Текст книги "Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою"

Автор книги: Игорь Небольсин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 66 (всего у книги 101 страниц)

20-я пгд: на 1 июля 1944 г. имела в наличии 70 самоходных орудий (42 StuG + 28 «мардер»), SPW – 6 (5 в строю), Рак Sf – 28 (25 в строю). Артиллерийские орудия: 42 (37 в строю), ПТО на механической тяге —16 (все в строю). На 1 августа 1944 г. дивизия имела в наличии: 25 StuG (15 в строю), 19 «мардер»; SPW – 6 (5 в строю) Рак Sf – 28 (25 в строю). Полевые орудия: 37 (35 в строю), ПТО на механической тяге – 15 (14 в строю).

Безвозвратные потери дивизии за июль 1944 г. составили 26 самоходных орудий (17 StuG III и 9 «мардер»). Потери дивизии в личном составе: 294 человека убито, 1233 ранено, 713 пропало без вести, 291 больными и 266 по другим причинам.

24-я тд: на 1 июля 1944 г. имела в наличии: Pz III —11 (9 в строю + 2 в краткосрочном ремонте), StuG III – 25 (20 в строю), Pz IV – 37 (27 в строю), 15 cm sIG Grille – 7 (6 в строю), «хуммель» – 9, «веспе» – 2, StuH 42 – 5 (все в строю), SPWhPz Spah Wg—108 (94 в строю). ПТО на механической тяге – 27 (24 в строю), артиллерийских орудий на механической тяге – 23 (в строю). Всего: 96 танков и самоходных орудий. Из них в строю: 78 танков и СУ); 50 артиллерийских орудий[48]48
  На основе данных Kriegsgliederung и Zustandsbericht.


[Закрыть].

На 1 августа 1944 г. дивизия имела в наличии: Pz III – 9 (7 в строю + 2 в краткосрочном ремонте), StuG/StuH – 23 (13 в строю), Pz IV – 27 (16 в строю), 15 cm sIG Grille – 9 (все в строю), «хуммель» – 10 (9 в строю), «веспе» – 2 (2 в строю), SPW и Pz Spah Wg – 95 (83 в строю). ПТО на механической тяге – 22 (21 в строю), артиллерийских орудий на механической тяге – 23 (все в строю). Всего: 80 танков и самоходных орудий. Из них в строю: 56 танков и СУ; 45 артиллерийских орудий[49]49
  На основе данных Kriegsgliederung и Zustandsbericht.


[Закрыть].

За период 1 июля – 1 августа 1944 г. дивизия не получала пополнения в матчасти с заводов, но получала восстановленные машины из долгосрочного ремонта.

Оценочные безвозвратные потери 24-й тд за июль 1944 г.: 19 танков и самоходных орудий (Pz III – 2, StuG/StuH – 7, Pz IV– 10).

На 1 сентября 1944 г. 24-я тд имела в наличии: Pz III – 8 (7 в строю + 1 в краткосрочном ремонте), StuG/StuH – 38 (26 в строю), Pz IV – 16 (10 в строю), 15 cm sIG Grille – 10 (9 в строю), «хуммель» – 10 (все в строю), «веспе» – 2 (все в строю), SPW и Pz Spah Wg – 99 (84 в строю), ПТО на механической тяге – 23 (19 в строю), артиллерийских орудий на механической тяге – 34 (30 в строю). Всего: 84 танка и самоходных орудия. Из них в строю: 64 танка и СУ; 57 артиллерийских орудий[50]50
  То же.


[Закрыть].

За период 1 августа – 1 сентября 1944 г. 24-я тд получила пополнение в 17 StuH, отправленных в группу армий «Северная Украина» 10 августа1944 г.

Оценочные безвозвратные потери 24-й тд за август 1944 г.: 14 танков и самоходных орудий (Pz III – 1, StuG/StuH – 2, Pz IV —11). Потери дивизии в личном составе: 2380 человек (372 убито, 1550 ранено, 117 пропало без вести, 199 по болезни, 142 по другим причинам).

