Текст книги "Император. Прогрессор. Маг (СИ)"

Автор книги: Игорь Дикарёв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

Глава 4 Каварл. Ратные подвиги.

За смерть должно наказывать смертью, за увечие – увечием, за воровство – отрубанием руки, дабы в следующий раз не имел силы украсть, а другим неповадно было

 (п.4.7. катарианского свода законов).

Строительство шло темпами, достойными потомков Первояйца. Пусть форт, что мы строим на берегу Глади, и был лишь деревянным, всё же он вполне мог помочь в обороне переправы. На возведение более капитального сооружения из камня или кирпича у нас не было времени.

Кроме того, воины хоть и прекрасно справляются со строительством, всё же получают жалование примерно раза в три большее, чем рабочие. Я был не вправе попусту растрачивать казну Империи, поэтому велел уложиться в кратчайшие сроки. Воины под моим мудрым руководством сделали всё как должно.

Я придирчиво осмотрел возведённые укрепления, пройдя от одного края до другого, взирая вверх на башни и вниз на небольшой ров, утыканный острыми как когти завра кольями. Пожалуй, годится. Оставлю здесь часть войск для обороны переправы, а с оставшимися воинами завтра двинусь в путь.

Сейчас мы находимся на землях бывшего Гарка, которые предприимчивая Мелисанда на пару с Риксом прибрала к рукам, когда выдалась такая оказия, присоединив таким образом эти земли к моей империи. Теперь же здесь хозяйничали твари роя, то и дело совершая вылазки на наше войско, не давая спокойно отдохнуть или просто заниматься строительством, заставляя постоянно быть начеку. Но это ненадолго. Скоро я наведу здесь порядок.

Несмотря на прекрасно проработанный план наступления, на следующий день выдвинуться в путь не удалось. Помешали всё те же твари роя, устроив самую масштабную атаку за всё время. Отбились мы с небольшими потерями, использовав стены по назначению.

Твари же, напротив, понесли серьёзные потери и начали отступление. Желая причинить противнику максимальный урон, мы отворили ворота крепости, выпустив в бой конницу. Тяжёлые всадники верхом на эйхо наконец получили возможность порезвиться на славу, сражаясь не в пойме реки, а в чистом поле, и вскоре от убегающих противников остались лишь изуродованные туши.

Победа была блестящей, но день оказался потерян. Мы выдвинулись в путь лишь на следующее утро, оставив в крепости пятитысячный отряд, во главе которого я поставил юного орка Джакса.

Кстати, насчёт войска. Я решил разделить его на несколько отрядов, так как не представлял, как на полях и лугах Гарка обнаружить всех тварей роя, двигаясь единым фронтом. К счастью, к моменту выхода из крепости из глубин Империи ко мне пришли лучшие мои командиры: Тит, Джанг и Рикс. Пад в последнее время проявлял настоящие чудеса сообразительности, отлично управлялся с гоблинами, поэтому его я тоже решил сделать полноценным командиром.

На хозяйстве в сердце Империи остались Джереми и Морт. Орчонок Джакс тоже проявлял задатки превосходного полководца, однако был слишком юн, чтобы вести в атаку пятитысячное войско. Именно поэтому я оставил его за главного в крепости. Это хорошее место для получения опыта – достаточно спокойное, чтобы не погибнуть самому и не подвергнуть опасности подчинённых, но в то же время достаточно опасное, чтобы не расслабляться и постоянно быть начеку, решая всевозможные проблемы и набираясь опыта.

На запад отправился Пад с тысячью гоблинов и четырьмя тысячами катарианцев. Там болотистая местность, а гоблины прекрасно чувствуют себя на болотах. На восток отправился Джанг, на юго-восток – капитан Тит, на юго-запад – Рикс, а по центру, на юг отправился я с пятитысячным отрядом, личной гвардией и телохранителями.

В Гарке не было крупных городов, в основном люди здесь жили в бесчисленных деревнях, занимаясь сельским хозяйством, продавая зерно в ненасытный Олод и голодную Эйлонию. Так было до нашествия тварей.

