Текст книги "Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою"

Автор книги: Игорь Небольсин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 49 (всего у книги 101 страниц)

1-я танковая дивизия СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» (потеряла около 112 танков).

На 1 марта 1944 г. дивизия имела в наличии 4 Pz III (1 в строю), 30 Pz IV (0 в строю), 58 «пантер» (12 в строю), 18 «тигров» (1 в строю) и 18 StuG (3 в строю). Из имевшихся на 1 марта 1944 г. 110 танков только 14 танков (чуть более 10 процентов) были исправными и боеготовыми, а 96 танков находились в ремонте. Эти танки так никогда и не вступили в строй, а были безвозвратно потеряны при выходе из «котла Хубе». На 7 апреля 1944 г. дивизия имела 2 Pz IV, 9 StuG. Таким образом, безвозвратные потери 1-й тд СС за март – апрель 1944 г., по большей части в «котле Хубе», составили не менее 96 танков и 16 StuG = 112 единиц техники. Эта цифра не включает потери в «веспе», «хуммель», «мардер» и «грилле».

2-я танковая дивизия СС «Рейх» (Kampfgruppe SS-Sturmbannfiihrer Otto Weidinger) (потеряла около 20 танков). На 1 марта 1944 г. дивизия имела в наличии 5 Pz III (0 в строю), 5 Pz IV (5 в строю), 6 «пантер» (6 в строю), 0 «тигров» и 4 StuG (4 в строю). Безвозвратные потери 2-й тд СС за март – апрель 1944 г., по большей части в «котле Хубе», составили не менее 16 танков и 4 StuG = 20 единиц техники. Эта цифра не включает потери в «веспе», «хуммель», «мардер» и «грилле».

1-я танковая дивизия (потеряла около 54 танков). На 1 марта 1944 г. дивизия имела в наличии Pz IV – 24 (4 в строю), «пантер» – 30 (11 в строю). Из имевшихся на 1 марта 1944 г. 54 танков только 15 танков (28 процентов) были в строю, а 39 танков находились в ремонте. На 17 апреля 1944 г. дивизия имела только 2 «мардер». Таким образом, безвозвратные потери 1-й тд за март – апрель 1944 г., по большей части в «котле Хубе», составили около 54 танков. Эта цифра не включает потери в «веспе», «хуммель» и «мардер».

6-я танковая дивизия (потеряла около 38 танков). На 1 февраля 1944 г. дивизия имела в наличии 4 Pz III (2 в строю), Pz IV – 26 (15 в строю). С 9 по 11 февраля 1944 г. для дивизии с заводов было отгружено 20 Pz IV. На 11 апреля 1944 г. дивизия имела только 3 «веспе». На 20 апреля 1944 г. дивизия имела в строю 1 танк Pz IV + 1 Bwg. Наличие танков на 23 апреля 1944 г. по 6-й тд (Panzerlage III Pz Korps): 1 StuG – в строю; 1 Bwg + 1 StuG – в долгосрочном ремонте. Оценочные безвозвратные потери 6-й тд за период с 10 марта по 15 апреля 1944 г. – 38 танков. Это официальные немецкие данные генерал-квартирмейстера по немецкой 1-й ТА. Эта цифра не включает потери в «веспе», «хуммель» и «мардер».

7-я танковая дивизия (потеряла около 27 танков). На 1 марта 1944 г. дивизия имела в наличии танков: Pz III – 3 (0 в строю), Pz IV – 16 (4 в строю). В период с 6 по 14 марта 1944 г. 15 танков Pz IV были отгружены с заводов для дивизии. 25–26 марта 1944 г. ещё 25 танков Pz IV были дополнительно отгружены с заводов. На 21 апреля 1944 г. 7-я тд имела танков: 1 Bfl Pz, Pz IV – 7 (в строю). Безвозвратные потери 7-й тд за март – апрель 1944 г.: Pz III – 2, Pz IV – 40. На 21 апреля 1944 г. дивизия имела в строю: 1 Bef Pz, 7 Pz IV, 1 Т-34, 7 «веспе», 2 «хуммель». Таким образом, безвозвратные потери 6-й тд за март – апрель 1944 г., по большей части в «котле Хубе», составили не менее 27 танков. Эта цифра не включает потери в «веспе», «хуммель» и «мардер».

