Текст книги "Нестоличная штучка (СИ)"
Автор книги: Хелена Руэлли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)
– Никогда! – уверенно ответила девушка.
В дверь постучали. Здешняя служанка сообщила, что у входа стоит мальчик, спрашивает красивую дару Поллианну, у которой светлые волосы и голубые глаза.
– Мож, спустишься к нему? – спросила служанка. – А то хозяева не любят посторонних в жилую часть пускать.
– Конечно, спущусь, передай, что я скоро приду, – поспешно сказала Полли.
Служанка ушла, ворча себе под нос, что не нанималась посыльной ко всяким пигалицам.
– Надо было ей мелкую монетку дать, – неуверенно проговорила Рицпа.
– Точно! – Полли расстроилась. – И как я не догадалась! Вот была бы дара Элина, она бы…
– Идём вниз вместе, узнаем, что хочет тот мальчик, – предложила бывшая баронесса, прервав поток Поллиных сожалений.
Мальчик, увидев Поллианну, причмокнул от восхищения:
– В точности такая красивая, как он описал!
– Ясного тебе неба, малыш, – строго произнесла Полли. – Кто прислал тебя в такое позднее время?
– А, ну да, – спохватился ребёнок. – Ты знакома с тёмным таким мужиком со светлыми волосами и фиолетовыми глазами? Здоровенный такой дроу-наёмник…
– Да, знакома, – нетерпеливо перебила его Полли. – Это наш друг Рэйшен. Где он?
– Он поручил мне передать, – пыжась от гордости, сообщил мальчишка, – он нашёл то, что искал. Сегодня его не ждите, он будет очень занят.
Рицпа и Полли обменялись торжествующими улыбками. Ну, вот и весточка от Рэйшена! Мальчик переминался с ноги на ногу, выжидательно поглядывая на обеих женщин. Рицпа сунула ему мелкую монетку в потную ладонь.
– Ой, спасибо, добрая дара, – малыш вспомнил о вежливости, но ненадолго. – А ты, дара Поллианна, куда красивее той тётки, с которой… Ой!
Полли пребольно выкрутила ухо маленького нахала:
– Иди и передай дару Рэйшену, что мы очень рады и ждём их обоих, ясно?
Как только мальчишка высвободился из захвата, он показал Полли язык, развернулся на пятках и умчался в темноту.
– Будет теперь рассказывать, что ты красивая, но злая, – с лёгким неодобрением заметила Рицпа.
– И пусть себе! – беспечно отмахнулась Полли. – Главное, что дара Элина нашлась! И раз Рэйшен просил его не ждать, значит, всё налаживается!
– Ты думаешь, они нас не бросят? А то Ингерам…
– Что этот Ингерам понимает! Он сам готов на подлость, вот и судит всех по себе! А я уверена, что Рэйшен с дарой Элиной скоро появятся! И – вот увидишь! – сын твой тоже найдётся!
Рицпа благодарно пожала руку Поллианне и сказала:
– Идём, надо и служанке монетку дать. А то вернётся Элина, не одобрит этого, скажет, мол, жадность в мелочах…
* * *
Элина успела задремать, когда к ней в дверь робко поскреблись. Элина подпрыгнула как ужаленная, однако Рэйшен успокаивающе проговорил:
– Лежи, лежи, я разберусь.
Он выбрался из-под тощего одеяла с мягкой грацией хищника и запалил свечу на колченогом столике.
– Ты собираешься открыть дверь прямо вот так, в чём мать родила?
Рэйшен усмехнулся в ответ, но штаны соизволил натянуть. И это было правильным решением, потому что за дверью стоял пацанёнок примерно того же возраста, что и Эри, сын Клодии из Рудного Стана. Мальчишка с любопытством осмотрел голый торс дроу, попытался сунуть любопытный нос внутрь комнаты, но Рэйшен не позволил.
– Говори, – скомандовал Рэйшен. – Нашёл ты нужный адрес?
– А то! – гордо ответил мальчик. – И красотку эту, Поллианну, тоже нашёл. Только злющая она, хоть и красивая. Вон, за ухо меня оттягала, вишь, какое красное!
– Небось, было за что, а? – проворчал дроу. – Потому как болтлив и дерзок ты без всякой меры. Дальше рассказывай.
