Текст книги "На эту и на ту набью тебе тату. Том 2 (СИ)"
Автор книги: Игорь Алмазов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)
– Да вы явно собираетесь мне польстить, – заметила она. – Я и близко не такая красивая.
– Я написал то, что вижу, – ответил я. – Не более.
Она кокетливо улыбнулась, и наконец, надела халат. Потом обернулась к стене гостиной с картинами.
– Раз уж вы такой знаток, – сказала она. – Взгляните на мои картины. Мне их продали за довольно дорогую цену. Хотелось бы услышать мнение специалиста.
Я подошёл к стене и осмотрел полотна. Много времени не понадобилось.
– Вот этот пейзаж недурён, – сказал я, указав на одну работу. – А вот эти два натюрморта просто ужасны. И, простите за прямоту, грубые. Мазок неуверенный, кракелюр поддельный, нанесён нарочно, чтобы состарить.
Лариса Петровна на мгновение застыла, а потом вдруг расхохоталась.
– Так и знала! – воскликнула она сквозь смех. – Чуяло моё сердце, что меня надули. А этот прохвост-галерист божился, что это девятнадцатый век! Ну, погоди у меня… Артём, вы золото. Слушайте, а поедемте со мной как-нибудь, поможете выбрать настоящие? Я в этом ничего не смыслю, а вас, я вижу, не проведёшь.
– Я подумаю, если найду свободное время – с радостью вам помогу, – кивнул я.
– Ловлю на слове, – женщина проводила меня до двери. – Так, когда следующий сеанс?
– Через три дня, – ответил я. – Краска подсохнет, и продолжим. Получается, в воскресенье. Всего доброго, Лариса Петровна.
– До встречи, мой золотой, – пропела она мне вслед.
Я вышел на улицу. Любопытная дама. Одинокая, избалованная, но не глупая и не злая. Главное держать дистанцию, и всё будет в порядке.
* * *
В мастерскую я приехал к двум часам дня. И почти сразу в дверь постучали.
– Открыто, – сказал я.
Дверь отворилась, и на пороге возникли те самые двое мужчин в строгих, дорогих костюмах.
– Артём Сергеевич, – ровно произнёс старший. – И снова здравствуйте. Мы не отнимем у вас много времени.
– Слушаю вас, – кивнул я.
– Аристарх Павлович хотел бы пригласить вас сегодня на обед, – сказал один из мужчин. – К семи часам вечера. Он человек занятой, но к вам у него интерес особый. Он снова хочет обсудить вопросы вашего монокля.
Я медленно оглядел обоих. Доставать монокль при них я не хотел, но и без него многое читалось по лицам. Лжи я не чувствовал. Приглашение было настоящим, но осторожность ещё никому не вредила.
– Я приеду, – после паузы сказал я. – Но на своих условиях. Приеду я сам, на такси. И на ночь не останусь, к одиннадцати буду уже дома. Если это не подходит вашему хозяину, я не приеду вовсе.
Двое переглянулись. Похоже, такой прямоты они не ждали. Едва заметно кивнули друг другу.
– Условия разумные, – сказал один из них. – Аристарх Павлович будет вас ждать. Вот адрес. Хорошего дня, Артём Сергеевич.
Он передал мне небольшую визитку с адресом, и они ушли.
Аристарх Павлович, значит. Коллекционер, как мне дали понять ещё в прошлый раз. Который почему-то сильно заинтересован моим моноклем.
Разумнее всего было бы отказаться. Но любопытство пересилило. При дворе я выжил тридцать лет именно потому, что не бегал от загадок, а шёл им навстречу, с открытыми глазами и холодной головой. К тому же монокль я возьму с собой. С ним меня врасплох не застанут.
Так что познакомлюсь с этим коллекционером.
* * *
В течение дня у меня было два клиента, которые я выполнил простые татуировки без начертания и свойства. К семи вечера вызвал такси, с трудом разобравшись, как это делать, и поехал по адресу. Монокль взял с собой.
Дом Аристарха оказался настоящей усадьбой. Огромный дом в три этажа, с колоннами у парадного входа, с широкой лестницей. Вокруг раскинулся парк, со старыми деревьями, подстриженными дорожками, и даже, кажется, прудом вдалеке. Дом Ларисы Петровны теперь казался очень скромным жилищем.
