Текст книги "Повелитель драконов (СИ)"

Автор книги: И. Пономарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 68 страниц) [доступный отрывок для чтения: 25 страниц]

Глава 11. Последний оплот. Часть I

Вечерело. Солнце садилось за розовые облака. Вдалеке слышалось журчание реки Сивиль и гул ветра, похожий на далекое тихое рычание дракона. К Дереку, что караулил на дороге, неподалеку от мельницы на окраине деревни, подбежал мальчишка перепачканный, в порванной рубахе.

– Сказали вама передать, что все чиста, – произнес малец.

Дерек кивнул ему в ответ, достал из кошеля на поясе монету и со словами: «Поблагодари ее от нас», передал ему золотую. Мальчишка убежал, а Дерек направился ко мне.

Я сидел на заборе около дома мельника и думал. Я смотрел на Нордгард: зеленый купол Золотого зала виднелся вместе с колокольней храма. Весь город сверкал в закате, создавая неописуемое зрелище.

– Соворус, пора! – отвлек меня от мысли, которая только что пришла мне в голову.

– Да, я слышал. Уже иду, – ответил я, слез с забора и надел маску, а в это время профессор уже переносил вещи к дилижансу.

Большой крытый дилижанс с запряженной в него тройкой гнедых коней стоял у ворот мельницы, масляные фонари висели по краям дилижанса. Кучер в своей черной прохудившейся шубенке с вылезающей подкладкой и нелепой шляпе, тяжело сопя, залез на козлы и взял в руки вожжи. Дерек и профессор уже были в дилижансе. Я залез к ним и закрыл дверцу. Кучер что-то сказал лошадям, и дилижанс двинулся вперед.

– Зачем вам маска? – спросил профессор и достал из сумки какую-то книгу. – Я не думаю, что кто-нибудь увидит нас здесь, – добавил он и усмехнулся.

– Она не для того чтобы скрыться, хотя иногда может быть… Но только не сейчас. В ней мне лучше думается: она заставляет вспоминать те события в моей жизни, которые я забыл, – ответил я и провел рукой по костяной щеке маски.

– Над чем можно думать, Совор? Разведку отвлекли, уже едем в Граад, где сможем найти непонятный артефакт. Отдохни немного, – сказал Дерек спокойным радостным голосом.

– Только после того как мы завершим все свои дела я может быть и отдохну. Очень опасно сейчас поступать опрометчиво, – ответил я строго, и улыбка ушла с лица Дерека.

– Чего они смогут добиться с моей помощью? Уже скольких я знаю людей, которые хотят, так или иначе, овладеть моей силой. Я не понимаю… – размышлял Дерек.

– Самое главное обладание большой силой, – начал профессор, – им только она и нужна. А против кого она полезна им неинтересно. Талки заинтересованы в вас только для того чтобы победить Империю. Империя – только для того, чтобы победить талков, – говорил профессор и отложил свою книгу в сторону. – Вы думаете, зачем уже столетие обе стороны ищут путь к знаниям альдов. Сила – вот, что нужно всем.

– Скорее власть всех прельщает, – ответил я Кригу. – Но, конечно же ее хотят достигнуть с помощью силы.

– Опасность драконов уже никого не заботит! – сказал Дерек и ударил кулаком в подушку довольно жесткого сиденья. – Драконов нужно остановить – вот главная цель. Интриги фракций должны стоять на втором месте!

– Мы этим и занимаемся. Сивильнорд охраняет отряд Покорителей, а Драгонгард – Легион, – успокаивал я Дерека. – Непонятно, правда, что же происходит в королевстве. Там драконы куда опаснее, чем в снегах Сивиля. Загорится один лес, полыхнет и весь Форестнар. Про Мидллен даже и думать не хочу. Пожары там большая опасность.

– Об отряде… Совор, ты не видел в Нордгарде отряд? Я беспокоюсь: месяц мы не слышал о драконах и отряде. Как бы Центерий и Рорик не начали новые распри… – обеспокоенно говорил Дерек.