– Я всё сказал, как ты велел, – изобразил обиду мальчик. – Она ответила, что рада и что они будут ждать вас. А потом – цоп! – прямо за ухо…
– Ты, видать, сказал ещё и что-то лишнее. И монетку от неё наверняка получил? Ладно-ладно, вот, держи и от меня, ты заслужил.
Мальчишка, довольный донельзя, ускакал, а вскоре в дверь ещё раз постучали.
– Ну, прямо как в старые добрые времена, – проворчала Элина, – нет покоя ни днём ни ночью.
– Это еда, – пояснил Рэйшен. – Я посылал за нею в ближайший кабачок.
Посыльный отдал Рэйшену какие-то свёртки и судки, получил деньги и заверения, что посуду вернут утром, и убрался восвояси.
– Как?! – спросила Элина, поражённая до глубины души. – Ведь ночь глухая на дворе, где ты добыл еду, да ещё с доставкой?!
Рэйшен приосанился:
– Эли, это ведь столица, Глорк – город, который никогда не спит. А теперь тебе надо поесть, а то вон какая худющая стала…
Элина только головой покачала, но от еды не отказалась: всё было горячим и вкусным.
– Ты ешь так, будто всю амаркаду голодала, – заметил Рэйшен. – Видно, оттого и исхудала.
– Это на нервной почве, – ответила Элина, обгладывая румяную куриную ножку, и поучительно добавила, – всё от нервов, Рэйшен, только дурные болезни от удовольствия.
Дроу чуть не подавился куском.
Глава 7
В эту ночь не только Элина и Рэйшен были озабочены едой. Сегодня была ночь поставки провианта на королевскую кухню. Подводы, гружёные продовольствием, въезжали в специальные ворота королевского замка, который тёмно-серой громадой высился над городом.
– Эй, Забара, заезжай, не задерживай! – прикрикнул один из королевских стражников.
Тощий длинноносый тип, откликнувшийся на имя "Забара", огрызнулся:
– А ты меня не гони! Чай, не мешки с картохой везу, а вино к королевскому столу!
Стражник грозно глянул на Забару, и тот, прикусив язык, хлестнул лошадей. Вино выгружали отдельно от съестных припасов, так что Забаре пришлось загнать свой фургон в каменные коридоры. Насколько он помнил, они вели в винные погреба, но его, простолюдина, к ним и близко не подпускали. Грузы принимал у него один и тот же человек, помощник королевского виночерпия Асеир. Сегодня рядом с Асеиром был кое-кто рангом явно повыше, судя по тому, как лебезил перед ним помощник виночерпия.
– Я сам проверю и пересчитаю все ящики с бутылками, – высокомерно заявил незнакомец.
– Конечно, как пожелаешь, дар Белгой, – засуетился Асеир. К Забаре он обратился совсем иным тоном. – Эй, ты, покажи всё почтенному дару Белгою!
Забара молча поклонился, и никто не заметил злобной гримасы на его лице. Все эти высокородные толстопузы только и знают, что командовать простым человеком! Вот, сказывают, во времена деда нынешнего короля порядки были совсем другие… Асеир грубо толкнул Забару, помогая дару Белгою забраться внутрь фургона.
Что этот откормленный каплун хотел увидеть среди ящиков с вином, Забара так и не понял, но Белгой остался очень доволен и милостиво кивнул Забаре. А Асеиру он бросил полновесно брякнувший мешочек и удалился, пыхтя и фыркая себе под нос. Асеир некоторое время мялся и стрелял глазами по сторонам. Затем он выудил из мешочка два серебряных кружка и кинул их Забаре.
– Дар Белгой остался доволен, – небрежно заметил Асеир, – разгружаем.
Дальше всё шло как обычно: пришли люди, выгрузили вино и отнесли его в погреба. Асеир всё считал и записывал. Забара глядел на это и каждый раз удивлялся. Он не разбил, не украл и не пустил на сторону ни одной бутылки, а ведь занимался этим ремеслом почти с самой войны за объединение королевства! И вот теперь Асеир вызвал ещё одного проверяющего! Что за недоверие?!
Впрочем, обида Забары быстро рассеялась: при окончательном расчётё денег дали ему поболе обычного. Возница, повеселев, отправился домой.
