Текст книги "Тед Банди. Полная история самого обаятельного серийного убийцы"
Автор книги: Холли Бин
Жанр:
Публицистика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 258 (всего у книги 325 страниц)
СИР КРЕЙТОН ДЛИННЫЙ СУК и СИР ИЛЛИФЕР БЕССРЕБРЕНИК, межевые рыцари.
ХИБАЛЬД, купец.
……Межевой рыцарь у него на службе СИР ШАДРИК из Тенистой Долины, по прозвищу БЕШЕНАЯ МЫШЬ.
БРИЕННА, ТАРТСКАЯ ДЕВА, она же БРИЕННА КРАСОТКА, странствующая воительница.
……Ее отец СЕЛЬВИН ВЕЧЕРНЯЯ ЗВЕЗДА, лорд Тарта.
……Ее давнишние поклонники БЕН БУШИ, СИР ХИЛЬ ХАНТ, СИР МАРК МАЛЛЕНДОР, СИР ЭДМУНД АМБРОЗ, СИР РИЧАРД ФАРРОУ, УИЛЛ-ЖУРАВЛЬ, СИР ХЬЮ БИСБЕРИ, СИР РАЙМОНД НЕЙЛАНД, ГАРРИ СОЙЕР, СИР ОУЭН ДЮЙМЕЛЬ, РОБИН ПОТТЕР.
РЕНФРЕД РИККЕР, лорд Синего Дола.
……Его одноногий кастелян СИР РУФУС ЛЕК.
ВИЛЬЯМ МОУТОН, лорд Девичьего Пруда.
……Его старшая дочь и наследница ЭЛИНОР, тринадцати лет.
РЕНДИЛЛ ТАРЛИ, лорд Рогова Холма, командующий войсками короля Томмена на Трезубце.
……Его сын и наследник ДИКОН, оруженосец.
СИР ХИЛЬ и его кузен СИР АЛИН ХАНТЫ, на службе у дома Тарли.
ДИК КРЭБ или ДИК-ПРОЙДОХА с мыса Раздвоенный Коготь.
ЮСТАС БРЮН, лорд Дирдена.
……Его кузен БЕННАРД БРЮН, Рыцарь Бурой Лощины.
СИР РОДЖЕР ХОГГ, Рыцарь Свиного Рога.
МЕРИБАЛЬД, босоногий септон.
……Его собака по кличке СОБАКА.
……СТАРШИЙ БРАТ.
……НАРБЕРТ, ГИЛЛЕМ, РОУНИ – монахи Тихого острова.
……СИР КВИНСИ КОКС, Рыцарь из Солеварен, дряхлый старец.
В гостинице на перекрестке дорог:
ДЛИННАЯ ДЖЕЙНА ХЕДЛЬ, хозяйка гостиницы, восемнадцати лет.
……Ее младшая сестра ИВА.
РОМАШКА, ПЕЙТ, ДЖОН ГРОШИК, БЕН – сироты.
ДЖЕНДРИ, кузнечный подмастерье, бастард короля Роберта, не знающий, чей он сын.
В Харренхолле:
РАФФОРД (РАФФ-КРАСАВЧИК), СРАНЫЙ РОТ, ДАНСЕН – солдаты.
БЕН ЧЕРНОПАЛЫЙ, кузнец и оружейник.
ПИА, служанка.
МЕЙСТЕР ГУЛИАН.
В Дарри:
ЛЕДИ АМАРЕЯ ФРЕЙ, по прозванию АМИ-ОТКРОЙ-ВОРОТА, молодая жена лорда Ланселя Ланнистера.
……Ее мать ЛЕДИ МАРИЙЯ, вдова Меррета Фрея, урожденная Дарри.
……Ее сестра МАРИССА, тринадцати лет.
СИР ХАРВИН ПЛАММ ТВЕРДОКАМЕННЫЙ, командир гарнизона.
МЕЙСТЕР ОТТОМОР.
В гостинице Коленопреклоненного:
ШАРНА, хозяйка, повариха и повитуха.
Ее муж по прозвищу МУЖ.
Мальчик-сирота, взятый ими на воспитание.
ПИРОЖОК, подручный пекаря, сирота.
БЕРИК ДОНДАРРИОН, бывший лорд Черной Гавани, шестикратно убитый.
……ЭДРИК ДЕЙН, двенадцати лет, лорд Звездопада, оруженосец Берика.
……БЕЗУМНЫЙ ОХОТНИК из Каменной Септы, временами союзник Берика.
……ЗЕЛЕНАЯ БОРОДА, наемник из Тироша.
……ЭНГИ-ЛУЧНИК с Дорнийских Марок.
……МЕРРЕТ ИЗ ЛУННОГО ГОРОДА, УОТТИ-МЕЛЬНИК.
ЛЕДИ БЕССЕРДЕЧНАЯ, женщина с закрытым лицом, именуемая также ПОМИЛУЙ НАС МАТЕРЬ, МОЛЧАЛИВАЯ СЕСТРА, ВЕШАТЕЛЬНИЦА.
……ЛИМ ЖЕЛТЫЙ ПЛАЩ, бывший солдат.
……ТОРОС ИЗ МИРА, красный жрец.
……ХАРВИН, сын Халлена, служивший прежде лорду Эддарду Старку из Винтерфелла.
