Текст книги "Список желаний (ЛП)"

Автор книги: Хелен Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

У меня были серьёзные сомнения на этот счёт. Из того, что я узнала, тролли оказались хитрее и сильнее, чем мы думали. Им удавалось скрывать своё существование десятилетиями; даже теперь, когда мы знали, что они где-то поблизости и охотятся за нами, мы всё равно не могли найти никаких их следов.

Пытаться убедить таких, как Филиппа, в том, что мы, крёстные феи, не являемся ни непогрешимыми, ни непобедимыми – это бессмысленная задача. Прямо сейчас я даже не могла убедить её, что мне эта чёртова комната нужна больше, чем ей.

К счастью, на этот раз Алисия была на моей стороне – по крайней мере, временно. Она проскользнула мимо нас и уселась на стул во главе стола.

Филиппа перевела взгляд с неё на меня и обратно.

– Ну и ладно, – пробормотала она. – Если тебе так нужна эта комната, можешь её занять, – она удалилась.

– О, прости, Саффрон, – хихикнула Алисия. – Я не хотела садиться на твоё место.

– Ты можешь садиться, где захочешь, Алисия. Мне не нужен план рассадки, чтобы знать, что я возглавляю эту оперативную группу.

Улыбка Алисии исчезла. Я напомнила себе, что мне не нужно настраивать её против себя, и что язвительные комментарии не помогут.

– Я имею в виду, – сказала я, – что, по-моему, эта оперативная группа выше таких мелочных проблем. У нас есть гораздо более важные вещи, о которых стоит беспокоиться.

– Я согласен, – проворчал Билли. – Что это за история с твоей пластикой носа?

Я взглянула на Далилу, которая демонстративно смотрела в другую сторону.

– Не обращай внимания, – сказала я, стараясь не усмехнуться. Учитывая, что Билли всё утро не было в офисе, Далила действительно хорошо справилась с распространением информации. – Давайте начнём это совещание. Я не хочу отнимать у вас много времени. Я знаю, что помимо троллей, у вас у всех есть клиенты, с которыми нужно иметь дело.

Алисия фыркнула.

– У меня есть парень, который твёрдо уверен, что больше всего на свете хочет, чтобы его пенис увеличился на 12 сантиметров. Это пятый клиент в этом году, который желает того же самого, – она фыркнула.

– Я совершенно доволен своим членом, – заявил Руперт. – Он совершенно точно достаточно большой, чтобы справиться с работой.

Я мысленно помолилась, чтобы он не вытащил его, чтобы показать нам. Или продемонстрировать, как он «справляется с работой».

– Верно! – поспешно перебила я. – Что у нас есть? Давайте начнём с тебя, Далила. Что ты слышала на улицах? Должны же ходить слухи о том, где прячутся тролли.

Она нахмурилась, явно недовольная.

– Насколько я знаю, нет. Я, конечно, продолжу пытаться, но если кто-то и знает, где они, то не говорит.

Я почесала в затылке.

– Хорошо. Я уже поговорила с Рупертом и…

– И, – продолжил он за меня, – я не нашёл ничего полезного ни в одном из старых отчётов Адвентуса. Даже до того, как большинство троллей было убито, они держались от нас подальше.

– Угу, – я посмотрела на Алисию. – Ну, – сказала я, – в случае, если мы всё-таки найдём троллей, ты обнаружила что-то, что поможет нам с ними бороться?

Алисия достала тюбик блеска для губ и аккуратно нанесла его на губы, прежде чем ответить.

– Их магия сильнее нашей. Им не нужно использовать волшебные палочки, чтобы творить могущественные заклинания. В схватке один на один, тролль с феей, фея обязательно проиграет. У нас есть шанс, если нас будет больше, но если они застанут нас врасплох… – она пожала плечами. – Прощайте, крёстные феи.

Я вздохнула.

– Так что, по сути, у нас ничего нет. Мы не знаем, сколько здесь троллей. Мы не знаем, где тролли. Мы понятия не имеем, что тролли могут планировать. Мы совершенно невежественны и в полной заднице, – я теребила пуговицу на манжете. Я не ожидала, что это будет легко, но я ожидала, что хотя бы один из нас что-нибудь найдёт.

