Текст книги "Разорванная Цепь (СИ)"

Автор книги: Хелена Руэлли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 25 страниц)

Глава 36. Серебристый овал Инженера

Эстебан бегло прочёл письмо Фергюса. Оно, разумеется, было зашифрованным. Если бы оно попало в чужие руки, то этот человек ничего не понял бы, кроме того, что какой-то деревенский житель повествует о своих проблемах. Однако бывший оружейник прекрасно понимал, что речь идёт о спасении людей и дальнейшем их размещении в горах.

Недолго думая, Эстебан с письмом направился к Инженеру. Тот скатывал в трубку все свои планы и расчёты, которые сегодня вечером должен был отдать Мастеру.

– Ну, как жизнь? – осведомился Эстебан.

– Хуже некуда, – мрачно ответил Инженер. – Видишь, всё готово, и с завтрашнего утра под стены Юмэ-Амиго начнут закладку взрывчатки. А там и твои плащекрылы в ход пойдут. Уж им будет где разгуляться…

– Не переживай, – тон Эстебана был бодрым. – Уже завтра треть женщин и детей выведут из города. А пока Мастер будет возиться, наши подготовят ответный удар…

– Надеюсь, что так, – проворчал Инженер, но с виду он стал гораздо веселее.

– Слушай, а помнишь ту серебристую баранку, что оказалась у тебя в комнате? – как бы невзначай поинтересовался оружейник. Когда Инженер кивнул, он продолжил. – А ты не помнишь, когда именно она у тебя очутилась?

Инженер на миг задумался, а потом ответил:

– Честно говоря, совсем не помню. Ко мне в то время постоянно Торментир заходил, все вещи перекладывал, что-то, видно, проверял, – в глазах Инженера отразился лёгкий испуг. – Ты представляешь, Эс, если бы он нашел эту вещь?

Эстебан улыбнулся:

– Он, видно, и оставил её у тебя.

– ?!! – безмолвному изумлению Инженера не было предела.

– Я просто вспомнил кое-что из рассказов Фергюса, – безмятежно продолжал Эстебан. – Как они, путешествуя через Изменчивое ущелье, забрали эту штуку у парня по имени… Забыл, но это неважно. Короче, с помощью этой баранки тот парень менял очертания гор…

Инженер опустился в кресло и приготовился слушать.

– В общем, они не применяли эту баранку, свойств её не оценили, что ли. А Фергюс дал знать о ней Сяо Лю (я потом тебе подробнее о нём расскажу), очень знающий он человек. Он в книгах нашёл описание одного артефакта, очень похожего на эту баранку, только если к ней снизу приделать палочку.

Инженер вскочил, как ужаленный:

– Палочка, похожая на ту, которой Фокси открывает Тайные Тоннели?! Из такого же странного материала?

– Ну… Да, наверное, – подтвердил удивлённый Эстебан. – Ты что-то знаешь о таких вещах?

– Расскажи до конца историю этого овала, этой баранки, как ты говоришь.

– Ладно. В общем, эта баранка сохранялась у боевых магов. А ими были…

– Женщина по имени Эйлин и Торментир!

– Верно. Так что логичнее всего предположить, что овал был у Торментира, а теперь вот оказался у тебя.

– Что же Торментир его не ищет? – спросил Инженер. – Небось Мастер его не похвалит, когда обнаружит, что такая ценная вещь потеряна.

– Вот тут-то и возникает вопрос. Мастер, как видно, вообще не знает об этой баранке. А раз Торментир не ищет её, значит, он пока не обнаружил, что она пропала, или…

– Или он же мне её и подложил! – воскликнул Инженер.

– Вот именно, – заключил Эстебан. – Конечно, это маловероятно, но всё-таки эта вещь у нас. А знаешь, что получится, если составить вместе палочку Фокси и твой овал?

И Эстебан принялся быстро рисовать на клочке бумаги. Инженер склонился над рисунком:

– Это похоже на анкх!

– Ты знаешь, что это? – теперь настала очередь Эстебана удивляться.

– Да, я слышал об этом. По легенде, верхняя часть овала символизирует бесконечность, поперечная палочка – что-то там ещё. В общем, как будто с помощью этой штуки можно было открыть врата в загробный мир.