……ДЖЕК-СЧАСТЛИВЧИК, одноглазый разбойник.
……ТОМ ИЗ СЕМИ РУЧЬЕВ (ТОМ-СЕМЕРКА, ТОМ СЕМИСТРУННЫЙ) – певец с сомнительной репутацией.
……ЛЮК-ЛЮБЕЗНИК, МАДЖ, БЕЗУСЫЙ ДИК – разбойники из шайки Дондарриона.
САНДОР КЛИГАН по прозвищу ПЕС, бывший телохранитель короля Джоффри и королевский гвардеец. По слухам, умер от горячки на землях Трезубца.
ВАРГО ХОУТ из вольного города Квохора по прозвищу КОЗЕЛ, капитан наемников; убит в Харренхолле Григором Клиганом.
……Его Бравые Ребята, чаще именуемые Кровавыми Скоморохами:
…………ВЕРНЫЙ УТСИВОК, лейтенант Хоута.
…………СЕПТОН УТТ, повешенный лордом Дондаррионом.
…………ТИМЕОН-ДОРНИЕЦ, ЖИРНЫЙ ЗОЛЛО, РОРЖ, КУСАКА, ПИГ, ШАГВЕЛЛ-ДУРАК – в бегах.
В «Персике», борделе городка Каменная Септа:
РОМАШКА, рыжеволосая хозяйка заведения.
……АЛИСА, КЭСС, ЛАННА, ЖИЗЕЛА, ХЕЛЛИ, КОЛЛА – ее «персики».
В Желудях, усадьбе дома Смолвудов:
ЛЕДИ РАВЕЛЛА, урожденная Сванн, жена лорда Теомара Смолвуда.
Там и сям:
ЛОРД ЛАЙМОНД ЛАЙЧЕСТЕР, впавший в детство старик, некогда остановивший сира Мейнарда у неведомого моста.
……Его лекарь МЕЙСТЕР РУН.
ПРИЗРАК ВЫСОКОГО СЕРДЦА.
ЛИСТВЕННАЯ ЛЕДИ.
СЕПТОН ИЗ ВЕСЕЛУШКИ.
ДЖОН СНОУ, Бастард из Винтерфелла, 998-й лорд-командующий Ночного Дозора.
……Его белый лютоволк ПРИЗРАК.
……Его стюард ЭДДИСОН ТОЛЛЕТТ по прозвищу СКОРБНЫЙ ЭДД.
В Черном Замке:
БЕНДЖЕН СТАРК, первый разведчик, пропавший без вести несколько лет назад.
СИР УИНТОН СТАУТ, разведчик, дряхлый старик.
……КЕДЖ БЕЛОГЛАЗЫЙ, БЕДВИК-ВЕЛИКАН, МАТТАР, ДАЙВЕН, ГАРТ СЕРОЕ ПЕРО, УЛЬМЕР ИЗ КОРОЛЕВСКОГО ЛЕСА, ЭЛРОН, ПИП, ГРЕНН-ЗУБР, ЧЕРНЫЙ БЕРНАРР, ЖАБА, ЧЕРНЫЙ ДЖЕК БУЛЬВЕР, ДЖОФФ-БЕЛКА, БОРОДАТЫЙ БЕН – разведчики.
БОУЭН МУРШ, лорд-стюард.
……ТРЕХПАЛЫЙ ХОББ, стюард и главный повар.
……ДОНАЛ НОЙЕ, однорукий кузнец и оружейник, убитый в воротах замка Мегом Могучим.
……ОУЭН ОЛУХ, ТИМ КОСНОЯЗЫЧНЫЙ, МАЛЛИ, КУГЕН, ДОННЕЛ ХИЛЛ (МИЛАШКА ДОННЕЛ), ЛЬЮ ЛЕВОРУЧКА, ДЖЕРЕН, ВИК-СТРОГАЛЬ – стюарды.
ОТЕЛЛ ЯРВИК, первый строитель.
……ПУСТОЙ САПОГ, ХАЛДЕР, АЛБЕТТ, КЕНС – строители.
КОНВИ, ГУЭРЕН – вербовщики.
СЕПТОН СЕЛЛАДОР, пьяница.
СИР АЛЛИСЕР ТОРНЕ, бывший мастер над оружием.
ЯНОС СЛИНТ, бывший командир городской стражи в Королевской Гавани и кратковременный лорд Харренхолла.
МЕЙСТЕР ЭЙЕМОН (ТАРГАРИЕН), слепой, ста двух лет от роду.
……Его стюарды КЛИДАС и СЭМВЕЛ ТАРЛИ.
ЖЕЛЕЗНЫЙ ЭММЕТ, прежде служивший в Восточном Дозоре, мастер над оружием.
……ГЭРЕТ-КОНЬ, близнецы АРРОН и ЭМРИК, АТЛАС, ХОП-РОБИН – новобранцы.
В Сумеречной Башне:
СИР ДЕННИС МАЛЛИСТЕР, командующий.
……УОЛИС МАССИ, его стюард и оруженосец.
……МЕЙСТЕР МАЛЛИН.
……КУОРЕН ПОЛУРУКИЙ, командир разведчиков, убитый за Стеной Джоном Сноу.
