через мост пошли танки 44-й гв. бригады. Вскоре были восстановлены и два других небольших, по 4–6 метров длиной, моста. Путь танкам был открыт на 3–4 км.

Оставался невыясненным вопрос в отношении четвёртого моста, который находился под самым носом противника и к которому немцы не подпускали нашу разведку. Стрелковые части немного оттеснили врага, и разведка ночью достигла этого моста. Он оказался исправным.

Путь танкам на Гдыню был свободен».

Гвардии младший лейтенант А. В. Шарпино[108]108
  Гвардии младший лейтенант Шарпино А. В. – командир танка, 1-й батальон 45-й гв. тбр.


[Закрыть], командир танка. «Неравная дуэль»

«Победа никогда не приходит сама – она завоёвывается в тяжёлых боях. О некоторых эпизодах из этих боёв мне и хочется рассказать в этом коротком письме.

19 марта 1945 г., после трёх ночей, проведённых на маршах, мы услышали наконец гром нашей могучей артиллерии – предстояло наступление. Перед нами был порт Гдыня – сильно укреплённый район противника с выгодными для него тактическими условиями: подступы к нему были болотистые, с большим количеством воронок. Нам пришлось, как принято говорить у танкистов, “ползти на пузе”, наши танки буксовали и часто садились на днище.

Моя машина шла по опушке леса. Вдруг я заметил на расстоянии 300 м пушку, которая уже успела зажечь танк командира взвода гвардии лейтенанта Рябова и разворачивалась на меня. Секунда решала дело. “Осколочным, – скомандовал я своему командиру орудия, – прямо, триста”. Не успел я окончить фразы, раздался выстрел, и пушка врага вместе с её прислугой была уничтожена. “Молодец, Хорунжин!” – крикнул я и тут же заметил впереди машины целую батарею морских пушек большого калибра, которые вели огонь по наступавшим подразделениям нашей армии, мешая их продвижению.

Не теряя времени, я вышел батарее во фланг. Немцы заметили нас и открыли по нам огонь осколочными снарядами, один из них угодил прямо в маску машины. Водитель гвардии сержант Коробов был ранен в правую руку, но не покинул своего места, левой рукой включил заднюю скорость и вывел машину в укрытие. Заменив Коробова, я сам повёл свою машину на штурм вражеской батареи. Выскочив на опушку леса, я произвёл выстрел – одна из пушек врага взлетела на воздух. Я немедленно сменил позицию и двумя последующими выстрелами подбил второе орудие врага. Вновь скрывшись в глубину леса, через некоторое время я опять атаковал противника и подбил ещё две пушки, одну зенитную установку и крупнокалиберный пулемёт.

Большой выдержки потребовала от нас эта неравная дуэль, но в те минуты мы не думали ни о страхе, ни о смерти. Знали одно: наступать, и наступать как можно скорее – добиваться окончательной победы над врагом».

Из воспоминаний командира батареи А. А. Жебита [109]109
  Гвардии капитан Александр Жебит – командир 1-й батареи 200-го пушечно-артиллерийского полка 197-й легко-артиллерийской бригады.


[Закрыть] «Неожиданность для противотанкиста»

«После освобождения городов Лодзи, Кракова, Варшавы, Жешува и других населённых пунктов Польши, 11-й гв. тк, решением Верховного Главного Командования, направлялся на оказание помощи частям и соединениям 2-го Белорусского фронта. 200-й пушечно-артиллерийский полк получил задачу обеспечивать боевые действия 11-го гв. тк.

18 марта 1945 г. полк совершает марш и занимает боевой порядок в районе Гдыни и Данцига. Мне была поставлена задача занять позиции на берегу Балтийского моря для ведения огня прямой наводкой. Остальные батареи предназначались для ведения огня по Гдыне и Данцигу с закрытых позиций.

В ночь на 19 марта 1-я батарея вышла на побережье Балтийского моря и заняла позиции у кафе “Бергшлесс” и подготовилась для выполнения поставленной задачи. Рано утром разведчики доложили, что немецкие суда покидают Гдыню и Данциг и двигаются в сторону косы в Балтийском море. Полк в это время вёл огонь по Гдыне и Данцигу.