23-я тд: на 1 августа 1944 г. имела в наличии: Pz III – 5 (все в строю), StuG – 21 (18 в строю), Pz IV – 9 (7 в строю), Pz V – 69 (42 в строю), «мардер III» (75-мм) – 12, Т-34 (76-мм) – 7, СУ-85 – 3, Hummel – 5, «веспе» – 12, SPW, Pz Spah Wg и Art Beob Pz – 105 (83 в строю), ПТО на механической тяге – 46 (40 в строю), артиллерийских орудий на механической тяге – 51 (47 в строю, включая Grille). Всего: 143 танка и самоходных орудия. Из них в строю: 111 танков и СУ; 62 артиллерийских орудия[51]51
  То же.


[Закрыть].

На 1 сентября 1944 г. дивизия имела в наличии: Pz III – 3 (все в строю), StuG —19 (7 в строю), Pz IV – 6 (3 в строю), Pz V – 56 (18 в строю), «мардер III» (75-мм) – 5 (все в строю), Т-34 (76-мм) – 2 (все в строю), СУ-85 – 3 (все в строю), «хуммель» – 5, «веспе» – 12, SPW, Pz Spah Wg и Art Beob Pz – 95 (66 в строю), ПТО на механической тяге – 30 (23 в строю), артиллерийских орудий на механической тяге – 48 (47 в строю, включая Grille). Всего: 143 танка и самоходных орудия. Из них в строю: 111 танков и СУ; 62 артиллерийских орудия[52]52
  То же.


[Закрыть].

За период 1-31 августа 1944 г. 23-я тд получила пополнение в 10 Pz V, отправленных 21 августа 1944 г., и 6 le Pz Sp Wg, отправленных 31 июля 1944 г.

Оценочные безвозвратные потери 23-й тд за август 1944 г.: 42 танка и самоходных орудия (Pz III – 2, StuG/StuH – 2, Pz IV – 3, Pz V – 23, «мардер» – 7, Т-34 – 5). За период 1-31 августа 1944 г. потери в личном составе: 469 убито, 2502 ранено, 235 пропало без вести, 247 больны, 25 по другим причинам.

Наличие штурмовых орудий StuG на 1 июля 1944 г. в отдельных бригадах (StuG brigades), подчинённых напрямую штабу группы армий «Северная Украина»: StuG Brig 210 – 35 единиц (21 в строю + 14 в ремонте); StuG Brig 237 – 31 (30 в строю, 1 в ремонте); StuG Brig 249 – 26 (22 в строю, 4 в ремонте, 5 не хватает до штатного количества); StuG Abt 270 – 30 (30 в строю, 1 не хватает до штатного количества); StuG Brig 300 – 29 (25 в строю, 4 в ремонте + 4 не хватает до штатного количества); StuG Brig 300 – 41 (34 в строю + 3 ремонте + 3 в пути с заводов); StuG Brig 311 – 32 (30 в строю, 1 в пути с заводов, 1 в ремонте); StuG Brig 322 – 24 (24 в строю, 7 не хватает до штатного количества); StuG Brig 600 – 31 (30 в строю + 1 в ремонте); Pz Jg Abt 88–30 (30 «насхорн» в строю). Итого: 249 StuG + 30 «насхорн» – 279 единиц.

На 1 августа 1944 г. в отдельных бригадах штурмовых орудий (StuG brigades), подчинённых напрямую штабу группы армий «Северная Украина», имелось в наличии: StuG Brig 210 – 34 (14 в строю + 20 в ремонте); StuG Brig 249 – 18 (10 в строю, 1 в ремонте, 7 в пути с заводов, 13 не хватает до штатного количества); StuG Brig 300 – 34 (14 в строю, 3 в ремонте + 17 в пути с заводов); StuG Brig 311 – 9 (7 в строю, 2 в ремонте + 22 не хватает до штатного количества); StuG Brig 322 – 32 (8 в строю, 20 в ремонте, 4 в пути с заводов); StuG Brig 600 – 8 (3 в строю, 5 в ремонте, 23 не хватает до штатного количества). Итого: 135 StuG.

Минимальные безвозвратные потери за период с 1 июля по 1 августа 1944 г.: 74 StuG.

