Текст книги "Список желаний (ЛП)"

Автор книги: Хелен Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Воздух наполнился криками. Движение вокруг меня стало размытым. Я услышала какофонию знакомых голосов – Алисии, Анджелы, Руперта и других. Что-то горячее и незнакомое схватило меня, и я почувствовала, как меня поднимают вверх. Я моргнула, пытаясь понять, что происходит. Я увидела в полуметре от себя Тыкву, которого Итан держал одной рукой. Я была схвачена другим троллем.

В поле зрения появилось мрачное, разъярённое лицо Джаспера.

– Отпусти её.

– Фею? – спросил Итан. – Или собаку?

– Обоих, – прорычал Джаспер. Казалось, с каждым словом он становился всё выше. – Ты знаешь, кто я. Ты знаешь, на что я способен. На этот раз меня не отравили. Тронь хоть волосок с её головы, и я прикончу тебя.

Я была уверена, что меня вот-вот вырвет. Я услышала смешок Итана. Я смутно подумала, что сейчас не время смеяться; сейчас самое время причитать и брать одежду напрокат. (Брать одежду напрокат – имеется в виду для похорон, – прим) Я попыталась потрясти головой, чтобы прояснить зрение, но от этого у меня только сильнее закружилась голова.

– Она тебе небезразлична, – сказал Итан. – Это написано у тебя на лице, – он снова рассмеялся. – Кто бы мог подумать, что могущественный Адвокат Дьявола будет ослаблен простой крёстной феей?

– Я досчитаю до трёх, – ответил Джаспер. – А потом ты отпустишь её.

Я пыталась вырваться из рук Итана, но это было бесполезно. У меня больше не осталось сил сопротивляться ему.

– Я так не думаю. Нас больше, чем вас. И у меня всё ещё есть пистолет, – я услышала щелчок и почувствовала, как что-то тёплое и металлическое прижалось к моему виску.

– Конечно, – сказал Джаспер, – но у нас преимущество родной территории. Нажми на курок, и вам не поздоровится, – его слова резанули воздух. – Для вас и так всё складывается не лучшим образом.

На мгновение воцарилась тишина, прежде чем Итан заговорил снова.

– Мы знали, на что идём. Мы знали, что, как бы тщательно мы ни готовились, мы можем не выбраться отсюда живыми. Наше дело того стоит.

– Нет, не стоит, – тихо сказал Джаспер. – Выход ещё есть. Не уничтожайте себя.

– Мы не единственные оставшиеся тролли, – прорычал Итан. – Не думайте, что это все мы.

– Это не имеет значения. Если вы продолжите в том же духе, – сказал ему Джаспер, – на этой планете не останется ни одного тролля. Я лично прослежу за этим.

У меня подкашивались ноги. Если бы Итан не поддерживал меня, я бы не устояла на ногах. Я облизала губы и попыталась заговорить. Ничего путного не вышло.

– Я требую безопасного прохода для меня и моих людей, – заявил Итан. – Как только мы благополучно выберемся из этого здания, я отпущу малышку Саффрон.

Я попыталась заговорить снова.

– Не делай этого, Джаспер, – прошептала я. – Он убил Роуз. Не дай ему уйти, – я была почти без сознания, но ярость, которую я испытывала из-за того, что случилось со старой женщиной, поддерживала меня. Если Джаспер не прикончит Итана, это сделаю я сама. Она этого не заслуживала, она не должна была умереть вот так. Я привела её сюда, чтобы обеспечить её безопасность, а вместо этого всё, что я добилась – это её смерти. Она…

– Ладно, – сказал Джаспер. – Но попробуй выкинуть что-нибудь отчаянное – на самом деле, попробуй вообще хоть что-нибудь – и от троллей не останется даже костей, которые могли бы обглодать вороны.

– Нет, – запротестовала я. – Только не так.

Было слишком поздно. Итан уже тянул меня прочь.

Казалось, прошла целая вечность. Остальные тролли окружали нас плотным кольцом, пока мы спускались в лифте на первый этаж. Джазовая музыка, лившаяся из динамиков, была похожа на пощёчину. Я хотела чего-нибудь зловещего, похоронного песнопения. Я не хотела этого. Но, похоже, я была не в состоянии принимать какие-либо решения по какому-либо поводу. Самое большее, что я могла сделать – это заставить себя бодрствовать. Я не теряла сознания. Во мне ещё остались силы бороться. Я в долгу перед Роуз.