– В столице ничего не говорили. Да и слухов о нападении драконов на деревни и города я тоже не слышал. Не беспокойся: отряд выполняет свои обязанности, а значит Рорик и Центерий мирно сосуществуют. И этому нужно радоваться.

– О каком таком «отряде Покорителей» вы говорите? – заинтересовался профессор. – Расскажите мне.

– Этот отряд был собран из армий Северного Легиона и «Освободителей» для охраны поселений и городов в Сивильнорде от нападений драконов. Помощь не сильная, но пусть хоть так, вместо войны, – ответил Дерек и поглядел в окно.

Так мы разговорились и не заметили, как наступила ночь. Был слышен стук копыт и скрежет колес.

Профессор достал из своей сумки сухари, которые он припас для экспедиции.

– Угощайтесь! – произнес Криг и предложил сухари Дереку и мне. – Путь не близкий надо подкрепиться.

Дерек взял сухарь, а я отказался. Сейчас мне было не до еды. ТРК может быть и отвлеклось на уловки Ордена дракона, но в любую минуту могли вернуться к своей прежней цели. Затишье всегда бывает перед бурей и буря может принести очень много проблем.

Кучер остановил дилижанс, чтобы зажечь фонари для освещения дороги. После мы поехали дальше. Ветер дул, завывая. Незаметное Сивильское лето заканчивалось, и начиналась осень. Тяжелое время для всех сивильцев, когда нужно собирать остатки урожая и готовиться к зиме, хотя за столько лет все привыкли к таким условиям проживания.

Дилижанс скакал по колдобинам не ровных дорог Сивильнорда. Профессор уже спал и, обняв свою сумку, тихо сопел. Дерек тоже уснул, а мне не спалось. Я смотрел в небольшое окошко дилижанса.

Я снял сою маску и посмотрел на нее. Красивая резьба с покрашенными красной краской краями украшала драконью маску. Сколько воспоминаний она навевала мне. И в тот момент мне кое-что вспомнилось, но я не стану вдаваться в подробности.

Звезды светили в окно дилижанса тусклым светом. Все небо было украшено множеством различных созвездий. Самое красивое и яркое было созвездие Синего титанара. Свет звезд прерывали мелькающие деревья, слегка припорошенные сивильским осенним снежком, а ветер начинал сильнее завывать. Снаружи слышалось пыхтение кучера и ржание лошадей.

Поздней ночью дремота настигла меня, и я погрузился в глубокий сон.

Утром следующего дня я проснулся раньше всех: профессор все также спал в обнимку со своей поклажей, а Дерек оперся на стенку дилижанса, обитую дешевым материалом для мягкости. Убрав в свою походную сумку маску, я аккуратно привстал, так чтобы никого не задеть. Но внутреннее помещение было очень узким: между сиденьями не возможно были и шаг сделать. Я открыл дверцу дилижанса и окликнул кучера:

– Эгей! Притормози чуть-чуть!

Кучер пробурчал что-то себе под нос и дернул за вожжи. Лошади резко стали тормозить, что заставило дилижанс сотрястись. Когда скорость была сбавлена, я смог выпрыгнуть из кабины.

Закрыв дверь в дилижанс, я направился к козлам. Запрыгнул на них и уселся рядом с кучером. Он неодобрительно посмотрел на меня, но ничего не сказал, а лишь сопел. Кони медленно бежали вперед по дороге, пыхтя. Я ехал на козлах с кучером до полудня.

Солнце светило ярко. По сторонам от дороги лежал небольшой слой снега, который блестел в лучах осеннего северного солнца. Красивые могучие ели сопровождали дилижанс по пути. Кучер спокойно и ровно правил конями. Через пять дней мы должны были выехать к развилке, которая вела к городам Брамфил и Гиродин.

Я смотрел на великолепные ели, на чуть покрывшиеся еле успевшим растаять снегом, травы. Позади еще виднелись не четкие очертания Бритогских гор, которые упирались своими вершинами в небо с редко проплывающими белыми облаками. Север, север… он стал мне домом. Красоты Сивильнорда не могли сравниться с высокими лесами Форестнара и дикими чащами Мидллена, не считая самых северных районов.