…………ОРУЖЕНОСЕЦ ДАЛБРИДЖ, ЭББЕН – разведчики, погибшие на Воющем перевале.
…………КАМЕННЫЙ ЗМЕЙ – разведчик, пропавший в горах.
В Восточном Дозоре, Что-у-моря:
КОТТЕР ПАЙК, командующий.
……МЕЙСТЕР ХАРМУН.
……СИЗАРЬ, капитан «Черного дрозда».
……СИР ГЛЕНДОН ХЬЮЭТТ, мастер над оружием.
……ДАРЕОН, стюард и певец.
В Замке Крастера (дезертиры):
НОЖ, убивший Крастера, хозяина дома.
ОЛЛО КОСОРУЧКА, убивший лорда-командующего Джиора Мормонта.
ГАРТ ИЗ ЗЕЛЕНОПОЛЬЯ, МАУНИ, ГРАБС, АЛАН ИЗ РОСБИ – бывшие разведчики.
КОЛЧЕНОГИЙ КАРЛ, СИРОТКА ОСС, ГУГНИВЫЙ БИЛЛ – бывшие стюарды.
МАНС-РАЗБОЙНИК, король за Стеной, пленник в Черном Замке.
……Его жена ДАЛЛА, умершая в родах.
…………Их новорожденный сын, пока не имеющий имени.
…………ВЕЛЬ, младшая сестра Даллы, «принцесса одичалых», пленница в Черном Замке.
Капитаны и вожди одичалых:
ХАРМА СОБАЧЬЯ ГОЛОВА, убитая под Стеной.
……Ее брат ХАЛЛЕК.
КОСТЯНОЙ ЛОРД, он же ГРЕМУЧАЯ РУБАШКА, пленник в Черном Замке.
……Бойцы из его отряда:
…………ИГРИТТ, молодая копьеносица, любовница Джона Сноу, убитая при нападении на Черный Замок;
…………РИК ДЛИННОЕ КОПЬЕ, РАГВИЛ, ЛЕНИЛ.
СТИР, магнар теннов, убитый при нападении на Черный Замок.
……Его сын СИГОРН, новый магнар.
ТОРМУНД, (МЕДОВЫЙ КОРОЛЬ КРАСНЫХ ПАЛАТ, ВЕЛИКАНЬЯ СМЕРТЬ, КРАСНОБАЙ, ТРУБЯЩИЙ В РОГ, ЛЕДОЛОМ, ГРОМОВОЙ КУЛАК, МЕДВЕЖИЙ МУЖ, СОБЕСЕДНИК БОГОВ, ОТЕЦ ТЫСЯЧ).
……Его сыновья ТОРЕГГ ВЫСОКИЙ, ТОРВИРД СМИРНЫЙ, ДОРМУНД И ДРИН.
……Его дочь МУНДА.
ПЛАКАЛЬЩИК.
АЛЬФИН УБИЙЦА ВОРОН, убитый Куореном Полуруким из Ночного Дозора.
ОРЕЛЛ, оборотень, убитый Джоном Сноу на Воющем перевале.
МЕГ МАР ТУН ДОХ ВЕГ, МЕГ МОГУЧИЙ – великан, убитый Доналом Нойе в воротах Черного Замка.
ВАРАМИР ШЕСТИШКУРЫЙ, колдун и оборотень, хозяин трех волков, сумеречного кота и белого медведя.
ЯРЛ, молодой лазутчик, любовник Вель, погибший при падении со Стены.
……КРИГГ-КОЗЕЛ, ЭРРОК, БОДЖЕР, ДЕЛ, ЧИРЕЙ, ПЕНЬКОВЫЙ ДАН, ХЕНК-ШЛЕМ, ЛЕНН, НЕДОТЕПА – лазутчики.
КРАСТЕР, хозяин Замка Крастера, вероломно убитый Ножом из Ночного Дозора.
……Его дочь и жена ЛИЛЛИ.
…………Новорожденный сын Лилли, пока не имеющий имени.
……ДИЯ, ФЕРНИ, НЕЛЛА – три из его девятнадцати жен.
В заморских землях
Таргариены от крови дракона – потомки знатных родов древней Валирии. Их наследственные черты – лиловые глаза и серебристо-золотые волосы. Ради сохранения чистоты крови в доме Таргариенов братья женились на сестрах. Основатель династии Эйегон Завоеватель взял в жены обеих своих сестер и имел сыновей от каждой. Герб Таргариенов – трехглавый дракон, красный на черном поле; три его головы символизируют Эйегона с сестрами. Девиз – Пламя и кровь.
ДЕЙЕНЕРИС ТАРГАРИЕН, первая этого имени, королева Миэрина, королева андалов, ройнаров и Первых Людей, правительница Семи Королевств, хранительница государства, кхалиси Великого Травяного моря, именуемая БУРЕРОЖДЕННОЙ, НЕОПАЛИМОЙ, МАТЕРЬЮ ДРАКОНОВ.
……Ее драконы ДРОГОН, ВИЗЕРИОН, РЕЙЕГАЛЬ.
……Ее братья:
…………РЕЙЕГАР, принц Драконьего Камня, убит на Трезубце Робертом Баратеоном.
………………Маленькие дети Рейегара РЕЙЕНИС и ЭЙЕГОН убиты при взятии Королевской Гавани.