Наблюдая за движением судов, необходимо было определить расстояние до них и подготовить данные для стрельбы. Для меня это было первое испытание – определить дальность до цели на морской глади. Я, конечно, ошибся, так как падение снарядов первого залпа было только на половине расстояния до цели. Помогли мне девушки зенитной батареи, занявшие боевой порядок недалеко от наших орудий. Увидев падение снарядов в море, одна из них громко произнесла: “Капитан! Вы ошиблись!” Своим двухметровым дальномером они определили дальность до цели и передали нам.

После нескольких залпов 100-мм орудий был повреждён один корабль и потоплено 4 баржи с личным составом и техникой, находившиеся недалеко от берега. Это явилось неожиданной радостью для личного состава батареи. После получения письменного подтверждения штаба зенитного полка о результатах боя, я доложил командиру бригады об этом. Связь с полком была прервана.

На следующий день командир бригады подполковник Караичев и его супруга, врач нашего полка, прибыли на позицию батареи. Результатом боя командир бригады был доволен. Расспросил, как всё происходило. Личному составу объявил благодарность за успешное решение боевой задачи и выразил всем нам добрые пожелания на предстоящие бои.

На занимаемых позициях батарея находилась до 28 марта. От десятидневного пребывания на берегу Балтики в памяти осталось здание кафе, находившееся недалеко от позиции батареи, морская гладь, голубое небо и стоящие на горизонте немецкие боевые корабли.

28 марта мне была поставлена задача совершить марш протяжённостью 212 км и сосредоточиться у населённого пункта Перефельд в 40 км южнее Ландсберга. Это была подготовка к Берлинской операции.

В ходе боёв по освобождению Варшавы, Кракова, Лодзи, Жешува батареей было уничтожено 6 танков, самоходных установок и бронетранспортёров, несколько огневых точек, повреждён корабль, потоплено 4 баржи, сбит 1 самолёт орудийным мастером Скударновым, который был награждён орденом Отечественной войны I степени, уничтожено несколько десятков немецких солдат и офицеров».

Николай Трынкин[110]110
  Трынкин Николай – сержант, наводчик 3-го орудия (100-мм) 4-й батареи 200-го пушечного артполка.


[Закрыть]. «Как мы потопили немецкий корабль»

«Во время боёв за Данциг и Гдыню противник оказывал яростное сопротивление. У залива Фришгаф часто подходили немецкие корабли и обстреливали наши боевые порядки, продвинувшиеся к морю. На борьбу с этими пиратами была выдвинута наша батарея.

Когда мы подъехали к крутому обрывистому берегу, вдоль которого росли большие деревья, море было спокойно. Его необъятная ширина всё время привлекала внимание наших батарейцев. Море было туманное, и поэтому в его просторе ничего нельзя было различить. Мы, чувствуя, что здесь придётся изрядно “поработать”, немедленно принялись за оборудование огневых позиций.

Ночь прошла спокойно. Утром, как только рассеялся туман, в море появились немецкие корабли, и с большой дистанции начали вести огонь по нашему правому флангу. Вначале корабли курсировали на большом расстоянии, а потом начали подходить ближе и ближе. Один корабль подошёл так близко, что я хорошо различал в панораму его очертания и движение.

Об этом я немедленно доложил комбату старшему лейтенанту Же биту А. А., который немедленно дал установку и скомандовал:

– Прицел сто четыре, взрыватель фугасный – огонь!

Заряжающий красноармеец Поляков вскинул увесистый снаряд, закрыл замок, и грянул выстрел. Через несколько секунд в море недалеко от корабля показался разрыв. Недолёт.

Последовала команда от комбата:

– Прицел больше четыре – огонь!

И вновь прозвучал выстрел. Через несколько секунд было видно, как большой язык пламени, одновременно с густым чёрным дымом, показался на корабле.

Командир батареи скомандовал:

– Батарейно пять снарядов беглый огонь!

И на врага обрушились меткие бронебойные снаряды. Корабль попытался было удрать в море, но поздно: наши бронебойные “огурчики” настигали его и втыкались в его борта и палубу. Вскоре корабль затянуло густым дымом, и слышно было, как что-то взрывалось на нём. А когда дым рассеялся, то на поверхности моря виднелись обломки потонувшего корабля.