Мысли о посещении Последнего оплота не покидали меня. Нам предстоял подъем в горы, которые славились сильными бурями и метелями. Раздумья о том, что можно было найти еще в подземном городе моих сородичей, также не давали мне покоя. Мне было неприятно идти в места альдонеров, я перестал ценить их культуру и больше не считал себя одним из умелых эльфов, из альдонеров.

Дерек и Криг уже проснулись. И, по-видимому, стали искать меня: Дерек открыл дверцу дилижанса и начал выглядывать из-за нее.

– Я здесь, Дерек! – крикнул я ему, заметив это. – Не беспокойтесь: я скоро приду к вам.

Дерек ничего не ответил и скрылся в дилижансе.

В это время дорога ушла вниз, и дилижанс стал спускаться в низину, которая звалась Мамонтовой из-за того что в ней жили и паслись мамонты. Изредка на них охотились сивильцы, но такая охота редко когда приносила успех или окупалась. Забить мамонта требовало больших усилий и сноровки. В год удавалось забить не больше двух-трех мамонтов.

Из кабины дилижанса стало слышно как профессор и Дерек что-то бурно обсуждали. Я уже решил вернуться к ним и поддержать беседу, но краем глаза заметил удивительное зрелище и повернул голову в сторону происходящего. Немного поодаль от дороги я заметил стадо мамонтов: они редко когда собирались в большие стада. Впереди шло семейство. Большой мамонт с коричневой блестящей на свету шерстью, массивными белыми бивнями и длинным хоботом шел самым первым. Подле него брел мамонт поменьше. У их ног вертелись и бегали туда-сюда небольшие мамонтята. Остальные мамонты самых разных размеров следовали за семейством. Они не обращали никакого внимания на дилижанс и продолжали свой путь.

Кучер не смотрел в сторону стада, а следил за дорогой и что-то бурчал себе под нос или просто сопел. Он засыпал. Когда глаза его совсем закрывались, он громко всхрапывал и мгновенно просыпался. Затем это повторялось.

– Долго ли до станции? – спросил я и тем самым озадачил кучера.

Он призадумался, крепче схватился за вожжи и долго не отвечал.

– Недолго! – произнес кучер неодобрительно и шмыгнул носом. – Если дорогу не перегородят мамонты, то доберемся до станции… хм… к завтрашнему дню.

Он крепко сжал вожжи в одной руке, а второй укрылся своей рваной шубенкой. Затем размял пальцы, вновь принял сгорбленную позу, свойственную всем кучерам, и стал еще сильнее сопеть и кряхтеть.

Кучер чуть быстрее повел дилижанс. А я остался сидеть на козлах, так и не вернувшись к профессору и Дереку. Низина начинала покрываться кромкой льда: осень в этом году обещала быть холодной. Степной локусар[1] уже отцвел, а его душистый терпкий запах никак не мог выветриться из низины.

К ночи распогодилось. Задул сильный ветер. Он завывал, как волк на луну. Розовые облака, оставшиеся от заката, покрылись ночным мраком. Светлое небо, усеянное созвездиями, освещалось белой Ан. Кучер подпрыгнул оттого, что колесо дилижанса попало в небольшую яму и карету тряхнуло. Его это разозлило, и он стал что-то бурчать под нос. Я попросил приостановить.

Он дернул за вожжи, кони стали упираться копытами в землю и ржали. Через мгновенье дилижанс остановился. Кучер спрыгнул с козел и пошел зажигать фонари, я же спрыгнул за ним и направился к двери кареты. Дерек, заметив меня в окне, открыл дверь. Я запрыгнул внутрь и присел рядом с профессором. Они еще не спали.

– Замечательно, что вы пришли! – вскрикнул Криг. – Мы тут решили пересмотреть известные мне планы построек альдонерских городов, – сказал очень быстро он и указал на карты, чертежи и книги, разложенные на противоположном сидении, рядом с Дереком.

Поверх книг были рассыпаны крошки от сухарей или каких-то других припасов.