11-я танковая дивизия (потеряла около 60 танков). На 1 марта 1944 г. дивизия имела в наличии танков: Pz III – 10 (7 в строю), Pz IV – 7 (0 в строю), «пантер» – 64 (10 в строю). При выходе из «котла Хубе» боевая группа дивизии была прикреплена к 16-й тд. В ходе отступления с Украины дивизия потеряла почти все свои танки. Таким образом, безвозвратные потери 11-й тд за март – апрель 1944 г., по большей части в «котле Хубе», составили не менее 60 танков. Эта цифра не включает потери в «веспе», «хуммель» и «мардер».

16-я танковая дивизия (потеряла около 40 танков). На 1 марта 1944 г. дивизия имела в наличии танков: Pz III – 5 (3 в строю), Pz IV – 36 (19 в строю), «пантер» – 19 (5 в строю). В ходе отступления с Украины дивизия потеряла почти все свои танки. На 17 апреля 1944 г. 16-я тд имела в строю танков: Bfl Pz III – 1, Pz IV – 8, Bfl Pz V – 1, Pz V – 4, StuG – 1. Ha 20 апреля 1944 г. 1/Pz Rgnt 2 имел в наличии танков Pz V – 48 (9 в строю). На 21 апреля 1944 г. дивизия имела в строю танков: 1 Bef Pz III, 8 Pz IV, 1 Bef Pz V, 4 Pz V, 1 StuG, 1 «веспе», 1 «хуммель». Таким образом, безвозвратные потери 16-й тд за март – апрель 1944 г., по большей части в «котле Хубе», составили не менее 40 танков. Эта цифра не включает потери в «веспе», «хуммель» и «мардер».

17-я танковая дивизия (потеряла около 45 танков). На 1 февраля 1944 г. дивизия имела в наличии танков: Pz III – 5 (0 в строю), Pz IV – 24 (13 в строю), Pz V – 2 (0 в строю). На 1 января 1944 г. в дивизии было около 18 Pz IV, в течение января 1944 г. с заводов поступило ещё 30 новых. На 1 марта 1944 г. в 17-й тд было ещё около 27 Pz IV, включая полный ремфонд. На 28 февраля 1944 г. ремфонд 17-й тд был следующим: 32 танка (от Beob Pz до «пантер»), при этом на 15 апреля 1944 г. в 17-й тд оставалось в строю и ремонте всего два танка: 1 Pz III и 1 Pz IV. Наличие танков на 23 апреля 1944 г. по 17-й тд (Panzerlage III Pz Korps): 1 Pz IV – в строю; 3 Pz IV в краткосрочном ремонте; 2 Pz IV – в долгосрочном ремонте. 17-я тд с 10 марта по 15 апреля 1944 г. потеряла безвозвратно 45 танков (Pz II, Pz III, Pz IV и Pz V). Так прямо зафиксировано в одном из документов ВА-МА. Это официальные немецкие данные генерал-квартирмейстера по немецкой 1-й ТА. Эта цифра не включает потери в «веспе», «хуммель» и «мардер».

19-я танковая дивизия (потеряла около 11 танков). На 1 февраля 1944 г. дивизия имела в наличии танков: Pz III – 2 (2 в строю), Pz IV – 5 (5 в строю). В ходе отступления с Украины дивизия потеряла почти все свои танки. На 1 мая 1944 г. дивизия имела в строю танков: 1 Pz III, 4 «веспе»/«хуммель». 19-я тд с 10 марта по 10 апреля 1944 г. безвозвратно потеряла 11 танков. Это официальные немецкие данные генерал-квартирмейстера по немецкой 1-й ТА. Эта цифра не включает потери в «веспе», «хуммель» и «мардер».

25-я танковая дивизия (потеряла все танки – около 20 танков).

sPz Abt 503 (потерял около 63 танков). На 1 марта 1944 г. батальон имел в наличии 64 «тигра», из них 40 в ремонте и 24 в строю. 7 марта 1944 г. на станции Поташ танкистами 2-й ТА были захвачены 18 «тигров», находившихся в ремонте (почему-то потери этих «тигров» были отражены в немецких документах 30 марта 1944 г., хотя известно, что Поташ был потерян ими 7 марта 1944 г.). Ещё несколько «тигров» батальона были захвачены танкистами 1-й ТА на станции Копычинцы (см. фото, с. 376). 21 марта 1944 г. батальон получил 6 новых «тигров», общее количество «тигров» в наличии на 21 марта 1944 г. – по Шнайдеру, 65 единиц. На 22 апреля 1944 г., после выхода из «котла Хубе» в наличии оставалось только 7 «тигров». Таким образом, безвозвратные потери 503-го ттб за март – апрель 1944 г., по большей части в «котле Хубе», составили около 63 «тигров».