Начальник штаба 20-й гвардейской механизированной бригады гвардии полковник Н. Богомолов. «20-я гвардейская механизированная бригада в боях за город Ярослав и реку Висла»

«22 июля 1944 года 20-я гвардейская мехбригада получила приказ форсировать реку Сан. 1-й мотострелковый батальон достиг реки раньше других подразделений. В районе Нелепковице – Вязовнице был встречен сильным огнём противника. Гвардии капитан Кунин сам повёл батальон в атаку и выбил немцев с восточного берега.

Наличие штурмовых орудий (StuG) в бригадах штурмовых орудий группы армий «Северная Украина» на 1 июля 1944 г. и! августа 1944 г.

Разведчики Героя Советского Союза гвардии младшего лейтенанта Синицына тотчас же устремились к реке. В ближайшем селе Синицын нашёл пустую бочку, скатил её на воду и поплыл на тот берег. Разведчики последовали примеру своего командира. На досках, на лодках, на брёвнах, под шквальным вражеским огнём они стремительно переправлялись через реку и вступали с гитлеровцами в бой.

То была жестокая схватка. Немцы создали на западном берегу Сана глубокоэшелони-рованную и хорошо оснащённую огневыми средствами оборонительную полосу, прикрытую с фронта многочисленными проволочными заграждениями и минными полями. Нелегко было преодолеть эти препятствия. Разведчики опрокинули передовые заслоны противника, вышли на шоссейную дорогу, разгромили там неприятельский обоз, истребив при этом более 30 гитлеровцев и, заняв оборону, в течение всего дня удерживали свои позиции. Тем временем реку форсировали остальные подразделения бригады.

68-му гвардейскому танковому полку тотчас была поставлена задача обойти город Ярослав с севера и отрезать противнику пути отхода в северо-западном и западном направлениях. Разгадав наш замысел, немцы стали спешно подтягивать в район Ярослава боевую группу 24-й танковой дивизии, 1037-й маршевый батальон и 21-й танковый полк.

Чтобы помешать сосредоточению вражеских частей, был выслан танковый взвод Мухина. В районе отдельных домиков, восточнее Косткува, наши танкисты были встречены шквальным артиллерийским огнём. Местность на этом участке оказалась сильно пересечённой и труднопроходимой для танков, но Мухин нашёл правильный выход. Произведя фронтальный манёвр в направлении населённого пункта Крубы, он вдруг круто повернул на Махалы и огнём с места подавил огромное количество противотанковых огневых точек противника.

Получив возможность для продвижения, пехота устремилась к Вовры, угрожая противнику перехватом одной из важнейших его коммуникационных линий. Оценив создавшуюся угрозу, гитлеровцы бросились в контратаку. На помощь нашим стрелкам опять был выслан танковый взвод Мухина. Благодаря исключительно умелым действиям танкистов, успех пехотинцев был закреплён. Враг, понеся большие потери, отступил.

На подступах к городу Ярославу бригада опять столкнулась с сильно укреплённой оборонительной полосой противника. В течение двух лет усовершенствовали этот рубеж немцы. Хорошо развитая система эшелонированных в глубину траншей соединялась ходами сообщений полного профиля. На высотах вблизи лежащих деревень были созданы опорные пункты большой огневой мощности. Весь этот укрепрайон прикрывался тремя рядами колючей проволоки и минными полями.

Однако 1-й и 3-й мотострелковые батальоны сравнительно быстро вышли в район Выгорки. Противник из города Ярослава двумя батальонами пехоты и 17 танками контратаковал наших стрелков. Батальоны бригады, при поддержке 463-го артиллерийского дивизиона, четыре часа сражались с наседавшим на них противником и, одержав верх над ним, вышли в район Тывоня. Отсюда они повели наступление на восток, нанося удар, таким образом, немцам в тыл. Однако первые атаки батальонов потерпели неудачу.

Высланная дополнительно в предместье Краковское разведка бригады установила, что на данном участке сосредоточены во много раз превосходящие силы противника. Тогда батальоны повернули на юго-запад и ударили неприятелю во фланг.

Противник же, в свою очередь, сосредоточив две ударные группы (одну силами до батальона пехоты и 17 танков в районе Ярослава, другую численностью до двух рот пехоты и 13 танков в районе Уезна), повёл одновременное наступление с двух направлений и, выйдя к деревне Пелкине, отрезал бригаду от частей корпуса. Батальоны вынуждены были занять круговую оборону и в течение двух дней отбиваться от наступавших на них гитлеровцев.