Мы все радовались тому, что наши славные пушки могут подбивать не только на суше вражеские танки, но и на воде – фашистские корабли».

Экипаж танка 64-й гв. тбр. Февраль – март 1945 г.

В Берлинской операции, 1945 год

Командный состав первой танковой армии

Командующий армией – гвардии генерал-лейтенант танковых войск Михаил Катуков

Начальник штаба – гвардии генерал-майор танковых войск Михаил Шалин

Член Военного совета – гвардии генерал-майор танковых войск Николай Попель

Заместитель командующего по тылу – гвардии генерал-майор Василий Коньков

Начальник разведывательного отдела – гвардии полковник Алексей Соболев

Заместитель командира по технической части – гвардии инженер-полковник Павел Дынер

Командующий артиллерией – гвардии полковник Иван Фролов

Командующий инженерными войсками – гвардии полковник Фёдор Харчевин

Начальник оперативного отдела – гвардии полковник Матвей Никитин

Начальник связи – гвардии подполковник Григорий Захаров

11-й гв. тк – гвардии генерал-майор танковых войск Амазасп Бабаджанян

Начальник штаба – гвардии полковник Нил Веденичев

40-я гв. тбр – гвардии полковник Михаил Смирнов

44-я гв. тбр – гвардии полковник Иосиф Гусаковский (ранен), с 27 апреля 1945 г. гвардии подполковник Воробьёв

45-я гв. тбр – гвардии полковник Николай Моргунов

27-я гв. мсбр – гвардии полковник Казимир Федорович

399-й тсап, 362-й и 1454-й сап, 350-й лап, 1018-й зап, 270-й гв. мп, 53-й огмдн, 9-й гв. мцб, корпусные части обеспечения

8-й гв. мк – гвардии генерал-майор танковых войск Иван Дрёмов Начальник штаба – гвардии полковник Владимир Воронченко

19-я гв. мбр – гвардии подполковник Иван Гаврилов (убит 26 апреля 1945 г.), гвардии подполковник Андрей Баранов, с 30 апреля 1945 г. гвардии полковник Лосяков

20-я гв. мбр – гвардии полковник Алексей Анфимов

21-я гв. мбр – гвардии полковник Лактионов (убит 27 апреля 1945 г.), гвардии полковник Лашков

1-я гв. тбр – гвардии полковник Абрам Темник (убит 27 апреля 1945 г.), гвардии полковник Катиркин

48-й гв. ттп – гвардии полковник Иван Архипов (ранен 18 апреля 1945 г.), гвардии майор Борисов

353-й и 400-й гв. сап, 265-й гв. мп, 358-й гв. зап, 405-й огмдн, 8-й гв. мцб, корпусные части обеспечения

11-й тк (поступил в оперативное подчинение армии) – генерал-майор Иван Ющук 20-я тбр, 36-я тбр, 65-я тбр, 12-я мсбр, 50-й ттп, 1461-й и 1493-й сап, 1071-й лап, 243-й мп, 115-й гв. мд, 1338-й зап, 93-й мцб, корпусные части обеспечения

Части армейского подчинения

64-я гв. тбр – гвардии подполковник Иван Бойко 11-й гв. ттп – гвардии полковник Михаил Сиганов

19-я сабр (три дивизиона 4-батарейного состава на СУ-57) – гвардии полковник Василий Земляков

197-я лабр (1170-й и 1430-й лап, 200-й пап); 4-я гв. зенитная дивизия (256, 257, 263-й мза, 273-й зап); 79-й гв. мп; 6-й гв. мцп, 12-й гв. мцб; 17-я инженерная бригада (13-й и 14-й инжбаты; 20-й опмб); 3-й гв. полк связи; 191-й авиаполк связи; армейские части связи

Оценка действий противника на Берлинском направлении перед началом операции

Попытки противника в конце февраля 1945 г. контрнаступлением из района южнее Штаргарда ликвидировать наши плацдармы на западном берегу р. Одер (в районе северо-западнее Кюстрина) не имели успеха, а начавшееся наступление войск 1-го и 2-го Белорусских фронтов в направлении городов Кольберг, Штеттин, Гдыня вынудило противника отказаться от попыток нанесения контрударов на Берлинском направлении. С 1 марта 1945 г. немцы повсеместно перешли к жёсткой обороне.