sPz Abt 509 (потерял около 15 танков). На 5 марта 1944 г. батальон имел в наличии 31 «тигр» + ещё 2 «тигра» были получены 13 марта 1944 г. На 2 апреля 1944 г. в наличии оставалось 29 «тигров». В начале мая 1944 г. 11 «тигров», находившихся в долгосрочном ремонте, были отправлены на ремонт на заводы в Германию.

249-я бригада штурмовых орудий. На 22 февраля 1944 г. имела в наличии 23 StuG (1 в строю). На 23 апреля 1944 г. по 249-й бригаде (Panzerlage III Pz Korps): 1 StuG в строю, 6 StuG в краткосрочном ремонте, 3 StuG в долгосрочном ремонте. Таким образом, безвозвратные потери 249-й бригады штурмовых орудий за март – апрель 1944 г., по большей части в «котле Хубе», составили не менее 13 StuG.

Кроме того, в «котле Хубе» находились 276-я, 280-я, 300-я, 301-я и 249-я бригады штурмовых орудий. Автору пока не удалось собрать информацию о потерях этих частей за март – апрель 1944 г. Тем не менее их безвозвратные потери можно оценить в 70–80 единиц StuG. Так, 301-я бригада штурмовых орудий на 23 апреля 1944 г. имела 3 StuG в строю, 3 StuG в краткосрочном ремонте.

Если добавить сюда потери StuG, приданных отдельным частям, таким как 18-я артиллерийская дивизия, и потери самоходных орудий «веспе», «хуммель», «мардер», «хорниссен» в частях 1-й ТА и 4-й ТА немцев, то это тянет ещё как минимум на 100–120 единиц бронетехники безвозвратных потерь. Поскольку данные по 1-й тд СС,

2-й тд СС, 1-й тд, 6-й тд, 7-й тд, 11-й тд, 16-й тд за март 1944 г. базируются на ежемесячных отчётах дивизий (мельдунгах), в которых отражалась информация только по танкам в строю и в краткосрочном ремонте, а танки в долгосрочном ремонте в эти отчёты не включались, то к вышеуказанным безвозвратным потерям этих дивизий нужно прибавить ещё около 150–200 танков и самоходных орудий: в марте – апреле 1944 г. при выходе из «котла Хубе» почти все танки в долгосрочном ремонте были потеряны.

Состояние 1-й ТА немцев после выхода из «котла Хубе» – апрель 1944 г.

1-я тд (17 апреля 1944 г.): 2 «мардер», 6-я тд (11 апреля 1944 г.): 3 «веспе», 7-я тд (21 апреля 1944 г.): 1 Bef Pz, 7 Pz IV, 1 Т-34, 7 «веспе», 2 «хуммель». 16-я тд (21 апреля 1944 г.): в строю 1 Bef Pz III, 8 Pz IV, 1 Bef Pz V, 4 Pz V, 1 StuG, 1 «веспе», 1 «хуммель», 17-я тд (15 апреля 1944 г.): 1 Pz III и 1 Pz IV, 19 Pz D (1 мая 1944 г.): 1 Pz III, 4 «веспе»/«хуммель». 25-я тд – 0 (по данным Камена Невенкина).

Потери немецких танковых частей за апрель 1944 г., не находившихся в «котле Хубе»

Kpf Gr Brux (усиленная боевая группа Pz Gr Rgt 40), боевая группа «Кнорр» – Kpf Gr Knorr (II/Pz R 23 + sPz Abt 506).

2-й тб 23-й тд (II/Pz R 23) имел в составе трёх рот 45 «пантер» (39 в строю), 19–20 апреля 1944 г. с заводов было дополнительно отгружено 16 «пантер». На 15 мая 1944 г. II/Pz R 23 имел 52 «пантеры» (26 в строю). Наличие танков на 23 апреля 1944 г. по П/23 (Panzerlage III Pz Korps): 7 Pz V + 1 Bwg – в строю, 1 «пантера» в краткосрочном ремонте, 20 «пантер» в долгосрочном ремонте; 16 «пантер» – безвозвратные потери. Безвозвратные потери (II/Pz R 23) за период с 20 апреля по 2 мая 1944 г. составили 21 «пантеру».

sPz Abt 506. На 20 апреля 1944 г. 506-й ттб имел в своём составе – 48 «тигров» (20 в строю). Наличие танков на 23 апреля 1944 г. по 506-й ттб (Panzerlage III Pz Korps): 0 «тигров» в строю, 25 «тигров» +3 Bwg в краткосрочном ремонте, 15 «тигров» в долгосрочном ремонте (часть из них, возможно, скрытые безвозвратные потери). 5 «тигров» за 4 дня были потеряны «под списание». Ещё один «тигр» был безвозвратно потерян 2 мая 1944 г.

