Текст книги "Повелитель драконов (СИ)"

Автор книги: И. Пономарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 68 страниц) [доступный отрывок для чтения: 25 страниц]

– Какого… вы себе, сударь, позволяете?! Вы не видите – здеся тюрьма! Посторонним тута быть запрещено!

– Мне нужно найти своего ученика, который по моим сведениям тут, – грозно ответил я.

– А мне все равно кого вы тута ищите, – продолжил стражник. – Запрещено! Пущу только с разрешения начальника стражи, ежели получите его, – усмехнулся он. – А можете прямо к графу наведаться, – добавил он и вновь усмехнулся.

Я скрипнул зубами и отправился к выходу, а стражник вновь смачно начал жевать свой ужин.

Направился я в замок. Стража у дверей башни впустила меня, как только я назвался. По длинному мрачному коридору, голые стены которого лишь изредка прикрывались гобеленами и картинами, я вышел в просторный освещенный зал. В центре него стоял помост с вырубленным из дерева богато украшенным троном. За троном шла красивая парадная лестница, что поднималась на балкон, с великолепной мраморной балюстрадой. Стражи зала привели ко мне дворецкого. Ему я рассказал о цели визита, и он, поднявшись по лестнице на балкон, тут же скрылся в темном коридоре.

Через несколько минут дворецкий вернулся в сопровождении самого графа Белорда Ксирзского. Толстый, грузный с перекошенной от недовольства мордой граф спустился ко мне. Своими глазками-бусинками он оглядел меня и начал довольно грубым голосом:

– Дорогой мой, любезный сударь архимаг, скажите же, зачем вам понадобилось прерывать мой сон посреди ночи? – чуть ли не кричал он.

– Простите, ваше сиятельство, – произнес я и поклонился, а после продолжил. – Я был вынужден побеспокоить вас. Видите ли, мой друг пропал. Я искал его, и следы привели меня в тюрьму. Иначе я бы ни за что не смел беспокоить вас в такой поздний час. Он… болен. С головой не в порядке. Может, знаете – Дерек Гиблер его имя? – старался я как можно учтивее разговаривать с Белордом.

Он задумался или сделал вид что задумался, так или иначе, а морщины на его толстом лице зашевелились. Затем граф присел на свой трон и ответил:

– Хм… Не тот ли это дурак, что говорит будто он драконий повелитель? – спросил он дворецкого, кривляясь на словах: «драконий повелитель». Дворецкий кивнул в знак согласия.

– По какому праву его задержали и посадили в тюрьму, граф?

– Он смел оскорбить меня, клеветать на мое честное имя перед подданными, – грозно произнес Белорд.

– Как он оскорбил вас? – осведомился я.

– Не столь важно как он оскорбил меня, архимаг, – увильчиво стал отвечать граф. – Куда важнее сам факт оскорбления.

– Но я смею напомнить, что он болен, граф, – пытался я задобрить Белорда.

– Боюсь, это не отменяет того факта, что мне нанесена рана, даже и от больного на голову дурака. Но, я думаю, – продолжил он и его глаза сверкнули, – архимаг, что я мог бы забыть об этом… хм… скажем… за уплату морального ущерба. И это только потому, что я столь великодушен и потому что он ваш друг, архимаг, – говорил Белорд.

– И сколько угодно будет вашей милости за причиненную вам рану моим несмышленым другом? – как можно учтивее продолжал я.

Граф молчал. Он все смотрел на меня своими черными глазами-бусинами на жирном лице. Затем легкая ухмылка появилась на его губах, и он молвил:

– Двадцать пять золотых, и я забуду об этом пренеприятнейшем инциденте, любезный архимаг.

Я не ответил и полез в сумку на поясе за кошелем. Отсчитав указанную сумму, я оставил ее в кожаном кошеле и протянул его дворецкому, остальное спрятал в сумку. Дворецкий протянул графу кошель и тот с довольным видом подозвал к себе одного из стражников, что стояли по темным углам зала.

– Проводите архимага в казематы и выпустите бедного болезного, – ответил граф и, спустившись с помоста, кротко поклонился. Я ответил ему полноценным поклоном и тогда отправился за стражником. «Напыщенный дурак!» – подумал я про графа, но кинуть проклятием не решился.

