Текст книги "Список желаний (ЛП)"

Автор книги: Хелен Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Я быстро сообразила.

– Я солгала, – поспешно сказала я. – Прости. Это моя ужасная привычка. Когда на меня давят, ложь так и льётся из моих уст. Я ничего не могу с собой поделать. Я не крёстная фея, – я выдавила из себя смешок. – Это смешно. Крёстных фей не существует! То, что я сделала на улице, было просто ловкостью рук. На самом деле я… эм… на самом деле я ассасин. Такой, какой, по твоим словам, была Роуз. Я хотела убить её сама, но твои люди встали у меня на пути, – я несла чушь и понимала это, но ничего не могла с собой поделать. – Я хладнокровная убийца, – громко заявила я. – И к тому же сочинительница безумных историй.

Эдвелл полез в карман и достал пластинку жевательной резинки. Он неторопливо развернул её и отправил в рот.

– Ассасин, говоришь?

– О да, – я кивнула и подняла руки. – На этих пальцах кровь сотен людей.

Человек со шрамом нахмурился и прищурился.

– Я не вижу крови.

– Метафорическая кровь, придурок, – пробормотала я. Я пыталась скрыть это. То, что только что произошло, могло быть очень, очень плохо. Кардинально изменить мою жизнь. Мне нужно было напрячь свой ум. Применить хитрость против всех этих людей не должно было быть так уж сложно. Я надеялась на это.

На мгновение мой взгляд метнулся к пустой кружке. Я не то чтобы улыбнулась, но на мгновение выражение моего лица изменилось. Когда я оглянулась на Эдвелла, я поняла, что он это заметил, как и его люди.

Один из них откашлялся.

– Босс, – осторожно произнес он, – женщины ведь часто используют яд, не так ли?

– Только не говорите, что я вас не предупреждала, – прошептала я.

Все в комнате бросились действовать. Все трое мужчин рванули к Эдвеллу, когда он выплюнул жвачку, а затем засунул палец в рот, пытаясь вызвать рвоту. Человек со шрамом хлопнул его по спине; это не помогло, но, я полагаю, так он почувствовал себя полезным. Я наблюдала за этой четвёркой. «Давай, чёрт бы тебя побрал. Блюй. Выблюй всё это».

Эдвелл снова содрогнулся в рвотном позыве, но это не помогло. Его палец не справлялся с работой. Ему надо было протолкнуть его глубже, и он не сумеет справиться с этим самостоятельно.

Я собралась с духом, задействовав все свои резервы. Я хотела использовать свою врождённую магию, чтобы спастись; заставив Арта Эдвелла блевануть, я как раз спасу себя.

Сильно сосредоточившись, я направила поток магии ему в живот. Его тело дёрнулось, глаза расширились, затем он согнулся пополам и начал извергать содержимое желудка. Пока его люди наблюдали за ним, я, не теряя больше времени, направилась к двери гостиной. Это мой единственный шанс выбраться оттуда, и я должна была использовать его по максимуму.

Я рывком распахнула дверь, когда человек со шрамом заметил это и бросился на меня. Я ударила его локтем в живот. Он застонал, и я побежала. Я промчалась по короткому коридору, затем рывком распахнула входную дверь.

Чей-то кулак обрушился на мою голову, отбросив меня в сторону. Я собрала ещё одну отчаянную вспышку магии, которая отбросила моего противника назад, затем я оказалась на свежем воздухе и изо всех сил бросилась бежать. Они догнали бы меня за считанные секунды, поэтому я сделала единственное, что мог, и бросилась под колеса одинокой машины, ехавшей по улице Винсента.

Водитель ударила по тормозам и выскочила из машины с выражением ужаса на лице.

– Ты идиотка! – закричала она. – Ты выбежала прямо передо мной! У меня есть видеорегистратор, ты знаешь! Я всё это засняла!

Я улыбнулась. Иногда невозможно превзойти технологию. Это не сработало бы, но Эдвелл этого не знал.

– Простите, – выдохнула я. – Я не обращала внимания. Это моя вина, а не ваша, – я застонала от притворной боли, и она бросилась ко мне. – Оооо, – я схватилась за живот. – Больница, – я слабо помахала ей рукой. – Пожалуйста, отвезите меня в больницу.