…………ВИЗЕРИС, третий этого имени, прозванный Королем-Попрошайкой и увенчанный расплавленным золотом.
……Ее лорд-муж ДРОГО, дотракийский кхал, умерший от воспалившийся раны.
…………Ее нерожденный сын РЕЙЕГО, убитый во чреве мейегой Мирри Маз Дуур.
Ее Королевская Гвардия:
СИР БАРРИСТАН СЕЛЬМИ по прозванию БАРРИСТАН СМЕЛЫЙ, бывший лорд-командующий гвардией короля Роберта.
ЧХОГО, ко и кровный всадник, Кнут.
АГГО, ко и кровный всадник, Лук.
РАКХАРО, ко и кровный всадник, Аракх.
СИЛАЧ БЕЛЬВАС, евнух, бывший бойцовый раб.
Ее капитаны и командиры:
ДААРИО НАХАРИС, тирошиец, командир наемного отряда Ворон-Буревестников.
БУРЫЙ БЕН ПЛАММ, командир отряда Младших Сыновей.
СЕРЫЙ ЧЕРВЬ, командир Безупречных, евнухов-пехотинцев.
ГРОЛЕО из Пентоса, ранее капитан барки «Садулеон», ныне адмирал без флота.
Ее служанки:
ИРРИ и ЧХИКУ, дотракийки.
МИССАНДЕЯ, наатийка.
Ее враги, известные и предполагаемые:
ГРАЗДАН МО ЭРАЗ, юнкайский вельможа.
КХАЛЫ ПОНО и ЧХАГО, бывшие ко кхала Дрого.
МАГГО, кровный всадник Чхаго.
БЕССМЕРТНЫЕ КВАРТА, чародеи, в том числе ПИАТ ПРЕЙ.
ЖАЛОСТЛИВЫЕ, гильдия наемных убийц Кварта.
СИР ДЖОРАХ МОРМОНТ, бывший лорд Медвежьего острова.
Ее неверные союзники, прежние и нынешние:
КСАРО КСОАН ДАКСОС, торговый магнат из Кварта.
КУЭЙТА, заклинательница теней из Асшая.
ИЛЛИРИО МОПАТИС, магистр вольного города Пентоса, устроивший брак Дейенерис с кхалом Дрого.
КЛЕОН ВЕЛИКИЙ, король Астапора, бывший мясник.
КХАЛЫ МОРО И ДЖОММО, прежние союзники кхала Дрого.
……РХОГОРО, сын и кхалакка Моро.
ФЕРРЕГО АНТАРИОН, Морской Начальник.
……Его телохранитель КВАРРО ВОЛЕНТЕН, первый меч Браавоса.
……БЕЛЛЕГЕРА ОТЕРИС, Черная Жемчужина – куртизанка, происходящая от королевы пиратов, носившей такое же имя. ЛЕДИ ПОД ВУАЛЬЮ, КОРОЛЕВА САРДИНЬЯ, ЛУННАЯ ТЕНЬ, ДОЧЬ СУМЕРЕК, СОЛОВУШКА, ПОЭТЕССА – знаменитые куртизанки.
……ТЕРНЕСИО ТЕРИС, капитан «Дочери Титана».
…………Его сыновья ОРКО и ДЕНИО.
……МОРЕДО ПРЕСТАЙН, капитан «Лисички».
……ЛОТО ЛОРНЕЛЬ, книготорговец.
……ЭЗЗЕЛИНО, красный жрец.
……ЮСТАС, септон, лишенный сана.
……ТЕРРО и ОРБЕЛО, брави.
……СЛЕПОЙ БЕККО, рыбник.
……БРУСКО, рыбник.
…………Его дочери ТАЛЕЯ и БРЕЯ.
……МЕРАЛИН (МЕРРИ), хозяйка борделя «Счастливый порт» близ Мусорной Заводи.
…………МОРЯЧКА.
………………Ее дочь ЛАННА.
…………СТЫДЛИВАЯ БЕТАНИ, УНА ОДНОГЛАЗАЯ, АССАДОРА-ИББЕНИЙКА – женщины из ее заведения.
…………КРАСНЫЙ РОГГО, братья ГИЛОРО И ГИЛЕНО ДОТАРЕ, КОССОМО-ФОКУСНИК, ПЕРЫШКО – завсегдатаи «Счастливого порта».
……ТАГГАНАРО, портовый вор.
…………Его ручной тюлень КАССО, тюлений король.
…………КРОШКА НАРБО, его партнер.
……МИРМЕЛЛО, ЖОСС ХМУРЫЙ, КВЕНС, АЛАКИО, СЛУ – лицедеи театра «Корабль скоморохов».
……СФРОНА, портовая девка с наклонностями к убийству.
……ПЬЯНАЯ ДОЧКА, портовая девка буйного нрава.
……ДЖЕЙНА-ЯЗВА, девка неопределенного пола.
……ДОБРЫЙ ЧЕЛОВЕК и ПРИЗРАК, служители Многоликого Бога в Черно-белом Доме.
…………УММА, храмовая повариха.
…………КРАСАВЕЦ, ТОЛСТЯК, МОЛОДОЙ ЛОРД, СУРОВЫЙ, КОСОЙ, ГОЛОДНЫЙ – тайные слуги Многоликого.