– Да ты просто кладезь познаний! И правда, Сяо Лю писал, что с помощью анкха можно попасть в другой мир, может, конечно, и загробный. Так что парень с гор преобразовывал пространство, а если мы воссоединим этот артефакт, то с его помощью можно изменять и пространство, и время!

– Эстебан, а ты сам-то в это веришь?

– А ты хочешь сказать, что это всё – выдумки?

Инженер глубоко вздохнул и вспомнил, как внутри овала клубилось нечто серое, бесформенное, как он, взглянув сквозь него, сразу перенёсся неизвестно куда…

– Я вынужден признать, что это правда.

Глава 37. Торментир в роли лекаря

В комнате Торментира было мрачно, несмотря на большое количество оплывающих свечей в канделябрах.

– Дайте я осмотрю вашу руку, – холодно приказал он Хоуди.

Стараясь не смотреть в лицо волшебнику, распорядитель вытянул пострадавшую руку вперёд, поддерживая её под локоть здоровой рукой. Торментир взмахом волшебной палочки распорол рукав и стал осматривать повреждения. Наконец осмотр закончился, и маг повернулся к полкам, где в маленьких склянках тускло поблёскивали какие-то жидкости.

– Учтите, Торментир, я ничего пить из ваших рук не буду, – твёрдо сказал Хоуди. – Все хорошо знают, чем это заканчивается.

Торментир обернулся настолько быстро, что полы его мантии засвистели в застоявшемся воздухе комнаты. Лицо его стало бледнее, чем обычно, и Хоуди на мгновение показалось, что глаза советника сверкают негодованием.

– Хоуди, я не собираюсь ничем поить вас, это не входит в мои планы, – волшебник говорил тихим язвительным голосом. – Но мне понадобится кое-что для смазывания вашей руки. Надеюсь, вы ничего не имеете против наружных средств?

Хоуди промолчал. Торментир достал один из пузырьков и натёр руку Хоуди содержимым этого пузырька. Облегчение наступило мгновенно. Загадочное снадобье не оставило на коже никаких следов.

Маг пристально наблюдал за реакцией Хоуди. Увидев, как расслабилось напряжённое лицо распорядителя, он хмыкнул и сказал:

– Я думаю, теперь вы можете идти. Повреждения оказались не так серьёзны, как я опасался.

– А мой разорванный рукав?

– Ах, да! Ну, конечно! – с преувеличенной вежливостью Торментир слегка поклонился Хоуди и взмахнул палочкой.

Разрез на ткани исчез, как будто его никогда не было. Хоуди был поражён, но не хотел показывать этого Торментиру. С такой же подчёркнутой любезностью, какую только что проявил маг, Хоуди также поклонился и сказал:

– Премного благодарен за заботу. Всегда к вашим услугам.

Насмешливая мина так и не сошла с худого лица Торментира, когда Хоуди тихо затворил за собой дверь.

Глава 38. Исход

Пожалуй, даже хорошо, что сыновья Хайди отправятся с ним в путь. Они знали многих ребят из Юмэ и умудрились сколотить из них приличный отряд, который беспрекословно подчинялся своим вожакам. В противном случае Фергюсу, наверное, было бы гораздо тяжелее управиться с первой партией выводимых из города людей. Основную их массу составляли женщины с маленькими детьми, поэтому выход из Юмэ-Амиго состоялся в обстановке суматохи и хаоса.

Дети ревели и упрямились, самых маленьких матери несли на руках. И если бы Хэрст и Хенин (так звали сыновей Хайди) не помогали женщинам нести пожитки, а их приятели не развлекали бы капризничающих малышей, то, пожалуй, Фергюсу пришлось бы совсем туго.

Заброшенная дорога проходила по совершенно безлюдным местам. Этот путь вёл в горы, поэтому дорога была забыта, и ею никто не пользовался за ненадобностью. Уже многие годы никто не ездил в горы и тем более – в Загорье.