Она помогла мне подняться, её тело дрожало от избытка адреналина, и с её помощью я, спотыкаясь, направилась к её машине. Когда я оглянулась, на тротуаре остался только один мужчина, наблюдавший за нами. Остальные благоразумно остались внутри, после того как несчастная женщина-водитель упомянула о своей камере.

Приспешник Эдвелла скрестил руки на груди и уставился на меня. Я слабо моргнула и сумела пристегнуться. Мгновение спустя мы уехали.

Глава 19

И снова всё было на грани срыва. Слишком близко. Я позволила своей уверенности взять надо мной верх. Я поморщилась. Если бы кто-нибудь услышал, что я чуть не позволила такому грязному ублюдку, как Арт Эдвелл, запомнить, что он встретил крёстную фею, меня бы уволили в ту же секунду. Было удивительно, что мне всё сошло с рук, когда то же самое случилось с Винсентом, хотя это произошло при совершенно других обстоятельствах.

Я поморщилась. Если подумать, если кто-нибудь узнает о том, что я сделала, меня не просто уволят. Меня бросят в тюрьму фей и оставят там гнить до конца моей естественной жизни. Я бы не смогла пожаловаться на это. Я заслужила бы каждую чёртову секунду одиночного заключения.

Я выдохнула, в то время как женщина рядом со мной топнула ногой и запыхтела от нервного страха.

– Я имею в виду, – сказала она, сворачивая за угол, – о чём ты думала? Ты что, так и не выучила правила дорожного движения?

Я пробормотала что-то невнятное, жалкое в ответ. Эдвелла вырвало; я видела его рвоту собственными глазами. Магия памяти всё ещё была активна, и он уже забыл меня. Я держалась изо всех сил, и никто не должен был знать, насколько близка я была к полной катастрофе.

Заметив впереди перекресток, я повернулась к женщине.

– Честно говоря, – сказала я, – думаю, сейчас я чувствую себя хорошо. Я не думаю, что мне нужно ехать в больницу. Вы можете высадить меня здесь.

Она поперхнулась.

– Ты могла умереть там, на месте! Ты всё ещё выглядишь так, будто можешь умереть, – она покачала головой. – Нет, я отвезу тебя в больницу, и ты пройдёшь надлежащее обследование. Я не позволю, чтобы кто-нибудь сказал, что я сбила тебя на своей машине, а потом просто бросила.

Я прикусила губу.

– Вы действительно милая женщина, – тихо сказала я. – И если бы у меня всё ещё была с собой волшебная палочка, я бы так не поступила. Я очень сожалею, что доставила вам столько хлопот, – затем я наклонилась и вывернула руль.

Женщина закричала и ударила по тормозам. Нас обеих бросило вперёд. Я, не теряя времени, отстегнула ремень безопасности и выбралась из машины. Я захлопнула дверцу и выбежала на тротуар, с трудом сглотнув, наблюдая за происходящим. Маленькая машина стояла под углом, её колеса упёрлись в бордюр, а двигатель заглох. Женщина нахмурила брови и выглядела очень сбитой с толку.

Расправив плечи, я подошла к водительскому месту и постучала в стекло. Она опустила стекло и посмотрела на меня.

– С вами всё в порядке? – спросила я.

Она поднесла руку к горлу и слабо кивнула.

– Думаю, да. Я не знаю, что произошло. Должно быть, я на секунду отключилась, – она потёрла лоб. – Или, может быть, я потеряла сознание. Я не знаю, – она взглянула на камеру на приборной панели. – По крайней мере, у меня есть эта штука, – сказала она. – Она подскажет мне, что я сделала не так.

– Вы не сделали ничего плохого, – заверила я её. – Абсолютно ничего, – хотя, к сожалению для неё, видеорегистратор не смог бы предоставить никаких доказательств этого. Магия, которая окутывает человеческую память, распространяется и на технологии. Ничто не будет указывать на то, что я когда-либо была в её машине.

Мне было искренне жаль, что я испортила ей день.