Я подняла брови, глядя на Билли, но он в ответ скорчил мне гримасу. Мы все пришли с пустыми руками. Это дерьмово.

– Вообще-то, – сказала Анджела, – я думаю, у меня что-то есть.

Мы все повернулись к ней. Я была не единственной феей, в сердце которой вспыхнула надежда. Алисия подалась вперёд, подперев руками подбородок. Глаза Далилы широко распахнулись, Билли начал слегка покачиваться на стуле, а Руперт почесал яйца, что, как я предположила, в его мире считалось признаком волнения.

Купаясь в лучах нашего пристального внимания, и всё это без помощи презентации в PowerPoint, Анджела улыбнулась.

– Офис отдела кадров находится в передней части здания. Из окон открывается прямой вид на улицу. Мне пришло в голову, что, скорее всего, тролли по-прежнему следят за нами. В конце концов, они наверняка беспокоятся о том, что мы задумали и не приближаемся ли мы к ним. И они, должно быть, наблюдали за нами долгое время. Похищенных крёстных фей выманили наружу. Единственный способ, которым это могло бы сработать – это если бы тролли приставили к этому зданию наблюдателей.

Это очень хорошее замечание. Я поздравила себя с тем, что у меня хватило дальновидности взять Анджелу в команду, вместо того чтобы зацикливаться на том факте, что я сама должна была подумать о троллях-шпионах, околачивающихся поблизости.

– Итак, – спросила я, и мои пальцы сжались в предвкушении, – ты видела каких-нибудь троллей за окном? Наблюдающих за нами?

Алисия вздрогнула.

– Уф. Это так жутко.

– Ублюдок, которого я заметила сегодня утром, определённо жуткий, – сказала Анджела. – Он должен быть троллем. Во-первых, у него почти нет шеи как таковой, – она подняла плечи к ушам, чтобы показать нам, что она имела в виду. – Его кожа покрыта прыщами, а выражение глаз говорит о том, что он какой-то психопат.

Я нахмурилась, глядя на неё.

– Я думала, ты наблюдаешь за ним из окна на этой стороне улицы. Как ты могла разглядеть, какие у него глаза?

– У меня отличное зрение, – чопорно ответила она, аккуратно складывая руки на коленях.

Руперт фыркнул.

– И бинокль в верхнем ящике стола.

Ухмылка Билли подсказала мне, что Руперт прав.

– Бинокль? – тихо спросила я.

– Она использует его, чтобы поглазеть на парня, который работает в офисе напротив, – губы Руперта скривились в усмешке.

Далила широко улыбнулась.

– Тот, которого ты преследовала?

К моему удивлению, щёки Анджелы порозовели.

– Всем нам время от времени нужно немного отвлечься. И это не преследование, если тебе никогда не удаётся встретиться с ним лично или узнать о нём какие-либо подробности. Я посмотрела адрес, где он работает. Насколько я могу судить, там не указана ни одна компания.

– Видишь, – пробормотала Далила. – Преследование.

Руперт фыркнул.

– Этот мужчина должен быть красивым. Лично я не вижу этой красоты.

Анджела покраснела ещё сильнее. Наблюдение за этим завораживало.

– Он очень хорош собой, – сказала она, как будто это могло что-то изменить. – Невероятно хорош собой. Он мог бы составить конкуренцию даже Адвокату Дьявола.

Алисия усмехнулась.

– Ты хочешь сказать, что он пугающий и смотрит на тебя так, будто ты всё утро топила щенков?

Я удивлённо покосилась на неё.

– Джаспер не такой.

– Да, – сказала она с сарказмом, – под всеми этими жёсткими гранями он просто большой пушистый монстр-обнимашечка.

– Ну, он высокомерный и своевольный, но он также… – начала я, прежде чем заметила, что Билли весело ухмыляется мне. – Неважно, – я кашлянула. – Давайте сосредоточимся на мужчине, которого заметила Анджела. Есть ли что-нибудь, кроме его внешности, что указывает на то, что он тролль?

– Он похож на тролля, – сказала она. – В своём отчёте ты сказала, что в них было что-то странное. Когда ты подошла поближе, что-то в них показалось тебе неправильным. Что ж, это определённо относится к этому парню. И его поведение весьма подозрительно.