Меня словно отбросило на много лет назад. Так выглядели дома аристократов в моём прежнем мире. Только мелкие детали выдавали другой мир. Камеры наблюдения на столбах, фонари, машины и механизмы. Но сам дом…
Ворота бесшумно отворились. У парадного входа меня уже ждал человек в строгом чёрном костюме, видимо дворецкий.
– Артём Сергеевич, – с лёгким поклоном произнёс он. – Вас ждут. Прошу за мной.
Я вошёл следом. И в тот же миг почувствовал какое-то странное ощущение.
Монокль во внутреннем кармане резко потеплел.
Я замедлил шаг. Монокль лежал в кармане, но я ясно ощущал исходящее от него тепло.
Пока я шёл за дворецким, ненадолго надел монокль на себя.
«Обнаружен другой артефакт в непосредственной близости».
Быстро убрал монокль назад. Другой артефакт. Значит, мой монокль не единственный в этом мире? И другой артефакт здесь, совсем рядом, в этом самом доме.
Дворецкий тем временем провёл меня в гостиную.
– Прошу, – сказал он. – Аристарх Павлович сейчас выйдет.
Я зашёл и огляделся. Гостиная была обставлена роскошна, куда роскошнее чем у Ларисы Петровны. На стенах тоже висели картины, и в этот раз это были прекрасные работы.
Монокль у груди продолжал быть тёплым. Артефакт был близко.
И вот, в гостиную вошёл седой высокий человек с прямой спиной и острым, пронзительным взглядом. Он был одет в классический костюм, безупречно сидевший на нём.
Я смотрел на него и не мог поверить. Я бы узнал это взгляд из тысячи.
Это был Верещагин.
Этого просто не может быть.
Глава 9
Ты крыса?
В гостиную вошёл Верещагин. Лицо, осанка, этот взгляд, пробирающий насквозь, всё было его. Моего учителя из другого мира, другой жизни.
Должно быть, смотрел я на него даже слишком удивлённо, потому что он приподнял брови.
– Вы так смотрите на меня, молодой человек, будто увидели призрака, – произнёс он. Голос был ниже, чем у моего учителя. – Прошу, садитесь.
Я взял себя в руки. Нет, это не Верещагин. Похож, поразительно похож, но черты грубее, голос иной, и в движениях нет той порывистости, что была у моего наставника. Передо мной сидел совсем другой человек. Просто чужое лицо, которое ну очень сильно напоминало мне моего учителя.
– Прошу прощения, – я опустился в кресло напротив. – Вы напомнили мне одного человека. Очень давнего знакомого.
– Вот как, – Аристарх усмехнулся, и в этой усмешке снова мелькнуло что-то знакомое. – Что ж, так бывает. Меня зовут Верещагин Аристарх Павлович.
Да этот мир, стало быть, решил показать мне все свои причуды. Это просто немыслимо!
– Верещагин? – переспросил я.
– Как известного художника, – усмехнулся Аристарх. – Согласно моей родословной, Василий Васильевич Верещагин был моим давним родственником.
Так в этом мире тоже жил свой Верещагин. Интересно. А Игорь Ларин, случаем, не жил? Хорошо бы это проверить на досуге.
– Однако я пригласил вас не для разговоров о моей семье, – строго отчеканил Аристарх. – Идёмте, Артём Сергеевич. Я хочу показать вам кое-что. В кабинете нам будет удобнее.
Я последовал за ним. Монокль у груди не остывал ни на миг. Чем дальше мы шли, тем явственнее становилось тепло. Артефакт был где-то совсем рядом, и мы шли прямо к нему.
Я и человек, странно похожий на моего учителя.
* * *
Кабинет оказался под стать всему дому. Стеллажи из тёмного дерева до самого потолка, тяжёлый стол, кожаные кресла. И повсюду вещи. Старинные часы, табакерки, статуэтки. Кабинет коллекционера, сразу видно.
Аристарх подошёл к столу, выдвинул небольшой ящик и достал оттуда плоский футляр.
– Я ведь давний коллекционер, – сказал он. – Всю жизнь собираю редкие предметы, которые представляют ценность. И за долгие годы научился отличать вещь обыкновенную от вещи… особенной. Вот, взгляните.