– Как вас зовут? – спросила я Может быть, я смогу узнать, загадывала ли она когда-нибудь желание и мелькало ли её имя в комнате Адвентуса. Может быть, я смогу загладить свою вину, подыскав ей крёстную фею. Мы не должны вот так использовать систему в свою пользу, но я прекрасно понимала, что это случалось. В конце концов, это же Офис Крёстных Фей, где коррупция всё ещё таилась в нескольких уголках.

– Мэй Смит, – пробормотала она. – Меня зовут Мэй Смит, – она подняла на меня глаза. – Мы знакомы?

– Нет. Я шла по тротуару и увидела, что произошло, – я похлопала её по плечу. – Есть кто-нибудь, кому я могла бы позвонить для вас?

Мэй уставилась на меня с отсутствующим выражением лица.

– Мой муж, – сказала она наконец. – Вы можете позвонить моему мужу, – она нащупала свой телефон и протянула его мне. – Вы так добры, что остановились и помогли мне.

Меня охватило чувство вины.

– Я знаю, что вы поступили бы точно так же, если бы мы поменялись местами, – я попыталась улыбнуться, а затем сделала звонок.

***

Я не была в парке Сент-Клементс с того дня, как оттуда похитили директрису и Джаспера. Маленький магазинчик, который тролли использовали как наблюдательный пункт и в котором продавались самые непривлекательные сэндвичи, которые я когда-либо видела, уже сменил владельца. Судя по всему, теперь там будет индийская кухня на вынос. Это определённо шаг в правильном направлении.

Не обращая внимания на пульсирующую боль, которая, казалось, охватила всё моё тело и проникла так глубоко в кости, что было трудно вспомнить, каково это – не чувствовать боли, я, прихрамывая, перешла улицу и вошла в ворота парка. К счастью, Винсента и Роуз сразу же было видно. Первый наклонился, рассматривая что-то на земле, в то время как вторая сидела на старой парковой скамейке с опущенными плечами и бледным лицом. Я знала, что она чувствовала.

Когда я подошла, она вскинула голову. В глубине души я ожидала, что она начнёт расспрашивать меня о том, кто я такая. Вместо этого выражение её лица напряглось, и она что-то пробормотала Винсенту.

Бывший наркодилер выпрямился и с облегчением улыбнулся мне. Было удивительно приятно, что он рад видеть меня живой. Затем он протянул стебелёк одуванчика и помахал им в моём направлении.

– Я загадал желание! – заявил он. – Я хочу, чтобы кто-нибудь сделал ремейк «Лодки любви», – он вздохнул. – Я обожаю этот сериал.

Я пристально посмотрела на него.

– Прежде всего, – сказала я, – достанется ли тебе крёстная фея, которая исполнит твоё желание – это лотерея. Очень немногим людям везёт настолько, что в конечном итоге на их стороне оказывается такой преданный сотрудник, как твоя покорная слуга.

– Но шанс всё равно есть, – сказал Винсент. – Я имею в виду, что если Роуз посчастливилось получить тебя, то, конечно, у меня есть шанс обзавестись собственной феей-крёстной. Чем больше желаний я загадаю, тем больше у меня шансов, верно? Мне просто нужно продолжать мечтать. Вчера я нашёл ресничку и загадал желание на супермодель. Какую-нибудь длинноногую блондинку, которая любит гладить бельё, – его губы изогнулись в улыбке, в которой определённо был какой-то пошлый оттенок. Я закатила глаза.

– Во-вторых, – сказала я, как будто он меня не перебивал, – все желания считаются недействительными, если ты расскажешь о них кому-либо, кроме своей крёстной феи.

Винсент наморщил лоб.

– Хм, – затем он расслабился. – Но ничего страшного. Ты же крёстная фея, так что я всё ещё в безопасности.

– Я не твоя крёстная фея, Винсент. Кроме того, Роуз тоже здесь. Это означает, что никаких супермоделей и «Лодки Любви» не будет.

Он надулся.

– Это несправедливо. Что, если?..

Я подняла руки, показывая взглядом, что, если он хочет продолжить разговор в том же духе, я не отвечаю за свои действия. Винсент понял намёк и умолк.

Я повернулась к нему спиной и сосредоточилась на Роуз.

– Вы помните, кто я такая? – спросила я.

Её голубые глаза блеснули, давая мне ответ, который был мне нужен, прежде чем она успела открыть рот.