Упитанный Белгой, и впрямь напоминавший каплуна, теперь имел не столь уж грозный вид. Он утирал пот со лба, озираясь по сторонам. Асеир куда-то убежал, кажется, за виночерпием, и Белгой остался один в полутьме погребов. Всё давило на него: темнота, стены, неизвестность, а главное – страх.
Наконец послышались шаги. Они эхом отражались от стен, и Белгой никак не мог сообразить, это идёт один человек или несколько.
Их было трое. Двоих Белгой знал лично: первым шёл, освещая путь фонарём, королевский виночерпий Миваль. Замыкал эту маленькую процессию Асеир. Виночерпий и его помощник заметно нервничали. Между ними важно выступал молодой человек, в котором чувствовались властность и высокомерие. Одежда на юноше выглядела скромно, никакие украшения не отягощали ткань, но Белгой прекрасно знал, сколько стоят такие ткани и как издалека их везут. Толстяк почтительно склонился перед молодым человеком и собрался поприветствовать его, но тот властным жестом остановил Белгоя:
– Тихо! Не надо имён! Я и так сильно рискую, придя сюда, ведь у замковых стен есть глаза и уши. Покажите мне то, что привезли.
Миваль снова возглавил процессию, молодой человек двинулся за ним, следом, пыхтя, тащился Белгой. Асеир решил было остаться на месте, но окрик властного юноши заставил его сдвинуться с места.
Нужное нашлось в одном из боковых помещений. Помещение было совсем неприметным, и, если бы не виночерпий, все попросту прошли бы мимо. Внутри стоял лишь один стеллаж, на котором размещалось несколько серо-зелёных ящиков.
– Который? – требовательно спросил юноша.
Миваль кивнул своему помощнику, и Асеир нехотя указал на один из ящиков. Юноша внимательно осмотрел ящик. С виду он ничем не отличался от остальных. В каждый умещалось шесть одинаковых зеленоватых бутылок с длинным горлышком.
– А не лжёшь ли ты мне?
Молодой человек приблизил своё лицо к лицу Асеира, напомнив тому голодного хищника.
– Я не посмел бы, – пролепетал Асеир дрожащим голосом, – вот взгляни, здесь внутри на уголке пометка. В остальных ящиках этой пометки нет…
Юноша вгляделся. Виночерпий Миваль услужливо поднёс фонарь поближе. Действительно, метка была.
– Прекрасно! Миваль, подай мне уголёк. Белгой, поди сюда. Нарисуй этим угольком такую же метку снаружи, чтобы никто из нас не перепутал. Да не трясись ты, уронишь уголь!
Белгой и впрямь дрожал всем телом. Он только теперь осознал, во что ввязался и что пути назад у него теперь нет.
Глава 8
Рэйшен привёл Элину к остальной компании лишь к вечеру следующего дня. Гри собирался уходить, считая, что друзья уже не появятся, и тут дверь в комнату распахнулась, словно от пинка, и на пороге возник Рэйшен.
– Тьфу, зараза, напугал! – бросил Ингерам, не поднимаясь при этом с кровати.
Синяки, которыми было расцвечено его лицо, изрядно поблекли, но выходить на улицу дезертир по-прежнему остерегался.
– Ишь ты, пугливый какой! – раздался знакомый голос из-за спины дроу. – А в форме со споротыми нашивками не боишься ходить?
– Дара Элина! – Гри от радости чуть не выронил свою читарру. – Жаль, Полли нет, уж как бы она радовалась! Она пока на работе. Я тоже вот собрался… Ну, в одной таверне подрядился играть и петь.
– Это замечательно! – обрадовалась Элина. – Давайте там и посидим, отметим, так сказать, наше воссоединение! Я угощаю, если что.
– Я не пойду, – кисло ответил Ингерам. – В таком-то виде…
Элина кинула ему небольшой свёрток, который принесла с собой.
– Держи, непутёвый, переоденься.
В свёртке оказалась вполне приличная и неброская мужская одежда. Ингерам начал было ворчать, что она не совсем по фигуре, но дружеская затрещина от Рэйшена остановила поток недовольства.
– А как же Полли? – тревожился Гри. – Мы что, пойдём без неё? Она прибирается в лавке неподалёку, вот-вот должна появиться…
И Полли появилась. Вместе с Рицпой, которая теперь (добровольно и бесплатно!) помогала девушке с уборкой лавки.