– В каком смысле?

Она поджала губы.

– Будет проще, если я покажу вам всем, – она отодвинула стул и поднялась на ноги. – Пойдёмте со мной.

Мы переглянулись и сделали, как она сказала. Анджела посеменила из комнаты, напевая что-то себе под нос, а мы все последовали за ней, как Крысолов со своими крысами. Я заметила Джаспера, который стоял в дверях своего кабинета и наблюдал за нами. То, как он смотрел на нас, действительно напоминало суровый взгляд, говорящий: «Вы убили моего щенка». Я одарила его улыбкой, но он не расслабился. Если уж на то пошло, он стал выглядеть более суровым.

Пожав плечами, я последовала за остальными в отдел кадров. Анджела остановилась у своего стола, достала из верхнего ящика то, что на самом деле было биноклем, и подошла к окну. Другие сотрудники отдела кадров наблюдали за ней со смесью насмешки и зависти. Она подняла бинокль и причмокнула губами.

– Он всё ещё там, – заявила она. – Он всё ещё делает это.

Я протянула руку и взяла у неё бинокль. Вглядываясь в бинокль, я прищурилась, чтобы понять, о чём она говорит. Я медленно повернулась влево и невольно ахнула, когда мужчина, которого она описала, повернул голову и посмотрел прямо на меня из открытого окна.

Я узнала его: это тот самый мужчина, с которым я столкнулась на улице на днях. Тот, от кого у меня мурашки побежали по коже.

– Видите? – торжествующе воскликнула Анджела. – Предполагается, что это место окутано магией, которая не позволяет людям заметить, что здание существует, но он всё утро смотрел в эту сторону. С таким же успехом он мог наблюдать за нами так неделями. Даже месяцами.

Билли расправил плечи.

– Тогда пойдёмте туда. Прямо сейчас. Давайте встретимся с ним лицом к лицу и выясним, в чём дело.

Я пригладила руками юбку и постаралась не слишком волноваться из-за того, что мы на что-то наткнулись.

– Нет, – я покачала головой; разговаривать с этим типом лицом к лицу было очень плохой идеей. Сегодня у меня уже был один неприятный случай, когда я беспечно забрела в здание, будучи совершенно неподготовленной. Такого больше не должно повториться. – Нам нужно действовать очень осторожно. Если он шпионит за нами, мы не хотим, чтобы он знал, что мы за ним следим. Помните, что наша задача – найти троллей и выяснить, что они планируют дальше, а не предпринимать какие-либо шаги, которые могут рвануть нам в лицо.

– Или, – пробормотала Алисия, – взорвать нас. Не забывайте, что сделал Бернард, когда взорвал те бомбы.

Остальные внезапно побледнели.

– И что же нам делать? – спросила Далила.

– Мы ведём себя как обычно, – сказала я. – Анджела, ты можешь присматривать за ним со своего рабочего места. Дай нам знать, если он уйдёт или если увидишь, что кто-то ещё входит и выходит. Билли, ты чувствителен к магии. Сходи куда-нибудь пообедать и случайно пройди мимо этого здания. Посмотри, что сможешь уловить. Я поговорю с Адвокатом Дьявола и найду какой-нибудь способ проникнуть туда. Когда стемнеет, я прокрадусь одна и посмотрю, что смогу найти. Там могут быть какие-нибудь компрометирующие записи или оборудование. Нам нужно знать, с чем мы имеем дело, прежде чем предпринимать что-либо против этого типа.

– Если ты пробираешься туда тайком, – сказала Далила, – тогда я иду с тобой.

– Я тоже, – сказал Билли.

Алисия кивнула.

– И я.

Руперт пожал плечами.

– Полагаю, это означает, что я тоже.

– Нет. Нам нужно действовать скрытно и тихо. Чем меньше людей, тем меньше шансов, что нас поймают.

– Но…

Я свирепо посмотрела на Билли. Я не собиралась терпеть никаких возражений.

– Я пойду одна, – сказала я. – И точка.

Глава 16

– Ты не можешь пойти одна. Я пойду с тобой.

Я скрестила руки на груди и хмуро посмотрела на Джаспера.

