На эту и на ту набью тебе тату. Том 2 (СИ)

Текст добавлен: 13 августа 2026, 18:30

Текст книги "На эту и на ту набью тебе тату. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Игорь Алмазов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Назад к карточке книги

– А ты татуировки так бьёшь? – спросила она.

– Ну да, – кивнул я. – Мне так удобнее. А что?

– Ничего, – она снова подняла телефон. – Знаешь, это будет твоя фишка! Думаю ты один такой тату-мастер в мире!

Это точно, я такой один во многих смыслах.

– А ещё очень симпатичный тату-мастер, – смущённо добавила Вика.

– Благодарю, – улыбнулся я.

Сегодня ко мне была записана пара на парную татуировку. Но в назначенное время в мастерскую пришла одна девушка, и явно не в лучшем расположении духа.

– Здравствуйте, – сказала она. – Я Юля. Я записывалась к вам на татуировку.

– Артём, – ответил я. – Проходите, Юля. Это Вика, она будет снимать процесс татуировки для рекламы, если вы не против. Лица крупным планом не будет, только сама работа.

– Не против, – пожала плечами девушка и села на стул.

Я сел напротив неё.

– Я ненадолго пока к Марату схожу, вернусь когда вы начнёте, – сказала Вика и вышла за дверь.

Это было правильно. Потому что истории, рассказанные мне, зачастую были довольно личного характера.

– Вы записывались на парную татуировку, – проговорил я. – Ваш молодой человек подойдёт позже?

– Мой молодой человек вообще не подойдёт, – выдохнула Юля. – Я встречалась с этим придурком четыре года. И мы готовились к свадьбе. Записались к вам на парную татуировку, его идея была кстати. Символично мол перед свадьбой сделать что-то общее.

Она помолчала.

– А пару дней назад я застала его с моей лучшей подругой, – проговорила она. – Банально до жути, но это так. С моей подружкой невесты. Вот так вот, в один день, всё и рухнуло.

Предательство во все времена ранит одинаково больно, что в моём мире, что в этом.

– Свадьбу я отменила, – закончила Юля. – Там со многим ещё разобраться надо конечно, но никакой свадьбы точно не будет. И отношения порвала, со всеми разом. А вот на татуировку всё равно пришла. Подумала, что раз уж записана, то сделаю себе личную.

Она подняла на меня глаза, и в них была решимость.

– Не хочу про них помнить, – сказала она. – Хочу что-то, что означает новое начало. Понимаете?

– Понимаю, – ответил я. – Дайте подумать.

Я взял карандаш и лист, и задумался. История неприятная, но девушка довольно сильная, и я думаю, она справится. В ней уже есть этот росток новой жизни.

Я нарисовал сломанную стрелу. Ту самую, что летела когда-то к своей цели, и переломилась на полпути. Я нарисовал её в строгой манере, с чёткими резкими линиями. Но из её излома я нарисовал живую ветку. И на ней распускались пионы. Символ новой жизни, на месте старого разочарования.

Стрелу можно сделать в лайнворке, а вот пионы я хотел сделать в акварельном стиле. Работа будет цветной.

– Вот, – я показал Юле эскиз. – Стрела – это прежние ваши планы, что летели к цели и оборвались. А из надлома прорастает новая жизнь.

Юля улыбнулась.

– Ух ты, – только и сказала она. – Это прям… сильно. Давайте делать.

– И вот ещё что, – добавил я. – Стрелу я сделаю чёрной, строгой. А цветы хочу сделать в акварельном стиле, цветными. Согласны?

– Согласна, – кивнула она. – Так даже лучше.

Моя цветная татуировка. До сих пор я работал почти всё больше с чёрным пигментом, а цветом очень мало. Хотя уроки смотрел, и на латексе тренировался. Так что приступим.

Юля выбрала левое предплечье, я перевёл туда эскиз. Как раз в этот момент вернулась Вика и приготовилась снимать процесс.

«Начертание активно».

Первой я начал стрелу. Тут всё проще, как я уже много раз делал. Затем перешёл к пионам.