Двери лифта открылись. Рука Итана крепче обхватила меня за талию, и он потащил меня вперед. Порыв холодного воздуха ударил мне в лицо. Мы оказались на улице, и Итан уже собирался уходить.

Послышался скрежет колёс, и подъехал фургон. Задние двери открылись, и другие тролли бросились в него, забиваясь внутрь.

– Мне жаль, – сказал Итан.

Я повернула голову и уставилась на него.

– Я ненавижу тебя, – прохрипела я. – Ты убил её.

Его лицо было бледным под загаром.

– Мне жаль, – повторил он. – Я не хотел. Она появилась из ниоткуда, и я отреагировал. Этой ночью никто не должен был умереть.

Слёзы обильно текли по моему лицу.

– Но она умерла! Роуз умерла! Она была для тебя никем. Она… она… – я судорожно глотала воздух.

– Это была ошибка, – его голубые глаза печально моргнули, глядя на меня. – Теперь, – добавил он более спокойно, но не без чёрствости, – ты немного понимаешь, каково это.

Он отпустил меня, и я упала на колени на холодный, твёрдый асфальт. Итан отвернулся и забрался на пассажирское сиденье фургона. Что-то маленькое и белое выпорхнуло из его кармана на дорогу, и я не могла отвести от этого взгляда. Мгновение спустя двигатель фургона взревел. Когда я снова подняла глаза, он уже исчезал в темноте в конце улицы.

Я начала всхлипывать, боль пронзала мою грудь. Что-то холодное и мокрое коснулось моей руки, и я посмотрела на Тыкву. Он открыл пасть, и белая карточка, которую уронил Итан, упала мне на колени. Я уставилась на неё невидящим взглядом, прежде чем встряхнуться и засунуть её в задний карман. Затем Джаспер оказался рядом и заключил меня в объятия.

– Как ты могла быть такой глупой, Саффрон? – прошептал он, крепко прижимая меня к себе, словно боялся, что я ускользну. – Как ты могла пойти туда и попытаться справиться с ними в одиночку? – его голос дрогнул. – Я думал, что потерял тебя.

Я заглянула в тепло его зелёных глаз. Наконец, я ослабила контроль над собственным сознанием и позволила тьме завладеть мной.

Глава 24

Когда два дня спустя я вернулась в офис, я не была уверена, что именно там обнаружу. В вестибюле не было никого, кроме миссис Джардин, которая чинно сидела за своим столом с авторучкой в руке.

– Доброе утро, Саффрон, – сказала она. – Приятно видеть, что ты успела на утренний брифинг.

Я хмыкнула в ответ. Теперь я знала, как всё будет происходить: я поднимусь наверх, и мне в недвусмысленных выражениях прикажут освободить мой стол. Из-за меня чуть не был уничтожен офис Крёстных Фей. Хуже того, моя клиентка погибла из-за меня. Я заслуживала увольнения.

Я не смогла выдавить из себя ничего, кроме ворчливого ответа фее-администратору.

– Доброе утро, миссис Джардин, – я подошла к регистратуре и оставила отпечаток большого пальца.

– Миранда.

Я в замешательстве подняла глаза.

– А?

Она наклонилась и похлопала меня по руке.

– Зови меня Мирандой, – она посмотрела на мои ноги и мрачно нахмурилась. Я заметила на краю её стола распылитель с дезинфицирующим средством. Ах да. Я совсем забыла о маленьком происшествии с Тыквой, и у меня так и не было возможности всё отмыть.

Я уставилась на неё, ожидая упрека, но она только фыркнула, отвернулась и занялась открыванием и закрыванием своих ящиков. Я решила, что она убивает меня добротой; она знала, что больше никогда меня не увидит, так что ей нечего терять, если она будет любезной.

Я направилась к лифту. Когда я подошла к нему, в моей голове промелькнуло воспоминание о том, как я была в нём в последний раз. Лучше пойду по лестнице.