АРЬЯ из дома Старков, девочка с железной монетой, известная также как АРРИ, НЭН, ЛАСКА, ГОЛУБЕНОК, СОЛИНКА И КОШКА-КЕТ.
КВУХУРУ МО из Высокодрева на Летних островах, капитан «Пряного ветра».
……Его дочь КОИДЖА, отменная лучница.
……Его помощник на корабле КСОНДО ДХОРУ.
Джордж Мартин
Танец с драконами. Книга 1. Грёзы и пыль
Хронологическая справка
Между книгами прошло немало времени, знаю – поэтому небольшое вступление будет кстати.
Книга, которую вы держите в руках, – это пятый том саги «Песнь льда и огня». Четвертый называется «Пир стервятников». Пятая книга не продолжает четвертую в традиционном смысле, а движется параллельно с ней.
И «Пир», и «Танец» начинаются непосредственно после событий, описанных в третьей книге, «Буре мечей». Действие «Пира» происходит в Королевской Гавани и поблизости от нее, на Железных островах, в Дорне. «Танец» переносит нас в Черный Замок и за Узкое море, возобновляя истории Тириона Ланнистера, Джона Сноу, Дейенерис Таргариен и других персонажей, не участвовавших в четвертой книге. Различия между двумя книгами относятся скорее к географии, чем к хронологии, и скоро исчезнут совсем.
«Танец с драконами» длиннее «Пира» и охватывает более долгий период времени. Во второй половине книги вы снова встретитесь с персонажами «Пира стервятников». Это будет означать именно то, что вы думаете: повествование выйдет за хронологические рамки четвертой книги, и обе линии сольются в одну.
Следующая книга – «Вихри зимы». С надеждой еще раз подрожать вместе,
Джордж Р.Р. МартинАпрель 2011
Пролог
Ночь разила человеком. Варг принюхался, стоя под деревом; тень легла пятнами на его серо-бурый мех. Насыщенный хвоей ветер нес и другие запахи – лисица, заяц, олень, тюлень, даже волк, – но они тоже были связаны с человеком. Всё это старые шкуры, почти неразличимые под вонью дыма, крови и гнили. Только человек сдирает шкуры с других зверей и надевает их на себя.
Но варги в отличие от простых волков его не боятся. Снедаемый ненавистью и голодом зверь зарычал, призывая своего одноглазого брата, свою хитрую сестричку. Они, тоже чуя поживу, пустились за ним через лес. Их глаза помогали варгу, длинные серые пасти дышали паром. На лапах нарос твердый как камень лед, но впереди ждала добыча. Мясо. Сочная плоть.
В одиночку человек слаб. Видит он хорошо, зато слышит плохо, а чутье – совсем никуда. Олень, лось, даже заяц бегают быстрее него, медведь и вепрь страшнее в бою. А вот человечьи стаи опасны. Варг, приближаясь, слышал щенячий скулеж, хруст свежего снега под неуклюжими лапами, дребезжание твердых шкур и длинных серых когтей.
Мечи, подсказал ему голос внутри. Копья.
Голые ветки щерились ледяными зубами. Варг, вздымая снег, мчался через подлесок, остальные за ним – в гору и вниз, пока лес не расступился. Среди людей была одна самка. Детеныша, завернутого в мех, она прижимала к груди. Оставь ее напоследок, сказал голос внутри, самцы опаснее. Они громко ревели, как это водится у людей, но варг чуял их ужас. Один метнул деревянный зуб с себя ростом, но рука у него дрогнула, и зуб прошел высоко.
Волки напали.
Одноглазый брат повалил в снег метателя зуба и разорвал ему горло. Сестра подобралась сзади к другому самцу и убила его. На долю варга остались самка с детенышем.
У нее тоже был зуб, костяной, но она выронила его, когда варг схватил ее за ногу, – а пискуна своего удержала. Тощая под мехами, кожа да кости, зато в вымени полно молока. Самое вкусное, детеныша, вожак приберег для брата. Снег вокруг стаи сделался красным и розовым.
За много лиг от этого места, в глинобитной, крытой тростником хижине с дымовым отверстием и земляным полом трясся, и кашлял, и облизывался Варамир. Глаза у него покраснели, губы потрескались, в горле пересохло, раздутый живот молил о еде, но рот полнился вкусом крови и жира. «Ребячье мясцо, – думал он, вспоминая Пышку. – Человечинка». Надо же, как низко он пал. Ему прямо-таки слышалось ворчание Хаггона: «Люди могут есть мясо животных, и звери – плоть человека, но человек, едящий себе подобных, мерзок».
«Мерзость». Любимое слово Хаггона. Есть человечину – мерзость; спариваться с кем-то, как волк с волчицей, – мерзость; занимать тело другого человека – наихудшая мерзость. Хаггон был слаб, потому что боялся собственной силы. Он умер, рыдая, когда Варамир отнял у него вторую жизнь и пожрал его сердце. Варамир многому у него научился, и последним уроком стал вкус человечины.
Он ел ее только в волчьем обличье, в человеческом никогда, а его стая… что ж стая? Они изголодались не меньше, чем он. Двое мужчин и женщина с младенцем убегали от победителей, но от смерти не убежали. Голод и холод все равно убили бы их. Так лучше, быстрей. Милосерднее.