«Начат участок цветной работы. Внимание: при работе с цветным пигментом плотность набивки иная, нежели у чёрного».

Так, это уже интересно. Подсказки системы тут будут очень кстати.

«Цвет вбивается мягче и в несколько разбавленных проходов. Не перенасыщайте, давайте пигменту лечь полупрозрачным слоем. Для акварельного эффекта растягивайте цвет к краям лепестка, оставляя его прозрачным на просвет. Не забывайте, что при заживлении цветопередача будет другая».

Я принялся за дело. Всё, как и изучал заранее, медленно разбавляя цвета. Красивая работа. Чёрная строгая стрела, а из неё проступают живые цветы. Контраст вышел именно такой, как я хотел.

«Цветовой переход выполнен корректно. Растяжка от насыщенного к прозрачному выдержана».

Юля сидела смирно. А Вика всё это время тихо снимала, но ничем нам не мешала.

Работа заняла около трёх часов. Наконец я отложил машинку, протёр готовую татуировку и откинулся на спинку стула. Получилось.

«Начертание завершено. Намерение считано: отказ от прошлого, преодоление предательства, готовность начать жизнь заново».

«Татуировке присвоено два свойства».

«Свойство „Прощение“. Носитель легче отпускает обиду, перестаёт мысленно возвращаться к причинённому злу, освобождается от груза прошлого».

«Свойство „Доверие к себе“. Носитель восстанавливает веру в собственные силы, учится полагаться на себя, не страшится новых привязанностей и начинаний».

«Освоен новый навык: работа с цветным пигментом. Базовый уровень».

«Оценка: Отлично».

«Прогресс к следующему рангу: 14 из 20».

Я снял монокль. Снова отлично, значит, прогресс продолжается.

– Готово, Юля, – сказал я. – Взгляните.

Девушка поднялась, подошла к зеркалу и долго смотрела на свежую татуировку. Потом повернулась ко мне.

– Спасибо, – сказала она. – Я ни разу не пожалела, что пришла.

Я обработал татуировку, обернул плёнкой и объяснил, как ухаживать. Юля расплатилась, потом её ненадолго задержала Вика, делая фотографии работы. А затем девушка ушла.

– Татуировка просто невероятная, – заявила Вика. – Отличное начало для твоего сообщества!

– Рад, что понравилось, – ответил я.

– Так, – добавила та. – С тебя на сегодня хватит материала, целую гору наснимала. Теперь к Марату побегу. Он как раз сказал, что у него клиент сейчас записан. Надо снять, пока он есть. А то у него сейчас с этим негусто.

– Беги, – улыбнулся я. – И спасибо тебе. Правда.

– Да брось, – махнула она рукой. – Мне самой в радость. До скорого, Артём!

И упорхнула так же стремительно, как и появилась. А я остался в опустевшей мастерской.

Клиентов на сегодня больше не было, но без дела сидеть я не привык. Меня ждала работа куда более приятная, чем подсчёт долгов. Эскиз для Александра. Тату-рукав на космическую тему.

Я разложил перед собой чистые листы, заточил карандаши и сел работать. Космос. Вдохновения к этой теме у меня было много, так что начал творить.

Туманности, чёрные дыры, скопления звёзд… И в этот момент мне позвонил неизвестный номер.

– Слушаю, – ответил я.

– Артём Краснов? – спросил строгий голос. – Ваш отец попал в больницу.

Немыслимо…

Глава 15
Делай деньги, а остальное все дребедень

Это была и в самом деле неожиданная новость. Такого под завершение этого дня я точно не ожидал. И ведь это был даже не мой отец, а отец Артёма. Но с некоторых пор у нас начали выстраиваться отношения, лёд между нами начал оттаивать… И тут такое.

– Что с ним? – спросил я. – В какой именно он больнице?

– В городской клинической номер девять, – сухо ответил голос. – Его забрали с работы. Привезите ему личные вещи и документы.

И трубку положили. Так, ну хоть какую-то информацию сказали. Подозреваю, что звонили с работы отца.