В плоском футляре на подушечке из бархата лежала потемневшая серебряная брошь. Сделана она была в виде вертикального глаза, а зрачок был сделан из опала чёрного цвета.
По краям этой броши я заметил символы. Точно такие же, которые были и на моём монокле. Интересно.
– Красивая вещь, – осторожно сказал я.
– Красивая, – согласился Аристарх. – Но не в красоте дело. Эта брошь досталась мне от деда, а ему от его деда. Семейная реликвия, понимаете ли. Я иногда беру её с собой на важные встречи. И я заметил, что мне с ней везёт. Дед верил, что в этой броши заключена сила. Я не верю в магию, но брошь эту всё равно часто беру с собой на важные встречи.
Я смотрел на брошь, а монокль в кармане стал почти горячим. Это ещё один артефакт.
Мне нужно было увидеть. Я не мог упустить такой случай.
– Позволите рассмотреть поближе? – спросил я, делая шаг к столу. – Обещаю, я ничего не сделаю с ней.
– Можете посмотреть, – Аристарх кивнул.
Я склонился над футляром, чуть развернувшись в пол оборота. И в этот короткий миг, пока Аристарх не видел половины моего тела, я выхватил из кармана монокль и надел его на себя.
Мир преобразился.
Брошь вспыхнула тем особым свечением, каким обычно светились линии при начертании. И по краю зрения развернулся пергамент.
«Артефакт: „Глаз Дракона“. Свойство: владелец видит слабейшее звено в любой системе, будь то человек, предмет или защита. Чувствует, где надавить, чтобы система пала. Действует постоянно, вне воли владельца. Текущий носитель не осознаёт природы артефакта».
Я внимательно прочитал текст. Вот, стало быть, в чём «удача» Аристарха. Он, сам того не ведая, всю жизнь носил при себе вещь, что указывала ему чужие слабости. Каждый его собеседник был перед ним открыт, как книга на нужной странице. Неудивительно, что он собрал такое богатство. С этакой вещью трудно проиграть.
Я опустил руку, незаметно пряча монокль обратно. Аристарх ничего не заметил.
– Удивительная работа, – спокойно сказал я. – Старое серебро, и опал редкого цвета. Ваш дед был прав, вещь и впрямь необычная.
С этой брошью я разделался бы с Дороховым в два счёта. Все его козни, все попытки извести меня рассыпались бы в труху. Но артефакт был не мой. И, судя по всему, расставаться с ним хозяин не собирался.
– Я рад, что вы оценили, – Аристарх обернулся, и взгляд его стал цепким. – Вы, я вижу, человек тонкий. Понимаете толк в особенных вещах. Оттого и перейду к делу без лишних расшаркиваний.
Он закрыл футляр и убрал его обратно в ящик.
– Артём Сергеевич, – сказал он. – Я знаю, что у вас есть монокль. Старинный, в серебряной оправе. И я знаю, что вещь эта… из того же ряда, что и моя брошь. Один знакомый упоминал при мне странные символы на вашем монокле, и такие же есть на моей броши. И я хочу её купить.
Предсказуемо. За этим он, собственно, меня и позвал.
– Я дам вам семьсот тысяч, – спокойно произнёс Аристарх. – Сумма, согласитесь, изрядная за кусок стекла в оправе. Для скромного тату-мастера деньги немалые. Вы сможете обустроить мастерскую, ни в чём себе не отказывать. Подумайте.
Семьсот тысяч. Для Артёма, у которого ещё недавно за душой не было ни гроша и одни лишь долги, это было целое состояние. Иной на моём месте схватился бы за такие деньги обеими руками.
Но я был не иным.
– Благодарю за щедрое предложение, Аристарх Павлович, – ответил я. – Но эта вещь для меня не товар. Я не продам монокль ни за семьсот тысяч, ни за семь миллионов. Простите.
Аристарх молчал. Я ждал, что он начнёт торговаться, давить, как сделал бы на его месте любой. С его-то брошью он наверняка уже видел, где у меня слабина. Хотя… у меня не было слабины. Я твёрдо был уверен в своих словах.
Он медленно кивнул.
– Что ж, – произнёс он. – Я уважаю людей, которые знают цену своим вещам. И не путают её с ценой в деньгах. Поэтому пока что настаивать не буду.
Он улыбнулся той самой улыбкой Верещагина. Я обратил внимание на его «пока». Он не просто так показал мне свой кабинет, свою коллекцию. Он хочет пополнить её моим моноклем.