Сейчас мы передвигались по невспаханным полям, несмотря на то что уже был конец весны, и вся земля должна быть засеяна. Вскоре нам встретилась опустевшая деревня, в которой мы не нашли ни единого жителя. Следов тварей мы здесь тоже не обнаружили, так что, возможно, узнав о наступлении врага, жители просто бросили дома, сложенные из соломы с глиной, и сбежали.

Осмотрев деревню, мы двинулись дальше и сразу же столкнулись с небольшим отрядом тварей, насчитывающим три десятка особей. Без особого труда расправившись с ними, мы продолжили путь.

Лишь к вечеру мы вышли к следующей деревне. Эти земли и раньше не отличались избытком населения, а ныне и вовсе казались обезлюдевшими. Зато в деревне было много народа. Даже слишком много. Мы шли по полю, которое на сей раз было засеяно. Навстречу нам выбежал крепкий детина с вилами и в грязной одежде. Он был человеком, лицо его не было обезображено интеллектом. Подбежав к нам ближе, он закричал:

– Ша! А ну брысь отсюды! Чаво шастаете тута, отрепье? Усю рожь потоптали мене! Ослепли, что ли, дороги не видите? Ша я вас хвостатых всех на вилы насажу!

После этих слов детина с вилами наперевес двинулся в мою сторону. Один из наг попытался двинуться ему навстречу, но я его остановил, после чего спешился и успел сделать два шага навстречу убогому, прежде чем он ткнул в мою сторону импровизированным оружием. Я слегка наклонился в сторону, пропустив недотёпу рядом с собой, после чего взмахом хвоста подсёк его. Несостоявшийся воитель завалился на землю, рухнув лицом в кучу, которую совсем недавно навалил чей-то эйхо. Она ещё даже парила. Мои воины дружно заржали.

Тем временем события развивались дальше. Нам навстречу бежали ещё двое крестьян. Это были пожилые мужчина и женщина в простой крестьянской одежде, грязной и с заплатами. Увидев нас, они упали на колени и запричитали наперебой:

– Господин, пощади!

– Не вели казнить!

– Прости убогих!

Тем временем один из моих телохранителей удерживал юродивого на месте обратной стороной копья. Детина трепыхался и размахивал руками, пытаясь подняться на ноги.

– То сыночек наш, господин! Дурной он. Уродился таким! А других детей нам духи не дали!

– Коли казнишь его, господин, нам некому помогать будет в поле, а мы старые и дряхлые уже, сами не управимся!

– Пощади нас, господин!

Вот ведь невежды! Как только улажу вопрос с роем, нужно будет срочно заняться просвещением этих дикарей. Подумать только! Они не знают, как выглядит их император! Позор на мою хладнокровную голову! По-хорошему, следовало бы их убить, освободив от столь жалкого существования, но я решил смилостивиться:

– Забирайте своего тупицу-сыночка и ступайте прочь, но прежде ответьте, почему я вижу в деревне так много народа, и не видели ли вы в округе тварей?

– Господин… – попытался ответить мужчина, но тут же получил подзатыльник от одного из моих гвардейцев и умолк.

Гвардеец произнёс, обратившись к крестьянину:

– Обращаться к своему владыке следует так: ваше императорское величество! Уяснил?

Мужчина быстро-быстро закивал и продолжил:

– Ваше императорское величество, здесь собрались жители из нескольких деревень, что находятся на побережье Глади! Они бежали от драглов, что во множестве теперь снуют вдоль поймы реки. Люди прячутся у нас, так как тут тварей пока никто не видел!

– Ясно, ступайте прочь, смерды! – ответил я.

Один из телохранителей, что всё время разговора удерживал недотёпу на земле, убрал древко копья с его спины, дав подняться. Детина встал на ноги, жадно вздохнул воздух. Всё его лицо и грудь были измазаны в дерьме эйхо.

– Я ничего не вижу! – закричал он, вызвав всеобщий хохот. – Я ослеп! Мать драглов ослепила мои очи!

Мать с отцом подхватили его за руки.Мать, вытирая лицо убогого, сказала:

– Тише, сынок. Ты просто испачкался. Сейчас я вытру тебе глазки, и ты вновь увидишь свет.