Я сразу же начал перезванивать матери, но она меня опередила. Ей тоже уже кто-то сообщил, возможно сотрудники скорой помощи.

– Артёмушка, – голос её дрожал, и она была явно напугана. – Сынок, беда у нас. Отцу плохо стало, прямо на работе. Я точно не знаю, что с ним. Его скорая в больницу забрала.

– Я знаю, мама, мне уже позвонили, – ответил я. – Встречаемся там.

Положил трубку и начал поспешно собираться. Перед уходом заглянул в соседний кабинет, сказал Вике, что надо отъехать по делам, и увидимся уже завтра.

Вызвал такси и поспешил в эту самую девятую больницу. Мы с матерью подъехали почти одновременно, сразу же подошли к стойке регистратуры.

– Можно как-то узнать, что с Красновым Сергеем Петровичем? – торопливо спросила мать. – Его к вам скорая привезла.

Женщина за стойкой неторопливо застучала по клавиатуре, сверяясь с экраном.

– Краснов, говорите? – переспросила она. – Сергей Петрович? Так, минуточку…

Мать нервно вцепилась в мой локоть, я успокаивающе положил руку ей на плечо. Рано паниковать.

– Поступил час назад по скорой, – проговорила, наконец, женщина. – Сейчас он находится в приёмном покое, его осматривают. Присаживайтесь пока, ожидайте. Как определят в отделение, вас к нему пустят.

– А что с ним? – не выдержала мать. – Можно к нему сейчас?

– Сейчас нельзя, – покачала головой женщина. – Идёт осмотр. Ожидайте, вам всё скажут.

Что ж таковы правила, так что делать нечего. Мы отошли к ряду скамеек возле стены и сели. Мать нервничала, я принёс ей воды. Ожидание всегда угнетает, но больше тут было ничего не сделать.

– Он ведь жаловался, – сказала мать. – На сердце жаловался, я имею в виду. То кольнёт, говорит, то застучит невпопад. А к врачам идти ни в какую не соглашался. Всё некогда ему, работа, само пройдёт. Вот и доработался со своей работой идиотской!

– Всё будет хорошо, – мягко сказал я. – Сейчас его осмотрят, и скажут нам, в чём дело.

Минуло около часа, прежде чем к нам вышел врач.

Это был мужчина средних лет, в зелёном хирургическом костюме. Он подошёл, держа в руках какие-то бумаги, и посмотрел на нас поверх очков.

– Краснова кто? – спросил он. – Родственница Сергея Петровича?

– Мы, – вскочила мать. – Я жена его, а это сын. Что с ним, доктор? Говорите уже, мы тут час ждём!

– Присядьте, успокойтесь, – сказал он. – Ничего страшного пока не произошло. Состояние стабильное, прямой угрозы жизни нет. Меня зовут Андрей Викторович, я кардиолог. Вашего мужа определили ко мне в кардиологию.

Я внимательно посмотрел на врача.

– Что с ним, Андрей Викторович? – спокойным тоном спросил я.

Я волновался за отца, но волнениями тут делу не поможешь.

– У вашего отца сбой сердечного ритма, – ответил врач. – По-научному это называется нарушение проводимости, брадикардия с блокадой. Сердце у него бьётся неправильно, с большими паузами. Иногда замирает на несколько секунд, а потом снова запускается. Вот один из таких сбоев сегодня и привёл к обмороку. И так он попал к нам.

– Это опасно, – тихо сказала мать.

– Опасно, – подтвердил Андрей Викторович. – При таких паузах человек может потерять сознание. А в худшем случае сердце может и вовсе остановиться. Так что хорошо, что скорую вызвали вовремя.

Я слушал внимательно, не перебивая. Кое-что из медицинских терминов я уже понимал, не зря же учился. Пусть и на среднего медицинского работника.

Мать тоже кивала с пониманием. Картина складывалась невесёлая.

– И вот что важно, – продолжил Андрей Викторович, листая свои бумаги. – Судя по всему, проблема эта у него не вчера началась. Ритм был сбит давно, я бы сказал, не один месяц, а может, и не один год. Просто организм до поры справлялся, компенсировал это. А сейчас сердце износилось, и сбои участились. Он на что-нибудь жаловался раньше? На слабость, на головокружения?