– Да, – сказала она, медленно поднялась на ноги и, шаркая, направилась ко мне. Я улыбнулась; мне нравилось, когда клиенты выражали свою благодарность. От этого у меня возникали такие тёплые и пушистые чувства.

Роуз прочистила горло.

– И теперь я знаю, что если бы не ты, я бы сейчас не оказалась в этой чёртовой передряге. Ты стоишь у меня на пути уже несколько дней! Я бы уже давно во всём разобралась, если бы не твоё вмешательство.

Тыква выскочил из зарослей неподалёку, без сомнения, встревоженный осуждающим тоном Роуз. Что бы вы ни говорили об этом проклятом псе, он знал, как быть верным. Он остановился на четырёх лапах у ног Роуз и зарычал на меня. А я только подумала, что мы тоже начинаем становиться друзьями.

Избегая смотреть прямо на Тыкву, чтобы не разозлить его ещё больше, я не отрывала взгляда от Роуз.

– Я чуть не погибла, пытаясь спасти вас! – запротестовала я. – Вам не обязательно падать ко мне в ноги, но небольшая благодарность была бы кстати.

Роуз вздёрнула подбородок и посмотрела на Винсента.

– Если тебе нужна крёстная фея, можешь забирать эту, – заявила она. – Она мне не нужна.

Я выругалась.

– Это так не работает.

Она упрямо сжала губы.

– Ну, это должно так работать, – она уперла руки в бока. – Я не нуждаюсь в твоей помощи и не хочу её. Отвали.

Я подавила порыв сказать ей «ладно» и что я была бы более чем счастлива уйти. Боль, которую я испытывала, делала меня раздражительной, но Роуз всё ещё нуждалась во мне, даже если и не осознавала этого. Честно говоря, она получит мою помощь, хотела она того или нет.

Некоторые клиенты требуют более деликатного обращения, чем другие. Это будет хорошей проверкой моих совершенствующихся способностей крёстной феи. Если я могла справиться с кем-то вроде Роуз, которая, вполне возможно, была хладнокровным ассасином, а также упёртой пенсионеркой, и при этом несколько раз чуть не погибла при этом, я бы стала лучшей феей. Каждый опыт был для меня уроком.

Я внутренне поморщилась; я провела слишком много времени среди мотивирующих плакатов.

– Роуз, – осторожно сказала я, – я ваш друг. А не враг.

– Ты мне, черт возьми, не друг, – огрызнулась она, хотя в её тоне не было особой пылкости. – Мои подруги знают, как правильно привести себя в порядок. Ты выглядишь так, словно тебя только что ударило током. Почему бы тебе не побрить голову или что-нибудь в этом роде?

Это было особенно мелочное оскорбление. Во вспышке озарения я поняла, что была на грани полного размягчения Роуз, и она это знала. Она наращивала усилия, чтобы оттолкнуть меня, прежде чем обнаружатся все её уязвимые места.

Это открытие заставило меня расслабиться. Даже боль в костях, казалось, немного утихла.

– Знаете, – сказала я, – может, я и правда побреюсь налысо. Это сэкономит мне целое состояние на кондиционере для волос.

Винсент широко улыбнулся.

– Дерзай, девочка.

Роуз прищёлкнула языком и отвела взгляд.

– Тогда ладно. Я хочу, чтобы ты побрила свою голову. А теперь проваливай.

Я слегка улыбнулась ей.

– Пожелания для крёстной феи исполняются по-другому. Это не тот случай, когда ты произносишь слова, а я взмахиваю волшебной палочкой. Мы должны работать вместе, чтобы выяснить, чего вы на самом деле хотите, – я коснулась середины своей груди. – В глубине души. Иногда клиенты сами не знают, чего хотят, поэтому мы работаем вместе, чтобы выяснить, чего же желает их сердце, – я взглянула на Винсента. – Это никогда не бывает так просто, как просить о супермодели или телешоу.

Роуз фыркнула.

– Не нужно быть гением, чтобы понять, чего он хочет, не так ли? Он хочет любви.

Винсент моргнул и покраснел. Моя улыбка стала шире.

– А как насчёт тебя, Роуз? Как вы думаете, чего вы хотите?