Исключительный героизм при этом проявил личный состав батальонов. Взводу гвардии лейтенанта Хмырова было приказано выбить немцев с южной окраины д. Ситники. Бойцы скрытно подползли к гитлеровцам, забросали их гранатами и, ринувшись в атаку, выбили фашистов из домов. Но те отчаянно сопротивлялись и сами переходили в контратаки. Боеприпасы у гвардейцев были на исходе, Хмырова ранило. Тем не менее советские воины не дрогнули и удержали свои рубежи до подхода подкрепления.

Ночью 26 июля бригада повела наступление на соединение с частями 11-го гв. танкового корпуса, прорвала оборону противника в районе Вондувка – Белочув и вырвалась из кольца окружения. Присоединившись к корпусу, батальоны бригады двинулись к Висле. Совершив в ночь с 29 на 30 июля комбинированный 55-километровый марш, они к 6.00 30 июля достигли реки и заняли оборону в районе Боронува.

Необычайный подъём царил в те дни среди личного состава бригады. Сознание того, что нам первыми выпала честь форсировать Вислу, завоевать на западном берегу её плацдарм рождало у каждого солдата высокий наступательный порыв. Переправочных средств на реке не оказалось, а понтонные части не подошли. Но это не остановило наших воинов. На подручных средствах в 15.00 30 июля через реку переправилась разведрота, а к вечеру на западный берег высадились уже передовые отряды 2-го мотострелкового батальона.

Гвардейцы прорвались сквозь завесу шквального огня противника, вышли в район Свиньяры, заняли оборону и завязали с неприятелем упорный бой, обеспечив тем самым переправу через Вислу остальных частей бригады.

31 июля был построен паром, и на нём переправились танки и артиллерия. К 21.00 этого же дня 20-я мехбригада была полностью переброшена на западный берег Вислы и повела наступление в направлении Богории, имея целью овладеть населёнными пунктами Борашувка, Мошыны и перерезать шоссе Богория – Климонтув.

Не вступая в бой с противником, батальоны, совершив 30-километровый марш-манёвр, в 4.00 1 августа заняли Мошыны и Борашувку. В это время неприятель подтягивал из Кельце в район Богории 1133-ю отдельную бригаду, 210-ю бригаду штурмовых орудий и другие отдельные танковые части, рассчитывая с их помощью сдержать наступление гвардейцев.

Используя элемент внезапности, части бригады вышли к Богории. Командир танковой роты гвардии капитан Ваганов решил атаковать противника, не дожидаясь подхода главных сил. Развернувшись, танки на больших скоростях устремились вдоль шоссе, уничтожая пехоту и технику неприятеля. Ошеломлённые внезапным налётом, гитлеровцы долгое время не могли оказать организованного сопротивления. Но спустя некоторое время из Богории и Гуры-Мошыньске по нашим танкам открыла сильный огонь артиллерия.

Танкисты вынуждены были занять оборону. Подошедшие стрелковые батальоны, артиллерийский дивизион и миномётный батальон стали на огневые позиции в районе кол. Подлесье. К вечеру немцы перешли в контратаку, но действия их были ещё недостаточно уверенными. Танки то вырывались вперёд, то вдруг, боясь отрыва от своей пехоты, пятились назад. Большую роль в успехе наших воинов сыграло то обстоятельство, что артиллеристы сумели очень быстро выдвинуться к танкам и занять удобные позиции. Подпуская врага на близкие дистанции, они вели по нему огонь прямой наводкой. Миномётчики своим огневым налётом умело отрезали вражескую пехоту от танков и тем самым сдерживали их продвижение вперёд.

2 августа бригада, вновь перейдя в наступление, овладела Гуры-Мошыньске, но, атакованная превосходящими силами противника из Богории, к исходу дня отошла на свои старые позиции, нанеся, однако, противнику огромный урон в живой силе и технике.