Наступлению Красной Армии на Берлин предшествовало большое наступление союзников с запада. Союзные войска подошли к Берлину на расстояние до 60 км. Таким образом, противник фактически лишился возможности оперативного манёвра своих войск, а все имеющиеся у него резервы, к моменту нашего наступления и наступления войск союзников, были исчерпаны. Сложившаяся обстановка вполне благоприятствовала быстрейшему развитию масштабных наступательных действий Красной Армии на широком фронте с сочетанием одновременного удара нескольких фронтов.

Плацдарм наших войск на западном берегу р. Одер в районе Кюстрина находился от столицы Германии – Берлина на расстоянии 60–75 км. Немецкое командование, зная о неизбежном большом наступлении Красной Армии на Берлин, использовало относительное затишье на Берлинском направлении для строительства оборонительных сооружений на подступах к столице, одновременно неоднократными контрударами пыталось отбросить наши войска на восточный берег р. Одер.

К концу марта 1945 г. танковые и панцергренадерские дивизии противника были выведены в резерв для доукомплектования и подготовки к оборонительным боям. В расположении танковых резервов характерно их предельное приближение к боевым порядкам пехоты. Так, тд «Мюнхеберг» и пгд «Курмарк» дислоцировались на удалении от переднего края до 10 км, что давало возможность противнику ввести их в бой в первый же день нашего наступления. В сравнении с ранее проводимыми операциями насыщенность обороны противника артиллерией была наибольшей, достигая на вероятном направлении главного удара наших войск до 40 стволов на 1 км фронта (в том числе танки, СУ, миномёты и зенитная артиллерия). Оперативная плотность войск противника на переднем крае составляла: одна дивизия на 5 км фронта, тактическая плотность – один батальон на 0,8 км. С учётом оперативных резервов плотность увеличивалась вдвое. В процессе развернувшихся боёв были введены в противотанковую оборону все зенитные средства, оборонявшие восточные подступы к г. Берлин.

Слабой стороной глубокоэшелонированной обороны противника явилось отсутствие стратегических резервов, а продолжающиеся активные действия Красной Армии на всех фронтах исключили возможность широкого межфронтового манёвра. Противник мог перебросить резервы, стоящие перед 2-м БФ (11-ю пгд СС «Нордланд», 23-ю пгд СС «Нидерланды»), что учитывалось при планировании операции. Противник, готовясь к большим оборонительным боям, в основном против Красной Армии, использовал все имеющиеся в его распоряжении части и соединения, все нестроевые и спецподразделения. К началу нашего наступления на Берлин немцы были готовы для ведения оборонительных боёв.

Политико-моральное состояние войск немецкой армии и населения

Для руководителей нацистской Германии, а также для армии и населения, было понятно, что, с началом наступления Красной Армии 16 апреля 1945 г., война вступила в последнюю, решающую стадию. Немецкая пропаганда употребляла все усилия, чтобы внушить народу и армии, что, несмотря на все тяжёлые удары, благоприятный для Германии поворот в войне всё же наступит и война будет выиграна, что речь идёт о жизни и смерти Германии и немецкого народа. Призывы к стойкости и выдержке подкреплялись угрозами, что за трусость и оставленные позиции солдатам грозит смертная казнь.

17 апреля в 14.00 Гитлер обратился с воззванием к народу и армии, в котором говорилось: «Мы имеем достаточно сил, чтобы расправиться с большевиками перед Берлином. Требуется применение всех сил и самопожертвование – в этом спасение Германии. В эти дни решается всё. Если перед Берлином большевизм получит кровавую баню, то это будет означать поворот в войне. В настоящее время – решительная битва против большевизма».