Вечер удался на славу. Гри был в ударе. Публика свистела, хлопала и сорила деньгами. Элина и её компания, заняв столик, обсуждали планы на ближайшее будущее. К приятному удивлению Элины Рицпа проявила интерес к житейско-хозяйственным премудростям. И вообще собиралась продолжать работу в лавке. Понятное дело, Рицпе нужно было заслужить доверие Элины, а та, в свою очередь, обещала Руфуса-младшего найти…
– Ингерам, активно подключайся к поискам, – безапелляционно заявила Элина. – Начать, думаю, надо с казарм, ведь эти молодые аристократы должны нести службу при дворе.
– Как я там появлюсь? – возмутился Ингерам. – Что я скажу? Любое враньё рано или поздно вылезет наружу!
– А тебе и не придётся врать. Скажи как есть, мол, служил в Лесной Страже, люди разбежались из-за того, что им не платили. Ты поехал в Жадвиль разбираться, а там мятеж…
Ох, как не хотелось бывшему лейтенанту Лесной Стражи заниматься этим, но ничего не поделаешь, придётся.
– А где мы будем жить? – поинтересовалась Полли. – Ты переедешь к нам, дара Элина?
– Пока оставим всё как есть. И не надо делать такие грустные глазки. Я хочу жить в доме, где хватит места нам всем, но пока не знаю, как это провернуть…
– Ты хочешь купить целый дом?! – поразился Ингерам.
– Купить или снять. Но это не прямо сейчас. Ведь, когда найдётся сын Рицпы, наша компания увеличится, комнат надо будет больше…
Рицпа с застенчивой благодарностью взглянула на Элину.
– Ты и впрямь думаешь, что мы найдём парня? – не удержался от бестактности Ингерам.
– Я уверена!
Поздно вечером Рэйшен забрал свои вещи с постоялого двора и перетащил их в комнатушку, которую снимала Элина. И шумный, не всегда ласковый к гостям Глорк показался им очень приятным городом.
Глава 9
Генерал Римардо уже третий раз просил аудиенцию у короля. Дважды ему отказывали. Сейчас он ждал ответа. Наконец посыльный вернулся и сообщил, что адар Витерий примет генерала завтра, за час до полудня.
Слуга удалился, и Римардо, шумно вздохнув, по-солдатски вытер пот со лба рукавом.
Лоркан ожидал вестей в покоях генерала. Он нервничал, понимая, что подвёл своего хозяина. Наконец генерал вернулся. На губах его играла сдержанная улыбка. Лоркан, словно заждавшийся пёс, бросился к нему:
– Что ответил король?
– Он примет меня завтра, – сообщил Римардо.
– Хвала бескрайним Небесам! – возрадовался порученец. – Король решил сменить гнев на милость!
– Ещё не знаю, друг мой, но очень на это надеюсь. Думаю, мы с тобой ещё пригодимся нашему адару…
Сам король в это время мерил шагами тот самый зал, где принимал рапорты Лоркана, и раздумывал, правильно ли сделал, простив своего генерала.
Король не любил резко менять свои решения, однако понимал, что, наделав ошибок, придётся расхлёбывать их последствия. Одним из самых серьёзных промахов, совершённых им в молодости, было чрезмерное доверие к Руфусу Жадвильскому. Прав был этот меченый демонами дроу-наёмник, а Витерий ошибался. И теперь Руфус убит, в провинции мятеж, а королевские советники никак не могут навести там порядок.
Генерал Римардо во всём обвинял ту женщину, Элину, но король сидел на троне много оборотов, чтобы не понимать: одна-единственная женщина никогда не всколыхнёт толпу, если только правитель не наломал дров и не вызвал глухого гнева своего народа. В этой ситуации провинция напоминала сухие ветки. Поднеси огонёк – и всё заполыхает. Судя по тем записям, что привёз генерал после своей инспекции, Жадвиль напоминал огромную поленницу в жаркий день.
И Римардо, и советники, и королевич Алгас, старший сын Витерия и его наследник, желали усмирить бунтовщиков огнём и железом. Но король опасался затевать гражданскую войну. Дорогостоящая была бы затея с непредсказуемым исходом. Но с какой стороны подступиться к этой головоломке, Витерий пока не знал.