– Я умираю, – сказала она с сердитым видом. – Я ничего не хочу. У меня ни на что нет времени, – внезапно у её ног заскулил Тыква. Тело Роуз дёрнулось от этого звука.

Я смягчила свой голос. Это, наверное, был первый раз, когда пожилая женщина решила рассказать о себе что-то реальное. Наконец-то я чего-то добилась. Использование гингко билоба было правильным решением.

– Вы ещё не умерли, Роуз. Почему бы нам не пойти куда-нибудь и не поговорить обо всём, что происходит? – я серьёзно посмотрела на неё. – Я действительно могу помочь.

На землю упало несколько капель холодного дождя. Винсент нахмурился и поднял глаза.

– Куда мы можем пойти? Мы не можем вернуться ко мне домой.

Я прикусила губу и задумалась. Я могла бы пригласить их обоих к себе домой, но у меня очень скоро была назначена встреча с Джаспером – и, надеюсь, с несколькими троллями. Я не могла это пропустить. Существовала более простое и близкое решение. Учитывая обстоятельства, я решила, что мне это сойдет с рук.

Я улыбнулась им обоим.

– Следуйте за мной.

Глава 20

Я знала, что после вмешательства Джаспера по поводу рабочего дня большинство крёстных фей (если не все) уже покинули офис и разошлись по домам. В противном случае, я бы, возможно, не решилась отвести Роуз, Винсента и Тыкву в магически укреплённое здание. Пары предостерегающих взглядов от Аделины и миссис Джардин было бы достаточно, чтобы свести меня с ума, тем более что я уже водила туда Винсента в прошлый раз. В результате миссис Джардин меня отчитала.

– Вот оно! – воскликнул Винсент, когда я подтолкнула его к входной двери. – Я несколько раз пытался найти это место, но у меня ничего не получалось. Обычно я отлично ориентируюсь, но по какой-то причине это здание ускользало от меня.

Я пристально посмотрела на него.

– Ты и не должен его найти. В стенах заключена магия, которая не позволяет людям заметить этот здание.

– Правда? – он выглядел заинтригованным. – Как же мне тогда победить эту магию? Есть ли здесь напиток, похожий на тот, что ты давала Роуз?

Я искренне надеялась, что нет.

– Нет, – решительно ответила я. – И этот напиток был по особому случаю. Вы с Роуз – исключение из правила, согласно которому люди не должны помнить о существовании крёстных фей. Я хотела бы напомнить тебе, чтобы ты держал язык за зубами насчёт этого, – я взглянула на Роуз. – Я знаю, что ты умеешь хранить секреты. Я доверяю тебе, что ты сохранишь в тайне и моё существование, и существование этого здания.

Роуз пожала плечами.

– Как скажешь, – я знала, что она не шутит; несмотря на все её усилия скрыть это, её дыхание снова стало прерывистым и резким. Я искренне надеялась, что она не упадёт замертво прямо на моих глазах. Если она это сделает, всё это будет напрасным.

Я вошла в вестибюль, трое моих спутников последовали за мной. Хотя я была уверена, что поступаю правильно, приведя их сюда, где, как я знала, они будут в безопасности от махинаций Арта Эдвелла, я испытала облегчение, увидев, что там никого нет. До сих пор я не была до конца уверена, что у миссис Джардин есть дом, куда можно пойти. Иногда казалось, что она постоянно сидит за сверкающей стойкой администратора.

Винсент, бывавший здесь раньше, притворился равнодушным, но по тому, как он вдыхал воздух, пропитанный ароматом жимолости, я поняла, что он всё ещё испытывает благоговейный трепет. Роуз была непривычно тихой, её взгляд перебегал из одного освещённого угла в другой.

Удивительно, но больше всех был ошеломлён Тыква. Его лапы скользили по мраморному полу в мультяшной манере, а когти пытались нащупать опору. Он поскользнулся и проехал несколько метров, пока ему, наконец, не удалось восстановить равновесие. Когда он это сделал и смог ходить, не шлёпаясь на задницу, он, не теряя времени, подбежал к пустому столу миссис Джардин и задрал ногу. Я издала тревожный крик. К сожалению, было уже слишком поздно, и ущерб был нанесён.