Они удалились. Я взобрался на своего скакуна с улыбкой на лице и чувством, что поступил правильно, сохранив жизнь убогому пареньку и его родителям, ведь он не только развеселил нас, но и стал настоящей легендой; мои воины вернутся домой и, выпив вина, станут рассказывать в трактирах историю о ненормальном, которого сам император искупал в дерьме. Хорошая выйдет история.

Лагерь мы разбили прямо возле деревни, так как уже был вечер, а более подходящее место мы вряд ли найдём. Ночью нас вновь побеспокоил небольшой отряд тварей, с которым мы с лёгкостью расправились, на радость местным жителям. У меня возникло ощущение, что рой решил просто изматывать нас, отвлекать и мешать, не давая продвигаться быстро и уверенно. Это меня обрадовало, ведь подобной тактикой, как правило, пользуется более слабый оппонент в борьбе с более сильным.

Твари стремились как можно сильнее задержать нас на пути в Чивуак и к стратегически значимым ущельям, видимо, готовя там какую-то неприятную пакость. Поэтому я лишний раз убедился в том, что разделиться на пять пятитысячных отрядов было хорошей идеей, ведь так мы значительно быстрее прочешем местность, избавив её от тварей роя.

Между соседними отрядами регулярно курсировали гонцы, согласуя действия и докладывая мне о состоянии дел у других отрядов. Пока всё было относительно спокойно – у других отрядов была схожая с нашей обстановка. Небольшие стычки и ничего более.

На следующий день мы добрались до бывшей столицы Гарка. Небольшой городок с узкими мощёными улочками, населённый ремесленниками и торговцами с крупным каменным домом в центре, что некогда служил жилищем королю. Сейчас здесь резвились твари, атакуя мирных горожан. Я подобного допустить не мог, ибо являюсь законным правителем этих мест, а потому велел солдатам готовиться к бою.

Город окружали хлипкие каменные стены, которые не помогли даже, когда сюда явились беглые рабы и преступники из Олода, разграбив город и убив короля. Спустя какое-то время сюда явились Мелисанда с Риксом и войском и добили тех, кто претендовал на трон после смерти короля. Поэтому, когда пришёл рой, город было некому оборонять, а стена оказалась полна брешей, в которые и ворвались твари.

В этот раз я не стал лично вступать в бой. Сражаться на узких улочках города не слишком удобно, сидя верхом на скакуне, а спешиваться я не желал. Не люблю городские бои, ведь многое в них решает случай и удача, а не мастерство. Твари могут выскочить в любой момент, нанеся подлый удар и оставив великую империю без правителя. Этого я допустить никак не мог, ведь ещё не оставил наследника. В случае моей смерти наступит грызня за трон, всем станет не до борьбы с роем. Это недопустимо, поэтому сегодня я решил поберечь себя.

Тварей из города выкуривали несколько десятин. Бой продолжался даже после того, как Светило спряталось за горизонтом. Наконец, поздней ночью в городе не осталось ни одного противника.

Из своих воинов я выбрал одного, наиболее сведущего в делах житейских, и назначил на должность управляющего городом.

Переночевав с комфортом внутри одного из домов, на следующий день мы вновь двинулись в путь, к вечеру дойдя до очередной деревушки, стоящей на побережье небольшой реки. Река некогда служила границей между Гарком и Эйлонией. Через неё тянулся небольшой каменный мост. Гарк был очищен от врага. Мы хотели ступить на эйлонские земли, пройдя до ночёвки хотя бы ещё одну даль, но с севера прибыл гонец, сообщивший, что на подходе караван с провизией. Мы решили дождаться его с этой стороны реки.

Но и на следующий день, пополнив припасы, в путь мы не двинулись – на горизонте появился крупный отряд противника, а гонцы донесли весть о том, что другие мои отряды тоже атакованы. Мы изготовились к бою.

Когда враг приблизился, мои воины стали волноваться, ведь численность противника была велика, их было примерно столько же, как тогда, когда мы штурмовали берег Глади, но тогда нас было тридцать тысяч, а сейчас из-за деления на отряды осталось лишь пять.