– Вот, Совор, – сказал Дерек и поднес ко мне одну из карт, – это план города в Штормовом пике. Ближе к башням, которые как объяснил профессор, играют роль воздуховодов, находятся помещения напоминающие мастерские. На поверхности в эти мастерские должен быть вход.

– Да! – прервал Криг Дерека. У него по-ребячески горели глаза, он был увлечен поиском города. – Вот взгляните! Под мастерскими обычно располагаются первые жилые помещения (во всяком случае, так было и в Штормовом пике и в Туун Дровърьяре, что в Граничном нагорье).

Под ними, согласно записям самих альдов и исследователей, пролегают обширные залы с контейнерами, так называемого альдонерского масла. В этих залах есть проход ниже, к насосам, которые качают это масло из недр земли, – говорил профессор и водил пальцем по карте. – А в самых недрах располагается основной город – так сказать «столица».

– Я не надеялся бы на то, что Последний оплот построен также, – сказал я и взял карту в руки. – Это же карта из самого города?

– Да, я нашел ее в Штормовом пике, – ответил профессор.

– Совор, мы с профессором изучили записи других археологов и исследователей, – начал Дерек. – Это самая… типовая схема строительства, которой придерживались эльфы.

– Нет, конечно, возможны некоторые разветвления, множество уровней, принадлежащих одному типу помещений, но обычно все сводится к этой схеме. Как я говорил и в пике, и в нагорье, и в Умбодже было также. Правда, Андридим исключение, но и построен он был задолго до появления всех альдонерских городов – жемчужин их мастерства.

– Может быть… – ответил я и краем глаза взглянул на другие карты.

– Эти самые башни-воздуховоды можно использовать как вход! – увлеченно сказал профессор. – В Штормовом пике, к великому сожалению, врата в город были завалены. Но моя экспедиция попала в город с помощью башни. Внутри нее находилось устройство – подъемник, который опускал и поднимал на разные уровни горы. Такой же расположен в Умбодже. Но я… я, честно признаться, не до конца понимаю, как он работает, – робко добавил профессор в конце.

– Если основной проход будет не доступен, то башня – наш единственный вход! – произнес Дерек.

– Даже если и так, я бы не надеялся, что попасть в нее будет также легко, как это получилось у экспедиции профессора в пик, – безнадежно произнес я и глубоко вздохнул. – Вы думаете, они оставили башню без защиты?

– Но в пике… – сказал профессор.

– Да, башня была открыта и не защищена, – перебил я. – Но на то есть причины. И знаете какие? Они все бросили! Ведь записка, что и повела нас в Северные горы, говорит о том, что все альды поселились в Последнем оплоте. Им не было нужды заботиться о своих городах.

Вам повезло тогда, но если это и вправду последний оплот альдов, их последняя обитель, где они собрались вместе чтобы скрыться от мира или по сей день скрываются, башня не осталась без защиты! Насколько я знаю, альдонеры очень любили применять защитные виды магии к своим творениям, – договорил я.

– И архимаг не справиться с ней? – спросил Дерек и усмехнулся.

– Их вид защитной магии не подвластен ни одному из магистров. Он особенный… как и все, что делали альды. Преодолеть его сможет только тот, кто обучался ей с самого детства, – возразил я и задумался.

– Ничего! В Грааде мы найдем оборудование для подъема в горы. Проделаем проход там, где будет удобно нам, если не окажется прямого! – неунывающе воскликнул профессор и начал собирать карты и книги, стряхивая с них крошки.

– Доживем – увидим! А сейчас планы строить не будем, да и поздно уже. Пора отдохнуть, – сказал я и задул горящий фонарь, подвешенный над центром кабины.

В полумраке, который освещала большая белая луна, профессор убрал последнюю книгу в сумку и положил ее за спину.

Все устроились поудобнее и уснули.

1-ого числа Летящих листьев 338 г. IV в. дилижанс проехал мимо развилки. В этом месте заканчивалась низменность и дорога поднималась вверх. Пять дней мы ехали до развилки, останавливаясь на ночлег в пересадочных станциях. Переезд был невыносимым: поэтому было решено завтра оставить дилижанс и ехать на лошадях. Но до деревни было еще много часов.