– Нет, не пойдёшь.

– Да, пойду.

– Нет, чёрт возьми, ты не пойдёшь. Мы не знаем наверняка, кто этот парень, и я вполне способна справиться с таким небольшим проникновением в одиночку. Он, вероятно, обычный парень, который понятия не имеет о существовании фей или троллей.

– Вы видели, как он наблюдал за этим зданием.

Так и было, и я почувствовала что-то похожее на магию, исходящую от его тела, но я не была полностью уверена, что он был кем-то иным, кроме человека. Ещё нет.

– Это не делает его троллем, даже если магия заставляет людей избегать этого места. Не стоит делать поспешных выводов.

Джаспер непримиримо уставился на меня.

– Да, – согласился он. – Но если это тролль, ты подвергаешь себя смертельной опасности. Возможно, он там не один. На самом деле, всё здание может кишеть троллями. Ты не узнаешь, пока не окажешься внутри.

– Я не собираюсь сражаться с ними в одиночку, – раздражённо сказала я. – Всё, что я сделаю – это поищу подтверждения того, что там есть тролль или тролли. Это тайная операция по установлению фактов, а не самоубийственная миссия.

Он даже не дёрнулся.

– Это не имеет значения. Ты не пойдёшь туда без меня.

– Разве тебе не нужно заниматься аудиторской проверкой?

– Всё идёт как по маслу. Я вполне могу позволить себе отлучиться на пару часов, – Джаспер помолчал и понизил голос. – Или ты боишься оставаться со мной наедине? – он начал поигрывать с кружкой, стоящей перед ним, и его длинные пальцы слегка поглаживали её край. – Мы должны быть друзьями, но, возможно, ты думаешь, что, учитывая произошедшее между нами, ты не сможешь контролировать себя рядом со мной.

– Что? – я вытаращилась на него. – Конечно, это не так! И я хотела бы напомнить тебе, что между нами ничего не было.

– Ммм, – он продолжал поигрывать с краем кружки. – Мне не следовало бы снова поднимать эту тему, но тот поцелуй в парке.

– Мы оба знаем, что это было ошибкой, – натянуто произнесла я. – И в любом случае, это был притворный поцелуй.

Я заметила мимолетное веселье на его лице, и мои глаза прищурились. Серьёзно, что он задумал? Он сам положил конец нашим предполагаемым отношениям. Почему он настаивал на том, чтобы упоминать о случившемся между нами моменте? У меня в голове зародилось подозрение, но Джаспер сменил тему, прежде чем я успела собраться с мыслями.

– Как бы то ни было, – сказал он. – Мы войдём вместе. Моя магия сильнее твоей. Если это действительно тролль, тебе потребуется соответствующая поддержка.

Я фыркнула.

– Я думаю, ты помнишь, что в прошлый раз именно тебе понадобилась поддержка. А не мне.

Джаспер сжал челюсти.

– Это потому, что тролли сильны. Они прятались десятилетиями, поколениями, и были сосредоточены только на одном – отомстить крёстным феям за то, что они сделали. Мы не можем недооценивать их. Никогда.

Его тон был достаточно мрачным, чтобы я прекратила свои протесты.

– Если они в том здании, – сказала я, – и если мы их найдём, что дальше? Я могла бы возразить, что их планы мести оправданы. Большая часть их расы была уничтожена из-за того, что сделали крёстные феи.

Джаспер выдержал мой взгляд.

– Есть пять крёстных фей, которые могут возразить, что оставшиеся тролли заслуживают самого сурового наказания.

– Ты разговаривал с Лидией Дюшан, – ответила я. – Много разговаривал. Она одна из тех пяти фей. Она этого хочет? Чтобы всех троллей в этой стране повесили, разрубили на куски и четвертовали?

– Даже самые кровожадные феи не захотели бы этого. Мы живём не в Средневековье.

Он пытался уйти от ответа, и мы оба это знали.

– Это была фигура речи, – сказала я, – как ты прекрасно понимаешь.

Джаспер вздохнул и провёл рукой по своим чёрным, как смоль, волосам.