Меня сопроводили в тюрьму. Тюремщик сильно удивился, вновь увидев меня, но ничего не сказал, лишь отворил решетку. В сопровождении стражника и тюремщика я шел по длинным зловонным коридорам каземат. Вскоре мы повернули, и уже по этой части разносился неприятный звон по металлу, а также крики. Один знакомый голос кричал: «Выпустите меня!», за ним второй, а остальные грубо отвечали им: «Да заткнитесь уже, придурки, нас из-за вас баланды лишат!». Но голосов не слушались, и эти пререкания разносились по всему коридору.

Когда мы приблизились к камере, где был Дерек, я остался чуть позади, пропустив вперед стражника и тюремщика. Завидев их, заключенные стали ехидно подкалывать Дерека: «Докричался, придурок? Ну, теперь на плахе покричишь» и раздавался смех. Тюремщик остановился напротив камеры Дерека и стал доставать ключи, висящие у него на поясе.

– К стене! – приказал Дереку тюремщик. После чего вставил ключ в скважину и тот со скрежетом повернулся в ней. Затем он отворил решетку и снова произнес. – С вещами на выход!

Дерек вышел и довольный собой ответил ему:

– А я говорил, что вы пожалеете о том, что схватили меня! Вот теперь, как я и говорил, сам пришел, чтобы выпустить меня… – Он повернул голову в мою сторону и с выражением лица, как будто перед ним был призрак, виновато продолжил. – Стой, стой, Совор, только не надо этого твоего взгляда. Да, вот именно этого. И не говори ничего, я прошу тебя.

Мы вышли из тюрьмы и покинули двор замка, направившись к отделению академии. Уже начинались предрассветные сумерки.

– О чем ты только думал, Дерек? – начал я нравоучения.

– Совор, я же просил… – виновато ответил он.

– Да нет уж, послушай, – продолжил я. – Как можно было угодить за решетку? Это просто немыслимо… Да еще и графа оскорбил!

– Никого я не оскорблял… – буркнул он.

– Вот как, а что прикажешь делать со словами графа?

– Засунуть туда, откуда такого графа достали, – озлобленно говорил Дерек.

– Значит, так? Ну, поведай, мой друг, что было на самом деле.

Дерек огляделся, хотя в кромешной тьме было невозможно что-либо рассмотреть. Мы уже приближались к зданию отделения.

– Как я и планировал, я отправился прогуляться, – начал Дерек спокойнее. – Тебя будить не стал, ты сам просил. Так вот, сначала я прошелся, затем на базаре я стал присматривать хорошие продукты. Ну, и нашел неплохую лавчонку на окраине площади, а там вдруг кто-то закричал.

– И ты не мог не проверить?

– Не мог, как видишь. Оказалось, что в переулке двое стражников загнали старика и стали отбирать у него кошель с деньгами. Грозились силой отобрать, а он все говорил, что у него денег мало и семью кормить нужно. Я вступился. Стражники меня недооценили и вскоре уже улепетывали, что пятки сверкали. И не смотри, да-да, я знаю, что ты смотришь. Не применял я силу, только кулаки, – он усмехнулся. – Ну, не мог же я сдержаться и не крикнуть им вслед, что драконий повелитель вернулся, и будет защищать страждущих? Не мог, вот. А старик поблагодарил меня и довольный тому, что у него не отобрали кошель поведал мне, что здесь часто стражники грабят население.

– Благородно, – отметил я. – Но ты так и не приблизился к моменту, как оказался за решеткой.

– Ты просто не даешь мне договорить. Потом уже было поздно возвращаться в лавку, все они стали закрываться и вряд ли хороший товар у них еще не скупили. Я снова немного побродил по городу, и на закате меня подкараулило пятеро стражников, двое из которых были теми самыми. Предварительно поколотив меня, они притащили меня к графу, не дали и слова сказать. Оклеветали, обвиняя меня… «во всенародном сквернословии на графа», – вот как. А дальше ты уже догадываешься.