2-я тд (венгров) за период с 17 по 26 апреля 1944 г. безвозвратно потеряла 30 танков «туран». Бои показали полную неэффективность 40-мм пушки «Турана I» против Т-34/85, значительно лучше показала себя 75-мм пушка «Турана II».

Гвардии подполковник Н. Лебедев. «Невиданный марш»

«В марте 1944 года 1-я танковая армия получила приказ передислоцироваться из района Погребище в район Шепетовка – Изяславль. Марш был проведён комбинированным порядком. Неисправный автотранспорт, танки, большая часть личного состава армии перебрасывалась по железной дороге в 51 эшелоне по маршруту Казатин – Бердичев – Полонное – Шепетовка. Исправные автомашины и значительная часть артиллерии следовали своим ходом по трём параллельным маршрутам: Казатин – Бердичев – Житомир – Новоград-Волынский – Шепетовка протяжённостью 320 км, Казатин – Бердичев – Чуднов – Полонное – Шепетовка протяжённостью 230 км, Казатин – Бердичев – Райгородок – Любар – М. Грицев – Белогородка протяжённостью 240 км. Передвижение производилось в условиях весенней распутицы.

Шёл мокрый снег, сменявшийся временами мелким дождём, дороги раскисли. Бурая грязь облепляла колёса “студебеккеров”, ЗИСов, полуторок, забивала катки танков. Машины буксовали. Танки шли в грязи по самые оси колёс. Дороги становились тем более непроходимыми для автомашин, что по ним, за неимением объездов, был пущен и весь гусеничный транспорт. Наст размешанной жидкой грязи в некоторых местах достигал 40–50 см глубины. Но люди не унывали. Ничто не могло задержать их безостановочного движения вперёд. Исключительный энтузиазм проявил в эти дни весь личный состав армии. Непроходимые участки дорог устилались брёвнами, досками, соломой; машины вытаскивались на руках. Бойцы и офицеры прилагали все силы к тому, чтобы не допускать долговременных заторов.

Для обеспечения марша был мобилизован тракторный парк, все инженерные части, а на отдельных участках к дорожным работам было привлечено и местное население. По всему маршруту расставлены были регулировочные посты, в отдельные места высылались офицеры оперативного отдела штаба армии, на которых возлагался контроль движения. Кроме этого, все дороги периодически просматривались с самолётов. О замеченных заторах немедленно доносилось в штаб армии. И штаб принимал меры к их ликвидации. Для бесперебойного обеспечения транспорта горючим и смазочными материалами были организованы промежуточные заправочные пункты с приданными им на весь путь следования тракторами или танками. Все ремонтные, эвакуационные подразделения и танки распределены были по колоннам с таким расчётом, чтобы они могли оказать своевременную помощь. Армейские ремонтные мастерские шли замыкающими. Все эти мероприятия обеспечили успех марша. В семь дней части армии преодолели 300-километровое расстояние и к исходу 14 марта в полной готовности сосредоточились на новом месте, ещё раз показав высокую выучку, организованность и выдержку всего личного состава».

Гвардии полковник А. X. Бабаджанян. «Захват города Залещики»

«После прорыва обороны противника 21 марта 1944 года на участке восточнее г. Тарнополь в районе Ступки – Романовка, 20-я гв. мехбригада, во взаимодействии с 1-й гв. тбр, наступая на г. Теребовля, вышла к исходу дня в район Ивановки. Стояла весенняя распутица. Грязь, вода, снег затрудняли движение. Авиация противника беспрерывно бомбила боевые порядки бригады. К тому же на фланге и в тылу остатки разбитых немецких войск мешали успешному продвижению вперёд. Несмотря на всё это, 20-я гв. мехбригада в течение дня продвинулась с боями более чем на 20 км. Ночью и днём 22 марта батальоны бригады, наступая на юг, к г. Чертков, оказали содействие танкистам 1-й гв. тбр и окончательно разгромили остатки отходящих групп противника. На рассвете 23 марта с хода был взят г. Чертков и завершён полный разгром немецкого гарнизона.