Король помнил, каков был капитан Квэддо. Честный вояка ничего не понимал в управлении городом и прилегающими территориями. О подручном капитана кондотьеров, одноглазом пьянице и распутнике Харлене и говорить было нечего. Отчего же тогда эта интриганка Элина хотела, чтобы Квэддо правил Жадвилем? Неужели она планировала бесконечные междоусобицы и склоки? Для чего? Чтобы диктовать свою волю ослабленному престолу устами Квэддо? Неужто у неё были настолько серьёзные рычаги влияния?
Витерий не хотел посылать солдат в Жадвильские земли, не хотел гражданской войны и прозвища "Кровавый". Как сохранить мир в собственном королевстве? За какие ниточки можно тянуть? Он пока видел только одну.
* * *
Пробежала целая амаркада с того дня, как Элина и Рэйшен вновь встретились и помирились. Для всех это была прежняя Элина, деятельная и требовательная. Но сама она помнила, как, оставшись в одиночестве, потеряла почву под ногами и впала в уныние. Зато сейчас, когда её ждали, к её слову прислушивались, идеи рождались одна за другой.
Честно сказать, в основном это были бредовые идеи, зато Элине удалось вытолкать Ингерама и Гри на поиски беспутного сына Рицпы. Рэйшен вначале немного поучаствовал в поисках, но потом бросил эту затею, предпочитая провести время со своей женщиной. Элина была польщена, а Рицпа откровенно огорчилась. Чем больше народу участвует в поиске, тем скорее её драгоценный Руфус окажется под материнским крылом. Однако спорить с Элиной и Рэйшеном бывшая баронесса не посмела.
– Не огорчайся, – шепнула ей Полли. – Гри бывает в разных местах, он везде спрашивает о твоём Руфусе. Рано или поздно мы его найдём.
Рицпа благодарно сжала крепкую тёплую ладонь девушки.
Сама Элина ещё пару раз посетила гномий квартал. О цели посещения женщина помалкивала.
– Как успехи? – поинтересовался Ингерам. Они с Рэйшеном только недавно вернулись с поисков.
От обоих изрядно разило пивом, но Элина лишь благодушно усмехнулась.
– Ну, не так уж хорошо, как я рассчитывала.
– А почему такая довольная?
– Да вот завтра тебя одного на поиски отправлю, тогда тебе пить будет не с кем. Может, толку будет больше.
– Э-э-э, – лица обоих расследователей вытянулись.
Правда, Рэйшен тут же просиял:
– Целый день проведём вместе!
– Ага, если протрезвеешь, – едко заметила Элина.
– Почему "если"? – возмутился дроу.
– Матрона знает лучше, так ведь? – не удержался от шпильки Ингерам.
Рэйшен приятельски ткнул бывшего лейтенанта в грудь, и тот, неожиданно для самого себя, повалился на спину. Рэйшен помог ему подняться и выглядел при этом абсолютно трезвым.
* * *
Рэйшен отправился в одну из многочисленных оружейных лавок. Что ему там понадобилось – неизвестно, потому что кольчугу или доспех его размера можно было сделать лишь на заказ, а покупать меч не стоило: в Глорке никто, кроме Городской или дворцовой стражи, не имел права носить оружие. Впрочем, в лавках такого рода Рэйшен находил бывших сослуживцев, а также новых приятелей. Элина не препятствовала в этом. Она доверяла Рэйшену, несмотря на все его выходки. Пусть себе сходит, проветрится, заодно, может, про молодого Руфуса поспрашивает.
Элина вышла на улицу, залитую летним солнцем. Оно не давало такого тепла, как в Приграничье, но и ледяное дыхание Синих Гор сюда не долетало. Реки, тёкшие с этих самых гор, на равнине разливались и превращались в неспешные потоки, питающие луга, леса и поля. По этим рекам передвигались бесчисленные торговые суда, и столичный порт с радостью принимал их грузы.
"Закажу еды, – решила Элина, – и мы с Рэйшеном проведём отличный вечер". Замечтавшись, она не обратила внимания на цокот лошадиных копыт и грохот колёс кареты. Точнее, обратила, отступив к самой стене дома, чтобы не быть растоптанной проезжающими аристократами.
Постоянное присутствие Рэйшена давало ощущение безопасности и спокойствия, а следовало бы заметить, что народ поспешно разбегается в разные стороны, и кое-кто даже прячется.