Пока гитлеровское руководство обещаниями и угрозами прилагали все старания предотвратить надвигающуюся катастрофу, процесс разложения в немецкой армии, находящейся под ударами с востока, юга и запада, развивался дальше, и солдаты не верили правительству, но, в силу слепого повиновения приказам, продолжали оказывать отчаянное сопротивление наступающим советским войскам. В процессе всего периода отступления войск германской армии солдаты всё больше убеждались, что надвигающуюся катастрофу предотвратить невозможно, так как с каждым днём войск и вооружения в немецкой армии становилось всё меньше, а нового вооружения и резервов не поступало. Немецкий солдат потерял веру в победу, устал от войны и ждал конца её.

Процесс разложения армии не могли задержать и меры крайних репрессий и устрашений, к которым вынуждено было прибегнуть немецкое командование, чтобы сохранить за собой власть над армией. Эти мероприятия сами по себе являются результатом процесса разложения армии. Несмотря на взывания немецкой пропаганды, несмотря на приказы Гитлера, что оставление позиций без приказа карается расстрелом, несмотря на то, что эти приказы действительно проводились в жизнь, несмотря на репрессии по отношению к семьям перебежчиков, несмотря на страх перед русским пленом – дисциплина в немецкой армии падала со дня на день. В последнюю проведённую операцию мы имеем примеры массовой сдачи в плен группами до 2000 человек.

Одновременно падало моральное состояние немецкого народа. В победу Германии не верили все основные слои населения, хотя об этом открыто не говорилось. Всякая вера в заверения правительства была потеряна. Руководящая клика и большинство членов нацистской партии были убеждены, что Германия потерпела поражение и что совершенно нельзя рассчитывать на то, что имеющиеся в наличии силы могли противостоять наступлению войск Красной Армии и союзников.

Берлин в течение последних двух лет подвергался особенно ожесточённым воздушным налётам со стороны наших союзников. В Берлине не было ни одного района, так или иначе не пострадавшего от бомбардировок. Весьма значительная часть Берлина была разрушена совершенно. Город лишился электричества, воды, газа. Уличный транспорт – трамваи, метрополитен, автобусный парк – перестал функционировать или в значительной степени был парализован. Продовольственное положение как в Берлине, так и в других городах Германии постепенно ухудшалось и достигло такого уровня, когда население стало голодать.

Немецкое правительство вынуждено было призвать в армию для защиты Берлина и его окрестностей всё мужское население, способное носить оружие. Иными словами, вчерашний обыватель, с его взглядами и настроениями, стал солдатом немецкой армии. Этот обыватель пришёл в армию со своим недовольством, что война продолжается бесконечно, что она принесла Германии, и, в частности, Берлину, неизмеримые бедствия, что война окончательно проиграна. Таким образом, настроение населения стало настроением армии.

Судя по высказываниям жителей – отношение к гитлеровскому режиму было отрицательное. Подобное настроение создалось на почве продолжительной войны, длящейся почти шесть лет. Жители воочию убедились, какие разрушения и страдания принесла в страну война. Они высказывали трезвую оценку военного положения и признавали, что война для Германии стала бесперспективной, дальнейшее сопротивление бессмысленно и принесёт с собой только дальнейшее разрушение и жертвы.

Характеристика оборонительных сооружений противника в полосе наступления 1-й гв. ТА

Строительство оборонительных сооружений перед плацдармом наших войск на западном берегу р. Одер в глубину Берлина противник начал в условиях военного соприкосновения с нашими войсками. К широкому ведению инженерных работ на оборонительных рубежах по р. Одер немцы приступили в начале февраля с выходом наших войск к реке. Для создания и совершенствования оборонительных сооружений переднего края были привлечены действующие пехотные части, а также сапёрные и строительные части РГК. Рубежи, располагающиеся в глубине, оборудовались преимущественно силами мобилизованного гражданского населения и «Организации Тодта».

Перед фронтом армии противник создал главную оборонительную полосу с наличием в ней трёх позиций с общей глубиной до 15 км и ряд промежуточных тыловых рубежей на подступах к Берлину. Все три оборонительные полосы были хорошо оборудованы в инженерном отношении, с хорошо развитой сетью траншей, запасных огневых позиций, как для артиллерии, так и пехотного оружия, и укрытиями для личного состава. Во всей системе обороны были использованы естественные препятствия, местные предметы и, в основном, каменные строения.