Я понимал, что нужно как-то взбодрить бойцов, чей боевой дух сейчас упал ниже, чем чувство собственного достоинства у кворков.

– Воины! Это будет славная битва! Сражаться в бою плечом к плечу с самим императором настоящая честь и радость для воина! Но ещё большая радость ждёт тех, кто выживет сегодня. Вчера вечером прибыл караван и привёз настоящие сокровища из дома – лучшее вино, сыры, копчения! Те, кто убьёт хотя бы одну тварь, да ещё и выживет после этого, получат вечером вина и угощений без меры! Устроим пир!

Речи я произносил в своей жизни и более вдохновляющие, и красивые, как и подобает настоящему правителю, но сегодня не смог на ходу придумать ничего лучше. Работа над сводом законов вытягивает из меня весь ум, делает косноязычным. Но и сказанного оказалось вполне достаточно, чтобы немного взбодрить воинов.

Твари приблизились. Среди них я различил исчадий, бестий, а также других созданий, которых видел на побережье, но ещё не придумал для них названия.

Воины передней шеренги сомкнули щиты, а стоявшие позади лучники начали стрельбу из луков после моей команды. Недруги двигались по узкому мосту и вплавь по реке, которая хоть и была узкой, но зато имела приличную глубину.

– Подходите ближе! Не дайте им выбраться из воды!

В воде арахниды становились прекрасными мишенями, неспособными оказать серьёзное сопротивление. На мосту они представляли уже большую опасность, и я отправил туда самых опытных солдат. Наблюдая бой из седла своего верного эйхо, я увидел, что твари пытаются переправиться через реку ниже по течению, где нет наших воинов. Переправившись там, они могли сгруппироваться и ударить с фланга. Этого нельзя было допускать. Тогда я возглавил конницу, и мы покинули основное войско, чтобы разбить врага, который мог ударить с фланга, если ничего не предпринять.

С разбега мы ворвались в толпу врагов, круша их, словно таран хлипкую стену. Но их поток всё никак не иссякал. Твари наступали и наступали. Тут уже начал беспокоиться я. Как бы не было сильно моё войско, всё же все мы смертны.

И тут мой взгляд зацепился за одного противника, что испуганно оглядывался, стоя на противоположном берегу реки. Арахнид был меньшего размера, чем его собраться, зато обладал огромной головой, крупными, будто блюдца, глазами, а на его затылке торчал крупный уродливый нарост. При этом он был лишён опасных когтей и не спешил переправляться на наш берег.

Не знаю, что именно заставило меня решить, что его нужно уничтожить как можно быстрее, но я выкрикнул:

– Переправляемся на ту сторону! Скорее! Нужно уничтожить того уродца!

Мы расчистили себе путь и погнали своих скакунов в воду реки. Эйхо энергично заработали ногами, выгребая на противоположный берег. Я рубил клевцом направо и налево, не давая тварям в воде ранить мою животину.

Однако, покинув своих телохранителей, я совершил непростительную глупость для императора – подверг себя опасности, за что вскоре и поплатился. Защищая эйхо от покушений на его жизнь, я зазевался и пропустил удар в собственный бок. Я был в доспехах, но исчадие всё же смогло пробить когтями броню и пустить мне кровь. Я тут же прикончил тварь, но её когти по-прежнему крепко сидели в моей плоти и доспехах. Она стала тонуть и увлекла за собой меня. Не удержавшись в седле, я пошёл ко дну, от испуга выпустив из лёгких весь воздух.

Чудом я ухватился за стремя своего эйхо, попытался подтянуться, но отхватил копытом по затылку. В глазах потемнело, а рука моя разжалась. Лишь несколько мгновений спустя я пришёл в себя и смог соображать.