Я усмехнулся

– Ах, Белорд, ну и жук!

– Граф-то тут причем? – спросил он.

– Да он и отбирает у граждан деньги посредством стражи.

– То есть?

– Да он за тебя плату потребовал, видно побоялся, что я все разнюхаю, – я снова усмехнулся и добавил. – Не знал я, что ты дороже мерина стоишь.

– Столько он потребовал? Ха! Точно жук! – отметил Дерек и виновато продолжил. – Я, Совор, все верну, как удастся подзаработать…

– Чего уж. Но впредь постарайся не попадать в такие ситуации. А теперь, – говорил я, когда мы уже были у крыльца отделения академии, – постараемся вздремнуть до утра, и тогда уже будем обсуждать эту проблему.

Мы вернулись в свою комнату и постарались уснуть, чтобы на рассвете, до которого оставалось немного часов, быть бодрыми.

Утро наступило быстро. Я разбудил Дерека и отправил его собирать вещи и закупить необходимых продуктов, а сам направился к Руне. Она только начинала подготавливать все к моему «выступлению», поэтому я ей помог. Когда все было готово, она позвала и учеников и преподавателей в зал и я начал. Я не готовился к «лекции», да и не нужно было. Тема нашлась спонтанно. Мы говорили о природе магии. Началась бурная беседа:

– Что есть магия? – рассуждал я. – Способ управления материей созданной из изначального хаоса, в котором зародился наш мир. Мы, маги, проводники этой энергии. Нам дано повелевать изначальными стихиями. И это наш дар, и одновременно тяжкое бремя. Нельзя злоупотреблять тем, что несет в себе хаос.

– Но магия, как вы упоминали ранее, да это и так всем известно, была дана нам богами, – вступил в обсуждение ученик. – Может ли божественный дар нести вред?

– Может, – ответил я и сразу уточнил, – но не сам дар. Магия была дана нам для свершения великих дел, и лишь мы, люди, да и все народы, обратили ее во зло. И даже если магия дар свыше, это не изменяет природы этого дара. А она состоит в подчинении или изменении материи, то есть хаоса. Все что делается магией в неопытных руках, может принести вред, даже если применяли ее в благих целях. Хаос – это не игрушка, которой можно повелевать просто так. Нет. Самое главное правило – сохранение баланса. Тогда это не навредит материи, а следовательно, и миру. Такой баланс соблюдается, когда мы, например, берем магическую энергию из мира, проводим ее через свое нутро и виде заклятия, при этом придавая энергии форму, выпускаем из себя, за что платим собственными силами.

Но баланс может быть нарушен даже таким способом. Именно поэтому некоторые виды магии запрещены. Такие как магия призыва духов, что мы называем некромантией.

Беседа продолжалась еще несколько часов. К ней подключались и преподаватели, Руна, и Дерек. Когда я закончил, Руна пригласила нас к поздней утренней трапезе, и после этого мы с Дереком решили выезжать.

Кони уже были собраны в дорогу, накормлены и оседланы (Дерек постарался). Мы отвязали их от коновязи и, попрощавшись с Руной, отправились по булыжной мостовой к Кавирским воротам, через которые покинули Бретог. Теперь к нашей цели нас вел Кавирский путь. Стоял солнечный безветренный день. Дерек был задумчивее прежнего. Я решил расспросить его.

– Да я все думаю, почему мы оставили действия Белорда безнаказанными?

– А что бы ты сделал? – поинтересовался я. – Прийти и арестовать? А то, что вся стража в городе ему подчиняется? Да и это считалось бы нападением на графа и престол. Даже мое звание Великого магистра не спасло бы нас.

– Но это же надо остановить! – негодовал Дерек.

– Мальчик мой, взяточничество и казнокрадство процветает многие века, с самого появления обменной системы. Те, кто хоть на немного имеет более высокое положение среди других, обязательно этим воспользуются в свою пользу. Это, пожалуй, самая противная черта, которая сохранилась в людях со времен драконьей тирании.

– Не оставлять же это безнаказанным, – продолжал Дерек. – Куда смотрит император?

А кони шли по дороге, цокая копытами и фырча.