– Жаловался, – кивнула мать. – Только ко врачам не шёл.

– Классическая история, – вздохнул доктор. – Ну теперь уже придётся ему вплотную заняться здоровьем.

– И как его лечить? – спросил я. – Что нужно делать?

Врач снова посмотрел на меня.

– Медикаментозно уже не получится, – сказал он. – Случай такой, что нужен кардиостимулятор. Это прибор такой, небольшой, его вживляют под кожу, у ключицы. Он следит за сердцем и не даёт ему сбиваться. Как только ритм пропадает или замирает, прибор тут же посылает импульс. Человек с таким стимулятором живёт обычной жизнью. Можно сказать, это для него теперь будет вместо страховки.

Машина внутри человека, которая заставляет сердце биться. В моём мире такого точно не существовало. А здесь, видимо, обычное дело.

– Значит, нужна операция, – проговорил я. – Чтобы поставить этот кардиостимулятор.

– Именно, – кивнул врач. – Операция не самая сложная, для нас она рутинная, делаем постоянно. Но дело это нужное, и затягивать с ним нельзя.

Он чуть помолчал.

– Вот что я вам скажу, – добавил он. – Поставить стимулятор можно и по квоте, бесплатно. Но тут есть две загвоздки. Во-первых, в таком случае мы поставим Сергея Петровича в очередь, и прооперируем, когда до него она дойдёт. А с таким сердцем, как у вашего отца, ждать опасно. Во-вторых, кардиостимуляторы, что ставят по этой квоте, не самого хорошего качества. К ним выдаётся целый список ограничений, и ваш отец не сможет пользоваться многими приборами, например.

– А есть другой путь? – спросил я.

– Есть, – кивнул Андрей Викторович. – Платный кардиостимулятор. Тогда операцию мы сделаем в ближайшие дни. И стимулятор поставим хороший.

– А сколько это стоит? – испуганно спросила мать.

Врач назвал сумму. И сумма эта была изрядной. Несколько сотен тысяч рублей, если считать с самим кардиостимулятором, операцией и палатой.

Мать охнула. Разумеется, таких денег у них с отцом не было.

– Откуда же нам столько взять, – прошептала она.

– Деньги не проблема, – сказал я. – Я разберусь.

Мать посмотрела на меня с недоверием.

– Да откуда же, Артёмушка? – спросила она. – Ты ж сам в долгах весь.

– Найду, – повторил я. – Это уже моя забота, а не твоя. Андрей Викторович, деньги будут в ближайшие дни.

– Как соберёте сумму – оплатите всё в отделе платных услуг. – он быстро написал бумагу и протянул мне. – И свяжетесь со мной.

– Хорошо, – кивнул я.

– А увидеть его можно? – спросила мать. – Сегодня?

– Сегодня уже нет, поздно, и ему покой нужен, – покачал головой врач. – Он сейчас под наблюдением, ему дали успокоительное, он спит. А завтра с утра приходите, я пущу вас к нему. Не волнуйтесь, ночь он проведёт под присмотром, мониторы за ним следят круглосуточно.

Мы поблагодарили доктора, и он ушёл. Мать растерянно опустилась на стул.

– И всё-таки такие деньги… – сказала она.

– Тебе не надо об этом думать, – тоном, не терпящим возражений, повторил я.

Несколько сотен тысяч. У меня их не было, это понятно. После всех долгов, что я раздал, после аренды, квартплаты и прочего, в кармане у меня гулял ветер. На жизнь хватало, и только. Только вчера как раз свои финансы и подсчитывал.

Я перебирал в уме все пути, и по очереди их отметал.

Можно было пойти к Знаеву. У него такие деньги точно были. Но к нему я не пойду. Я и так был ему обязан после вчерашней истории с багажником. И не хочу быть обязан ещё сильнее.