Развернувшись к вцепившейся в меня мёртвой хваткой твари, я схватил её за лапу и попытался вырвать когти из доспеха и раны. Это вызвало новый приступ боли, который заставил меня выпустить из груди те крохи воздуха, что там ещё оставались. Я задыхался и рванул когти изо всех сил, но ничего не вышло. Тогда я одеревеневшими от холода руками стал развязывать шнурки доспеха. Пальцы не слушались, запутываясь в завязках. Наконец с трудом я расправился с завязками, стянул доспех через голову. В глазах было темно. Конечности плохо слушались меня. Судорога заставила вздохнуть, но я ещё был под водой, закашлялся, пытаясь выбраться на берег.

Я сам не понял, как оказался держащимся за береговой тростник с вытянутой над поверхностью воды головой. Закашлялся, исторгая из груди попавшую воду, сплюнул, сделал несколько коротких вдохов.

Полегчало.

Оглядевшись по сторонам, я понял, что течением меня снесло вниз от места боя. Хватаясь за тростник, я выбрался на берег, изрезав острыми листьями руки в кровь. На берегу вновь осмотрелся и увидел, что бой складывается не в нашу пользу.

Странный арахнид стоял в том же месте, что и раньше, и практически не шевелился. Я решил всё же прикончить его, но осмотрев себя, понял, что растерял под водой всё оружие. Мои воины завязли на другом берегу, переправиться им мешали бесчисленные твари.

Не надеясь ни на чью помощь, я стал красться к одинокому арахниду. Подойдя к нему вплотную со спины, я запрыгнул на него верхом, будто на эйхо, схватил за шею и вгрызся в горло.

Уродец заливисто и невыносимо громко завизжал, а у меня в голове будто гремучая змея затрясла своей трещоткой! Вгрызаясь в бронированную пластину шеи, которая, впрочем, была значительно мягче, чем у других тварей, я увидел перед взором странные картинки, услышал шелест листвы, почувствовал странные, невиданные доселе запахи, а потом ощутил нутром приказ, исходящий от твари:

«Оставь меня! Уйди! Слезь! Прочь! Прочь! Прочь! Больно! Погибаю! Уходи! Убить его!»

Было сложно противиться мыслям твари, но я держался и сдавил челюсти так, что даже сломал несколько клыков. Тут уже уродец не выдержал и затих. Тело его обмякло и рухнуло на землю. Наваждение прошло, исчезли посторонние звуки, запахи и картинки. Разжав челюсти и выплюнув куски плоти и крови, я произнёс:

– Я император и не подчиняюсь никому, тварь!

Пошатываясь, я обвёл взглядом округу.

– Это что ещё за чудеса? – произнёс я вслух, не в силах сдержать эмоции.

А удивляться было чему. Из тварей будто стержни вытащили. Они прекратили атаку и просто стояли на ногах, покачиваясь, будто уснув. Тут меня окружили наги, догнав наконец своего правителя. Едва глава телохранителей хотел мне что-то сказать, как я его перебил и потребовал:

– Дайте мне оружие! Не знаю, что с тварями роя приключилось, но боюсь, что долго это не продлится. Нужно скорее их уничтожить.

Дальше началось настоящее избиение младенцев. Была виной тому гибель странного арахнида или ещё что-то, никто не знал. Мы просто воспользовались ситуацией и уничтожали беззащитных врагов. Ничего порочащего нашу честь в подобном избиении я не видел.

Спустя небольшой промежуток времени, когда мы прикончили большую часть гадов, я вдруг почувствовал себя плохо. Закружилась голова, заставив меня упасть на колени. Тут я вспомнил о полученном ранении. Задрав изорванную рубаху, я увидел рану. Она выглядела скверно – под лоскутами кожи виднелось мясо, истекающее кровью.

Помогая встать, меня подхватили под руки телохранители. В этот момент я потерял сознание.

Глава 5 Саян. Великое переселение.

Узнав о том, что я собираюсь покинуть страну, верховный магистр поручил мне одно дело, от которого я не мог отказаться. Я обязан был изучать природу необычных существ, что по слухам появились на юге континента. Решено! Оттуда я и начну свои приключения

(отрывок из дневника, подаренного Саяну Харальдом).