Вдоль дороги тянулись широколиственные леса и густые кустарники, в них на разные голоса щебетали птицы. Пригревало солнце, и люди потихоньку успокоились. Дети перестали хныкать, некоторые слезли с материнских рук и смело шагали сами. Однако подростки во главе с Хэрстом и Хенином по-прежнему тащили скарб беженцев на себе.

Фергюс тихонько подозвал к себе старшего из братьев, Хэрста:

– Слушай, друг, есть поручение. Проследи, чтобы никто с дороги не сходил, в лес не углублялся, особенно в одиночку. Мало ли что может здесь водиться. Загорье рядом все-таки. Пусть твои бойцы тоже незаметно присматривают за этим.

Хэрст коротко кивнул и отбежал в сторону. Как и что он сказал друзьям, Фергюс не слышал, зато увидел, как ребята перестраиваются, словно оцепляя беженцев. Таким образом, они никому не давали возможности отстать или отбиться от общей массы. Фергюс невольно восхитился их организованностью и дисциплиной.

– Эх, ребята! Из вас можно регулярную армию создавать и идти войной на Братство! – негромко сказал он одному из своих «бойцов».

– Так для того и идём, – так же негромко ответил тот.

Фергюс не нашёлся, что ответить мальчишке, и шествие продолжалось. Сегодня им нужно было дойти до реки, до великого Аортиса. Там их ждало новое испытание – переправа. Через некоторое время предводитель беженцев искренне считал, что это – самое большое в его жизни испытание нервов.

Вскоре повеяло прохладой. Это тянуло свежестью от реки. Люди приободрились, дети запрыгали, зашумели. Хэрсту, Хенину и их друзьям пришлось удвоить внимание, потому что то и дело какой-нибудь резвый малыш пытался удрать, чтобы рассмотреть что-нибудь интересное.

Наконец послышался плеск волн. Заросли кустарника расступились, и взгляду людей предстала великая река.

– Тоже мне, могучий Аортис! – послышались разочарованные возгласы.

В этом месте Аортис не был широким, как море. Река, стиснутая скалами, была, по крайней мере, втрое уже, чем привыкли жители Сариссы. Тем не менее, Аортис проявлял свою силу и здесь. Он катил по течению огромные камни, кипел, пенился, облизывал высокие берега и подтачивал их.

Люди зашумели, загомонили. Но Фергюс стоял перед великой рекой в задумчивости. Он хорошо понимал, как трудна будет переправа.

– Что делаем, командир? – весело осведомился у него Хэрст.

– Отдыхаем! – бодро ответил молодой человек и громко крикнул. – Привал!!!

Глава 39. Суматоха в резиденции

Нелли и Мелис подметили, что сегодня стражники были явно более рассеянны, чем им полагалось. Дверь, ведущая наружу, в этот день вообще не была заперта, поэтому юные узники великолепно слышали всё, о чём говорили солдаты. Из разговора следовало, что в этот день мобилизуют все силы для выполнения какой-то очень важной задачи.

– Наверное, начнут возить взрывчатку в Юмэ! – громким шёпотом произнесла Нелли. – Ах, как же я их всех ненавижу!

– Тихо! – шикнул на неё в ответ Мелис.

В это время в подземелье вошёл один из дружинников.

– Что, сидите, скучаете? – глумливо спросил он. – Ничего, скоро вам станет веселее! Многих ваших дружков привезут сюда! Не сегодня, конечно, нам тоже время на это нужно. Да ещё Мастер куда-то плащекрылов с заданием посылает, так что те, кого они не доедят, к вам прибудут!

Лицо Мелиса осталось непроницаемым, а Нелли в гневе топнула ногой.

– Топай, топай! Потом спляшешь для нас, дрессированная обезьяна! – стражник захохотал, увидев, как гневно сверкнули глаза Нелли.

Услышав разговоры, в узилище спустился ещё один солдат.

– Эй, что ты там болтаешь? Ты знаешь, что тебе будет за разглашение?

– А чего? – ответил первый. – Кто об этом узнает? Они всё равно унесут свои секреты в могилу, – он кивнул в сторону Менгиров, но через секунду догадка сверкнула в его мозгу, и его лицо исказилось от злобы и страха. Он крикнул товарищу. – Ах ты мерзавец! Ты хочешь донести на меня, выслужиться!