– Императора заботят не только дела графов и знати. Да и как повелось, он наверняка об этом не знает. Когда узнает, то немедля пошлет инспекторов, чтобы все выяснить.

– Ты думаешь, инспектора неподкупны? – усмехнувшись, спросил Дерек.

– Не думаю, что Белорду удастся подкупить императора.

– Причем здесь… Подожди. Ты же не хочешь сказать… – по-видимому, я ошеломил Дерека.

– А ты думал? Когда дело касается казны, император сам берется за дело. В этом у династии Залдеров не отнять. Все они не сидели сложа руки. Поэтому Белорду не поздоровиться, я тебе это гарантирую.

– Ловлю тебя на слове, – улыбнулся Дерек в ответ.

Удовлетворенный этим, Дерек затих, и мы пришпорили лошадей.

Дня через три мы достигли небольшой деревушки, что носила название Медвежий холм. Там перевели дух, дали коням передохнуть, а заодно стали готовиться к проходу через Скользкое ущелье. Это был единственный горный проход через Норссальский кряж, отгородивший графство, в окружающий мир. Однако с ущельем была связана одна проблема – тролли. Они давно обосновались там и порядком мешали проходящим мимо караванам. В спокойные годы за их количеством следили, а что там было сейчас, я знать не мог. «Может и развелось особи четыре», – успокаивал я себя. Ведь тролль был опасным даже для опытного мага: одним ударом своей массивной лапой он мог убить кого угодно.

На следующий день мы уже приближались к ущелью. Время шло к полудню. Горная цепь ползла к облакам, затемняя все в округе своими массивами. Поднявшись на холм, что вырос посреди дороги, лошади обеспокоенно заржали и встали на дыбы.

– Тррр! – просвистел Дерек, еле удержавшись в седле. Конь его рухнул передними копытами на землю. – Что могло их так встревожить?

– Может, троллей почувствовали? – сказал я, поглаживая коня по голове, тем самым успокаивая его.

– Не думаю, – мрачно произнес Дерек, устремив взгляд вдаль. Я также посмотрел на горы и увидел силуэт приближающегося всадника.

Мы спешились. Я стянул с рук перчатки и размял пальцы, а Дерек с лязгом обнажил меч. Мы ждали.

Всадник вскоре приблизился, но нападать вроде не собирался.

– Эй, судари-путники, – кричал он издалека, – мне нужна помощь! – он остановил свою лошадь подле наших и, не слезая с нее, снова сказал, что нуждается в помощи.

Дерек убрал меч в ножны и спросил:

– Что произошло?

– Я наемник из гильдии, – запыхавшись, отвечал человек в кожаной куртке, лошадь его тоже тяжело дышала, – сопровождал торговый обоз из Кавира. На… на нас напали в ущелье. Тролли внезапно появились из пещер и повалили обозы… Мне, кажется, одному удалось выбраться.

– Вооруженные до зубов наемники не справились с парочкой троллей, – заявил я, позабыв о собственных опасениях.

– Парочкой?! – недоумевал наемник. – Вы, сударь, не с луны ли к нам? Давно ли были в этом чертовом ущелье? Парочка! Пффф! – возмущался он, задыхаясь. – Там их четыре десятка!

– Четыре десятка?! Но как? – удивился я. – Это же главный Имперский тракт.

– Не знаю как! Видно не до этого доблестному Легиону, – вздохнул наемник и обеспокоенно продолжил. – Я не знаю как остальные. Может, кто уцелел? Выбрался ли?

– Пока мы болтаем шансы все уменьшаются! – рявкнул Дерек и вскочил на коня. – Мы поможем! Но! – скомандовал он коню и помчался вперед.

Я лишь вздохнул.

– Ступай в Бретог, – обратился я к наемнику, – найди командира Легиона. Пусть приведет сюда солдат. – Наемник все кивал, а затем натянул поводья и добавил:

– Хорошо. Да прибудут с вами силы Десяти! – и с этими словами он пришпорил коня и помчался в сторону Бретога.

Я залез на своего коня и стал нагонять Дерека.