На Халион уплыла Лена с Андреем, Оло, Грюнтом, Гравиусом, Гвеном, Мэнди Ванди Мо, всеми землянами, и более чем тремя тысячами эйлонцев и островитян. Мы умудрились нашпиговать каждый из олодских кораблей целой полутысячей пассажиров. Явный перегруз, но поступи мы иначе – и даже тех, кто сейчас остался на Стоксе, пришлось бы перевозить ещё за несколько рейсов. Однако я планировал, напротив, увеличить число островитян ещё больше, проведя спасательную операцию в Эйлонии, используя для этого оставшиеся корабли.

На Стоксе остался я с женой и дочерью, Марон, полторы тысячи островитян и эйлонцев, а также Шиара с многочисленными братьями и сёстрами, которая без меня плыть отказалась.

Гравиус умчался, одним из первых погрузившись на корабль, как только узнал у геолога из числа землян, как найти нужную руду и уголь. Он буквально горел желанием отстроить новую кузницу на Халионе, а потому больше других спешил отплыть.

Шиара, когда угроза жизни отступила на второй план, внезапно воспылала ко мне безграничной благодарностью за то, что я воссоединил её волосатую кошачью семью, и теперь всюду следовала за мной. И это при том, что вернул ей хвостатых родственников не совсем я, а Каварл с помощью влиятельных знакомых. Я всего лишь познакомил её с катарианцем. Так что боюсь представить, что она сотворит с ним, когда встретит.

После отплытия основного отряда, в нашем распоряжении осталась пиратская галера и захваченные у роя суда, которые мы загрузили небольшим количеством провизии и пресной воды и вскоре двинулись обратно на эйлонский берег – попытаться вызволить выживших разумных из лап неприятеля. Атаки вражеских кораблей мы не боялись – топил я их с завидным мастерством.

Мне очень хотелось остаться на Стоксе, изучить остров, на котором по словам старосты было много интересного, побыть с женой и потискать дочку, которую мы назвали на местный манер – Жарлин. Я хотел с помощью магии подлечить Марона, но не было времени изобретать подходящее заклинание. Нужно было как можно быстрее попытаться вернуться в Эйлонию и спасти как можно больше людей, прежде чем их сожрут или похитят твари.

Плавание к континенту всё же немного затянулось, так как дул сильный встречный ветер, который сносил нас обратно даже при спущенных парусах. В итоге вместо семи дней мы добирались целых полторы местных недели. По пути я практиковался в магии, составлял и испытывал новые заклинания.

Правили мы к эйлонской столице, надеясь найти там значительное количество выживших.

Кроме ветра, ничто в пути нам не мешало. Днём мы работали на вёслах, ночью отдыхали. Второй смены гребцов у нас не было, так как народу взяли по минимуму, оставив больше места для тех, кого пытаемся спасти.

К середине пятнадцатого дня показалось побережье. По форме берега наш навигатор определил, что мы ушли сильно восточнее, чем хотели. Лучше бы он определил это по звёздам, когда мы ещё были в пути, чтобы в итоге мы не сместились никуда вовсе. Но, к сожалению, хороший навигатор уплыл с Леной и её группой, а мы довольствовались тем, что осталось, подъедая крошки с барского стола. Теперь главное, с нашим Сусаниным на обратном пути Стокс найти, а то будем бороздить морские просторы до второго пришествия.

К концу дня мы выгребли к столице. Здесь рядом с берегом уже стояло несколько кораблей. Кораблей тварей.

Пришлось освободить от работы несколько гребцов, знающих, с какой стороны браться за лук. Подготовившись к атаке, мы подплыли ближе. Я уже подумывал о том, какое бы заклинание мне сотворить. Но, оказавшись рядом с причалом, мы поняли, что корабли пусты.

В итоге, не причаливая, мы спустили лодку на воду. Для разведки на берег отправился я сам, захватив с собой Шиару и нескольких бойцов. Бурый тоже не стал отсиживаться в стороне и прыгнул с палубы в воду, подняв такую волну, что она едва не перевернула лодку.

Вскоре мы высадились, припарковав свою шлюпку рядом с рыбацкими. Город на первый взгляд казался вымершим. Даже всепроникающий запах рыбы куда-то улетучился, а вездесущие чайки куда-то запропастились. Это настораживало и даже пугало. Мы шли с оружием в руках, готовые в любой момент отразить атаку тварей.