Я запыхалась, когда, наконец, добралась до офиса. Я толкнула дверь и вышла навстречу знакомому гулу утренней болтовни. Мне стало интересно, будет ли кто-нибудь скучать по мне после того, как я уйду, и мои плечи опустились. Я сомневалась в этом.

Билли заметил меня первым. Он поднялся на ноги, даже не улыбнувшись.

– Саффрон.

Остальные услышали его. Я увидела, как из угла, где мы оба работали, поднялась Далила. Алисия сделала то же самое. А затем Фигги. Руперт, Филиппа и все остальные встали, бросив свою работу, чтобы посмотреть на меня. Теперь я знала, каково это – быть животным в клетке в зоопарке. Вот вам и деликатность фей.

В дверях своего кабинета появилась Аделина. Я посмотрела на них всех, прежде чем опустить голову. Всё это было слишком странно.

Когда это началось, я не поняла, что это такое. Сначала это был тихий звук, едва различимый, но вскоре он становился всё громче и громче. Я нахмурилась и подняла глаза. Они хлопали в ладоши. Меня охватил гнев: может, они и рады избавиться от меня, но аплодисменты по поводу моего увольнения – это уже чересчур.

Анджела шагнула вперёд, выходя из отдела кадров.

– На тебе нет красного, Саффрон.

Я уставилась на неё.

– Что?

– Сегодня Радужная Пятница. Предполагается, что ты должна быть одета в красное, – она покачала головой. – Честно говоря, ты продолжаешь говорить, что являешься частью этого офиса и командным игроком, но я до сих пор этого не вижу.

Я огляделась и поняла, что все действительно одеты в красное. Учитывая, сколько крови пролила здесь Роуз, это казалось невероятно неуместным. Кого волновала эта грёбаная Радужная Пятница? Я открыла рот, чтобы сказать об этом Анджеле, но, прежде чем я успела, она наклонилась вперёд и заключила меня в объятия. Я замерла.

– Как бы то ни было, – прошептала она мне на ухо, – я рада, что с тобой всё в порядке. Скажи кому-нибудь, что я это сказала, – продолжила она на одном дыхании, – и я отправлю тебя на все скучнейшие курсы по технике безопасности труда, которые попадутся мне на глаза, – она отстранилась и кивнула мне, прежде чем уйти.

Сбитая с толку, я несколько раз моргнула и направилась в свою маленькую кабинку. Я уронила сумку и почувствовала, как что-то легонько коснулось моего плеча. Я подпрыгнула и резко обернулась, сердце бешено колотилось в груди. Аделина стояла в нескольких дюймах от меня.

– Не делай так, – рявкнула я.

Она нахмурилась.

– Что не делать?

– Не подкрадывайся вот так!

Аделина даже не дёрнулась, она просто долго смотрела на меня.

– Хорошо, – сказала она наконец и мотнула подбородком. – Директриса хочет тебя видеть.

Я опустила глаза. Я потянулась за маленькой фотографией в рамке, стоявшей на моём столе, и расстегнула молнию на сумке, прежде чем запихнуть её внутрь. Я снова подняла сумку и перекинула её через плечо. Мне следовало подготовиться. Аделина проследила за моими движениями, но никак не прокомментировала.

Я заставила себя улыбнуться.

– Великолепно! – бодро сказала я, расправила плечи и направилась в другой конец комнаты, постучав в дверь Директрисы со всей уверенностью, которой на самом деле не испытывала.

Очевидно, она ждала меня. Дверь тут же открылась. Я вошла, заметив, что Джаспер стоит в углу, скрестив руки на груди. Какая-то часть моего сознания отметила, что в нагрудном кармане его тёмного костюма аккуратно сложен алый носовой платок. Яркая цветовая гамма ему подходила. Даже Директриса, похоже, участвовала в Радужной Пятнице. На шее у неё был повязан ярко-красный шейный платок, как у какой-нибудь строгой стюардессы, которая вот-вот выбросит меня из самолёта во время полёта. Я сказала себе, что это здорово, что все принимают в этом участие.

– Присаживайся, Саффрон, – Директриса указала на роковое кресло, стоявшее перед её большим дубовым столом.

– Я постою, спасибо.

Она поджала губы.

– Присаживайся.