В тот момент, когда дорога уже перешла из низменности на холм, я сидел на козлах вместе с кучером. Вдали, на возвышенности, показались стены, из-за которых виднелись один из этажей и крыша с красивой кровлей. Эта возвышенность носила название Синяя горка. А великолепное здание, стоящее на ней, было Усадьбой на Горке или уездным дворцом графа Людвига на Горке. В народе усадьба носила название «Зимний дворец».

Роскошный трехэтажный дворец с большой приусадебной территорией и двумя флигелями был построен королем Хъялмарком для своей дочери Анны, которую тот выдал замуж за второго сына Тарсана – Людвига II. Здесь должна была жить семья, состоящая из Людвига, Анны и их детей. Но, к сожалению, у графа и графини детей не было, а спустя некоторое время после переезда в усадьбу граф умер. За ним умерла и графиня. Имение отошло императорской семье.

Усадьба была великолепна, в несколько раз красивее и роскошнее, чем Белый дворец. Императорская семья часто выезжала сюда и давала замечательные балы. Я как-то был на одном из них и до сих пор помню, как сотни пар кружились в вальсе в украшенном золотом зале.

Но после того как в имении был убит император Людвиг IV и его жена во время бунта сивильцев, дворец опустел. Людвиг уже и не был императором, но сивильцы не могли забыть его тиранического правления. Смягченные его сыном законы позволили сивильцам безнаказанно убить бывшего императора. Безумный Дэймон II не мог посетить имение, а его сын был сильно занят решением гражданской войны в Сивильнорде и охраной границ от талков. Так и стоит «Зимний дворец» пустой. И не играет в нем музыка и не раздается смех. Все это забыто в такой час, когда драконы возвращаются.

Солнце было в зените, когда мы проехали поворот к усадьбе. Великолепный выдался день. Кучер все сопел и кряхтел, съежившись на краю козел и укрывшись под своей шубенкой. Кони медленно бежали по дороге, а дилижанс трясло каждый раз, как он попадал в яму.

Голос профессора доносился из дилижанса. Он что-то рассказывал, видимо, о своих экспедициях. Я очень надеялся на то, что поездка в Граад и подъем в горы будут не бессмысленной тратой времени.

К вечеру мы приехали в Белую – небольшую деревушку, в которой нам с Дереком уже приходилось бывать. Трактир с облезлой вывеской вновь встречал нас. Десять небольших крестьянских домиков стояли вдоль дороги и уходили вглубь. Деревня эта была хоть и небольшая, но на Северном тракте очень значимая как один из крупных, в отличие от станций, пересадочных пунктов по пути из столицы до средней части Сивильнорда.

Подле каждого простенького деревянного домика был разбит огород или сад. По нему бегали куры особой северной породы и громко кудахтали. Из каменных труб валил серый дым, который разносил ветер над всей деревней. Около трактира стояла конюшня и еще одна повозка.

Кучер остановил дилижанс. Он откашлялся, накинул на себя свою шубенку. Я потянулся к своей сумке: достал из нее кошель и вытащил сорок серебряных. Монеты издали звонкий звук, когда кинул кошель обратно в суму. Вытащенные деньги вручил кучеру: это была плата за наем дилижанса. Он отблагодарил меня и с радостным выражением лица спрыгнул с козел, подошел к лошадям и стал поглаживать им носы.

Я слез с козел и направился к профессору и Дереку. Они уже стояли около дилижанса. Профессор поправлял воротник своей шубы и надевал на голову свою коричневую широкополую шляпу, с которой не мог расстаться.

– Интересно, продадут ли нам лошадей? – сказал Криг и указал на ту самую конюшню, которая стояла у трактира.

– От чего и не продадут? Пересадочный пункт ведь, – ответил Дерек радостным голосом, разминая руки и ноги. – Главное, чтобы хорошие были и денег хватило.

– Говорите, что хотите, – произнес я и подошел ближе к ним, – но пешие походы, куда приятнее! – докончил я, снял с лица маску и натянул капюшон на голову.

– Если бы мы шли пешком, то сейчас бы были только у Бретога и то только в направлении Вилнорграда! – рассмеялся Дерек и улыбнулся.