Двое стражников набросились друг на друга и покатились по полу между рядами клеток. На шум прибежал начальник караула.

– Это что такое? Немедленно прекратить!

Он пнул сапогом обоих поочерёдно. Красные и потные, солдаты вскочили, тяжело дыша и с ненавистью глядя друг другу в лицо.

– Марш отсюда оба! – рявкнул на них начальник. – Нас вызывают к Мастеру! Это срочно!

Дружинники тотчас развернулись и потрусили к выходу, начальник – за ними. Из-за спешки дверь так и осталась незапертой.

Глава 40. Наконец-то свободны!

Нелли сплюнула на пол между рядами камер-клеток. На лице её по-прежнему читалась ненависть. А вот лицо Мелиса горело торжеством.

– Нелли! – громким шёпотом окликнул он подругу. – Настал наш час!

– То есть? – не поняла она.

– Сегодня мы уходим! Ты же слышала, что много солдат отправится под стены Юмэ. Наша драгоценная охрана тоже мчится туда – амулеты заслуживать. Ещё и плащекрылов посылают куда-то. Пусть они не все улетят, но многие… Так что здесь мало кто останется, теперь нам не помешают…

Нелли оторопела. Много дней она думала о том, как сбежать из ненавистной тюрьмы, однако теперь ею овладела нерешительность. К тому же по лестнице уже ковыляла глухонемая надзирательница. Она глупо, как показалось молодым людям, улыбалась. Зачем она явилась, было непонятно, так как никакой еды у неё в руках не было, тряпок и вёдер с водой тоже. Только массивная связка ключей, о существовании которой она иногда с трудом вспоминала.

– Ну вот, явилась! – буркнула Нелли. – Да ещё и улыбается, будто Рождество наступило! Тут стольких людей твой папаша угробит, а ведь она тоже была из Посвящённых… Чего ей радоваться?

Мелис промолчал. Он был странно сосредоточен. Надзирательница положила связку ключей на шаткий столик, снова улыбнулась молодым людям и вышла. Дверь она по какой-то причине не запирала.

– Нелли! – лихорадочно заговорил Мелис. – Отпирай камеры! Быстрее!

Дополнительного приглашения не потребовалось. Девушка уже ковырялась в замке, и вот наконец обе клетки оказались отперты. Мелис совершил прыжок, достойный молодого леопарда, и схватил ключи с колченогого стола. Связка тяжело звякнула в его руке. Второй прыжок – и юноша стал подбирать ключи к тем замкам на цепях, которые держали у стены Огнистый Меч, Лук-Без-Промаха и волшебную скрипку. Возиться ему пришлось недолго. Цепи словно ждали момента, чтобы упасть к ногам юноши.

Нелли с горящим взглядом следила за манипуляциями Мелиса. Лишь только он освободил её скрипку, девушка кинулась к ней и принялась гладить её полированные деки. И скрипка, словно почувствовав руку хозяйки, а точнее, – Владелицы, – засияла зеленовато-золотистыми прожилками.

Мелис нежно провёл пальцами по потускневшему в сыром подземелье лезвию меча. Перевязь валялась где-то неподалёку, и юноша попытался всунуть меч в отсыревшие ножны.

Менгиры словно напитывались Силой от магических предметов. Они не могли оторваться от дорогих им вещей, с которыми было связано столько воспоминаний, и горьких, и радостных.

– Да что вы копаетесь! – голос, идущий откуда-то сзади, заставил их обоих вздрогнуть. – У вас не так много времени. Вы же не думаете, что стражники сюда не вернутся?

Нелли обернулась и остолбенела. Да ведь это их надзирательница! Мелис тоже застыл, сжимая меч в руках и готовый к обороне.

– Тихо, тихо, – сказала надзирательница, заметив, как побелели костяшки пальцев юноши. – Это лучший момент, чтобы покинуть тюрьму.

Голос её показался Нелли странно знакомым. Она нахмурилась, силясь что-то вспомнить, но – увы!