Исключительный героизм проявил при этом личный состав подразделений. Рота ПТР гвардии лейтенанта Хорина залповым огнём подавила 3 бронетранспортёра и уничтожила до взвода солдат противника. Один из подбитых бронетранспортёров врага продолжал всё же вести огонь по нашим траншеям. Тогда рядовой Гиззатуллин подполз к нему и уничтожил весь экипаж гранатой.

Командир батареи 463-го артиллерийского дивизиона гвардии лейтенант Ковмир не прекращал вести огонь даже тогда, когда на его орудия налетели большие партии самолётов. Прямой наводкой он уничтожил 3 немецких танка. Командир батареи 120-мм миномётов гвардии старший лейтенант Григоренко, заранее пристреляв местность, метким огнём подавил наиболее активную центральную группу противника.

Руководящий офицерский состав бригады всё время находился в боевых порядках подразделений, воодушевляя воинов на подвиги личным примером храбрости. На боевом посту в этих боях смертью славных погибли начальник артиллерии бригады гвардии майор Шегирадзе и старший адъютант 463-го артиллерийского дивизиона, исполнявший обязанности командира дивизиона, гвардии капитан Калиновский.

В течение 3 августа противник ещё несколько раз пытался контратаковать наши батальоны, но все его попытки оставались безуспешными. 6 августа бригада, получив приказ наступать за 19-й мехбригадой, обошла опорный пункт Богория и двинулась на Опатув».

Гвардии капитан А. Иванов. «Как мы брали Ярослав»

«На далёких подступах к Ярославу более трёх суток шли напряжённые бои. Первыми переправились через реку Сан танкисты моего подразделения. Отражая яростные контратаки врага, шаг за шагом они расширяли захваченный плацдарм.

В эти дни противник вёл активные действия. Подтянув резервы, вызвав крупные соединения авиации, немцы пытались любой ценой отбросить нас за реку. Попытки их не увенчались успехом. Перемалывая живую силу и технику врага, танки двигались вперёд.

К исходу четвёртых суток мы подошли к селу, находившемуся в четырёх километрах от города. Здесь немцы выставили усиленный заслон. Посланный в разведку гвардии старший лейтенант Мусиненко донёс, что со стороны шоссейной дороги на единственном танкопроходимом участке неприятель выставил две батареи противотанковых пушек. Это явилось серьёзным препятствием, и потому я решил атаковать немцев с наступлением темноты. Укрывшись в лесочке, экипажи приготовились к решительному броску.

Смеркалось. Даю приказ на атаку. Подойдя вплотную к селу, танкисты открыли беглый огонь из пушек и пулемётов. Не замедляя движения, машины помчались вперёд, озаряя ночную мглу вспышками выстрелов. Это было внушительное зрелище. Нервы немецких артиллеристов не выдержали, орудийная прислуга кинулась врассыпную. Танки без потерь ворвались на улицу села. Пехота, сидевшая на броне, спешилась и принялась очищать населённый пункт от вражеских автоматчиков.

Не задерживаясь в освобождённом селе, веду машины к северной окраине города. Снова идущая впереди разведка натыкается на противотанковый заслон противника.

Брать его в лоб рискованно, ищу пути для обхода. Справа – крутая гора, непреодолимая для танков; слева – высокая железнодорожная насыпь сковывает манёвр. Но настойчивые разведчики – командир машины гвардии лейтенант Петухов и гвардии техник-лейтенант Учивенко обнаружили в районе кирпичного завода узкий проход для танков. Насыпь узкоколейки, идущая вдоль горы, давала возможность машинам двигаться, минуя шоссейную дорогу. По этому направлению, во фланг вражескому заслону, высылаю танки гвардии лейтенанта Сороки и гвардии лейтенанта Калашникова. Сам с остальными машинами решаю нанести удар врагу с фронта.

Пробравшиеся в тыл противника, лейтенанты Сорока и Калашников открыли шквальный огонь. Я, в свою очередь, вместе с приданными самоходными пушками, наступаю по шоссе. Немцы, полагая, что их окружают, бросили оружие, автомашины и разбежались.

Враг уже не мог оказать организованного сопротивления и на улицах города. К рассвету Ярослав был полностью очищен от противника. Непрерывная разведка, умение каждого экипажа вести бой в ночных условиях, смелые и инициативные действия каждого танкиста решили успех проведённой операции. На подступах к городу и в уличных боях мы не потеряли ни одного танка».