– Но раз уж вы здесь, – добавил он. – Не откажете в ужине? Дурно отпускать гостя голодным.
Отказаться значило бы проявить грубость. Да и торопиться мне было некуда.
– С удовольствием, – ответил я.
* * *
Ужин был подан в столовой. Совсем как в моей прошлой жизни, только за столом были лишь мы двое. И прислуга, которая сменяла одно блюдо другим. А я уже и отвык от всех этих обычаев.
Аристарх оказался занятным собеседником. Говорил об искусстве, о старинных мастерах, о том, как нынче трудно отличить подлинник от подделки. Я отвечал сдержанно, но со знанием дела, и видел, что это его всё больше занимает.
Пару раз он аккуратно возвращался к разговору о монокле. Прощупывал меня, заходил то с одной стороны, то с другой. Я хорошо знал эту игру. При дворе так выпытывали тайны, под видом обычной светской беседы за бокалом вина. И хотя здесь я пил воду, схема была та же. Я улыбался в ответ и не говорил ни слова лишнего.
В одиннадцать вечера я поднялся из-за стола.
– Мне пора, Аристарх Павлович, – сказал я. – Благодарю за гостеприимство. Ужин был великолепен.
– Рад был знакомству, Артём Сергеевич, – он проводил меня до самых дверей. – Вы любопытный человек. Подумайте всё же над моим предложением. Я умею ждать. И не привык отступать от того, что задумал.
В последних словах, сказанных мягко, я расслышал сталь. Это была не угроза, нет. Но и не пустая любезность. Человек давал понять, что так просто не отстанет.
– Доброй ночи, – ответил я и вышел на улицу.
Покинул территорию усадьбы и вызвал себе такси.
* * *
Всю дорогу до дома я думал.
Монокль лежал в кармане, и теперь, вдали от усадьбы, он снова остыл. Но я уже знал то, чего не знал ещё утром. Мой монокль не один. Есть и другие вещи, такие же, как он. «Глаз Дракона» откликнулся на мой артефакт. И это было не просто так.
Словно они были осколками одного целого. Кто-то когда-то рассыпал нечто единое, и осколки разлетелись по миру. Мой монокль показывает суть вещей и людей. Брошь Аристарха указывает слабину. А какие ещё есть артефакты?
Мне нужен был тот артефакт. Вот только как заполучить вещь, с которой хозяин расставаться не намерен, я пока не представлял.
Выкупить у него её точно не получится, большими деньгами я не располагал.
Ничего. Я умел ждать не хуже Аристарха.
* * *
Утро пятницы выдалось серым. Я приехал в мастерскую, подготовил всё к новому рабочему дню. Пока ждал клиента, решил позвонить своему учителю, Владу.
Вопрос был один – Лёха. Могу ли я взяться его учить, взять к себе на работу?
Я набрал номер Влада. Мой наставник, точнее учитель Артёма, ответил почти сразу.
– Алло, Артём, – раздался в трубке его голос. – Случилось чего?
– Доброе утро, – сказал я. – Я хотел бы спросить у вас совета. Ко мне просится ученик. Толковый парень, который хочет стать тату-мастером. Я могу обучить его и устроить к себе на работу?
– О, тут всё непросто, – Влад хмыкнул. – Нет, Артём, нанять работника как самозанятый ты не имеешь права. Самозанятый сам себе и хозяин, и работник, наёмных держать не может. Да и обучать ты не можешь, нет у тебя нужного образования.
– Жаль, – сказал я. – Парень хороший, а помочь ему, выходит, не смогу.
– Погоди ты жалеть, – перебил меня Влад. – Выход всегда есть. Сделаем вот как. Я возьму твоего парня на обучение к себе, официально, на платной основе. Всё-таки я-то могу обучать других мастеров. А ты просто выделишь ему место в своей мастерской для практики. Формально он мой ученик, ходит ко мне на обучение, а у тебя лишь набивает руку. Помещение ты ему предоставляешь, и только. Это законно, комар носа не подточит. Я тоже буду его обучать. А потом уже просто бери его к себе в студию, но неофициально. Пусть работает, а ты за ним присмотришь. Так и гляди, со временем расширишься до ИП, и оформишь его в свою команду.