В дальнейшем стояла задача не дать возможности противнику отвести свои тылы в направлении на Городенку, опередить отходящие немецкие автоколонны до того, как они переправятся за Днестр. С этой целью командование корпуса приказало 20-й гв. мехбригаде с хода форсировать р. Днестр и захватить плацдарм южнее г. Залещики.

Не задерживаясь в районе Черткова, танки 68-го отдельного танкового полка и пехота нашей бригады приступили к выполнению боевой задачи. Впереди двигался

3-й мотобатальон. В течение ночи, преодолевая грязь и бездорожье, батальон совершил бросок более чем в 70 км и утром вышел к реке Днестр. Немцы в бешенстве бросали авиацию, чтобы задержать движение и спасти большую часть своих отходящих колонн. Самолёты, группами по 20–30, постоянно висели в воздухе, бомбя боевые порядки бригады. Однако все попытки врага воспрепятствовать наступлению, не допустить до Днестра ни к чему не привели.

3-й мотобатальон и разведрота к 10.00 24 марта, уничтожая мелкие группы противника, с ходу, стремительной атакой захватили, совместно с 68-м гв. танковым полком г. Залещики. К 12.00, разгромив пограничные отряды румын, славные наши пехотинцы на плотах, брёвнах, бочках и других подручных средствах форсировали Днестр, захватив на правом берегу реки пленных, обозы и автомашины. 2-й мотобатальон, артиллерийский дивизион и миномётный батальон, под прикрытием передовых отрядов закончили в 14.00 форсирование реки западнее г. Залещики. 1-й мотобатальон с двумя танками 68-го гв. танкового полка с утра вступил в бой в районе станции Ворвулинцы с охранным отрядом противника в составе 400 человек, срочно переброшенным из Черновиц. Разгромив охранный отряд, 1-й мотобатальон к 15.00 тоже подошёл к Днестру и через два часа переправился на его правый берег. Таким образом, к исходу дня 24 марта батальоны нашей бригады вышли: 3-й мотобатальон – Хрещатик, отряд в составе одной стрелковой роты – Заставка; 2-й мотобатальон вышел в район Яснув Польный, отряд от этого батальона в район Волчковцы; 1-й мотобатальон на рассвете следующего дня вышел в район Боровцы, и одним отрядом – в г. Снятый. 68-й отдельный гв. танковый полк обратным маршрутом пошёл в район Устечко, где и форсировал Днестр в районе выше станции Серофиньце.

За четыре дня части 20-й гв. мехбригады с боями продвинулись более чем на 150 км, блестяще выполнив задачу, поставленную ей командованием корпуса.

Весь путь от Тарнополя до Днестра был усеян трупами немецких солдат и офицеров, тысячами брошенных и разнесённых в щепки автомашин, повозок, лошадей. Немало громоздилось по дорогам сожжённых и подбитых немецких танков, самоходок и пушек. Продвижение наших войск было настолько стремительным, что противник не знал куда бежать, его отдельные группы и колонны продвигались позади наших частей. Многие офицеры и солдаты, чтобы спасти свою шкуру, переодевались в гражданскую одежду. Так, например, один немецкий капитан дивизии СС «Адольф Гитлер» был захвачен нашими разведчиками в женском платье. Немецкого полковника из этой же дивизии, пытавшегося вместе со своим адъютантом и денщиком ускользнуть на легковой машине, убил начальник артиллерии бригады майор Шогирадзе с двумя автоматчиками. В наступлении наши бойцы и командиры бригады проявили образцы храбрости, упорства, бесстрашия и военного мастерства. В боях за г. Залещики и за р. Днестр особо отличились 3-й мотобатальон Героя Советского Союза Осипова, 1-я танковая рота гвардии капитана Ваганова, разведрота гвардии старшего лейтенанта Баранова.