– Не могу с вами согласиться, Соворус, – произнес профессор. – И поддерживаю Дерека. Да, и ведь мы спешим: поэтому повозка – лучший вариант для путешествий.

– Поговорим о повозках за едой! – прервал всех Дерек. – Вот уже несколько дней подряд не ел ничего кроме сухарей и скудной станционной похлебки!

– Да, для начала передохнем от «переезда», – пробормотал я и направился к трактиру.

Трактир стоял на пригорке и от дороги его отделял небольшой неглубокий ров, через который был перекинут узенький деревянный мост с ведущей на него лестницей.

Я поднялся по ступеням, подошел к двери, но, как только я протянул руку к грубой железной ручке, на меня из мгновенно распахнувшихся дверей вывалился пьяный мужчина. Он еле держался на ногах и наклонялся из стороны в сторону, как дерево, на которое дует сильный ветер. Пошатываясь, он пытался переставлять ноги и шел до тех пор, пока не оступился и упал с моста в ров. В это время из трактира послышалась фраза, сопровождаемая громким смехом: «Опять наклюкался, аж ноги не держат! Хи-хи-хи!» Я подошел к краю моста и посмотрел на лежащего в снегу пьяницу. С бутылкой в руках он ворочался, пытаясь встать, но у него ничего не получалось.

– Надеюсь, нам удастся отдохнуть спокойно! – неодобрительным строгим голосом произнес профессор, когда подошел ко мне.

Я ничего не ответил, и мы прошли внутрь.

Трактир этот был довольно приличным на вид и имел достаточно украшений. Картины неизвестных мне художников висели на стенах вместе с рогами животных. Уставлен он был столами страшного вида, вокруг которых собирались приезжие путники и местные жители. В стене был довольно большой каменный камин, в котором красивыми языками пламени горели дрова. Драли глотки завсегдатае, остальные же мирно беседовали.

Дерек с профессором пробрались к свободному столу в дальнем углу трактира, а я направился к трактирщику. У него я нанял две комнаты и спросил про лошадей. Трактирщик одобрительно кивнул и сказал, что сможет продать нам их. По десять золотых он просил за коня: я истратил последние свои деньги на комнаты, еду и лошадей. Однако теперь можно было спокойно добраться до Граада.

Ночь мы передохнули в трактире. Но на протяжении всей ночи снизу доносились крики и споры завсегдатаев. Я проснулся оттого, что меня начал будить Дерек. Было еще раннее утро: солнце еще не выглянуло из-за горизонта.

– У меня, с тех пор как мы въехали в деревню, плохое предчувствие, – сказал он, пока я собирался.

– Что же, будем настороже. К предчувствиям стоит прислушиваться.

– Посмотрим… – ответил Дерек и разложил сумки на кровати.

– Собирайся пока, а я пойду, разбужу профессора, – сказал я и вышел из комнаты.

В трактире было тихо. Шум и гул исчез и, наконец, наступила тишина.

Комната профессора находилась напротив. Около обшарпанной деревянной двери в его комнату висела картина с панорамой Нордгарда. Приблизился к комнате и прежде чем войти постучал. Никто не ответил и не открыл. Тогда я попробовал дернуть за ручку, дверь оказалась открытой. Я в неком беспокойстве открыл дверь и наполовину вошел в комнату. Профессора там не оказалось. Лишь на покрытой постели лежала сумка, шуба и шляпа.

Я сразу же решил проверить первый этаж и, выйдя из комнаты, направился к лестнице. Спускаясь, я заметил профессора, сидящего за одним из столов. Он мило беседовал с кем-то за кружкой меда.

Я подошел к ним.

– О, Соворус! – произнес он и привстал, когда заметил меня. – Познакомьтесь, мой коллега – профессор Версан Эгносий из Тимин-Луина, я вам уже когда-то про него рассказывал.

– Рад знакомству с… – сказал приподнявшийся со своего места довольно тучный талк, в богатом наряде, и замялся, когда дошел до моего имени.