Вскоре выяснилось, что пустота и тишина царили лишь на причале. Углубившись в город, мы увидели, что здесь царит та ещё суета.

У бывшей эйлонской столицы, как ни странно, не было защитных стен, а потому люди селились здесь, не слишком экономя пространство. Улицы были широкими, а дома не стремились расти ввысь.

Неожиданно прямо перед нами, выбежав из-за одного дома и скрывшись за другим, промелькнуло исчадие. Мы даже сделать ничего не успели. Лишь один боец выругался, помянув драглов и их мать.

Дальше двигались ещё осторожнее, но не пройдя и десятка шагов, увидели, как на нас несётся толстый мужчина, которого преследует исчадие. Шиара выстрелила из лука быстрее, чем я успел сплести заклинание.

Тварь повалилась на булыжную мостовую – стрела очень удачно попала ей прямо в глаз.

– Хороший выстрел, – похвалил я кошку.

– Стараюсь… – спокойно ответила Шиара и замурлыкала, довольная похвалой.

Толстяк не увидел гибели исчадия, а потому нёсся дальше, тряся животом. Пришлось его окликнуть.

– А ну стой! Куда разогнался? Бежать уже не от кого!

Толстяк, сделав ещё несколько шагов, остановился, будто бы к чему-то прислушался, после чего неуверенно развернулся, посмотрел на нас.

– Имя, фамилия, звание, на кого работаешь?

– Господин, я ни на кого не работаю! – удивлённо выпучив глаза, заговорил мужчина. – Меня зовут Эрим Коватус. Я купец, который волей судьбы оказался в этом духами забытом крае, ища новое место для сбыта своих чудесных товаров.

Очень интересно. Не так часто в наше время в эти земли забираются купцы.

– А со старым что случилось?

– Война случилась!

– Здесь, как видишь, тоже не всё спокойно.

Толстяк, чтобы не кричать на всю улицу, пошёл к нам навстречу, а по пути продолжил говорить, тяжело дыша:

– Вижу, но я ведь не знал об этом, когда сюда направлялся! Ой, простите! Где же мои манеры? Я совсем забыл поблагодарить вас и вашу замечательную спутницу за спасение от этого монстра! Я едва не задохнулся, пока от него убегал! Эти чудовища перебили всех моих охранников и разграбили караван, а если бы не вы, то и я бы погиб! Позвольте узнать имена моих спасителей?

– Спасла вас Шиара, а я Саян. Рассыпаться в благодарностях будем позже, а пока подскажите, как вообще обстановка в городе?

– Анархия! Иначе не скажешь. Его разоряют не только твари, но и мародёры. Все будто с ума посходили, а кто-то и вовсе рад приходу чудовищ! Безумцы говорят, что это драглы пришли осуществить свою жатву. Кроме того, ещё и рыбаки перестали выходить в море, охотники охотиться, да и караванов с зерном с севера нет. Если не считать мой, конечно, так что в городе уже начинается голод!

– Ясно, Эрим. У вас есть какие-то связи в городе?

– Связи? Хм… Ну, я недавно познакомился с парой путан…

– Тьфу ты! Кто о чём, а вшивый о бане. Ни об этом я! У вас есть какое-то влияние в городе или может вы знаете того, у кого оно есть? Знаете, кого-нибудь, кто мог бы организовать горожан для побега из города?

– Ах вот вы о чём… Боюсь, что в данных обстоятельствах ничем не могу вам помочь – все мои люди погибли. Ой!

Коватус завизжал будто поросёнок, когда увидел, что к нам приближается ещё один арахнид. Пришлось схватить купца за шкирку, чтобы единственный пока информатор в городе не убежал. Проблема с тварью решилась довольно просто – Шиара дважды ранила исчадие в ноги, а бойцы с клевцами добили раненого противника.

– Плохо, Эрим. Мы пришли сюда на кораблях, чтобы спасти хотя бы часть жителей города, но что-то, кроме тебя, я никого здесь не вижу.