К полудню мы достигли входа в ущелье. Спешились (лошади встали как вкопанные и не желали идти дальше). Привязали лошадей к ближайшей коряге и отправились в проход. Здесь еще лежал снег, холодный промозглый ветер завывал в ущелье. Мы не прошли и десяти минут как обнаружили остатки обоза. Разломанные телеги. Трупы лошадей с рваными ранами, некоторые были обезглавлены. Стоял неприятный мускусный запах крови. Жужжали мухи. По всей округе было разбросано семеро изуродованных трупов людей, все в кожаных куртках при мечах и секирах – наемники гильдии. Весь снег был в крови и обломках телег. Дерек присел осмотреть какие-то следы, а я стал искать пещеру.

Она оказалась совсем недалеко. В нее вели кровавые полосы, как будто кого-то волокли.

– Я не думаю, что кто-то уцелел, – произнес я. – Тролли редко когда оставляют свою добычу в живых.

– А я думаю, что некоторым удалось выжить. Вот, – указал он на след, ведущий в пещеру, – ее нужно обследовать.

– Ты собрался в логово к троллям?

– Чего боится Великий магистр? – упрекнул он меня.

– Это не страх, Дерек, а здравый смысл. Их тут не две, не три особи, а сорок. И это только тех, кого видел наемник. Нет, конечно, если прибавить ко всему страх наемника, тогда можно предположить, что троллей тут не больше пятнадцати, иначе они себя бы не прокормили. Но и пятнадцать тоже не мало.

Пока я говорил, Дерек меня не слушал, а стал искать что-то в обломках. Затем он достал обмасленный факел и, прошептав слова, зажег его. Остановить его редко когда удавалось. Я вздохнул и щелкнул пальцами. В моей ладони разгорелся тусклый огонек. Мы направились в пещеру.

Факел и волшебный огонь осветили мрачные своды пещеры. В ней было тихо. Подозрительно тихо. Кровавый след вел нас вглубь. Стоял невыносимый запах мертвечины. Меня даже начинало тошнить. Через несколько минут мы выбрались в просторный зал. В нем запах только усилился. В свете факела и огня были видны останки добычи троллей. А мухи, что кружили над гнилью, поднимали гул. Мы двинулись дальше по кровавому следу. Кости хрустели под ногами. В некоторых местах пещера сужалась так, что приходилось протискиваться друг за другом.

Чем глубже мы продвигались, тем больше пещера становилась похожа на каменные коридоры: кривые узкие извилистые пещерные стены, перерастали в аккуратную каменную кладку, с пустыми кольцами для факелов. Мы продолжили идти по этому странному, но довольно широкому коридору, и когда повернули за угол, обнаружили горящий факел.

– Ты по-прежнему считаешь, то тут никого нет? – спросил Дерек.

– Кроме троллей – никого, – ответил я.

– Тогда, либо тролли научились добывать огонь, либо нам с тобой это мерещится, – ехидно добавил он, а затем указал на кровавый след. – Он ведет дальше. Пошли.

Шли мы уже с час. След оборвался на половине пути, но Дерека это не остановило. Вскоре коридоры стали перерастать в просторные залы, покрытые паутиной и вековой пылью, в некоторых местах обвалившиеся. Отсыревшие покрытые мхом ящики стояли по углам. В этих залах мне стало не по себе. Во тьме, что разбегалась от света огня, чувствовалось что-то зловещее. Я не мог понять, что создавало у меня такое ощущение.

Вдруг в коридоре, куда мы собирались отправиться из зала, послышались шаги, топот и голоса. Дерек магией затушил факел и кинул его на землю. А я прошептал заклинание и окутал нас непроницаемым полем, за которым мы были невидимы. Тьма скрыла нас, а мы продолжили не шевелясь ждать. Голоса и шаги приближались. Вперед них в зал проник свет факела. За ним появились две высокие фигуры, одетые, видимо в черное, лица их были скрыты капюшонами и повязками.

– Видишь, – сказал один и указал на тлеющий факел, брошенный Дереком, – кто-то проник сюда. Мне не показалось.

– Надо поскорее найти их или нам не поздоровиться, – ответил другой.