Я перебрал остальных знакомых, но нет, никто выручить не мог. Лариса Петровна разве что… Но перед ней я обязан быть тоже не хотел.

Разберусь. Чего бы мне это не стоило.

– Мама, тебе надо домой, – мягко сказал я. – Там Дашка одна, волнуется же. Не переживай ни о чём.

– Хорошо, – послушно кивнула она.

Я вызвал ей такси, и она уехала. Сам я тоже поехал домой.

* * *

Уже дома снова достал свой блокнот, начал искать варианты в интернете. И нашёл единственный подходящий вариант, взятие кредита в банке.

Современный мир оказался щедр на такие вещи. Здесь можно было прийти к чужим людям, и они дадут тебе денег под бумагу, и обещание вернуть с процентами. В моём прежнем мире этим занимались ростовщики, и дело это считалось грязным, презренным. А тут обычная, будничная контора с вывеской. Что ж, гордость я спрячу. Это ради отца.

Так что утром было решено отправиться в банк.

* * *

Утром я собрался в банк. Взял с собой все документы, которые только мог. Потому что понятия не имел, что именно пригодится для взятия кредита.

В отделении банка меня отправили к миловидной девушке в зелёном шарфике.

– Доброе утро, – кивнула она. – Какой у вас вопрос?

– Доброе утро, – ответил я. – Мне нужно взять кредит на сумму триста тысяч рублей.

– Давайте ваш паспорт, – сказала девушка. У неё на груди была табличка с именем «Ольга».

Я протянул ей паспорт, и она начала что-то проверять в компьютере. Потом подняла на меня взгляд.

– К сожалению, такую сумму мы вам вряд ли одобрим, – проговорила она. – Вы самозанятый, стаж работы у вас небольшой, подтверждённый доход нестабильный. Тем более кредитная история с просрочкой по кредитной карте. Погашенной, но всё же.

Я выслушал её спокойно. В прежней жизни мне доводилось вести переговоры и потруднее. Уговаривать вельмож, выпрашивать аудиенции, добиваться расположения людей, от которых зависела моя судьба. Банковская барышня после этого – задача нехитрая.

– Я понимаю, – произнёс я. – Позвольте, я объясню. Доход у меня хоть и недавний, но растущий. Я тату-мастер, и дело моё сейчас идёт хорошо. Так что я смогу выплатить потом этот кредит.

Я говорил неторопливо, глядя ей в глаза. Так, как держался при дворе перед теми, кого нужно было расположить к себе.

– Деньги мне и правда очень нужны, – добавил я. – Для медицинских целей. Может быть, всё-таки можно что-то сделать?

Она помолчала.

– Мне нужно посоветоваться, – заявила Ольга, и отошла в другой кабинет.

Я терпеливо принялся её ждать. Вернулась она минут через десять.

– Можно попробовать взять потребительский кредит, – сказала она. – Но сразу предупреждаю, ставка процентов там будет выше.

Сейчас это меня мало волновало. Я понимал, что в перспективе это означало новые долги, но сейчас надо было помочь отцу.

– Хорошо, – кивнул я. – Давайте оформлять его.

Она протянула мне бумаги, а сама начала что-то заполнять в компьютере. Я всё думал, как же это всё-таки похоже на ростовщическую расписку из моего прежнего мира. Те же кабальные условия, та же лихва, только названная мудрёным словом «процентная ставка». Ничего не меняется, в каком бы мире ты не был.

Я вспомнил, как при дворе один знатный князь, проигравшись в карты, заложил ростовщику родовое имение. И как потом, не сумев расплатиться, пустил себе пулю в лоб. Деньги в долг – штука опасная. Но у меня выбора не было.

– Вам одобрили, – радостно заявила Ольга. – Вот, смотрите, график платежей. Кредит на пять лет.

По десять тысяч в месяц. Но если захочу выплатить кредит раньше, то и платить надо больше. Ничего, потяну.

Я подписал все бумаги, и деньги пришли мне на карточку.

– Благодарю вас, Ольга, – поклонился я девушке.

– Да не за что, – смущённо улыбнулась она.