Командир взвода гвардии лейтенант П. Погребенко. «Борьба с танковыми засадами врага»

«Используя условия лесисто-болотистой местности, противник часто оставлял на путях следования наших войск сильные засады, оснащёнными танками и артиллерией. Засады эти в некоторой степени задерживали продвижение наших частей и при неосторожных действиях причиняли урон нашей технике.

С одной из таких засад нам пришлось встретиться в первый день операции. Враг тщательно замаскировал на окраине одного населённого пункта до 16 танков и много противотанковой артиллерии. Немцы рассчитывали, что наши танкисты очертя голову бросятся вперёд по неразведанным путям и нарвутся на огонь “тигров”. Но мы разгадали замысел врага, и засада была парализована обходным манёвром основного ядра нашего отряда.

И моему взводу не раз приходилось преодолевать танковые засады противника. Боевой опыт научил нас даже при самом стремительном преодолении врага тщательно разведывать пути своего движения. В этом большую роль играет теснейшее взаимодействие танков с пехотой и сапёрами. При обнаружении засады мы никогда не ввязывались в лобовые атаки, а стремились атаковать противника с фланга и тыла, обходя и блокируя места сосредоточения его техники. Если же случалось, что нельзя было избегнуть лобового удара, – атаку совершали на больших скоростях. Ведя с хода массированный огонь по замеченным целям и подозрительным местам, стремительно врывались в расположение врага и парализ овыв ал и его действия. При умелом взаимодействии с пехотой и артиллерией мы неизменно опрокидывали немецкие заслоны и засады, не неся при этом больших потерь».

Гвардии капитан Буяльский. «Как мы форсировали Сан»

«Сбивая и опрокидывая заслоны противника, части 11-го гвардейского танкового корпуса неудержимо двигались на запад. Впереди всех шёл головной отряд 27-й гвардейской мотострелковой бригады под командой командира 2-го батальона гвардии капитана Магери. Враг предпринимал всё: бросал в бой большие соединения авиации, вёл непрерывный обстрел дорог, высылал навстречу наступающим сильные арьергарды, но воины преодолевали все препятствия и наступали безостановочно. Двигались по просёлочным дорогам, по полю, по тропкам среди высокой ржи, ночью и днём, забывая об усталости и мужественно перенося все тяготы похода. 23 июля 1944 г. разведка батальона, возглавляемая гвардии лейтенантом Говорун, выйдя в район города Радымно, достигла реки Сан.

Тем временем разведка донесла, что за рекой враг успел воздвигнуть крепкую оборону. По всему берегу были обнаружены траншеи, дзоты, танковые и артиллерийские засады. Мост у города Радымно оказался взорванным. Решено было форсировать реку вброд, в двух километрах южнее Радымно и атаковать город с юго-западной окраины.

Началась подготовка. Несколько разведывательных групп посланы были через реку для более тщательного изучения оборонявшихся сил противника, а сапёрам приказали подыскивать брод.

Вечерело. Дождь перестал. Над рекой поднялся туман. Среди тревожной тишины изредка слышались голоса немцев, да еле улавливалось шуршание камыша и бульканье воды в том месте, куда направились разведчики. Через несколько минут брод был найден – оставалось только промерить его глубину.

За это взялся командир сапёрного отделения гвардии старший сержант Громов. Сняв снаряжение и сапоги, с автоматом на шее, он спустился в реку и, стараясь не плескать водой, двинулся вперёд, осторожно переступая ногами по скользкому каменистому дну. На середине реки глубина оказалась по грудь. Борясь с течением, разведчик стал отыскивать более мелкое место. Вдруг взвилась ракета, послышалась беспорядочная трескотня автоматов и пулемётов. Немцы заметили Громова, но крутые берега реки прикрывали его от рассекающих темноту трассирующих пуль. Ускорив шаг, Громов преодолел оставшееся расстояние до противоположного берега и спрятался в кустах, в каких-нибудь 50 метрах от противника.