Я села. Я сидела чинно, с прямой спиной и сумкой на коленях. Через несколько коротких минут всё это закончится, и я смогу вернуться к прежней жизни.

– Мы в неоплатном долгу перед тобой, – торжественно произнесла Директриса.

Я кивнула.

– Я понимаю. Можно ли будет получить рекомендацию, основанную на моей прошлой работе? – затем я нахмурилась. Подождите минутку. Я подалась вперёд. – Что вы сказали?

Директриса постучала пальцами по столу и посмотрела на меня так, словно я была крайне недалёкой.

– Я сказала, – повторила она, – что мы в неоплатном долгу перед тобой. Все в этом отделе прекрасно понимают, что без твоих усилий тролли уничтожили бы комнату Адвентуса. Они украли бы и наше прошлое, и наше будущее.

Я облизала губы и прищурилась.

– Ага.

– Я просмотрела события, – продолжила Директриса. – Хотя и вызывает сожаление тот факт, что твоя клиентка была убита, стало ясно, что её смерть наступила в результате её собственных действий, и что она уже была одной ногой в могиле.

Одной ногой в могиле? Я моргнула, не веря своим ушам. Какой бессердечный способ выразить это. Мой взгляд скользнул к Джасперу. Выражение его лица было непроницаемым; я понятия не имела, что творится у него в голове, и что происходит в этом кабинете.

– Я выдвинула твоё имя на соискание особой благодарности, – сказала Директриса. – Могу себе представить, что после твоих героических действий ты будешь гарантированным победителем.

Я почесала в затылке.

– Я не понимаю, – сказала я. – Я всё похерила.

– Крёстные феи, – строго сказала Директриса. – особенно крёстные феи твоего уровня, не матерятся.

Я встретилась с ней взглядом.

– Да ещё как матерятся, бл*ть, – выдохнула я, игнорируя Джаспера, который перестал изображать крутого парня и с беспокойством наблюдал за мной. – Я привела в этот офис двух человек, хотя знала, что это против правил. Один из этих людей погиб из-за моих действий.

– Вряд ли ты виновата в том, что она решила напасть на троллей, – сказала Директриса. – И очевидно, что у тебя не было другого выбора, кроме как привести этих людей сюда. Их жизни были в опасности. Ты сделала логичный выбор. Кроме того, магия памяти означает, что никто из них ничего не помнил бы об этом месте.

Я снова поднялась на ноги. Я ничего не могла с собой поделать.

– Теперь ты можешь идти, Саффрон, – сказал Джаспер, вмешиваясь в разговор. Глаза Директрисы сузились, но она склонила голову в знак согласия.

Я посмотрела на них обоих. Я никуда не собиралась уходить.

– Винсент Гамильтон, мужчина-смертный, который был здесь – тот же самый человек, на которого магия памяти не влияет. Я сказала ему, что была крёстной феей, когда официально не работала.

Брови Директрисы поползли вверх.

– Тот парень, что торговал наркотиками?

– Да, – сказал я.

– Что ж, – кашлянула она. – Я уверена, мы сможем поговорить с ним и прийти к соглашению, которое пойдёт на пользу всем нам. Очевидно, до сих пор он доказывал, что ему можно доверять, и хранил твой секрет, – она выдавила улыбку. – У тебя хорошее чутьё на людей, Саффрон, – она указала на дверь. – Теперь ты можешь идти. Я уверена, что твоим коллегам не терпится поговорить с тобой и узнать, как у тебя дела.

Я осталась на месте.

– Роуз Блэрмонт, – сказала я, – моя клиентка, тоже больше не защищалась магией памяти, – я старалась не смотреть прямо на Джаспера. – Я дала ей гинкго билоба. Мне нужно было, чтобы она вспомнила, кто я такая, и доверилась мне настолько, чтобы открыться. Я искренне верила, что иначе никогда не смогла бы исполнить её желание.

На лбу Директрисы запульсировала крошечная жилка.

– Обычно мы не одобряем такого поведения, – сухо сказала она. – Но ты объяснила причину своих действий. После её трагической смерти нет опасности, что она расскажет о нашем существовании кому-либо ещё.