– Так все по домам прячутся, господин Саян, а я не местный, вот и приходится бегать. Никто не спешит впускать меня в свой дом, ведь я слегка пухловат и, видимо, жители опасаются, что я съем все их припасы!

– Ясно, а я думал, что стоит нам приплыть сюда, и беженцы будут сами гроздьями к нам в трюм сыпаться.

Шиара в ответ на это лишь пожала плечами.

Мы предложили толстяку уйти с нами на кораблях на далёкий континент. Он сперва попытался выторговать для себя хоть какие-то привилегии, но поняв, что у него ничего не выйдет, согласился плыть и так. Здесь его ничто не задерживало, а твари пугали настолько, что он готов был завру в пасть броситься, лишь бы поскорее убраться прочь. Ну а торговался за привилегии скорее по привычке.

Несмотря на трудности, мы всё же решили продолжить спасательную операцию, лишь немного сменив тактику. Взяли с кораблей побольше бойцов, разделили их на отряды и прочёсывали город, убивая арахнидов и обшаривая дома в поисках уцелевших жителей, предлагая помощь и спасение на корабле.

Реакция у жителей была разная. Кто-то внимал нашим словам и уходил с нами, спеша убраться из города, в котором орудовали твари, которые, однако, действовали как-то разрозненно и глупо. Кто-то кидался на нас с кулаками и грозил смертью, если мы не уберёмся. Многие сидели тихо и не высовывались из домов, боясь откликнуться на наш зов, считая, что мы мародёры. А вскоре с мародёрами столкнулись мы сами.

Шли мы всё тем же отрядом, состоящим из меня, Шиары и ещё трёх воинов, вооружённых клевцами. Бурый шлялся не пойми где, по своим медвежьим делам. Возможно, он обнаружил заросли малины на окраине города или тварей решил самостоятельно погонять. В любом случае на горизонте его не было, а я его не звал с собой – пусть немного расслабится, а тварей после побоища на побережье я как-то опасаться перестал. Перегорел. Возможно, напрасно.

Другие люди, что приплыли с нами, тоже без дела не сидели. Мы разбились на отряды человек по десять и выискивали в городе выживших, предлагая им пойти с нами.

Мы ломились в двери очередного дома, пытаясь переговорить с хозяевами и спасти их, хотят они того или нет. В этот момент из-за угла вышла толпа из десяти мужчин, одетых кто во что горазд, вооружённых дубинами, инкрустированными каменными шипами. Один из них, ростом метр с кепкой, с кривыми зубами, число которых было раза в два меньше положенной человеку нормы, увидев нас, противным гнусавым голосом проблеял:

– Эй, братва, тут какие-то залётные нашу поляну окучивают!

Другой бандит поддержал:

– Да, походу фраера попутали! Слышь, утырки, мы с этого района кормимся, так что влетели вы на пару серебряков, а то и на десяток! То бишь на золотой!

– Бабло на бочку, а то всех ща порубаем!

Столкнись я с этими криминальными элементами год назад, наверное, вывернул бы карманы и отдал всё, что у меня есть. Или просто убежал бы. Но всё, что происходило со мной в этом мире, закалило меня, сделав сильнее и духовно, и физически.

А ещё я стал магом.

Увидев, что оборванцы окружают нас, я влил в посох немного энергии и ударил по ним сырой чистой силой, даже не используя заклинание. Ударной волной гопников отбросило на несколько метров назад, сбив с ног. Шиара ловко выхватила лук из-за спины, быстро натянула тетиву. Воины подбежали к ближайшим противникам и зашибли двоих из них, не дав опомниться.

Тем временем я начертил в воздухе посохом конструкт треугольной формы, быстро вложил в вершины три руны: вода, охлаждение, ускорение, приложил небольшое волевое усилие. Грозная сосулька, возникшая прямо в воздухе передо мной, отправилась в низкого во всех смыслах противника.

Он к этому времени успел подняться на ноги. Сосулька со страшной силой ударила ему в рот, выбив оставшиеся зубы, сбила с ног и лишила жизни.