Я вышел с деньгами из банка и поехал в больницу.

* * *

В больнице я оплатил на кассе операцию, получил все бумаги. А затем поспешил в отделение, где уже ждала мать.

– Всё, готово, – я отдал ей все чеки. – Передай врачу, пожалуйста. И пусть назначают операцию

– Артём, где же ты столько взял? – всплеснула она руками. – В неприятности попал?

– Нет, всё хорошо, – покачал я головой. – Неважно где, важно, что теперь можно делать операцию. Кстати, где отец?

Она проводила меня в палату. Он лежал на больничной койке, и выглядел далеко не так грозно, как в нашу первую встречу.

– Как ты? – спросил я у него.

Отец слабо улыбнулся.

– Всё хорошо, – заверил он. – Рад, что ты пришёл.

Я сел рядом с ним, и мы недолго поговорили о разных пустяках. Надолго нас с матерью не пустили, отцу надо было отдыхать.

– Сын, – сказал он мне, когда я уже собрался уходить. – Ты совсем другим стал. Взрослым. Я рад… что ошибался в тебе.

Я коротко кивнул ему и вышел.

Мать отдала врачу все бумаги, он сказал что о дате операции сообщит отдельно, но скорее всего она будет в ближайшие дни. Затем я отвёз мать домой на такси, а сам поехал в мастерскую.

* * *

В мастерскую я добрался к одиннадцати утра. Вика была у Марата, но, едва я появился, тут же прибежала ко мне.

– Артём, у нас успехи! – выпалила она с порога. – Записи пошли в гору, заявок целая куча! Видео с той девушкой, Юлей, разлетелось, набрало очень много лайков! Я там классно его смонтировала… Люди пишут, спрашивают как записаться. Это работает!

– Рад слышать, – улыбнулся я. Хоть какая-то добрая весть за эти сутки.

– Слушай, – продолжила она. – Давай я сама буду вести твою запись? Ты мне дай расписание, свободные окна, а я уже клиентов буду ориентировать по времени. А то тебе и работать, и записывать некогда же. А я буду спрашивать, конечно, сколько времени на какую работу.

– Давай, – согласился я. – И правда удобнее выйдет.

Я продиктовал ей своё расписание, свободные дни и часы. Вика всё ловко занесла в телефон, что-то помечая.

– А у тебя всё в порядке? – внимательно посмотрев на меня, спросила она. – Ты вчера так резко куда-то убежал.

Я не стал скрывать, и кратко рассказал, что отец в больнице.

– Ой, Артём, – выдохнула Вика. – Там серьёзно? Я могу чем-то помочь?

– Ничего, всё под контролем, – успокоил я её. – Деньги на операцию нашёл, врачи хорошие. Так что не тревожься.

– Если что нужно, ты обязательно скажи, – заявила Вика. – И это… Можешь пока что за мои услуги СММ-специалиста не платить.

– И думать забудь, – строго сказал я ей. – Это не обсуждается. Твоя работа будет оплачена, и оплачена вовремя. Деньги у меня есть, не беспокойся.

Вика хотела было поспорить, но, взглянув на меня, не стала.

Едва она убежала обратно к Марату, я набрал ещё один номер. Нужно было уже заняться вопросом с Аристархом. Кто знает, может объединение артефактов мне принесёт деньги? Ладно, это ирония, которая была свойственна Артёму, а не мне. Но вопрос надо было решить.

Мы условились с коллекционером встретиться в субботу. Тогда-то я и предложу своё пари.

* * *

Спустя час ко мне пришёл первый клиент. Обыкновенный молодой мужчина лет тридцати, в джинсах и футболке. Он попросил сделать обычный простой узор на плече, вдобавок к уже имеющимся у него татуировкам.

Никакой истории, никакого намерения. Я надел монокль, и тут же почувствовал неладное.

Отчётливо считал лживость его истинных намерений. Он пришёл не за татуировкой. Ему было надо что-то другое…

Я отложил машинку и спокойно посмотрел ему в глаза.

– Зачем вы на самом деле пришли? – прямо спросил я. – Татуировка вам не нужна. Только давайте начистоту.