– Что, не узнаёте? – надзирательница улыбнулась и принялась разматывать платки, накрученные вокруг её головы. Концами этих платков она стирала грим, умело наложенный на лицо. Лицо молодело прямо на глазах, исчезали резкие морщины…

Нелли судорожно вдохнула воздух, опасаясь увидеть отрезанные уши или ещё что-нибудь похлеще.

– Вы оба забыли, что надо смотреть – и видеть! – и на Менгиров глянуло лицо Дисси. Уши её находились на месте, да и язык, судя по всему, был в полном порядке.

Нелли, размахивая смычком, с визгом кинулась обнимать Дисси. Мелис стоял совершенно растерянный.

– Идёмте, идёмте же! – торопила их Дисси, размыкая руки Нелли на своей шее.

Троица поспешила к выходу из подземелья, где Нелли и Мелис провели почти год.

Глава 41. Беглецы в подземельях

Как удачно, что Дисси была теперь с ними! Без её помощи, без её знания переходов и подземных галерей Нелли и Мелис никогда не вышли бы на поверхность. Лишь в этот момент они поняли, насколько безрассудной и рискованной была их затея с побегом.

– Пусть так, но она была верной! – торжествующим шёпотом сказала Нелли на бегу.

Их путь освещали чадящие факелы, прикреплённые к сырым стенам на равном расстоянии друг от друга. Окон здесь не было, так как почти вся резиденция находилась внутри горы, а уж о подземной тюрьме и говорить не приходилось. Она находилась настолько глубоко под землёй, а точнее – под горой, что без плана переходов выбраться отсюда было невозможно. Теперь Нелли и Мелису стало ясно, почему отсюда за много столетий никто не убегал.

По дороге Дисси скинула с себя верхнее тряпьё, в котором она изображала надзирательницу, и осталась в удобных шароварах. Передвижение бегущей троицы сразу ускорилось. Внезапно Мелис остановился и сказал:

– Постойте! Нам надо или забрать одежду Дисс, или уничтожить её.

– Не тормози! – начала было Нелли, но Дисси перебила её.

– Да, Мелис прав. Если нас будут искать, – а уж в этом вы не сомневайтесь – то моя одежда наведёт их на верный путь.

Нелли наморщила нос, но возражать не стала. Мелис вернулся на несколько десятков шагов назад, поднял старое тряпьё Дисси и в несколько взмахов меча разрубил его на мелкие клочья.

– Пижон! – буркнула Нелли, но Дисси по достоинству оценила эти взмахи меча и изобразила аплодисменты.

Громко аплодировать было нельзя, чтобы их не обнаружили раньше времени. Далее Мелис отцепил со стены факел и поджёг получившиеся клочки материи. От них пополз удушливый дым, и девушки озабоченно переглянулись. Этот дым и запах мог выдать их ещё скорее, чем сама одежда. Мелис и сам не ожидал такого эффекта и немного растерялся. К тому же, никакого движения воздуха в подземельях не было, поэтому запах мог застояться, а дым грозил удушить самих беглецов.

Дисси подбежала к тлеющим лохмотьям, взмахнула руками, словно пытаясь ладонями остановить дым. И действительно, дым осел, материя быстро съёжилась, превращаясь в чёрный жирный пепел уже без всякого дыма. Дисси растерла ногой по каменному полу этот пепел, и теперь уже нельзя было точно определить, что это такое. Это была просто грязь, и всё.

И беглецы припустились дальше. К сожалению, в одном из переходов им не повезло. Они прямо лицом к лицу столкнулись с дружинником, который без всякой охоты стоял здесь на часах. Он то почесывал в затылке, то ковырял пикой щербину в полу, то зевал. Этот солдат совершенно не был готов к тому, что на него выскочат трое молодых людей.

Надо сказать, что растерялись и оторопели все. Но, когда солдат уже раскрыл рот, чтобы поднять тревогу, Мелис ударил его мечом плашмя по голове. Дружинник выронил пику и рухнул на пол.

– Извините, – пробормотал Мелис, снова засовывая меч за пояс.

– Нашёл перед кем извиняться, – проворчала Нелли, отпихивая ногой бесчувственное тело солдата со своего пути.

Глава 42. Стычка со стражей

В тех галереях, по которым они бежали, уже чувствовалось дуновение ветерка. Воздух в переходах стал не таким спёртым и душным, а пламя факелов колебалось и вытягивалось вдоль воздушных струй.