– Милосерднее, – сказал он вслух. Горло саднило, но услышать человеческий голос, даже свой собственный, было приятно. В хижине пахло сыростью и плесенью, сидеть было жестко. Кашляя и содрогаясь попеременно, он подвинулся как можно ближе к огню, который больше дымил, чем грел. Рана, вновь открывшаяся в боку, причиняла ему сильную боль, кровь промочила штанину до колена и запеклась бурой коркой.
Колючка предупреждала, что рана может открыться. «Я зашила ее как могла, – говорила она, – но ты двигайся поменьше и дай ей зажить, иначе шов разойдется».
Копьеносица Колючка осталась с ним до последнего. Крепкая, как старый корень, обветренная, морщинистая, вся в бородавках. Все остальные отставали или уходили вперед – в свои старые деревни, на Молочную, в Суровый Дом или в лес, где их караулила смерть. Не все ли равно куда. Зря он тогда не вселился в кого-то из них. В одного из близнецов, в верзилу со шрамом, в рыжего парня. Побоялся: они могли догадаться, в чем тут дело, и прикончить его. Да и слова Хаггона не давали ему покоя, вот он и упустил случай.
Тысячи их пробирались через лес после битвы под Стеной, голодные и напуганные. Одни поговаривали о возвращении в давно покинутые дома, другие рвались опять штурмовать ворота, прочие, которых было больше всего, вовсе не знали, куда теперь идти и что делать. Они ушли от черных ворон и рыцарей в серой стали, но впереди их поджидали еще более безжалостные враги. Каждый день у тропы оставалось все больше мертвых. Люди гибли от голода, холода, от болезней, от руки бывших соратников, с которыми еще недавно шли на юг в войске Манса-Разбойника, Короля за Стеной.
«Манс пал, – шептались выжившие, – Манс в плену, Манс убит». «Харма мертва, Манс в плену, – говорила Колючка, зашивая ему рану, – все остальные нас бросили. Кто знает, где теперь Тормунд, Плакальщик, Шестишкурый, все другие храбрые воины».
«Она не знает, кто я, – понял тогда Варамир, – да и откуда ей знать». Без своих зверей Варамир Шестишкурый, преломлявший хлеб с Мансом-Разбойником, ничем не отличается от других. Он сам себя назвал Варамиром, когда ему было десять. Имя, достойное лорда, имя для песен, мощное, наводящее страх, однако его носитель улепетывает от ворон не хуже испуганного зайчишки. Копьеносице он открыться не захотел, назвался Хаггоном. Непонятно, почему из всех на свете имен ему подвернулось это. Варамир съел его сердце и выпил кровь, но Хаггон не оставляет в покое ученика.
Однажды к беглецам прискакал разбойник на тощем белом коне. «Идите все на Молочную! – кричал он. – Плакальщик собирает там войско, чтобы перейти Мост Черепов и взять Сумеречную Башню». Многие пошли за ним, многие нет. Позже какой-то грозный воин в янтаре и мехах ходил от костра к костру, убеждая всех идти на север и укрыться в долине теннов. Варамир так и не понял, почему он считает тот край безопасным, раз сами тенны оттуда бежали, но с воином ушли несколько сотен человек. Еще несколько сотен последовали за лесной ведьмой: ей было видение, что некая флотилия идет к берегам Студеного моря, чтобы увезти вольный народ на юг. «К морю!» – призвала Мать Кротиха и увела своих верных на восток.
Будь Варамир крепче, он тоже пошел бы с ними, – но он был ранен и знал, что не дойдет до далекого холодного моря живым. Он умирал уже девять раз: эта смерть станет для него окончательной. Беличий плащ! Его пырнули ножом из-за беличьего плаща!
Владелице плаща разнесли голову всмятку, но вещь уцелела. Шел снег, а Варамир бросил все свое добро под Стеной. Спальные шкуры, вязаные подштанники, овчинные сапоги и меховые рукавицы, мед и другие запасы, волосы женщин, с которыми спал, даже золотые браслеты, подарок Манса. Варамир сгорел заживо, а после бежал, обезумев от боли и ужаса. Он до сих пор испытывал стыд, вспоминая об этом, но он такой был не один. Другие тоже бежали, сотни и тысячи. Битва была проиграна. Рыцари, неуязвимые в стальной броне, убивали всех, кто пытался оказать им сопротивление. Беги или умирай – вот как обстояло дело.
От смерти, однако, так легко не уйдешь. Когда Варамир стал снимать плащ с мертвой женщины, мальчишка бросился на него, пырнул костяным ножом и отнял добычу.
«Это была его мать, – объяснила Колючка, когда мальчишка убежал в лес. – Он увидел, как ты ее раздеваешь, ну и…»
«Она была мертвая, – оправдывался Варамир, морщась от костяной иглы, протыкавшей кожу. – Кто-то из ворон проломил ей голову».
«Не вороны, нет. Рогоногие, я сама видела. – Игла Колючки сновала туда-сюда. – Дикарей этих укрощать теперь некому. Если Манс погиб, вольному народу конец. И теннам тоже, и великанам, и Рогоногим, и пещерным жителям с подпиленными зубами, и тем, с западного берега, что ездят на костяных санках. Воронам – и тем конец. Ублюдки в черных плащах еще не знают, что полягут наравне с остальными. Враг близок».