Звучало довольно складно, но надо было подумать.
– Благодарю, Влад, – искренне сказал я. – Дельный совет. Я подумаю и дам знать.
– Думай, – согласился он. – Только парня не упусти, коли хорош. Хорошие руки на дороге не валяются.
Мы попрощались. Предложение было разумным, но спешить я не любил. Надо всё обмозговать, прикинуть, устраивает ли меня такой вариант. Пока что с решением я решил подождать.
* * *
В одиннадцать утра ко мне пришла клиентка. Это была неприметная девушка лет тридцати, с умным взглядом. Держалась она довольно уверенно.
– Здравствуйте, – сказала она. – Меня Алиса зовут. Я к вам по записи.
– Артём, – представился я. – Прошу, проходите, присаживайтесь. Что бы вы хотели?
Она села и, помедлив, заговорила.
– Знаете, я долго думала, прежде чем решиться, – начала Алиса. – Это не просто картинка для меня. Это… напоминание. Можно так сказать, наверное. Моя семья всегда жила очень бедно. Я ходила в старой одежде, да и сама красотой не отличалась никогда. И поэтому друзей у меня не было. Дети жестоки, и меня постоянно обижали и дразнили. Чаще всего как раз называли крысой. За внешнее сходство, или из-за созвучности с именем, я не знаю.
Она говорила спокойно, но я видел, что слова эти даются ей нелегко.
– А потом я выросла, – продолжила она. – Выучилась. Сама, без всякой помощи. Открыла своё дело в сфере айти. Теперь у меня своя компания, которая приносит стабильный доход. И я могу содержать всю свою семью, причём они живут небедно. И знаете, что я поняла? Что крыса – это не оскорбление. Крысы выживают там, где гибнут все. Они умные, хитрые, упрямые. Их травят, а они живут. Я хочу носить этот знак на себе. Как напоминание, что меня не сломать.
Опора из внутренней боли, интересная история.
– Понимаю вас, – сказал я. – Значит, крысу?
– Да, но мне нужно что-то неброское, – ответила она. – На запястье, с внутренней стороны. Не гигантскую крысу, а небольшое напоминание для себя лично.
Я взял лист бумаги и принялся набрасывать рисунок. Линия за линией. Слишком кричащий рисунок здесь был бы неуместен, я это чувствовал. Нужна была сдержанность.
– Взгляните, – я показал ей эскиз. – Вот тут, на внутренней стороне правого запястья, четыре маленьких отпечатка лапок и маленький хвост. Всю работу сделаем тонкой линией, лайнворком. Со стороны почти не видно будет, но вы будете видеть.
Алиса внимательно посмотрела на рисунок.
– Отлично, – сказала она. – Так, как мне и хотелось. Вы хорошо уловили суть.
– Тогда приступим, – кивнул я.
Я подготовил инструмент, обработал кожу Алисы, перевёл эскиз. Затем надел монокль.
«Начертание активно».
«Намерение считано: принять свои раны и обратить их в силу».
Я взялся за машинку.
Работал я сосредоточенно. Лайнворк требует твёрдой руки, тут одна дрогнувшая линия способна загубить всё.
«Рекомендовано выпрямить спину».
Моя система очень заботлива. Когда я закончил, передо мной развернулся пергамент.
«Начертание завершено».
«Оценка: Отлично».
«Анализ работы: Линии чистые, лёгкие, без лишних штрихов. Эмоциональная точность исключительно высокая: намерение раскрыто полностью. Итог: зачтено».
«Татуировке присвоено свойство „Внутренняя сталь“. Носительница будет сохранять хладнокровие, и видеть выход даже из сложных ситуаций. Эффект постоянный. Носитель не осведомлён».
«Прогресс к следующему рангу: 10 из 20».
Десять из двадцати. Хорошо.
Я снял монокль и убрал в карман.
– Готово, – сказал я.
Алиса поднесла запястье к глазам, рассмотрела татуировку.
– Спасибо, – сказала она. – Это именно то, что нужно. Теперь, если станет тяжело, я буду на неё смотреть и вспоминать, что справлялась раньше. И значит справлюсь и сейчас.
– Не сомневаюсь, – ответил я.
Я обработал татуировку, и Алиса ушла, заплатив чуть больше оговоренной суммы. «Внутренняя сталь». Хорошее свойство. И досталось оно той, кто его заслужил.