Бригада не забудет имена героев – гвардии капитана Осипова, гвардии лейтенанта Устименко, старших сержантов Синицына и Кочерова, старшину Календюка и рядового Николая Пигарева, закрывшего своим телом немецкий пулемёт, мешавший продвижению роты. Правительство высоко оценило их заслуги перед Родиной, присвоив им звания Героев Советского Союза. Вечно будут сиять в ореоле гвардейской славы имена старшего лейтенанта Баранова – командира разведроты, погибшего в районе Тлусте Място, старшего лейтенанта Ильченко – командира истребительнопротивотанковой батареи, первым переправившего свою батарею на правый берег Днестра, уничтожившего 8 немецких дзотов и геройски павшего на поле боя.

С захватом плацдарма на правом берегу Днестра 20-я гв. мехбригада прочно закрепила за собой г. Залещики, именем которого она и названа».

Гвардии майор Ищук. «Овладение городом Гусятин»

«С утра 21 марта 45-я гвардейская танковая бригада перешла в наступление и, действуя во втором эшелоне 11-го гв. тк, к исходу дня вышла в район Панасувка – Жеребки Крулевски.

В 23.30 того же числа командир бригады получил от командира корпуса боевое распоряжение: “Во исполнение приказа командующего войсками 1-го Украинского фронта Маршала Советского Союза Жукова, 45-й гв. тбр выделить специальный отряд танков в составе 10 машин с десантом автоматчиков и сапёров. Отряду прорваться в тыл противника и овладеть крупным узлом железных и шоссейных дорог и баз снабжения врага – городом Гусятин; нарушить коммуникации противника, разгромить Гусятинскую группировку немцев и удержать город Гусятин до подхода главных сил 4-й танковой армии с севера”.

Для выполнения этой задачи была отобрана специальная ударная группа. Она состояла из 10 танков Т-34, 60 автоматчиков, 10 сапёров. Возглавил группу командир 1-го танкового батальона гвардии майор Десятков.

В 2.30 22 марта группа в полном составе выступила по маршруту: Панасувка – Постолувка – Хлопувка – Крогулец – Васильковце и к 9.00 достигла боевых порядков 44-й гвардейской танковой бригады в районе Эленорувка. Согласовав действия с частями бригады, которые получили приказ обеспечить проход через оборону противника, группа Десяткова повела наступление в обход Эленорувки с запада. Первая попытка прорыва оказалась неудачной, группа потеряла два танка, один из которых засел в болоте, и была вынуждена вернуться на исходный рубеж. В 12 часов наступление возобновилось при содействии 44-й танковой бригады. Стремительным броском группа, потеряв один танк, прорвала линию организованного сопротивления противника и, при наличии 7 танков, приступила к выполнению основной задачи.

Действуя по маршруту: Кливинце – Хоросткув – Хлопувка – Постолувка – Городнице, группа майора Десяткова громила отходящие части противника. В 4.00 она достигла Городнице. Здесь немцы, имевшие до полка артиллерии, бронемашины и пехоту, оказали наступавшим сильное огневое сопротивление. Не вступая в бой с противником в Городнице, группа продолжала выполнять поставленную задачу и к 6.00 овладела населённым пунктом Шляхецке. Выделив два танка для наступления по маршруту Васильковце – Габорувка – юго-западная окраина Гусятина, основной состав группы в 6.00 начал боевые действия вдоль шоссе Шляхецке – Гусятин, и к 8.00 23 марта достиг западной окраины города Гусятин. Железная дорога Гусятин – Мал. Городок и шоссе Гусятин – Копыченцы были перерезаны. Сапёры взорвали в двух местах железнодорожное полотно и разрушили телеграфно-телефонную линию связи.

В 8.30 группа, комбинированной атакой с северо-запада и запада танками и с юго-запада автоматчиками в пешем строю, сломив сопротивление противника, с боями заняла станцию Гусятин и всю западную часть города. К 9.00 была занята оборона одним-двумя танками с автоматчиками по западной окраине Гусятина и железнодорожной станции, а также осёдланы дороги Гусятин – Личковцы, Гусятин – Крогулец, Гусятин – Кшиневеньки. В таком положении силы группы находились до 18.00 часов. В течение этого времени противник трижды переходил в контратаку. Тем не менее оборона была прочной, и ни одна из контратак не увенчалась успехом. Немцы имели большие потери.

В 18.00, преследуя разгромленные части противника, в Гусятин вступили с севера части 61-й гв тбр 4-й танковой армии. К 19.15 части 4-й армии приняли от группы гвардии майора Десяткова участок обороны и захваченные трофеи. Трофеи были следующие: автомашин —10, паровозов – 1, вагонов —102. За время своих действий группа Десяткова уничтожила один немецкий танк, одну бронемашину, один паровоз, 15 автомашин и до 330 немецких солдат и офицеров; потеряла три танка (один подбитым, один засевшим в болоте и один провалившимся под мост), 3 человека убитыми и 7 человек ранеными.