Передний край главной оборонительной полосы противника проходил на рубеже Гольцов, 200 м восточнее платформы к северу от населённых пунктов Альт-Тухебанд, Хатенов, Подельциг, 1 км западнее Клессина и представлял из себя сплошную линию траншей с большим количеством стрелковых ячеек и пулемётных площадок. Глубина траншей 1,4–1,6 м, ширина 0,5–0,6 м, длина фаса 10–12 м. Стрелковые ячейки и пулемётные площадки двух типов: выносные на 5-20 м и врезанные. Первые соединяются с траншеями ходами сообщения. Для укрытия личного состава оборудовались блиндажи и лисьи норы.

В первой линии траншей построены подбрустверные блиндажи, которые имеют слабое перекрытие в 1–2 наката. Плотность сооружений на переднем крае: стрелковых ячеек до 90, пулемётных площадок 18–20 на 1 км фронта. В районах 1 км восточнее Гольцова, севернее, западнее Подельцига и восточнее станции Подельциг и на участке севернее Альт-Тухебанд проволочное заграждение типа спираль «Бруно» и проволочный забор в два кола. Противотанковые и противопехотные минные поля, выявленные в районах восточнее Альт-Тухебанда, Хатенов, севернее станции Подельциг и восточнее. Создание минных полей противник продолжал до начала нашего наступления. Опорными пунктами рубежа являются Гольцов, военный городок, Альт-Тухебанд, Заксендорф, Подельциг.

Вторая линия обороны проходила в 5–7 км от первой на рубеже Платков, Гузов и далее по восточным скатам Зееловских высот. Рубеж состоял из одной, а местами двух линий траншей полного профиля с оборудованными пулемётными и миномётными площадками. Опорными пунктами рубежа являются: Платков, Гузов, Вербиг, Зеелов, Фридерсдорф, Дольгелин, Либбенихен, Карциг, Мальнов. Глубина позиций 5–8 км. Тыловая позиция главной оборонительной полосы, состоящая из отдельных ячеек, подготавливалась на западном берегу р. Флис и находилась в процессе строительства. Тыловой промежуточный оборонительный рубеж по западным берегам озёр Кессель-Зе, Фингер-Зе, Бец-Зе, Штинец-Зе, Кольм-Зе, Флаген-Зе и далее на юг находился в стадии строительства (одна линия траншей) и имел на некоторых участках траншеи, но не соединённые ходами сообщений. Все населённые пункты указанного рубежа были приспособлены к круговой обороне. Насыщенность обороны войсками была вполне достаточной, и все позиции, подготовленные ранее, были заняты, хотя на некоторых рубежах и недостаточно обученными войсками.

Кроме созданной системы обороны, на всю глубину от р. Одер до Берлина поспешно строились и оборудовались специальные отдельные узлы сопротивления на более важных направлениях, которые приспосабливались к длительной круговой обороне.

Город Берлин в последнее время усиленно приспосабливался к круговой обороне. В пригородах, особенно с восточного направления, на улицах сооружались баррикады, отрывались траншеи, противотанковые рвы, устанавливались надолбы, минировались дороги, идущие на восток. Все каменные постройки приспосабливались под огневые точки. Особенно сильным укреплённым районом следует считать восточную и южную часть города Берлина и восточные пригороды. Насыщенность обороны противника огневыми средствами надо считать достаточной, и она вполне отвечала требованиям ведения оборонительного боя.

Внешняя зона обороны Берлина проходила по линии Бизенталь, западнее Темпель-фельде, Штраусберг, Рюдерсдорф, Экрнер, Фридерсдорф, Миттенвальде, Потсдам, Фалькен-Зе, Бетцов, южнее Штольценхагена. Однако по этой запланированной линии сплошной траншеи отрыто не было. Зона составлялась преимущественно из приспособленных к обороне населённых пунктов.

Внутренний обвод города проходил по линии кольцевой железной дороги. По документальным данным (отчётная карта немецкого Генштаба от 19 апреля 1945 г.) явствует, что в системе обороны группы армий была запланирована оборонительная позиция «Вотан» по линии Лёкнитц (западнее Штеттина), западнее Пенкуна, Пассов, Эберсвальде, Буков, Мюнхеберг, Фюрстенвальде, Шторков, Коттбус с отсечёнными позициями по каналу Гогенцоллерн. Оборудование этой позиции к началу операции не было полностью окончено.