Голос Хаггона отдавался в голове эхом. Ты переживешь дюжину смертей, мальчик, и каждая причинит тебе боль… Но после истинной смерти настанет новая жизнь, вторая. Говорят, она милее и проще первой.
Скоро Варамир Шестишкурый узнает, правда ли это. Истинная смерть проглядывает во всем. В едком дыму, наполняющем хижину. В жару, который чувствуешь, запустив руку под одежду, где кровоточит рана. В ознобе, сидящем в твоих костях. Последнюю смерть он претерпел от огня, теперь его убьет холод.
Тогда Варамир подумал, что какой-то лучник со Стены пронзил его горящей стрелой… но огонь пожирал его изнутри. И боль, что за боль!
Варамир умирал уже девять раз. Однажды в него метнули копье, в другой раз медведь загрыз, в третий он истек кровью, породив мертвого детеныша. Первая смерть постигла его в шесть лет, когда отцовский топор раскроил ему череп, но даже она не доставила ему таких мук, как этот огонь в кишках. Он хотел улететь, но от ужаса огонь заполыхал еще пуще. На миг он воспарил над Стеной, глядя орлиными глазами на побоище внизу. Потом сердце его обуглилось, и дух с визгом укрылся в собственной шкуре. От одного воспоминания об этом его затрясло, и он заметил, что огонь в хижине погас.
В груде обгорелых веток тлело лишь несколько угольков, но костер еще дымился – он разгорится, если добавить дров. Варамир, скрипя зубами от боли, подполз к хворосту, который Колючка собрала до того, как пойти на охоту.
– Ну, гори же, – прохрипел он. Раздувая угли, он без слов молился безымянным богам хвороста, холма, поля, но они не вняли ему.
Дым больше не шел, хижина сразу выстыла. Без кремня, без трута, без растопки огонь не разжечь.
– Колючка! – надорванным голосом позвал Варамир. – Колючка!
Подбородок у нее острый, нос сплющенный, на щеке бородавка с четырьмя черными волосками, но он дорого дал бы, чтобы увидеть ее сейчас на пороге. Надо было вселиться в нее, пока не ушла. Сколько ее уже нет – два дня, три? В хижине так темно; он засыпал и просыпался несколько раз, не зная, день теперь или ночь. «Жди, – сказала она. – Я принесу поесть». Он и ждал, как дурак. Во сне к нему приходили Хаггон, и Пышка, и все дурное, что он содеял за свою долгую жизнь, а она все не возвращалась. Скорей всего и не вернется уже. Может, он чем-то выдал себя? Может, она догадалась, о чем он думает, или он проговорился во сне?
Мерзость, произнес Хаггон где-то рядом.
– Она всего лишь уродливая копейщица, – ответил ему Варамир, – а я великий маг. Я варг, меняющий кожу, – несправедливо, если она будет жить, а я нет.
Тишина. В хижине никого. Колючка – и та ушла. Бросила его, как все остальные.
Вспомнить хотя бы родную мать. По Пышке она плакала, по нему – нет. Когда отец вытащил его из постели, чтобы отвести к Хаггону, она даже не взглянула на сына. Он кричал и лягался, пока отец, тащивший его через лес, не влепил ему затрещину. «Твое место с такими, как ты», – только и сказал родитель, швырнув его к ногам Хаггона.
«И прав был, в общем, – думал Варамир, сотрясаясь в ознобе. – Хаггон многому меня научил. Охотиться, рыбачить, разделывать туши и рыбу, находить дорогу в лесу. Научил секретам варгов, хотя его дар уступал моему».
Много лет спустя Варамир попытался найти родителей, рассказать им, что их Шишка стал великим колдуном, Шестишкурым. Но родители уже умерли, и тела их сожгли. Их прах смешался с корнями и ручьями, землей и камнем, грязью и пеплом. Так сказала матери лесная ведьма о Пышке в день его смерти, но Шишка не хотел превращаться в горстку земли. Он мечтал о песнях, сложенных в его честь, о поцелуях красавиц. «Вот вырасту и стану Королем за Стеной», – обещал он себе. Им он так и не стал, но был близок к этому. Имя Варамира Шестишкурого внушало страх людям. Он ездил верхом на белой медведице высотой в тринадцать ладоней, держал в неволе трех волков и сумеречного кота, сидел по правую руку от Манса-Разбойника. Напрасно он пошел за Мансом к Стене: надо было войти в медведя и растерзать короля.
До Манса Варамир жил что твой лорд, один в бревенчатом срубе, принадлежавшем ранее Хаггону. Звери верно служили ему, люди из дюжины деревень приносили хлеб, соль и сидр, фрукты и овощи. Мясо он добывал сам, за женщинами посылал сумеречного кота, и все, кого он желал, покорно приходили к нему. Плакали, но приходили. Варамир брал их, стриг волосы на память и отсылал назад. Время от времени какой-нибудь деревенский храбрец являлся с копьем уничтожить оборотня, чтобы спасти от него сестру, любимую или дочь – таких он убивал, но женщин не трогал. У некоторых даже дети рождались. Никчемные дурачки вроде Пышки, хоть бы один унаследовал его дар.