– Нет, – произнес первый и усмехнулся, – пускай ими тролли займутся.

Он что-то пробормотал и через мгновенье из коридора к ним выбежало четверо троллей. От них исходило трупное зловоние, а шерсть в свете факела казалась неестественно зеленого цвета. Тогда меня точно по голове ударило. «Некроманты!» – прокричал я в мыслях.

Тролли, как и их хозяева, не заметили нас, но в отличие от них унюхали. Они взяли наш прошлый след и направились по нему. С грохотом они помчались в коридор, откуда мы пришли, а некроманты двинулись за ними. Когда шум стих, я снял барьер, поддержание которого отняло у меня много сил.

– Вот видишь, – прошептал Дерек, – а говорил, что здесь кто-то есть.

– Теперь я обязан узнать, что тут твориться! – грозно ответил я, но тоже шепотом.

Мы в полуприседи крадучись поспешили в тот коридор, откуда пришли некроманты.

Этот коридор привел нас к освещенному люстрой залу. Мы выглядывали из-за поворота и наблюдали за тем, что там происходит. В том зале были разбросаны трупы троллей. Несколько некромантов, облаченных в черное, плели над ними свои заклятия. Коридор продолжался дальше. Пока никто не смотрел в нашу сторону мы поочередно перебежали от одного края двери к другому и аккуратно продолжили исследовать коридор. Дерек следовал за мной. Ничего не говорил и не спрашивал, хотя по нему было заметно, как его гложут вопросы.

Дальше и дальше, все вглубь темных коридоров непонятной горной крепости. По дороге нам изредка встречались одиноко бредущие некроманты, но от них мы прятались под невидимым барьером. Прошел еще час. И наконец, длинный коридор вывел нас в огромный зал, со сводчатыми потолками. Несколько люстр освещали его, но при этом зал был совсем пуст. Ничего и никого. Даже намека на продолжение пути не было. Я жестами сказал Дереку осмотреть правую стену, а сам направился к левой. Вековая каменная кладка была столь добротно сделана, что наверняка даже лезвие клинка не смогло бы протиснуться между кирпичами. Если проход и был тут, то скрыт магией.

Я на шаг отошел от стены и стал шептать заклинание. Затем резко развел руки в стороны, и в тоже мгновение по стене пробежалась волна света. Но это ничего не дало, лишь пыль поднялась в воздух. Я повторил это у другого участка стены. И снова ничего. Затем я испытал тоже заклятие на стене, что находилась напротив коридора, но и это было тщетно.

– Может быть это тупик? – шепотом спросил Дерек.

– Если ты, как и я, осмотрел коридор и залы, которые мы проходили, то тоже знаешь, что там проходов не было. Некромант, что шел нам навстречу, должен был откуда-то тут взяться, – размышлял я шепотом, глядя на стену.

– Совор, – окликнул меня Дерек, я не обернулся. – Совор, – настойчиво позвал он, и я решил повернуться.

Дерек смотрел на коридор. А в нем было пятеро некромантов, за которыми стояли тролли. «Перехитрили нас!» – злобно произнес я в мыслях. Они не сказали ни слова, а лишь напустили на нас троллей. Магия, что скрывала их шаги, развеялась, и топот от их бега стал сотрясать зал. Их было четверо и все бежали на нас. Я быстро разжег в ладонях пламя и кинул его в одного из троллей. Шерсть его заполыхала, но он даже не остановился. Я явно сглупил: мертвые они бы не почувствовали боли. (Но в тот миг я не подумал об этом). Быстро стараясь сложить новое заклинания, я хотел исправить оплошность, но было поздно: они успели подбежать слишком близко. Мы бросились в рассыпную. Двое увязалось за мной, один с полыхающей шерстью за Дереком, как я успел заметить. А четвертый не рассчитал и с грохотом врезался в стену, да так что своды зала зашатались, а кирпичная кладка обвалилась на громилу.