– Ты мог бы сделать это, когда мы были на улице, – пробормотала я собаке.

Он повернул голову в мою сторону и запыхтел; на его лице безошибочно читался собачий восторг. Я вздохнула и сделала мысленную пометку поискать какие-нибудь чистящие средства и помыть стол, чтобы на следующее утро кто-нибудь не заметил жёлтое пятно.

– Обычно мы не приводим сюда клиентов, – вполголоса сказала я остальным. – И всё пройдёт лучше, если никто не узнает, что вы были здесь. Я отведу вас в один из конференц-залов. Там мы сможем поговорить и выработать наилучший путь продвижения вперед.

– Йодль-одль-ай-хи-ху! – крикнул Винсент. Его голос громко отразился от мраморного пола и стен, и я съежилась.

Я повернула к нему голову.

– Какого хрена, по-твоему, ты делаешь?

– Да ладно тебе, Саффрон. Акустика здесь потрясающая. Только не говори мне, что ты никогда этого не пробовала.

Я впилась в него взглядом.

– Это серьёзное место, где проводится серьёзная работа, – строго сказала я. – К магии нельзя относиться легкомысленно.

– Можно, когда у тебя такие же волосы, как у тебя, – сказала Роуз.

Я глубоко вздохнула и сосчитала до десяти. Затем расправила плечи.

– Сюда.

***

Мы поднялись на лифте и оказались на главном офисном этаже. Хотя в некоторых помещениях горел свет, а из-под закрытой двери кабинета Джаспера пробивалось свечение, большинство столов погрузилось в тень. Я кивнула, довольная тем, что мне не придётся отвечать ни на какие вопросы о моих спутниках-людях, и повела их в ту же комнату для совещаний, где ранее собиралась оперативная группа по троллям.

Роуз огляделась.

– Это просто дерьмовый офис, не так ли?

Я бодро кивнула.

– Ага.

Она уставилась на один из плакатов.

– «Некоторые люди желают, чтобы что-то происходило», – прочитала она вслух, – «А вы это воплощаете», – её губы скривились. – Почему рядом фото лобстера?

Я прищурилась.

– Кто знает? – я закатала рукава и села.

– А почему у тебя на руке татуировка в виде уродливого кота? – спросила она.

Я улыбнулась.

– Потому что я самая преданная своему делу фея-крёстная по эту сторону Атлантики, – я указала на пустые стулья. – А теперь позвольте мне доказать это.

К счастью, Винсент и Роуз сели. Тыква тоже запрыгнул на один из стульев. Я бросила на него сердитый взгляд на случай, если он решит, что единственное, чего не хватает этой комнате – это собачьей мочи, и откинулась на спинку.

– Пришло время сказать правду, Роуз, – сказала я. – Вы знаете мою правду. Теперь расскажите мне свою.

Она фыркнула и опустила глаза.

– Меня зовут Роуз Блэрмонт. Мне семьдесят девять лет. Раньше я работала на почте, сортировала письма. Сейчас я с удовольствием занимаюсь садоводством и гуляю по Лейк-дистрикту со своей собакой.

Я могла бы догадаться, что это будет не так-то просто. Я подпёрла подбородок руками и пристально посмотрела на неё.

– И что? – подтолкнула я.

– Что – и что?

– Вы ведь также были ассасином, не так ли?

Винсент, который до этого момента что-то радостно напевал себе под нос, внезапно замолчал и выпрямился.

– Прошу прощения?

Роуз не смотрела на него.

– Нет, – она скрестила руки на груди. – Я и есть ассасин.

Винсент начал отодвигать свой стул.

– Э-э-э…

Роуз фыркнула на него.

– Если бы я хотела, чтобы ты умер, – сказала она ему, – ты бы уже был мёртв.

Я приподняла бровь.

– Скажите это Арту Эдвеллу.

Она поморщилась.

– Это совсем другой случай. В любом случае, я пыталась сказать, что если ты однажды стал ассасином, ты остаёшься ассасином навсегда… Это никогда не покидает тебя. Это как езда на велосипеде.

– Только с большим количеством крови? – спросила я, прежде чем смогла сдержаться.

Она нахмурилась.