Элина спохватилась, лишь когда чёрная карета остановилась рядом с ней. К сожалению, самой Элине бежать было уже некуда, она стояла, прижавшись спиной к стене дома. Из кареты ловко выпрыгнул подтянутый мужчина чуть старше среднего возраста, с маловыразительными чертами лица и грязноватыми волосами мышиного цвета. Он окинул Элину неожиданно цепким взглядом и поднял один уголок тонкогубого рта.
– Дара Элина, – нехорошим голосом протянул он.
– Допустим. А ты кто такой?
– Узнаешь позже. А сейчас – быстро в карету!
– Ага, щас, – Элина прибавила ругательство, позаимствованное у Рэйшена.
Это вывело грязноволосого из себя. Он молниеносно схватил Элинину руку и завёл за спину, заставив женщину согнуться и вскрикнуть.
– В карету, я сказал, быстро! – в бок Элине упёрся кончик ножа.
"Рэйшен вот-вот вернётся, – мелькнула у Элины мысль. – Надо потянуть время, это же не принц Имраин, а просто человечишко…"
– Ладно-ладно, не кипятись! – примирительно сказала Элина служаке.
То, что он состоял у кого-то на военной службе, не вызывало у Элины сомнений: карета, лошади, военная выправка, а главное – наглость и самоуверенность. Средь бела дня забрать с улицы человека мог только представитель кого-то очень могущественного.
– Вот то-то же! – самодовольно сказал грязноволосый. – Пойдёшь добром – целее будешь!
– А куда надо идти? – Элина решила прикинуться дурочкой. – Может, прислали бы приглашение или вызов, я сама бы явилась.
– Ты мне зубы не заговаривай! – грубо оборвал её служака. – В Жадвиле небось умную из себя корчила!
– В Жадвиле?! – протянула Элина. – А ты там был? Давно? То есть мы всё же знакомы?
Мужчина понимал, что его водят за нос, и окончательно вышел из себя:
– А ну пошла!!! Пошла, кому сказал! – и бросил кому-то внутри кареты. – Готовьте верёвки и кляп.
Глава 10
Рэйшен возвращался из оружейной лавки в приподнятом настроении. Он радовался, встретив старинных приятелей. Они поболтали о том, о сём, вспомнили старые добрые времена (тьфу, будь они неладны!). По ходу беседы Рэйшен приценился к парочке изящных кинжалов. Они были ему совершенно не нужны, но как приятно думать, что в карманах у тебя позвякивает серебро, которым можно заплатить за отличную сталь. Остаток дня обещал быть ещё приятнее: Рэйшена ждала его женщина, вкусный ужин, ну, и прочие удовольствия.
Оказавшись на знакомой улице, где стоял доходный дом, Рэйшен насторожился. В это время дня здесь всегда было шумно и многолюдно, а сейчас улица почему-то опустела. Заподозрив неладное, Рэйшен ускорил шаг и почти влетел в открытую дверь. Внутри тоже было пустынно.
– Пст, дроу!
Рэйшен обернулся. Из-за угла высунулся хозяин и трусливо оглянулся по сторонам, словно опасался чего-то в собственном доме.
– Слышь, дроу, – хриплым шёпотом проговорил хозяин. – Бабу твою того…
– Чего – того?! – Рэйшен уже понял, что случилось нечто ужасное.
– Забрали и увезли, вот чего!
– Кто?!
– Тихо, тихо, не ори… Люди короля.
Рэйшен недоверчиво скривился:
– Да с чего ты взял?
Хозяин, по-прежнему не смея говорить в полный голос, поведал, что к дому подъехала чёрная карета с вензелями, окна плотно зашторены. Народ, наученный горьким опытом, разбежался, небось, до сих пор в страхе по своим углам хоронится…
– Ну, дальше-то чего было? – прервал Рэйшен эту трусливую болтовню.
– Чего-чего, понятное дело – чего! Все разбежались, а баба твоя осталась. Она у тебя случайно головой не ударилась? – неодобрительно уточнил хозяин. – Да тихо ты, тихо! Даже карапузы в Глорке знают, что, коли король посылает за кем чёрную карету, добра не жди. А она, видать, не знает…
– Она не местная, – процедил Рэйшен сквозь зубы. – Говори давай, что дальше было.