Что, чёрт возьми, происходит? У меня появилось отчётливое ощущение, что я могла бы сказать Директрисе, что несу ответственность за убийство Франца Фердинанда, и она бы просто отмахнулась от этого. Роуз погибла из-за меня. И если бы я была более настойчива, тролли никогда бы и близко не подобрались к проклятой комнате Адвентуса.

– Джаспер недвусмысленно сказал мне не связываться с магией памяти, – сказала я вслух. – Но я всё равно это сделала.

Он переминался с ноги на ногу.

– В то время у меня не было всех фактов.

Директриса махнула рукой.

– Ну, вот и всё. Ты сделала то, что сделала, чтобы исполнить желание твоей клиентки, – она посмотрела вниз. – Знаешь, я думаю, было бы здорово завести домашнего питомца в офисе. Особенно такого, который так хорошо себя ведёт.

Тыква, который всё это время решительно стоял у моих ног, внезапно, казалось, почувствовал, что стал темой для разговора. Он поднялся и направился к столу Директрисы. Он на мгновение повернул ко мне голову с понимающим блеском в карих глазах. Он задрал ногу.

Директриса вскрикнула, затем её лицо исказилось, и она разразилась смехом.

– Ха-ха. Как мило. Он метит свою территорию, как и положено всем хорошим собакам.

Я перевела взгляд с неё на Джаспера, потом на Тыкву. Наконец-то до меня дошло.

– Вы не хотите, чтобы кто-нибудь узнал, – выдохнула я. – Вы не хотите, чтобы другие феи узнали, что этот офис почти вымер под вашим присмотром. Это не потому, что я поступила правильно, а потому, что вы не хотите, чтобы стало известно о произошедшем. Речь идёт о вашей репутации.

Выражение её лица стало ледяным.

– О нашей репутации. Ты всё ещё остаешься частью этого офиса, Саффрон.

Джаспер шагнул ко мне. Я посмотрела на него.

– Ты не можешь одобрить такое, – сказала я. – Ты не можешь допустить ещё одного сокрытия.

Он покачал головой.

– Ты неправильно поняла, что происходит, Саффрон.

Я отодвинулась.

– На самом деле, я думаю, что всё поняла.

Он глубоко вздохнул.

– Очень немногие понимают, как близко тролли были к тому, чтобы всё здесь уничтожить. Сомневаюсь, что даже сами тролли это понимают.

– Держу пари, что их лидер Итан понимает, – парировала я.

– Не будь так уверена. Заявление уже опубликовано, – сказал он. – Мы изложили тот факт, что тролли проникли на территорию офиса, и намекнули, что это была специальная операция, организованная нами и направленная на раскрытие личностей троллей, – он многозначительно посмотрел на меня. – В конце концов, это входило в компетенцию твоей оперативной группы с самого начала. Ты достигла своей цели.

– Но это не была грёбаная спецоперация.

Джаспер коротко кивнул мне в знак согласия.

– Нет, – признался он. – Это не так. Но худшее, что мы можем сделать – это посеять панику из-за того, на что способны тролли. Они хотят беспорядков. Они хотят посеять страх. Вот как они победят.

– По их мнению, они победят только тогда, когда крёстные феи будут уничтожены.

Джаспер выдержал мой взгляд.

– Чувство вины и страх могут быть разрушительнее бомб, – он вздохнул. – В этой ситуации нет ничего идеального.

Я с отвращением покачала головой.

– Чтобы разрушить карточный домик, не нужно много усилий, – сказала я. – И если всё, что вас обоих волнует – это репутация, построенная на лжи, этот домик рухнет ещё быстрее, – мои плечи опустились. – Я здесь закончила, – я повернулась, чтобы уйти.

Джаспер потянулся и схватил меня за руку. Я многозначительно посмотрела на него, и в тот же момент тело Тыквы задрожало от рычания. Джаспер опустил руку.

– Саффрон, – тяжело произнёс он, – как ты думаешь, что произойдёт, если феи поверят, что тролли – это фигуры силы и могущества, которые настолько поглощены местью, что им всё равно, кто или что встанет у них на пути? Ты знаешь, что рано или поздно тролли будут побеждены. Их партизанская война не продлится долго. Это не только для нашего блага, но и для блага троллей. Страх порождает ненависть, а ненависть порождает насилие. Если страхи фей будут направлены против троллей, ситуация скоро выйдет из-под контроля. И если это перерастёт в полномасштабную войну, никто не выиграет.