– Из того немногого, что я узнал за то короткое время, что был их пленником, я понял, что тролли не остановятся, пока не уничтожат Отдел Крёстных Фей. У меня такое чувство, что они невероятно зациклены на этой цели. Они долго ждали своей мести, и ничто не встанет у них на пути.

– Уверена, мы могли бы прийти к какому-то соглашению, которое устроило бы всех, – тихо сказала я. – Соответствующее наказание для тех, кто участвовал в похищениях, и возмещение ущерба от нас за то, что случилось с их родом много лет назад.

Что-то неуловимое изменилось в языке тела Джаспера, и он, казалось, расслабился.

– Это были бы рациональные меры, – согласился он, почти улыбаясь. – Но я думаю, мы оба знаем, что трудно мыслить рационально, когда в деле замешаны эмоции.

Я изучала его лицо и размышляла над его словами.

– Так вот почему ты проводил время с Лидией, – сказала я, внезапно всё поняв. – Если жертвы троллей смогут просить о снисхождении, то остальным из нас будет гораздо труднее настаивать на более суровом наказании, – я уставилась на него. Между Джаспером и Лидией вообще ничего не было. Я всё поняла совершенно неправильно. – Какого чёрта ты не сказал мне об этом раньше?

Он облизнул губы.

– Я не был уверен, как ты к этому отнесёшься. Если я что-то и узнал о тебе, так это то, что ты можешь быть невероятно сосредоточенной, когда хочешь, чтобы что-то произошло. Возможно, ты хотела, чтобы тролли умерли за то, что они сделали, вместо того, чтобы понимать, что непреднамеренная боль и страдания, причинённые этим офисом, также должны быть приняты во внимание.

– Если ты не был уверен в моих взглядах, почему ты рекомендовал мне возглавить оперативную группу? – по мне пробежала холодная дрожь обиды. – Это было не только из-за моей решимости и желания добиться успеха, – натянуто произнесла я, медленно обдумывая услышанное. – Это потому, что ты думал, что сможешь контролировать меня. Что ты сможешь остановить меня от безумного желания уничтожить троллей в моём собственном акте мести, если бы я посчитала, что это необходимо.

Долгое время Джаспер молчал. Когда он заговорил, и тон, и выражение его лица были извиняющимися.

– Прости меня. Эта мысль действительно приходила мне в голову. Я убеждён, что наше внимание должно быть сосредоточено на предотвращении дальнейших злодеяний, а не на создании возможности для того, чтобы случались ещё худшие вещи. Я не знал, будешь ли ты придерживаться того же мнения. Коммуникация, по крайней мере, в том, что касается тебя, до сих пор не была моей сильной стороной. Мне следовало обсудить это с тобой гораздо раньше.

– И, – добавила я, – ты должен был понять, что я способна сопереживать троллям. Я не согласна с тем, что они делают, но это не значит, что я не могу посмотреть на вещи с их точки зрения, – я поколебалась. – Я должна была оказать тебе такую же любезность. Мы оба виноваты в этом, – я невесело рассмеялась. – Мы определённо не были бы хорошей парой. Мы даже не можем нормально разговаривать друг с другом.

Джаспер слегка нахмурился.

– Ммм.

Внезапно почувствовав себя неловко, я переступила с ноги на ногу.

– В любом случае, – сказала я, сосредоточившись на главной теме разговора, – если ты собираешься настаивать на том, чтобы присоединиться ко мне, и мы оба собираемся пробраться в это здание на охоту на троллей, нам следует дождаться темноты. Скажем, часов в десять? Тебя это устроит?

– Отлично, – Джаспер приподнял брови. – А как насчёт другого вопроса – твоей клиентки, которая умирает? Тебе удалось разрешить эту ситуацию?

Ой-ёй.

– Почти, – сказала я с фальшивой бодростью. – Если бы моя клиентка могла что-нибудь вспомнить обо мне, она была бы в восторге от моих успехов. Я уверена, что в ближайшее время исполню её желание и перейду к другим своим клиентам.

Джаспер потёр подбородок.

– Если ты так считаешь.

Я поднялась на ноги.

– Я действительно так считаю. Кстати, раз уж мы заговорили об этой клиентке, я должна вернуться к ней, пока у меня есть возможность.

– Надеюсь, всё пройдёт хорошо.

Я кивнула, направляясь к двери.