С выходом группы танков 45-й гв. тбр в район Гусятина, части 4-й танковой армии, действующие слева от 1-й танковой армии, начали успешное продвижение и выполнение задачи по окружению и уничтожению Проскуровской группировки противника.

За успешное выполнение приказа по овладению Гусятином 45-я гвардейская танковая бригада получила наименование Гусятинской».

Гвардии полковник Моргунов. «Бои за Черновицы и Сторожинец»

«После шестидесятикилометрового марша танкисты 45-й гвардейской бригады занимали оборону в местечке Заставна, ожидая приказа на дальнейшее наступление. Утомлённые предыдущими боями и только что совершённым длительным маршем, экипажи отдыхали около танков. По два человека от каждого экипажа дежурили непосредственно у оружия на танках. В 2.00 28 марта был получен боевой приказ: во взаимодействии с 64-й гвардейской танковой бригадой, взять Черновицы. Танковая разведка, возглавляемая гвардии старшим лейтенантом Фоменко, немедленно выступила в направлении Черновиц. К рассвету она подошла к Альтмамаешти, находящемуся на левом берегу реки Прут. Противник открыл артиллерийский и автоматный огонь по танкам разведки. Отважные танкисты с хода ринулись на засевших в населённом пункте немцев. Завязался бой. Не выдержав натиска разведки, противник ушёл за реку Прут, оставив один танк T-V подбитым и до 20 трупов автоматчиков.

В 6.00 танкисты гвардии майора Десяткова и гвардии капитана Попова выступили из Заставны и, последовательно заняв Кливодин, районный центр Кицмань, к 9.00 вышли на левый берег Прута в районе Альтмамаешти. Немцы, закрепившись на правом берегу реки, ведя интенсивный обстрел подступов, пытались помешать нашим танкам форсировать реку. Отвечая противнику огнём, танкисты, совместно с сапёрами, повели инженерную разведку, определяя место брода для танков.

В 11.00 10 танков гвардии капитана Попова, форсировав Прут вброд, с десантом автоматчиков повели наступление на Черновицы, взаимодействуя с подразделениями 64-й гв. тбр, наступавшими на город с фронта. Противник прочно закрепился на подступах к городу. Выставив несколько артиллерийских батарей в горах, он вёл сильный огонь по единственной горной дороге, идущей к Черновицам. Танки Попова заняли оборону на восточной окраине Билы. В течение четырёх часов танкисты вели огневой бой с противником. Взять Черновицы в лоб было трудно. Немцы закопали на северо-западной окраине города до 20 танков, несколько артиллерийских батарей и много пехоты. Враг располагал двумя свободными дорогами – на Сторожинец и на Кучурмаре. Необходимо было оседлать эти дороги, тем самым отрезать пути подвоза и отхода немцев из Черновиц.

Рота танков гвардии лейтенанта Карюкина пошла в наступление по обходному маршруту с задачей – овладеть Сторожинцем и удержать его до взятия главными силами Черновиц. Форсировав с боем Прут в районе Глиницы, танки вышли на правый берег реки. Оставив взвод танков гвардии младшего лейтенанта Кривенко на переправе, Карюкин тремя танками продолжал наступление в направлении Сторожинца. Враг оказывал упорное сопротивление наступающим, встречал огнём из всех видов оружия. Последовательно заняв Драчинец, Кабешти, преследуя и уничтожая разрозненные группы отходящего противника, танки в 12.00 подошли к Сторожинцу.

Этот город немцы превратили в прочный узел сопротивления на левом берегу реки Серет. Танки Карюкина были встречены сильным артиллерийским огнём и огнём из вражеских танков. Положение было критическим, исход боя решали минуты.

Карюкин принял смелое решение: подав команду остальным танкам, он на своей машине пошёл в атаку в лоб на танки противника, приняв весь огонь на себя. В это время танк Чугунина незаметно для врага двинулся в обход справа, а танк Кораблёва, оставаясь на месте, поддерживал стрельбой из пушки атаку своих товарищей.