Я убегал от троллей нагонявших меня и тем временем старался угадать, кто из некромантов был «хозяином» этих ходячих трупов. По-иному справиться с такими троллями было невозможно. Вычислить их было не особенно сложно: они были напряженны и не смотрели с вожделенной улыбкой на то, как мы бегаем от их игрушек. Быстрое расчетливое заклинание, и все заклинатели вмиг упали без чувств, а я пошатнулся: столь много сил забрало у меня это заклинание. Тролли остановились и с грохотом рухнули на землю. Я согнулся и попытался отдышаться, в глазах мутнело, а сердце билось как бешеное. Но оставшиеся некроманты не дали мне такой возможности.

К ним подоспело подкрепление. Они все запели заклинания и под звон их громких голосов в полу появились прорехи, из которых показались кости ног или рук. Они схватились за пол и стали подтягиваться. И вскоре из расщелин поднялись целые скелеты, которых окутывала темная аура. Я не стал дожидаться, пока некроманты завершат свои ритуалы, и, сотворив ответное заклятие, зажег в ладонях искры. Резко выкинув руку вперед, молния стрелой с треском вырвалась из ладони и поразила одно из некромантов, а потом перекинулась на второго. Но скелеты уже были готовы: они стали нападать. Дерек, размахивая мечом, рушил скрепленные черной магией кости, но те собирались вновь. Волна скелетов напирала на него. Выбросив вторую молнию из ладони, я бросился Дереку на выручку. Некромантов осталось трое. Двое из них решили помешать мне, а третий засмеялся, и смех его вызывал дрожь.

Некроманты стали творить темный огонь – магические стрелы из искаженного демонического огня. Колдун метнул такой огонь в меня, но я развеял его в полете. Вторая стрела огня была остановлена прямо перед носом, вовремя поставленным барьером: огонь разбежался по его куполу, как стремительный поток воды разбивается о камень. Пока выдалась секунда передышки со стороны некромантов, я скривил пальцы рук и, протараторив заклинание, выпустил из двух рук поток синеющих молний, что искрились и звенели в ушах. Некроманты быстро отреагировали: они сотворили барьер и молния разбилась о него. Своды зала мерцали от заклинаний. Заклинатели сотворили огонь, а я молнию. Наши заклятия разбивались друг о друга, и звон от этого гулким эхом разносился по коридорам.

Я не видел, как были дела у Дерека. И помочь ему не мог: одна невнимательная ошибка и некроманты возьмут верх. И лишь когда я смог расправиться с одним из них, мне удалось проскочить к Дереку. Его ранили (скелеты воевали острыми обломками своих же костей) в бок и бедро. Но он держался. И когда заметил, что я приближаюсь, он собрался с силами и громко произнес несколько шипящих драконьих слов. Скелеты в одно мгновение вспыхнули как щепки. Их заклинатель испытал при этом боль, что было видно по его искривленному лицу, выглядывающему из-под капюшона. И после этого заклятия Дерек поник, и выронил меч. Ноги его подкосились. Глупо было применять драконью магию в такой момент, но иного выхода я, как и он, не видел. Я помог ему удержаться на ногах. Но некромант-заклинатель воспользовался моментом и выпустил из своих рук заклятие, полностью оставившее Дерека без сил (я не успел его парировать). Он потерял сознание и чуть не выпал из моих рук. Я попытался привести его в чувства, но в этот миг меня посетило ощущение присутствия чего-то темного, зловещего. Меня бросило в дрожь и, потеряв силы, я вместе с Дереком рухнул на пол. Последнее что я слышал хриплый смех, а после потерял сознание.

***

Долго не мог понять, где я: в мире реальном или во сне. Сознание было затуманено, мысли никак не могли прийти в порядок, если это были мысли. Ни пошевелиться, ни вздохнуть. С неимоверным усилием я заставил себя проснуться, но глаз не открывал. Тело болело, как будто по мне проехались десять телег. Во рту стоял солоноватый привкус крови. Голова гудела. Руки затекли, а запястья горели от жгучей боли. Я был подвешен, но не стал доверять чувствам и проверил. Звон цепей, отсутствие пола под ногами, железные колодки на запястьях – да, я был подвешен. «Так дать себя провести», – осуждал я себя. – «Что я за магистр после этого!». Когда я полностью пришел в себя, решился открыть глаза. Сначала подумал, что так и не смог этого сделать: так было темно – но затем все начало проясняться.