Он понизил голос.

– И до сих пор есть вероятность, что ситуация закончится именно так. Но пока у нас есть шанс предотвратить эту ситуацию, мы должны им воспользоваться. Выбора нет.

Директриса прочистила горло. Я почти забыла, что она была в комнате.

– В интересах полной открытости, – сказала она вслух, – меня беспокоит только репутация этого офиса. Я подозреваю, что война с троллями неизбежна, но пока крёстные феи выходят оттуда благоухающими розами и живут, чтобы сражаться в следующий раз, мне всё равно, что случится с этими ублюдками. Презирайте меня сколько хотите, но я несу за это ответственность. Я сделаю всё, что потребуется, чтобы защитить себя и своих сотрудников, – она пристально посмотрела на меня. – И я включаю в это и тебя, Саффрон.

Долгое время я ничего не говорила. Когда я наконец нарушила молчание, мои слова были чуть громче шёпота.

– Это был несчастный случай, – я сглотнула. Возможно, я и хотела бы, чтобы мои злодеи были воплощением чистого зла, но жизнь гораздо сложнее. Я вздохнула и продолжила объяснять. – Когда Итан стрелял в Роуз, он не хотел этого делать. По выражению его лица я поняла, что он был в ужасе от того, что натворил. Но это не помешало мне почувствовать абсолютную ярость. Если бы я могла убить его, я бы это сделала. Он оборвал жизнь другого живого существа, и я бы с радостью прикончила его в отместку.

– Что ты чувствуешь по этому поводу сейчас? – тихо спросил Джаспер.

– Я не знаю, – наверное, грусть. И очень, очень много чувства вины. Я отвела взгляд. – Я хочу сказать, что отчасти понимаю, почему тролли так одержимы жаждой мести. Жить с такой болью и гневом внутри? – я покачала головой. – Я не уверена, что они когда-нибудь прекратят эту кампанию. Они почувствовали вкус крови и идут за нами.

– Вот только, – сказал Джаспер, – они могли напасть на это здание, когда в нём было полно народу. По какой-то причине они дождались ночи, когда решили, что оно пустует.

Я присела на корточки и почесала Тыкву за ушами. Я решила, что собака – отличное прикрытие для любых ситуаций. Я погладила его, чтобы собраться с мыслями. Затем Тыква укусил меня, и я зашипела от боли. Я снова встала.

Расстегнув молнию на сумке, я достала запачканную карточку.

– Тыква подобрал это на обочине дороги. Итан будет ругать себя за то, что потерял её.

Директриса глубоко вздохнула.

– Это…?

Я кивнула.

– Да, – я шагнула вперёд и очень осторожно положила её перед ней. – В этой карточке желания есть все подробности о том, что произошло в Уэльсе. Там чёрным по белому написано о том, как желание, случайно исполненное этим офисом, привело к гибели тысяч троллей.

Директриса посмотрела на неё так, словно это было взрывное устройство.

– К счастью, это не попало в чужие руки.

Мммм. Я бросила взгляд на Джаспера.

– Иногда, – сказала я, – признание суровой правды может улучшить репутацию в долгосрочной перспективе. Если вы не можете признаться в том, что на самом деле произошло прошлой ночью, возможно, есть кое-что, что вы можете сделать вместо этого.

Его глаза заблестели.

– Действительно, – пробормотал он. – Это докажет, что руководство понимает, что совершало ошибки, и берёт на себя ответственность. Это говорит о внутренней силе, которая выходит за рамки нормы. Для того, чтобы поступать правильно, требуется мужество. Это послужит убедительным сигналом троллям о том, что мы готовы загладить свою вину.

Я слабо улыбнулась. Выражение лица Директрисы стало задумчивым, и я подумала, что, если Джаспер подтолкнёт её, она действительно поступит правильно. Даже если это произойдёт с опозданием на несколько десятилетий.

Я указала Тыкве жестом на дверь, взяла свою сумку, и мы оба вышли. В конце концов, я и так пропустила два рабочих дня. У меня были другие клиенты, которые нуждались в моём внимании.