Сапёры и разведчики, находившиеся по эту сторону реки, зорко следили за действиями своего товарища, но вступать в перестрелку с противником значило преждевременно обнаружить себя и испортить всё дело. Они видели, как к берегу бежали несколько немцев, шарили по кустам, разыскивая переправившегося разведчика. Но тот отполз на несколько десятков метров левее и бесшумно перешёл реку уже в другом месте.

С получением дополнительных данных разведки мы приступили к разработке действий. С командирами подразделений изучены были подходы к реке, для каждой роты отведены исходные позиции, указаны направления и сектора обстрелов. Потом мы связались с 44-й гв. тбр и условились, что танки, выделенные нам для поддержки, выдвинутся к реке после того, как все роты мотострелкового батальона окопаются – этим мы избегали излишних потерь на случай, если немцы заметят танки и начнут обстрел нашего берега.

К рассвету бойцы мотострелкового батальона выдвинулись на исходные рубежи и неслышно окопались в 150 метрах от противника. Вслед за ними к реке подошли танкисты. По шуму моторов немцы засекли их и открыли артиллерийский огонь, но он был неточным и никакого вреда отряду не причинил.

В 6 часов утра поступил приказ – форсировать реку. Раздался залп 45-мм пушек, открыли огонь танки, застрекотали автоматы. Траншеи противника в некоторых местах были хорошо видны простым глазом. Артиллеристы били прямой наводкой. Потом огонь был перенесён в глубину обороны противника.

Начался штурм. Первым с возгласом “За Родину!” к реке бросился гвардии старшина Бардак. Его примеру последовали все остальные, и скоро цепи наших автоматчиков преодолели водную преграду. Оставшиеся в живых немцы открыли по реке ураганный огонь, но ничто не в силах было сдержать наступательный порыв гвардейцев. С криком “ура” достигли они вражеских траншей и завязали с гитлеровцами рукопашный бой. Более полусотни фашистов уничтожено было в этой горячей схватке. Дрогнув, противник начал отступать.

Впереди всех появился гвардии капитан Магеря.

– Гнать фашистскую нечисть! – крикнул он бойцам и первым бросился в погоню за немцами.

Как один человек поднялись воины и ринулись вслед за своим отважным командиром.

Тем временем переправились танкисты и вместе с резервной ротой автоматчиков, посаженных десантом на машины, пошли наперерез железной дороги Радымно – Перемышль.

Мотострелковые роты, преследовавшие гитлеровцев, достигнув железной дороги, вынуждены были залечь, так как, спрятавшись за высокой насыпью, немцы открыли по ним сильный пулемётно-автоматный огонь. На выручку пехотинцам подоспели танкисты. Атаковав насыпь, они сбили противника. Десант спешился и немедленно вступил в бой. Туда же подошли две роты гвардии капитана Магери, и противник был отброшен со второй линии его обороны.

Развивая наступление, мы перерезали шоссе, ведущее в Радымно, оставили там заслон, чтобы не допустить прорыва противника с фланга, и, повернув на северо-запад, вышли в предместья Радымно и Сколащува. Разгорелись уличные бои. В то время немцы начали контратаку с фланга. На шоссе, в район выставленного заслона, выехал заместитель командира бригады гвардии полковник Феоктистов. Под его руководством контратака немцев была успешно отбита, угроза с фланга ликвидирована.

Но бой на окраинах Радымно и Сколащува принимал всё более ожесточённый характер. С упорством обречённых гитлеровцы дрались за каждый дом, за каждый перекрёсток. На одной из улиц они установили крупнокалиберный пулемёт, огонь которого сильно мешал продвижению наших автоматчиков. Выследив, откуда бьёт этот пулемёт, гвардии старший сержант Дунин подвёл к нему танк, указал танкистам цель и, после произведённых ими выстрелов, бросился к расчёту. Три гитлеровца оказались ещё живыми. Заметив Дунина, они бросились бежать, но автоматная очередь советского воина настигла их. Двоих Дунин убил, а третьего взял в плен. К 16.00 отряд полностью овладел Сколащувом и стал закрепляться. Долго ещё пытались немцы восстановить своё положение, яростно бросались они в контратаки, бомбили, обстреливали наши рубежи. К вечеру сапёры навели переправу. В отряд были доставлены боеприпасы и горячая пища, подошло подкрепление, и захваченный плацдарм стал окончательно неприступным для противника».