– Я тоже! – прощебетала я.

– Если она снова навредит тебе, – пробормотал Джаспер, – ты всегда можешь передать её другой крёстной фее.

Я вздрогнула.

– Что ты имеешь в виду?

– Твоё запястье. Ты как-то странно держишь его с тех пор, как вошла сюда. Очевидно, оно травмирован.

– О, – я неловко замялась с ответом. – Моя клиентка этого не делала.

Джаспер холодно посмотрел на меня.

– Тогда кто же это сделал?

– Это был просто несчастный случай, – я отвернулась. – Не о чем беспокоиться.

– Если ты настаиваешь, – сказал он. Затем добавил более тихо: – К сожалению, твои навыки коммуникации тоже оставляют желать лучшего.

***

Я быстро отправила сообщение остальным, сообщив им, что мы с Джаспером проникнем в здание напротив, как только наступит ночь, а затем использовала вспышку магии, чтобы залечить самые серьёзные повреждения на моём запястье. Самый страшный синяк остался, но, по крайней мере, он уже не так сильно болел. Краем глаза я заметила, что Аделина наблюдает за мной. Я расправила плечи и подошла, чтобы поговорить с ней.

– Директриса хотела бы знать, как у вас идут дела с троллями, – сказала она. – Есть ли какой-нибудь прогресс?

Я рассказала о том, что обнаружила Анджела, наслаждаясь приятным удивлением Аделины.

– Это хорошая работа. Как только вы подтвердите, что там есть тролли, немедленно отступите и сообщите нам. Мы разберёмся с этим вопросом.

– На самом деле, – сказала я как можно небрежнее, – я думаю, что Адвокат Дьявола собирается взять ситуацию в свои руки.

Её улыбка сменилась недовольством.

– Ему следовало бы сосредоточиться на аудите.

– Возможно, то, что происходит с троллями, является частью проверки, – сказала я ей. – В конце концов, похоже, что их судьба и судьба этого офиса тесно связаны.

Брови Аделины сошлись на переносице.

– Они похитили наших людей. Они отрубили им пальцы! И как минимум одно ухо! Мы не можем допустить, чтобы подобные действия остались безнаказанными.

– Я уверена, что этого не произойдёт, – тихо сказала я. – Но мы не можем отрицать роль этого отдела в том, что тролли стали такими, какие они есть сегодня.

Она, похоже, была не в восторге от этого заявления.

– Нас нельзя винить в несчастном случае, произошедшем десятилетия назад. А похищения произошли в прошлом месяце!

Я прикусила губу, но не собиралась молчать, не тогда, когда дошло до этого.

– Я не знала, что у геноцида есть срок давности.

– Едва ли это был геноцид, Саффрон! Это была ошибка.

– Не уверена, что тролли так на это смотрят, – сказала я, ступая осторожно. – Особенно учитывая, что мы скрыли это и практически забыли, что они когда-либо существовали.

Она открыла рот, чтобы продолжить спор, но тут же закрыла его снова.

– Чёрт возьми, – пробормотала она. – Что за бардак.

Я кивнула.

– Да, – я вздохнула. – Мы должны найти их и поговорить с ними, прежде чем кто-нибудь сделает что-то, о чём мы все пожалеем.

Её плечи опустились.

– Хорошо. А что насчёт другого вопроса? Та твоя клиентка, из-за которой ты пришла ко мне на встречу.

Я удивлённо подняла брови.

– Я думала, ты хотела правдоподобно отрицать всё, что касается её.

– Да, – она ждала.

Ах.

– Но ты не хочешь, чтобы это выглядело так, будто ты не обращаешь внимания на то, чем я занимаюсь. Менеджмент среднего звена – это сложная задача.

На мгновение выражение её лица изменилось, и в нём появилось удивительно уязвимое выражение. Затем она встряхнулась.

– Да, это так, – сказала она. – Расскажи мне всё начистоту, без предосудительных подробностей, и я посмотрю, смогу ли я чем-нибудь помочь.

Я подумала об этом.

– Что ж, – сказала я наконец, – кажется, я выяснила, кто её ассасины. Ты слышала об Арте Эдвелле?

– Он какой-то политик, ведь так?