Успех боя решил Чугунин. Зайдя во фланг, он неожиданно вышел на огневые позиции батареи противника. Немецкие артиллеристы, побросав орудия, разбежались. Не останавливаясь, танк гвардейца Чугунина раздавил брошенные немцами орудия и вышел в тыл вражеским танкам. С первого выстрела один немецкий танк загорелся, другой был подбит Карюкиным. Опешившие от неожиданности, танкисты этих двух машин выскочили из люков и убежали. Остальные танки в беспорядке начали отходить. Тогда двинулся в атаку танк Кораблёва. Противник, бросая автомашины, оружие, отступил за реку. Отдельные группы немецких автоматчиков ещё оказывали сопротивление, однако были быстро ликвидированы нашими танкистами-пуле-мётчиками.

К исходу дня танки гвардии лейтенанта Карюкина, очистив полностью от противника Сторожинец, заняли круговую оборону. Пути отхода из Черновиц немцам были отрезаны.

В боях за Сторожинец танкисты Карюкина уничтожили: танков – 3, орудий – 3, автомашин —10, паровозов – 1, вагонов с продовольствием – 5. Противник потерял убитыми до 100 солдат и офицеров; захвачено: автомашин – 70, прицепов к ним с разным имуществом – 30, железнодорожных вагонов – 30, цистерн с горючим – 3, бочек с горючим – 90, винтовок —100, пулемётов —10. Были взяты в плен 30 немцев.

Взятие Сторожинца не могло не повлиять на исход боя за Черновицы. Немцы здесь были охвачены паникой. Оставив две батареи, несколько танков и до батальона пехоты в городе, противник в течение ночи на 29 марта стал отходить в южном направлении, бросая по дорогам автомашины и оружие. Танки Карюкина достойно встречали отступающего врага. Не выдержав огня танков, немцы разбегались по лесам, уже не представляя серьёзной организованной силы.

Наступление 64-й и 45-й гвардейских танковых бригад на Черновицы продолжалось. С утра 29 марта танковый батальон гвардии капитана Попова перешёл в решительную атаку на противника, закрепившегося на северо-западной окраине города. Не выдержав атаки, немцы начали медленно отступать, ведя непрерывный огонь. Танки Попова ворвались на окраину. Бросив четыре танка исправными и несколько подбитыми, немцы побежали. Танки Попова к 10.00 вышли в центр города. Одновременно автоматчики гвардии капитана Парфёнова, совершив в течение ночи марш по лесным дорогам, утром внезапно атаковали противника, засевшего на юго-западной окраине Черновиц. Завязался сильный огневой бой: с обеих сторон трещали пулемёты, строчили автоматы. Но остановить атаки немцы были не в силах. С криком “ура” автоматчики бросились на врага, забрасывая его гранатами. Не спасли немцев ни каменные дома, ни окопы и траншеи. Ведя уличные бои, уничтожая отдельные пулемётные точки и автоматчиков, засевших в домах, бойцы Парфёнова вскоре вышли к танкам Попова.

Преследуя остатки убегающих групп противника, подразделения бригады вышли на южную окраину города и заняли там оборону. Город Черновицы был взят. Гвардии сержант Юсупов быстро влез на здание городской Ратуши и, сбросив ненавистный флаг с паучьей свастикой, укрепил алый стяг. Громкое красноармейское “ура” покатилось по улицам города. Население Черновиц с ликующими лицами вышло встречать своих освободителей.

В 16.00 штаб бригады получил радиограмму от командира корпуса:

“Благодарю личный состав 45-й гвардейской танковой бригады за боевые успехи; наиболее отличившихся товарищей наградите сами и представьте мне. Имейте в виду, что главное сейчас для вас – привести в состояние прочной обороны юго-западную часть города и дороги на Сторожинец, Кучермаре. В Сторожинце иметь заставу и сильную заставу в Глинице. По донесению Бойко, противник отходит в сторону Камена, есть танки.

Гетман, Соколов”.

Танки гвардии младшего лейтенанта Кривенко, занимая оборону на переправе через Прут в районе Глиницы, в течение всех боёв за Черновицы, вели непрерывные схватки с противником. Немцы предпринимали по несколько контратак в день, стремясь захватить переправу. Но все попытки оказались безуспешными. Ожесточённые атаки гитлеровцев разбивались о железную стойкость героев-танкистов. Ведя огонь из боевых машин, ловко маневрируя, танкисты Кривенко подбили и подожгли несколько немецких танков и уничтожили немало живой силы. Переправа всё время прочно оставалась в наших руках.