– Только иногда.

Я пристально посмотрела на Роуз. Имеют ли ассасины право на помощь крёстной феи? Почему-то это казалось несправедливым, но, несмотря на мой ужас от её беспечного признания, я всё ещё была нездорово очарована.

– Расскажите мне побольше.

Она молчала так долго, что я чуть было не протянула руку, чтобы встряхнуть её. Когда она, наконец, заговорила снова, она явно уклонялась от ответа. Несмотря на свою браваду, Роуз не особенно гордилась своими прошлыми достижениями.

– Я была очень молода, когда меня завербовали, – сказала она дрожащим голосом. – В то время всё это казалось очень гламурным. Вы должны помнить, что это были 1960-е годы. Другими моими вариантами были работать в магазине или секретаршей у какого-нибудь идиота. У меня бы на это никогда не хватило терпения.

Я подалась вперед.

– Кто вас завербовал? – спросила я, ожидая услышать про какой-нибудь сомнительный картель организованной преступности.

Роуз моргнула.

– Правительство, конечно. МИ-5.

Я сглотнула.

– Об этом нет никаких записей. У нас есть доступ ко всем видам файлов, даже к сверхсекретным, и я потратила много времени, изучая вас, Роуз.

Она хмыкнула.

– Ты же не думаешь, что они на самом деле вели надлежащий учёт таких, как я, не так ли? То, что я делала, было строго неофициально. Я уверена, что где-то есть доказательства, но они, конечно, не будут оцифрованы. Они бы никогда не пошли на такой риск.

– Правительство разрешило тебе убивать? – спросил Винсент со смесью недоверия и ужаса.

– Если это, чёрт возьми, было достаточно хорошо для Джеймса Бонда, – ответила она, – почему бы этому, чёрт возьми, не быть достаточно хорошим для меня? – она пристально посмотрела на него. – Я не всегда была заперта в этом дряхлом теле, знаешь ли.

Он поднял руки, словно опасаясь, что Роуз собирается его убить.

– Забудь, что я спрашивал.

Роуз тяжело вздохнула.

– Проблема с правительствами в том, – сказала она, – что они приходят и уходят. Отношение меняется. Меняются и намерения. Я совершила несколько хороших поступков. В те дни Россия была серьёзной проблемой, как и ИРА. (Ирландская Республиканская Армия, – прим) В Германии царил хаос, и о том, что замышляли американцы, едва ли стоит задумываться, – она слегка передёрнулась. – Война была ещё свежа в памяти многих, и враги были со всех сторон. Позже враги изменились, но они по-прежнему угрожали нам. Они угрожали нашей стране. Поэтому, когда это было сочтено целесообразным, я заботилась о некоторых из них. Я и такие, как я.

Её взгляд стал жёстким, на мгновение выдав её внутреннюю сущность. В тот момент я без проблем поверила в то, что она ассасин.

– Некоторые из этих людей сделали – или могли бы сделать – очень неприятные вещи для этой зелёной и славной страны. Я искренне верю, что то, что случилось с большинством из них, было оправданным, – она приподняла бровь. – Знаешь, жизнь – это не только пыльца фей, магия, и блестящие желания.

Я действительно знала. Я облизнула губы, опасаясь откровений, которые могла предложить Роуз.

– Так что же изменилось? Что-то изменилось, иначе вы не оказались бы в том положении, в котором вы сейчас, – мне отчаянно хотелось спросить о Софии Твист, но я не хотела форсировать события или вкладывать слова в уста Роуз.

Её взгляд был устремлён куда-то вдаль.

– Я не имела права знать причины, стоящие за отданными мне приказами. Мне было приказано… позаботиться о ком-то, и я сделала, как мне было сказано. Часто было нетрудно понять, почему определённые люди привлекали к себе внимание правительства – об этом говорило то, в каких кругах они вращались. Или их действия. И, в зависимости от обстоятельств, их предсмертные заявления также многое говорили. Но я никогда не должна была знать, по правде говоря. Обычно, – размышляла она, – мне было всё равно. Я доверяла своему правительству.

Уголки её губ опустились.