– Да. Он хочет убить мою клиентку, потому что, насколько я могу судить, у неё есть на него информация, которую он не хочет, чтобы кто-то ещё узнал.

Аделина сморщила носик.

– Так это просто. Исполни её желание и заставь его забыть о ней.

– Она уже умирает, – сказала я. – Не думаю, что её волнует, что он хочет её смерти.

– Ну, её должно волновать, – отрезала Аделина. – Вряд ли ты поступаешь плохо, заботясь о её интересах и не давая какому-то подлому политику убить её. Взмахни волшебной палочкой и покончи с этим. Не каждый клиент знает, чего он хочет, Саффрон. Иногда приходится принимать важные решения за них.

– Ммм, – это был самый простой выход. Я хотела убедиться, что делаю для Роуз всё, что в моих силах.

– Не надо мне «ммм», – предупредила Аделина. – Просто разберись с этим и двигайся дальше.

– Да, Аделина, – я дотронулась до воображаемой шляпы, затем поколебалась.

Она вздохнула.

– Что?

– «Лебединое озеро» тебе о чем-нибудь говорит? – спросила я.

Аделина выглядела сбитой с толку.

– Кроме балета?

Фигги вышла из зала Метафоры и прошла мимо нас.

– О, я обожаю балет, – выдохнула она, убрала свою волшебную палочку, кончик которой, как я заметила, был украшен прелестным маленьким красным бантиком, и сделала нам пируэт. – «Лебединое озеро» всегда было моим любимым, когда я была маленькой. По крайней мере, так было до тех пор, пока та женщина не погибла, упав с балкона Королевского Альберт-холла в то же самое время, что Зигфрид и Одетта. Даже сейчас я не могу смотреть его, не услышав её крика, – она выпятила нижнюю губу. – Она испортила мне всё. В последнее время я предпочитаю «Щелкунчика» и «Жизель». От лебедей у меня мурашки по коже.

Я замерла.

– Кто умер?

– Зигфрид и Одетта. Они герои, Саффрон. Я знаю, ты, наверное, никогда не была на балете, потому что там, откуда ты родом…

– Я не про них, – прошипела я. – Меня не интересуют вымышленные персонажи. Женщина, которая упала с балкона. Реальная женщина. Кто это был?

Фигги нахмурилась.

– Я не знаю. Какая-то чокнутая женщина-политик. Она очень громко кричала. И она чуть не убила билетёра, когда падала, – она щёлкнула зубами, давая понять, что мёртвой женщине следовало быть гораздо осторожнее.

Аделина посмотрела на меня.

– Я не совсем понимаю, что здесь происходит, но, похоже, тебе предстоит проделать ещё кое-какую работу, Саффрон.

Я глубоко вздохнула. Так и есть.

Глава 17

Я уставилась на экран своего компьютера с чашкой остывшего кофе в руке. Инцидент, описанный Фигги, произошёл на самом деле.

Шестнадцатью годами ранее, во время представления «Лебединого озера», многообещающая женщина-политик по имени София Твист упала с балкона, когда балет достигал своей кульминации. Была даже видеозапись; один из зрителей снимал сцену с заднего ряда.

Из-за яркого света фонарей было трудно разглядеть, что именно произошло, но движение тёмных теней, за которым последовал громкий крик, указывало на то, что это не было несчастным случаем. И это не было самоубийством, совершённым в неподходящий момент. Несмотря на потасовку, когда полиция допросила всех и не нашла очевидных подозреваемых, смерть Твист в конечном итоге была квалифицирована как несчастный случай. Учитывая то, что я услышала в коттедже Роуз, мне было невероятно трудно в это поверить.

Отбросив свои дурные предчувствия, я постаралась быть одновременно прагматичной и бесстрастной. Я сказала Джасперу не делать поспешных выводов; пока у меня не будет доказательств обратного, я собираюсь попытаться сделать то же самое.