Герой Советского Союза гвардии лейтенант В. Шкиль. «Отражение танками немецких контратак»

«После сильной артиллерийской обработки 15 немецких танков и до полка пехоты атаковали наши позиции. На первых порах этот удар врага приняли на себя четыре экипажа и взаимодействующие с ними автоматчики. Стояли мы за обратным скатом возвышенности. Танки были замаскированы. На возвышенности находились наблюдатели из автоматчиков. Они-то первыми заметили немецкие танки и пехоту.

Как командир роты я немедленно по радио дал заявку артиллеристам и миномётчикам, указав координаты сосредоточения вражеских войск. Артиллеристы и миномётчики вскоре открыли ураганный огонь по фашистам, рассеивая их боевые порядки. Но немцы, не считаясь с потерями, лезли вперёд. Танки наши молчали. И лишь когда вслед за пехотой появились танки немцев, мы открыли по ним огонь с дистанции 450–500 метров. Били мы по ним в тот момент, когда они выползали из лощины на бугор.

Несколько минут длился жаркий бой четырёх наших машин с 15-ю немецкими танками и закончился нашей победой. Мужественные танкисты подбили и уничтожили шесть вражеских машин. Экипаж гвардии младшего лейтенанта Швеца уничтожил три немецких танка, экипаж гвардии младшего лейтенанта Нестереца – два и экипаж Ярандаева – один. Уцелевшие девять немецких танков повернули назад, а пехоту мы отогнали на исходные позиции.

Вскоре немцы повторили контратаку левее прежнего направления. Но, благодаря хорошей разведке, мы разгадали их манёвр и встретили врага как полагается. На этот раз наш экипаж подбил два немецких танка и один бронетранспортёр. Немцы вынуждены были опять отойти.

Что характерно в этих контратаках? На отдельных участках немцы бросали в бой по 15 танков, до полка пехоты, много артиллерии. Боевые приёмы контратакующих различны: то впереди двигались танки, то пехота. Однако почти всегда контратаки предпринимались при поддержке сильного огня артиллерии и авиации.

Лучшим методом отражения контратак танками являются действия из засад. Задача танков в засаде – располагаясь скрытно, выждать противника, внезапно напасть, поражая его огнём с близкой дистанции. Для действий из засады выбирается скрытая позиция на наиболее вероятном направлении движения врага. Каждому танку указывается сектор обстрела и наблюдения. Готовится огонь с места: намечаются ориентиры, определяются расстояния до них и составляются огневые карточки. Выбираются и оборудуются две-три запасные позиции. Танки окапываются и маскируются под цвет окружающей местности.

Огонь из засад из танков с длинноствольными пушками открывается с дистанции до 500 метров. При обстреле колонны вражеских танков надо бить сначала по головной и задней машинам, а после их поражения переносить огонь на остальные. На новые позиции танки переходят поочерёдно, поддерживая друг друга огнём.

При отражении контратак врага нашим танкам всегда надо иметь тесное взаимодействие со своими автоматчиками, артиллерией и миномётчиками. Автоматчики ведут наблюдение, вместе с танками бьют по немецкой пехоте, а ночью, находясь впереди танков, охраняют их от просачивания вражеских истребителей танков. С целью лучшего взаимодействия с командиром танковой роты, всегда должны находиться наблюдатели артиллеристов и миномётчиков».

Гвардии майор Ф. Гарин. «Алексей Духов»

«Ещё до начала боёв гвардии старший лейтенант Алексей Духов знал, что танкам придётся глубоко вклиниваться в оборону противника, оттеснять его по всему фронту и выйти на государственную границу.

В прошлых боях Духов зарекомендовал себя бесстрашным воином и отважным офицером. Смерть не раз смотрела ему в глаза, но он проносился вихрем мимо неё на танке с такой дерзостью, что она отступала. Трудно покорить человека, в котором чувства гордости и смелости, зрелости и разума живут и действуют. Чем смелее воевал Духов и его экипаж, тем сильнее были их удары по врагу, тем быстрее продвигалась вся рота, сметая в пути все преграды. Четыре ордена на груди у Духова – два Отечественной войны, Александра Невского и Красного Знамени.