Снова надел монокль.
«Внимание. Пройдена половина пути до присвоения следующего ранга „Мастер начертания“. Теперь в прогресс будут засчитаны только работы, получившие оценку „отлично“».
А я думал, система вновь наградит каким-то свойством. Но нет, иногда она наоборот, усложняла мне задачу. Впрочем, это вот как раз было не сильно сложным, работы у меня почти все были выполнены на отлично.
* * *
Я прибирался в мастерской, когда дверь распахнулась и вошёл Марат.
– Артём, – с порога начал он. – Разговор есть. Важный.
Ко мне с другими разговорами в мастерскую уже давно не заходили.
– Заходи, садись, – я кивнул на стул. – Что стряслось?
Он тяжело опустился.
– Узнал я тут кое-что, – сказал он, понизив голос. – Про Дорохова. И решил поделиться. Я же говорю, я теперь на твоей стороне! Так что буду тебе помогать.
– Говори, – кивнул я.
– Так вот, – Марат подался вперёд. – Дорохов клиентов твоих перекупать удумал. Сидит в твоём сообществе, в интернете, отслеживает, кто к тебе добавился, кто похвалил работу, написал комментарий. И пишет им потом в личные сообщения. Мол, приходите ко мне, у меня и дешевле, и быстрее, и скидку дам. Сманивает, стало быть. Я случайно прознал, через знакомых.
Я слушал внимательно. Пока Марат говорил, надел монокль и посмотрел на него. Он не лжёт. Действительно решил выложить всё как на духу, больше никакого двойного подтекста.
– Спасибо, Марат, – сказал я. – Ты меня выручил. Что ж, ты доказал свою верность делом, не словом. Такое я ценю превыше всего. Добро пожаловать в команду. Отныне мы заодно.
Марат расплылся в улыбке.
– Да я что, я завсегда, – пробормотал он. – Этот Дорохов сам нарывается…
– Но если ещё хоть что-то против меня удумаешь – другого шанса не будет, – строго добавил я. – Услышал меня?
Он кивнул.
Я взял телефон и набрал Михаила. Он взял после второго гудка.
– Михаил, добрый день, – сказал я. – Есть новости. Дорохов снова решил сделать шаг. Принялся перекупать моих клиентов через сообщество. Отслеживает их и переманивает к себе.
– Так, – сказал Михаил. – Это даже хорошо.
– Хорошо? – переспросил я.
– Хорошо, Артём, – подтвердил он. – Чем больше он суетится, тем глубже себя закапывает. Это уже на недобросовестную конкуренцию тянет. Соберём, задокументируем, приобщим к делу. Ты главное пока ничего не предпринимай, скоро я составлю дело, и прижмём его по всем параметрам. Суд будет на нашей стороне.
– Понял, – сказал я. – Спасибо!
Мы попрощались, и я отложил телефон.
– Ну, что юрист сказал? – нетерпеливо спросил Марат.
– Сказал, что Дорохов сам себе яму роет, – ответил я. – А мы пока поглядим со стороны. И поможем ему рыть, не мешая.
– Хорошие новости, – довольно улыбнулся тот. – Уж он за всё ответит!
Марат ушёл, и я снова остался один.
* * *
Клиентов на сегодня больше не было. Я решил потренироваться на латексе, и достал монокль.
Как обычно протёр его, и надел. И тут на пергаменте появилась новая надпись.
«Обнаружена устойчивая связь со вторым артефактом: 'Глаз Дракона».
Активирован скрытый квест: «Объединение».
Награда: неизвестна.
Вероятность усиления свойств при объединении артефактов: высокая.
Рекомендуется удерживать артефакты в непосредственной близости друг от друга'.
Я медленно опустил руку с моноклем.
Вот, значит, как. Система сама подтвердила то, о чём я лишь догадывался. Мой монокль и брошь Аристарха не просто похожи между собой. Их можно соединить. И тогда оба станут сильнее. Насколько сильнее, оставалось только гадать, но «высокая вероятность» говорила сама за себя.
Скрытый квест. Значит, мне точно нужно получить «Глаз Дракона».
Осталось придумать как.
– А временные ограничения есть? – уточнил я.
«Время на выполнение квеста: 13 дней».
А времени не так уж и много…