Стоял полумрак. Я был в зале. Из небольших квадратных окошек в стенах свет падал на пол и давал возможность осмотреться. Я повернул голову. Рядом со мной к столбу был прикован Дерек. Он также висел на цепях. Раны его уже не кровоточили, хотя кровавый след расплылся по всей штанине и шубе. Дерек все еще был без сознания. Я окинул взглядом зал. С потолка свисали клетки, из которых показывались бледные руки трупов. Наши столбы, к которым мы были прикованы, находились в окружении пыточных (или к ним бы подошло слово – «разделочных») столов. Все они были в крови, некоторые в свежей. На них еще оставались ошметки, о происхождении которых я постарался не задумываться.

По своему состоянию, я прикинул, что мы провисели так не больше часов двух-трех. Может чуть больше. Силы у меня еще были и я смог бы высвободиться с помощью магии (пальцы рук даже не удосужились связать и запихнуть в мешок, чтобы как-то попрепятствовать мне), но сначала нужно было удостовериться в прочности цепей и оков. Я стал дергаться, а цепи – звенеть. И тогда ко мне вернулось ощущение приближающейся тьмы.

Легкий хриплый смешок послышался из участка зала, полностью скрытого мраком. Затем оттуда же зазвенел до невозможного знакомый голос, мягкий бас, в котором слышалась сила:

– Так-так, – проговорил голос. – Очухался, наконец. Я долго ждал этого момента, чтобы побеседовать с тобой. Раньше мне бы не удалось схватить тебя. Видно, годы берут свое.

Я раскрыл рот (в горле першило) и хрипло, но как мне показалось, достаточно громко произнес:

– Покажись! Я не намерен говорить с тенью! – хрипел я.

– Даааа, – разочарованно произнесла тень, – годы и в правду берут свое, – снова легкий смешок, а потом он продолжил. – Давний враг не узнает меня? – Я не ответил. – Ты не помнишь? – тень во мраке начала двигаться и выступила в освещенный тусклым светом из окна участок.

Тогда я разглядел ее. Это был высокий худощавый человек, облаченный в длинную черную котту, чья пола доходила ему до щиколотки таких же черных кожаных сапог. Красный кушак, на котором висело несколько склянок и ножны с кинжалом, опоясывал его. Молодое лицо было неестественно бледным, точно не живым. Синие блестящие глаза сверкали во впалых глазницах. На щеке красовался ужасного вида рубец, прикрытый ниспадающими черными с проседью волосами. А по всей шее тянулся шрам от глубокого пореза. Фиолетовые губы были скривлены в некое подобие улыбки или усмешки. Ему надоело стоять в одной позе, позволяя мне рассмотреть его. Тогда он отвел от груди руки выпрямился и мне стал виден вышитый красными нитями знак в том месте, где были руки. Это был череп с пустыми черными глазницами, на лысой макушке которого была странного вида зазубренная корона. Я, наконец, понял кто стоит передо мной и был этим сильно ошеломлен.

– Лирн?! – сумел я вымолвить. – Но… Это не возможно!

Он засмеялся, а потом вновь полился его голос:

– Я тоже так думал, когда ты и твои дружки с башни убили меня. Но, как видишь, я стою прямо перед тобой. И снова служу во благо своего господина. Орден Красного Черепа будет вновь восстановлен. И ты как мой почетный пленник будешь свидетелем этого, – он стал расхаживать перед нами.

– Что ты несешь, Лирн? – яростно прокричал я.

– Ну-ну, я бы предпочел – Король Красного Черепа, – он подошел к Дереку и стал водить рукой в перчатке по его щеке. – Было глупо с твоей стороны приводить сюда драконьего повелителя. Я воспользуюсь твоей ошибкой и с его помощью восславлю господина, – глаза его сверкнули. – С такой силой под контролем, мне будет подвластно многое. Весь мир упадет на колени перед Красным Черепом и моим господином.

– Только через мой труп, Лирн! – взревел я.

– Умно, – заметил он и отпрянул от Дерека, – учитывая, что убить тебя будет проблематично.