К сожалению, Элина и впрямь не знала, чего ждать от королевских служащих. Рэйшен с ужасом подумал, что Элина даже не догадывается, как выглядят королевские вензеля. Больше того, знает ли она, как называется королевство?! Рэйшен ни разу не слышал, чтобы Элина упоминала об этом. Наверное, оттого, что её интересы ограничивались владениями барона. Ни о чём большем "захватчица и мятежница" не помышляла. Но что королю могло понадобиться от неё?
Рэйшен круто повернулся, но хозяин доходного дома, словно пиявка, вцепился в рубашку наёмника:
– Слышь, дроу, не делай глупостей! Её уже не спасти, а тебе-то зачем свою голову в Бездну совать? Давай я тебя спрячу у надёжных людей, а как утихнет всё, оставайся у нас работать! Дело тебе всегда найдётся. А баб тут завсегда полно, на твой век хватит!
Рэйшен с омерзением взглянул на этого человека, стряхнул его со своего рукава, словно омерзительного таракана, и кинулся к выходу. Теперь он понимал, что имела в виду Элина, говоря, что ей не нравятся человеческие мужчины.
* * *
Карета ехала куда-то вверх. Элина ориентировалась только на свои ощущения, потому что окна были занавешены плотными шторками, а саму женщину грубо пихнули на пол. Она так и просидела всю дорогу между нечищеными солдатскими сапогами, со связанными руками и кляпом во рту.
Тот человек, который загнал её в карету, сидел прямо за спиной. Одной рукой он вцепился в Элинины волосы на затылке, а второй – покалывал её бок кончиком ножа. Подчинённые-солдаты глумливо похохатывали. Однако когда один из них попытался схватить Элину за грудь, главный похититель прикрикнул:
– Лапы убрал! Велено не трогать!
К Элининому удивлению, её "обожатель" отдёрнул руки, словно обжёгшись. Очень интересно, кто отдал такой приказ? Арестовать (а в том, что она арестована, Элина не сомневалась), но не трогать? Это кто-то очень влиятельный, наймиты побаиваются своего нанимателя и, возможно, уважают. Учитывая, что главарь с ножом упоминал Жадвиль, Элина заподозрила, что её везут к дорогому другу, генералу Римардо, который уже один разок "заказал" её. Это вполне укладывалось в теорию о могущественном и влиятельном хозяине дуболомов.
Карета со скрипом тащилась вверх по дороге. Элине подумалось, что так высоко в Глорке стоит лишь одно строение – королевский замок. Он высился над городом, символизируя недосягаемость и незыблемость королевской власти. Наверное, такая крепость имела и военное значение. Об этом стоило расспросить Рэйшена… Настроение у Элины тут же испортилось. Понятно, что их совместные приключения, похоже, закончены. Да и вся Элинина одиссея завершается. К этому печальному выводу Элина пришла оттого, что ей даже глаз не завязали. Значит, она уже не вернётся оттуда, куда её везут.
Нет, надо встряхнуться и не поддаваться унынию! Глаз не завязали, потому что Элина и так не видит дороги! Так что ещё неизвестно, как всё сложится! Словно прочитав эти мысли, грязноволосый с ножом скомандовал:
– Достаньте повязку и завяжите ей глаза. Мы почти на месте!
Лицо пленницы просветлело, что крайне удивило громил. Обычно жертва начинала трепыхаться, а эта бабёнка отчего-то просияла и даже сама подставила голову.
Дорога сделала несколько поворотов, на которых карету начало изрядно потряхивать. Грязноволосый главарь больно кольнул Элину ножом и проорал куда-то в сторону, очевидно, вознице:
– Эй, поаккуратней там, баран ты незрячий!
"Баран незрячий" невнятно ругнулся в ответ, и карета продолжила свой путь. Снаружи послышался скрип отворяемых ворот, колёса застучали по-другому. "Наверное, двор выложен булыжником или брусчаткой", – решила Элина. Карета замедлила ход, а вскоре и вовсе остановилась.
– Слезай, приехали, – главарь грубо потянул Элину за повязку на глазах, прихватив и клок волос.
Кто-то распахнул дверцу, и Элину выпихнули наружу. Ноги у неё затекли, связанные руки – тоже, так что она грузно завалилась набок. Если бы не дуболомы, валялась бы Элина на брусчатке с разбитой головой…
Дальше её вели какими-то переходами, подталкивая в спину, но теперь уже ни грубить, ни лапать не осмеливались.