– Большую часть своего времени я проводила, работая на почте. Это была хорошая история для прикрытия. Других моих… заказов становилось всё меньше. Мне казалось, что работа иссякла, – она пожала костлявыми плечами. – Но я не становилась моложе и была гораздо менее эффективной, чем раньше. Я была на грани выхода на пенсию. Я практически перестала быть полезной, – она сделала паузу. – Затем я получила приказ, который изменил все.

Можно было бы услышать, как упала булавка. Даже Тыква перестал пыхтеть и смотрел на Роуз. Я поёрзала на стуле, невольно заставив его скрипнуть. Винсент бросил на меня сердитый взгляд, и я перестала ёрзать, стараясь держаться как можно спокойнее.

Роуз продолжила.

– Мне дали имя, – сказала она. – И место. Очень людное место. Это было необычно, но не уникально. Только позже, когда всё дерьмо выплеснулось наружу, я поняла, что не должна была сбежать после выполнения работы. Предполагалось, что меня поймают с поличным и отправят в тюрьму. То, что я унесла ноги, было чудом, – её голос затих, а взгляд был рассеянным, когда она вспоминала. Судя по тому, как она держалась, она явно всё ещё была в ярости из-за этого. Я её не винила.

– Продолжайте, – мягко произнесла я.

Роуз вздохнула.

– В Королевском Альберт-холле во время представления «Лебединого озера» я сбросила с балкона молодого, подающего надежды политика. Её звали София Твист, и она не сделала ничего плохого, за исключением того, что сунула нос в дела одного из своих не слишком благонравных коллег. У неё был роман с ним, и она узнала о нём больше, чем он хотел кому-либо сообщать. Так что, – добавила она как ни в чём не бывало, – он использовал меня, чтобы оборвать её жизнь.

Её пальцы переплелись.

– Единственная причина, по которой мне удалось сбежать, заключалась в том, что я не хотела, чтобы кто-то ещё пострадал. Я подождала, пока она встанет и пойдёт к выходу, чтобы сходить в туалет, и только потом стала действовать. Это означало, что я была близка к выходу. Как только она упала с балкона и я увидела, что мужчины направляются ко мне, я поняла, что случилось и что произойдёт, если я останусь там. Я убралась оттуда как можно быстрее. Если бы они не задержали меня, они не смогли бы обвинить меня публично.

У меня было такое чувство, что я попала на страницы шпионского романа. Всё это едва казалось правдоподобным, и всё же я могла в это поверить. Я действительно в это поверила.

– Вас засняли на камеру.

Роуз бросила на меня заинтересованный взгляд.

– Правда? Я видела запись. Было неясно, сбросил ли кто-то Софию с балкона.

Я покачала головой.

– Я имею в виду, за пределами театра. Там есть запись репортера Би-би-си, который объясняет, что с ней случилось, а вы на заднем плане. Вы появляетесь там всего на секунду, но вы определённо там засветились.

Роуз немного помолчала.

– Что ж, – сказала она наконец, – вот и всё. Интересно, есть ли у Моргана Фергюсона этот клип. Если он опубликует эту историю, это добавит правдоподобности. Я надеюсь, что он это сделает. Эдвелл заслуживает того, чтобы его посадили.

– За этим заказом стоял Арт Эдвелл?

Роуз кивнула.

– Мой отдел был неофициальным, но этот заказ был ещё более неофициальным. Нигде не осталось никаких следов, по крайней мере, формальных. Сначала мой начальник решил, что я взбунтовалась, но у нас с ним были хорошие отношения. Я убедила его, что просто выполняла приказ.

Она слабо улыбнулась.

– Конечно, помогло то, что у меня были свои доказательства. Я познакомилась с Эдвеллом за неделю до этого и тайно записала, как он заказывал это убийство. За эти годы я многому научилась – я не была полной идиоткой. Независимо от того, что это был за заказ, я всегда следила, чтобы у меня была подстраховка.

Я уставилась на неё.

– Но если у вас были доказательства того, что он отдал приказ, как Эдвеллу это сошло с рук?

– Мне заплатили, – резко сказала она. – Было сочтено невыгодным для страны, чтобы член парламента был уличён в том, что нанял одобренного правительством ассасина для убийства коллеги. Это замяли. Эдвеллу было велено скрыться в темноте, как и мне.