Глава 25

– Знаешь, – сказал мне Гарри, – все только об этом и говорят. Тот факт, что Отдел Крёстных Фей официально заявил, что они несут ответственность за то, что случилось с троллями много лет назад… – он покачал головой и присвистнул. – Я не думал, что вы когда-нибудь признаете подобную ошибку, – он приподнял брови. – Как ты думаешь, официальное извинение как-то повлияет на троллей?

Я вздохнула.

– Понятия не имею. Итан посмеялся над этим предположением, но, возможно, это потому, что он никогда не верил, что такое может случиться. Тролли, возможно, всё ещё верят, что это не более чем слова. Действительно ли извинение компенсирует то, что может быть расценено как нечаянный геноцид? Может, мы и сделали первый шаг, чтобы загладить свою вину, но нам потребуется много времени, чтобы сделать даже это. Только время покажет, улучшит ли это ситуацию. Давай не будем забывать, что им тоже нужно загладить свою вину.

Я откинула назад волосы.

– Я остаюсь наивной оптимисткой. И что бы там ни думали Итан и остальные тролли, они нам этого не говорят – они снова залегли на дно. Но мы не можем позволить им сделать следующий шаг. Директриса сказала, что хотела бы встретиться с ними, чтобы обсудить надлежащие меры по возмещению ущерба. Остальным из нас придётся подождать и посмотреть.

Гарри чокнулся со мной своим бокалом.

– Тебе следует перестать винить себя в случившемся. Ты сделала всё, что могла. Всё могло быть намного, намного хуже.

Я невесело усмехнулась.

– Я не уверена, что это хорошая жизненная мантра. Саффрон Сойер: она облажалась, но не так сильно, как могла бы.

– Сафф…

Я коснулась его руки.

– Всё в порядке. Я справляюсь с этим.

– А пёс? – спросил Гарри. – Что ты сделаешь с ним?

Я посмотрела на Тыкву, который свернулся калачиком у моих ног и смотрел на весь мир так, словно ему здесь самое место.

– О, – сказала я, – он здесь надолго.

Он приподнял брови.

– Серьёзно?

– Таково было желание Роуз, – просто сказала я. – Она могла справиться со всем остальным сама. Единственной проблемой, которую она не смогла решить, было найти место, где Тыква мог бы жить после её смерти. Мне следовало понять это гораздо раньше. Эта дворняжка была единственной, о ком она заботилась, – мои губы поджались. – Жизнь, полная насилия, привела к этому.

– Что ж, удачи, – пробормотал Гарри Тыкве. – Тебе это понадобится.

Я улыбнулась.

– Мне хотелось бы, чтобы Роуз прожила достаточно долго, чтобы довести свой план до конца. Я не верю, что Итан или другие тролли – сплошное зло, но я верю, что это относится к Арту Эдвеллу. Этот человек настолько отвратителен, насколько это вообще возможно. Роуз хотела разобраться с ним сама, – я прикусила губу. – Если бы она не умерла, она бы это сделала. Вместо этого ему всё сойдёт с рук.

Гарри поморщился, затем поднял глаза.

– Кое-кто пришёл повидаться с тобой, – пробормотал он.

Я повернулась на стуле и заметила Джаспера у входа в «Стаггер Инн». Он наблюдал за мной, но вместо того, чтобы приблизиться, ждал, когда я подойду к нему. Я собралась с духом, борясь с бабочками в животе.

– Я скоро вернусь, – сказала я.

Гарри помахал мне рукой.

– Я буду здесь. Не торопись.

Отодвинув стул, я встала и подошла к нему.

– Привет, – неловко сказала я.

– Привет, – Джаспер засунул руки в карманы. – Как у тебя дела?

– Хорошо, – я помолчала. – Есть что-нибудь от Итана?

Он покачал головой.

– Пока нет.

– А как аудит?

– Дела идут своим чередом. Скоро я перестану вас беспокоить.

– Угу, – я переступила с ноги на ногу. – Буду с нетерпением ждать твоих рекомендаций.

Джаспер продолжал наблюдать за мной.

– Надеюсь, между нами всё в порядке, – сказал он наконец. – Когда ты… – он поморщился. – Когда тебя ранили, я забеспокоился. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

У меня пересохло во рту.