– Ты о чём, парень? – удивлённо спросил он.

Я продолжал чувствовать ложь.

– Ещё раз повторяю, зачем вы пришли? – с нажимом спросил я.

Он помолчал, затем махнул рукой и крякнул.

– Да и ладно, – сказал он. – Чего уж теперь. Заплатили мне, чтобы я у тебя татуировку сделал, и посмотрел что да как. Тату-мастер один, тоже из нашего города. Прослышал про тебя, что ты больно уж быстро в гору пошёл. И что клиенты от тебя сами не свои, довольные все. Послал меня разнюхать, что да как. Но фамилию его не скажу, я не стукач!

Интересно. Конкурент, значит. Новый мастер, который заметил мой успех и решил, что дело нечисто. А уж не он ли подбросил мне ту самую дохлую мышь? Вполне может быть.

– Я и не прошу называть его фамилию, – спокойно сказал я. – Просто передай ему, что такие вопросы лучше решать лично, а не через посредников. И да, раз уж он с тобой так хорошо разговаривает, то пусть и работу выполняет он.

Мне было неприятно работать с подобным человеком.

Он встал и хмыкнул.

– Принципиальный, значит, – проговорил он. – Ну да ладно, пофиг.

Развернулся и вышел из мастерской. Новый конкурент, значит. Что ж, он себя ещё проявит. Я уверен.

* * *

Дальше день пошёл в стандартной рутине. Были ещё две записи, на самые обычные татуировки без начертаний. Одна надпись и один геометрический узор.

Однако каждую татуировку я выполнял со всей тщательностью. Менял иглы, в зависимости от задачи. Следил за вылетом тату-машинки, это то, насколько вылетала игла при её работе. Тщательно смазывал кожу вазелином, чтобы краска ложилась лучше. В общем, работал по полной.

Вика бегала между мной и Маратом. У того в барбершопе тоже появились клиенты, и она прилежно снимала, монтировала и выкладывала. Дело у нас пошло.

* * *

К вечеру, когда клиенты закончились, я созвонился с соседями Вики, и мы договорились о встрече. Деньги мне сейчас были нужны, поэтому я согласился на проект росписи стены в их комнате. Тем более что и сам проект звучал интересно.

Так что вечером я отправился к ним, заодно решив совместить приятное с полезным и проводить Вику. Девушка явно устала за целый день, но виду не подавала, и весело рассказывала о своих планах.

Я довёл её до квартиры, и пошёл выше.

Хозяева, с которыми я был уже знаком, встретили меня приветливо. Провели в детскую, и показали большую ровную стену.

– Давайте обсудим, что именно вы хотите? – спросил я. – И, я так понимаю, работу вы хотите красками, а не баллончиками?

– Да, красками, – кивнул хозяин квартиры, Игорь Станиславович. – А по поводу композиции…

– Это мы не можем придумать, – закончила его жена, Ирина. – Может, у вас будут идеи…

Это точно нужно будет посвятить вечер поиску вдохновения.

– Подумаю, – кивнул я. – Оплату работы я вам рассчитаю после утверждения эскиза. Сверху ещё доплачивается за материалы. Краски акриловые, кисти, грунт. И обязательно защитный лак в конце, в два слоя, чтобы роспись не пачкалась и легко мылась.

Я подробно расписал им все предстоящие этапы. Сперва эскиз и его согласование. Потом перенос рисунка на стену, разметка. Затем основная заливка цветом, проработка деталей. И в самом конце покрытие лаком. Объяснил, сколько примерно займёт каждый этап. И что в этот период детской нельзя пользоваться.

Хозяева слушали внимательно, кивали. Видно было, что моя обстоятельность внушает им доверие. Договорились, что я составлю эскиз, прикину точную смету и пришлю им на днях. На том и расстались, довольные друг другом.

Я вышел от них в приподнятом настроении. Роспись стен мне была по душе, это всё-таки ближе к настоящей живописи, и к тому, чем я занимался в прошлой жизни. Снова кисть и краски.