В системе обороны противника в Берлинской операции было характерно приспособление подавляющего большинства населённых пунктов к круговой обороне (в зоне до 30 км).

Оперативное положение армии

1-я гв. ТА, после боёв на Гданьском направлении, в составе войск 2-го БФ к 30 марта возвратилась в состав войск 1-го БФ и сосредоточилась в районе Борков, Требов, Циленциг, Глайссен, Требиш (район 5-20 км южнее Ландсберга). Войска разместились в лесах. Исключение составляли штабы армии и корпусов, расположившиеся в населённых пунктах. Личный состав расположился в землянках, матчасть окопали и тщательно замаскировали.

Вопросу маскировки расположения частей было придано исключительно важное значение. Выполнение приказа о маскировке неоднократно проверялось Военным советом армии и командованием соединений. Неоднократно производились поверки состояния маскировки частей с воздуха путём облёта района сосредоточения войск на самолётах ПО-2.

В конце марта – начале апреля 1945 г. армия получила на доукомплектование 200 танков Т-34/85, 43 ИС-122, 20 ИСУ-122, 27 СУ-100, 21 СУ-76. Вся матчасть прибыла подготовленной к зимней эксплуатации и была подвергнута в частях техосмотру № 1 с проведением всех мероприятий по переводу на условия весенне-летней эксплуатации. После тщательной подготовки эта матчасть была введена в строй и вручена экипажам.

С 3 апреля 1945 г. войска армии, после пополнения матчастью и личным составом, приступили к плановым занятиям по боевой подготовке, одновременно производилось дооборудование районов расположения частей и ремонт матчасти. В основу боевой подготовки было положено изучение боевого опыта и устранение недостатков в подготовке войск и штабов, выявленных в ходе боевых действий армии. Основной упор был сделан на подготовку преодоления противотанковых препятствий, водных преград и ведение боя в крупном городе. Штабами соединений были проведены разборы последних боёв войск армии. Военным советом армии и командованием соединений производились поверки хода боевой подготовки.

Штабами всех степеней отрабатывались вопросы взаимодействия с 8-й гв. армией, авиацией и поддерживающей артиллерией. В штабе армии разрабатывались плановая таблица боя и все планы родов войск по обеспечению предстоящей операции. Основное внимание в отработке вопросов взаимодействия и планирования операции было уделено личному общению командиров и штабов всех степеней. Все тыловые части и учреждения армии были максимально приближены к переднему краю, создавались запасы горючего, боеприпасов и продовольствия в количестве, необходимом на всю глубину операции. Командиры всех степеней, совместно с взаимодействующими частями, производили рекогносцировку местности района предстоящих действий, изучали маршруты выхода в выжидательный и исходный районы, на местности доуточняли задачи, поставленные вышестоящим командиром. Провешивались маршруты, определялись районы сосредоточения и районы исходных позиций. Тщательно готовилась и продумывалась также организация переправы войск через р. Одер.

Выдвижение армии в исходный район началось в ночь на 15 апреля 1945 г. выступлением ПО корпусов, которые в 6.00 15 апреля 1945 г. сосредоточились: 44-я гв. тбр (ПО – 11-го гв. тк) – в лесу 2 км юго-восточнее Зонненбурга, и 1-я гв. тбр (ПО – 8-го гв. мк) – в лесу 2 км юго-восточнее Запцига. Главные силы армии вышли в исходный район к 6.00 16 апреля 1945 г. К этому времени ПО переправились через р. Одер и находились в районе Ной-Маншкова. Поступивший в оперативное подчинение армии 11-й тк – на плацдарме в боевых порядках 8-й гв. А. Артиллерийские части армии, участвовавшие в артподготовке по плану 8-й гв. А (197-я лабр, 350-й лап, 265-й и 270-й гв. мп, 79-й огмп), ночными маршами, начиная с ночи на 12 апреля 1945 г., вышли на плацдарм и заняли ОП в боевых порядках 8-й гв. А.