Наконец арестованную втолкнули в какую-то комнату. По ощущению, под ногами был паркет. "Хорошо живут королевские генералы, – решила Элина. – И помещение просторное, вон эхо от шагов гуляет".
Рук Элине так и не развязали, но глаза и рот освободили. Элина демонстративно плюнула в сторону своего пленителя, а после любезно пояснила:
– Нитка в рот попала.
Рожу у главаря перекосило, но он смолчал, лишь подал дуболомам знак, и те, стуча сапожищами, убрались. Зато в помещение ворвалось несколько других солдат, в дорогих ладных мундирах, с такими же вензелями, как на карете. "Ого, сколько стражи! – насмешливо подумала Элина. – И всё против меня одной! Как-то мой друг Рим-Рим в Жадвиле был посмелее".
Никто не мешал глазеть по сторонам, и Элина принялась рассматривать покои, в которые её привели. Под ногами и впрямь был начищенный до блеска паркет. Окна и двери (здесь было несколько выходов) кое-где маскировались занавесями. Кстати, эти новые стражники-красавчики стояли возле каждого окна и двери. Неужто в замке так опасно? Или этих громил выставили против одной женщины со связанными руками?
Мебели почти не было, лишь посреди покоев стоял роскошный стул-кресло, обитый гладкой, блестящей и наверняка дорогой тканью. "Тоже мне, боевой генерал, любит понежить своё седалище. Или просто стареет?". Элина понимала, что её сарказм здесь совершенно неуместен, поэтому в присутствии генерала решила придержать свой острый язык.
Отворилась одна из самых неприметных дверец в этой комнате, и вошёл мужчина примерно того же возраста, что и генерал Римардо. Солдаты мгновенно вытянулись в струнку, а Элинин похититель опустился на одно колено и подобострастно сказал:
– Адар, я доставил тебе эту женщину.
Глава 11
Элинины мысли заметались в голове. Как же так?! Адар… Так обращались только к одному человеку в королевстве. Получается, перед ней король? Серьёзно?! Вот так просто её взяли и притащили к королю?!
Элина запаниковала. Представилось, как её волокут на плаху. Ну, а что можно получить в награду за Жадвильский мятеж?
Король Витерий тем временем подошёл вплотную к Элине и принялся её рассматривать, словно какое-то диковинное насекомое. Это тоже не придавало уверенности в себе.
– А что, Лоркан, она так опасна, что руки пришлось оставить связанными? – вопросил Витерий.
"Ах, так это Лоркан! – зло прищурилась Элина. – Не довелось нам с тобой в Жадвиле перевидаться, иначе шиш бы ты меня выкрал!" Однако вслух Элина произнесла совсем другое:
– Адар, я не ведьма, не воительница, а обыкновенная женщина. Прикажи своим солдатам развязать меня, я не собираюсь делать ничего дурного…
Прозвучало это весьма смиренно. Витерий высоко поднял брови, демонстрируя удивление:
– Даже любопытно, что ты могла бы сделать здесь, в моём замке, полном стражи…
"Подкупить стражу, – мысленно ответила Элина, стараясь сохранить внешнее спокойствие. – Или соблазнить". Невозмутимое выражение лица не обмануло Витерия, опытного и хитрого политика.
– О чём ты сейчас подумала? – резко спросил он. – Поднять мятеж среди моих солдат, как там, в Жадвиле? Об этом, да?
– Вовсе нет, – честно ответила Элина, подивившись проницательности короля.
Хотя удивляться следовало тому, что этот догадливый человек когда-то пожаловал баронство такому ничтожеству, как Руфус Жадвиль.
Король, хищно сощурив глаза, обошёл Элину кругом раз и другой, но, между прочим, так и не велел развязать ей руки.
– Что нашли у неё в комнате? – вопрос короля был адресован Лоркану.
– Только это, адар, – Лоркан протянул королю холщовую сумку, в которую Элина спрятала толстенную тетрадь, исписанную жалобами на барона Руфуса, сведениями о его недоплатах налогов и разбоях.
Точно такую же тетрадь с компроматом Элина в своё время передала генералу Римардо, чтобы тот отдал её королю. Судя по хмурому лицу Витерия, эта писанина была ему знакома.