– Мне повезло, что у меня есть такие хорошие друзья, как ты.

– Друзья, – он дёрнул головой. – Да, – его глаза встретились с моими, пригвоздив меня к месту. – Потому что между нами больше ничего нет, – тихо сказал он. – Мы уже это решили.

– Да. Мы так и сделали.

– Конечно, – тихо сказал Джаспер, – мы можем передумать. Люди постоянно меняют своё мнение.

Я уставилась на него. Он встряхнулся.

– В любом случае, – сказал он, – у меня есть кое-что для тебя, – он потянулся к сумке, стоявшей у его ног. – Одежда, которая была на тебе в ту ночь. Медик-фея отдала её мне после того, как мы привезли тебя на осмотр. Я бы вернул их тебе раньше, но сначала постирал. Я подумал, что ты не захочешь получать вещи обратно, если они будут в крови.

– Это было предусмотрительно, – сказала я, и это действительно было так. Я подумала, что не имеет значения, что я никогда больше не смогу их надеть и выброшу в ближайшую мусорную корзину.

– В одном из карманов был клочок бумаги, – сказал Джаспер. – Я не знал, важно это или нет, но подумал, что лучше сохранить на всякий случай.

Я заглянула в пакет и нахмурилась. Когда я увидела его, то сразу поняла, что это. Я вытащила его и посмотрела на автограф Арта Эдвелла. Я фыркнула.

– Спасибо, – поблагодарила я. – Но могу тебя заверить, что не собираюсь хранить это у себя.

Я перевернула его, собираясь скатать в шарик и поджечь, когда что-то нацарапанное на обратной стороне привлекло моё внимание. Я уставилась на цифры, написанные там. Затем я закрыла глаза и рассмеялась.

Джаспер нахмурился.

– В чём дело?

– Иногда, – сказала я, – злодеи оказываются самыми настоящими. И иногда они даже получают по заслугам, – я широко улыбнулась. – Мне пора идти, – я помахала перед ним бумажкой. – Я должна разобраться с этим.

– Это опасно?

– Ни в малейшей степени, – заверила я его. – Всё, что мне нужно сделать – это передать эти цифры редактору одного таблоидного издания. Он знает, что с ними делать.

– Я не понимаю.

– Давай просто скажем, – сказала я ему, – что в данном случае справедливость действительно восторжествует. Спасибо тебе за это.

Я приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать Джаспера в щёку. В последний момент он повернул голову, и наши губы встретились. Меня пронзил восхитительный электрический разряд.

– Иди и сокруши их, – сказал он, отстраняясь.

Я выдохнула.

– Да.

***

Я позвонила из одной из немногих оставшихся телефонных будок в Колчестере. Имея в руках код от складской ячейки Роуз, Морган Фергюсон из «Дейли Сентинел» будет обладать всем необходимым, чтобы рассказать миру об убийственных деяниях Арта Эдвелла – при условии, что он сам этого захочет. Если я чему-то и научилась у Роуз, так это тому, что, будь то крёстная фея или нет, люди должны сами распоряжаться своей жизнью и принимать собственные решения. Не то чтобы я сильно сомневалась в том, как поступит Фергюсон. Это была история десятилетия, если не столетия. По крайней мере, в том, что касалось людей.

Я как раз вешала трубку и направлялась обратно в «Стаггер Инн» в безумной надежде, что Джаспер ещё может быть там, когда из темноты до меня донёсся голос.

– Ты достаточно быстро пришла в себя, – сказал Итан.

Я напряглась и остановилась, нащупывая свою палочку. Тыква резко обернулся, его шерсть встала дыбом. Если бы я не крепче сжала поводок, он бы напал без колебаний. Несмотря на реакцию собаки, я не обернулась. Я всё ещё не была уверена, что достаточно доверяю себе.

Однако, похоже, Итан не собирался оставлять мне выбора. Он шагнул вперёд и стал приближаться, пока мы не оказались в нескольких дюймах друг от друга. Тыква продолжал рычать, пока я не утихомирила его. Его тело дрожало, но он замолчал. В некотором роде, это был прогресс.

– Прерогатива быть крёстной феей, – сказала я. – Я уверена, что тролли тоже способны ускорять своё исцеление. Верно?