Я ввела в поиск Софию Твист и просмотрела появившуюся информацию. Она была необычно молода для человека её положения, её избрали членом парламента от небольшого избирательного округа из числа графств, окружающих Лондон. Формально этого округа больше не существовало, поскольку он был объединён с другим округом. Перевес голосов за Твист был небольшим, но работа, которую она проделала после того, как за неё проголосовали, получила признание даже от её недоброжелателей. Она поддерживала работу местной больницы, несмотря на серьёзные сокращения, и боролась за репатриацию человека из Юго-Восточной Азии, после того как он угодил там в тюрьму по сомнительным обвинениям. Она также входила в состав какой-то умопомрачительно скучной парламентской комиссии, изучавшей пути улучшения железных дорог. Насколько я могла судить, её биография была на удивление лишена скандалов.

Я рассматривала её фотографии. Она была яркой женщиной; её каштановые волосы всегда были аккуратно собраны в тугой пучок, и она обычно носила сшитые на заказ бежевые костюмы. Бежевый цвет обычно не ассоциируется у меня с блеском, но он подходил к смуглому лицу Твист и выделял её на фотографиях – даже на тех, где она конкурировала за внимание с такими крупными личностями, как Арт Эдвелл. Было несколько их совместных фотографий, на которых он часто обнимал её за плечи. В нескольких некрологах она была описана скорее как его протеже, чем как самостоятельная влиятельная женщина.

Я прикусила нижнюю губу, затем распечатала все фотографии и разложила их на столе в нужном порядке. Первая фотография была сделана на следующий день после её избрания, последняя – за неделю до её смерти.

Далила высунула голову из-за перегородки, любопытство взяло верх.

– Чем ты там занимаешься? Это как-то связано с троллями?

– Нет, – я сморщила нос. – Я думаю, это связано с одним из моих клиентов. Это… сложно, – я переводила взгляд с фотографии на фотографию. На каждой фотографии выражение лица Арта Эдвелла было практически одинаковым. У него была заученная улыбка акулы. София Твист тоже улыбалась на всех фотографиях, но были небольшие различия.

Я взяла первую и последнюю фотографии и показала их Далиле.

– Женщина, – сказала я. – В бежевом костюме. Она кажется тебе другой?

Делайла нахмурилась и посмотрела на обоих.

– На этом снимке она расслаблена, – сказала она, указывая на первую фотографию. – И явно трахается с этим парнем.

– Откуда ты можешь знать?

Она усмехнулась.

– Я всегда могу сказать.

– Далила…

– Она прижимается к нему с фамильярностью, которая появляется только после соития.

Я уставилась на неё, и её улыбка стала шире.

– Вот откуда я знаю, что вы с Адвокатом Дьявола не делали этого, несмотря на слухи об обратном, – она полировала ногти о свою блузку. – Я в некотором роде эксперт по языку тела. В прошлом году я убедила Аделину разрешить мне пройти курс обучения. Знаешь ли ты, что, когда кто-то дёргает себя за мочку уха, это обычно указывает на нерешительность?

– Каждый день узнаешь что-то новое, – я посмотрела вниз и задумалась, как много я о себе рассказываю. – Помогает ли понимание языка тела? – спросила я. – Я имею в виду, в работе крёстной феи.

Далила фыркнула.

– Чёрт возьми, нет. Но это здорово помогает узнавать о более интересных событиях, происходящих в этом офисе, – она восторженно поиграла бровями. – Я многое могу рассказать тебе о здешних взаимоотношениях.

– Угу, – еле слышно сказала я, надеясь, что она этого не сделает. – Что ты видишь на этом последнем фото? Что она чувствует здесь?

– Она ненавидит его.

Я рассмотрела снимок поближе.

– Потому что она отодвинулась от него?

– Конечно, – Далила указала пальцем. – И потому что её кулак сжат.

Я изучила фотографию более внимательно. Видна была только одна рука Софии, но она действительно была сжата в кулак. Интересно.

– Спасибо, – пробормотала я.

– Нет проблем, – Далила просияла и отвернулась. Я мысленно взяла на заметку перестать ёрзать в её присутствии. Или двигаться. Или делать что-нибудь, что могло бы подсказать, о чём я думаю. Это было чертовски жутко.

Я включила видеозапись и наблюдала, как репортёр BBC News у Королевского Альберт-холла серьёзным тоном объявил, что София Твист трагически погибла. Как только я убедилась в том, что видела, я выключила компьютер и поднялась на ноги. Пришло время поговорить с Роуз.