– Авертус Талран, профессор! – помог я ему, солгав, и протянул руку. – Я тоже рад знакомству!

Криг смутился в лице, заметив обман, а Версан, к счастью, ничего не заметил.

– Я рассказывал профессору о том, как я, вы и мой третий коллега, – говорил Криг и на слове «коллега» обратился к Версану, указав наверх, – устроили экспедицию к древнему альдонерсокму городу. И расспросил об искомой нами сфере.

– Да, и я рассказал профессору обо всех известных мне андрийских сферах, – с трудом продолжил Версан.

– И что же вам известно? – заинтересованно спросил я.

– Когда я был в Сатир-де-ла-коре, точнее сказать в руинах некогда столицы Андрийской Авглурии, моей команде удалось обнаружить уцелевшую библиотеку авглура или императора, как вам угодно, где были преинтереснейшие находки. В одном из таких трактатов упоминался далекий город, но насколько далекий не говорилось, – Версан сделал передышку и смочил горло, отпив из кружки. – Я делал предположения, что его местоположение было ближе к Норссальским горам или даже на месте Бретога. Так вот, в том «далеком» городе они похоронили некую сферу. В трактатах ее называют как «вэалирия», то есть дающая жизнь. И тогда это было просто сенсационно! – с интересом пытался внятно все рассказать Версан. – Вы, представляете? Наконец, прямое упоминание о легендарной живительной сфере! Но, к сожалению, раскопки в Бретоге не дали никаких результатов. Тамошние руины были либо просто остатками от бедных пригородов, или настолько разворованы, что ничего обнаружить не удалось.

И вот сегодня, (сегодня вообще удивительный день), так вот, сегодня профессор Криг говорит, что в найденных им альдских заметках упоминается некая сфера в глубинах Северных гор, и утверждает, что это именно та живительная сфера!

– Согласитесь, профессор Версан, ведь все к этому и сводится, – вставил слово Криг, пока Версан снова промочил горло.

– Смотрится это логично, если бы не одно но: не могло быть андров в Сивиле! Не могло! – грозно сказал профессор и стукнул по столу. – И это не голословное утверждение, коллега! Долгие раскопки на территории Драгонгарда показали, что ни один город или городской тоннель не идет дальше Норссальских гор. А учитывая времена тирании драконов пешком до Сивиля они добраться не могли. И спорить тут не о чем! Практически весь ученый совет Умбоджи согласен с моими доводами. Была бы у меня андрийская скрижаль… я все бы знал точнее.

– Того, что вы сказали, достаточно, – ответил я и поблагодарил Версана. – Но если все-таки андры были в Сивильнорде, какова вероятность, профессор, что это именно живительная сфера?

– Хм… Если разрушить все мои теории и теории остальных историков, посвятивших себя изучению Андрийской Авглурии, то эта вероятность имеет все шансы быть, но этого быть не может, так как моя теория верна, – произнес он и стал допивать мед.

– Тогда о чем же упоминали альды? – поинтересовался Криг. – «Пещера предков» и «сфера»… По-моему, это довольно четко дает понять, что мы все где-то ошибаемся в своих суждениях относительно андров, – рассуждал он.

– Профессор Бертон, вы как всегда непреклонны, – вздохнул Версан. – Но не могу предать своей теории, даже на секунду. Тем не менее, вы все же движетесь к Северным горам и, я надеюсь, вам удастся увидеть все своими глазами. И тогда, если я действительно окажусь не прав с меня бутылка отменного вина. Идет? – с довольной улыбкой он протянул руку Кригу. Криг охотно пожал ее.

– Идет! – согласился профессор.

– Но учтите, если я окажусь прав, то бутылка вина уже с вас, коллега. – После соглашения Версан опустошил стакан и засобирался. – Увы, вынужден откланяться. Если я не потороплюсь, то не успею на заседание общества в Нордгарде. Желаю успеха, коллега. Рад был встретить вас тут, – обратился он к Кригу, мне ответил кротким наклоном головы и направился наверх.

На лестнице с ним столкнулся Дерек. Он пропустил Версана наверх.

– Мы готовы? – спросил радостно Дерек, когда спустился и подошел к нам.