– Мы поднимаемся, заметили? – сказала Дисси остальным.

Те молча покивали головами. Они уже изрядно устали: сказывалось время, проведённое в темнице, мышцы ослабели, постоянное недоедание тоже не прибавило здоровья. Да и магические артефакты, благополучно унесённые из подземелья, казалось, стали за этот год тяжелее. Так что и Нелли, и Мелис уже тяжело дышали, а Нелли помалкивала о том, что у неё от слабости дрожат коленки.

Дисси понимала, каково приходится её спутникам, и решила их подбодрить.

– Мы поднялись по галереям довольно высоко. Скоро выход…

Она не успела договорить, как на них налетели ещё двое дружинников. Для молодых людей осталось до конца неясным, это была случайность или же оглушённый ими солдат пришёл в себя и вызвал подмогу.

– Держи их! – взревел один из дружинников, хватаясь за саблю.

Дисси заверещала, размахнулась и залепила ему в лицо той самой связкой ключей, которую всё время «забывала», когда играла роль надзирательницы. С такого близкого расстояния промахнуться было невозможно. Увесистые ключи рассекли лицо дружинника, и он рухнул на пол, закрыв окровавленное лицо руками.

Второй солдат подступил к Нелли. Но Мелис, невзирая на усталость и страх, снова выхватил меч.

– Эй, мальчишка, отойди от неё! – крикнул солдат.

– Сам отойди! – огрызнулся юноша. – А то, смотри, пораню.

Зазвенела сталь. Дисси благоразумно отступила в сторону, утащив с собою и Нелли. Прижавшись к стене, девушки наблюдали за поединком.

Меч Мелиса засиял, высекая искры из оружия дружинника при каждом ударе. Солдат был крупнее и тяжелее юноши, но в глазах Мелиса было то неистовство, которое придавало сил молодому Менгиру. Постепенно, шаг за шагом, Мелис стал теснить своего противника. Тот отступал, но своего меча не опускал и сдаваться не собирался.

Вдруг Мелис оступился на неровном каменном полу и упал на одно колено. Меч его чиркнул по камню. Дружинник немедленно воспользовался этим моментом. Испуганные девушки не успели моргнуть глазом, как клинок дружинника остановился у горла Мелиса, а свободная рука в кольчужной перчатке сдавила правую руку юноши, держащую Огнистый Меч.

– Жаль, нельзя тебя прирезать, – злобно осклабившись, прошипел дружинник. – Но уж девок твоих я точно поубиваю, они-то Мастеру не нужны.

Дисси в ужасе развела пустыми руками. Зато Нелли заулыбалась, словно ждала этих слов.

– Ну-ну, голубчик, не говори «гоп», пока не перепрыгнешь! – почти ласково пропела она и выхватила скрипку.

Дружинник издевательски захохотал, но, услышав звуки музыки, он изменился в лице. Скрипка светилась таким же светом, каким незадолго до этого сиял Огнистый Меч. Руки дружинника ослабели, он выронил свой меч, который с жалобным звоном упал на пол. Мелис, в свою очередь, легко высвободил свою правую руку и отбросил меч солдата подальше в темноту.

По лицу дружинника текли слёзы, которые он размазывал перчаткой. Вообще же вид у него был такой, словно он и сам не понимает, что с ним происходит.

Нелли кивнула в сторону беспомощного солдата, шепнув Дисси:

– Свяжи!

После секундного колебания Дисси с улыбкой развязала пояс солдата и надёжно опутала его руки. Подумав немного, она оторвала длинную полосу ткани от полы его камзола. Ткань была добротная, и эту полосу Дисси пропустила ещё и между его ног. Таким образом, руки и ноги солдата оказались связаны друг с другом, и он, как куль, повалился у стены на бок.

– Смотри не простудись! – крикнула Нелли, опустив смычок. – И не плачь слишком долго! Мастер этого не переживёт! Точнее, ты не переживёшь!

Мелис и Дисси расхохотались и, подхватив свои вещи, помчались туда, откуда, как им казалось, задувал ветерок.