Страх помог Варамиру встать. Зажимая рану, он поковылял к двери, отвел драную шкуру, завешивающую вход. Перед ним выросла белая стена – снег! Не диво, что внутри так темно и дымно. Снегопад завалил хижину целиком.
Варамир налег на снежную стенку, и она сразу рухнула – мороз еще не скрепил ее. За ней стояла белая как смерть ночь; бледные облака служили свитой серебряной луне, звезды холодно смотрели на землю. Под снегом бугорками выступали другие хижины, над ними бледной тенью высилось одетое в лед чардрево. По заснеженным холмам к востоку и югу двигалась только поземка, ничего более.
– Колючка, – слабо позвал Варамир, прикидывая, далеко ли она ушла. – Где ты, женщина?
Вдалеке завыл волк.
Варамира пробрала дрожь. Он знал этот голос не хуже, чем Шишка некогда – голос матери. Одноглазый. Самый старый из трех, самый большой, самый злой. Тихоступ моложе и проворней, Хитрюга, понятно, хитрее, но Одноглазый, не ведающий страха и жалости, держит в страхе обоих.
Пока орел сгорал заживо, Варамир потерял власть над другими животными. Сумеречный кот убежал в лес, медведица задрала четырех человек, прежде чем ее пронзили копьем. Она и Варамира убила бы, окажись он поблизости. Медведица его ненавидела, ярилась всякий раз, как он влезал в ее шкуру или садился ей на спину.
Но волки…
Его братья. Его стая. Много холодных ночей он проспал вместе с ними, теплыми и мохнатыми. Когда он умрет, они обгложут его, и весной из-под снега оттают одни только кости. Эта мысль, как ни странно, внушала успокоение. Они часто охотились для него – будет только справедливо, если под конец пищей для них станет он. Очень возможно, что свою вторую жизнь он начнет, терзая собственный труп.
С собаками проще всего: они так долго жили бок о бок с человеком, что сами очеловечились. Влезать в собачью шкуру – все равно что обуваться в разношенные мягкие сапоги. Сапог шьется по ноге, а собака создана для ошейника, в том числе и незримого. Волки – иное дело. Человек может подружиться с волком, может сломить его дух, но полностью никогда его не приручит. «С волком и женщиной сходишься на всю жизнь, – часто говаривал Хаггон. – Когда вы заключаете свой союз, ты становишься частью волка, а он – частью тебя. Перемена происходит с каждым из вас».
С другими зверями лучше не связываться, предупреждал он. Кошки тщеславны и жестоки – того гляди кинутся на тебя. Оставаясь слишком долго в шкуре травоядных, лося или оленя, даже самый храбрый человек становится трусом. Медведей, вепрей, ласок и барсуков Хаггон тоже не одобрял. «Некоторые шкуры лучше не надевать, мальчик, – тебе не понравится то, что они с тобой сделают». Хуже всего, по его мнению, были птицы. «Люди должны ходить по земле. Побудешь в облаках – не захочешь возвращаться обратно. Я знал перевертышей, которые вселялись в ястребов, сов и воронов. Даже в собственной коже они грустили и все таращились на треклятую синеву».
Не все перевертыши, однако, были согласны с Хаггоном. Когда Шишке сравнялось десять, наставник ввел его в их круг. Больше всего там было варгов, братьев-волков, но другие показались мальчишке еще занятнее. Боррок как две капли воды походил на своего кабана, только клыков не хватало, у Орелла был орел, у Дикой Розы – сумеречная кошка (поглядев на них, Шишка и себе захотел кота), у Гризеллы коза…
До Варамира Шестишкурого никто из них не дотягивал, даже Хаггон – высокий, угрюмый, с жесткими как камень руками. Старый охотник умер, рыдая, когда Варамир отнял у него Серого: выгнал его и забрал зверя себе. «Не будет тебе второй жизни, старик». Тогда Варамир именовал себя Троешкурым; его четвертой шкурой стал Серый, но волк уже состарился, остался почти без зубов и скоро отправился вслед за Хаггоном.
Варамир мог вселиться в любого зверя, подчинить его своей воле. В собаку, в волка, в медведя, в барсука… да хоть в Колючку.
Как ни называй это, Хаггон, – мерзостью и самым тяжким из всех грехов – ты мертв, наполовину съеден и после сожжен. Манс тоже проклял бы Варамира, но Манс убит или попал в плен. Никто не узнает. Он преобразится в Колючку, и Варамир Шестишкурый умрет. Дар скорее всего уйдет вместе с телом. Он лишится своих волков и проживет остаток дней тощей бородавчатой бабой – но это все-таки жизнь. Если она вернется, конечно. Если у него еще хватит сил вселиться в нее.
Ох, тошно. Упав на колени, он набрал пригоршню снега, обтер бороду и пересохшие губы. Он весь горел и едва заставил себя проглотить холодную талую воду.
Вода только усилила голод. Желудок жаждал пищи. Снег больше не шел, но крепнущий ветер взметал его, больно жаля лицо. Варамир, хрипло дыша, побрел по сугробам. Под чардревом нашлась ветка, заменившая ему посох. Вдруг в брошенных хижинах отыщется что-нибудь… мешок яблок, вяленое мясо… что угодно, лишь бы продержаться, пока не вернется Колючка.