– Подождите, я только поднимусь за своими вещами, и можно будет отправляться, – сказал Криг и поспешил наверх.

– Что тут происходило? Что это был за талк? – шепотом спросил Дерек.

– Я расскажу все у конюшен, – ответил я, и мы направились к двери.

Огонь в камине догорал, трактирщик созерцал весь зал своим орлиным взором и протирал свою стойку. Мы дошли до дверей, и вышли на улицу.

***

Пока мы с Дереком седлали лошадей, которые уже были почищены и накормлены к нашему приходу, я рассказал Дереку о разговоре с Кригом и Версаном.

– Так значит, мы не зря делаем такой круг? – спросил Дерек, подвязывая последние ремешки на седле.

– Никто точно сказать не сможет. Да и пути обратно у нас уже нет. Теперь мы должны проверить Последний оплот! – произнес я и сел верхом.

Лошади затопали, когда их попытались вывести из стоил, но они поддались нам. Я выехал из стоил верхом, а Дерек шел за мной и вел под уздцы двух коней. Мы стали ждать профессора и все разговаривали о альдонерах и утроенной ими войне.

Солнце выглядывало из-за горизонта и начинало освещать покрытые снегом деревья. Раздался звон колокола, находившегося у алтарной статуи аэрии Марияле, стоявшей в глубине деревни. Крестьяне стали выбираться из своих домиков: некоторые шли на проповедь, другие – кормить скот и куриц.

Профессор долго не выходил, мы прождали его минут двадцать. И вот, наконец, он вышел из трактира со своей поклажей. Дерек начал махать ему рукой, но он и без того нас заметил. В отличном настроении духа он подошел к коню, Дерек передал ему поводья, а сам сел на своего белоснежного скакуна. Профессор укрепил все седельные сумки и тоже вскочил в седло. Солнце уже светило в полную силу и слепило.

Мы развернулись как раз в сторону восходящего солнца и пришпорили лошадей. Они рысью помчались вперед. Наш путь до Граада продолжился.

Деревня осталась позади. Но не успели мы уехать дальше, как из деревни послышался мрачный набат. Такой звон в колокол предвещал жителей об опасности. За звоном колокола послышались крики жителей и страшный рев.

– Что-то не доброе там происходит, – заметил профессор.

– Это дракон! – громко произнес я и указал на летящего к деревне красного дракона. – Быстрее, возвращаемся! Но-но! – произнес я и стукнул шпорами лошадь по бокам и помчался обратно.

– Не зря у меня было плохое предчувствие! – равняясь со мной, прокричал Дерек.

Профессор поехал за нами.

Красное пламя вырывалось из пасти рогатого дракона, покрытого красной переливающейся на свете чешуей, и поджигало деревянные дома с соломенными крышами. Женщины с детьми убегали из деревни: они бежали нам на встречу. Профессор остановился и стал помогать детям и женщинам с ранами или ожогами. Мужчины с топорами и вилами пытались осилить чудовище. Огромными крыльями змей закрывал солнце, пролетая над деревней.

Дерек спешился и со звенящим звуком вытащил Та’арим из ножен. Он драконьей магией создавал в руках небольшие льдинки, которые метал в парящего над деревней дракона. В полете льдинки превращались в ледяные глыбы и, ударяясь о чешую дракона, разбивались на несколько сотен осколков. От пары глыб он чуть не упал, но наконец, обратил внимание на Дерека и стал спускаться.

В это время я проехался между полыхающими ярким пламенем домами, в поисках оставшихся в них жителей. Дерево трещало в огне и проезжая около них меня обжигало драконье пламя.

Дракон приземлился на один из домов и под ним дом обрушился. Он, с диким рыком изрыгая огонь, под треск ломающегося дерева, упал вниз. Дерек не шевелился: он ждал действий дракона. Тот разгреб завалы своими чешуйчатыми крыльями и вылез из руин горящего дома. Они посмотрели друг на друга и выжидали. Дракон тяжело дышал и своими желтыми глазами осматривал все вокруг, Дерек держал на изготовке меч, который сверкал в языках пламени.